На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Диплом Теоретико-методологические подходы к рассмотрению проблемы социальной напряженности. Особенности социальной напряженности в муниципальном образовании. Совершенствование организации системы мер по профилактике социальной напряженности в г. Нижнекамске.

Информация:

Тип работы: Диплом. Предмет: Менеджмент. Добавлен: 17.04.2010. Сдан: 2010. Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Введение
Актуальность темы исследования. В последнее время в России изучение особенностей муниципальной среды управления в период реформирования местного самоуправления приобрело особую актуальность. Не смотря на принятие нового Федерального закона №131-ФЗ от 16 сентября 2003 года «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», значительно укрепившего правовую базу муниципального управления, реализация его привела к проблеме создания качественной и удовлетворяющей потребности граждан среды жизнедеятельности.
Глубокие изменения общественных отношений в России во второй половине восьмидесятых годов ХХ века привели к кризису советского общества и, в конечном итоге, к распаду СССР. Состояние общественных слоев, выражавших недовольство по поводу невыплат заработной платы, роста преступности, резкого имущественного расслоения населения, непродуманности социальных, экономических и политических реформ, стали называть социальной напряженностью.
Она проявляется в усилении противоположных тенденций, потребностей и целей социальных общностей и индивидов, сопровождается ростом недовольства, негативной психологической направленностью, дестабилизацией социальных связей и коллизиями в различных сферах жизнедеятельности людей.
Постоянно высокая социальная напряженность делает невозможным реализацию любой сколько-нибудь значимой социально-экономической программы, препятствует совместным действиям, ведет к противостоянию различных социально-политических сил в обществе, к огромным материальным и духовным потерям. Именно поэтому вопросам социальной напряженности в последнее время уделяется много внимания как в теории, так и на практике. Поиском путей и способов преодоления социальной напряженности заняты политические и государственные деятели, профсоюзные лидеры и руководители других общественных организаций, хозяйственники, предприниматели, словом, представители всех социальных групп и слоев. Вместе с тем уровень социальной напряженности в обществе не снижается, напротив, исследователи отмечают тенденцию к ее усилению. Это обеспечивается и непрекращающейся борьбой за власть на разных уровнях социального управления, и непродуманностью ряда реформ, что приводит к ухудшению социального самочувствия граждан, и неспособностью различных общественных сил строить нормальные деловые отношения, и многими другими конфликтогенными факторами.
Социальная напряженность предстает как специфический духовный феномен, превращающий массовые общности в субъекты социального действия. Снижение или рост социальной напряженности могут быть результатом спонтанного или ситуативного изменения обстоятельств.
Степень разработанности проблемы.
Изучению социальной напряженности в муниципальной среде управления уделяется большое внимание со стороны современных ученых. В.И. Митрохин определил сущность и критерии социальной напряженности М.Н. Руткевич осветил исторический аспект возрастания и падения социальной напряженности в обществе, коллектив ученых во главе с М.Л. Бутовской изучали механизмы контроля социальной напряженности. Ю Хабермас составил концепцию типологии социальной напряженности , Н.В. Губина исследовала социальную напряженность в г. Нижнекамске. В настоящее время возрастает интерес к данной проблеме на муниципальном уровне. Методики оценки социальной напряженности в муниципальном образовании разработали Ю.М. Плюснин , В.А. Быковский. Однако не рассмотрены пути оптимизации социальной напряженности в муниципальном образовании.
Цель выпускной квалификационной работы - исследовать сущность социальной напряженности в муниципальном образовании и разработать рекомендации по оптимизации социально напряженности в муниципальной среде управления.
В соответствии с поставленной целью нами были определены следующие задачи выпускной квалификационной работы:
- изучить концептуальные подходы к пониманию сущности социальной напряженности;
- определить сущность и выделить критерии социальной напряженности;
- обозначить виды и формы социальной напряженности;
- выявить особенности социальной напряженности в муниципальном образовании на современном этапе;
- оценить социальную напряженность в г.Нижнекамске;
- изучить опыт социального программирования в России;
- проанализировать позитивный опыт снижения социальной напряженности в муниципальной среде управления в регионах России;
- составить рекомендации по совершенствованию организации системы мер по профилактике социальной напряженности в г.Нижнекамске.
Объект выпускной квалификационной работы - социальная напряженность как фактор дестабилизации муниципальной среды управления.
Предмет выпускной квалификационной работы - сущность социальной напряженности, ее особенности в муниципальном образовании, факторы, влияющие на отклонение социальной напряженности от нормы.
Эмпирическую базу исследования составили:
- законодательные и нормативные акты органов местного самоуправления Российской Федерации и Республики Татарстан;
- материалы общероссийских и республиканских социологических исследований и социологических опросов;
- материалы анкетного опроса, проведенного автором данной работы.
Для достижения выдвинутой цели был привлечен обширный круг специальной литературы по теме исследования.
Теоретико-методологическая основа работы.
Цель, задачи, предмет исследования определили методологическую базу как сочетание общетеоретических, специально-научных и эмпирических методов, позволяющих получить достоверное знание об объекте исследования.
В процессе работы над темой были использованы следующие методы и подходы.
Эмпирико-теоретический общенаучный метод - описание.
Логико-теоретические общенаучные методы - сравнение и историко-логический, позволяющий проследить процесс дестабилизации муниципальной среды управления, в результате повышенной социальной напряженности.
Комплексный подход, позволяющий рассмотреть муниципальное управление и субъективные представления о сущности, принципах социальной напряженности. Получить достоверную информацию об объекте исследования и определить практические рекомендации позволил эмпирический метод - опрос респондентов с помощью анкетирования.
Научная новизна выпускной квалификационной работы.
Социальная напряженность как показатель активности во многом определяет направленность идущих в обществе процессов, возможность социальной стабилизации и экономического роста. Вступление России на путь демократии и рыночных отношений -- закономерный, болезненный и сложный процесс, сопровождающийся обострением конфликтов, вовлечением в них всех слоев общества, невиданным разрушением производства, науки, социальной сферы, ростом безработицы, невыплатой заработной платы, пенсий, стипендий и социальных пособий, снижением цены труда и уровня жизни большинства населения, резким его расслоением по имущественному признаку. В результате страна оказалась отброшенной по ряду важнейших показателей состояния народного хозяйства и уровня жизни населения на многие годы назад, увеличив свое отставание от развитых промышленных стран и усугубив кризис, в котором она пребывала в последнюю четверть XX столетия. Абсолютизация реформаторами чисто экономического подхода привела к явно негативным последствиям, причем не только экономического характера для стабилизации муниципальной среды управления необходимы конкретные меры. Поэтому изучение выбранной нами темы актуально и своевременно.
Практическая значимость работы состоит в возможности использования полученных результатов:
- в принятии управленческих решений с учетом результатов исследования в работе данных;
- в разработке стратегии и тактики взаимодействия систем управления города в процессе управленческой деятельности;
- при подготовке специалистов по управлению муниципальному управлению, для практической деятельности в новых рыночных условиях.
Структура работы. Выпускная квалификационная работа состоит из введения, заключения, четырех разделов, списка использованных источников, приложений.
В первом разделе были рассмотрены теоретико-методологические подходы к рассмотрению проблемы социальной напряженности. Во втором разделе исследовали проблемно-аналитический взгляд на исследование социальной напряженности на муниципальном уровне. В третьем разделе изучили методы и составили рекомендации по совершенствованию организации системы профилактики социальной напряженности как фактора дестабилизации муниципальной среды управления. В четвертом разделе составили программу мер по обеспечению выпускной квалификационной работы. В заключении сделали выводы по всем разделам выпускной квалификационной работы.
1 Теоретико-методологические подходы к рассмотрению проблемы социальной напряженности
1.1 Генезис напряженности
Этимология, исходный смысл понятия «напряженность» выражаются с помощью таких слов и словосочетаний, как сверхнормальность, избыточность, концентрированность эмоций, воли, характера, интеллекта и иных жизненных ресурсов.
Отсюда достаточная распространенность словосочетаний «эмоциональная напряженность», «умственная напряженность», «физическая напряженность», «политическая напряженность».
Из контекста подобных лексических стереотипов и были занесены в пространство социальных наук и областей знания понятия «жизненная напряженность», «социальная напряженность».
Традиционно, для отечественного лексического аппарата, понятие «напряженность» содержало некий компонент негативности.
Между тем, это понятие фиксирует, отображает, выражает феномен как негативной, так и позитивной жизненной динамики. Вся проблема лишь в мере того и другого, в типе напряженности, способе, направленности ее развития. В принципиальном, онтологическом смысле напряженность есть избыточность, концентрированность индивидуально-личностных и социально-групповых ресурсов в той или иной точке жизненного пространства.
Концентрация избыточности человеческих, жизненных ресурсов выражается, отражается в системе отношений, причем отношений не только публичных, внешних, но и отношений к себе, отношений саморефлексии, саморазвития.
Онтологическая напряженность в определенном смысле есть собирательное, суммативное понятие, выражающее различные виды напряженности, предопределяемые жизненной, легитимной позицией того или иного социального субъекта (личности, гражданина, семьи, нации, поколения, государства и т.д.), его местом в системе общественных отношений и функциональной специализацией. Это напряженность, обусловленная положением и действиями социализированного субъекта в социальном пространстве.
Онтологическая напряженность социальна по своим внешним признакам и проявлениям и индивидуальна по своим исходным, базовым детерминантам. Причем «переход-перелив» энергии внутренней персонифицированной, интимной напряженности в напряженность публичную вариативен до бесконечности.
Все люди -- мужчины и женщины, взрослые и дети, сильные и слабые, богатые и бедные, верующие и неверующие, горожане и жители сельской местности, католики и христиане, альтруисты и циники, злые и добрые, подчиненные и начальники, работающие и безработные, а также иные категории людей, отличающиеся друг от друга индивидуальными и социальными особенностями, вносят свою уникальную лепту в общий «котел» гендерной, поколенческой, межнациональной, профессионально-экономической, политической и иной социальной напряженности.
Как отметил Т. Парсонс, известный американский ученый, один из ведущих представителей системно-функционального направления социальной философии и социологии, «напряжение есть тенденция к нарушению равновесия в балансе обмена между двумя или более компонентами системы».
Исходная концентрация жизненных ресурсов, ведущая к онтологическому дисбалансу, проявляется, прежде всего, на физиологическом и психическом уровнях.
По мнению М. Шелера, «...физиологический и психический процессы жизни онтологически строго тождественны, как предполагал уже Кант. Они различны лишь феноменально, но и феноменально строго тождественны по структурным законам и по ритмике их протекания: оба процесса не механичны, как физиологический, так и психический; оба целенаправленны и ориентированы на целостность».
Можно было бы поставить под сомнение обоснованность и излишнюю категоричность суждений известного философа и антрополога по поводу «строгой тождественности» и ритмики протекания физиологических и психических процессов. Но в принципиальном плане Шелер безусловно прав, обратив внимание на фундаментальные свойства базовых жизненных проявлений - их немеханистичность, целенаправленность, ориентированность на целостность и упорядоченность.
И физиологическая и психическая энергии жизненной напряженности предопределяют потенциал самосохранения, потенциал развития человека.
В данном контексте феномен целенаправленности, целеполагания рассматривается в широком смысле и значении, как порыв к существованию, к жизни, к самореализации, к упорядочению бытия.
Целеопределенная пульсация физиологических и психических процессов единичного человека образует исходную точку генезиса жизненной напряженности и социальной напряженности в целом.
Подобная пульсация-неравновесность выступает основанием исходного типа напряженности, которую можно было бы обозначить как внутреннюю напряженность, проявляющуюся в самых разнообразных ипостасях: от интуитивного беспокойства до медитации и творческого экстаза.
Но человек не одинок и не только единичен. Он часть огромного биологического вида, часть природного Космоса, часть многомерного, многоликого социального пространства. Подобное многообразие и бесконечность «целеустремлений» создают некий всеобщий хаос бытия, как среду человеческого существования, среду неопределенности и переходности.
