На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти готовые бесплатные и платные работы или заказать написание уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов по самым низким ценам. Добавив заявку на написание требуемой для вас работы, вы узнаете реальную стоимость ее выполнения.

Помощь студентам 

Работа дома! Много заказов.

Работа авторам

 

Результат поиска


Наименование:


реферат Становление лингвистической географии как науки, основным объектом которой являются границы распространения языковых явлений

Предмет:

Не определен

Год сдачи:

2013

Объем (страниц):

Уникальность по antiplagiat.ru:*

Дата публикации:

11.07.13

Описание (план):


 
Содержание
 
 
 
    Введение…………………………………………………………...2
 
    История возникновения и развития лингвистической 
географии в Европе. Основные понятия……………………. .4
    Развитие лингвистической географии в России. Картографирование языковых явлений………………….... 12
 
    Заключение……………………………………………………… 23
 
    Список использованной литературы…………………………24 

 
    Введение
Лингвистическая география (лингвогеография или геолингвистика) – это раздел лингвистики, изучающий вопросы территориального размещения языков и языковых явлений на земном шаре, на континентах, в рамках более мелких географических ареалов, а соответственно он тесно связан с ареальной лингвистикой - разделом языкознания, исследующим с помощью  методов лингвистической географии распространение языковых явлений в  пространственной протяженности и межъязыковом (междиалектном) взаимодействии. 
 Лингвистическая география выделилась в XIX веке из Диалектологии. Накопление данных о наличии диалектных различий в разных языках выдвинуло проблему совпадения или несовпадения границ распространения этих различий на определенной языковой территории. Перенеся на географическую карту данные об особенностях тех или иных образований, можно увидеть, что их распространение на территории, занимаемой языком, образует сложное переплетение изоглосс (линий на географической карте, ограничивающих территориальное распространение того или иного языкового факта), причем обычно изоглоссы разных языковых явлений, характерных для определенного диалекта, не совпадают.  
 Совокупность изоглосс на территории распространения данного языка, или «языковой ландшафт», является объектом изучения лингвистической географии. 
 Появление и развитие лингвистической географии связано с картографированием диалектных различий языков и созданием диалектологических атласов. Такие атласы могут быть разными: атласы отдельных территорий, одного языка, группы родственных языков, атласы, охватывающие территории, на которых размещаются разносистемные языки и т.д. Атласы различаются по картографическому материалу, по степени отражения на картах диалектных особенностей на разных уровнях языковой системы, по отношению и отражению исторических процессов в развитии диалектов данного языка и т.д.
Лингвистическая география дает возможность  на основе сопоставительного изучения изоглосс получить важные сведения для  изучения истории языков и диалектов, установки связей между ними, а также относительной хронологии в развитии тех или иных языковых явлений. Вследствие чего исследователи получают возможность с помощью внутренней реконструкции языковых явлений и их сопоставления с данными истории носителей диалектов восстановить пути развития живого народного языка в его диалектном многообразии.  
 Актуальность темы обусловлена тем, что на данном этапе развития языкознания большое значение приобретает фиксация и последующее изучение различных особенностей современных языковых явлений, их различий в разных регионах бытования русского языка.
Целью работы является рассмотрение этапов становления Европейской и Российской лингвистической географии, как науки, основным объектом которой являются границы распространения языковых явлений.  

 


2. История возникновения  и развития лингвистической географии  в Европе. Основные понятия.

