Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Результат поиска


Наименование:


Реферат/Курсовая Проблема бедности в России и пути ее решения

Информация:

Тип работы: Реферат/Курсовая. Добавлен: 30.04.13. Год: 2012. Страниц: 38. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ГОУ ВПО
«СУРГУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
Ханты-Мансийского  автономного округа – Югры»
 
 
 
Факультет   Управления
 
Кафедра   Экономики и управления на предприятии
                   
 
КУРСОВАЯ РАБОТА
На тему:  Проблема бедности в России и пути ее решения.
                
 
 
                                                       Выполнил студент 2 курса, группы 23-09,
Шлякова Ирина  Васильевна
 
 
Проверил доцент
 Нохрина Татьяна
                                                Николаевна
        
 
 
 
 
 
 
 
Г. Сургут
2011г.
 
Содержание
 
Введение……………………………………………………………………3
      Уровень бедности……………………………………………………...6
        Особенности Российской бедности…………………………...6
        Определение критериев бедности…………………………….14
2.  Измерение уровня бедности….........................................................19
2.1 Российский подход к измерению уровня бедности.…….……19
2.2 Величина прожиточного минимума……………………………20
2.3 Анализ структуры населения с доходами ниже величины прожиточного минимума……………………………………………….21
2.4 Потребительские расходы как индикатор бедности. Структура потребительских расходов………………………………………………25
2.5 Потребительские расходы по группам населения…………….27
2.6 Межрегиональная дифференциация……………………………29
2.7 Субъективные оценки бедности в России………………………33
2.8 Пути решения проблемы бедности и дифференциации населения по доходам (результаты социологического исследования и их интерпретация)………………………………………………………34
      Уровень жизни в Ханты – Мансийском автономном округе – Югре……………………………………………………………………37
Выводы и предложения…………………………………………………45
Список  использованной литературы 

Введение
 
Бедность, как явление, присущее практически  любой стране, неизбежно. На него нельзя не обращать внимание ввиду тех последствий, к которым оно может привести в социальной, экономической и  культурной сферах жизни общества. Состояние постоянной нужды, преследующее бедных людей, превращает их в тех, кто не может самостоятельно руководить своей жизнью, не зависеть от кого бы то ни было в материальном плане, быть самостоятельным в выборе места и времени удовлетворения всех своих потребностей, как первичных, так и вторичных.
Бедность, как крайнее проявление различий в уровне жизни и величине доходов  населения, присуща любому обществу независимо от особенностей социального  и политического устройства. Существовала она и на протяжении всей истории  нашей страны: и в царской России, и в Советской (хотя по идеологическим соображениям вместо термина «бедность» использовался термин «малообеспеченность»). И в реалиях современной жизни страны бедность тоже имеет место.
Бедность  для российского народа – достаточно новый феномен. При социализме общий  уровень жизни, конечно, был невысоким, но откровенно бедных было сравнительно немного. При рынке пока далеко не все слои населения получили в  материальном плане то, на что они  надеялись. В начале рыночных реформ людям предлагают потерпеть «6-8 месяцев». Очевидно, что этот период для многих затянулся. Также очевидно и то, что  потенциал рыночной экономики для  обеспечения высокого уровня жизни  для большинства населения пока не задействован в полной мере. Более  того, вызывают беспокойство рост социального  неравенства и высокая дифференциация населения по доходам. Эти и другие явления нельзя оставлять без  внимания, нужен их экономический  анализ, выработка и реализация соответствующих  мер социальной политики.
Факторов, оказывающих влияние на степень  неравенства, очень много. Основными  как для России, так и для  большинства стран с рыночной или переходной экономикой, можно  считать региональный и отраслевой факторы, уровень безработицы, эффективность  социальных программ государства (поддержка  многодетных и неполных семей, инвалидов  и пенсионеров), возрастной и половой  фактор, уровень образования, размер семьи, количество несовершеннолетних детей и иждивенцев и пр.
Полноценный экономический анализ предполагает осуществление альтернативных оценок уровня бедности. Известно, что соответствующая  отечественная методика имеет отличия  от западных. Такой анализ позволит более объективно оценивать ситуацию с бедностью в стране.
Наконец, чрезвычайно важно иметь представление  о том, какие пути для преодоления  бедности видятся самому населению  наиболее эффективными.
Проблема  бедности крайне актуальна для современного российского общества, в котором  за период радикальных рыночных реформ развернулся стремительный процесса абсолютного и относительного обнищания  значительной части населения, по стандартам явно заниженного минимального прожиточного минимума порядка одной трети  россиян, фактически много больше.
Бедность  возникает, разрастается или наоборот, преодолевается и идет на убыль в  зависимости от того, какую социально-экономическую  систему избрала страна, какой  тип общественного воспроизводства  осуществляется, каков хозяйственный  механизм и социально-экономический  курс.
Целью данной работы является попытка изучить  российскую бедность в экономическом  аспекте, ее особенности и способы  преодоления. Для достижения данной цели автором поставлены следующие  задачи:
      Рассмотреть особенности Российской бедности.
      Определить критерии бедности.
      Рассмотреть Российский подход к измерению уровня бедности.
      Проанализировать структуры населения с доходами ниже величины прожиточного минимума.
      Рассмотреть пути решения проблемы бедности и проанализировать результаты социологического исследования.
      Рассмотреть уровень жизни в ХМАО Югре.
       