«Знаменитый закон возрастания энтропии описывает мир как непрестанно эволюционирующий от порядка к хаосу, -- отмечают И. Пригожин и И. Стенгерс.
Вместе с тем, как показывает биологическая или социальная эволюция, сложное возникает из простого. Как такое может быть? Каким образом из хаоса может возникнуть структура? В ответе на этот вопрос ныне удалось продвинуться довольно далеко. Теперь нам известно, что неравновесность -- поток вещества или энергии -- может быть источником порядка».
Новое измерение очеловеченной реальности включает: 1) пространство внутреннего самобытия человека, его потенциальной напряженности; 2) жизненный мир личности, пространство его индивидуальной напряженности, ограниченное пределами интимных, дружеских, неформальных отношений; 3) социальный мир, в котором социализированная личность проявляет себя как субъект и объект социальной напряженности [2, c. 48].
Фундаментальное свойство «нового измерения реальности», причем реальности не только внешнего, но и внутреннего мира человека, -- ее рефлексивность, оценивание с использованием ресурсов интеллектуально-волевого напряжения.
Потенциал рефлексивности, восприятия себя и иного -- обусловливает следующую субстанциональную точку генезиса жизненной, человеческой напряженности.
Механизм рефлексивности не только мобилизует, напрягает внутренние физические, физиологические, психические, интеллектуальные ресурсы, но и раздвигает пространство онтологической напряженности, как среды самореализации, наполненной феноменами и различий, и конструктивности, и деструктивности, феноменами возбуждения и тревожности. Как отмечают Ф. Перлз, Р. Хефферлин, П. Гудмэн, «возбуждение (excitment) -- лингвистически подходящий термин -- включает как физиологическое возбуждение (excitation), так и недифференцированные эмоции. Сюда можно отнести фрейдовское представление о катексисе, бергсоновский «жизненный порыв», психологические проявления метаболизма. Здесь же мы находим основание простой теории тревожности (anxiety)».
В отличие от растительной среды и животного мира, жизненный мир человека -- это, говоря словами А. Гелена, «поле неожиданностей» [2, c. 49].
Тревожность -- напряженность представляет собой естественно-генетический способ первичной эмансипации личности, ее исходной социализации.
Генезис жизненной напряженности во многом предопределен не только пространством самореализации человека, но и его сущностными свойствами, динамикой развития базовых характеристик.
Природа и феномен человека по-разному рассматриваются в контексте теоцентризма, логоцентризма, космоцентризма, социоцентризма, антропоцентризма.
Проблематика жизненных напряжений, особенно на индивидуально-личностном уровне, наиболее плодотворно разрабатывалась западными исследователями, и прежде всего представителями психологической науки. Несмотря на многообразие методологических подходов, идей и концептуальных положений, категориально-понятийный плюрализм в осмыслении генезиса жизненных беспокойств-напряжений, можно выделить некую общую тенденцию развития и накопления научных знаний в этой актуальной области социально-гуманитарных, антропологических наук.
По мнению большинства исследователей, истоки инновационного, комплексного осмысления природы онтологических беспокойств-напряжений заложены Зигмундом Фрейдом. Особое методологическое значение имеет открытие сложной, нелинейной диалектики отношений между осознаваемыми и неосознаваемыми психическими процессами, создающей энергетические ресурсы жизненной напряженности [3, c. 34].
Возможно, в выводе Фрейда о том, что пульсация желаний в сознательно-бессознательном пространстве, порождая симптом напряженности, замещает кратковременный конфликт «бесконечным страданием», и содержится некая доля излишней категоричности и гиперболизации феноменов страдания. Но в принципиальном, методологическом смысле положения Фрейда позволяют существенно продвинуться по пути осмысления генезиса и механизма развертывания энергетики внутренней напряженности -- «страдания».
Весомый вклад в развитие теории деструктивного и конструктивного психического, жизненного напряжения внесли такие представители неофрейдизма, как Карен Хорни и Эрик Фромм. В 1995 году в серии «Лики культуры» была опубликована книга «Психоанализ и культура», в которую вошли избранные труды К. Хорни и Э. Фромма. Редакционная коллегия серии предварила публикации авторов следующим коротким резюме: «Неофрейдизм пережил свой «звездный час» около полувека назад, как самое радикальное движение по пересмотру устаревших положений метапсихологии Фрейда. Некоторые, высказанные еще в 30-е годы, тезисы К. Хорни (1885 -- 1952) и Э. Фромма (1900--1980) стали общепризнанными даже среди ортодоксальных фрейдистов. Другие оказались оспоренными как в рамках психоанализа, так и в результате развития наук о человеке. Но работы К. Хорни и Э. Фромма представляют самостоятельный интерес независимо от той роли, которую они сыграли в истории психоанализа. Центральную тему тома можно определить как анализ судьбы человека через динамику его мотивов и потребностей, их внутренних конфликтов и противоречий» [ 3, c. 35].
Особенно актуальна для осмысления генезиса жизненной напряженности проблематика базальной тревожности-напряженности, детально исследованная К. Хорни.
Данное положение ориентирует исследовательский интерес от статики человеческого бытия и жизненной напряженности к его динамике. Однако само признание противоречивости человеческой природы, имманентной изменяющемуся бытию, можно рассматривать лишь в качестве исходного тезиса, последующего познавательного процесса. Вариант разрешения одной дилеммы, предложенной Фроммом, инициирует появление новых познавательных проблем и вопросов.
Положение Фромма о том, что инстинкт жизни представляет собой исходную, субстанциональную потенциальность онтологической энергетики, имеет важное методологическое значение для осмысления проблем генезиса конструктивной напряженности как напряженности выживания и самореализации.
Генезис жизненной индивидуальной напряженности предопределяется также инстинктами или архетипами голода, сексуальности, страха, иными филогенетическими позывами.
В онтологическом смысле жизненная напряженность и социальная напряженность есть способ естественного бытия человека, реализованной устремленности к жизни.
Напряженность имманентна человеческой индивидуальной сущности. Но она имманентна и социализированному человеку, личности, сосуществующей в пространстве социальных отношений. Важнейшим, ключевым для исследования проблем публичной напряженности выступает понятие социального. В контексте различных социологических теорий понятие социального используется и как характеристика одной из сторон общественной жизни, и как совокупность общественных отношений, и как понятие, выражающее такие явления и процессы, которые противоположны природному, биологическому и даже индивидуальному.
В предлагаемом исследовании социальное рассматривается как характеристика, отражающая бытие совместной деятельности индивидов, как явление или процесс, возникающий тогда, когда поведение одного индивида или группы обусловлено системой межличностных связей и отношений, потребностями, интересами, нормами, принципами морали, идеологии, общественной психологии, науки, религии, ценностными предпочтениями и другими феноменами жизненной мотивации.
Генезис социальной напряженности предопределяется содержанием и механизмами социализации личности, освоением ею публичного социального пространства, норм, правил, традиций социализированного бытия.
Исследование феноменов социализации осуществляется с различных научно-мировоззренческих, методологических позиций.
В одних случаях социализация рассматривается как процесс адаптации-приспособления индивида к условиям среды. В других -- как способ освоения социальной реальности, ее использования в личных целях и интересах.
Социализация -- много аспектный, много вариативный, многоступенчатый процесс, говоря словами Т. Парсонса, ведущий к «нарушению равновесия в балансе обмена» между внутренним, жизненным миром личности и социальным миром.
Любая модель социализации априорно способствует росту потенциальной, жизненной и социальной напряженности.
Важно подчеркнуть, что человек, гражданин, работник может быть носителем как самомотивированной напряженности своих физических, волевых, интеллектуальных или иных потенций, так и напряженности, предопределяемой внешними, социальными факторами и обстоятельствами. И в этом смысле личность является единственным субъектом личностной, уникальной напряженности и исходным, определяющим компонентом социальной напряженности, хотя по этому поводу продолжается дискуссия между различными направлениями, школами социально-гуманитарных наук, в системе которых одними учеными, исследователями в качестве исходной единицы социальности, в том числе и социальной напряженности, признается личность; другими -- малая социальная группа, третьими -- классы или иные образования подобного типа [4, c.78].
Проблематика генезиса и развития социальной напряженности нередко исследуется в контексте теоретической или прикладной конфликтологии. При этом одни авторы рассматривают напряженность в качестве своеобразного «технологического» этапа вызревания конфликта, фактора его детерминации; другие полагают, что напряженность -- более широкое понятие, чем конфликтность (конфликтогенность). Подобный плюрализм во многом обусловлен недостаточным осмыслением методологических принципов и понятийно-категориального аппарата конфликтологии, ее излишней автономностью по отношению к базовым философским, социальным парадигмам.
Как отмечал доктор философских наук Е.И. Степанов, руководитель Центра конфликтологии Института социологии РАН, в современных условиях «явственно сказывается отсутствие развитой конфликтологической теории, которая помогала бы и облегчала общественному сознанию и общественной практике выработку и освоение действенных средств и способов адекватного осмысления любой конфликтной обстановки, эффективного наблюдения за нею, профилактике или разрешению посредством применения соответствующей «социальной терапии».
Воспроизведем некоторые определения сущности конфликтов:
«...Конфликт -- это важнейшая сторона взаимодействия людей в обществе, своего рода клеточки социального бытия. Это форма отношений между потенциальными или актуальными субъектами социального действия, мотивация которых обусловлена противостоящими ценностями и нормами, интересами и потребностями».
«Конфликт социальный -- социальное явление, содержанием которого является процесс развития и разрешения противоречивости отношений и действий людей, детерминируемых прежде всего объективными закономерностями социально-экономического и конкретно-исторического развития общества».
«Конфликт вообще -- это... столкновение субъектов взаимодействия, вызванное противоположенной направленностью целей и интересов, позиций и взглядов.
«Конфликт (конфликтная ситуация) как тип социально-трудовых отношений -- предельный случай обострения противоречий в отношениях».
Понятие «конфликт» происходит от латинского conflictus, что означает столкновение. Действительно, в большинстве определений конфликта акцент делается на феномены столкновения -- личностного и социального, политического и идеологического...
И если понятие «конфликт» фиксирует реалии столкновений, то понятие «напряженность» отражает более глубинные свойства отношений, акцентируя внимание на потенциальных ресурсах, на потенциях развития-развертывания, на ритмике жизненных проявлений -- более напряженных или менее напряженных.
Онтологическая напряженность образует основание человеческой самореализации, включая и ее конфликтогенные виды [4, c. 79].
Но не всякое напряжение обязательно модифицируется в «столкновение-конфликт». Для подобной динамики необходимы соответствующие условия. Конфликт -- это, пользуясь терминологией Гегеля, один из способов «снятия» напряженности типа А и провоцирование напряженности типа Б. Один, но не единственный.
Фиксируемая напряженность, обозначенная как Нф, может иметь следующие векторы развития:
- обострение напряженности зафиксированного типа (Нф) и ее модификация в социальный конфликт-столкновение;
- угасание напряженности зафиксированного типа (Нф);
- модификацию напряженности зафиксированного типа в новый тип (вид) социальной напряженности.
Во многих случаях доминантой напряженности является не высокая степень отчуждения человека от собственности, власти, тех или иных жизненных ресурсов, а обремененность знаниями, информацией, властью, ответственностью, статусными обязательствами и ограничениями. Создаются предпосылки для плюрализации не только моделей, но и механизмов зарождения напряженности.
Высказываются мнения о том, что «напряженность избытка» имеет свою логику и алгоритмику развития-развертывания и существенно отличается от генезиса «напряженности-недостатка». Подобные суждения не лишены оснований. Напряженность бытия бомжа по многим и содержательным, и формальным признакам отличается от напряженности существования так называемого олигарха, так же как ресурс эмоциональной напряженности толпы отличается от напряженности ассоциированных участников академических дебатов или участников шахматного турнира.
