Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Военное планирование

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 16.12.2012. Сдан: 2012. Страниц: 28. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


    Военное планирование


По мере того как становилось  очевидным, что Япония готовит силы, чтобы двинуться на юг, Соединенные  Штаты попытались согласовать свои военные планы с планами вероятных  союзников. На совещании "ABC"4, состоявшемся в Вашингтоне в начале 1941 года, кроме признания Европейского театра военных действий самым важным, было установлено, что за Тихоокеанский театр в случае войны с Японией ответственность будут нести Соединенные Штаты. Очередная конференция в Сингапуре, состоявшаяся в апреле 1941 года, никаких важных решений не приняла и ограничилась только рекомендациями о взаимной поддержке против возможной агрессии.
Продвижению Японии в Индокитай  Соединенные Штаты придавали  огромное значение. Когда в июле 1941 года Япония объявила, что правительство  Виши согласилось на "совместный протекторат" в Индокитае, Соединенные  Штаты ответили на это замораживанием японских активов в США и прекратили поставки нефти. Эти акции США  ускорили кризис. Японии обязательно  нужна была нефть. Недостаток ее угрожал  остановить всю японскую военную  машину. В октябре 1941 года правительство  Коноэ пало; к власти в Японии пришел военный кабинет генерала Тодзио. В ноябре в Вашингтон прибыл специальный уполномоченный Японии, чтобы оказать помощь послу Номура в ведении переговоров о восстановлении поставок нефти. Провал этих переговоров и привел к Пёрл-Харбору.
Военные события на Тихом океане застали Соединенные Штаты в  процессе подготовки к войне, но окончательно еще не готовыми к ней. Почти весь флот США длительное время базировался на западном побережье, но весной 1940 года Рузвельт распорядился перевести его в Пёрл-Харбор в расчете на то, что это удержит Японию от дальнейших агрессивных шагов. Однако большая часть вновь вступавших в строй кораблей, после того как началась война в Европе, вошла в состав Атлантического флота. В начале февраля 1941 года Атлантическая эскадра была реорганизована в Атлантический флот, а флот, базировавшийся на Пёрл-Харбор, стал называться Тихоокеанским. В американском флоте на Тихом океане ощущалась острая нехватка во вспомогательных кораблях.
Переговоры  между Соединенными Штатами и  Японией были обречены на провал, ибо оба правительства не хотели идти ни на какие уступки и каждое стремилось только выиграть время. Соединенные Штаты находились в выгодном положении, имея возможность читать секретную дипломатическую корреспонденцию японцев. Американским специалистам удалось создать машину, дешифрирующую японский дипломатический шифр. Вашингтон также знал, что японская разведка активно собирает информацию о передвижении кораблей на Тихом океане и о расположении их в базе Пёрл-Харбор.
26 ноября Соединенные Штаты вручили  японцам ноту, в которой требовали  эвакуации войск из Китая и  поддержки режима Чан Кай-ши, Надежд на то, что Япония примет это требование, не было, и дешифрованная японская переписка подтвердила, что она действительно рассматривает эту ноту как акт об окончании переговоров. Однако японским дипломатам было дано указание продолжать переговоры, затягивая их, чтобы преждевременно не вызвать у американцев подозрений. 27 ноября морское министерство США направило в Пирл-Харбор тревожное предостережение, в котором сообщалось, что министерство считает возможным движение японских сил в направлении Филиппин, Малайи или Борнео. Американцы были столь загипнотизированы очевидными приготовлениями японцев для продвижения на юг, что не придали значения и даже вовсе исключили возможность нанесения японцами удара в каком-либо другом направлении.
К 6 декабря в Вашингтоне стало  известно, что японцы передали своему послу ноту для вручения правительству  США, в которой говорилось о разрыве дипломатических отношений.
Главнокомандующий японским Объединенным флотом адмирал Ямамото еще в  начале 1941 года предложил в случае войны с США напасть на Пёрл-Харбор, чтобы парализовать флот США и сделать невозможным его вмешательство с фланга, когда Япония будет занята завоеванием "жизненного пространства в южных морях". 1 декабря на совещании у императора было принято окончательное решение о вступлении Японии в войну.
Это рискованное решение было принято  в момент наивысшего успеха стран  оси в Европе. Осенью 1941 года Роммель  угрожал Египту, а немецкие войска находились под Москвой. Представлялось вероятным, что США перед лицом  опасности победы Германии в Европе не окажут японцам серьезного противодействия  на Тихом океане. Пользуясь этим, Япония могла бы одержать победу в  Юго-Восточной Азии, захватить богатые  ресурсами южные районы и создать  вокруг них и самой Японии оборонительный рубеж из расположенных на островах воздушных баз и баз для  подводных лодок, что заставило  бы Соединенные Штаты пойти на уступки и принять условия  Японии.
6 декабря в Пёрл-Харборе в это время никто даже не подозревал о надвигающейся катастрофе. Предостережение, полученное 27 ноября, указывало только на то, что в Вашингтоне считают возможным продвижение японских сил на юг, то есть к Филиппинам или к Малайе.
Общие потери США в людях составили 3681 человек. Флот и корпус морской  пехоты потеряли 2212 человек убитыми  и 981 ранеными, армия - 222 человека убитыми  и 360 ранеными. С американской точки  зрения последствия нападения на Пирл-Харбор оказались менее значительными, чем они представлялись в первый момент, и, безусловно, гораздо меньше тех, которые могли бы быть.
Сосредоточив внимание на боевых кораблях, японцы не придали значения разрушению складов и мастерских. Они также  упустили из виду и склады топлива, расположенные рядом с гаванью, где находилось 400000 т мазута. Эти  накапливавшиеся из года в год  запасы было бы очень трудно возместить, ввиду того что США приняли  обязательство поставлять топливо  прежде всего в Европу.

Гуам и Уэйк. К вечеру 7 декабря адмирал Киммел получил донесение о том, что остров Гуам и атолл Уэйк также были атакованы японскими самолетами. Остров Гуам, расположенный на расстоянии свыше 3000 миль от Гавайских островов и в 1500 милях от Манилы, фактически был беззащитен. Японцы высадили на остров 5000 человек и легко овладели им.

С атоллом Уэйк дело обстояло несколько  иначе. Хотя он и находился в пределах радиуса действия японской авиации, базировавшейся на Маршалловых островах, от Пёрл-Харбора его отделяли всего 2000 миль открытого моря.
На рассвете II декабря, после того как оборона атолла была ослаблена  воздушными налетами японцев с острова  Кваджелейн, японские силы в составе  трех легких крейсеров и шести  эсминцев появились у атолла Уэйк. Когда японские корабли приблизились к острову, артиллеристы морской  пехоты открыли огонь из 127-мм орудий, а самолеты-истребители поднялись  в воздух. После того как два  эсминца противника были потоплены, а два крейсера получили повреждения, японцы отошли, так и не высадив  десанта.
Между тем адмирал Киммел разработал план и отдал приказ о посылке  помощи гарнизону Уэйка. Все же после безнадежной борьбы защитники острова вынуждены были сдаться.