 
Лингвистическая география  зародилась в 70х – 80х годах XIX века, когда обнаружились факты несовпадения границ отдельных языковых явлений. В связи с этим возникло представление об отсутствии диалектных границ, о смешанном характере диалектов, а отсюда и о том, что диалектов вообще не существует (П.Мейер, Г.Парис). Эта идея вызвала возражения (Г.И. Асколи), спор мог быть решен только при условии систематизированного картографирования языковых явлений. В 1876 году в Германии Г. Веннер начал собирать материалы для составления лингвистического атласа немецкого языка, работа которого была продолжена Ф.Вреде. В 1926 году часть карт была издана. Во Франции Ж. Жильероном и Э. Эдмоном был создан «Лингвистический атлас Франции», оказавший большое влияние на развитие романской и европейской лингвистической географии. Вслед за ним лингвистические атласы появляются в Италии, Испании, Швейцарии и Румынии. Начинают появляться атласы отдельных провинций и областей (например, атлас городов Северной Италии).
В период самого рассвета младограмматизма, против младограмматической трактовки звуковых законов выступает Г. Шухардт в статье «О фонетических законах (против младограмматиков)» (1885 год). Его статья вызвала бурную реакцию, после которой младограмматики вынуждены были ввести ограничения в действие фонетических законов. Шухардт отрицал абсолютный характер действия фонетических законов, утверждая, что существуют «спорадические фонетические изменения». «Окажись я вынужденным признать, - писал он, - понятие «непреложность», я применил бы его скорее к факту существования спорадических фонетических изменений, чем к фонетическим законам, поскольку всякое фонетическое изменение на известном этапе является спорадическим. И, если, во что бы то ни стало необходимо охарактеризовать эти точки зрения в противопоставлении их друг другу, то уместно говорить об абсолютной и относительной закономерностях» (Шухардт Г. Избранные статьи по языкознанию. М., 1950, 308, ч. I).
Шухардт выступил также против возможности деления истории языка на четко разграниченные хронологические периоды, он отрицал наличие границ между отдельными говорами, диалектами и языками. По его мнению, «локальные говоры, поддиалекты, диалекты и языки - абсолютно условные понятия», так как «не существует ни одного языка, свободного от скрещений и чуждых элементов». Основную причину языковых изменений он видит в беспрерывных языковых скрещениях, смешениях языков. В соответствии с этим тезисом Шухардт выдвинул вместо генеалогической классификации языков теорию «географического выравнивания», то есть непрерывного перехода одного языка в другой в соответствии с их географическим положением, отмечая непрерывность языка в целом. Шухардт, как и младограмматики, считал язык продуктом говорящего индивида, подчеркивая при этом, что социальное положение, условия жизни индивида, его характер, культура, возраст оказывают прямое влияние на язык, формируют индивидуальный стиль. «Элементарное» родство языков видится ему в общности психической природы людей.
Значительное  внимание Шухардт уделял этимологическим, семасиологическим и другим частным вопросам языкознания. Вместе с тем, он отмечал, что лингвисты «должны научиться находить общее в частном, и в силу этого правильное понимание какого-нибудь важнейшего факта, играющего решающую роль в языковедческой науке, имеет гораздо большее значение, чем понимание любой частной формы явления» (Шухардт Г. Избранные статьи по языкознанию. М., 1950, 310, ч. 1). По его мнению, «всякое частное языкознание переходит в общее, должно быть составной частью его, и чем выше будет подниматься в научном отношении общее языкознание, тем решительнее оно будет отбрасывать все случайное и эмпирическое» (Шухардт Г. Избранные статьи по языкознанию. М., 1950, 312, ч. I). При самом тщательном анализе частных вопросов языковедение обязано не терять из виду общее. Эти положения были направлены против эмпиризма младограмматиков.
В тот же период в Германии Георг Венкер (1852 – 1911), а во Франции Жюль Жильерон (1854 – 1926) на основе «географического выравнивания» Шухардта и «волновой теории» И. Шмидта создают лингвистическую географию, у истоков которой стоят Бодуэн де Куртенэ и Г. Асколи. В 1876 г. Венкер разослал учителям анкету, на которую в течение десяти лет получил 40 тысяч ответов. В результате обработки этих анкет и работы его последователя – Венкера Фердинанда Вреде (1863-1934), в 1926-1932 годах вышел шеститомный немецкий диалектологический атлас. Он был посвящен главным образом фонетике. Подготовка диалектологического атласа Франции Ж. Жильероном в сотрудничестве с Э. Эдмоном (1848-1926) началась позднее Венкера, однако его 12-томное издание вышло гораздо раньше – в 1902-1910 годах. В основном там рассматривались вопросы лексики. В отличие от анкетного метода Венкера, французский диалектологический атлас готовился прямым методом – путем точной записи в фонетической транскрипции ответов на местах на 639 пункта вопросника.