Рост онтологического многообразия актуализирует проблематику диалектики общего и особенного при осмыслении механизмов генезиса напряженности.
В качестве универсальной парадигмы генезиса напряженности могут быть приняты известные законы диалектики Гегеля, доказывающие, что зарождение и развертывание жизненных потенций напряженности обусловлено:
- единством и борьбой противоположностей явлений, процессов, тенденций в пространстве жизнедеятельности того или иного субъекта потенциальной напряженности (личности, семьи, социальной группы, нации, государства и т.д.);
- переходом количественных изменений в качественные, происходящим в структуре жизненных сил субъекта потенциальной напряженности и в жизненном, социальном пространстве;
- отрицанием исчерпывающих себя феноменов развития и самореализации, включая феномены жизненной обыденности, пассивности, онтологического клиентализма.
Подобные «максимы», определяя некий исходный методологический контекст осмысления генезиса напряженности, оставляют для исследователя широкие возможности персонификации познавательного инструментария, творческого сочетания общих и особенных приемов и методов познания.
Резюмируя вышесказанное, считаем необходимым отметить, генезис различных типов социальной напряженности субъектов современного бытия во многом предопределяется растущей плотностью, интенсивностью общественных отношений, неуверенностью, проблематичностью существования и самовыражения, ролевым, функциональным многообразием, усиливающимся давлением объективных обстоятельств, норм и правил поведения.
1.2 Типология напряженности

Методология, теория, технология классификации социальной напряженности относятся к разряду актуальных и малоисследованных проблем социально-гуманитарной науки и ее базовых, предметных областей.

Многие исследователи, занимающиеся проблемами теории, технологии, методами индивидуальных, социальных измерений и классификаций, в качестве базовых принципов используют онтологические, экзистенциальные, аксеологические, гносеологические признаки и критерии.
Весьма актуальной является проблема типологии напряженности по признакам распространенности, степени концентрации и структуры. В нашей стране нет публикаций, специально посвященных указанным проблемам. Отсюда неразработанность таких фундаментальных социально-философских понятий, как «пространство напряженности», «сфера напряженности», «система напряженности», «структура напряженности».
Весьма широк разброс мнений и точек зрения по поводу соотношения феноменов напряженности и конфликтности, их понятийного выражения.
К разряду ключевых относится понятие «пространство напряженности».
Многие годы ученые социально-гуманитарной ориентации весьма скептически относились к таким базовым понятийным конструкциям, как жизненное пространство, социальное пространство, пространство саморефлексии или интимный, внутренний мир личности, обосновывая положение о том, что для выражения всего многообразия личностно-социального бытия вполне достаточен традиционный понятийный аппарат, включающий такие понятия, как общество, сфера, класс, группа, коллектив, микросреда и т.д.
Между тем, западные представители социально-гуманитарной науки, и прежде всего таких ее предметных областей, как философия, социология, социальная антропология, весьма продуктивно разрабатывали проблематику жизненного пространства или жизненного мира [5, c. 36].
Согласно концепции Ю. Хабермаса, в онтологическом пространстве выделяются сферы «жизненного» и «системного» миров, которые различаются типами рациональности и интеграции. Структуры «системного» мира образуют социальные, деперсонифицированные отношения. Для «жизненного» мира характерна непосредственность связей и отношений людей.
Пространство напряженности есть способ выражения жизненной (архетипической, психической, ментальной, интеллектуальной, деятельно-функциональной, статусно-бытийной неравновесности отношений, в том числе отношений внутренней, личностной саморефлексии.
Пространство напряженности является частью онтологической, экзистенциальной реальности, для которой характерны многообразие и интенсивность коммуникативно-субъективных отношений, сопровождаемых многообразными проявлениями психической возбудимости, волевой, интеллектуальной, функциональной активности личности и человеческого сообщества в ее различных модификацияx [6, c. 45].
Пространство напряженности составляет ядро внутреннего, интимного мира личности, мира сопереживания, мира собственного Я, тогда как периферию его образуют феномены обыденности, типичности. Процессы, происходящие на периферийном пространстве внутреннего мира человека, можно выразить следующей формулой (перефразируя Декарта): «Существую значит живу».
Степень внутренней напряженности физиологических, физических, психических, интеллектуальных и иных ресурсов является одним из базовых критериев сущностной типологии личности, которая реализуется и проявляется в его жизненном мире.
В широком, философско-онтологическом смысле жизненный мир есть пространство человеческой самореализации.
Пространство свободной самореализации личности есть ее жизненный мир, а феномены самореализации служат критерием выделения типологии жизненных миров -- семьи, коллектива, социального, профессионального сообщества, нации, народа, государства, общества, цивилизации, человечества. Жизненный мир -- это основная часть материально-идеального пространства.
Большинство индивидуальных и социальных субъектов стремятся к жизненно-пространственным излишкам. Но значимость и смысл жизненного богатства-владения предопределяются не только размерностью пространственного освоения, но и интенсивностью процессов, происходящих на «территории» жизнедеятельности человека, женщины, мужчины, семьи, поколения, нации, государства и т.д.
Временные и иные количественные измерители, такие как объемы чтения, смотрения, обучения, не отражают качественных параметров внутренних сопереживаний, составляющих субстанцию человеческой интимности, как не отражают в полной мере качественных свойств публичной жизнедеятельности человека, семьи, общества размеры территории бытия или его материализованной инфраструктуры [7, c. 36].
В жизненном мире ключевым критерием «продвинутости» бытия является энергетическая, психическая, интеллектуальная, нравственная и иная созидающая напряженность.
Жизненная напряженность как качественная характеристика субъёкта проявляется в напряженности-интенсивности прежде всего процессов концентрации воли и интеллекта для реализации его потребностей, интересов, ценностных ориентации.
Феномены напряженности представлены и в социальном пространстве.
В контексте типологии напряженности ее социальная модификация представляет собой диалектический синтез ресурсов интимной, жизненной напряженности, мобилизованной в интересах публичного, легитимного существования и выраженной в качественных характеристиках коммуникативных отношений.
С помощью понятия «пространство напряженности» освоенный созданный человеком и человечеством интимный, жизненный, социальный мир подразделяется на мир неравновесных, интенсивных явлений, процессов и мир «приглушенной обыденности» существования и сосуществования.
Важное место в категориальном ряду концептуального осмысления напряженности занимает понятие «система напряженности» [8, c. 89].
Система -- это комплекс взаимодействующих элементов. Таково предельно общее понятие, сформулированное одним из основоположников «общей теории систем» Л. Берталанфи. Оно может быть конкретизировано указанием на два принципиально важных свойства системы:
-- в системных образованиях внутренние связи компонентов преобладают над внешними связями;
-- внутреннее взаимодействие способно порождать новые интегративные качества, отличные от качеств образующих систему компонентов.
Ядро системы напряженности образуют феномены неудовлетворенности жизненным, статусным положением, ресурсной базой самореализации, направленностью, логикой, алгоритмикой, темпами развития, результатами функционально-деятельной активности.
Признаками суммативной системности могут обладать религиозные, идеологические, этнические, политические, экономические, психологические, этические и иные системы напряженност [8, c. 90].
Типичным примером системной напряженности является напряженность в пространстве межнациональных отношений.
В экономическом пространстве таким признакам отвечает конкуренция, в социальном -- отношения клиентализма.
Системы политической напряженности образуют такие феномены, как политический лоббизм, пapламентский кризис и т.д.
Те или иные особенности публичной напряженности выражаются понятием «сфера напряженности».
Традиционно под сферой общественной жизни понимается некий сегмент структурно оформленного бытия. Обычно исследователи выделяют четыре сферы: материально-производственную (экономическую), социальную, политическую, духовную. Некоторые авторы обосновывают правомерность вычленения семейно-бытовой сферы. К сожалению, в типологий сфер общественного бытия по-прежнему доминируют не научно-объективные, а субъективные критерии. Особенно много донаучного субъективизма при определении содержательных признаков и пространственных пределов экономической, социальной, духовной сфер.
Все это создает немало проблем и трудностей при обосновании смысла и содержания таких понятий, как социальная напряженность, экономическая напряженность, духовно-идеологическая напряженность, политическая напряженность или напряженность в социальной, экономической, духовно-идеологической, политической и иных сферах жизни общества.
Классификация общества на определенные сферы-сегменты осуществляется на основе критериев: предметной специализации деятельности и особенностей ее результатов.
Экономическая сфера представляет собой структурно оформленную часть функционально-деятельностных отношений людей по производству, накоплению, распределению материальных ценностей и продуктов стоимости, а также соответственную инфраструктуру профессионально-производственной деятельности.
Экономическая напряженность является качественно-количественной характеристикой неравновесности-неравнозначности субъектов экономических отношений, их экономических потребностей, интересов, ценностных ориентации, критериев неудовлетворенности экономическим положением и ролью в распределении экономических ресурсов [9, c. 26].
Типичными видами экономической напряженности являются профессиональная конкуренция, дефицитность или избыточность трудовых ресурсов в сфере незанятого трудоспособного населения.
Базовые методологические принципы применимы и для определения иных сфер общественной жизни и соответственно сущности напряженности.
Духовно-идеологическая сфера -- это структурно ограниченная пространством общественного сознания часть коммуникативных отношений по поводу производства, хранения, тиражирования, использования духовных ценностей.
Напряженность в этой сфере отражает неравновесность-неравнозначность духовных потребностей, интересов, ценностных ориентации субъектов, плюрализма в осмыслении и интерпретации феноменов бытия и небытия, в их художественно-творческом представлении.
Это может быть напряженность субъектов религиозного и научно рационального мировоззрения, носителей либеральной и социалистических идеологий, сторонников реализма и романтизма в искусстве.
Принцип сферной типологии часто применяется по отношению к властно-политическим феноменам. Политическая сфера представляет собой оформленную часть статусно-управленческих, правовых отношений по поводу воспроизводства, сохранения, перераспределения и удержания власти. Основными субъектами властно-политических отношений являются граждане, политические партии, государство.
Политическая напряженность представляет собой меру нарушения баланса политических интересов основных субъектов легитимной политической власти.
Наибольшие сложности связаны с обоснованием понятия «социальная сфера». Они предопределены прежде всего вариативностью значений феномена социальности.
В узком смысле социальные отношения -- это сфера оказания тех или иных жизненных услуг слабозащищенным слоям населения. В широком смысле социальное является синонимом общественного.
Уяснению предметно-пространственной характеристики легитимной социальности не способствуют и практические действия субъектов власти и права, которые в одних случаях выводят за пределы собственно социальной сферы вопросы здравоохранения, образования, науки, занятости, миграции и т.д., в других определяют формальные границы социальной сферы таким образом, что в ее пространстве оказываются многие структурные, содержательные компоненты и экономической и духовно-идеологической сфер.
В известном смысле социальная сфера есть область жизненного патернализма. Там, где начинается жизненная самодостаточность, заканчивается сфера социальных регуляций.
В контексте подобных размышлений социальная напряженность отражает неравновесность-неравнозначность стартовых жизненных возможностей личности, социальной группы, нарушения прав человека и принципа справедливости в отношении ресурсов самореализации.
Феномены собственно социальной напряженности достаточно полно представлены в экономической сфере, что делает вполне обоснованным и правомерным словосочетание: социально-экономическая напряженность. В этой формуле выражены феномены неравнозначности возможностей людей, нарушения их прав и несоблюдения справедливости в сфере трудовых отношений. Организация, условия труда, заработная плата и иные атрибуты и свойства трудовых отношений могут рассматриваться и в экономическом, и в социальном, и в синтетическом социально-экономическом контекстах. Нередко эти отношения, степень их напряженности приобретают и политическое значение. Классический пример -- жизненная, онтологическая напряженность, вызванная массовыми и длительными невыплатами заработной платы.
В качестве критерия классификации напряженности наряду с особенностями ее предметной, объектной области используются свойства характеристик субъекта. Выделим следующие типы или уровни напряженности индивидуальная, гендерная, семейная, социально-групповая, этническая, общественная, цивилизационная.