1.Уровень бедности
 
1.1 Особенности российской бедности
 
Демократические преобразования, осуществляемые в России, открывают новые перспективы  для повышения благосостояния населения, но на первоначальном этапе сопровождаются резко возросшим риском оказаться  за чертой бедности и на ее грани. Бедность в условиях переходного периода  в России приобрела характер массового  явления. Однако было бы исторически  неверно полностью относить ее распространение  к издержкам проводимых преобразований.
Рост уровня бедности в 90-е годы был предопределен уравнительным  административным распределением и  перераспределением благ и услуг  при низком уровне их развития еще  в дореформенный период. Несмотря на то, что явление бедности в  условиях командно-административной экономики  отрицалось, фактически оно существовало в виде малообеспеченности.
В условиях переходного периода  долговременные факторы распространения  бедности, связанные с замедлением  экономического роста, низким административно  регулируемым жизненным стандартом, сложившимся в дореформенный  период, дополнились резким падением реальных доходов и нестабильностью  их получения, падением покупательной  способности, в том числе по товарам  и услугам первой необходимости, безработицей и вынужденными неоплаченными  отпусками, хроническими задержками выплат заработной платы, пенсий, пособий, что  привело к беспрецедентному росту бедности.
При этом бедность в бывших соцстранах и, в  частности, в России носит относительный, а не абсолютный характер. В России люди, относившиеся к бедным, имеют, как правило, жилье, одежду, работу, радиоприемники, телевизоры и многое другое, в то время как во многих районах Африки или Азии бедность означает зачастую полное отсутствие медицинского обслуживания, доступа к чистой воде, неграмотность.
Доходы  большинства российских бедных составляют чуть меньше доллара в день, тогда  как у основной части бедняков в Латинской Америке они не превышают 10-15 центов.
Взаимосвязь между экономическим  ростом и снижением уровня бедности в России по сравнению с другими  постсоциалистическими странами представляется наиболее сложной. Например, в таких  странах как Румыния, где доля бедных выше, чем в России, можно  установить практически однозначную  зависимость увеличения темпов экономического роста от снижения уровня бедности. Это вполне естественная ситуация для  стран с неглубоким характером бедности, однако в России такого простого соответствия не существует.
Возникает вопрос: почему отсутствует  связь между общей динамикой  экономики и уровнем бедности или, если эта связь есть, почему она такая сложная?
Есть, по крайней мере, три характеристики самой структуры российской экономики, которые порождают такую ситуацию.
Во-первых, продолжается процесс повышения  концентрации ресурсов, в том числе  трудовых: с севера люди переезжают на юг, из малых городов в средние, из средних – в крупные. Это снижает диспропорцию, внесенную в предыдущие десятилетия, когда ресурсы в огромном объеме закачивались, например, в районы Крайнего Севера, где экономическая отдача от них была значительно меньше, чем можно было ожидать. Сейчас  можно говорить  о беспрецедентной ситуации, когда целые поселения или большая часть их населения, например, в районах Крайнего Севера мигрирует в отсутствие каких-то стихийных бедствий, войн или других катаклизмов.
Это перемещение трудовых ресурсов порождает довольно сложную ситуацию: вместо традиционного перетока населения  из сельского хозяйства в промышленность, по сути, целые города «переходят» на другое место, а люди перемещаются из одних отраслей в другие. Причем для городского населения отраслевая принадлежность имеет очень большое значение, в то время как в сельских районах она гораздо более однородная и связана с общим состоянием экономики в соответствующих регионах.
Второй причиной отсутствия прямой взаимосвязи между динамикой  экономики в целом и уровнем  бедности, является огромная концентрация собственности и, соответственно, благосостояния в российском обществе. Даже не будучи экономистом, легко понять, какие  последствия это имеет для  взаимосвязи между ВВП и уровнем  бедности. Если предположить, что распределение  доходов является равномерным, то рост экономики на 5% означает рост доходов  всего населения на 5%. Но изменение  структуры распределения доходов  в обществе приводят к тому, что  рост ВВП увеличивает доходы наиболее обеспеченной части населения и  уменьшает доходы бедных слоев. Соответственно, если перераспределение доходов  происходит быстрее, чем рост экономики, то рост ВВП по определению не может  оказывать непосредственного воздействия  на уровень бедности. То есть фактически экономика может расти одновременно с ростом числа людей, проживающих  за чертой бедности. Часто это объясняется  простой схемой: эффективность предприятия  повышается, если в процессе его  реструктуризации увольняется «трудовой  балласт», который и пополняет  категорию бедных. Возможно, в последнее  время этот процесс в России замедлился, но он, безусловно, имел место в 90-е  годы и привел к ослаблению связи  между ростом экономики и уровнем  бедности.