На нападение японцев на Пёрл-Харбор Соединенные Штаты ответили 8 декабря официальным объявлением войны, после чего союзники Японии - Германия и Италия - объявили войну США. В середине декабря главнокомандующим Тихоокеанским флотом был назначен адмирал Нимиц. В апреле следующего года он стал главнокомандующим всеми силами США в зоне Тихого океана; иначе говоря, под его командованием теперь находился весь Тихоокеанский театр военных действий, за исключением юго-западного района Тихого океана, который находился в ведении генерала Макартура, и практически бездействующего юго-восточного района.
    Лето 1944 г. вошло в историю двумя грандиозными операциями Второй мировой войны: операция «Оверлорд» - вторжение союзных экспедиционных англо-американских вооруженных сил во Францию, ознаменовавшая открытие долгожданного второго фронта, и операция Красной армии «Багратион» - разгром немецкой группы армий «Центр». Эти события значительно изменили облик всей Второй мировой войны, Германия впервые оказалась зажатой в тисках двух фронтов, с востока и запада, причем на кратчайших направлениях к сердцу Третьего рейха Берлину. И результаты этих операций были весьма впечатляющими. Западным союзникам удалось в течение июня - августа 1944 г. освободить с помощью французского Сопротивления почти всю территорию Франции, Красная армия освободила Белоруссию, перенесла боевые действия на территорию Восточной Польши, вступила в республики Прибалтики. В Берлине понимали, что разгром Третьего рейха неизбежен и недалек. Подготовка летних операций продолжалась два месяца. В ходе ее противоборствующие стороны предпринимали меры по укреплению своих вооруженных сил. Советское командование проводило мероприятия по усилению каждого фронта в соответствии с его местом и ролью в операциях по перегруппировке и сосредоточению стратегических резервов, материально-техническому обеспечению войск. В мае - июне была осуществлена крупная перегруппировка войск. С юго-западного направления и Прибалтики на центральный участок фронта, где наносился главный удар, было переброшено восемь общевойсковых, две танковые и одна воздушная армии, два кавалерийских, 13 танковых и механизированных и 11 авиационных корпусов, 70 стрелковых и кавалерийских дивизий. В итоге здесь было сосредоточено от 40 до 60% сил и средств действующей армии: 3 млн человек, 4,6 тыс. танков и САУ, 44 тыс. орудий и минометов, 6,3 тыс. боевых самолетов. Для увеличения численности своих вооруженных сил германское руководство предпринимало одну «тотальную мобилизацию» людских ресурсов за другой. Пополнение армии шло и за счет квалифицированной рабочей силы, занятой даже в военной промышленности. Взамен мобилизованных в армию немцы в еще больших количествах использовали труд иностранных рабочих и военнопленных, для чего рядом с крупнейшими предприятиями создавались концлагеря. В конце 1944 г. общее число иностранцев, работавших на германских предприятиях, достигло почти 9 млн человек, из них 6 млн гражданских рабочих, 2 млн военнопленных, 500 тыс. узников концлагерей. В результате чрезвычайных мер гитлеровцам удалось изыскать значительные резервы для пополнения своей армии. Вооруженные силы Германии насчитывали 10,2 млн человек, около 57 тыс. орудий и минометов, 9 тыс. танков и штурмовых орудий, 6,2 тыс. боевых самолетов. Основные силы и средства вермахта по-прежнему находились на советско-германском фронте. Здесь действовали четыре группы армий, девять полевых и три танковые армии, четыре воздушных флота. Вместе с войсками сателлитов Германия на 1 июня имела на восточном фронте 4,3 млн человек, 59 тыс. орудий и минометов, около 8 тыс. танков и штурмовых орудий, 3,2 тыс. самолетов. Готовились к наступлению и англо-американские войска. Союзники сосредоточили на территории Великобритании огромные силы: четыре армии, 10 860 боевых и 1360 транспортных самолетов, 3500 планеров, 6939 кораблей, транспортных и десантных судов. Общая численность экспедиционных сил составляла свыше 2 876 тыс. человек, из них 1 533 тыс. американцев. На первом этапе операции было задействовано 1,6 млн солдат и офицеров. К началу высадки союзников наиболее боеспособные германские соединения - 179 дивизий и пять бригад - находились на советско-германском фронте. В Западной Европе немцы имели 61 дивизию. Многие из них были значительно ослаблены, в 23 отсутствовал транспорт (так называемые стационарные дивизии), а семь дивизий еще формировались. Их поддерживали 160 боевых самолетов. Побережье Северной Франции, Бельгии и Голландии занимали 36 дивизий, а на обширном участке побережья залива Сены, где союзники намечали высадку, оборонялись всего три немецкие дивизии. Немецкие войска в это время в значительной степени были связаны действиями против сил Сопротивления. При подготовке операций англо-американское командование обеспечило внезапность высадки и ввело противника в заблуждение относительно района и времени высадки десанта, осуществив эффективные мероприятия по дезинформации немцев. Было применено много новинок в деле материального обеспечении войск: сконструированы специальные плавучие молы и искусственные порты, по дну Ла-Манша проложен бензопровод, применено множество специальных судов различного назначения. Нормандская десантная операция началась 6 июня и продолжалась по 24 июля 1944 г. Она явилась самой крупной морской десантной операцией Второй мировой войны. 6 июня под грохот сотен дальнобойных корабельных батарей, под прикрытием тысяч бомбардировщиков и истребителей на французское побережье в Нормандии высадились первые эшелоны англо-американских союзных сил и захватили несколько плацдармов. Преодолевая сопротивление врага, танки и пехота союзников завязали бои, расширяя захваченные плацдармы. Все это позволило уже в первые 16-17 часов высадить на берег более 130 тыс. человек, переправить 900 танков, 600 орудий, 4,3 тыс. т. боеприпасов и снаряжения. К 17 июня на плацдарме находилось 19 дивизий и 12 отдельных бригад (около 500 тыс. человек)17. Их поддерживали 11 тыс. самолетов и около 7 тыс. судов и кораблей. К 5 июля на плацдарм было переправлено уже до 1 млн. солдат и офицеров. Однако расширение плацдарма шло медленно. Только 25 июля (через 50 дней после начала высадки) союзники создали стратегический плацдарм, на котором сосредоточились 1-я американская, 1-я английская и 1-я канадская армии. К концу операции «Оверлорд» общая численность союзных войск составляла 2,8 млн человек. Им противостояло 58 дивизий вермахта, рассредоточенных во Франции, Бельгии и Голландии. Захватив и расширив плацдарм, англо-американские войска начали наступление на Париж. Вопрос, почему второй фронт не был открыт в 1943 г., и в наши дни привлекает внимание военных историков. Ответ на него надо искать прежде всего в военно-политических и стратегических устремлениях союзников. Что касается западной историографии, то она связывает задержку открытия второго фронта с невозможностью осуществления десантной операции по военно-техническим причинам. Историки Запада, в частности, ссылались на У. Черчилля, который 12 мая 1943 г. заявил, что вторжение слишком рискованно в связи с отсутствием точных данных о побережье, наличием сильных течений, слишком прочной немецкой обороной, слишком большой численностью немецких резервов и возможностью их переброски по хорошим коммуникациям. Шло время, но аргументация оставалась прежней. В середине 1970-х гг. английский историк В. Тьют, доказывая невозможность «Дня Д» в 1943 г., писал, что командование британских вооруженных сил «здраво оценивало, что возможно и что невозможно, имея в этом полную поддержку военного кабинета». Что мешало английским вооруженным силам пересечь Ла-Манш? Ответ В. Тьюта: «Нужно было добиться господства не только на море, но и в воздухе. Кроме того, существовал еще один важный фактор: необходимость иметь целую армаду специально построенных десантно-высадочных средств». В качестве непреодолимого препятствия упоминался и «Атлантический вал», все сооружения которого якобы планировались самим фюрером «до мельчайших подробностей». Следует заметить, что с требованиями открыть второй фронт жители Англии выступали уже в 1942 г. «Второй фронт теперь», - скандировали тысячные толпы людей на Трафальгарской площади в Лондоне. Высадки союзников в Нормандии еще более жаждали стонавшие