По генетическому основанию выделяются два класса напряженных состояний -- закономерная, обусловленная напряженность и спонтанная, произвольная, случайная напряженность.
Напряженность как концентрация жизненных сил, как целеобоснование, целедвижение может иметь экстравертный и интровертный вектор направленности, обусловливающий потенциалы латентной и социальной публичной напряженности.
И теоретическую и практическую значимость имеет классификация напряженности по степени интенсивности ее генезиса, накопления и проявления.
Можно выделить пять классических состояний напряженности индивидуального или социального субъекта:
-- минимальная напряженность;
-- заниженная напряженность;
-- стандартная, эталонная напряженность;
-- завышенная напряженность;
-- максимально высокая напряженность.
В зависимости от конкретных обстоятельств, характеристик субъекта напряженности тот или иной ее уровень может выражаться широким набором признаков и свойств -- от аномии и апатии до творческой одержимости, экзистенциального фанатизма и психической агрессивности.
Понятие «аномия» ввел в научный оборот и обосновал французский философ и социолог Э. Дюркгейм.
Аномия -- это вид пониженной напряженности, предопределенной значительной деформацией гуманистически ориентированных социальных ценностей и доминированием упрощенного образа жизни, жизни как «растительного» существования.
Специфические особенности имеет напряженность, отнесенная к апперцепционному типу.
Апперционная напряженность -- это интеллектуально-психическая напряженность, представляющая синтез конвертирующего влияния психического, опытного, жизненного ресурса личности на феномены актуального восприятия, осмысления, деятельности [11, c. 80].
Апперцепционные модели напряженности выражают многообразие, вариативность психической, интеллектуальной, поведенческой реакции людей на одни и те же объекты, предметы восприятия. В качестве подобных объектов могут выступать поступки отдельных людей, деятельность социальных групп, те или иные духовные, идеологические процессы, явления общественной жизни, различные виды информационной продукции.
Особый тип жизненной, экзистенциальной напряженности образуют феномены концентрации физиологических, биологических, психических, интеллектуальных и иных ресурсов в рамках адаптационной системы. Как правило, адаптационные, реадаптационные ресурсы рассматриваются лишь с позиций субъектов приспособления.
Между тем адаптация, особенно в социальных условиях, затрагивает ресурсы социальной напряженности как прямых участников отношений адаптации (субъектов приспособления и субъектов среды), так и субъектов, испытывающих косвенное влияние «эффекта адаптированности». Адаптация и реадаптация, понимаемые как приспособление субъекта к прежним условиям бытия после происшедших онтологических изменений (возврат к старому), выступают фактором изменения уровня личностной и социально-групповой напряженности, как правило, фактором ее повышения.
Ресурс напряженности меняется в процессе диалектического взаимодействия поведенческих феноменов аккомодации (усвоения условий, норм среды) и ассимиляции (преобразования среды).
Можно выделить наиболее характерные модели адаптационного взаимодействия и обусловленные ими виды напряженности:
-- подчинение среде: в рамках данной модели адаптационного процесса существенно возрастает потенциал психической, интеллектуальной и иной напряженности субъекта адаптации;
-- растворение в среде: подобная адаптация в одних случаях будет обусловливать напряженность жизненных потенций субъекта, в других же -- в силу эластичности характера и ценностных, конформистских установок -- особых изменений может и не происходить;
-- коррекция субъекта адаптации и адаптирующей среды: эта модель жизненного партнерства детерминирует повышение уровня напряженности в ее индивидуальном и социальном измерении. При этом вектор усиления напряженности (деструктивной и конструктивной) определяется качественными и количественными параметрами ресурсов взаимодействия;
-- адаптационный формализм: в рамках данной модели и субъекты адаптации и субъект среды, формально признавая наличие адаптационного процесса, фактически следуют принципам жизненной, функциональной автономии, подобное состояние предопределяет и автономию развития потенциалов напряженности, в типичном ситуативном контексте у одних субъектов уровень напряженности может повышаться, у других -- понижаться, у третьих он изменяться не будет;
-- адаптационная агрессивность: это модель навязывания субъектом адаптации новых норм бытия, требующих существенной коррекции традиционных условий жизнедеятельности субъектов среды (принимающей системы).
Данный вид взаимодействия детерминирует весьма разнообразные виды напряженности жизненных ресурсов, «борение» которых может привести к изменению субъектных характеристик подобных отношений. Персонифицированная среда (семья, группа, коллектив и т.д.) вынуждена будет напрягаться для усвоения правил бытия субъекта агрессивности -- причем агрессивности как деструктивной, так и конструктивной.
Подобные ситуации достаточно распространены в условиях, когда потенциальным субъектом адаптации является личность, обладающая ресурсами лидерства.
Другим видом жизненных усилий является так называемая компенсаторная напряженность.
Эта напряженность предопределяется потребностями субъекта компенсировать посредством той или иной специализированной концентрации жизненных ресурсов свою неспособность к онтологической конкуренции, обусловленной поведением и действиями субъектов типичных социальных отношений. К примеру, неспособность к напряженной работе или учебе может быть компенсирована напряженностью в сфере развлечений; неспособность к напряженности в дружбе, любви компенсируется напряженностью деструктивной агрессивности и жизненных девиаций.
Нередко в качестве типологии напряженности, особенно ее социальных форм, используются стадиально-технологические, процессуальные критерии.
В более широком контексте речь может идти о напряженности роста, развития, переходности из одного состояния в другое, о напряженности угасания.
Одним из актуальных типов онтологической реальности является напряженность, которая предопределена социальной густотой и высокой переполненностью. Размышляя по поводу данного феномена, Ортега-и-Гассет писал: «Отели переполнены. Поезда переполнены. Кафе уже не вмещают посетителей. Улицы -- прохожих. Приемные помещения светил -- больных. Театры, какими бы рутинными ни были спектакли, ломятся от публики. Пляжи не вмещают купальщиков. Становится вечной проблемой то, что прежде не составляло труда, -- найти место».
Современный человек вынужден сосуществовать в пространстве бесконечно меняющейся ситуативной напряженности, вольно или невольно становясь частичкой массовидной напряженности, возникающей в пространстве людских движений, будь то пассажиры метро, уличная толпа или митингующее сообщество.
Интенсивность и многообразие бытийных проявлений предопределяют распространение таких типов напряженности, которые отвечают признакам стрессовых состояний -- депрессии, тревожности, эмоционального дискомфорта.
Подобные обстоятельства обусловливают и развертывание таких видов напряженности, которые способствуют формированию потенциала жизнеспособности тех или иных субъектов бытия.
Диалектичность и вариативность -- естественные признаки социальной, онтологической напряженности.
Базовым условием бытия и человека и человечества является интеллектуально-волевая напряженность, представляющая собой концентрацию интеллектуальных и волевых ресурсов для реализации тех или иных жизненных устремлений.
К классу наиболее глубинных переживаний как проявлений интеллектуально-волевой напряженности следует отнести: переживания рода, пола, судьбы, смысла, наслаждения, страха, сделанного, собственных достоинств и изъянов, социальных условий и обстоятельств.
К разряду субстанциональных типов внутренней жизненной, социальной напряженности следует отнести духовную напряженность, способность человека к мобилизации и использованию волевых ресурсов, творческую напряженность [12, c. 124].
Естественным типом духовной напряженности является вера. Ресурс веры не ограничен лишь внутренним пространством саморефлексии, а проецируется в социально значимые жизненные установки и ценностные ориентиры, входя в структуру духовных детерминант социализированной напряженности. «Вера, -- отмечал С.Н. Булгаков, -- есть путь знания без доказательств, вне логического достижения, вне закона причинности и его убедительности».
Предмет веры многогранен и многолик. Есть вера в добро, справедливость, вера в близкого человека, в собственные силы, в свою судьбу.
Вера придает жизненной, социальной напряженности дополнительные импульсы целеустремленности. Особенно значимы для рассмотрения феноменов конструктивной и деструктивной напряженности ресурсы религиозной веры. Принято считать, что субъект религиозной веры более конкретен в своих жизненных проявлениях, более мягок и корректен в личностных отношениях. Действительно, многие исторические факты свидетельствуют в пользу подобной точки зрения. Истинная вера гуманизирует жизненную, социальную напряженность.
Но ценности жизни, здоровья, счастья, богатства, семейного благополучия, профессиональной состоятельности и т.д., выступая ориентирами социальных устремлений, предполагают необходимость концентрации-напряженности волевых, интеллектуальных и иных ресурсов для реализации своих аксеологических притязаний.
Аксеологическое самоопределение, в свою очередь, обусловливает напряженность целеполагания. Ключевым феноменом человечности человека является напряженность осмысления себя и иного. «Мы еще далеки от осмысления, пока просто что-то осознаем, -- писал известный немецкий философ Мартин Хайдеггер, -- осмысление требует большего... Путем осмысления мы достигаем места, откуда впервые открывается пространство, вымеряемое всяким нашим действием и бездействием [13, c. 56] У осмысления другая сущность, чем у осознания и научного познания, и даже другая сущность, чем у культуры и образования».
Творческая напряженность может быть альтернативой, способной противостоять «проискам» жизненного, интеллектуального рационализма и утилитаризма, феноменам духовной расслабленности.
К сожалению, в эпоху всеобщей упорядоченности и унификации проблематика творческого напряжения как конструктивно-созидательного ресурса не стала предметом комплексных междисциплинарных исследований, в том числе и в отечественных гуманитарных науках.
Интеллектуальная творческая напряженность в криминальном мире становится высокоценимым ресурсом, включая организованный бандитизм и терроризм.
Субъекты творческой, деструктивно ориентированной интеллектуальной напряженности значимы в пространстве межличностных, социальных конфликтов, выступая нередко в роли их генерирующего потенциала.
Важнейшим индикатором творческой интеллектуальной напряженности является степень вовлеченности личности в проблемное бытие, ее способность к восприятию и сопереживанию проблем.
Творческая напряженность значима в сфере современного профессионализма, особенно если ее предметом являются личностные взаимоотношения, человеческие, управленческие ресурсы. Естественным компонентом личностно ориентированного профессионализма является научное творчество. Принято много писать и говорить об ускорении процесса старения научно-технологических знаний в производственно-технической сфере, но девальвации подвержены и гуманитарные, социальные парадигмы.
Научно-теоретический, концептуальный ресурс, приобретенный специалистом социально-гуманитарного профиля несколько десятков лет назад, теряет свою методологическую значимость, более быстрой девальвации подвергаются теории, концепции, идеи, положения отдельных предметных областей, таких как правоведение, психология, экономика, социология, политология, менеджмент, педагогика, теория, технология социальной работы и т.д.
Для современного человека наиболее типичным видом интеллектуально-волевой напряженности является процесс так называемого образования. Феномены образования рассматриваются и исследуются в контексте различных мировоззренческих, научных, предметных парадигм. В данном случае мы делаем акцент на образование как процесс социальной напряженности по поводу знаний, умений, навыков, мировоззренческой, методологической культуры личности.
Процесс «образования себя», становления собственной духовной сущности включает феномены самообразования и внешнего научения-просвещения. Безусловно, усвоение знаний, умений, навыков и иных стандартов бытия, предлагаемых внешними субъектами легитимного образования -- учителями, консультантами, преподавателями, требует и времени, и определенной интеллектуально-волевой напряженности, но по уровню этой напряженности, ее мотивационным предпосылкам учение несопоставимо с самообразованием, с напряженностью процесса самоконцентрирования своего мировоззренческого, духовного ресурса.
Именно этот базовый уровень образованности-образования и выступает одним из актуальных индикаторов степени индивидуальной и социальной цивилизованности, конструктивности интеллектуально-волевой напряженности, самодостаточности и личности и общества [14, c. 60].
В результате, исследования типологии напряженности мы пришли к выводу, что существует несколько подходов к типологии напряженности. В качестве базовых принципов ученые используют онтологические, экзистенциальные, аксеологические, гносеологические признаки и критерии, а так же признаки распространенности, степени концентрации и культуры. Особое внимание уделяют социальной напряженности.