Третьей причиной отсутствия однозначной  взаимосвязи между ВВП и уровнем  бедности является структура российских предприятий. В России доля предприятий, созданных после начала реформ значительно  ниже, чем в других странах с  переходной экономикой. Если в странах  Центральной и Восточной Европы порядка 60% занятых работают на предприятиях малого и среднего бизнеса, то в России этот уровень около 25%. В результате огромная часть работающего населения  по-прежнему занята на  крупных предприятиях, унаследованных от Советского Союза. Многие из них не конкурентоспособны. До последнего времени значительная часть их производственных мощностей просто не использовалась, потом, когда начался рост экономики, они могли увеличить выпуск продукции, принимая на работу большее число людей, т.е. их рост был пропорционален росту экономики. Однако резервы производственных мощностей быстро исчерпываются, и при отсутствии инвестиций динамика этих предприятий значительно ниже, чем  предприятий новой экономики. Эти новые предприятия берут на работу сравнительно молодых и энергичных людей. Соответственно, социально уязвимые группы населения остаются «за бортом».
Особенностью распространения  бедности в условиях переходного  периода является резкое изменение  ее структуры. За чертой бедности оказалось  не только возросшее число традиционно  уязвимых категорий населения (пенсионеры, инвалиды, многодетные и неполные семьи), но и «новые бедные» –  безработные, малооплачиваемые работники  и их иждивенцы, беженцы, вынужденные  переселенцы, лица без определенного  места жительства. В последние годы появились и «новейшие бедные», в том числе те, кого затронули массовые задержки выплаты заработной платы, социальных пособий, пенсий; те, кто уже успел потерпеть неудачу в сфере предпринимательства, самозанятости, операций с собственностью и не имеет устойчивого текущего дохода выше установленного минимума; трудоспособные граждане, ставшие неконкурентоспособными в результате изменившихся требований и структуры спроса на рынке труда; пострадавшие в результате более рискованных форм и видов занятости в неофициальном секторе экономики.
Кроме того, возросло число лиц  без определенного места жительства, доход которых, как правило, если он имеется, не превышает черты бедности.
Сегодня проблема бедности в России сконцентрирована не в селах, традиционно  считающихся наиболее уязвимой в  этом смысле зоной, а в малых городах, где уже нет ресурсов села, но еще не сформировались ресурсы крупного города, которые способны выступать компенсаторными механизмами погашения бедности и предоставления возможностей на рынке труда.
По официальной статистике, в  настоящее время за чертой бедности в России живут 34 миллиона человек  – это свыше четверти населения  страны. Сейчас доходы самых обеспеченных россиян в 14 раз превышают доходы самых малоимущих граждан. Столь  же велика и разница в так называемом среднедушевом доходе в различных  регионах. (Самый большой – в Ямало-Ненецком округе – свыше 20 тысяч рублей. Самый низкий в Дагестане – чуть больше 4 тысяч.)
В отличие от стран Запада, а  также от России дореформенного периода, основной контингент российской бедноты  переходного периода – трудоспособные граждане, в том числе работающие.
Еще более негативные последствия  для сохранения качества рабочей  силы и даже для ее воспроизводства  имеет динамика соотношения средней  заработной платы и прожиточного минимума.
Отечественная модель переходной экономики  не только зафиксировала, но и воспроизводит  резкую диспропорцию между ценой  труда и уровнем цен на другие виды ресурсов. Если в 1990 г. Работник, получающий среднюю заработную плату (включая выплаты социального характера), был в состоянии обеспечить на уровне чуть выше прожиточного минимума себя и еще трех иждивенцев, то в начале 2004 года он не мог обеспечить даже одного иждивенца на уровне бедности.
