Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Деонтологические аспекты социальной работы

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 12.12.2012. Сдан: 2012. Страниц: 53. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?2
 
МОСКОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
МЕДВЕДЕВА Г.П.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
ДЕОНТОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
МОСКВА 2010
СОДЕРЖАНИЕ
 
 
ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………3
 
РАЗДЕЛ 1. ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ДЕОНТОЛОГИИ……………………..7
 
1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ДЕОНТОЛОГИИ:ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ…………………………….
 
2. ПОНЯТИЙНО-КАТЕГОРИАЛЬНЫЙ АППАРАТ ДЕОНТОЛОГИИ
 
3. МЕСТО И РОЛЬ ДЕОНТОЛОГИИ В ЭТИЧЕСКОМ УЧЕНИИ
 
 
РАЗДЕЛ 2. ДОЛЖЕНСТВОВАНИЕ В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ…..
 
1. МЕСТО И РОЛЬ ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ………………..
 
2. СУЩНОСТЬ И СОДЕРЖАНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ДОЛГА И ОТВЕТСТВЕННОСТИ В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ……………
 
3. ДЕОНТОЛОГИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ В СОЦИАЛЬНОЙ
РАБОТЕ
 
ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………...…………………………78
 
ПЕРЕЧНИ КОНТРОЛЬНЫХ ВОПРОСОВ И ЗАДАНИЙ……………..80
 
СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ………………………


 
 
 
1. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ДОЛГА……………………………….……5
 
 
 
 
 
 
 
 
ВВЕДЕНИЕ
 
 
 
 
 
Исследование природы и происхождения долга составляло и составляет одну из самых трудных проблем в теории морали - этике.
Человек – социальное существо; вся его жизнь и деятельность проходит в составе группы – социальной и профессиональной. Он является не только результатом деятельности общества (сообщества), но и активным членом этого общества, представителем определенной социальной группы, выполняя вполне определенные социальные роли. Включаясь в трудовую деятельность, человек становится членом профессиональной группы, с которой его связывают общие цели.
Принадлежность к каждой группе обязывает человека учитывать не только свои личные, но и общие, групповые интересы, которые определяются сущностью и целями группы, ее социальным статусом. Формирование поведения и деятельности личностью в соответствии с интересами в первую очередь группы (социальной и профессиональной) становится свидетельством того, что ею освоена социальная и профессиональная роль. Иными словами, должное поведение, демонстрируемое личностью, может свидетельствовать о ее социальной и профессиональной зрелости.
Проблемы долга, должного поведения изучаются специалистами в области этики с глубокой древности. О размышлениях и дискуссиях философов и представителей различных профессиональных групп многих стран и народов свидетельствуют вавилонские, египетские, индийские, китайские, русские и другие рукописные источники.
Уже в Древнем мире Демокрит, Сократ, Аристотель, Цицерон, Сенека и другие мыслители обращались к исследованию содержания долга и обязанностей человека как члена общества в целом, но в особенности - в связи в выполнением им различных социальных ролей и в конкретных ситуациях. Особое внимание уделялось тем областям деятельности и ситуациям, в которых присутствовала объективная необходимость предпочтения общественных интересов частным, т.е. где от выбора личностью поступков зависело не только ее собственное благополучие, но и благополучие окружающих, всего общества (сообщества). Однако понятие долга как теоретическая конструкция появляется только у римских стоиков, то есть в период эллинизма.
Позднее, в Новое время, огромный вклад в изучение долга и должного, механизма формирования должного поведения внесли И. Кант и И. Бентам, определив вместе с тем место и роль деонтологии в этике, содержания деонтологии как учения о долге и должном поведении. Благодаря трудам этих мыслителей деонтология заняла значительное место в исследованиях в области этики. Сегодня она признана как неотъемлемая часть любого этического учения. Вместе с тем, вопрос об исходной роли долга в этической теории не разрешен окончательно, хотя решение его весьма актуально, поскольку оно детерминирует возможность адекватного видения роли целостного и деятельностного смыслового поля культуры в формировании личности. В настоящее время проблемы долга и должного исследуются не только философами, но и представителями различных профессиональных групп.
Выделение этики профессиональной деятельности (профессиональной этики) в относительно самостоятельный раздел этического учения в середине ХХ века стало определенным стимулом для расширения исследований в области профессионального долга специалиста, его обязанностей и ответственности и, таким образом, в области профессиональной деонтологии. Наиболее актуальными исследования содержания долга и механизмов формирования должного поведения становятся в тех видах профессиональной деятельности и тех отраслях профессиональной деятельности, где влияние индивидуальной профессиональной деятельности и поведения специалиста на судьбы человека и общества очень значительно и велика индивидуальная ответственность специалиста за результаты деятельности. Это медицина, педагогика, психология, правоохранение, политика, военное дело и, конечно, социальная работа.
Формирование этического сознания и обеспечение на его основе должного поведения специалиста и будущего специалиста в этих сфер профессиональной деятельности в настоящее время рассматривается как важнейший аспект его профессиональной подготовки и профессионального воспитания. Поэтому в системе профессионального образования в учебных дисциплинах, посвященных изучению профессиональной этики, большое место отводится деонтологии как неотъемлемой части этического учения.
В социальной работе, как и в других видах профессиональной деятельности, должное поведение, отношения и действия специалиста являются одним из непременных условий достижения социально и индивидуально значимого результата деятельности, одним из средств повышения ее эффективности. Порой выполнение специалистом своего долга становится важнейшим условием решения проблем клиента, достижения им, его окружением и всем обществом уровня социального благополучия, достижимого в данных социально-экономических условиях. Одновременно выполнение специалистом своего долга является одним из важнейших условий развития профессии. Должное поведение становится и одним из факторов социального прогресса, поскольку позволяет обеспечить достижение оптимального конечного результата деятельности с наименьшими затратами любого рода ресурсов, детерминирует профессиональный рост специалиста. Вследствие этого изучение будущими специалистами и бакалаврами социальной работы деонтологии и ее особенностей в социальной работе представляется необходимым.
В первом разделе данного учебного пособия, посвященного деонтологическим аспектам социальной работы, вкратце представлены наиболее общие вопросы деонтологии как учения о долге вообще, представлены различные подходы к пониманию и оценке долженствования, исторические аспекты ее развития, разъяснены основные ее категории и понятия, показана их взаимосвязь и взаимовлияние.
Во втором разделе рассматриваются вопросы сущности и содержания профессионального долга социального работника, специфика его ответственности, а также наиболее значимое содержание его долга перед обществом и государством, профессией и профессиональной группой, клиентом и его близкими, перед самим собой, а также содержание и способы разрешения деонтологических конфликтов, возникающих в процессе профессиональной деятельности специалиста.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
1. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ДОЛГА
В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ
 
 
 
 
План:
1. Деонтология как учение о долге и должном поведении
2. Место и роль деонтологии в этической системе и системе ценностей социальной работы
3. Основные понятия и категории деонтологии
 