1.3 Основные виды и формы проявления социальной напряженности
В основном тщательному исследованию со стороны представителей различных общественных наук подвергается социальная сторона напряженности.
Термин «социальная напряженность» входит в категориальный аппарат социологии права, психологии, психологии управления, социологии труда, социологии организаций, социальной философии, истории, политических наук, конфликтологии, экономики и может рассматриваться как междисциплинарное понятие. Несмотря на кажущуюся простоту, есть основание полагать, что речь идет о новом социальном явлении, которое имеет свой собственный механизм возникновения, объективные и субъективные составляющие в системе факторов и условий, ее порождающих, общие предпосылки и локальные причины, действующие в каждом конкретном сочетании обстоятельств, места и времени. Каждая из этих наук вкладывает в это понятие свой смысл [15, c. 61].
Такое различие сложилось не сразу, оно имеет свою историю. Исторически содержание социальной напряженности осмысливалось и развивалось в социологической, социально-психологической и конфликтологической литературе в связи с такими явлениями, их отражающими, как социальная дезинтеграция или отсутствие солидарности взаимодействующих личностей и групп, девиация (в отношениях стабильного общества), аномия (в отношениях нестабильного общества), утрата социальной идентичности, депривация и фрустрация основных потребностей личности, группы, общности, классовая борьба, межнациональные столкновения и другое.
Как уже говорилось выше, основу осмысления феномена социальной напряженности в обществе составляют в отечественной и западной науке исследования социальных конфликтов.
Их изучение имеет важное для нас значение в том плане, что оно теоретически и практически тесно связано с проблемой социальной напряженности, ибо социальный конфликт и социальная напряженность -- это нечто единое, одно есть продолжение другого. Одни говорят, что конфликт постоянно существует в виде социальной напряженности, другие считают, что социальная напряженность, постоянно нарастая, приводит к открытому конфликту. Поэтому условия возникновения и обострения социальной напряженности -- это важнейшие предпосылки появления социальных конфликтов [15, c. 62].
По мнению автора, социальная напряженность и социальный конфликт это части одного общего целого, характеризующего состояние отношений внутри общества. Конфликт и напряженность формируются в конкретной ситуации, содержащей социальную проблему, связанную с существованием противоречий, затрагивающих интересы, ценности людей. И конфликт, и напряженность обусловлены развитием противоречий, при котором возможна и бесконфликтная форма их преодоления. Таким образом, можно сказать, что социальный конфликт и социальная напряженность - очень близкие понятия, причем всякий конфликт, по словам А.К. Зайцева, «...имеет в своей основе, корнях тот или иной вид социальной напряженности, с ее подъема начинается».
В зависимости от поведения сторон, от соблюдения принятых ими на себя обязательств социальная напряженность может изменять свой уровень, повышаться или снижаться.
Социальная напряженность субъективна, поскольку она представляет собой феномен общественного сознания. Но она одновременно и объективна, поскольку реально присутствует при определенных условиях, реализуется в деструктивном поведении участников процесса.
Социальная напряженность -- это острая противопоставленность личностных и межгрупповых интересов. Социальная напряженность проявляется:
-- в состоянии острого недовольства обстоятельствами жизни;
-- в атмосфере психического беспокойства и тревоги;
-- в сильной степени эмоционального возбуждения;
-- в учащении агрессивно-враждебных столкновений в рамках межличностных отношений;
-- в усилении отклоняющегося или криминального поведения;
-- в потребности в «охоте на ведьм», т.е. в поисках виновного;
-- в преобладании деструктивного состоянии психики над конструктивным.
Ситуации социальной напряженности могут иметь место на макро-, мезо- и микроуровнях. Макроуровень -- это масштаб общества, в условиях России, например, это или вся страна, или какая-либо ее часть (субъект федерации). Мезоуровень -- это общность какой-то относительно некрупной административной единицы, небольшой территории -- города, поселка городского типа или села (деревни). Микроуровень -- это предельно малая общность, например, небольшой производственный коллектив, семья, неформальная группа.
Если экстремальные ситуации -- это факторы внешней среды с пролонгированным эффектом (последействием); оказывающие сильнейшее воздействие на человека, способные повлечь за собой личностную катастрофу, то ситуация социальной напряженности -- это факторы среды, сравнительно слабо воздействующие на человека, однако способные порождать психическую или психологическую травму [16, c. 146].
К ситуациям социальной напряженности можно отнести:
-- длительное психическое напряжение, вызвавшее усталость или атрофию системы адаптации человека. Это ситуации, например, когда долго сохраняются разорванный темп работы и жизни;
-- повышенную ответственность с постепенно развивающимся ощущением внутренней тревожности;
-- ситуации с преобладающим пониженным настроением, вызывающие у человека чувство острого недовольства собой;
-- ситуации, когда систематически не удовлетворяются базовые жизненные потребности (в пище, одежде, жилище и др.), а также потребности более высокого порядка;
-- острую агрессивно-враждебную направленность межличностного взаимодействия и взаимоотношений.
Источники социальной напряженности имеют и внутриличностную природу.
Общие социально-экономические источники социальной напряженности:
-- безработица;
-- рост цен;
-- высокие налоги;
-- рост стоимости жизни;
-- рост преступности;
-- невозможность получить квалифицированное образование, медицинское обслуживание и социальное обеспечение.
Внутриличностные источники социальной напряженности:
-- негативные акцентуации характера;
-- некомпетентные коммуникации.
Ситуации социальной напряженности могут отличаться длительностью психологического воздействия на человека.
Быстропреходящая ситуация -- характеризуется внезапным возникновением (фактор внезапности) и относительно кратким воздействием. От субъекта требуется оперативно воспринимать и осмысливать обстановку, принимать решения в условиях, когда она быстро изменяется.
В напряженной ситуации выраженной неопределенности субъект поставлен в условия, когда он должен выбирать одно из нескольких, и нередко более или менее равнозначных решений. Это также ситуации с определенным риском.
Длительная ситуация социальной напряженности оказывает: изматывающее, изнуряющее воздействие на индивида, ослабляет мотивацию к сопротивлению, рождает состояние безысходности.
Политические, экономические и особенно социальные процессы в России периода 1991-2000 гг. характеризовались высокой степенью социальной напряженности. Ее источники можно определить следующим образом:
-- произошел развал СССР -- мощнейшей в мире ядерной державы на фоне ее экономической отсталости и бедности. Оказались разрушенными долголетние производственные, а также, межсемейные и межличностные связи;
-- административно-командная система экономики была разрушена;
-- промышленность России во всех своих отраслях -- как добывающих, так и обрабатывающих, будучи неконкурентноспособной на мировом уровне, прежде всего из-за технической отсталости, переживала состояние упадка, фактического развала, хаоса;
-- страна подверглась массированной товарной интервенции со стороны развитых государств мира и тем доведена до уровня фактической от них зависимости, т.е. до потери экономической самостоятельности;
-- велись непрерывные эксперименты с политическим устройством Российского государства (президентство, вице-президентство, губернаторство и др.) при резком ослаблении роли государства как политической реальности;
-- вся система выборности законодательных органов страны функционировала под знаком нестабильности, временности, неустойчивости и на федеральном, и на местных уровнях, что определяло образ мыслей и способ жизни конкретных субъектов: «Это для меня звездный час, а после меня -- хоть потоп». Характерно и далеко не случайно, что единственная актуальная проблема, которая тщательно обсуждалась в высших эшелонах власти страны, -- это физическая безопасность президента и его семьи по окончании срока президентских полномочий;
-- стала реальностью коррумпированность и криминализация практически всех ветвей власти -- законодательной, исполнительной, судебной, административной как на федеральном, так и на местных уровнях;
-- определенный круг высших должностных лиц в сферах исполнительной власти неоднократно, предпринимал по отношению к населению страны действия, характеризующиеся всеми признаками уголовного преступления (например, мошенничества);
-- основные системы жизни населения для его простого воспроизводства (не говоря уже о расширенном) оказались не обеспеченными;
-- невиданных масштабов достигло обнищание населения, охватившее широчайшие его слои -- прежде всего за счет инженеров и рабочих остановившегося промышленного производства, работников творческих профессий, сфер образования, здравоохранения, науки и культуры [17, c. 67].
Все это не могло не отразиться на психологическом состоянии населения. Есть основания утверждать, что широкие слои россиян переживали факт изменения состояния своего сознания именно в психологическом и даже психиатрическом смыслах слова. Оно проявлялось во множестве конкретных признаков, прежде всего таких как:
-- утрата чувства исторической перспективы, ощущение безысходности своего положения, невозможности изменить ситуацию в лучшую сторону собственными усилиями;
-- ощущение невостребованности государством физического, интеллектуального и нравственного потенциала населения, и, как следствие этого, социальная анемия и депрессия;
-- восприятие государства как враждебной, агрессивной силы, реально, физически угрожающей самой жизни простого человека;
-- глубокая криминализация сознания, отразившаяся в образе жизни людей, когда практически любой гражданин, не говоря уже о предпринимателях, убедился, что честно взаимодействовать с государством невозможно;
-- утрата чувства, называемого патриотизмом, когда понятие «Родина» сведено до уровня географического и узко социального: места, где родился сам и живут или похоронены близкие и родственники, до круга коллег, знакомых, товарищей, приятелей и друзей [17, c. 67].
Это состояние россиян неизбежно имело свои последствия и результаты.
Напряженность в обществе начинает изучаться обычно только тогда, когда она обнаруживается в результатах поведения и характере деятельности больших групп людей. Когда напряженность приобретает форму массового целенаправленного поведения с целями, деструктивными по отношению к обществу (волнения, беспорядки и бунт), она, по сути, перестает быть таковой, поскольку перерастает в процесс, инициирующий новые направления развития общества (революция общественных структур). Следовательно, собственно социальной напряженностью в явной форме выступает деструктивное социальное поведение, приобретшее характер или признаки бунта [17, c. 68].
В отечественной социологии, в основном в силу непродолжительности эмпирического исследования феномена, не разработана теория социальной напряженности. Однако существуют неявные постулаты, на основе которых выстраивается логика эмпирических исследований напряженности в обществе. Совокупность этих постулатов может быть представлена как модель социальной напряженности, которая выступает в качестве квазитеоретической базы эмпирического социологического анализа. Модель взаимосвязанных постулатов может быть реконструирована в следующем виде:
-- в процессе развития общества всегда существуют условия и факторы (F), определенные (критические) значения которых могут вызвать деструктивную активность людей (D), результатом чего будет социальная катастрофа (K) (разрушение существующего социального порядка);
-- в общественном сознании существует идеальная (нормативная) картина (образ И) социального порядка, общая для всех членов. В нормальных условиях жизни система реальных представлений (образ Р) соответствует идеальному образу. Социальная напряженность (СН) есть рассогласование между реальным и идеальным образами социальной порядка, которое достигает состояния неудовлетворенности на индивидуально-психологическом уровне;
CН = |Р - И|
-- рассогласование между реальным положением и идеальным образом возникает тогда, когда начинают действовать некоторые факторы (F), «сдвигающие» реальную структуру социальных отношений относительно идеального социального порядка. СН является, таким образом, функцией этих факторов;
Р = И
если F>0, СН = f(F); рост СН приводит к увеличению деструктивной активности в обществе, следствием чего является увеличение вероятности возникновения катастрофы сложившегося социального;
D = f(СН) P(K) = f(СН)
Существующий феномен социальной напряженности представлен не только явными формами, но и формами скрытыми, не проявляющимися, как правило, в соответствующем поведении людей. Изучению скрытой напряженности уделяют очень мало, или вообще не обращают на неё никакого внимания. Между тем, по сути, именно скрытая социальная напряженность и является опаснейшим источником социального взрыва. Собственно скрытая социальная напряженность может быть определена как второй из выше отмеченных признаков -- состояние дисфункции общественного сознания, вызванной нарушением деятельности ключевых социальных институтов (экономических, политических, идеологических), которая, в свою очередь, отражается на душевном (психологическом) состоянии значительной части общества [17, c. 69].