Особую тревогу вызывает тот  факт, что в рассматриваемый период сформировались хронические очаги  бедности как на отраслевом, профессиональном уровне, так и на региональном. В 2005 г. В легкой промышленности, сельском хозяйстве, сфере культуры и искусства 60 – 70 % работающих получали заработную плату на уровне или ниже прожиточного минимума. В здравоохранении, в сфере образования зарплату в таких размерах получали около половины занятых.
В течение, по крайней мере, трех последних  лет отношение средней заработной платы и выплат социального характера  к прожиточному минимуму трудоспособного  населения в Ивановской, Псковской, Рязанской, Тверской, Кировской, Астраханской, Пензенской, Саратовской, Курганской и  ряде других областей находится в  пределах 160% прожиточного минимума. Это  означает, что в указанных регионах работающие родители могут обеспечить себя и одного ребенка на уровне бедности только в том случае, если их заработная плата вместе с выплатами  социального характера не ниже средней  по региону.
В настоящее время в России насчитывается 27 регионов, где средний доход не достигает прожиточного минимума. В их числе Читинская, Пензенская, Курганская, Ивановская, Псковская, Тверская, Рязанская, Астраханская области.
Оставаясь по форме социальной гарантией, минимальная заработная плата в  условиях переходного периода перестала  быть таковой, по сути. Рассчитанная на основе этого норматива зарплата подавляющего большинства бюджетников  не дотягивает до прожиточного минимума. Освобождение от подоходного налога дохода в размере минимальной  заработной платы вполне соответствует  международной практике как мера, стимулирующая трудовую мотивацию  низкооплачиваемых работников. Но с  учетом размеров минимальной заработной платы в России и эта мера лишена социально-экономического смысла.
Положение работающего населения  усугубляется хроническим характером задолженности по выплате зарплаты, что является грубейшим нарушением прав на труд и социальное обеспечение  и противоречит статье 12 Международной  конвенции о защите заработной платы, принятой в 1949 году. В последние годы около 50% работающих россиян не получали заработную плату вовремя. Наиболее сложная ситуация с выплатой заработной платы сложилась на предприятиях строительства, сельского хозяйства, науки и научного обслуживания, т.е. в тех отраслях, где заработная плата большинства работников и без того едва достигает прожиточного минимума. Около 80% задолженности приходится на отрасли социальной сферы.
Сохранение высокого удельного  веса работников, получающих вознаграждение, не достигающее прожиточного минимума, рост безработицы без адекватных социальных гарантий, а также перманентное использование по инициативе администрации  вынужденных неоплачиваемых отпусков, являющихся фактически одной из скрытых  форм безработицы, привели к тому, что, по меньшей мере, три четверти сегодняшних бедняков в России представляют экономически активное население.
Последствия экономических преобразований, обесценив и основные, и дополнительные источники существования, поставили  пенсионеров, не имеющих кроме пенсии иных доходов, в условия на грани  и даже за гранью выживания. Для многих из них продолжение работы после  выхода на пенсию стало суровой необходимостью и основным средством поддержания  своих доходов. Неудивительно, что  доля работающих пенсионеров в России гораздо выше, чем, скажем, в США. В период 2005–2009 года занятость среди российских пенсионеров по старости возросла до 25%, в то время как в Соединенных Штатах работают около 16% мужчин и 9% женщин пенсионного возраста.
Ускоряющееся падение реальной стоимости пенсий, даже средние размеры  которых не обеспечивают минимальных  стандартов существования, ставит пенсионеров  в неравноправное положение относительно лиц допенсионных возрастов, реальные доходы которых сокращаются несколько медленнее и у которых объективно больше возможностей адаптироваться к новой экономической ситуации.
Традиционно высокой остается доля лиц за чертой бедности в семьях с высокой иждивенческой нагрузкой, в неполных семьях. Динамика уровня бедности среди них свидетельствует  о том, что способность адаптации  семей к новым условиям жизнедеятельности  тесно связана с их демографической  структурой: числом членов, составом по полу, возрасту.
Риск бедности возрастает при отсутствии второго заработка в семье, низких доходах в связи с высоким  уровнем иждивения и т.п. Согласно данным обследования уровня жизни семей  с детьми, появление первого ребенка  увеличивает вероятность бедности в среднем на 9 процентных пунктов, второго – еще на 12, а третьего и последующих – на 16 процентных пунктов.
По данным мониторингового обследования уровня жизни семей в краях  и областях РФ от 60 до 90% семей за чертой бедности составляли семьи с  детьми до 18 лет.
 