 
Термин «деонтология» (от греч. deon – долг, deonthos - должный) был введен в научный лексикон для обозначения учения о долге и должном поведении, поступках, образе действий в ХVIII веке английским философом-утилитаристом Иеремией Бентамом (15.02.1748-6.06.1832гг.).
И. Бентама как философа интересовали проблемы формирования человеческого поведения, его мотивов, совместимости социально необходимого и индивидуально значимого в поступках. С его точки зрения каждый человек осознанно или неосознанно стремится увеличить количество получаемых им удовольствий и уменьшить количество переносимых страданий, что вполне естественно. При этом каждый конкретный человек лучше, чем кто бы то ни было, может выделить, оценить и проранжировать для себя источники и способы получения удовольствия и страдания, которые всегда индивидуальны. Но в то же время можно выделить некое общее основание поступков, приносящих человеку удовольствие. Основой человеческого счастья и благополучия является польза в отсутствие страдания. Она и есть то общее, что характеризует все человеческие поступки, приносящие удовольствие. Счастье, таким образом – чистое, длительное и непрерывное наслаждение полученной пользой.
В число наслаждений И. Бентам включал как чувственные, так и моральные, а польза в его понятии – это всякая польза, как нематериальная, так и материальная, в том числе выгода. Например, содержательный разговор с умным собеседником приносит несомненную пользу; полноценный отдых после тяжелой работыТаким образом, И. Бентам сделал попытку соединить в своем учении добродетель и пользу, что отличает его подход от многих этических учений. Для Бентама при «правильном» понимании блага не существует заметной разницы между удовольствием, счастьем, пользой и добродетелью, поскольку, как он считал, различные слова могут означать в восприятии людей одно и то же.
Осуществляя различные действия, человек имеет в виду прежде всего получить удовольствие и пользу для себя лично, избежав при этом страданий. Его поведение необходимо подвергать регулирующему воздействию, поскольку удовольствие, получаемое одним человеком (польза, удовольствие, счастье), может причинить страдания другим. Исследуя место и роль морали в человеческом обществе, И. Бентам сделал вывод о том, что она, как и законодательство, является способом регуляции человеческого поведения с целью обеспечения наивысшего счастья, благополучия и пользы наибольшему числу людей[1]. Аналогичную идею высказывал ранее И. Кант (1792), считавший, что положение «делай высшее возможное в мире благо своей конечной целью» есть априорное синтетическое положение, которое вводится самим моральным законом[2].
Первоначально И. Бентам вкладывал в понятие «деонтология» довольно узкий смысл, имея в виду прежде всего долг и обязанности верующего перед Богом, религией, религиозной общиной, но затем, в поздних работах, употребил его более широко, для обозначения теории морали в целом, поскольку мораль общественная – понятие более широкое, чем мораль религиозная. К тому же, считал Бентам, регулированию должно подвергаться поведение как верующих, так и атеистов, которых во времена Бентама и Канта становилось все больше.
Вскоре последователями и приверженцами теории И.Бентама понятие «деонтология» было уточнено и разграничено с понятием морали. Оно стало применяться в несколько более узком смысле, для обозначения учения о должном поведении, поступках, отношениях и действиях любой личности или группы, и деонтология стала различаться не только с этикой, но и с аксиологией - учением о ценностях. Деонтология стала рассматриваться как относительно самостоятельная и, вместе с тем, важнейшая область философского этического знания.
В настоящее время термин «деонтология» используется довольно широко как в этике, так и в профессиональной этике для обозначения учения о долге и должном поведении личности (и, в частности, специалиста) в процессе выполнения им обязанностей (профессиональных обязанностей). Именно в этом значении он используется и в профессиональной этике социальной работы. В целом содержательно деонтология социальной работы представляет собой систему смыслов, понятий, норм, установлений и предписаний о долге социального работника, коллектива социальной службы и совокупной профессиональной группы перед обществом и государством, социальной работой как специфическим видом профессиональной социальной деятельности и особым социальным институтом, перед коллегами (профессиональной группой), клиентами и перед самим собой.
Практически каждая профессия, сформировавшая и кодифицировавшая собственную профессионально-этическую систему, осмысливает одновременно с этим и содержание профессионального долга специалиста, но чаще всего при этом не затрагивает места и роли деонтологии в профессионально-этическом учении, проблем соотнесения долга и обязанностей, поскольку это скорее вопрос теории, а не практики профессиональной этики. Эта проблема – места и роли деонтологии в профессионально-этическом учении – все же должна быть решена в профессиональной этике, поскольку содержанием решения определяется допустимая степень самостоятельности специалиста, способы контроля его деятельности, взаимное доверие специалистов и их клиентов и т.п., неформальные возможности профессиональной деятельности, и в конечном итоге – ее эффективность.
Место и роль деонтологии в любом этическом учении, в том числе и профессионально-этическом, могут быть определены, исходя из сущности человека. Можно выделить три таких основных подхода к определению природы человека и, соответственно этому, выяснить место и роль деонтологии в системе этики и профессиональной этики.
Первый подход основан на убеждении в сущностном добре человека. Если человек сущностно добр, духовно устремлен к добру, всегда стремится делать только добро, то значительная часть его поступков и действий будет нести благо и ему, и всему обществу. Однако далеко не всегда человек образован и духовно совершенен настолько, чтобы верно разграничить области добра и зла и встать на сторону добра. Поэтому не все поступки человека в конечном итоге служат добру; в мире, к сожалению, существует противное природе человека «рукотворное» зло. Это значит, что добро и благо как результат деятельности человека не являются неизбежными в практике, хотя и наиболее вероятными в теории. В этом случае этическое учение может и должно выступать в роли руководства, «путеводителя», источника этических знаний, разъясняющего человеку сущность добра и зла, их соотношения и путей, ведущих к ним. Человек, исходя из своей природной устремленности к добру, получит необходимые для жизни и деятельности этические знания, и этого будет вполне достаточно для обеспечения должного поведения в основном.
Но могут быть случаи, противоречивые и поэтому сложные для анализа (или ситуация не предоставляет времени для тщательного анализа), когда трудно предвидеть все, и в том числе отдаленные, последствия поведения или отдельных поступков, а значит, обусловить верный выбор и необходимые действия личности. В этих случаях необходимо иметь четкое предписание (руководство), что именно должен сделать человек для достижения индивидуального и общественного блага и исключения ущерба. Эти предписания предлагает в рамках данного подхода деонтология, представляющая собой своего рода «сборник рецептов», «шпаргалку» для решения сложных этологических проблем. Интересы личности и общества, как видно из анализа, в данном подходе совпадают полностью (тождественны), что осознается и личностью, и обществом.
В данном контексте предполагается, что регулирующий потенциал этики носит преимущественно когнитивно-педагогический характер и заключается в транслировании знаний, обучении этико-аксиологическому анализу с опорой на безусловную моральность самой личности и социальную ориентированность общества. Необходимость прибегнуть к деонтологии для детерминации подобающего поведения представляет собой крайне редкий случай, причем деонтология и долг выступают как нечто внешнее по отношению к личности, но, тем не менее, не противоречащее ей сущностно. В этом случае правомерно часто употребляемое словосочетание «этика и деонтология», которое свидетельствует о различении одного от другого, отдельном их существовании и ситуативно обусловленном взаимодействии. Деонтология, в отличие от этики, не восполняет недостаток глубины знаний, опыта личности и не требует от нее понимания предстоящих действий (по крайней мере, в момент их свершения). Собственно, в таком контексте от деонтологии это и не требуется, поскольку она должна сыграть свою роль в ситуации, сравнимой с экстремальной, когда размышлять о добре и зле и анализировать существо ситуации может быть попросту некогда. Она дает непосредственные указания, императивно обеспечивая необходимые действия. Механизм формирования должного поведения в данном случае сходен с обычно-традиционным[3], что является результатом упрощенного понимания деонтологии.
Второй подход основывается на том, что человек изначально устремлен ко злу, «греховен» и не способен с учетом своей природы на осознанные социально ценные действия, стремясь обеспечить лишь свое собственное благо любой ценой. Если он в действительности таков, то его эгоистические устремления только случайным образом могут привести к общественному благу и не причинить вреда и страданий окружающим. В этом случае регуляция его поведения должна быть иной, более императивной и, главное, более широкой, всеобъемлющей. Ни в коем случае нельзя полагаться на результаты самостоятельно проведенного личностью этико-аксиологического анализа ситуации и ее последствий: они в большинстве случаев заведомо дадут негативный для общества результат, предусматривая лишь индивидуальное благо. Нецелесообразно также и обучать личность основам этики: ее знания не будут гарантировать нормативного поведения, оставаясь формальными и поверхностными.
Наиболее целесообразным при реализации такого подхода является введение жестких ограничений поведения личности, предписаний, гарантирующих общество от эгоистического произвола личности, неспособной или не желающей различить истинное добро и зло и не желающей принимать во внимание общественное благо. Необходимы четко выверенные ориентиры и рамки, которые необходимо учитывать в повседневной деятельности и пренебрежение которыми безусловно наказуемо. В этом случае деонтология как бы поглощает этику, замещает ее и заставляет человека действовать вопреки собственным устремлениям, но на благо общества. Видно, что в данном подходе интересы личности и общества противопоставляются, а механизм воздействия деонтологии и ее принципов на поведение личности сходен с тем, которым обладает законодательство.
Очевидно, что оба эти подхода являются крайностями. Человек не добр, и не зол от природы, а точнее, он и добр, и зол одновременно (И. Кант). В некоторых случаях он может вполне квалифицированно различить добро и зло, в некоторых – может выработать ошибочную точку зрения. Ситуативные интересы личности и общества, в зависимости от различных причин, могут совпадать, но могут быть и противоположными. Человек может совершать социально ценные поступки, руководствуясь собственными соображениями или этическими регулятивами и не насилуя при этом своей природы. В то же время он способен, руководствуясь собственными эгоистическими соображениями, поступать аморально, вопреки общественной пользе, преследуя личную выгоду.  Более того, в отдельных случаях человек способен осознанно причинять страдания окружающим и приносить ущерб обществу и ставить себе подобные цели.