Лингвистическая география впервые показала всю  сложность языка в территориальном и социальном отношениях. Стал очевидным тезис «географического варьирования» языка Шухардта: диалектные массивы оказались не сплошными, а с различными областями распространения отдельных явлений говора слов, форм и звуков – так называемыми изоглоссами. Границы изоглосс впервые удалось связать с причинами культурно-исторического характера. Положение Шухардта о том, что язык - континуум, непрерывность, также стало очевидным с появлением лингвистической географии. Подтвердилось и положение Шухардта о том, что не существует несмешанных языков или несмешанной речи: говоры постоянно взаимодействуют как между собой, так и с письменным языком.
Основной причиной развития языка Шухардт считал смешение языков: «Среди всех тех проблем, которыми занимается в настоящее /время языкознание, нет, пожалуй, ни одной столь важной, как проблема языкового смешения». «Не существует ни одного языка, свободного от скрещений и чужих элементов». Именно смешение языков ведет к их изменению. При этом причины данного процесса всегда имеют социальный, а не физиологический характер. Понятие смешения языков привлекало внимание к явлению языковых контактов, к исследованиям в области билингвизма, диалектологии, лингвистической географии.
Развивая «теорию волн»  Шмидта, Шухардт предлагает идею «лингвистической непрерывности», приводящую к отрицанию наличия строгих границ между говорами, диалектами и языками. «Локальные говоры, диалекты и языки — абсолютно условные понятия», «географические собирательные обозначения». Таким образом, вместо генеалогической классификации предлагается теория географической непрерывности, «географического выравнивания», т.е. непрерывных переходов одного языка в другой. Вследствие этого возникает идея родства всех языков мира: «Я признаю, что все языки мира родственны, однако они родственны не в силу своей родословной, но лишь потому, что это родство образовалось при ближайшем, весьма широком участии смешения и уподобления». В связи с этим Шухардт призывает к сравнительному изучению неродственных языков, т.е. к типологическим исследованиям.
Как отмечает Т.А. Амирова, «в истории языкознания Шухардт  занимает особое место как критик старого и глашатай нового. В его трудах, написанных в конце XIX — начале XX веков, как в зеркале, отразилось состояние современной ему науки о языке. Работы Шухардта свидетельствуют о зарождении нового подхода к языку, выработке новых методик его описания».
Развитие лингвистической географии связано с нанесением различий диалектов и созданием диалектологических атласов. Таким образом, лингвистическая география занимается изучением территориального распространения языковых явлений.
Из школьного курса  географии известны такие понятия, как «изотерма» (линия, соединяющая области с одинаковой температурой), «изобара» (области с одинаковым давлением) и т.п. По аналогии возникло и понятие «изоглосса», т.е. линия, соединяющая на карте области, в которых наблюдается то или иное языковое явление, например одинаковое произношение звука или одинаковое наименование предмета (явления). Изучение характера распределения изоглосс показало, что их распространение на территории, занимаемой языком, образует сложное переплетение, при этом изоглоссы разных языковых явлений, характерных для данного диалекта, как правило, не совпадают. Проходя близко друг от друга, изоглоссы образуют пучки, между которыми выделяются территории, характеризующиеся единством в отношении исследуемого языкового явления. Именно такие пучки изоглосс и образуют территориальные диалекты.
Основным понятием лингвистической географии является «языковой ареал», т.е. границы распространения отдельных языковых явлений. При этом различают три основные зоны: центральную, маргинальную (латеральную) и переходную, отношения между которыми характеризуются следующим образом: в более изолированном из двух ареалов сохраняется более ранняя стадия; стадия, засвидетельствованная в латеральных ареалах, является обычно более ранней, при условии, что центральный ареал не является более изолированным; больший по величине из двух ареалов сохраняет более раннюю стадию, при условии, что меньший ареал не является более изолированным и не состоит из латеральных ареалов; если одна из двух стадий оказывается устаревшей или готовой 
исчезнуть, то первой исчезает обычно более древняя стадия.