под пятой захватчиков народы Европы, участники движения Сопротивления, готовые помочь армиям освободителей, узники лагерей смерти, надеявшиеся на освобождение. Но можно ли было тогда открывать второй фронт? Обратимся к цифрам. Согласно докладу президента Рузвельта Конгрессу численность вооруженных сил США в 1942 г. достигла 7 млн человек; к концу этого года американская армия насчитывала 73 дивизии и 167 авиагрупп. Летом 1942 г. в вооруженных силах только одной Англии находилось 3 млн человек (около 50 дивизий). Напомним, в ходе вторжения во Францию в 1944 г. союзные войска насчитывали всего 37 дивизий и 13 бригад. Только за 1942 г. в США были построены транспортные суда водоизмещением свыше 5 млн т., в то время как для десанта через Ла-Манш потребовался морской транспорт общим тоннажем всего 1-2 млн т. В августе 1942 г. из США было направлено в Англию 102 тыс. человек и 19 тыс. в другие районы, в октябре - 19 тыс., а в Африку - 33 тыс. человек. В марте 1943 г. переброска войск США снизилась до минимальной. В последние девять месяцев 1943 г. предусматривалось перебросить в Англию 800 тыс. человек вместо 900 тыс., фактически же прибыло 700 тыс. человек, тогда как переброска войск в Африку в ходе североафриканской операции была «перевыполнена» вдвое (300 тыс. вместо 150 тыс. человек). В мае 1942 г. министерство обороны Великобритании считало, что для открытия второго фронта в 1943 г. необходимо иметь английских десять пехотных и одну-две воздушные дивизии, плюс несколько союзных (канадских, польских), а всего 27 дивизий (около 940 тыс. человек). В мае 1942 г. реально имелось 848 тыс. своих войск, но с 1943 г. «периферийная стратегия» предопределила отправку многих дивизий в Северную Африку, на Сицилию и в Италию в дополнение к находившимся в Средиземноморье 23 дивизиям (декабрь 1942 г.). Если суммировать эти данные, то получается, что в начале 1943 г. союзники могли собрать по крайней мере 60 дивизий, немцы же против них могли выставить шесть подготовленных мобильных, 19 немобильных и 20 дивизий сокращенного состава с менее чем четырехмесячной подготовкой. Следует иметь в виду, что «с марта по июнь 1943 г. во Франции было только две-три мобильные боеготовые дивизии группы армий «Д» и 14 дивизий группы армий «Б». Фактически бблыная часть немецкой армии была на русском фронте. 1 июля 1943 г. из 3142 имевшихся у Германии танков 2269 (72 %) было на Востоке, из 1422 штурмовых орудий - 997 (70 %). На русском фронте находилось 186 из 276 дивизий и семь дивизий СС из имевшихся 12. Все лучшие дивизии были сконцентрированы в районе Курска (около 50, включая 16 танковых и моторизованных). Все новые танки «пантера» и «тигр» также были под Курском». «После разгрома немцев под Курском русские наступали на юге и к концу сентября форсировали Днепр. В России у немцев не было лишних дивизий, которыми можно было бы усилить Запад в случае вторжения». Более того, в эти месяцы продолжалась переброска фашистских войск с Запада на советско-германский фронт. Это подтверждается и документами, и воспоминаниями генералов вермахта. Осенью 1943 г. с Запада на Восток было направлено семь дивизий. Итак, сил для вторжения было достаточно, и летом 1943 г. они обеспечивали значительный перевес над войсками вермахта на Западе. Неплохо шло дело и с созданием десантной армады. Она успешно создавалась и в США, и в Англии. География операций союзников до 1944 г., где высаживались крупные десанты, обширна. Это Северная Африка (операция «Торч», пять с половиной дивизий), Сицилия (семь дивизий), операции в Тихом океане. В операции «Торч», к примеру, было высажено около 110 тыс. человек (в Нормандии в 1944 г. - 130 тыс.). К тому же в операции «Торч» участвовало больше 500 (по другим данным, 650) океанских судов, не меньше, если говорить только о них, чем в Ла-Манше, да и происходило это далеко от берегов Англии, то есть требовало гораздо больших усилий и времени.
Следует иметь в виду, что в десантной  операции «Оверлорд» была использована далеко не вся военно-морская мощь союзников: американцы имели 25 линкоров, а использовали три; из 75 крейсеров  использовано три; из 391 эсминца - 40. Великобритания послала в Ла-Манш четыре из 14 линкоров, 21 крейсер из 63, 116 эсминцев из 257. К  этому надо добавить подавляющее  превосходство англо-американских сил в авиации. Уже за год до вторжения «союзники были в состоянии  обеспечить и противовоздушную оборону  своих войск, и наступление авиации  благодаря наличию хороших летчиков, а также превосходству самолетов  в количественном и качественном отношении». Действительно, если в 1943 г. Германия для борьбы на двух фронтах  имела 25 тыс. самолетов (при этом подавляющая  их часть действовала на советско-германском фронте), то только США и Англия в  этом году произвели 100 тыс. самолетов. «По сравнению с объединенным промышленным и людским потенциалом  России, США и Британской империи  Германия и Япония казались пигмеями». Превосходство союзников в авиации  в 1943 г. было не меньшим, чем в 1944 г. Наконец, при открытии второго фронта в 1943 г. положительным стратегическим фактором для союзников была бы большая  удаленность советско-германского  фронта от Западной Европы, а отсюда - трудность переброски дивизий вермахта на запад. Немцы не имели коммуникаций с достаточной пропускной способностью, особенно во Франции, где они были парализованы действием сил Сопротивления  и стратегическими бомбардировками  союзной авиации, имевшей превосходство  в воздухе уже в 1943 г. Как бы то ни было, но в 1943 г. благоприятный  момент для высадки союзных войск  во Францию был упущен. Заканчивался год великого перелома в войне, а  второй фронт так и не был открыт. Почему? Этот вопрос пыталось выяснить советское правительство на Московской конференции (19-30 октября 1943 г.). Германия, констатировала Москва, понесла в  Курской битве огромные потери, которые  она уже не может возместить никакими тотальными мерами. Это создает предпосылки  для скорейшего открытия второго  фронта. Союзники соглашались с доводами Советского Союза, но точно выяснить сроки открытия второго фронта так  и не удалось. Заявление союзников  о том, что вторжение через  Ла-Манш будет осуществлено весной 1944 г., содержало серьезные оговорки, связанные с метеорологическими условиями в районе Ла-Манша, значительным сокращением численности германских военно-воздушных сил в Северо-Западной Европе. На Тегеранской конференции (28 ноября - 1 декабря 1943 г.), где впервые собрались вместе главы трех союзных держав, советская делегация указала, что грубое нарушение Англией и США обязательств об открытии второго фронта не только в 1942-м, но и в 1943 г. привело к затяжке войны и нанесло большой ущерб общей борьбе против фашистского блока. Теперь, после Сталинграда и Курска, ситуация изменилась: победа над нацистской Германией уже предрешена и может быть достигнута объединенными усилиями союзников в короткие сроки. Советская сторона заявила, что как только будет осуществлен десант в Северной Франции, Красная армия в свою очередь перейдет в наступление. Ситуация на советско-германском фронте уже была такова, что США не могли позволить своему союзнику Великобритании и дальше оттягивать сроки открытия второго фронта. Рузвельт поддержал советскую делегацию, и 30 ноября 1943 г. от имени США и Англии было заявлено, что начало операции «Оверлорд» состоится в мае и она будет поддержана операцией против Южной Франции («Энвил»). Но в мае 1944 г. операции на западе Европы не начались. У. Черчилль настаивал на вторжении через Балканы, имея в виду перерезать дорогу Красной армии в Центральную Европу. Позже англичане предлагали заменить эту операцию высадкой в Истрии под предлогом «стимулирования действий итальянских партизан». Долгая история обещаний и срывов закончилась только к началу июня 1944 г. На Британских островах завершили свою подготовку объединенные вооруженные силы союзников, предназначенные для вторжения на европейский континент. Главнокомандующим этими силами был назначен американский генерал Д. Эйзенхауэр, командующим сухопутными операциями стал английский генерал Б. Монтгомери, морскими - английский адмирал Б. Рамсей, воздушными - английский маршал авиации Ли Меллори. Заместителем Эйзенхауэра назначен английский главный маршал авиации А. Теддер.