В каждом обществе представлено максимальное количество человеческих типов. В нем всегда присутствует некоторое количество альтруистов и эгоистов, людей, устремленных к добру или, наоборот, ко злу. Кроме того, каждый человек как личность сформирован в определенном обществе, группе, получив при этом относительно устойчивые представления о добре и зле и усвоив и присвоив определенные поведенческие стереотипы. Изменение ситуации может вызвать дезориентацию личности, подвергнуть сомнению верность выбранных моральных ориентиров и вызвать их вынужденную или добровольную смену.
В обществе в качестве регулятора человеческого поведения функционирует не только общественная, групповая и индивидуальная мораль – есть законодательство, религиозные нормы, обычаи и традиции, общественное мнение и др. Часть из них может противоречить друг другу и конкретным интересам личности[4], вызывая ее сомнения в правильности и незыблемости существующей нормативной регуляции вообще. Это, в свою очередь, может спровоцировать нигилистическое отношение к общественной морали, общественному долгу и т.п., приводя к аномии.
Ситуативно интересы личности и общества могут выглядеть и восприниматься личностью как противоположные, заставляя человека рассматривать общество и окружающих как враждебную, подавляющую силу, стремящуюся обеспечить удовлетворение только своих сомнительных интересов, никак не связанных с благом этой личности. Но на самом деле сущностные интересы личности и общества не могут не совпадать в главном, поскольку человек и общество неотторжимы друг от друга и составляют нерасторжимое единство.
Таким образом, в любой момент времени в обществе можно наблюдать как высокоморальные, так и аморальные поступки, приносящие обществу и человеку добро или зло. Несомненно, что в условиях сложного и противоречивого бытия выбор личностью поступков многократно усложняется. Личность не может быть полностью предоставлена самой себе, оставлена без нормативной регуляции, нравственных ориентиров, нормативных «подсказок» и указаний и т.п. С учетом двойственности и противоречивости природы человека для регуляции его поведения необходимо использовать все возможные механизмы формирования его поведения, в том числе этические. Необходимо давать человеку основы знаний в области этики, полагаясь на его разумность и способность к самостоятельному выбору между добром и злом. Но в то же время для формирования нормативного поведения необходимо задействовать императивы, понуждающие человека поступать должным образом в случае, если интересы личности в конкретной ситуации представляются противоречащими интересам общества, и их реализации принесет вред.
Таким образом, нецелесообразно разделять этику и деонтологию, также как неверным было бы сливать их воедино и считать тождественными. Соответствие поведения человека представлениям о позитивном, социально одобряемом определяется на основании его анализа и сравнения с критериями общественного блага, причем вне зависимости от того, противоречит ли это общественное благо индивидуальному или совпадает с ним. Видимо, чем большую социальную значимость может иметь поведение и деятельность человека, тем более надежной должна быть гарантия нормативного поведения. Чем больше вероятность противоречия между ситуативными интересами личности и сущностными интересами ее самой и общества, тем жестче, императивнее должна быть регуляция ее поведения, тем, соответственно, больше должна быть «доля» деонтологии в этике, важнее ее место. Поскольку должное поведение гарантирует выполнение внешних по отношению к личности требований независимо от того, одобрены ли эти требования индивидуальной моралью личности, совпадают ли они с ее ситуативными интересами, можно заключить, что деонтология – это центральная часть, ядро любой этической системы.
Деонтология в каждой профессионально-этической системе также занимает центральное место, однако в зависимости от вида, содержания профессиональной деятельности «доля» формального долженствования может быть различной. Очевидно, что чем большую социальную значимость имеют результаты профессиональной деятельности и чем больше влияние профессиональной деятельности на судьбу, благополучие общества и конкретных людей, тем большая часть поведения, отношений и деятельности специалиста может и должна регулироваться с помощью не общих этических, а деонтологических принципов. Вместе с тем, вышесказанное не означает, что та часть деятельности или та деятельность, которые могут регулироваться на основе деонтологии, всегда противоречат интересам, склонностям личности специалиста; они могут совпадать, и должное поведение может не только своими итогами, но и самим процессом доставлять личности удовольствие.
Основной категорией деонтологии является долг (греч. deon).
Понятие долга имеет длительную историю развития. Впервые понятие долга рассматривается Аристотелем, который трактует его как обычай[5]. Необходимость следования обычному (т.е. соответствующему установившимся обычаям) поведению Аристотель трактует как долг личности перед обществом. При этом он исходит из того, что обычай формируется как многократно апробированная, положительно зарекомендовавшая себя и поэтому ставшая социально одобряемой и привычной (обычной) форма поведения. Должное (обычное) поведение, по его мнению, сделает человека понятным и приемлемым в обществе, поможет избежать негативных последствий необычных поступков и ему самому, и окружающим его людям и, соответственно, гарантирует жизненный успех, а также будет служить благополучию и процветанию общества. Немаловажным является и то, что следование обычным поведенческим формам не требует глубоких рассуждений, умения анализировать ситуацию и, следовательно, может быть рекомендовано для всех. Цицерон рассматривает выполнение обязанностей как выражение предельной устремленности к добру, относя его к нравственно прекрасному и полезному[6].
Многие этические теории прошлого рассматривали долг как проявление либо божественной воли, либо как реализацию вечных и неизменных свойств человеческой природы. Китайская философия понимала долг личности как ее обязанность следовать установленным издревле нормам и правилам поведения. В средние века основное содержание долга рассматривалось как необходимость подчиняться божественной воле, соблюдать заповеди, причем их содержание  раскрывалось перед человеком через откровение. Таким образом, следование долгу в этот период было прямым следствием веры в бога.
Материалисты прошлых веков зачастую сводили содержание долга к соблюдению собственных интересов. Сознание долга, по их представлению, определялось опытом и разумом личности, причем немаловажную роль играли представления об истинной социальной пользе поступка (деятельности), его значении для общества. В этике И. Канта долг выступает в форме категорического императива, морального закона, присущего человеческому разуму, причем «высокое достоинство долга не имеет ничего общего с наслаждением жизнью». Согласно его учению, исполнять свой долг - значит лишь делать то, что в нравственном порядке вещей, следовательно, не заслуживает быть предметом удивления[7]. У Г.В.Ф. Гегеля в качестве долга для личности выступает добро в себе и для себя, поскольку человек должен иметь понимание добра, сделать его своим намерением и осуществлять в своей деятельности[8].
В настоящее время долг – это важнейшая этическая категория. Он представляет собой выступающее в качестве внутреннего переживания принуждение поступать в соответствии с требованиями, исходящими из этических ценностей, и строить свое бытие в соответствии с этими требованиями[9].
Содержание морального долга как идеальное представление формируется как объективное рациональное, иногда противоположное чувственной склонности личности, ее эмоциям и желаниям. Долг содержит в себе самопринуждение, поскольку объективен, проистекает из законов морали и не  всегда совпадает с установками личности и ее склонностями. Должное поведение, т.е. поведение в соответствии с деонтологическими принципами и содержанием долга, имеет место, когда личность, сопоставив собственные субъективные потребности с объективной необходимостью, делает выбор в пользу последних и реализует свою активность для выполнения долга. Поэтому должная регуляция поведения может иметь место не всегда, а тогда лишь, когда человек находится в состоянии сознательного выбора между различными, порой противоречивыми, вариантами поведения, действий, отношений, поступков. Одинаковые содержательно и с точки зрения результатов поступки в зависимости от мотивов («я этого хочу для себя» или «это необходимо сделать для людей») могут быть в результате анализа признаны как должными, так и просто нормативными. Этика долга, таким образом, требует от личности преодоления своих чувственных склонностей посредством волевых усилий и предполагает, что основным мотивом поступка является осознанная объективная необходимость его совершения.
Долг представляет собой механизм, включающий моральное сознание личности непосредственно в процесс выбора поступков, а также ориентирующий человека на достижение социально и индивидуально значимых результатов. В выборе между желаемым и должным поведением фиксируется раздвоенность самосознания на «Я хочу» и «Я должен» («хочу» и «надо»). По сути дела, это превращение требований морали, в равной степени относящихся ко всем людям, в личную задачу для конкретного человека, ее интериоризация. Анализируя и сопоставляя собственные ситуативные потребности и интересы с объективной необходимостью совершить те или иные поступки, личность в объективно необходимом, предстающим поначалу как внешнее по отношению к ней, выявляет необходимое для себя лично (субъективно необходимое).
Это естественно, поскольку общественные и личностные интересы не противоречат друг другу сущностно; их противоречивость может быть лишь ситуативной, поверхностной, кажущейся. В любой так называемой внешней необходимости личность может обнаружить свою долю интереса, поскольку человек живет среди людей, он – член общества, и его личное благополучие в немалой степени зависит от благополучия окружающих и всего общества. Отсюда следует, что, базируясь на внешней по отношению к личности, объективной необходимости, должное поведение в конечном итоге детерминируется внутриличностными причинами и соответствует сущностным потребностям личности. Интериоризируясь в процессе осмысления, содержание долга становится достоянием личности. Долг при этом частично автономизируется от общественного мнения, приобретает важное субъективное значение и становится важнейшим мотиватором поведения.
Внешняя заданность долга как необходимости в определенном поведении, действиях, деятельности не снимает проблему выбора поведения. С одной стороны, содержание долга предъявляет к человеку общие требования вне зависимости от его моральных, физических, интеллектуальных и прочих качеств. В этом смысле этика долга демократична, поскольку предъявляет ко всем людям одинаковые требования, не зависящие от индивидуальных характеристик людей. С другой стороны, качества конкретной личности существенно влияют на ее готовность к должному поведению и поступкам и возможность осуществления должного поведения на практике. Для достижения социально и индивидуально значимого результата личность должна приложить определенные усилия (физические, интеллектуальные, эмоциональные), в том числе направленные на преодоление (подавление) собственных ситуативных интересов, самой себя, что требует не только развитого морального сознания, но и волевых усилий, т.е. наличия силы воли.
Не учитывая в теории индивидуальные характеристики личности, в практике этика долга не может не считаться с ними, поскольку индивидуальные характеристики человека влияют на ее социальное, в том числе должное, поведение. Иначе говоря, долг содержит в себе диалектическое единство объективной необходимости и субъективной активности человека, приводимой в действие волей личности и ее моральным сознанием. Из этого следует, что необходимость обеспечения должного поведения требует соответствующего уровня развития личности. Поэтому деонтическая или деонтологическая регуляция поведения представляет собой более глубокий и обширный пласт морального сознания, нежели моральные потребности, удовлетворение которых далеко не всегда требует наличия развитой силы воли.