Такое состояние (диагностируемое на обыденном уровне как психологический стресс и «вакуум» мировоззрения) рассматривается людьми как ненормальное, связывается ими, с одной стороны, с «поверхностными» экономическими и политическими кризисами, отражающими коренные нарушения в деятельности социальных институтов (прежде всего института власти), и, с другой стороны, вынуждает людей предпринимать попытки к действиям (или, в предельном случае, сами действия), которые способствовали бы нормализации состояния (для подавляющего большинства членов общества - это возврат к прежнему стабильному состоянию, но не в политическом, а в индивидуальном, прагматическом смысле).
Изучение скрытой социальной напряженности предполагает прежде всего анализ установок, намерений (социальных ценностных диспозиций) и эмоционального состояния людей [18, c. 79].
Таким образом, социальная напряженность определяется такими моментами как:
-- рассогласованием между идеальным (нормативным) и реальным образами социального порядка в сознании большинства членов общества;
-- дисфункцией общественного сознания, проявляющейся в эмоциональном стрессе, мировоззренческой неопределенности (трансформации социальных ценностных установок) и распространении отклоняющихся форм поведения;
-- стремлением устранить рассогласование на когнитивном, эмоциональном и поведенческом уровнях, которое проявляется в нарастании готовности к действиям, рассматриваемым как вынужденное поведение, направленное против существующего социального порядка ради достижения желаемого состояния;
-- вовлеченностью в этот процесс значительной части общества.
Таким образом, мы пришли к выводу, что социальная напряженность - это нормальное естественное состояние общества, а вот ее отклонение от нормы вызывает негативные явления и ситуации, рост или падение уровня социальной напряженности приводит к проявлению либо агрессии и бунта, либо к скрытой форме социальной напряженности, такие как суициды, наркомания и т.д.
2 Проблемно-аналитический взгляд на исследование социальной напряженности на муниципальном уровне
2.1 Особенности социальной напряженности в муниципальном образовании
Одной из основных характеристик общественных отношений России во второй половине 90-х годов прошлого столетия стала социальная напряженность. В это время она становится синонимом таких негативных явлений, как межнациональные коллизии, забастовки, конфронтация политических движений, партий и т.д.
Однако не следует рассматривать это явление только в негативном аспекте, так как существует множество примеров положительного влияния напряжения на различные сферы жизнедеятельности людей. Это и массовый энтузиазм молодежных строек, и радостный подъем праздничных демонстраций и тому подобное, что можно было наблюдать в нашем недавнем прошлом [19, c. 101].
Автор присоединяется к мнению, что под социальной напряженностью следует понимать естественное состояние общества, характеризующееся концентрацией внутренней энергии, функционирующее под воздействием как доминирующих тенденций развития общества, так и особых условий и обстоятельств.
В Ямало-ненецком автономном округе организована работа по отслеживанию рейтингов исполнительных и социальных структур органов власти, как на уровне Российской Федерации, так и на уровне округов и муниципальных образований. Негативные процессы, происходящие в регионе, в том числе и зависящие от общероссийских неудач в экономической и социальной политике, создают определенный фон социальной напряженности в муниципальных образованиях.
В.А. Быковским была предложена методика оценки работы администрации. По стабилизации социальной напряженности на муниципальном уровне.
В качестве примера приведем картину динамики уровня социальной напряженности в Ямало-Ненецком автономном округе с апреля 1997 года по октябрь 2001 года, определенную в результате социологического опроса (N=1300 за каждый раз).
Резкий рост напряженности, последовавший за кризисом 1998 года сменился плавным ее снижением и на момент избрания нового Президента РФ достиг докризисного уровня. Осложнение социально-экономической ситуации в Ямало-Ненецком автономном округе весной 2001 года и определенное разочарование результатами деятельности структур власти привели к новому скачку напряженности. Однако осенью 2001 года напряженность вновь пошла на убыль [20, c. 23].
Для каждого муниципального образования существует целый ряд общих факторов, влияющих на уровень социальной напряженности: российских и региональных, но в каждом муниципальном образовании своя специфика. Поэтому целесообразно рассмотреть, какие факторы влияют на социальную напряженность в муниципальном образовании и какая зависимость прослеживается в этом процессе от качества и уровня работы администраций городов и районов [20, c. 23].
Алгоритм анализа социальной напряженности муниципальных образований и определение эффективности работы администраций:
- определение показателей входного воздействия (Н1) - 13 ед;
- присвоение баллов муниципальным образованиям в разрезе показателей : негативно -13, позитивно - 1;
- определение удельного веса значимости показателей;
- корректировка баллов показателей входного воздействия на удельный вес значимости (Н1);
- определение социальной напряженности на основе социологического опроса муниципальных образований (Н2); негативно - 5, позитивно - 1;
- приведение показателей входного воздействия в пятибалльную систему: Н51= Н1х5:13;
- Сопоставление показателей Н51 и Н2: А = Н2 : Н51.
Для исследования берутся наиболее характерные показатели, влияющие на уровень социальной напряженности (Н1) в конкретном каждом муниципальном образовании.
Итоги подводятся по двум методикам: по методике В.А. Быковского и по результатам социологического опроса.
Если расчетный уровень социальной напряженности , определенный по методике автора, выше, чем уровень социальной напряженности, определенный на базе социологического опроса, то это говорит о том, что администрация муниципального образования эффективно использует свои административные ресурсы.
Результаты исследования в конце апреля 2001 года показали, что администрации городов Ямало-Ненецкого автономного округа эффективно используют административные ресурсы [20, c. 24].
Большую работу по определению уровня социальной напряженности в г.Нижнекамске провела Н. В. Губина . Исследование проводилось во всех сферах муниципальной среды г. Нижнекамска в 90-е годы. Свой подход к исследованию Н.В. Губина назвала «тонусологическим», то есть в качестве субъективного жизнеобеспечивающего фактора, можно рассматривать социальный тонус, детерминирующий социальную, гражданскую, инновационную и другие виды активности населения. Исследования Н.В. Губиной показали, что уровень социальной напряженности населения г. Нижнекамска в девяностые года был достаточно высок [1, c. 356].
Опыт исследования Н.В. Губиной мы используем для исследования социальной напряженности на современном этапе, исследуя уровень социальной напряженности в г. Нижнекамске.
Отклонение социальной напряженности от нормы, сопровождающееся ростом недовольства населения, негативной психологической напряженностью, дестабилизацией социальных связей и коллизиями в различных сферах жизнедеятельности людей, характеризует ее как негативное явление, которое требует оптимизации и приведения ее к нормальному состоянию. Вместе с тем уровень социальной напряженности в обществе не снижается, напротив, многие исследователи отмечают тенденцию к ее усилению. В связи с этим на первый план выдвигается задача выявления факторов, влияющих на состояние социальной напряженности. С этой целью автором было проведено исследование в городе Нижнекамске. Методология исследования предполагала рассмотрение состояния социальной напряженности в муниципальном образования с помощью методов вторичного анализа документов в единстве экономико-статистических данных и материалов анкетного опроса [20, c. 31].
Результаты исследования, проведенного социологами в январе-марте 2003 г., в виде анкетного опроса свидетельствуют о том, что респонденты практически в равной степени (42% и 35%) оценивали ситуацию в городе Нижнекамске как спокойную и напряженную соответственно. В настоящее время ситуация осталась практически без изменений.
Определяющим фактором в социальном и психологическом самочувствии являлся уровень экономического благосостояния. У большинства респондентов (67%) доходов хватало только на питание и лишь 21% проживало без материальных затруднений. Жилищными условиями были не удовлетворены 62% опрошенных, а жизнью в целом - 57%. И лишь 20% респондентов были не удовлетворены собственной работой.
Среди наиболее острых проблем, стоящих на тот момент в городе Нижнекамске, 54% опрошенных отметили работу жилищно-коммунального хозяйства. Это во многом подтверждали данные анализа местной периодической печати. Так, 1/3 часть всех обращений граждан в газеты «Ленинская правда», «Нижнекамское время» и «Ваша газета» в 2002 году содержала недовольство работой жилищно-коммунального хозяйства и оплатой коммунальных услуг.
Среди наиболее освещаемых проблем в газетах выделяется проблема преступности и недовольства граждан работой организаций и предприятий города.
Таким образом, как свидетельствуют результаты исследований, социальный фактор, влияющий на состояние социальной напряженности, во многом зависит от неудовлетворенности респондентов тем, как в целом складывалась их жизнь, и указывает на наличие серьезных проблем политического характера, требующих пристального внимания и незамедлительных шагов по их разрешению со стороны местных властей. Из рисунка 1 видно, что среди наиболее беспокоящих глобальных проблем выделяются проблемы роста цен (45%), обнищания населения (41%) и роста преступности (33%).
Рисунок 1 - Гистограмма распределения ответов респондентов о наиболее тревожащих глобальных проблемах
Особого внимания заслуживает проблема роста числа брошенных детей. Как видно из рисунка 2, по степени освещаемости эта проблема стоит на третьем месте.
Рисунок 2 - Наиболее освещаемые проблемы в газетах «Ленинская Правда», «Ваша Газета» и «Нижнекамское Время» в 2002 г
Проблема наркомании в городе считалась одной из самых острых, по степени освещаемости она стояла на четвертом месте. Анализ статистических данных показал, что количество зарегистрированных наркоманов с 59 в 1998 году увеличилось до 435 человек в 2002 году.
Однако, чтобы получить реальные данные о количестве наркоманов, нужно к каждой цифре в официальных сводках добавить по два нуля. Далее следует проблема алкоголизма. Статистика показывает, что количество лиц, зарегистрированных с хроническим алкоголизмом, за 5 лет практически не изменилось и колеблется в районе трех тысяч. При этом необходимо отметить, что за этот период увеличилось количество лиц с алкогольными психозами - со 141 в 1998 году до 200 в 2002 году, что отображено на рисунке 3. И наркомания, и алкоголизм - это болезни, причем болезни «социальные», их рост происходит при достаточно высоком уровне общей заболеваемости.
Рисунок 3 - Динамика изменения количества наркоманов и лиц с алкогольными психозами на фоне общей заболеваемости
Важным социальным фактором, влияющим на состояние социальной напряженности является количество бракоразводных процессов в городе. Если в 1998 году было зарегистрировано 844 развода, то к 2002 году эта цифра уже составляет 1746. Все вышеперечисленное лишь косвенным образом характеризует состояние социальной напряженности, однако должно вызывать тревогу и озабоченность со стороны местных властей [20, c. 36].
Важным информативным показателем уровня социальной напряженности является готовность граждан к протестным действиям. Данные анкетного опроса показали достаточно высокую степень готовности респондентов к активным действиям (45%). Показательны и полученные в этом исследовании ответы на вопрос о возможном участии нижнекамцев в девяти формах протеста: 41% опрошенных готовы участвовать в сборе подписей под коллективными воззваниями, 10% - в митингах, 5% - в забастовках, 14% - в голодовках, на пикетирование государственных учреждений готовы 3%, на захват зданий - 2%, участвовали бы в создании вооруженных формирований - 3%.
Важной характеристикой социальной напряженности является социальная солидарность в обществе. На момент проведения исследования 90% опрошенных не входили ни в какие общественные организации.
Необходимо выделить криминогенный фактор, который является важной доминантой в характеристике социальной напряженности. По данным исследования, на то время 83% опрошенных испытывали чувство тревоги по поводу сложившейся криминогенной обстановки, в той или иной степени опасаясь, что они, их близкие или члены семьи могут стать жертвами преступлений. Наибольший страх у опрошенных вызывали: убийство - 35%, кража имущества - 23%, грабеж, вымогательство - 14%, страх, что сын попадет в группировку, - 7%. [21, c. 116].