Сосредоточенная на Британских островах армия вторжения, оснащенная по последнему слову тогдашней военной техники, армада кораблей и судов, тысячи самолетов  были готовы к проведению невиданной по масштабам и технической оснащенности стратегической морской десантной  операции «Оверлорд». Войска и морские  силы ждали сигнала к наступлению.
К середине 1944 г. в положении воюющих  государств и коалиций произошли  существенные изменения. В ходе зимних и весенних операций 1944 г. Красная  армия добилась больших успехов. К июню она продвинулась на запад  на 300-500 км, изгнала фашистских захватчиков  с 329 тыс. кв. км советской территории, на которой до войны жили почти 19 млн человек, освободила важные экономические районы страны, на протяжении 400 км была восстановлена государственная граница СССР. Боевые действия развернулись в северо-восточных районах Румынии - сателлита нацистской Германии. Открылись реальные перспективы наступления советских войск как в глубь Балкан, так и в сторону Польши и Чехословакии. В ходе зимне-весенней кампании 1944 г. советские Вооруженные силы разгромили около 175 дивизий противника. Вермахт лишился более 1 млн солдат и офицеров, 20 тыс. орудий и минометов, 4,2 тыс. танков и штурмовых орудий и около 5 тыс. самолетов.
Потери вермахта были настолько  велики, что немецко-фашистскому  командованию пришлось дополнительно  перебросить на восточный фронт  свыше 40 дивизий. Все это резко  ограничивало возможности фашистского  блока в ведении борьбы на других театрах войны. В Италии под давлением  англо-американских союзников войска вермахта оставили Рим. Не было сил  у Германии и для укрепления обороны  во Франции. Союзники по Антигитлеровской коалиции продолжали вести успешную борьбу с ВМС Германии в Атлантике  и по-прежнему владели стратегической инициативой на Тихом океане и  в Юго-Восточной Азии. Все более  расширялась освободительная борьба народов оккупированных стран. Сильные  удары по немецко-фашистским захватчикам  наносили народно-освободительные  армии Югославии, Греции, Албании; широкого размаха достигло партизанское движение в Польше, Чехословакии, Франции, Болгарии и других странах. Тем не менее Германия имела еще существенные экономические возможности: ее промышленность продолжала военное производство в больших масштабах.
К лету 1944 г. во Второй мировой войне участвовало уже 45 государств: военные действия, достигшие небывалого размаха, велись на всех важнейших театрах на суше, море и в воздухе. Численность вооруженных сил воюющих государств приближалась к своему апогею. В вооруженных силах США было 10,2 млн человек, Англии - 4,5 млн.
Крупные успехи советских Вооруженных  сил, достигнутые в результате летне-осенней  кампании 1943 г. и зимне-весенней 1944-го показали, что Красная армия способна самостоятельно разгромить нацистскую Германию и освободить народы Европы от фашизма. Военно-политическое руководство  США и Англии в конце 1943 г. форсировало  подготовку вторжения в Северную Францию. С начала 1944 г. контингент американских войск в Великобритании увеличивался ежемесячно на 150 тыс. человек. К маю 1944 г. здесь были сосредоточены уже 21 дивизия и 102 авиагруппы, а также 52 английские бригады. Подготовка англо-американских войск к вторжению во Францию проводилась в исключительно благоприятной обстановке, когда основное внимание немецкого командования было сосредоточено на советско-германском фронте.
План операции вторжения под  условным названием «Оверлорд» и  последующих действий заключался в  том, чтобы высадить войска на 80-километровом участке побережья залива Сены, на 20-й день захватить плацдарм в  Нормандии (100 км по фронту и до 20 км в глубину), накопить силы и средства, необходимые для овладения Северо-Западной Францией, после чего, действуя вместе с войсками, высадившимися в Южной  Франции, предпринять широкое наступление в восточном направлении, к границам Германии. Для этого на Британских островах и в прилегающей к ним акватории к началу июня была создана крупная группировка войск. Сухопутные силы состояли из 39 дивизий, 12 отдельных бригад, 10 отрядов «коммандос» (английских) и «рейнджере» (американских). ВВС имели 10 860 боевых самолетов, более 2300 транспортных самолетов, 2600 планеров. ВМС насчитывали 1210 боевых кораблей и катеров, 4120 десантных судов и высадочных средств, около 1600 вспомогательных и торговых судов.
Германское командование не имело  возможности держать во Франции  силы и средства, достаточные для  отражения высадки англо-американских войск, а также не могло надежно  укрепить оборону Атлантического побережья. Все резервы оно бросало в  основном на восточный фронт против Советского Союза. К 6 июня 1944 г. во Франции, Бельгии и Нидерландах дислоцировалось 58 немецких дивизий, в том числе 42 пехотные, девять танковых и четыре авиаполевые. Наибольшие плотности  немецких войск были созданы в  Северо-Восточной Франции, на побережье  пролива Паде-Кале. Если бы все немецкие дивизии западнее Рейна были равномерно распределены по побережью Атлантики, то фронт обороны каждой достигал бы 77 км. У Гитлера не было особых иллюзий в отношении боеспособности этих дивизий. Он заявлял: «Сумму сил  во Франции вообще нельзя измерить количеством дивизий, которые мы имеем там теоретически, а только по небольшому числу дивизий, которые  действительно подвижны». Все немецкие силы, оборонявшиеся во Франции, Бельгии  и Нидерландах, были объединены в  две группы армий («Б» и «Г») и  подчинены командованию «Запад», которое  возглавил генерал-фельдмаршал Г. Рундпггедт.