В общем виде содержание долга человека можно представить как требование следовать идеалам добра, справедливости, общественного блага. Важнейшая социальная функция долга состоит в обеспечении удовлетворения наиболее общих интересов сообщества (общества, группы). В требованиях долга в той или иной форме находят отражение интересы общества, той или иной группы или личности. Осознание и переживание этих интересов, выделение их них общих с личными интересами приводит к формированию и осознанию чувства долга. По сути дела, осознание своего долга есть констатация человеком своей зависимости от общества, группы, поскольку содержание долга носит, как правило, в основном внешний по отношению к личности характер, по крайней мере, на начальном этапе процесса выбора поведения.
Альтернативность ситуации выбора поведения создает стимул для самоидентификации человека как личности, т.е. социализированного индивида, члена общества, рождает чувство принадлежности к обществу, группе, единения с ними и причастности к их жизни. Более того, наличие чувства долга демонстрирует осознание личностью своей ответственности перед сообществом, зависимости его благополучия от действий и поступков личности. Поэтому долг выступает как форма регуляции поведения человека со стороны общества или группы, форма моральной оценки его поведения и деятельности, один из механизмов социализации. Кроме того, в долге отражен специфический механизм взаимодействия людей как членов определенного сообщества.
Самопринуждение как механизм реализации должного поведения не означает, однако, что должное поведение всегда сопровождается исключительно негативными эмоциями или иными негативными ощущениями личности, потерями и ущербом для ее индивидуального благополучия. По И. Бентаму, выполнение долга может стать одним из источников удовольствия («чувство выполненного долга», удовлетворенность) с точки зрения полезности полученного в результате должного поведения результата, выступающего как фактическая полезность процесса самопожертвования ради общего блага. Поэтому императивность долга не означает полного подавления индивида. Она означает лишь подавление его ситуативно актуального субъективного желания, не совпадающего с общественными интересами, и поэтому представляет собой более полную реализацию гуманной сущности человека как общественного существа в отношении семьи, коллектива, государства, человечества. Деонтология требует подавления не личности, а ее слабостей, преодоления ее несовершенства, узости социального мышления, эгоизма. Выполняя свой долг, личность утверждает его приоритетность по отношению к ситуативным личным желаниям, чувствам и эмоциям. Иными словами, в долге отражен приоритет общественных интересов над личностными, и выполнение своего долга, привычно должное поведение личности свидетельствует о высоком уровне личностного развития, социальной зрелости человека.
Природная социальность и коллективизм человека делают выполнение им долга не столь уж тяжким бременем. Вместе с тем, принуждение к должному поведению может вызывать нигилистическую реакцию личности, протест против принудительности вообще, безотносительно содержания и ожидаемого результата должных действий, особенно в пубертатном периоде, когда желание утвердить себя заставляет подростка бунтовать против любого, самого разумного и оправданного принуждения вообще. Это, однако, не исключает того, что при определенных обстоятельствах должное поведение для личности может стать со временем привычным, соответствовать ее склонностям, установкам и т.п. и приносить удовольствие не только от сознания выполненного долга, но и от преодоления самого себя, своей слабости, несовершенства и т.п. Осознание того, что предоставляется возможность побороть самого себя, преодолеть очередную слабость, выработать и развить в себе новое положительное личностное качество, принести пользу обществу, может стать важным мотивом должного поведения.
Ответственность выражает соответствие моральной деятельности личности ее долгу с точки зрения ее возможностей. Требования долга универсальны, адресованы каждой личности вне зависимости от ее личных характеристик, но возможности людей (интеллектуальные, физические, социальные и др.) не одинаковы. Действия, не представляющие большого труда для одного, могут быть неосуществимыми для другого. То, что может быть легко осуществлено в определенной ситуации, становится невозможным в другой. Осознавая это, личность ситуативно вносит коррекцию в свое отношение к долгу. Чувство ответственности может не сформироваться, если в конкретной ситуации личность по объективным причинам лишена возможности выполнения долга.
Таким образом, чувство ответственности у личности порождается чувством долга и его содержанием с учетом свойств наличной действительности и ее возможностей, которые либо способствуют, либо препятствуют выполнению долга. Долг безусловен, но ответственность за его выполнение носит условный характер. Ответственность за выполнение своего долга наступает не всегда, а только тогда, когда у личности имелась объективная возможность для его выполнения («Я должен» и «Я могу»). Триада «Я хочу», «Я могу» и «Я должен» («хочу», «могу», «надо») представляет собой квинтэссенцию деонтологии.
Необходимо подчеркнуть, что возможность (или невозможность) осуществить должное поведение должна иметь объективный, а не субъективно обозначаемый характер, поскольку зачастую человек говорит «не могу», в то время как правильнее было бы сказать «не хочу» - не хочу преодолевать себя, не хочу заботиться о ком-либо, кроме себя. Слияние и отождествление в обыденном и порой в профессиональном сознании этих понятий означает, что личность морально не в полной мере готова к должному поведению и ответственности. Такая личность порой искусственно завышает оценку трудности или занижает значимость предстоящего поступка, лишь бы оправдать в своих глазах и мнении окружающих собственный выбор в пользу субъективно желаемого, но не объективно должного.
Ответственность личности перед кем-либо (в том числе и перед собой) за результаты ее деятельности формируется в процессе самой деятельности в результате присвоения ею социальных, профессиональных и групповых ценностей. Она проявляется в осуществлении формального и неформального контроля хода и условий деятельности, состояния процесса или явления с целью обеспечения своевременного корригирующего вмешательства. Внешний, формальный контроль личности за ходом процесса деятельности направлен в основном на соблюдение необходимых параметров процесса и задается, как правило, в технологической документации, тогда как внутренний, неформальный заключается в основном в саморегуляции деятельности личности в соответствии с чувством долга и проявляется в ее максимальной включенности в деятельность. Идентификация личностью себя как активного субъекта деятельности приводит к возникновению субъективного чувства решающей зависимости конечного результата деятельности от ее индивидуальной активности, что побуждает ее изыскивать дополнительные средства, выявлять резервы, создавать условия для достижения намеченной цели, иногда вопреки здравому смыслу и мнению окружающих.
Обязанность – моральное требование, которое может выступать как возлагаемая на человека задача. В отличие от долга, понятие обязанности имеет, с одной стороны, более широкий характер, поскольку относится к некому множеству людей, а с другой – более конкретный характер, т.к. раскрывает содержание предписываемых человеку поступков и действий и определяет, что именно он должен делать. Выполнение разнообразных обязанностей становится долгом человека в определенных ситуациях, в которые он попадает. Обязанности и их выполнение становятся важным условием взаимодействия людей, поскольку создают возможность согласованных действий, кооперации усилий, более рационального распределения ресурсов, специализации деятельности на основе дисциплины и ответственности.
Примером обязанностей могут служить должностные обязанности, которые формулируются, как правило, в должностной инструкции. Должностная инструкция носит довольно широкий и вместе с тем общий характер, поскольку не учитывает личностные характеристики человека, занимающего определенную должность, а скорее, отражает содержание и особенности должности. При замене человека другим она остается, как правило, прежней, поскольку содержит в себе определенную часть производственного функционала и служит достижению общей цели подразделения и всего учреждения. В то же время должностная инструкция содержит четкий перечень действий, которые специалист, занимающий конкретную должность, обязан осуществлять.
Императив (лат. imperatio - веление)  по И. Канту, – это практическое правило, веление или запрет, благодаря которому сам по себе случайный поступок делается необходимым. И. Кант читал, что императив тем отличается от практического закона, что закон этот делает очевидным необходимость поступка, но не принимает во внимание, сам ли по себе внутренне необходимо присущ этот поступок действующему субъекту (скажем, какому-нибудь святому существу), или он (как у человека) случаен; ведь там, где имеется первое, императиву нет места. Итак, императив - это правило, представление о котором делает субъективно случайный поступок необходимым; это формула веления. Рассматривая виды императивов, И. Кант выделяет категорический (безусловный) императив - такой императив, который мыслит и делает поступок необходимым не опосредствованно через представление о цели, к которой поступок может привести, а только через одно лишь представление о самом поступке (о его форме), следовательно, непосредственно как объективно необходимый поступок; такого рода императивы может привести в качестве примеров лишь то практическое учение, которое предписывает обязательность, т.е. учение о нравственности). Все другие императивы технические (некатегорические), и все они условны, поскольку требуют умений (предписывают умения).
Категорический императив, выражая обязательность в отношении определенных поступков, есть морально практический закон. А т.к. обязательность содержит в себе не только практическую необходимость (такую, подобную которой выражает закон вообще), но и принуждение, то такой императив есть или дозволяющий, или запрещающий закон, после того как совершение или неисполнение представляется как долг … Категорический императив, который вообще выражает лишь то, что есть обязательность, гласит: поступай согласно максиме, которая в то же время может иметь силу всеобщего закона. Поэтому моральным законом является положение, содержащее категорический императив (веление)[10]. Все императивы, по И. Канту, выражены через долженствование.
В этике И. Канта широко используется также понятие максимы – субъективного принципа воления (свободной воли). Максима содержит практическое правило, которое разум определяет сообразно с условиями субъекта (чаще всего с его неведением или же его склонностями), и, следовательно, есть основоположение, согласно которому субъект действует. Соответственно этому, максима носит более узкий, нежели императив, характер, и более субъективна.
Можно видеть, что деонтология как часть этического учения имеет большое значение, поскольку позволяет выявить содержание долга, механизмы должного поведения и способствует формированию чувства долга личности.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
2. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ДОЛГА
В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ
 
