На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти готовые бесплатные и платные работы или заказать написание уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов по самым низким ценам. Добавив заявку на написание требуемой для вас работы, вы узнаете реальную стоимость ее выполнения.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Быстрая помощь студентам

 

Работа № 100925


Наименование:


Диплом Основные вопросы работы с идеальными следами при расследовании преступлений

Информация:

Тип работы: Диплом. Добавлен: 22.11.2016. Сдан: 2008. Страниц: 93. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3
ГЛАВА 1. Понятие и классификация следов преступления в криминалистике
§ 1. Криминалистически значимые следы преступления: понятие и классификация 6
§2. Понятие и классификация следов в криминалистике 20
§ 3. Закономерности механизма формирования, существования и использования идеальных следов как предметной области криминалистики 31
ГЛАВА II. Основные вопросы работы с идеальными следами при расследовании преступлений
§1. Традиционные криминалистические средства и методы работы с идеальными следами при расследовании преступлений 50
§2. Проблемы нетрадиционных средств и способов работы с идеальными следами 73
Заключение 87
Список использованных источников и литературы 89

ВВЕДЕНИЕ

Важнейшей задачей теории и практики криминалистики является обеспечение эффективности и качества уголовно-процессуального исследования преступлений в условиях неукоснительного соблюдения законности, прав, свобод и законных интересов лиц, вовлекаемых в систему уголовного судопроизводства. Необходимость выполнения этой задачи и подчеркивает предметную область криминалистики, как науки о закономерностях возникновения и переработки уголовно-релевантной информации. Данная информация, как известно, существует в двух видах: материальная и идеальная.
Эти закономерности и связанные с ними проблемы использования материальной уголовно-релевантной информации издавна глубоко и всесторонне изучаются криминалистикой, в частности ее элементами - трасологией и идентификацией.
Применительно же к идеальной информации такие закономерности и проблемы до настоящего времени чаще всего исследовались в науках психологического цикла, с позиции общей и судебной психологии (В.Л.Васильев, Г.Г.Доспулов, А.В.Дулов, А.Р.Ратинов и др.) В то же время, несомненно, специфика этой информации с неизбежностью предопределяет существенные процессуальные и криминалистические особенности ее выявления, изъятия, проверки, оценки и использования в уголовно-процессуальном исследовании преступлений. Поэтому данные закономерности и связанные с ними проблемы также лежат в предметной области криминалистики, хотя с позиции именно этой науки в последние годы исследовались крайне недостаточно, что, безусловно, обедняет ее необходимое поступательное развитие в условиях современных криминальных реалий нашего общества.
Это определило сферу научных интересов автора исследования и обусловило выбор темы работы.
Целью исследования является изучение особенностей работы с идеальными следами преступлений как с позиции уголовно-процессуальной, так и криминалистической наук.
Данная цель обусловила постановку следующих задач:
сформулировать понятие и дать классификацию следов преступления в криминалистике
определить особенности криминалистически значимых следов преступления и классифицировать их
выявить закономерности механизма формирования, существования и использования идеальных следов преступления
разобрать традиционные криминалистические средства и методы работы с идеальными следами при расследовании преступлений
обозначить проблемы нетрадиционных средств и способов работы с идеальными следами
Объект исследования. Объектом исследования являются преступная деятельность, отобразившаяся в идеальных следах преступления и деятельность правоохранительных органов по работе с данными следами.
Предмет исследования. Предметом исследования являются закономерности формирования идеальных следов, тактико-технические способы их обнаружения, закрепления, исследования и использования, в том числе с точки зрения допустимости применения научно-технических достижений для работы с такого рода источниками информации.
Методология и методика исследования. Методологическую основу работы составил диалектический метод познания. Кроме этого применялись и частно-научные методы: исторический, сравнительно-правовой, статистический, системно-структурный, математический, формально-логический и др.
В качестве теоретической базы исследования автором была использована литература по философии, психологии, социологии, общей теории права, истории государства и права, криминологии, науками уголовного права, уголовного процесса, криминалистики и другим отраслям правоведения.
В своей работе автор опирался на труды таких известных ученых: А.Р. Белкина, Р.С. Белкина, В.П. Бахина, И.А. Возгрина, Г.Л. Грановского, А.В.Дулова, Е.И. Зуева, Е.П. Ищенко, В.Я. Колдина, Ю.Г. Корухова, И.Ф. Крылова, А.М. Кустова, В.А. Образцова, С.М. Потапова, А.В. Победкина, И.П. Пророкова, Г.А. Самойлова, Д.А. Турчина, Б.И.Шевченко, В.Ю. Шепитько, А.А. Эксархопуло, Н.П. Яблокова, И.Н. Якимова и других видных криминалистов.
Научная новизна исследования состоит в том, что предпринята попытка выявить закономерности формирования и работы с идеальными следами, в том числе и нетрадиционными способами с применением современных научно-технических средств.
Теоретическое значение работы заключается в том, что сформулированные в нем выводы и рекомендации могут быть использованы для дальнейшей работы в области исследований идеальных следов и методов работы с ними.
Практическое значение работы состоит в том, что её положения могут быть использованы для повышения эффективности работы практических работников с идеальными следами преступлений.