Действуя строго по графику, ранним утром 5 июня 1944 г. транспорты вышли  из пунктов посадки, имея на борту 287 тыс. человек. К исходу дня они  прибыли в район формирования десантных отрядов в 50-60 км от южного побережья Англии. Отсюда десантные  отряды направились по десяти заранее  протраленным фарватерам в залив  Сены. За четыре с половиной часа до того как первые доставленные по морю войска вступили на берег Франции, в 6.30, началась выброска воздушно-десантных  войск. В воздушно-десантной операции - самой крупной из известных операций такого рода - участвовали 1662 самолета и 512 планеров 19-го американского авиатранспортного  командования, 733 самолета и 355 планеров 38-й и 46-й авиатранспортных групп  Королевских ВВС. 6 июня утром англо-американские экспедиционные силы приступили к высадке  с Британских островов через пролив Ла-Манш в Северную Францию.
В операции участвовало более 6 тыс. транспортных и десантных судов  разного тоннажа. Американские войска высаживались на двух участках назначенной  полосы вторжения в ее западной части - «Юта» и «Омаха», английские и  канадские войска - на восточном  участке полосы вторжения, точнее на трех его участках, расположенных  очень близко друг к другу - «Голд», «Джуно» и «Суорд» (севернее города Кан). Английские парашютные части должны были быть выброшены на 20-25 км южнее  этого участка, непосредственно  перед Каном, перерезать пути сообщения  и захватить мосты через самую  крупную реку в этом районе - Орн. Американские воздушные десанты  предназначались для действий на участке «Юта». Несмотря на массированные  удары с воздуха и обстрел  с моря, которые предшествовали высадке, береговые заграждения ко времени  выхода на берег союзных войск  не были разрушены. Обстрел морскими орудиями только подавил тяжелые  немецкие батареи, но не вывел их из строя благодаря необычайно большой  толщине бетонных укрытий. Уже после  окончания военных действий союзники установили, что бомбы не смогли пробить прикрывающие щиты (те орудия, которые оказалось выведены из строя, были поражены снарядами, попавшими в амбразуры).
В течение всей операции в воздухе  господствовала союзная авиация. Тяжелые  бомбардировщики атаковали узловые  пункты тыловых коммуникаций противника, для того чтобы воспрепятствовать  переброске подкреплений. Небольшие  потери, которые союзники понесли  во всех этих боях, свидетельствуют  о слабом противодействии противника в воздухе и эффективности  подготовительных операций. Тяжелые  бомбардировщики союзников выполняли  задания, не испытывая никакого противодействия  со стороны немецких истребителей, а штурмовики действовали небольшими силами (одна-две эскадрильи), вследствие чего их атаки шли почти беспрерывно  при необычайно большом радиусе  действия. Только через несколько  дней после вторжения противнику удалось несколько увеличить  численность своих воздушных  сил над районом высадки.
Первый и решающий день высадки  закончился успешно. Союзные войска создали три плацдарма глубиной от 2 до 9 км. На побережье Нормандии  закрепились пять пехотных и три  воздушно-десантные дивизии с  частями усиления - всего более 156 тыс. человек. Сюда же было доставлено 900 танков и бронемашин, 600 орудий, большое  количество автотранспорта. Успеху высадки  во многом способствовало полное господство англо-американского флота и авиации. За первые сутки десантной операции только стратегическая англо-американская авиация совершила 14 тыс. самолетовылетов. В течение ближайших пяти дней союзные силы были заняты объединением захваченных участков побережья  в единый плацдарм и доставкой  на этот плацдарм резервов, необходимых  для закрепления и расширения позиций. К исходу 12 июня союзники прочно закрепились на побережье протяженностью 80 км по фронту и 13-18 км в глубину. На плацдарме теперь находились 16 дивизий  и бронетанковые части, эквивалентные  трем бронетанковым дивизиям. В составе  союзных сил в Нормандии насчитывалось 327 тыс. человек, 54 тыс. боевых и транспортных машин.
Во Франции по мере продвижения  армий западных союзников ширилось и становилось все более эффективным  движение Сопротивления, которое начало действовать после оккупации  гитлеровцами части страны. Уже в  октябре 1941 г. началось объединение  внутреннего и внешнего французского Сопротивления. Возглавил эту борьбу Шарль де Голль. Объединяясь и  вооружаясь, патриоты вступали в борьбу. Активное участие в борьбе против оккупантов приняла и русская  эмиграция, находившаяся в то время  во Франции. «Им хотелось участвовать  в войне, сражаться за «свою вторую родину», с которой они были связаны  культурой, и отделаться от эмигрантского  ярлыка». Еще в 1943 г. здесь был  создан «Союз русских патриотов», а затем «Союз русских патриотов  юга Франции», из которых комплектовались  группы вооруженного сопротивления. Назвать  хотя бы примерное число русских  эмигрантов, сражавшихся против фашизма  в войсках Свободной Франции  или в рядах Сопротивления, невозможно. Их, вероятно, были тысячи. Сражались  они героически. Многие были удостоены  государственных наград Франции. Русская  эмиграция понесла большие потери. Только во Франции немцами было расстреляно  более 150 эмигрантов. Погибла княгиня  В. А. Оболенская, Е. Ю. Кузьмина-Караваева (мать Мария) и многие другие отважные женщины.
Открытие второго фронта искренне приветствовали в Москве. Действия Красной армии начали координироваться с действиями армий западных союзников  в Европе. Успешному продвижению  англо-американских войск способствовал  ряд факторов: слабость войск противника и почти полное отсутствие немецкой авиации (всего 156 самолетов), высокая  активность движения Сопротивления, нарастающая  мощь самих союзных войск по мере поступления во Францию новых  соединений и техники. Но главной  причиной было согласование стратегических усилий союзных государств, скоординированное  наступление на рейх с Запада и  Востока, достигнутое на Тегеранской  конференции. Не случайно главнокомандующий  союзными войсками генерал Д. Эйзенхауэр, обращаясь 6 июня (в день открытия второго  фронта) к своим войскам и населению, сказал: «Высадка в Нормандии является частью плана освобождения Европы совместно  с нашими союзниками». Еще в ходе зимней кампании 1944 г. Красная армия, выполняя решения Тегеранской конференции  и развивая свое стратегическое наступление, полностью разгромила 30 дивизий  и шесть бригад. Для восстановления своих сил на Востоке германское командование было вынуждено в январе - мае 1944 г. перебросить на советско-германский фронт из Германии и Франции 40 дивизий  и четыре бригады. В результате немецкая группировка в Западной Европе накануне вторжения союзных армий во Францию  была значительно ослаблена, что  оказало существенную помощь США  и Англии в открытии второго фронта. По признанию генерала Эйзенхауэра, в течение всего заключительного  периода войны в Европе стратегическое планирование и практические действия англо-американских войск на западном фронте находились в прямой зависимости  от хода и исхода наступательных операций Красной армии.