 
План:
1. Место и роль деонтологии в профессиональной этике и профессиональной деятельности
2. Место и роль деонтологии в этике и системе ценностей социальной работы
3. Основные понятия и категории деонтологии социальной работы
 
Деонтология занимает значительное место в профессиональной этике. Это естественно, поскольку профессиональная деятельность подчиняется более строгим правилам, нежели обыденная деятельность человека. В обыденной, и тем более индивидуальной деятельности и жизнедеятельности человек чаще, чем где бы то ни было, может руководствоваться своими желаниями и в меньшей степени – считаться с мнением окружающих и общества, учитывать сложившиеся в обществе нормы. Понятие нормы в частной жизни более расплывчато, чем в жизни общественной, в связи с чем частная жизнь человека в меньшей степени контролируется обществом, нежели его социальная жизнь. Поэтому в своей частной жизни личность может позволить себе такие поступки и действия, которых она будет избегать в обществе и, наоборот, в частной жизни имеются дополнительные возможности избежать того, что делать нет желания, но необходимо делать в обществе.
Профессиональная деятельность – это та сфера, где наиболее тесно соприкасаются интересы личности и общества, и деятельность личности приобретает выраженное социальное измерение. Невозможно позволить себе в профессиональной деятельности делать только то, что хочешь, избегая поступков и действий, постоянно или ситуативно вызывающих негативные чувства и эмоции. Даже если человек выбрал профессию по призванию, это не означает, что в его повседневной практической деятельности все необходимые профессиональные  манипуляции будут выполняться им по желанию и в соответствии со склонностями, а не по профессиональной необходимости. Вследствие этого именно в профессиональной сфере наиболее часто имеет место конфликт между чувственными склонностями личности и объективной необходимостью.
Кроме того, нет, видимо, такой профессии, которая доставляла бы своим представителям только лишь положительные эмоции и ощущения; в каждой работе присутствуют объективно или субъективно непривлекательные, но, тем не менее, необходимые действия, операции, процедуры; если не выполнена хотя бы часть из них, то результат, скорее всего, будет далеким от зпаланированного. В профессиональной деятельности практически невозможно избежать общения с человеком, субъективно вызывающим неприязнь, если контакты с ним носят профессионально обязательный характер. Особенно часто негативные эмоции испытывает специалист, работающий с людьми, в социальной сфере. Это также порождает конфликт между «хочу» и «надо». Следовательно, в профессиональной деятельности, в отличие от обыденной, деонтологическая регуляция поведения и деятельности в ряде случаев может иметь решающий характер.
Социальная работа как вид профессиональной деятельности в этом отношении имеет большое сходство с другими видами деятельности, особенно с теми, которые связаны с непосредственным взаимодействием с людми. Далеко не все обязанности социального работника могут быть для него привлекательными. Специалист ситуативно может быть не склонен выполнять тот или иной вид работы, общаться с тем или иным клиентом или коллегой и т.п. Его склонностям может не соответствовать тот или иной вид действий из числа его повседневных обязанностей, и уже одно это порождает бесчисленные конфликты между «хочу» и «надо».
Вместе с тем, имеется и некоторая специфика. Социальный работник имеет дело с личностью, неблагополучной во многих отношениях, и в силу этого вызывающей негативные эмоции. Исследования показывают, что наиболее негативное отношение к себе вызывают клиенты, сами ставшие виновниками собственной трудной жизненной ситуации и при этом спровоцировавшие развитие трудных жизненных ситуаций членов своего окружения; клиенты, пренебрегающие нормами этики и этикета; склонные обвинять в своих несчастьях кого угодно (в том числе и социального работника), только не себя. Такие клиенты, как правило, ощущают себя жертвами людей и обстоятельств, а общество и свое окружение рассматривают как врагов или, по крайней мере, предельно равнодушных к себе и своим бедам людей.
Несмотря на это, социальный работник должен со внимание отнестись к каждому клиенту и каждому оказать ту помощь, в которой тот нуждается. Это значит, что регулирование поведения и деятельности личности в профессиональной сфере должно быть более жестким и масштабным, нежели в сфере обыденной, и деонтология в профессиональной этике приобретает поэтому большее значение, нежели в общей этике. В этике социальной работы деонтология, как и в профессиональной этике, и этике философской, также занимает центральное место. Именно в деонтологии социальной работы наиболее ярко отражена сопряженность моральных и профессиональных компонентов в поведении и действиях специалиста.
Долг является основной категорией деонтологии социальной работы. Введение понятия профессионального долга в социальной работе необходимо, поскольку от деятельности, конкретных поступков специалиста во многом зависит судьба его клиента, благополучие его коллег, профессии, а также опосредованно – судьбы общества и государства. Выполнение специалистом своего долга может обеспечить максимально положительный результат деятельности, в то время как выполнение лишь обязанностей может в ряде случаев обеспечить положительный, но далеко не самый высокий результат. Смысл и содержание долга специалиста, место и роль деонтологии в профессиональной этике социальной работы составляют одно из основных направлений исследований в этой области.
Очевидно, что ни клиент, ни профессия, ни коллеги, ни общество не должны зависеть от разного рода особенностей личности специалиста, его склонностей, состояния, настроения. Независимо от этих и подобных причин взаимодействие с каждым клиентом должно организовываться качественно и профессионально, быть максимально эффективным. Значит, в определенных ситуациях специалисту необходимо принуждать себя к деятельности или конкретным действиям, обращаясь к деонтологической регуляции.
Долг социального работника выступает в качестве внутреннего переживания самопринуждение специалиста поступать в соответствии с главными этическими ценностями социальной работы и строить свою профессиональную деятельность, отношения, поступки в соответствии с этими требованиями. Он может обеспечить нормативное поведение в любой профессиональной ситуации в отличие от чувственных склонностей, настроения, физического состояния и т.п., которые могут противодействовать нормативному поведению.
Должная (деонтологическая или деонтическая) регуляция в социальной работе может иметь место не всегда, а тогда лишь, когда специалист находится в состоянии выбора между различными вариантами поведения, действий, отношений, поступков. Например, эмоции, склонности, интересы делают более соблазнительным ненормативное поведение, сулящее большее удовольствие или меньшие индивидуально-эмоциональные переживания или, по крайней мере, некоторую эмоциональную разрядку, в то время как интересы дела настоятельно требуют, чтобы специалист подчинился им во что бы то ни стало. В этом отношении долг представляет собой механизм, включающий моральное сознание специалиста непосредственно в процесс выбора поступков и обусловливающий принятие такого решения, которое является оптимальным с точки зрения достижения социально и индивидуально значимых результатов социальной работы и не оставляет места негативной ненормативности. Должное поведение в профессиональной деятельности в первую очередь призвано обеспечить достижение социально значимого и значительного результата, а не способствовать достижению специалистом чувства удовлетворенности.
В требованиях профессионального долга в социальной работе находят отражение интересы различных субъектов. В первую очередь, это интересы общества и государства, заинтересованных в том, чтобы социальная работа как особый вид профессиональной социальной деятельности выполняла возложенные на нее функции и достигала необходимого конечного результата, имеющего высокую социальную значимость. Конечный результат социальной работы, в свою очередь, также априорно определен обществом и государством в самом общем виде. Совокупная группа клиентов, как и каждый отдельный клиент, также заинтересована в том, чтобы специалист добросовестно выполнял свои обязанности и достигал в каждом конкретном случае положительного результата. Совокупная профессиональная группа и профессия в целом также заинтересованы в эффективной деятельности специалиста, в высоком статусе профессии и ее представителей, в позитивном общественном мнении о профессиональной деятельности. Наконец, в требованиях профессионального морального долга представлены интересы самого специалиста как члена общества и личности.
Осознание и переживание специалистом социальных интересов, выделение их них совпадающих с личными интересами приводит к возникновению и осознанию чувства долга, а на этой основе – формированию должного поведения. Долг выступает здесь как форма регуляции поведения специалиста со стороны общества и профессиональной группы, форма моральной оценки его поведения и деятельности обществом, государством, коллегами и клиентами. Выполнение своего долга становится также основой и условием оценки самим специалистом своей деятельности, стимулом к дальнейшему совершенствованию личности.