ГЛАВА I. Понятие и классификация следов преступления в криминалистике

§ 1. Криминалистически значимые следы преступления: понятие и классификация

Криминалистика - наука о закономерностях механизма преступления, возникновения информации о преступлении и его участниках, собирания, исследования, оценки и использования доказательств и основанных на познании этих закономерностей специальных средствах и методах судебного исследования и предотвращения преступлений. Любое преступление является для его исследователя ретроспективным событием, независимо от того, сколько времени прошло после его совершения - час, сутки, неделя, месяц, год. А потому «судить о нем возможно лишь по дошедшим до следователя признакам преступления, по которым это прошлое и надлежит восстановить, познать, представить».
Раскрыть и расследовать преступление - значит объективно выяснить картину готовящегося или совершенного преступления в его существенных обстоятельствах, предопределяемых предметом доказывания по уголовному делу, «правду дати» - как указывалось еще в Судебнике 1497 года.
Преступление протекает в материальной среде и вызывает совокупность причинно связанных изменений. А потому одной из главных задач современной криминалистики, в первую очередь, является познание закономерностей и возможностей обнаружения и дешифрования информации, содержащейся в следах- отображениях. Они же достаточно специфичны. Это во многом обусловлено тем, что уголовно-процессуальное познание происходит, как правило, в опосредованном виде. «Событие, составляющее предмет судебного исследования, принадлежит прошлому и может быть познано, т.е. воспроизведено в сознании познающего субъекта, лишь с помощью цепи умозаключений, определенным образом обобщающих фактический материал, собранный в результате расследования или судебного разбирательства».
Именно этот материал является единственным, с которым работает любой субъект уголовно-процессуального исследования преступления. От его распознания и познания напрямую зависит результат расследования преступления. Это аксиоматичное положение и предопределило то центральное место, которое занимает в криминалистике исследование вопросов понятия следа, его возникновения, механизма следообразования и его переработки субъектами доказывания в уголовном судопроизводстве.
Механизм следообразования включает в себя следующие этапы:
1) отражение события;
2) возникновение информации о событии;
3) обнаружение (выделение) криминалистически значимой информации (следов преступления).
1. Отражение события. Одной из особенностей уголовно-процессуального исследования является то, что следователь, а потом и суд не наблюдают само событие преступления, а изучают отображения, возникшие в сознании людей (свидетелей, потерпевших и т.д.) и в материальной обстановке: «остаточные явления» преступления.
Под отражением в широком смысле понимается процесс и результат воздействия одной материальной системы на другую, который представляет собой воспроизведение в иной форме особенностей (черт, сторон, структуры) одной системы в особенностях (чертах, структуре) другой системы.
Отражение - это сложная категория, изучаемая различными науками» главным образом философией и психологией (а также психофизикой). Большинство ученых, исследуя сущность информации, исходят, в первую очередь, из философской теории отражения. В работах Л.М. Карнеевой, В.П. Лаврова, И.М. Лузгана, А.А. Эйсмана и других было убедительно доказано, что объективную основу процессов выявления и раскрытия преступлений образуют отражательно-информационные процессы.
Наиболее значительный вклад в преломление теории отражения к криминалистической науке внес Р.С. Белкин: «Я пришел к твердому убеждению, - писал он, - что концептуальная философская категория отражения составляет философский, теоретический и практический фундамент криминалистики, что эта категория охватывает фактически все направления криминалистической науки и многие другие философские категории, используемые в ней... Это и есть тот третий «кит», на котором зиждется все здание криминалистической науки - от определения ее предмета до практических приложений». Он (этот «кит») и лежит в основе принципиальной возможности познания объективно существующих закономерностей возникновения информации о преступлении, которые, в свою очередь, являются базисными для закономерностей, определяющих возможность обнаружения доказательств и их собирания.
В самом общем виде, отражение преступления в окружающей среде - это те изменения, которые в ней вызывает преступление. «Разумеется, - совершенно верно отмечает Р.С. Белкин, - не все составляющее процесса отражения одинаково значимы для практики борьбы с преступностью. Ведущую роль играют такие результаты этого процесса, как след и образ». В криминалистике (как, впрочем, и в других областях научных знаний) эти изменения-отражения принято делить на материальные (представляющие результат взаимодействия различных «сугубо материальных» объектов) и идеальные (субъективные образы материальной действительности, отображенные в памяти человека). Таким образом, характер отражения зависит от вида осуществляемого взаимодействия.
Закономерности материальных отображений события преступления и механизма его совершения, как уже ранее упоминалось, достаточно полно изучены в криминалистике, разработаны и постоянно совершенствуются надежные инструментальные средства и методы их обнаружения, фиксации и использования в интересах уголовного судопроизводства.
Закономерности же возникновения, существования, использования идеальных отображений, значимых для уголовно-процессуального исследования преступлений, ни в общей теории криминалистики, ни в одном из разделов этой науки специальному исследованию не подвергались.
В любом отражении главными элементами являются отражаемые и отражающие объекты. Отражаемые объекты - это источники информации. Применительно к событию преступления, Р.С. Белкин к отражаемым объектам относит субъекта преступления и объективную сторону преступления. Очевидно, однако, что отражаемыми объектами могут являться не только лица, совершающие преступление, а также потерпевшие и другие, взаимодействующие в ходе совершения преступления лица, в том числе и узнавшие о нем от других людей, принимавших непосредственное участие в преступлении. Помимо различных индивидов, к объектам отражения следует отнести и различные предметы, например орудия преступления. Вторым отражаемым объектом является объективная сторона преступления - действия, а также бездействие. Причем сюда следует относить деяния не только лица, совершающего преступление, но и других вышеназванных субъектов процесса отражения.
Отражение - это результат процесса взаимодействия, «В понятии взаимодействия уже констатируется не просто то, что все материальные объекты изменяются, а то, что один объект изменяется именно потому, что на него действует другой объект, а этот последний, в свою очередь, изменяется под воздействием первого объекта».