Поскольку распространение  языковых явлений происходит не только в пространстве, но и во времени, то можно судить об относительной древности этих явлений.
Толчком к широкому применению методов лингвистического картографирования во многом послужила оживленная научная дискуссия того времени о существовании границ между отдельными диалектами. Накопленный диалектный материал показывал, что границы отдельных диалектных черт часто не совпадают друг с другом. Это приводило к неверной мысли о том, что диалектов как самостоятельных территориальных единиц не существует. Споры по этому вопросу могли быть решены только систематическим картографированием множества отдельных языковых явлений. Такое положение привело в конечном счете к идее создания диалектологических атласов как собрания лингвистических карт, каждая из которых посвящена отдельному языковому явлению. С этой идеей и связывается выделение лингвистической географии в самостоятельную дисциплину, объектом которой является установление границ территориального распространения языковых явлений.
Однако картографирование  языковых фактов не является самоцелью. Их географическое распространение отражает закономерности развития языка и является источником данных об истории и особенностях строения его территориальных диалектов. В территориальном распределении языковых фактов отражается и судьба самих носителей языка, история народа, культурные, политические и социально-экономические отношения населения в прошлом.
Задачи лингвистической  географии, как науки, поэтому далеко выходят за рамки простого картографирования, которое лишь дает в руки исследователей систематизированный и наглядно представленный на картах материал. Содержательной же стороной этой науки является комплексное изучение языковой информации, заключающейся в лингвистических картах, в связи с данными истории языка и историей народа.
С конца XIX века диалектологические атласы стали создаваться во многих странах мира. В числе первых был «Лингвистический атлас Франции» (авторы Ж.Жильерон и Э.Эдмон), который с 1903 г. начал издаваться в Париже.
При всем многообразии подходов к картографированию материала в диалектологических атласах разных языков, работа над ними базируется на некоторых общих установках. Ниже перечислены основные из них:
- Сбор языкового  материала производится по специально  разработанной для атласа программе. Сельские населенные пункты обследуются все, либо по более или менее густой сетке. Собирание материала ведется, как правило, лицами, имеющими специальную лингвистическую подготовку (от студентов до профессоров), путем непосредственных наблюдений над говорами и записи материала в единой фонетической транскрипции. Иногда допускается анкетный метод, ориентированный на сельскую интеллигенцию. Материал собирается в относительно сжатые сроки, так как имеется в виду синхронность собранных данных.
- Каждая карта  атласа строится обычно на  материале, собранном по определенному вопросу программы. Поэтому характер вопросов программы во многом предопределяет и содержание карт. Сами программы и способы картографирования в диалектологических атласах разных языков могут существенно различаться.
Лингвистические атласы отдельных языков (или диалектологические атласы) представляют структуру диалектных систем на определенный момент времени, дают синхронный срез языка в его территориальной проекции. Атласы содержат бесценный материал для решения самых разнообразных задач как синхронного, так и, в первую очередь, исторического языкознания. Поэтому создание диалектологического атласа всегда является мощным толчком для дальнейшего изучения языка, на многие годы определяющим прогресс национального языкознания.
Кроме атласов  отдельных национальных языков создаются  и атласы более специализированного  характера, например, атласы отдельных регионов распространения языка вне основной территории его бытования, атласы, посвященные узкой проблематике: фонетические, лексические с детальной разработкой определенного круга семантических отношений, атласы распространения тех или иных словообразовательных моделей и др.
По охвату языкового  материала лингвистические атласы могут выходить за пределы диалектов  одного языка и представлять на своих  картах данные по географии языковых явлений в масштабах родственных языков, например, «Общеславянский лингвистический атлас» или «Атлас тюркских языков», а также и языков неродственных, как «Лингвистический атлас Европы» или «Карпатский лингвистический атлас». Все они представляют собой грандиозные работы, демонстрирующие плодотворность международного сотрудничества в сфере науки. Их значение неоценимо для разработки проблем происхождения языков, истории межъязыковых контактов, а также вопросов типологии применительно к языкам разной степени близости.
 