Долг выражает общественные и профессиональные связи специалиста и представляет собой целостную совокупность обязанностей перед государством, обществом, коллегами, профессией, клиентами, перед собой, выполнение которых представляется непреложным для специалиста в силу внутренних причин. Однако долг может включать в себя не только скрупулезное выполнение специалистом своих обязанностей. Социальная работа требует от специалиста творческого подхода к деятельности, умения решать поставленные задачи в условиях «ресурсного голода», когда, казалось бы, можно ограничиться формальной констатацией невозможности исчерпывающе решить проблему в наличных условиях.
Долг обусловливает профессиональную и личностную ответственность перед обществом, государством, профессией, клиентами, коллегами, перед собой. Сознание своего долга определяет в основном поведение специалиста, обусловливает рациональный выбор им среди множества определенных норм морали, которым он следует в своей повседневной профессиональной деятельности, таких, которые в данной ситуации в наибольшей степени соответствуют представлениям о благе и с наибольшей степенью вероятности гарантируют положительный результат деятельности. При этом социальный работник не должен нарушать действующих законов.
В отличие от профессиональных обязанностей, отраженных в нормативно-правовых документах (Положении о социальной службе или ее Уставе, Положениях о подразделениях, должностных инструкциях, приказах и распоряжениях и т.п.), профессиональный долг воспринимается специалистом уже не как нечто, навязанное извне, а как внутренняя нравственная потребность, глубокая личная убежденность в необходимости определенных действий. В моральном долге социального работника наиболее ярко отражена его человеческая сущность, тесная взаимосвязь с людьми, зависимость от общества.
В категории «долг» наиболее ярко проявляется социальный характер деятельности социального работника и гуманистический характер профессионально-этической системы социальной работы. Вне зависимости от того, какие чувства и эмоции у социального работника вызывают те или иные действия или клиенты, он, руководствуясь чувством долга, в каждом случае выбирает оптимальное с точки зрения конечного результата решение и последовательно реализует его. Гуманистический характер социальной работы проявляется, в частности, в том, что она не различает клиентов по полу, возрасту, цвету кожи, вероисповеданию и другим признакам, видя в них лишь людей, объективно нуждающихся в профессиональной помощи. Тем более она не руководствуется в выборе клиентов и видах и объемах помощи понятиями «нравится» и «не нравится». Важнейший принцип гуманизма, как известно, требует признания любого человека,  независимо от любых его признаков и качеств, высшей ценностью, т.е. детерминирует требование равного отношения ко всем людям. Разнообразные характеристики и качества клиента в социальной работе непременно учитываются, но не как возможное условие дискриминации клиента, а как условие деятельности, позволяющее учесть способы и формы помощи, степень участия в деятельности самого клиента. Поэтому деонтология, способствующая формированию чувства долга и должного поведения специалиста, способствует формированию и поддержанию гуманистического характера социальной работы.
Специфическое содержание и основные черты долга социального работника определяются тем, что он занят конкретной специфической социальной деятельностью по разрешению определенной группы проблем общества, социальных групп и отдельных индивидов, и вытекают из смысла и содержания его профессиональной деятельности. Чувство долга детерминирует необходимость для социального работника соизмерять все свои поступки, действия и отношения в конкретных ситуациях с требованиями профессиональной морали. «Социальность» социальной работы предполагает, что все возможные результаты деятельности специалиста имеют в первую очередь выраженный социальный характер. Это значит, что содержание долга в социальной работе предписывает не только моральность поведения и деятельности в целом, но и  необходимость достижения высоких позитивных результатов деятельности с точки зрения общественного, а не индивидуального блага.
Долг как высокая нравственная необходимость, ставшая внутриличностным источником добровольного подчинения своей воли задачам реализации, приумножения тех или иных моральных ценностей, внутренне закономерно связан с ответственностью, выражающей соответствие моральной деятельности специалиста его долгу с точки зрения его возможностей. Если долг специалиста состоит в том, чтобы в конкретной ситуации осознать и выполнить в практике деятельности требования профессиональной морали, то ответственность определяется с точки зрения выполнимости долга. Профессиональные возможности специалиста, в свою очередь, определяются не только формально, как производное от его профессиональных функций и обязанностей, но и как производное от его личностного потенциала, его знаний, умений и навыков, профессионального и социального опыта, профессионально значимых личностных качеств. Ответственность специалиста характеризует его личность с точки зрения нравственных требований, предъявляемых к ней в части профессионально-квалификационных и личностных качеств и деятельности. 
Ответственность специалиста без долга беспредметна. Она никогда не выступает изолированно, особенно если речь идет об ответственности перед самим собой. Ответственность специалиста за результаты его деятельности формируется в процессе практики социальной работы, осмысления ее содержания и результатов и выражается в осуществлении формального и неформального контроля  процесса деятельности, состояния клиента и его ситуации с целью обеспечения своевременного корригирующего вмешательства. Ответственность за клиента, его будущее, требует от социального работника учитывать возможности клиента и максимально привлекать его к участию в деятельности, обучая решению проблем.
Идентификация социальным работником себя как активного субъекта деятельности, от которого зависит благополучие клиента и общества, приводит к возникновению субъективного чувства решающей зависимости конечного результата деятельности от его индивидуальной активности, что побуждает специалиста изыскивать дополнительные средства, создавать условия для достижения намеченной цели. Необходимость выполнения долга побуждает специалиста критически оценить самого себя, свои способности и возможности с точки зрения соответствия профессиональным требованиям, приобретать и совершенствовать профессионально значимые знания, умения, навыки, личностные качества. Вместе с тем, конечный результат деятельности объективно зависит от активности, компетентности социального работника, что усиливает должную мотивацию его поведения.
Обязанности специалиста социальной работы в его повседневной профессиональной практике носят субъективно-объективный характер. Они существуют независимо от того, признает их социальный работник или нет, поскольку вытекают из самого факта включенности социального работника в профессиональную группу и профессиональную деятельность. Они не меняются из-за того, что происходит замена одного специалиста другим, что представляет собой объективную компоненту обязанностей специалиста. Субъективная компонента обязанностей специалиста определяется тем, что он признает наличие этих объективно существующих обязанностей, глубоко понимает их и добровольно возлагает их на себя, привнося в профессиональную деятельность частицу своего «Я». В конечном итоге значительная часть социальной работы выполняется специалистом уже не как часть содержания профессионального долга, а как часть личного долга специалиста перед клиентом и обществом.
Содержание профессионального долга, таким образом, вытекает из требований, предъявляемых обществом и профессией к деятельности и поведению людей, выполняющих от имени общества определенные функции и занятых в данной профессиональной сфере, и требований, которые сам специалист предъявляет к себе. Иными словами, значительную часть содержания долга социального работника можно представить как выполнение его обязанностей, не только перед обществом, государством, профессией, коллегами и клиентами, но и перед самим собой. Это содержание профессионального долга может быть документировано в большей или меньшей степени, но оно существует объективно.
Осознание социальным работником своего профессионального долга детерминирует его поведение в повседневной профессиональной практике и, в силу своей специфики, способствует повышению эффективности и качества деятельности. Ценность профессионального долга и должного поведения, отношений и действий вытекает из функций, которые в социальной работе выполняет деонтологическая регуляция. Она гарантирует:
?                       высокий профессионально-квалификационный уровень как гарант качества работы;
?                       четкое знание своих профессиональных обязанностей, добросовестное и неукоснительное их выполнение;
?                       профессиональную деятельность строго в рамках нормативно-правовой базы;
?                       глубокую убежденность в необходимости выполнения своих профессиональных обязанностей, поскольку этого требуют интересы общества, коллектива учреждения социальной защиты и клиента;