На четвертый день после высадки  союзников в Нормандии началось советское наступление в Карелии. Третья годовщина войны СССР против нацистской Германии ознаменовалась началом  мощного наступления Красной  армии в Белоруссии. Грандиозное  сражение развернулось на фронте 700-1100 км и продолжалось с 23 июня до конца  лета 1944 г., что также создало благоприятнейшие условия для развития операции «Оверлорд». К концу операции (25 июля 1944 г.) общая  численность союзных войск составляла 2,8 млн человек. Им противостояло 58 дивизий вермахта, рассредоточенных во Франции, Бельгии и Голландии. Захватив и расширив плацдарм, англо-американские войска начали наступление на Париж. К началу сентября вся Франция была освобождена. Это явилось значительным успехом союзных войск.
Наступление Красной армии летом 1944 г. заставило немецкое командование держать основные силы вермахта на советско-германском фронте. Здесь  летом 1944 г. находилось 4,3 млн солдат и офицеров фашистского блока, тогда как во Франции против западных союзников действовала группировка, насчитывавшая 1 млн человек. Это в решающей степени способствовало успеху наступления союзных сил генерала Эйзенхауэра во Франции, причем с минимальными потерями. «В то время как на фронте в Нормандии... части западных союзников готовились осуществить прорыв нашего фронта, на восточном фронте развивались события, непосредственно приближавшие катастрофу», - писал Г. Гудериан. Необходимость укрепить свои силы на Востоке вынудило немцев к отступлению во Франции. В этой обстановке англо-американские войска в сентябре 1944 г. сумели перейти германскую границу в районе Аахена и Люксембурга, вступили на территорию Бельгии и Голландии и перешли к обороне.
Проблема второго фронта возникла сразу же после нападения гитлеровской Германии на Советский Союз. В послании британскому премьер-министру У. Черчиллю от 18 июля 1941 г. И.В. Сталин писал:
«Военное положение Советского Союза, равно как и Великобритании, было бы значительно улучшено, если бы был создан фронт против Гитлера на западе (Северная Франция) и на севере (Арктика)».
Однако США и Англия, объявившие 22—24 июня 1941 г. о своей готовности оказывать помощь Советскому Союзу, не торопились принимать практические меры в этом направлении. В ответном послании Сталину от 21 июля 1941 г. Черчилль заявил, что «начальники штабов не видят возможности что-либо сделать  в таких размерах, чтобы это  могло принести Вам хотя бы самую  малую пользу».
Такой ответ объясняется тем, что  летом 1941 г. влиятельные круги Англии, взгляды которых разделял и Черчилль, и высшие военачальники, полагали, что  разгром СССР войсками вермахта —  дело нескольких недель. Они считали, что германо-советская война лишь на время отвлекла силы Германии от ее главного противника — Англии. Поэтому  расчет строился на том, чтобы по возможности  дольше «удержать Россию в войне», всячески поддерживая ее морально, но не связывая себя какими-либо военными обязательствами и материальной помощью, так как все равно вся посланная ей военная техника попадет к немцам и только усилит их. В то же время, по мысли британских стратегов, Англия должна была использовать время войны рейха с русскими для укрепления своего положения на Ближнем Востоке и подготовки к будущим боям против вторжения немцев на Британские острова.
Даже когда  вермахт главными своими силами действовал против СССР, главным стратегическим направлением для Англии продолжал оставаться Ближний Восток. Там, на узкой прибрежной полосе в приграничных районах между Египтом, где находились английские войска, и Ливией, откуда наступали итальянские дивизии, с июня 1940 г. велись боевые действия. С начала 1941 г. к итальянским войскам присоединилось несколько германских соединений. Командовал итало-германской группировкой немецкий генерал Роммель, герой французской кампании вермахта.
Нападение третьего рейха на СССР могло изменить обстановку и на Ближнем  и Среднем Востоке в пользу англичан. На это, по крайней мере, надеялись  в Лондоне. В США вступление в  войну СССР было воспринято несколько  по-другому. Скептически относясь к  средневосточной стратегии Черчилля, окружение Рузвельта — Дж. Маршалл, Г. Гопкинс и другие — считало нравственно необходимым оказать помощь СССР за счет американских ресурсов. Но у правительства США в первые недели войны не было уверенности, что СССР выдержит натиск гитлеровской Германии. Оптимистичнее были настроены только военные. Английский посол в Вашингтоне сообщал в Лондон:
«Американские высшие военные руководители полагают, что, хотя поражение нельзя исключить, ситуация на данную минуту и в ближайшем будущем представляется неплохой, и русские держатся просто замечательно».
Поэтому в начале июля 1941 г. начальнику штаба армии США Дж. Маршаллу удалось  убедить Рузвельта, что средневосточная  стратегия Черчилля недостаточно эффективна в войне с Германией и Италией. И когда руководство США получило из СССР перечень военных материалов, необходимых для Советского Союза, Рузвельт принял решение перераспределить поставки вооружения и оборудования, с тем чтобы часть из них  была направлена в СССР. Черчилль, узнав  о позиции американского президента и учитывая участившиеся сообщения  английского посла в Москве С. Криппса и намеки посла СССР в  Лондоне И. Майского о возможности  сепаратного мира между СССР и  Германией, решил, что какие-то практические меры помощи СССР теперь просто необходимы. Несмотря на сопротивление Адмиралтейства, стоявшего за максимальное увеличение морских сил на Ближнем Востоке, он приказал направить в Арктику  небольшую эскадру кораблей для  того, чтобы «установить взаимодействие и действовать вместе с военно-морскими силами России». Это отвечала интересам  СССР. Как писал Черчиллю Сталин 18 июля, «легче создать фронт на севере: здесь потребуются только действия морских и воздушных сил без  высадки войск и артиллерии».
Советское правительство видело тогда  свою главную военно-политическую цель в том, чтобы надежнее обеспечить морские коммуникации между СССР, Англией и США как основу их военно-экономического сотрудничества. Это рассматривалось как неотложное дело: ведь в США, при всем их стремлении помочь Советскому Союзу, многие считали, что наша страна очень скоро потерпит поражение. Но вот после визита в  Москву в конце июля советника  президента США Гопкинса и оптимистического сообщения объединенного разведывательного  комитета Англии о том, что СССР способен продолжать войну, на Западе стало ясно: «Советы выстоят».
В сложнейшей обстановке первых недель войны задачей советской внешней  политики являлось налаживание боевого  сотрудничества с союзниками, и в  первую очередь с Англией (США  не участвовали в войне), чтобы  совместными усилиями сражаться  против общего врага. Сталин в своих  посланиях Черчиллю развивал и уточнял  мысль о необходимости открытия союзниками второго фронта в Европе. 3 сентября в письме английскому  премьеру, обрисовав ситуацию, в  которой находился СССР, он писал:
«Я думаю, что существует лишь один путь выхода из такого положения: создать уже в этом году второй фронт где-либо на Балканах или во Франции, могущий оттянуть с восточного фронта 30 —40 немецких дивизий…»
Вот тогда утвердилась идея создания мощного фронта во Франции. Через 10 дней Сталин в письме в Лондон несколько  изменил постановку вопроса:
«Если создание второго фронта на западе в данный момент, по мнению английского правительства, представляется невозможным, — писал он, — то, может быть, можно было бы найти другое средство активной помощи Советскому Союзу против общего врага ? Мне кажется, что Англия могла бы без риска высадить 25—30 дивизий в Архангельске или перевезти их через Иран в южные районы СССР для военного сотрудничества с советскими войсками на территории СССР».