Особенностью идеального отображения является отсутствие прямого «материального» контакта при взаимодействии объектов (например, наблюдение на расстоянии), тогда как отображение на материальных предметах может происходить только в результате прямого контакта (соприкосновения). Взаимодействие предполагает наличие как минимум двух элементов, поэтому вторым необходимым составляющим выступают отражающие объекты - потребители информации. Под отражающими объектами в данном случае понимаются элементы среды, в которой происходит преступное событие. В отличие от других отражающих объектов, человек выступает носителем как материальной информации (например, частицы одежды или кожи преступника, которые остались на теле потерпевшего вследствие непосредственного взаимодействия между ними), так и идеальной информации (т.е. информации, сохранившейся в сознании человека, например, описание внешности нападавшего, по которому составляется фоторобот или проводится опознание). Таким образом, человек является одновременно и источником, и носителем, и потребителем информации. И потому Я.В. Комиссарова и В.А. Семенов верно отмечают, что человек как участник уголовного судопроизводства является универсальным «сигналоносителем» - «хранилищем» (источником) криминалистически значимой информации и обладателем средств ее передачи.
Так как результатом отражения являются изменения, то для того, чтобы узнать о преступном событии, реконструировать его в существеннейших и необходимых для целей уголовного судопроизводства чертах, необходимо выделить связанные с ним изменения. Такие изменения Р.С. Белкин называет «изменения информационным сигналом, имеющим свое содержание - информацию, и форму выражения - информационный код». Под информационным сигналом принято понимать тот или иной физический процесс (изменения), несущий информацию о событии, явлении, объекте, т.е. модель события, явления, объекта. Отражение в преобразованной форме совпадает с понятием сигнала информации о расследуемом событии.
Главным информационным кодом об изменениях, обусловленных совершением преступления, является речь человека - субъекта, отражающего информацию.
Говоря об этом, заметим, что мы не может полностью согласиться с мнением Е.И. Галяшиной, считающей, что «речь, повсеместно используемая в коммуникации людей, является одним из важнейших источников (выделено нами - авт.) криминалистически значимой информации». Речь, по справедливому замечанию Р.С. Белкина, - это не источник, а форма выражения информации. Самим же источником информации в данном случае будут выступать различные субъекты (свидетели, подозреваемые (обвиняемые), потерпевшие, эксперты, специалисты и т.д.).
Сигнал является результатом взаимодействия не менее двух структур, процессов: среды и человека, объекта и субъекта, субъекта и субъекта и связующим звеном между ними. Он непосредственно взаимосвязан и исходит от воспринимаемого события, действия. В процессе возникновения изменений информационный сигнал может выступать в материальной (предметной, вещественной) и идеальной (мысленной, образной) формах. Обе формы являются разновидностями «отпечатков» события в среде, которые содержатся на комплексе отражающих объектов. Форма зависит от вида взаимодействия (контактного или бесконтактного) и от особенностей отражаемых и отражающих объектов.
Подводя итог вышесказанному, отметим, что результатом процесса отражения преступления является информация о событии.
2. Возникновение информации. В настоящее время сформировалось несколько «семейств» теорий информации с самыми различными определениями этого термина. Но большинство из них совершенно обоснованно связывают две категории - отражение и информация. Именно категория отражения, как справедливо заметил А.Д. Урсул, есть тот ключ, который позволяет открыть тайны природы информации. По словам Ф.П. Тарасенко, отражение и информация «являются различными абстракциями одного и того же свойства материи».
Термин «информация» (от лат. information) переводится обычно как «представление», «понятие», «сведения», «сообщение». Под информацией в широком смысле понимаются сведения, передаваемые людьми устным, письменным или другим способом (с помощью условных сигналов, технических средств и т.д.).
Так, С.Н. Хорунжий, взяв за основу основные признаки информации и сгруппировав их по критериям, отражающим существо термина, получил в результате три условные группы того, как раскрывается данная категория в научной литературе:
1)в первой группе определений информация понимается как сведения, знания или данные о чем-либо;
2)во второй информация рассматривается как сообщение;
3) в третьей - как отражение.
Возникновение информации, как и существование процесса отражения, имеет объективный характер, т.е. существование информации как таковой не зависит от воли и сознания человека, так как подчиняется общим закономерностям объективной действительности.
Проанализировав многочисленные определения понятия «информация», имеющиеся в философской, психологической, юридической и иной литературе, Н.Н. Лысов отметил (при некоторых несущественных различиях) общие для них черты:
информация возникает в результате взаимодействия объектов;
информация, полученная субъектом из объекта, всегда связана с изменениями объекта;
информация возможна только в результате актуализации свойства отражения.
В результате, с одной стороны, информация носит объективный характер, поскольку, так или иначе, отражает действительные факты и события реального мира. С другой стороны, она субъективна в смысле механизма ее формирования, поскольку процесс интерпретации полученного сообщения определяется интересами получатели сообщения, его компетентностью, чувствами и эмоциями.
Таким образом, в широком смысле информация представляет собой содержание результата процесса отражения, при котором один объект (отражаемый), взаимодействуя с другим объектом или субъектом (отражающим), вызывает изменения в его состоянии и передает ему часть сведений о собственном содержании.
Применительно к событию преступления наиболее точным и лаконичным пояснением термина «информация» из известных нам представляется определение Р.С. Белкина: «совокупность сведений о механизме преступления и его участниках, содержащихся в отражении комплекса элементов события».
В результате отражения возникает информация о событии преступления и его участниках. При определенных условиях эта информация может приобрести доказательственное значение, стать содержанием доказательств и фигурировать в дальнейшем как доказательственная информация. Для этого из всего массива доступной и поступающей следователю информации ему необходимо выделить ту ее часть, которая имеет криминалистически значимый характер.
Подводя итог вышесказанному, этапы процесса формирования криминалистически значимой информации схематически можно представить следующим образом:
Криминальное событие