?                       сознательное и активное участие в профессиональной деятельности с целью достижения блага общества, трудового коллектива и клиента;
?                       заинтересованность в повышении эффективности работы своего коллектива и своей индивидуальной работы;
?                       высокую организованность и сознательную дисциплину, привычку к должному поведению;
?                       превращение чувства долга в ведущий мотиватор деятельности;
?                       наличие волевых качеств, необходимых для выполнения своего профессионального долга;
?                       стремление постоянно совершенствоваться в профессии, осваивать новые знания, приобретать опыт практической деятельности.
Таким образом, представления о необходимости выполнения своего долга, о содержании долга и должного поведения, осознание своей ответственности, сформированные специалистом, могут существенным образом повлиять на эффективность и качество социальной работы, а на этом основании – на благополучие общества в целом.
Однако не все представления и суждения о должном и долге, будучи опредмеченными, дают позитивный результат. Поэтому следует различать деонтологию – учение о должном, которое формируется с привлечением научных философских и социальных знаний, знаний о социальной работе, и деонтические представления личности или группы. В отличие от деонтологических, деонтические представления могут формироваться случайным образом, быть субъективными и не обоснованными с точки зрения науки[11]. Более того, содержание долга, с точки зрения деонтологии включающее в себя объективную необходимость совершения определенных действий, может в деонтических представлениях подменяться субъективными желаниями личности (группы), формулирующей содержание «долга» для кого-либо и требующей выполнения субъективно желаемых для себя действий как объективно необходимых, а потому должных. В обыденном сознании «должен» и «хочу» довольно часто и весьма произвольно отождествляются, особенно если требования предъявляются не к себе, а к другому человеку, которому навязывается их выполнение.
Это не означает, однако, что в общем деонтологические и деонтические взгляды на содержание долга должны обязательно противоречить друг другу – они могут совпадать, поскольку эвристически или путем логических размышлений личность может найти верное решение, правильно сформулировать содержание своего долга и пределы ответственности и осуществить поступок, безупречный с точки зрения деонтологии. Но в связи с тем, что они все же могут противоречить друг другу, например, в тех случаях, когда речь идет о разрешении деонтологического или ценностного конфликта, необходимо разъяснение специалистам сущности и содержания профессионального долга перед обществом и государством, перед клиентами, коллегами, профессией и перед самим собой.
Руководствуясь в своем поведении и деятельности профессиональным и моральным долгом, социальный работник учитывает и формальные, и неформальные профессиональные требования, установленные для него обществом и профессиональной группой, предвидит реакцию со стороны общества, профессиональной группы и клиента на выполнение или невыполнение им своего долга и отчасти ориентируется на них. Вместе с тем, он поступает:
?                       свободно, поскольку принятая обществом система морально-нравственных нормативов не является догматической, и из всего многообразия норм, которые имеют место в обществе - от групповых до общественных - специалист может выбирать те, которые в наибольшей степени отвечают его внутренним устремлениям и профессиональным представлениям о добре и благе, сформированным на основе знания профессионально-этической системы социальной работы;
?                       сознательно, т.к. решение совершить тот или иной поступок принято им самостоятельно или в результате консультаций с коллегами и клиентом в силу осознанной, ситуативно обусловленной необходимости, путем выбора из значительного количества вариантов возможных решений, ведущих к объективно позитивному результату деятельности и осмысления, анализа и оценки каждого из них;
?                         добровольно, поскольку чувство долга стало его убеждением и приоритетным и преимущественным мотиватором профессиональной деятельности, и именно это обстоятельство побуждает его к активным действиям вне зависимости от наличия или отсутствия субъектного внешнего принуждения.
При этом сознательное начало, регулирующее поведение, требования к профессиональным и личностным качествам социального работника и привычка к должному поведению не противоречат друг другу - напротив, они дополняют друг друга. Взаимодополнение сознательного и подсознательного в должном поведении специалиста оправдано, поскольку, наряду с простыми, часто повторяющимися ситуациями, которые в основном не требуют глубоких размышлений и вполне могут быть реализованы с помощью профессиональных стереотипов, в социальной работе встречаются нестандартные ситуации, требующие умения осуществлять этико-аксиологический анализ. Таким образом, специалист, достигший высокого уровня профессиональной и личностной зрелости, поступает должным образом как сознательно, так и привычно, интуитивно.
Деонтология социальной работы включает в себя определенные принципы:
?                       профессиональной компетентности специалиста;
?                       личной ответственности за порученное дело как в правовом, так и в моральном отношениях;
?                       рационального, а не эмоционального подхода к решению поставленных задач;
?                       соответствия полномочий и ответственности;
?                       правовой регламентации деятельности;
?                       подотчетности;
?                       инициативы и творческого подхода;
?                       организованности и дисциплины;
?                       контроля и проверки исполнения;
?                       критического подхода к оценке деятельности, возможностей своих и клиента;
?                       доверия и свободы действий как в отношении клиента, так и в отношении коллег;
?                       поощрения и наказания;
и другие.
Деонтологические принципы, которыми специалист должен руководствоваться в своей повседневной профессиональной деятельности, нацелены на обеспечение должного поведения, отношений и действий социального работника. 
Деонтология социальной работы включает в себя категорические и технические (некатегорические, условные) императивы – практические правила, веления или запреты, благодаря которым отдельные, случайные поступки или действия специалиста становятся необходимыми. Императивы не присущи внутренне самому социальному работнику, не обусловлены его природой, и только конкретная ситуация обусловливает необходимость их привлечения и использования в качестве практического руководства. Таким образом, императив - это правило, представление о котором делает субъективно случайный поступок необходимым; это формула веления. Категорическими императивами в социальной работе могут быть признаны такие, которые обусловливают необходимость поступка безотносительно цели, т.е. обусловливают самодостаточность поступка. Например, требование уважать достоинство клиента, признавать высокую ценность его личности может рассматриваться как категорический императив, поскольку обладает свойством самодостаточности и не зависит от поставленной цели, конкретной ситуации и т.п. Императивы технические (некатегорические) условны, поскольку требуют от специалиста знаний, умений и навыков, необходимых для совершения определенных действий и поступков, целесообразных только в конкретных ситуациях и зависят от цели.
Категорический императив выражает обязательность в отношении определенных поступков и поэтому может рассматриваться как морально практический закон. Поскольку он содержит в себе требование (веление или запрет), основанное на практической необходимости, и поэтому обязателен, он содержит в себе принуждение.  Поэтому категорический императив выражен через долженствование социального работника. Он требует от специалиста руководствоваться в практической профессиональной деятельности такими субъективными принципами (максимами), которые имеют наиболее общие значение и могут в силу этого становиться моральными законами деятельности. Максимы социального работника должны содержать в себе практические правила, которые определяются в соответствии с профессиональной ситуацией и условиями, в которых находится специалист и представляют собой  «основоположение, согласно которому субъект действует» (И. Кант). Поэтому максимы специалистов имеют более узкий, нежели императивы, характер. Одновременно максимы более субъективны, поскольку являются продуктами интеллектуальной деятельности специалистов.
Таким образом, деонтология социальной работы как учение о долге специалиста, обосновывая и формируя представления об объективно необходимых поступках, действиях и отношениях специалиста, способствует тому, что эффективность социальной работы повышается, а деятельность конкретных специалистов и их коллективов приобретает более нормативный и упорядоченный характер.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
3. МЕСТО И РОЛЬ ДОЛГА В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ
 