Хотя, конечно, это предложение  было неосуществимо — высадить 25—30 дивизий не только в Архангельске, но и в любом другом месте Англия в то время никак не могла, — в нем была идея Сталина о коалиционной стратегии: применять сообща крупные силы на жизненно важных для Германии направлениях, угрожая, например, с севера доставке шведской руды в Германию или поставкам ей нефти из стран Среднего Востока.
Черчилль в беседе с советским  послом в Лондоне Майским отверг идею высадки английских войск во Франции как нереальную:
«Пролив, который мешает немцам перепрыгнуть в Англию, так же мешает англичанам перепрыгнуть во Францию. Делать же попытки десанта для того, чтобы он провалился, нет никакого смысла».
Такими вот теперь стали аргументы  главы английского правительства, хотя год назад его взгляды  на этот счет были совершенно иными. На второе предложение Сталина он вообще не ответил, по-видимому, полагая, что  Сталину и самому ясна его невыполнимость в то время.
Действительно, второй фронт, с задачами широкого стратегического наступления  в глубь Германии, как это будет в 1944—1945 гг., в 1941-м был невозможен. Однако реальная помощь могла быть оказана. Союзники могли провести на Европейском континенте хотя бы небольшие, отвлекающие силы рейха операции. Один из влиятельнейших членов английского правительства министр снабжения лорд Бивербрук, зная истинные возможности Великобритании, говорил в те дни:
«Сопротивление русских дает нам новые возможности… Оно создало почти 2 тысячи миль побережья для десанта английских войск. Однако немцы могут почти безнаказанно перебрасывать свои дивизии на восток именно потому, что наши генералы до сих пор считают континент запретной зоной для английских войск…»
Так же думал и посол Англии в  СССР С. Криппс. Он горячо убеждал английское правительство оказать СССР военную  помощь:
«Если мы окажем России всю поддержку, на которую способны, то, на мой взгляд, имеются все шансы, что к этому времени, через год, Германия будет разбита».
Но лидеры Англии и США в 1941 г. и не думали о быстром разгроме Германии. Они думали совсем о другом: удержится ли Советский Союз? А вдруг советское правительство пойдет на сепаратный мир с Германией. (Еще были свежи воспоминания о Пакте Риббентроп-Молотов 1939 года.)
Разгром немцев под Москвой похоронил  мысль о блицкриге. Стало ясно, что Германия вступила в затяжную войну на востоке. Правительства  США и Англии уже не сомневались  в боевых возможностях Советов. Но встал  другой вопрос: устоит ли Советский  Союз, если вермахт в 1942 г. предпримет такой же мощный натиск на Красную Армию, как год назад? Разведка союзников давала малоутешительные сведения на этот счет:
«Положение дел, при котором ни одна из сторон не сможет рассчитывать на быструю и полную победу, по всей вероятности, приведет к русско-германскому соглашению в результате переговоров. Такое положение может возникнуть при разных обстоятельствах, начиная от равновесия сил и кончая бесспорным превосходством немцев».
Такая оценка обстановки привела руководство  США и Англии к выводу: главное  в 1942 году — удержать Советский Союз в войне на своей стороне. Как  этого достичь? Нужны были неотложные и решительные меры, тем более  что после нападения японцев  на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор (Гавайские острова) США  вступили в войну с Японией  и Германией. Поэтому весной 1942 г. военное командование США подняло  вопрос о высадке союзных войск  на французском побережье. «Не открыть вовремя сильный западный фронт во Франции значило переложить всю тяжесть войны на Россию», — писал военный министр США Г. Стимсон. Стратегическую важность вторжения союзников в Западную Европу и открытие второго фронта, где могли бы действовать крупные силы сухопутных войск, лучше всего понимало командование армии США. Оно отдавало себе отчет в том, что в континентальной войне, какой, по сути, была Вторая мировая война, окончательная победа будет одержана на сухопутных фронтах, выводящих к жизненно важным районам Германии. Начальник штаба американской армии генерал Дж. Маршалл был за то, чтобы американские сухопутные войска как можно скорее вступили в сражение на наиболее ответственных направлениях и в возможно большем количестве.
А для Англии, как понимали это  Черчилль и его окружение, главной  задачей в ту пору было сохранить  средиземноморские коммуникации Британии с Ближним и Средним Востоком и с Индией. Немецкая и японская угроза этим регионам создавала большую  опасность британским интересам.
Второй фронт в Западной Европе, безусловно, сокращал время войны  и отвечал интересам народов  всех союзных стран. Второй фронт  как воздух был необходим СССР, сражавшемуся с фашистским блоком на фронте протяженностью 6000 км. Но англичане  были убеждены, что Красная Армия  и одна в состоянии противостоять  вермахту в 1942 г., а потому важнее будет  укрепить военно-политическое положение  союзников, и прежде всего Англии в Средиземноморье. И вот Черчилль во время своего визита в Вашингтон  в декабре 1941 г. высказал мысль о  высадке союзников в Северной Африке, зная наперед, что «мысль об американском вмешательстве в Марокко» интересна президенту США. Однако его  предложение было отвергнуто как несвоевременное. Руководители министерства обороны США, американской армии и ВВС (Г. Стимсон, Дж. Маршалл, Д. Эйзенхауэр и Г. Арнольд) считали, что «первенство должно быть отдано скорейшему вторжению через Ла-Манш» в Западную Европу. Так думал и Комитет стратегического планирования Англии. 8 марта 1942 г. он представил английскому Комитету начальников штабов доклад с убедительными доводами в пользу высадки союзников на континенте. Недостаток судов, подчеркивалось в докладе, исключает такое стратегическое вмешательство где-либо, кроме Ла-Манша. В связи с вероятным обострением обстановки на советско-германском фронте в 1942 г. начальник штаба армии США Дж. Маршалл и начальник управления стратегического планирования генерал-майор Д. Эйзенхауэр подготовили в феврале 1942 г. меморандум о целесообразности вторжения союзных войск во Францию через Ла-Манш. Этот меморандум лег в основу американского плана высадки союзных войск во Франции весной 1943 г. силами 34 пехотных и 14 танковых дивизий (операция «Раундап»). Однако, по мнению Маршалла, «в случае (а) если на русском фронте сложится крайне неблагоприятная обстановка, т.е. если успех немецких войск будет настолько велик, что создастся угроза поражения России… (б) если положение Германии в Западной Европе резко ухудшится…», то возникла бы необходимость провести ограниченную операцию по высадке сил во Франции в сентябре— октябре 1942 г. (операция «Следжхаммер»). Таким образом упор делался на целеустремленную подготовку к открытию второго фронта в 1943 г. с тем, чтобы сделать этот план приоритетным по сравнению с другими операциями. А при экстремальной обстановке на советско-германском фронте планировалась дополнительная ограниченная десантная операция во Франции, и раньше — уже в 1942 г. с целью захвата плацдарма и удержания его, пока не начнется операция «Раундап».