1.2 Определение критериев бедности
 
 Критерии  бедности предопределяют набор  показателей бедности.
 В  свою очередь, объективно существуют  несколько разрезов критериев  бедности, а в рамках каждого  такого разреза имеют место  отдельные типы критериев бедности.
 Бедность  в современной России не гомогенна  и имеет несколько уровней,  которые различаются и по материальному  положению, и по социально-профессиональной  деятельности, и по досуговым  предпочтениям людей. 
 В  бедности довольно отчетливо  выделяются два уровня - просто бедность, и нищета. Уровень и образ жизни, соответствующие скорее понятию нищета, чем просто бедности, отличают следующие характеристики: накопившиеся долги, в том числе по квартплате, отсутствие таких предметов домашнего имущества (пусть даже очень старых), как пылесос, мебельная стенка или мягкая мебель, ковер, цветной телевизор, а также плохие жилищные условия. Среди тех, кто попал в категорию нищих , большинство проживают в общежитиях, коммунальных квартирах или снимают жилье. Добавим к этому недоступность любых платных услуг, плохие взаимоотношения в семье, в среднем более низкие, чем у просто бедных, доходы.
 В  целом можно сказать, что на  уровне нищеты в настоящее  время сконцентрированы в основном  семьи «старых» бедных, которые  и в советское время относились  к самым неблагополучным слоям  общества, а на уровне собственно  бедности - семьи «новых» бедных, которые до начала реформ относились к вполне обычным семьям.
 Существуют  также две формы бедности: «устойчивая»  и «плавающая». Первая связана  с тем, что низкий уровень  социальной обеспеченности, как  правило, ведет к ухудшению  здоровья, деквалификации, депрофессионализации, а, в конечном счете - к деградации. Бедные родители воспроизводят потенциально бедных детей, что определяется их здоровьем, образованием, полученной квалификацией. Социальные исследования стабильности бедности показали, что люди, «рождающиеся как постоянно бедные», остаются таковыми в течение всей своей жизни.
 Вторая  форма, намного реже встречающаяся,  связана с тем, что бедные  подчас принимают невероятные  усилия и «выскакивают» из  своего социального, фактически  замкнутого круга, адаптируясь  к новым условиям, отстаивая свое право на лучшую жизнь. Разумеется, что в таком «прыжке» существенную роль играют не только субъективные, личностные факторы, но и объективные условия, создаваемые государством и обществом.
 Тип  бедности, выражающийся в том,  что доходы той или иной  семьи, группы, слоя не достигают  данной величины, можно рассматривать  в качестве бедности абсолютной. Средства к существованию - это  минимум, необходимый для поддержания  жизни, и, следовательно, быть  ниже этого уровня означает  испытывать абсолютную бедность, поскольку индивиду не хватает  средств для поддержания жизни. Здесь совершенно очевидно противоречие: как жить тем, кому не на что жить. Теоретики абсолютной бедности отвечают, что они не живут долго. Если они недостаточно обеспечены для поддержания существования, они будут голодать или мерзнуть зимой. Определение абсолютной бедности связано, таким образом, с понятием средств существования.
 Показатели, сравнение с которыми позволяет  выделить абсолютно бедную часть  общества, связаны с физиологическими, социальными, культурно обусловленными  качественными порогами потребления.  В современных обществах практически  всегда существуют несколько  порогов. Поэтому при выделении  людей и групп, находящихся  в ситуации абсолютной бедности, целесообразно одновременно принимать  в расчет ее степень. 
 В  нынешней России отчетливо выделяются  три степени абсолютной бедности:
1. Нищета, наиболее глубокая острая бедность. В положении абсолютной нищеты, наиболее глубокой бедности находятся  люди, не имеющие физиологического  минимума средств к жизни. Это те, кто стоит на грани постоянного недоедания, если не голода, пли за этой гранью. В сегодняшней российской обстановке условным показателем такой грани можно считать стоимость простейшего набора продуктов питания, входящих в официальный прожиточный минимум.