3. Развитие лингвистической  географии в России. Картографирование  языковых явлений.

 
В России еще  в середине XIX века появилась необходимость географического изучения диалектных данных. И. И. Срезневский в своих «Замечаниях о материале для географии языка» (1851 г.) говорил о «первой насущной потребности науки — составлении языковой карты». Сторонником этого метода был и А.И.Соболевский, настаивавший на необходимости изучения территориального распространения отдельных языковых явлений.
Первые практические шаги в этой области связаны с  именем А. А. Шахматова, под руководством которого была разработана «Программа для собирания особенностей народных говоров» (В 2 ч. — изданы в 1895, 1896 г.). В ней нашли свое отражение все известные к тому времени диалектные особенности русского языка в области фонетики, морфологии, синтаксиса и лексики. Публикация собранного по этой программе материала дала значительный импульс к изучению территориальных различий русского языка. «Словарь русской народно-диалектной речи в Сибири XVII —первой половины XVIII в.», составленный Л.Г.Паниным главным образом по памятникам деловой письменности. Среди источников «Фразеологического словаря русских говоров Сибири» под редакцией А. И. Федорова данные современных говоров и диалектологические записи сибирской речи, сделанные разными исследователями в XIX—начале XX в. Говоры особой конфессиональной группы отражены в «Словаре говоров старообрядцев (семейских) Забайкалья» под редакцией Т. Б. Юмсуновой.
Обратные словари  служат хорошим пособием по словообразованию, анализу диалектной лексики с точки зрения принадлежности к разным морфологическим классам, например, «Опыт обратного диалектного словаря» под редакцией М.П.Янценецкой, «Инверсионный индекс к словарю русских народных говоров», составленный Ф. П. Сороколетовым и Р. В.Одековым под редакцией Ф. Гледни.
Работа, нацеленная непосредственно на картографирование, началась в 1903 году, когда при Академии Наук была создана Московская диалектологическая комиссия (МДК), просуществовавшая до середины 1930-х годов. В число ее членов в разное время входили такие ученые, как Н.Н.Дурново, Д. Н. Ушаков, Е. Ф. Корш, И. Г. Голанов, Р. И. Аванесов. Комиссией была разработана и распространена «Программа собирания сведений, необходимых для составления диалектологической карты русского языка». Построенная с учетом существовавших на тот момент программ, эта программа была менее громоздка и отличалась лучшей организацией материала. В особенности удачно и детально была в ней разработана фонетика. На основе собранного по этой программе (главным образом анкетным путем) материала, члены МДК Н.Н.Дурново, Н. Н. Соколов и Д. Н.Ушаков подготовили и опубликовали в 1915 году «Диалектологическую карту русского языка в Европе с приложением очерка русской диалектологии». Эта работа в истории русской лингвистической географии стала этапной. На карте МДК впервые были очерчены территории распространения трех восточнославянских языков — русского («великорусского»), украинского («малорусского») и белорусского и показано их внутреннее диалектное членение. Для русского языка выделились территории двух основных наречий — Северного и Южного, а между ними определилась полоса среднерусских говоров.
Однако при  всем положительном значении «Опыта», карта МДК, построенная с учетом распространения всего нескольких, по преимуществу фонетических, черт, страдала схематизмом. Связанная с этим условность выделения на ней диалектных подразделений с самого начала вызвала критическое отношение А. И. Соболевского и ряда других ученых, считавших необходимым уточнение ее данных на основе картографирования множества отдельных языковых явлений. Тем самым утверждалась мысль о необходимости создания диалектологического атласа русского языка.