Социальная напряженность как показатель активности во многом определяет направленность идущих в обществе процессов, возможность социальной стабилизации и экономического роста. Особенно это касается современной молодежи, проблемы которой связаны с рассогласованием между традициями, устоями, ценностной ориентацией старших поколений и той жизнью, в которую молодежь включается. Кроме того, в настоящее время молодежь испытывает серьезные затруднения в адаптации к социально-экономическим реалиям, самореализации в общественной жизни. Острыми проблемами молодежной среды, оказывающими негативное влияние на ситуацию в городе, являются рост молодежной преступности, слабая конкурентоспособность молодежи на рынке труда, вовлечение молодежи в криминальные группировки, всплеск наркомании, что характеризует состояние отклонения социальной напряженности от нормы.
Все это нашло свое отображение в исследовании, направленном на изучение активности молодежи, которая, в свою очередь влияет на социальную напряженность. Выборочную совокупность исследования составили 100 человек в возрасте 17-18 и 22-23 лет, в числе которых учащаяся, безработная и работающая молодежь, из них 44 человека юноши, 56 человек - девушки.
Анализ результатов опроса свидетельствует, что для молодых людей наиболее важным в жизни является материальный достаток, любимая работа (по 36%) и уважение окружающих (22%), у девушек на первом месте стоят семья, дети (40%), а также материальный достаток (37%) и безопасность (16%). Такие ценности, как патриотизм, образование, в иерархии ценностей занимают последнее место.
2.2 Оценка социальной напряженности в городе Нижнекамске
Негативные процессы, происходящие в регионе, в том числе и зависящие от общероссийских неудач в экономической и социальной политике, создают определенный фон социальной напряженности в муниципальных образованиях. Естественно, муниципальная среда управления как совокупность условий и факторов, влияющих на процесс муниципального управления, стремится решить две социально значимые задачи: исправно содержать и даже улучшить социальную инфраструктуру соответствующей территории и обеспечить достойный уровень и своевременность выплаты заработной платы.
Для каждого муниципального образования существует целый ряд общих факторов, влияющих на уровень социальной напряженности: российских и региональных, но в каждом муниципальном образовании существует своя специфика. Поэтому целесообразно рассмотреть, какие факторы влияют на социальную напряженность и какая зависимость прослеживается в этом процессе от качества и уровня работы органов муниципального управления. Примем за объект исследования г. Нижнекамск и используя методику Плюснина Ю.М. произведем оценку уровня социальной напряженности в городе [23, c. 12].
Проведенное автором исследование представляет собой комплексную оценку уровня социальной напряженности с использованием объективных и субъективных показателей.
Для получения выборки, репрезентативной трудоспособному населению всего города создавалась пропорциональная совокупность исходя из условия опроса не менее 1 респондента из 500 взрослых трудоспособных жителей. На основе официальных статистических данных рассчитывались квоты по возрасту и полу
Вся выборка составила 300 человек, что соответствует 0,02% численности генеральной совокупности, допуская ошибку репрезентативности не более 3% (статистически высоко надежный уровень.). Соотношение по возрасту и полу:
от 18 до 30 лет - 78 человек: из них мужчины - 38, женщины - 40;
от 31 до 54 лет - 150 человек: из них мужчины - 67, женщины - 83;
от 55 и старше - 72 человека: из них мужчины - 29, женщины - 43.
Один из методов, используемых нами в процессе исследования, был представлен в форме небольшого вопросника, включавшего 23 вопроса (см. Приложение Г - Анкета), направленных на измерение признаков материального благосостояния, психологического статуса, качества отношений с близкими людьми, отношения к экономическим, социальным и политическим процессам в обществе, опыта участия в акциях протеста и готовности к ним, оценки вероятности роста и развития напряженности в городе. Пять вопросов характеризовали демографические, селитебные и социально-профессиональные признаки респондентов.
Отметим, что в процессе проведенного автором исследования были выделены три относительно самостоятельных аспекта напряженности, выступающие одновременно и как факторы: политический, экономический и психологический.
Политический аспект связан с преобладающим типом политического сознания граждан и их оценками современного социально-политического статуса общества и государства. В некотором смысле он определяет политическую активность и осознанную готовность (предрасположенность) людей к действиям, способным вызвать напряженность.
Экономический аспект напряженности обусловлен общими негативными процессами в экономике и, вследствие этого, с изменениями в структуре занятости населения и материальном положении людей. Этот аспект обусловливает необходимость, вынужденность материальными обстоятельствами жизни определенных действий людей (экономических требований, забастовок и т.п.), направленных к нормальному способу жизни и её уровню. Вследствие этого именно результаты вынужденных действий под влиянием факторов экономического характера и приобретают в первую очередь форму явной социальной напряженности.
Психологический аспект напряженности создает внутренние предпосылки (в снятых бессознательных эмоциональных формах) и определяет способность и потребность человека пойти на акции, могущие выступить причиной роста напряженности и распространения деструктивных процессов в обществе [24, c. 57].
Выделенные аспекты выступают в качестве факторов, определяющих динамику и структуру социальной напряжённости. Внешним источником её выступает экономический аспект, но сама по себе вынужденность поведения не может вызвать соответствующее деструктивное поведение и, как следствие, социальную напряжённость. Необходим внутренний источник такого поведения, которым является психологический (точнее психоэмоциональный) компонент, обусловливающий нарастание напряжённости в скрытой, латентной форме [25, c. 57].
В качестве фактора социальной напряженности, вызывающего дестабилизацию муниципальной среды управления в городе Нижнекамске, выступает несоответствие социальных условий жизнедеятельности потребностям человеческого развития (прогресса).
Фундаментом иерархии являются физиологические потребности: голод, жажда, потребность во сне и другие. Следующая ступень иерархии - потребность в безопасности, защищенности. Третья ступень - потребность в хорошем отношении, быть любимым, принадлежать к группе. Четвертая ступень - потребности в уважении, одобрении. Последняя - потребность в самовыражении [26, c. 78]. Потребности удовлетворяются в том порядке, в каком они представлены в пирамиде, - от низших к высшим. Высшие потребности не могут проявиться, пока не удовлетворены низшие. Удовлетворение всех потребностей приводит человека на вершину пирамиды - к полной самореализации.
Объяснить влияние этого фактора попытаемся с помощью известной теории Абрахама Маслоу (известной как пирамида Маслоу). Иерархия потребностей по А. Маслоу в самом общем виде представлено на рисунке 4.
Рисунок 4 - Пирамида потребностей А. Маслоу
Главной задачей человека в данной ситуации выступает стремление удовлетворить возникшую потребность. Неслучайно, среди проблем, в решении которых респонденты готовы к активным действиям лидируют собственное здоровье и здоровье близких - (59%); материальная обеспеченность (40%); жилищные условия (28% опрошенных).
Рассмотрим нынешнюю ситуацию в г. Нижнекамске с представленных позиций. По результатам анкетного опроса, как видим на рисунке 5, среди потребностей респондентов на первых местах стоят здоровье, жилье и материальные блага.
Рисунок 5 - Пирамида потребностей респондентов
Для более детального изучения уровня напряженности нами были проведены следующие расчеты:
Расчет индекса наблюдаемого «реального» уровня напряженности.
Для эмпирической оценки были предложены два вопроса:
- Приходилось ли Вам участвовать в акциях протеста?
- Скажите, пожалуйста, были ли на Вашем предприятии или организации, коллективные акции протеста?
Отметим, что опыт участия респондентов в акциях протеста - более показательная характеристика реального уровня напряженности. Как свидетельствуют результаты анкетного опроса и рисунок 6, подавляющему большинству респондентов не приходилось участвовать в акциях протеста.
Рисунок 6 - Опыт участия респондентов в акциях протеста
Оба входящих в индекс показателя рассчитываются по первому алгоритму, то есть как число респондентов, утвердительно ответивших на соответствующие вопросы о, имевших место акциях протеста и собственном участии в них, отнесенных к единице [28, c. 35].
Однако при расчете индекса реальной напряженности показателю опыта участия в акциях придается относительный вес 2/3, показателю случаев акций на предприятиях - 1/3. Это представляется необходимым, чтобы скорректировать неизбежное дублирование ответов при опросе нескольких респондентов, работающих на одном предприятии, часть из которых принимала участие в акциях, а другие - нет. Такая коррекция не вносит серьезных искажений в значения индекса.
Показатель забастовочной активности: Sz = 0,1.
Показатель опыта участия в акциях: Se = 0,12.
Суммарная оценка индекса реального уровня напряженности складывается из значений двух параметров: уровня забастовочной активности работников на предприятиях и в организациях города и личного протестного опыта людей. Относительно максимума, соответствующего 1,0, средняя оценка индекса реального уровня напряженности в городе составляет на данный момент 0,11.
Расчет индекса потенциального уровня напряженности.
Этот уровень оценивается по двум параметрам:
- политической активности горожан, наличие которой является исходным условием развития напряженности;
- готовности людей к выступлениям.
 Шкала оценки готовности к акциям протеста пятибалльная: небольшое число интервалов необходимо для более «жесткой» дифференциации респондентов, и для исключения промежуточных, классификационно менее определенных групп. Это дает в конкретной ситуации, когда необходимо зафиксировать почти альтернативные позиции, более точную информацию. Здесь значения шкалы «скорее нет» и «скорее да» приближаются к предельным значениям «нет» и «да» (равны, соответственно, 0,1 и 0,9). Расчет показателя поведенческой готовности к акциям протеста осуществляется по формуле представленной в разделе 4.2.
Рисунок 7 - Распределение ответов респондентов о готовности участия в акциях протеста
Данные анкетного опроса показали, что в настоящее время уровень политической активности не выше среднего. При это готовность людей участвовать в забастовках и других акциях протеста высокая (см. рисунок 7). При этом важно то, что горожане поляризовались во мнениях: 54% практически отказываются от каких-либо действий, но 35% готовы к активной защите своих интересов.
Оба показателя рассчитываются по второму алгоритму. Однако, так же как и в первом случае, индекс потенциального уровня напряженности рассчитывается с учетом большего веса показателя готовности к участию в акциях (2/3) по сравнению с показателем уровня политической активности (1/3). Для показателя уровня политической активности населения применяется преобразование «линейной» 7-балльной шкалы в нелинейную S-образную.
Это преобразование, когда веса второго и предпоследнего значений шкалы отличаются от первого и последнего не на величину 0,167 (1/7), а на 0,1, третьи значения отличаются всего лишь на 0,033, а срединное преобразованное значение равно непреобразованному, так же, как и конечные значения шкалы.
Формула преобразования представлена в разделе 4.2. Показатель политической активности составил:
Sa = 0,41
Полученное в эмпирическом исследовании значение показателя:
Sb = 0,37
Индекс потенциального уровня напряженности составил
Ip = 0,39
Как реальный, так потенциальный показатели уровня напряженности определяются ростом скрытой социальной напряженности. В качестве ее индикаторов предложены и проанализированы: психологическая напряжённость, социальная разобщённость, поведенческая готовность к акциям протеста, социально-политическая активность.
Расчет индекса психологической напряжённости.
Психологическая напряжённость может быть измерена показателем уровня повседневного настроения человека, интенсивностью эмоционального реагирования его на различные ситуации, оценкой им настроения близких людей. Напряжённость коррелирует с количеством жалоб на здоровье, обострением хронических заболеваний, с раздражительностью, утомляемостью, с неспособностью адекватно реагировать на обычные малозначимые негативные ситуации, со сниженной приспособленностью к новым и быстро изменяющимся условиям жизни.
Уровень психологического стресса оценивается следующими двумя показателями:
- долей людей с неблагоприятным повседневным настроением (психологическим состоянием) разного характера - от беспокойства, неуверенности и напряжения (начальный этап острого стресса) до тревоги и страха или раздражения и агрессии (две формы острого стресса, реализующиеся в поведении избегания или агрессии) или апатии и тоски (развитие нервно-эмоционального напряжения и переход его в хроническое состояние);
- долей людей среди ближайшего окружения респондента, испытывающих, по его оценке, различные негативные эмоции и находящиеся в неблагоприятном психоэмоциональном состоянии.