2. Нужда,  средняя бедность; охватывает те  группы населения, которым хватает  средств на простейшие физиологические  потребности, но кто не может  удовлетворить социальные потребности,  даже самые элементарные. В этих группах обычно нет регулярного недоедания, но не обновляется одежда и обувь, нет средств на лечение, отдых и т. п. В сегодняшней ситуации верхнюю границу нужды образует официальный прожиточный минимум, рассчитываемый Министерством труда и фактически являющийся у пас показателем именно социального минимума (в отличие от стоимости одного лишь продуктового набора, указывающего примерные пределы чисто физиологического минимума).
 Таким  образом, в состоянии нужды  оказываются люди, доходы которых  меньше официального прожиточного  минимума, но больше его половины  или двух третей.
3. Необеспеченность, или недостаточная обеспеченность, умеренная бедность. Конечно, количественные, выражаемые в деньгах, границы  довольно условны. Удовлетворяются  элементарные потребности - как  физиологические, так и социальные, но остаются неудовлетворенными  потребности более сложные и  высокие. В таких условиях люди  более или менее сытно едят (хотя их рацион отнюдь не  сбалансирован и их питание  нельзя считать здоровым), как-то обновляют одежду, лечатся, отдыхают.
 Однако  все это делается на уровне  и в формах, не достигающих  образцов, считающихся в рамках  данной культуры нормальными  и достойными. Иными словами, здесь обеспечен прожиточный минимум, но нет достатка.
 Абсолютная  бедность противопоставляется относительной  бедности. Это понятие более субъективно,  поскольку оно требует чьей-либо  оценки уровня бедности, а кто  должен вынести оценку - вопрос  спорный. Относительное определение  бедности основано на сравнении  жизненного стандарта бедных  и жизненного стандарта слоев  населения, бедными не являющимися.  Как правило, при этом используется  средний жизненный стандарт.
 Если  в обществе существуют массовые  группы, считающие свой уровень  жизни существенно и неоправданно  более низким, чем у иных социальных  категорий или в иное время,  на иной территории, то такие  группы будут чувствовать и  вести себя как находящиеся  в ситуации бедности, независимо  от абсолютной величины их  доходов и потребления. В этом  смысле уместно говорить об  относительной бедности.
 При  выборе критериев для измерения  абсолютного уровня бедности, начиная  с 1992 г., Госкомстат использует  показатели величины прожиточного  минимума и среднедушевых денежных  доходов населения. 
 Поскольку, как это отмечается в большинстве исследований бедности для стран с переходной экономикой, в условиях стремительного экономического спада социальные показатели длительное время продолжали сохранять относительно высокий уровень, Госкомстат придерживается такой точки зрения, что применяемые в оценках бедности соотношения прожиточного минимума со среднедушевыми денежными доходами скорее служат измерителем низких доходов населения, нежели бедности как таковой.
 Кроме  этого, категория денежных доходов  не учитывает все поступления,  определяющие фактический уровень  потребления населения. По этой  причине в состав низкодоходных  по уровню денежных доходов  групп населения попадает большая  часть сельского и довольно  значительная доля городского населения, которая компенсирует нехватку денежных средств продукцией собственного производства, поддерживая при этом устойчивый и превышающий прожиточный минимум уровень потребления продуктов питания.
 В  соответствии с Федеральным Законом  «О прожиточном минимуме в  Российской Федерации» величина  прожиточного минимума представляет  собой стоимостную оценку потребительской  корзины, а также расходы на  обязательные платежи и сборы.  Потребительская корзина включает  минимальные наборы продуктов  питания, непродовольственных товаров  и услуг, необходимых для сохранения  здоровья человека и обеспечения  его жизнедеятельности. 
 