Рузвельт после некоторого колебания  согласился с этим вариантом. При  начавшейся войне с Японией ему  надо было убедить американскую общественность в том, что Европейский театр  войны важнее Тихоокеанского и что  войска США отнюдь не пассивны, а  ведут активные действия против противника. «Я предполагаю направить Вам через несколько дней определенный план совместного выступления в самой Европе», — писал он Черчиллю 18 марта.
Но Черчилль и начальник имперского генерального штаба фельдмаршал  А. Брук считали этот план невыгодным для Англии, хотя внешне поддержали идею вторжения в Европу через  Ла-Манш. В то же время они убеждали американцев предпринять в 1942 г. высадку англоамериканских частей в Северной Африке, где находилось много частей вишистской Франции, не участвовавшей в войне.
Черчиллю после всех неудач английских вооруженных сил и в Северной Африке (не завершена наступательная операция зимой 1941/42 г.), и на Дальнем  Востоке (падение Сингапура) нужна  была легкая и убедительная победа, которая подняла бы моральный  дух английского народа, обеспечила бы коммуникации с колониями и  странами, связанными с Британской империей, упрочила бы положение Великобритании в Средиземноморье и лично  его, Черчилля, влияние в мире политики.
Между тем весной 1942 г. казалось, что  американская точка зрения торжествует. Черчилль 8 апреля 1942 г. согласился с  американцами, что быстрое вторжение  в Западную Европу целесообразно  и необходимо. Тогда под понятием «второй фронт» однозначно подразумевалось  именно вторжение англо-американских войск во Францию через Ла-Манш. Поэтому когда в мае — июне 1942 г. нарком иностранных дел В.М. Молотов вел в Лондоне и  Вашингтоне переговоры об открытии второго  фронта в 1942 г., ему было обещано такой  фронт открыть. Этого требовала сложившаяся тогда обстановка. Поражение советских войск в Крыму и особенно под Харьковом могло, по мысли западных военных экспертов, создать угрозу поражению СССР.
31 мая Рузвельт писал Черчиллю:
«…Я серьезно считаю, что положение русских непрочно и может неуклонно ухудшаться в течение ближайших недель. Поэтому я более чем когда-либо хочу, чтобы в связи с операцией „Болеро“[7]
были предприняты определенные действия уже в 1942 г. Все мы понимаем, что из-за погодных условий эта операция не может быть отложена до конца года… Объединенный штаб работает сейчас над предложением об увеличении числа транспортных судов для использовании операция «Болеро» путем сокращения значительной части материалов для отправки в Россию, кроме военного снаряжения, которое может быть использовано в боях в этом году… Это должно облегчить задачу вашего флота метрополии, особенно эскадренных миноносцев. Я особенно озабочен тем, чтобы он (Молотов. — А. О.) увез с собой некоторые реальные результаты своей миссии и сейчас дал Сталину благоприятный отчет. Я склонен думать, что сейчас русские несколько приуныли.
Однако важно то, что мы, может быть, окажемся и, вероятно, уже находимся перед реальными неприятностями на русском фронте и должны учитывать это в наших планах».
В коммюнике, опубликованном 11 —12 июня 1942 г. в Москве, Вашингтоне и Лондоне  после советско-английских и советско-американских переговоров, было заявлено, что «достигнута  полная договоренность в отношении  неотложных задач создания второго  фронта в 1942 г.».
Но при подписании этого очень  важного документа в Лондоне  Черчилль вручил Молотову «памятную  записку», в которой говорилось:
«…Невозможно сказать заранее, будет ли положение таково, чтобы сделать эту операцию осуществимой, когда наступит время. Следовательно, мы не можем дать обещание в этом отношении, но, если это окажется здравым и разумным, мы не поколеблемся претворить этот план в жизнь».
В этой записке уже просматривалась  мысль Черчилля не допустить операцию по вторжению в Западную Европу. А заменить ее было чем — высадкой в Северной Африке.
В июне начальник управления морских  десантных операций Великобритании адмирал Маунтбэттен, а затем  и сам Черчилль едут в Вашингтон, чтобы убедить Рузвельта в  преимуществе северо-африканской операции. К этому времени обстановка в Средиземноморье изменилась к худшему для Великобритании. Во время пребывания Черчилля в США немцы нанесли поражение английским войскам в Африке и овладели важной крепостью и портом Тобрук.
Падение Тобрука и капитуляция  в нем английского гарнизона (33 тысячи человек) вызвало волну возмущения в Англии. В прессе открыто выражалось недовольство действиями правительства. В парламенте была вынесена резолюция  с выражением вотума недоверия «центральному  руководству войной» и лично  Черчиллю.
Это усилило нажим Черчилля на президента США. В письме от 8 июля он писал Рузвельту:
«Ни один английский генерал, адмирал или маршал авиации не может рекомендовать „Следжхаммер“ в качестве осуществимой в 1942 году операции. И я уверен, что „Джимнаст“ (высадка в Северной Африке, позднее — „Торч“. — А. О.) — это гораздо более надежный шанс для эффективного облегчения действий на русском фронте в 1942 году. Это всегда соответствовало Вашим намерениям. Фактически это Ваша доминирующая идея. Это настоящий второй фронт 1942 года. Я советовался с кабинетом и комитетом обороны, и мы все согласились с этим. Это самый безопасный и в высшей степени полезный удар, который может быть нанесен этой осенью».
Позиция Черчилля летом 1942 г., к сожалению, стала решающей. Рузвельт уже в  июне начал все более склоняться в пользу десантной операции в  Северной Африке: ведь ему, как и  Черчиллю, нужна была быстрая и  убедительная победа американского  оружия после ряда неудач в войне  с Японией. Сражения с немцами  во Франции, кроме трудностей и потерь, на первых порах ничего не сулили, а  захват целого региона Африки в войне  с германо-итальянской коалицией  был позначительнее схваток с Японией и обещал быстрый и легкий успех. А это поднимало авторитет президента в глазах народа накануне выборов в конгресс в ноябре 1942 г. и — что, конечно, важнее — позволяло США укрепить свое влияние в таком важном регионе, как Северо-Западная Африка. Поэтому Рузвельт в июле, несмотря на резкие возражения Маршалла и его штаба, ряда крупных военных и политических деятелей (военного министра Г. Стимсона, советника президента Г. Гопкинса и др.) — поддержал идею Черчилля. Американских военачальников поддержал и Объединенный англо-американский комитет начальников штабов, но переубедить президента было уже невозможно. Маршалл писал, что с принятием плана операции «Джимнаст» было бы вообще отменено какое-либо вторжение на Европейский континент в 1943 г.
Оправдывая свой отказ открыть  второй фронт в Европе, Рузвельт и Черчилль ссылались на военно-технические  причины. Рузвельт говорил о нехватке трансокеанских транспортов для  переброски войск в Англию.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.