Процесс отражения во вне

Информация о событии

Криминалистически значимая информация
В самом же процессе расследования следователь изначально имеет дело не с доказательствами и даже не со следами (об этом скажем ниже), а с информацией, часть из которой представляется ему потенциально уголовно-релевантной, т.е. значимой для целей расследования преступления.
3. Выделение криминалистически значимой информации.
По верному образному выражению В.А. Образцова, «информация- это воздух, а информационные процессы - кровеносные сосуды» деятельности по раскрытию и расследованию преступлений. Именно поэтому, наряду с преступной деятельностью и судебно-следственной практикой, информация, порождаемая преступлением и связанная с ним, выступает в качестве одного из объектов криминалистики.
Для общего определения информации, используемой в процессе раскрытия и расследования преступлений, в научной литературе часто используют понятие «криминалистическая информация». Однако мы поддерживаем точку зрения ряда авторов, согласно которой для определения информации, используемой в деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, необходимо использовать понятие не «криминалистическая», а «криминалистически значимая информация», поскольку оно более точно отражает прагматический (целевой) аспект деятельности по раскрытию и расследованию преступлений и поскольку, как мы уже отмечали, вне этого аспекта информация существовать не может.
В качестве таковой «выступают любого рода сведения, получаемые процессуальным и непроцессуальным путем в процессе расследования преступления следователем или работником органа дознания в соответствии с рекомендациями, разработанными криминалистикой, могущие быть доказательствами по делу или способствующие получению доказательств и принятию мер для предупреждения и пресечения других преступлений».
Иными словами, криминалистически значимая информация - это сведения, данные, имеющие отношение к преступлению на всех стадиях его совершения (подготовки, исполнения, сокрытия), а также к процессу его раскрытия и расследования, полученные процессуальным и непроцессуальным путем.
В процессуальном виде криминалистически значимая информация может выступать и как доказательственная, и как ориентирующая информация. Последняя, по мнению Р.С. Белкина, может быть использована для выдвижения версий, определения направления расследования, планирования следственных действий, прогнозирования возможной линии поведения участников расследования и т.п.
Однако, на наш взгляд, и процессуальная информация может не иметь непосредственного доказательного характера, но ее содержание обусловливает и выбор направления расследования, и планирование, и тактику следственных действии, что, по приведенному выше мнению, это есть прерогатива лишь информации, полученной из непроцессуальных источников.
Такое жесткое деление криминалистически значимой информации на процессуальную и непроцессуальную в настоящее время представляется тем более неточным в связи с:
наделением в установленном в законе порядке части оперативно-розыскной информации доказательственной значимостью (результаты оперативного эксперимента, контрольной закупки и т.д.);
введением в систему следственных действий такого самостоятельного источника доказательств, как контроль и прослушивание телефонных и иных переговоров, которые, по верному, на наш взгляд, от того не перестали носить характер оперативно-розыскного мероприятия. С.А.Шейфер справедливо, на наш взгляд, поясняет: «Прослушивание телефонных переговоров - это типичное оперативно-розыскное действие, закрепленное .в п. 9 ст. 6 Закона об ОРД. Суть его не меняется в зависимости от того - производит ли его оперативно-розыскной орган по собственной инициативе или по поручению следователя. Главное же - в процедуре «контроля и записи переговоров» отсутствует определяющий признак следственного действия - восприятие следователем информации, имеющей доказательственное значение: это делает не следователь, а представитель соответствующего органа».
Но информация, как известно, не может существовать независимо от ее носителя: вряд ли можно найти пример наличия информации в «чистом виде», ее существование всегда обусловлено существованием физического носителя. Изменения имеют двуединую природу: содержание - собственно информация; и форму выражения - информационный код.
Информация как результат процесса отражения находит свое закрепление в определенных отображаемых объектах материального мира. Отображение, имеющее материальную форму выражения вовне, в криминалистике рассматривается как след в широком смысле слова, а именно - как «всякое изменение структуры материальной обстановки, возникшее, в результате события преступления...».
След - это в некотором роде конечная фаза отражения одного объекта (воздействующего) на другом. След и криминалистически значимая информация образуют неразрывную связь.
Однако, как верно отмечает ряд криминалистов, в результате совершения преступления возникают не следы как таковые, а информация как результат процесса его отражения вовне. Понятия «отражения», «информация» и «следы преступления» отнюдь не тождественны. Не всякий результат отражения можно назвать следом, но всякий след является результатом отражения и не может существовать без него. Часть информации осознается следователем как след преступления (а впоследствии, возможно, и как доказательство) лишь тогда, когда он воспринимает ее именно в этом качестве (в качестве следа преступления), а наука криминалистика имеет методики обнаружения, фиксации, извлечения, исследования и использования возникающей информации (части отражения) в уголовно-процессуальном доказывании. Совершенно прав в этой связи В.А. Образцов, говоря о криминалистике как о практическом следоведении.