 


2. Измерение уровня бедности
 
2.1 Российский подход к измерению уровня бедности
 
Официальная статистика при определении  численности бедного населения ориентируется на так называемую абсолютную концепцию бедности. Согласно данному подходу, живущими за чертой бедности считаются граждане, имеющие доходы ниже официально установленного прожиточного минимума в данном регионе. При установленной величине прожиточного минимума в целом по Российской Федерации за 2010 год в расчете на душу населения 5902 руб., численность населения, имеющего среднедушевые денежные доходы ниже величины прожиточного минимума, составила, по данным Росстата, 18,1 млн. человек (12,8% от общей численности населения), т.е. снизилась на 0,4 млн. человек по сравнению с данными на конец 2009 года.
Необходимо  иметь в виду, что в последнем квартале номинальные доходы населения традиционно повышаются в связи с выплатами новогодних премий и так называемой «тринадцатой» зарплаты. Соответственно, и доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума сокращается. Однако в первом квартале следующего года снова происходит всплеск. Так, поквартальная динамика доли официально бедного населения в 2009-2010 годах имела стабильный снижающийся тренд, но снижению в течение года предшествовали значительные скачки в начале года. В частности, в первом квартале 2010 года доля бедных россиян оказалась выше, чем в третьем квартале (не говоря уже про четвертый) 2009 года. Оценка Росстата величины прожиточного минимума в 2010 году в целом на основе поквартальных данных составила 5688 руб. Таким образом, если рассматривать весь 2010 год, то 19,2 млн человек жили за абсолютной чертой бедности (13,5% населения). По сравнению с 2009 годом, численность абсолютно бедного населения сократилась на 13% (на 3,8 млн человек).
 