Подготовительные  работы по созданию диалектологического атласа русского языка (ДАРЯ) начали вестись со второй половины 30-х гг. в Ленинградском Отделении АН СССР. Здесь был составлен «Вопросник для создания диалектологического атласа русского языка» (1936 г., авторы Б.А.Ларин, Ф.П.Филин, Н.П.Гринкова), началось обследование говоров Северо-Запада и пробное картографирование. Работа, прерванная войной, возобновилась сразу после ее окончания. Центр диалектологических исследований переместился в Москву, где руководителем работ по созданию атласа стал Р. И. Аванесов. Он возглавил и организовал грандиозную по своим масштабам работу по сбору материала для атласа на огромной территории наиболее древнего русского заселения (Центр Европейской части России). В этой работе в 1940 — 1960-х гг. принимали участие работники филологических факультетов многих вузов страны. Был собран материал более чем из 5000 населенных пунктов по новой, значительно расширенной и переработанной программе («Программа собирания сведений для составления диалектологического атласа русского языка». Ярославль, 1945), заменившей собой довоенный «Вопросник».
Картографирование собранного материала первоначально  было проведено в пределах пяти отдельных регионов распространения русского языка. Этот этап работы завершился к 1970 году. Из региональных атласов был издан только один — «Атлас русских народных говоров центральных областей к востоку от Москвы» (М., 1957).
В этом атласе разработанная  Р.И. Аванесовым теория лингвистической географии была впервые применена на практике к конкретному диалектному материалу.
Разработка теории шла параллельно с накапливанием  опыта создания лингвистических карт русского атласа. В 1962 году вышла в свет книга «Вопросы теории лингвистической географии», где были изложены принципы лингвистического картографирования всех уровней языка в понимании Московской школы лингвистической географии (авторы: Р. И. Аванесов, С. В.Бромлей, Л. Н. Булатова, Л.П.Жуковская, И.Б.Кузьмина, Е.В.Немченко, В.Г.Орлова). Потребовалось еще десять лет (1971 — 1980 гг.) для обобщения пяти региональных атласов в сводном «Диалектологическом атласе русского языка: Центр Европейской части СССР» (ДАРЯ), который опубликован в 3 выпусках: I — «Фонетика», II — «Морфология», III — «Синтаксис. Лексика».
Работа над  ДАРЯ началась в тот период, когда  в трудах по лингвистической географии европейских языков еще преобладал эмпирический, атомарный метод. Объектом картографирования были обычно отдельные слова, которые фиксировались на карте (часто просто на ней записывались) с отражением всех особенностей их произношения, без попыток разграничить качественно разные явления, отраженные в варьировании тех или иных элементов слова.
В работах коллектива московских диалектологов с первых шагов стал проводиться системный подход к языку, и прежде всего это отразилось в выборе объекта картографирования. В основу теории лингвистической географии, разработанной в рамках Московской школы, легла теория диалектного различия Р. И.Аванесова, основанная на понимании русского диалектного языка как сложной системы, включающая черты общие и частные, черты единства и различий. Те звенья общей системы языка, в которых по говорам обнаруживаются различия, составляют междиалектное соответствие. Именно междиалектное соответствие и является объектом лингвистической географии, т.е. предметом картографирования на лингвистических картах.
Члены междиалектных соответствий противопоставляются друг другу на карте не однолинейно, а с учетом тех признаков, по которым они объединяются или различаются. «На картах диалектологического атласа, — пишет Р.И.Аванесов, — систематически учитывается, что каждый отдельный факт обычно представляет собой, так сказать, линию пересечения разнокачественных общих и частных диалектных явлений — фонетических, морфологических, синтаксических, лексических. Поэтому задача многих, наиболее сложных лингвистических карт <...> распутать клубок явлений, на линии пересечения которых каждый из этих диалектных фактов встретился, чтобы выделить скрестившиеся в данном конкретном факте отдельные диалектные явления в их структурных связях».