Для существования криминалистически значимого следа необходимо наличие уже трех обстоятельств: 1) совершение деяния, содержащего признаки преступления; 2) отображение связанной с этим информации следователем или другим субъектом доказывания; 3) наличие криминалистической методики обнаружения (включая способы познания, средства, приемы и т.п.), фиксации, изъятия и исследования этой информации в условиях уголовного судопроизводства.
Рассматривая «цепочку»: отражение - информация - след, нельзя не остановиться еще на одном (итоговом) звене этой цепочки - судебных доказательствах. Ведь в материалах уголовного дела фигурируют не следы, а доказательства. Заметим, что в самом тексте Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее УПК) термин «след» используется только в 14 случаях. Например, п. 3 ч. 1 ст. 91 УПК РФ к основаниям задержания подозреваемого относит явные следы преступления, обнаруженные на этом лице или его одежде, при нём или в его жилище. Гораздо чаще в тексте уголовно-процессуального закона употребляется термин «доказательства» (202 упоминания): привлечение в качестве обвиняемого возможно при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершенном преступлении (ч. 1 ст. 171 УПК) и т.д., а не следов, сведений, данных; как в оправдательном, так и в обвинительном приговоре излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда (см. ст.ст. 305, 307 УПК) и т.д.
«Во-первых, - отмечает Д.В. Зотов, рассматривая эту проблему применительно к вещественным доказательствам, - эти понятия имеют различную природу: «следы преступления» - криминалистическая, а «вещественные доказательства» - процессуальная категория. Во-вторых, при соблюдении ряда процессуальных процедур следователь из следов преступления формирует доказательства».
Доказательства следует отграничивать не только от следов преступления, но и от информации как таковой. Как было сказано выше, при совершении преступления возникают не доказательства и даже не следы, а информация о преступлении, которая может приобрести, а может и не приобрести доказательственного значения в силу тех или иных причин. Не всегда изменения в среде могут быть выявлены, а возникшая объективная информация не может быть использована, если, как сказано, субъект доказывания не обладает надлежащими средствами и методами выявления и работы с нею. К тому же результату могут привести и действия субъекта доказывания, не обладающего должным профессиональным опытом и знаниями средств и методов работы с доказательствами.
В соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель, в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Это, безусловно, значительная новация по сравнению с положениями УПК РСФСР, в котором в качестве доказательств по уголовному делу понимались фактические данные (ст. 69 УПК РСФСР), рассматриваемые в специальной литературе в первую очередь как сведения о фактах, почерпнутые из определенных процессуальным законом источников. Тем не менее, на наш взгляд, доказательства - это не любые сведения: как известно, одним из требований, предъявляемым к любому доказательству, устанавливающему определенные обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовным делам, является его допустимость, поэтому считаем, что критерий допустимости целесообразно ввести в определение доказательств, которое содержится в ст. 74 УПК РФ.
Вместе с тем, восприятие следователем объективной действительности носит субъективный характер, поэтому в значительной степени зависит от его субъективно-личностных свойств. К числу субъективных факторов, способствующих превращению объективно существующей возможности обнаружения доказательств в действительность их обнаружения, относятся: знание приемов и средств обнаружения доказательств, умение применять эти приемы и средства; знание приемов и средств отбора информационных сигналов; обладание необходимыми субъективными качествами и др. Доказательства представляют собой не что иное, как результат процессуальной деятельности следователя: «Следователь именно создает доказательства своей процессуальной деятельностью». Правда сам термин «создает» представляется не совсем удачным, поскольку следы преступления, являющиеся объективной основой доказательств, возникают независимо от сознания и деятельности следователя. Представляется более целесообразным использование в этих целях понятия «формирует», в чем мы согласны с мнением ряда исследователей.
Процесс раскрытия и расследования преступления с точки зрения рассматриваемого подхода характеризуется многократным отражением события преступления: сначала оно отражается в окружающем мире, оставляя в нем материальные и идеальные следы, затем эти следы воспринимаются следователем, отражаются его сознанием и объективизируются в материалах уголовного дела, превращаясь в доказательства в уголовно-процессуальном смысле.
Таким образом, следы - это еще не доказательства, так как в своем первоначальном виде они не могут быть использованы субъектом доказывания для аргументации промежуточных и конечных выводов. Чтобы это произошло, следы должны быть не только им восприняты, но и в надлежащей процессуальной форме отражены в материалах дела. «...Следы преступления, в качестве носителей доказательственной информации «молчат», пока они не восприняты субъектом доказывания, не отражены его сознанием и процессуально не оформлены. Только в результате такого отражения возникает доказательство».