 
 
План:
 
1.       Социальная работа как опредмечивание социального долга
2.       Смысл и содержание профессионального долга социального работника
3.       Долг и ответственность перед обществом и государством, перед профессией и профессиональной группой, клиентом и перед собой
 
 
В Конституции нашего государства человек провозглашен высшей ценностью (Ст. 2), а государство провозглашено социальным (Ст. 7), т.е. государством, для которого достижение каждым человеком максимального блага – важнейшая цель деятельности и развития. Человек в Конституции Российской Федерации наделен всеми основными правами и гарантиями: на жизнь, свободу, защиту чести и достоинства, жилье, охрану здоровья, образование, труд, социальное обеспечение в случае утраты трудоспособности и другими. Из Конституции РФ следует, что забота о благополучии граждан и о реализации ими их прав – естественная и неизменная сфера деятельности государства и его долг перед гражданами. Важнейшая задача государства – решение наиболее общих проблем населения.
В любом государстве, даже в самом благополучном, в любой момент времени имеются граждане, по объективным причинам не имеющие возможности реализовать свои права. Наиболее общей причиной этого является, как правило, недостаточная адаптированность этих граждан из-за физического состояния, а также негативного психологического, социального и экономического положения. Вследствие этого они нуждаются в дополнительных мерах защиты своих прав и интересов государством, оказании им адекватной помощи. Поэтому создание и легитимизация в современном социальном государстве специфического социального института социальной работы, который на профессиональной основе должен оказывать помощь человеку в реализации его прав, есть прямое и естественное следствие конституционных деклараций. Каждое современное государство принимает дополнительные меры защиты граждан, обладающих ситуативно или стойко сниженными возможностями в реализации своих прав. Именно таким образом формулируется государством основная задача практической социальной работы.
Эту задачу по поручению государства и от его имени реализует социальный работник. Таким образом, создавая институт социальной работы и принимая меры к ее становлению и развитию как вида профессиональной деятельности, государство выполняет свой долг перед отдельными гражданами, их группами и всем обществом. Поэтому профессиональная социальная работа, рассматриваемая в нашей стране как профессиональный институт помощи человеку в реализации его прав и гарантий, отвечает представлениям о долге современного общества и государства перед этой категорией граждан. Более того, создание института социальной работы может рассматриваться как выполнение государством своего долга перед всем обществом, поскольку люди, обладающие сниженными возможностями в реализации своих прав – неотъемлемая составляющая всякого общества. В этой связи социальная работа в деонтологии может быть представлена как опредмечивание долга общества и государства перед человеком вообще и, в особенности, перед человеком, нуждающимся в особой заботе с их стороны по объективным причинам.
Но и общество в целом не может оставаться равнодушным, если отдельные граждане или, тем более, целые социальные группы нуждаются в помощи. В этой связи государством принимаются меры, и в первую очередь, законодательные, посредством которых обеспечивается возможность участия общества в оказании помощи гражданам и группам, нуждающимся в ней. В нашей стране в 1995г. принят закон, согласно которому физические и юридические лица могут на добровольной основе участвовать в особого рода деятельности – благотворительности[12]. Закон позволяет участвовать в благотворительной деятельности на официальной постоянной основе и тем самым создает условия для частичного решения проблем общества и его отдельных групп. Вместе с тем, оказание помощи человеку, нуждающемуся в ней, не всегда легитимизируется и, как показывает практика, далеко не всегда нуждается в приобретении официального статуса. Например, оказание бытовой помощи престарелому другу, больному соседу и т.п. может оказываться членами их окружения ситуативно, спонтанно, носить спорадический или даже разовый характер. Люди оказывают такую помощь друг другу, реализуя не возможности, представленные законодательством, а свои собственные физические, экономические, духовные и иные возможности и опираются при этом не на действующее законодательство, а на чувство долга и ответственности. В процессе оказания помощи удовлетворяются некоторые из важнейших социальных потребностей – потребность в заботе о другом, потребность в дружбе и любви.
Такая неформальная социальная работа, далеко не всегда заметная и учитываемая государственными органами, тем не менее, приносит свои плоды. Не только часть проблем граждан решается в ее процессе, но и формируются и укрепляются связи между людьми, прочнее становится основа общества. Выполнение гражданами морального долга друг перед другом в процессе добровольной социальной работы способствует реализации ими своей социальной сущности, личностному совершенствованию и гуманизации общественных отношений.
Смысл должного поведения, отношений и действий социального работника – достижение блага клиентом и обществом, а следовательно, обеспечение высокоэффективной, квалифицированной профессиональной деятельности, гарантирующей положительный конечный результат. Для профессионального социального работника требования профессионального долга во многом могут совпадать как с его профессиональными обязанностями, так и с его личными интересами, в силу чего он осознает долг как естественную необходимость и в то же время как внутреннюю потребность, моральный долг. Требования профессионального долга, ставшие внутренними убеждениями социального работника, являются определяющим мотивом и одновременно – главным духовным стимулом его деятельности. Требования морального долга заставляют социального работника определять свои обязанности шире, нежели это предусмотрено в должностной инструкции. В отличие от профессионального долга, профессиональные обязанности специалиста могут носить более конкретный характер, т.к. они относятся к выполнению разнообразных требований и задач, возложенных на социального работника в силу его профессионального статуса или на социальную работу как на институт, востребованный обществом.
Деятельность социального работника во всех своих модификациях и компонентах имеет выраженную социальную направленность и несет в себе многомерные социальные последствия. Ее социальные аспекты многогранны, в связи с чем встает вопрос о долге и ответственности специалиста перед обществом и государством за свою деятельность и ее результаты. Рассматривая этот вопрос в целом, следует отметить, что само выполнение социальным работником его профессиональных обязанностей, достижение поставленных целей соответствует интересам общества. Решая ту или иную конкретную задачу, социальный работник ситуативно руководствуется различными группами интересов - интересами клиента, своими индивидуальными, общепрофессиональными, которые в главном совпадают с общественными. Однако деятельность социального работника столь сложна и многообразна, содержит в себе возможность возникновения такого огромного количества нестандартных, неформальных ситуаций, что он довольно часто оказывается в ситуации выбора: как поступить, чьи интересы считать приоритетными – общества и государства или клиента, клиента или свои собственные и т.п. При этом основные этические коллизии возникают на стыке интересов клиента и государства.
В решении этой задачи необходимо иметь в виду, что общее практически всегда имеет приоритет над частным (именно так формируются нормы, стандарты, представления о должном и т.п.). Однако в конкретных случаях это не всегда бывает очевидным. Могут иметь место и исключения. Чаще всего это бывает тогда, кода социальная реальность не соответствует декларациям государства, вследствие чего социальный работник, обязанный от имени государства обеспечить своим клиентам достойную жизнь, сталкивается с ресурсной недостаточностью и вынужден в некоторых аспектах сужать свою деятельность от необходимой до возможной. Это возможно также в случаях, когда декларации государства носят формально-лицемерный характер и не требуют активной деятельности, направленной на оказание помощи гражданам в реализации их прав, а предусматривают лишь ее видимость. Тем не менее, если государство институциализировало социальную работу как общественно необходимую профессиональную социальную деятельность, возложив на нее определенные функции и задачи, значит, оно ожидает получить вполне определенный конечный результат в пределах предоставленных ресурсов и функционала.
Поручая социальному работнику заботу от своего имени о своих социально уязвимых гражданах, делегируя некоторые из своих полномочий, необходимых для осуществления этой целенаправленной деятельности, государство и общество тем самым возлагают на специалиста социальной работы двойную ответственность социального работника перед собой - за действия и последствия этих действий, а также за состояние и деятельность его клиента. Долг и ответственность специалиста перед обществом и государством требуют в первую очередь использования всех профессиональных знаний, умений и навыков, таланта и душевных качеств социального работника в интересах общества и государства посредством организации и осуществления эффективной профессиональной деятельности. Для специалиста на практике это означает участие в разработке и реализации  социальной политики, предполагает выбор приоритетов деятельности и способов ее осуществления на основании глубокого понимания целей и задач, социального смысла и содержания профессии. С учетом того, что не только институт социальной работы должен проявлять заботу о человеке, социальная работа множеством связей соединена со значительным количеством разнообразных социальных институтов, структур. Профессиональный долг социального работника состоит в выявлении, установлении и активизации таких взаимосвязей и отношений в практике профессиональной деятельности, которые бы оптимально соответствовали требованиям к инстит
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.