Практическим  следствием такого взгляда на объект картографирования стало стремление строить лингвистические карты  так, чтобы их «язык», т.е. система употребляемых на них условных обозначений, наиболее полно отражала структуру картографируемых междиалектных соответствий, характер соотношения между собой его членов. Поэтому в методах картографирования не последнее место занимает выработка такой системы употребляемых на карте знаков, где каждый знак карты не просто обозначает один из членов данного междиалектного соответствия, а показывает те связи и противопоставления, в которых этот член находится по отношению ко всем другим членам соответствия, отмеченных другими знаками.
При картографировании  осуществляется последовательное различение разных уровней языка. Каждая карта посвящена явлению одного уровня. При этом на каждом следующем, более высоком уровне не учитываются (объединяются) те языковые различия, которые связаны с варьированием единиц более низкого уровня. Продемонстрируем это положение на соотношении явлений фонетического и грамматического уровней. Например, в форме творительного падежа единственного числа существительных женского рода 1-го склонения окончания могут выступать в следующем виде: баб [ой], баб[ш], баб[эЩ], баб[уй]. Первые три варианта при картографировании объединяются, так как их различие относится к фонетике (безударному вокализму). На морфологическом уровне все они как формы с фонемой /о/ противостоят варианту баб[уй], так как [у] ни в одной из диалектных систем не является регулярным безударным вариантом фонемы /о/, а представляет самостоятельную фонему /у/.
Подобным же образом  строятся и отношения между единицами других уровней.
Важным в теории лингвистической географии является определение круга языковых фактов, подлежащих учету при картографировании того или иного междиалектного соответствия. Этот вопрос также решается в связи с их местом в системе языка. Фонетике свойственны, как правило, регулярные явления, ограниченные лишь фонетической позицией. Они представлены в неограниченном круге слов. Поэтому при картографировании, например, звуков на месте в в середине слова перед глухими согласными учитываются любые словоформы, содержащие этот этимологический звук: травка, лавка, овса, ковшом и т. д.
В морфологии также обычно явления охватывают все слова  данного грамматического класса. Например, [т] твердый или [т'] мягкий в окончаниях 3-го лица представлен одинаково у всех глаголов. Поэтому при картографировании этого признака учитываются любые глаголы, зафиксированные в этой форме: идет, едет, сидит, видит, бегут, глядят и т.д.
Класс слов, в  пределах которого представлено в языке  то или иное междиалектное соответствие, может включать разное количество единиц, от неопределенного множества (как показано выше) до нескольких слов и даже одного слова. Данная фонетическая позиция может быть представлена в языке всего одним словом. Например, сочетание /жд'/ в конце слова встречается только в слове дождь. В морфологии такая ситуация связана обычно с изолированным типом словоизменения, например, склонение слова путь. В зависимости от характера языкового явления и карта строится с учетом того круга фактов (слов, словосочетаний и т.п.), которыми это явление представлено в языке.
На основе карт атласа решаются многие важные задачи, связанные с  изучением синхронного состояния  языка, а также с историей его строя и формированием самих диалектов как территориальных общностей разной степени близости.
Но чтобы эти задачи решать, необходимо умение читать карту, понимать ее «язык», анализировать ее содержание.
Основным понятием лингвистической географии является изоглосс. Если члены междиалектного соответствия полностью исключают друг друга на одной территории, то изоглосса является одновременно и границей распространения разных членов междиалектного соответствия. На практике в русских говорах такая ситуация встречается редко. Приближаются к такому территориальному разграничению членов междиалектного соответствия изоглоссы [г] и [у], оканья и аканья, форм творительного падежа множественного числа существительных на -ами и -ам. Обычно же изоглоссы разных членов междиалектного соответствия накладываются друг на друг
и т.д.................


Скачать полный текст работы


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.