Показатель индивидуального психологического состояния респондента рассчитывался по распределению ответов на вопрос: «Оцените, пожалуйста, своё повседневное настроение, психологическое состояние, которое характерно для Вас в последнее время (отметьте крестиком на шкале в интервале от 1 - страх, тревога, до 10 - уверенность, оптимизм)». Рассчитанное по этому методу эмпирическое значение показателя психологического напряжения составило Sps1 = 0,32.
Показатель оценки психологического состояния близких респонденту людей рассчитывался на основе подсчета частоты ответов на вопрос: «Опишите, пожалуйста, повседневное настроение, эмоциональное состояние большинства знакомых и близких Вам людей». Здесь оценка дифференцируется в зависимости от состояния стрессированности, которое описывается в соответствующих терминах: 1,2 - норма, 3-5 - острый стресс, 6-9 - хронический стресс). При этом каждое из трех диагностируемых состояний «взвешивается»: состояние психоэмоциональной нормы равно 0; состояние острого стресса - неуверенность, напряжение, беспокойство - 1,0; состояние хронического стресса - тревога, страх, агрессия, раздражение, пессимизм, тоска, апатия, безысходность - 0,5. Данный показатель был рассчитан по формуле, представленной в разделе 4.2, эмпирическое значение составило Sps2 = 0,77.
Как видим, собственное состояние люди оценивают получше, чем душевное состояние своих близких.
Полученные значения уровня психологического стресса характеризуют состояние человека, близкого к «перегоранию», то есть перешедшего от возбуждения и ненаправленной активности к потере интереса, апатии, достигшего разочарования от активности, которая не принесла желаемого результата. Сейчас предельный уровень напряжения приводит к «диссоциации» и подавлению активности, которая может быть направлена на изменение (разрушение) социальной структуры. Высокий уровень психологического стресса становится в определенном смысле «фактором отката» деструктивной социальной активности населения.
Индекс психологического напряжения при расчете вновь «взвешивается» (самооценка повседневного настроения имеет вес 2/3, оценка настроения близких - 1/3. Полученное в нашем исследовании значение индекса психологического напряжения равны Ips = 0,47. 
Расчет индекса социальной разобщенности.
Социальная разобщённость - снижение уровня сплочённости, консолидации, отсутствие чувства включённости в ближайшее социальное окружение, диссоциация этого окружения. Предполагаемая динамика разобщённости, как и психологическая напряжённость, носит не линейный характер, а изменяется скачкообразно [28, c.40].
Индикаторами социальной разобщённости приняты следующие:
- качество отношений между людьми в ближайшем социальном окружении респондента;
- степень готовности людей прийти на помощь респонденту, оказать поддержку, проявить участие. Показатель качества неформальных отношений между людьми фиксируется вопросом: «Как бы Вы оценили качество простых, неформальных отношений между соседями в Вашем доме, в районе города? (отметьте крестиком на шкале в интервале от 1 - невыносимые; 2-3 - плохие; 4 - нормальные; 5-6 - сердечные до 7 - прекрасные)». Эмпирическое значение данного показателя практически равно нулю и составило Ssd1 = -0,002.
Показатель поддержки близких людей фиксируется вопросом: «Ваши родные, близкие и друзья оказывают Вам: значительную моральную и психологическую поддержку и помощь; сопереживают, советуют, но ощутимой моральной поддержки немного; относятся к Вашему положению в целом безразлично; не чувствую никакой поддержки, скорее помехи; я одинок в своей борьбе за существование». Он рассчитывается на основе пересчета распределений частот ответов по 5-балльной шкале и взвешивания эмпирических значений. Эмпирические значение показателя: Ssd2= 0,24.
Индекс социальной разобщенности не требует «взвешивания», поскольку респондент в обоих случаях оценивает состояние других людей. Рассчитывается индекс как среднее арифметическое от суммы двух показателей и составляет Isd = 0,11.
Фиксируемый сейчас в обществе сравнительно невысокий уровень социальной разобщенности (непосредственные социальные связи еще крепки) в целом не способствует нарастанию скрытой социальной напряженности [28, c.41].
Расчет индекса поведенческой готовности к участию в акциях протеста.
Поведенческая готовность - готовность к акциям протеста, к действиям, направленным на изменение существующей структуры отношений, в предельном случае - на изменение существующего политического строя или конкретных институтов власти - поведенческий компонент скрытой социальной напряженности. Собственно поведенческий компонент напряжённости сочетается здесь с политическим аспектом. Это параметры, оценивающие уровень актуальной напряжённости.
В качестве эмпирических индикаторов готовности предлагаются уже рассмотренные выше: степень готовности респондентов к участию в акциях протеста, забастовках, митингах; опыт участия респондентов в соответствующих акциях. Индикаторы строятся по упорядоченным шкалам и обобщённый показатель получается с помощью процедуры взвешенного суммирования (опыт участия в акциях имеет, естественно, большее значение в прогнозе вероятности будущего участия респондента в аналогичных акциях - в наших исследованиях эмпирическая вероятность приближается к 1,0, - нежели его потенциальная готовность к соответствующим действиям; поэтому относительный вес индикаторов находится в пропорции 2:1.
Расчет показателя готовности к выступлениям уже приведен выше:
Sb = 0,37
Показатель опыта участия в акциях протеста также рассчитан:
Se = 0,12
Индекс поведенческой готовности составил
Ibd = 0,2
Расчет индекса политической активности.
Активность в политической и социально-экономической сферах - ментальный компонент напряжённости, позволяющий оценить уровень потенциальной готовности к изменению существующего положения дел. По-видимому, этот параметр является наименее надёжным, так как повышение уровня политической активности граждан может служить в конечном счёте не росту, а купированию напряжённости в обществе, так сказать, «сбросу» деструктивной активности в формы, лояльные власти [28, c.41].
Индикаторами уровня политической активности служат:
- уровень политической активности сограждан по обобщённым оценкам респондентов;
- оценка эффективности деятельности органов власти на местах; он фиксируется распределением ответов на вопрос: Как бы Вы оценили эффективность деятельности администрации нашего города? (0 - нулевая, 1- минимальная, 2- невысокая, 3 - средняя, 4 - выше средней, 5 - весьма высокая, 6 - максимальная в данных условиях эффективность). Обе шкалы аддитивны и обобщённый показатель активности вычисляется как простое арифметическое среднее двух наблюдаемых распределений. Расчет показателя политической активности уже приведен, его значения: Sa = 0,41. Формула расчета показателя эффективности власти представлена в разделе 4.2. Эмпирические значения показателя составило Sef = 0,53. Отношение к власти является важным условием развития напряженности. Эффективность власти в глазах людей напрямую связана с прочностью их общественных связей, позиций, с их социальной и физической защищенностью. Поэтому оценка эффективности власти - это косвенная оценка уровня удовлетворенности условиями реализации социальных ожиданий индивида; она же характеризует отношение к власти, которое становится условием развития напряженности.
Оценки респондентов эффективности деятельности местной (городской и районной) администрации невысокие: около (60%) оценивают результативность власти ниже среднего уровня и всего менее 37% - выше среднего (См. рисунок 3). Горожане, как и повсюду в стране, утратили доверие и уважение к власти, а, следовательно, в такой же степени утратили чувство стабильности и защищенности.
Индекс политической активности составил Ipa = 0,47. Это позволяет заключить, что до 50% общества одновременно и активны и готовы к действиям, направленным на преобразование существующего социального порядка [28, c.42].
Таким образом, мы пришли к выводу что уровень напряженности в городе достаточно высок и необходим курс мер по стабилизации социального напряжения в городе Нижнекамске.
3 Совершенствование организации системы профилактики социальной напряженности как фактора дестабилизации муниципальной среды управления
3.1 Долгосрочные социальные программы как универсальный метод стабилизации муниципальной среды управления
Актуальность социальной проблематики в России сегодня чрезвычайно возросла из-за монетизации льгот (замены социальных льгот денежными компенсациями), а также в связи с налоговой и бюджетной реформой, в результате которой регионы лишились ряда источников финансирования социальных обязательств. Предлагаемый подход не затрагивает всего комплекса проблем, связанных с социальным развитием регионов, это результат поиска реальной практики новых форм организации масштабных социальных проектов на уровне муниципальных образований и субъектов федерации.
По результатам регулярного мониторинга общественного мнения в регионах РФ можно выделить факторы, которые влияют на оценку населением ситуации, сложившейся в муниципальной среде:
- недостаток бюджетных средств на социальную деятельность;
- отсутствие развития инфраструктуры -- речь идет о том, что инфраструктура поддерживается, а не обновляется;
- бизнес сейчас занимает достаточно активную позицию, однако, по проведенным опросам общественного мнения, очевидно, что отклик на эту деятельность со стороны населения весьма слаб;
- отмена льгот на сегодняшний день воспринимается жителями России крайне негативно. В сущности ее последствия расцениваются на уровне угрозы жизни.
Все это привело к тому, что за последнее время в большинстве регионов России произошел рост социальной напряженности. Проведенные в период с апреля по август 2006 года исследования показывают, что в ряде регионов Приволжского федерального округа количество опрошенных, считающих, что за последнее время их жизнь улучшилась, менее 20%. Еще полтора года назад уровень социального оптимизма был гораздо выше (более 40%).
Осознавая данную негативную тенденцию, власть в стране ставит задачу снятия (снижения) социальной напряженности. Это налагает особые обязательства на всех участников социальной деятельности в регионах.
Главной проблемой власти как основного участника социальной деятельности на региональном уровне является недостаток финансовых средств.
При этом областные социальные программы, как правило, масштабны и серьезны, в них заложены капитальные проекты, ремонт, реконструкция, строительство, что весьма затратно. Кроме того, результаты этой деятельности отсрочены на длительный период времени, в то время как население хочет видеть конкретные продукты деятельности администрации «здесь и сейчас». При этом власть слабо информирует население даже о промежуточных результатах своей работы. Вообще, как показывают мониторинг информационного поля и замеры общественного мнения, у региональной власти повсеместно отсутствует системное информирование населения о своей деятельности в сфере социальной политики.
Безусловно, сама социальная политика является зоной ответственности многих структур, то есть требует решения межведомственных задач. В большинстве случаев в организационной системе областной власти заложены трудности в осуществлении горизонтальных коммуникаций, вследствие чего исполнение решений тормозится, сложно аккумулировать ресурсы и подходы.
У региональной власти, как правило, не простроен механизм «обратной связи» -- т.е. власть не обладает исчерпывающей информацией о том, каковы сегодняшние настроения людей, каковы представления жителей региона о наиболее нуждающихся слоях населения, о тех или иных формах оказываемой помощи.
Сегодняшняя позиция федеральной власти вынуждает руководителей региона максимально подключать бизнес к социальным проблемам, т.е. стараться «латать дыры» за счет спонсорских и благотворительных вложений.
Очевидно, что такой путь вряд ли можно назвать эффективным, поскольку системно ничего не меняется, ни одна из проблем власти как участника социальной деятельности таким образом не решается.
При этом бизнес-элита часто предъявляет встречные претензии властным структурам. Это выражается в бытующих среди представителей бизнеса мнениях о том, что:
- для власти характерен бессистемный подход к решению социальных проблем, отсутствуют единые программные документы развития региона;
- власть безынициативна в плане конструктивного диалога с бизнесом в контексте социальной проблематики;
- власть финансирует социальные проекты по остаточному принципу и не в полной мере контролирует расходование средств;
- власть недостаточно или вовсе не информирует общественность о социальной деятельности.
В последнее время федеральная власть открыто призывает крупные компании проводить политику социальной ответственности. Бизнес отдает себе отчет, насколько это необходимо ему самому с точки зрения репутационного менеджмента (благоприятная среда в регионе при и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.