§ 2. Понятие и классификация следов в криминалистике

Понятое «след» является системообразующим элементом для теории и практики криминалистики: следователь, следствие, расследование - у всех этих терминов единый корень - «след». Раскрытие преступления, успех расследования во многом зависят от того, насколько полно удалось выявить, закрепить, исследовать и эффективно использовать следы, отражающие отдельные обстоятельства совершенного преступления.
И хотя «попытки научного обобщения необходимых для этого сведений относятся к последним десятилетиям XIX века и получили отражение в первую очередь в работе Г. Гросса, а в России - С.Н. Трегубова, издавшего прослушанные им лекции Р.А. Рейса», единого мнения о самом понятии следов, об их содержании, классификациях криминалистика не выработала до настоящего времени.
Очевидно, что, наряду с развитием лингвистических, технических и других наук, информатики, понятие следа изменялось, приобретая не только другой оттенок, но и другой смысл по существу. Трудности в формировании рассматриваемого понятия возникают еще и потому, что среди криминалистов нет единства Относительно того, что вообще следует относить к следам как к таковым. Напомним, в частности, что следы преступления в большинстве случаев понимаются криминалистами как любые материально фиксированные изменения среды.
В самом общем виде термин «следы преступления» определен Б.И. Шевченко следующим образом: «Для обозначения всех самых разнообразных материальных изменений, которые обязаны своим происхождением тем или иным действиям преступника, связанным с совершением преступления во всех его стадиях, пользуются в криминалистике обобщающим и охватывающим все эти изменения названием - следы преступления». И.Ф.Крылов писал о следах как об изменениях, появляющихся на месте преступления, на жертве или на самом преступнике в результате воздействия последнего, предупреждая в то же время, что расширение понятия следов до границ того, что может быть принято органами чувств, неправильно. В.С.Сорокин подразумевал под ними «всевозможные материальные изменения в окружающей обстановке, связанные с совершением преступления. Эти изменения могу........

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
I. Законодательные и подзаконные нормативные акты
Российской Федерации.

1. Конституция Российской Федерации. - СПб.: Литера, 1999.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст в редакции ФЗ от 21.11.2003. - М.: Экзамен, 2004.
3. Уголовно-процессуальный кодекс РФ с изменениями и дополнениями на 15 февраля 2004 г. - М.: ТК Велби, изд. Проспект, 2004.

II. Научная литература

4. Аверьянова Т.В. Криминалистика / Т.В.Аверьянова, Р.С.Белкин, Ю.Г.Корухов, Е.Р.Россинская. М., 2001. С.971.
5. Адамов Ю.П. Факты, влияющие на выбор вида лжи при свидетельствовании // Вопросы судебной психологии. М., 1971. С.12-17.
6. Баев О.Я. Снобизм обвинительной власти (еще раз о положении потерпевшего в современном уголовном процессе) // Российское правовое государство: итоги формирования и перспективы развития: Всероссийская научно-практическая конференция. Воронеж, 14-15 ноября 2003г.: Пленарное заседание / Сер. Юбилеи, конференции, форумы. Воронеж. 2004. Вып.2. С.17-18.
7. Баев О.А. Конфликтные ситуации на предварительном следствии. Воронеж. 1984
8. Баев О.А. Тактика следственных действий. Воронеж. 1995. С.96-97.
9. Белкин Р.С. в 3т. М., 1997. Т.1 Общая теория криминалистики. С.112.
10. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. М., 2001. С.67.
11. Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3т. М., 1997. Т.1: Общая теория криминалистики. С.119-120.
12. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997. С.200.
13. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград, 1993.С.137.
14. Белкин А.Р. Теория доказывания. Науч.-методич. Пособие. М., 2000. С.146.
15. Булыко А.Н. Современный словарь иностранных слов. М., 2005. С.201.
16. Быков В.М., Ткачева Н.В. Принуждение при производстве следственных действий // Право и политика. 2005. №5. С.136-145.
17. Бассин Ф.В., Бурлакова М.К., Волков В.Н. Проблема психологической защиты // Психологический журнал. 1988. Т.9. №3. С.81.
18. Васильев В.Л. Юридическая психология. СПб., 2000. С.469.
19. Васильев В.Л. Психология следственных действий. СПб., 1999. С.14.
20. Васильев А.Н. Следственная тактика. М., 1976. С.3-6.
21. Веселков К.В. Проблемы психологии формирования показаний потерпевшего. С.13
22. Гинзбург А.Я, Опознание в следственной, оперативно-розыскной и экспертной практике / Под ред. Р.С.Белкина. М., 1996. С.86.
23. Галяшина Е.И. Криминалистическое исследование речи: новые возможности и перспективы // Проблемы раскрытия преступлений в свете современного уголовного процессуального законодательства: Метариалы Всерос.науч.-практич. Конф-ции, посвященной памяти проф., д-ра юрид. Наук, Заслуж. Юриста РФ И.Ф, Герасимова, Екатеринбург, 6-7 февраля 2003г., Екатеринбург, 2003. С.93.
24. Грановский Г.Л. Основы трасологии. М., 1965.
25. Диалектический и исторический материализм / Под общ.ред. А.П.Шептулина. М.. 1985. С.79
26. Еникеев М.И., Черных Э.А. Психология допроса. М., 1994. С.7.
27. Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. М., 1996. С.510.
28. Жиляев А.И. Криминалистическая характеристика и предупреждение заведомо ложных показаний свидетелей и потерпевших: Автореф.дис… канд.юрид.наук. Н.Новгород, 2002. С.12.
29. Зинченко Т.П. Опознание и кодирование. Л., 1981. С.9.
30. Зотов Д.В. Применение научно-технических достижений следователем: проблемы правовой регламентации // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): Материалы Международ. Науч.-практич.конф., г.Екатеринбург, 27-28 января 2005г. В 2ч. Екатеринбург, 2005, Ч.1. С.352.
31. Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обстановки места происшествия. Дисс… канд.юрид.наук. Алма-Ата, 1965. С.5.
32. Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Волгоград, 1988
33. Комисарова Я.В., Семенов В.В. Особенности невербальной коммуникации в ходе расследования преступлений. М., 2004. С.20.
34. Криминалистика / Под ред.В.А.Образцова. М., 1997. С.5.
35. Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. С.112.
36. Колдин В.Я. Судебная идентификация. М., 2002. С.18.
37. Комисарова Я.В., Сошников А.П. Заключение специалиста-полиграфолога как источник доказательств // Актуальные проблемы современной криминалистики // Материалы науч.-практич.конф.: в 2ч. Симферополь-Алушта, 19-21 сентября 2001г. Симферополь, 2002. Ч.1. С.68.
38. Комисарова Я.В., Семенов В.В. Особенности невербальной коммуникации в ходе расследования преступлений. М., 2004. С.108.
39. Крылов И.Ф, Следы на месте преступления. Л., 1961. С.7.
40. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах. Л., 1976. С.52.
41. Крылов И.Ф. Криминалистика / под ред. И.Ф, Крылова, А.И.Бастрыкина. М., 2001. С.513.
42. Китаев Н.Н., Китаева В.Н. Экспертные психологические исследования в уголовном процессе: проблемы, практика, перспективы. Иркутск, 2002. С.158-159.
43. Красильников Б.П. Психология. Учебник для педагогических вузов. М., 1962. С.232.
44. Кертэс И. Тактика и психологические основы допроса. М., 1965. С.42.
45. Лавров В.П. Особенности расследования нераскрытых преступлений прошлых лет. М., 1972
46. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. М., 1969
47. Лысов Н.Н. Фиксация доказательств в уголовном процессе. Н.Новгород. 1998. Ч.1: Методологические проблемы. С54.
48. Марютина Т.М., Ермолаев О.Ю. Введение в психофизиологию. М., 2001. С.196.
49. Мещеряков В.А. Преступления в сфере компьютерной информации: основы теории и практики расследования. Воронеж, 2002. С.94-104.
50. Образцов В.А. Криминалистика: курс лекций. М., 1996. С.57.
51. Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии. Минск, 1978. С.56-72.
52. Петелин Б.Я. проблемы в теории и тактике допроса // Правоведение. 1990. №3. С.18.
53. Полетаев А.В. Сигнал. М., 1958. С.127.
54. Поврезнюк Г.И. Факторы, влияющие на полноту восприятия и воспроизведение признаков внешности человека // Вестник криминалистики / Под ред. А.Г.Филиппова. М., 2001. вып.2. С.60.
55. Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии. М., 1998. С.39.
56. Победкин А.В. Теория и методология использования вербальной информации в уголовно-процессуальном доказывании. М., 2005. С.7, 48-49.
57. Психология эмоций. Тесты / Под ред. В.К.Вилюнаса, Ю.Б.Гиппенрейтер. М., 1984. С.231.
58. Прукс П. Уголовный процесс: научная «детекция лжи». Инструментальная диагностика эмоциональной напряженности и возможности ее применения в уголовном процессе. Тарту, 1992. С.171.
59. Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967. С.178.
60. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946. С.207.
61. Рудик А.П. Психология. М., 1967. С.35.
62. Срезнековский В.В. Испуг и его влияние на некоторые физиологические и психологические процессы. Спб., 1908. С.258-259; Васильев В.Л. Юридическая психология. Спб., 1997. С.408-413.
63. Сорокин В.С. Обнаружение и фиксация следов на месте происшествия. М., 1966. С.3.
64. Селецкая Л.И. Упражнения и перенос упражнения в функции различения яркостей // Бюллетень ВИЭМ. №6.
65. Селиванов Н.А. Использование психо-физиологических реакций при проверке на полиграфе // Пособие для следователя. М., 1998. С.34-35.
66. Семенов В.В. Психологические возможности распознавания ложности показаний // Российский следователь. 2003. №9. С.3.
67. Тарасенко Ф.П. К определению понятия «информации в кибернетике // Вопросы философии. 1963. №3. С.80.
68. Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред.Н.В.Жогина. М., 1973. С.625.
69. Турчин Д.А. Теоретические основы учения о следах в криминалистике. Владивосток. 1983. С.86.
70. Урсул А.Д. Отражение информации. М., 1973. С.18-19.
71. Хорунжий С.Н. Следы в криминалистике и особенности их выявления и использования при расследования групповых преступлений. Дисс… канд.юрид.наук. Воронеж, 2001. С.14-17.
72. Фелинская Н., Станишевская Н. Использование психологических знаний в уголовном процессе // Советская юстиция. 1971. №7. С.6.
73. Хабалев В. Использование гипноза в оперативно-розыскной практике // Записки криминалистов. М., 1995. Вып.5. С.245.
74. Хлынцов М.Н. Криминалистическая информация и моделирование при расследовании преступлений. Саратов, 1982. С.38.
75. Штамм С.И. Судебник 1497 года. М., 1955. С.105. Ст.47.
76. Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов. 1986. С.8.
77. Шейфер С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственной значение. М., 2004. С.104-105.
78. Шевченко Б.И. Теоретические основы трасологической идентификации в криминалистике. М., 1975. С.7.
79. Шабанов-Кушнаренко Ю.П. Применение метода нуль-орган в психофизике // Проблемы бионики. Харьков, 1978. Вып.21. С.8.
80. Шеррингтон Ч. Интегративная деятельность нервной системы. Л., 1969. С.149-150.
81. Шехтер М.С. Психологические проблемы узнавания. М., 1967.
82. Шуклин А.Е. Уголовно-процессуальные аспекты использования инструментальной детекции лжи // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): Материалы Международ.науч.-практич.конф., г.Екатеринбург, 27-28 января 2005г. В 2ч. Екатеринбург, 2005. Ч.2. С.434.
83. Юрина Л.Г., Юрин В.М., Лаврухин С.В. Прослушивание телефонных и иных переговоров при расследовании экономических преступлений // Вестник криминалистики / Под ред.А.Г.Филиппова. М., 2000. Вып.1 С.92.


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть похожие работы