2.2 Величина прожиточного минимума
Оценка  Росстата величины прожиточного минимума в 2008 году в целом на основе поквартальных данных составила 4593 руб. Таким образом, если рассматривать весь 2008 год, то 21,6 млн человек жили за абсолютной чертой бедности (15,3% населения). По сравнению с 2007 годом, численность абсолютно бедного населения сократилась на 3,6% (на 2,4 млн человек).
 
Таблица 1.Величина прожиточного минимума в 2005-2010 гг. (в среднем на душу населения; рублей в месяц)
 
  Все
население
в том числе по социально-демографическим
группам населения
Соотношение
среднедушевых
денежных доходов
населения
с величиной прожиточного
минимума, процентов
трудоспособное 
население
пенсионеры
дети
2005
3018
3025
2418
2896
268,8
2006
3422
3695
2731
3279
298,0
2007
3847
4159
3065
3679
327,6
2008
4593
4971
3644
4389
325,3
2009
5153
5572
4100
4930
326,8
2010
5688
6138
4521
5489
330,0
 
Таблица 2. Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума и дефицит денежного дохода)
2005
2006
2007
2008
2009
2010
 
 
Численность населения с денежными  доходами ниже величины прожиточного минимума:
           
 млн. человек
25,2
21,5
18,7
18,9
 18,5
 18,1
 в процентах от общей численности 
населения
17,7
15,2
13,3
13,4
13,2
12,8
Дефицит денежного дохода:
           
 млрд. руб. (1995 г. - трлн. руб.)
289,9
276,6
270,3
325,4
357,0
384,4
 в процентах от общего  объема 
денежных доходов населения
2,1
1,6
1,3
1,3
1,3
1,2
 

2.3 Анализ структуры населения с доходами ниже величины прожиточного минимума
Если  взглянуть на половозрастной состав населения с доходами ниже величины прожиточного минимума, то оказывается, что в 2006 году, по данным Росстата, 65,7% абсолютно бедных россиян – это  граждане трудоспособного возраста (мужчины и женщины с 16 до 59 или 54 лет соответственно) (таб. 3).
При этом, начиная с посткризисного 1999 года, их доля в структуре населения  с доходами ниже величины прожиточного минимума стабильно возрастает.
 
Таблица 3. Распределение  населения с доходами ниже величины прожиточного минимума по половозрастным группам, в % к итогу.
 
 
Все население с денежными  доходами ниже величины прожиточного минимума
100
100
100
100
100
100
в том числе:
дети в возрасте до 16 лет 
28,3
29,8
30,1
27,8
25,0
24,4
молодежь от 16 до 30 лет
17,7
19,3
19,5
20,1
20,5
22,9
женщины от 31 до 54 лет
17,4
20,1
21,8
20,9
21,6
21,3
мужчины то 31 до 59 лет
16,8
19,7
18,7
18,5
18,4
18,2
женщины старше 55 лет
15,2
9,0
7,9
9,6
10,8
 
13,2
мужчины старше 60 лет
4,6
2,1
2,0
3,1
3,7
 
 
Обращает  на себя внимание тот факт, что более  четверти бедного населения –  это россияне в возрасте 16-30 лет, т.е. наиболее социально активная группа населения. Кроме того, это единственная группа, доля которой в половозрастной структуре бедного населения  постоянно увеличивается с 1992 года. Таким образом, среди бедных все больше становится людей молодых – людей с наиболее высокими социальными ожиданиями. Причем соответствующая динамика более чем устойчивая и многолетняя (рисунок 1).

Рисунок 1. Динамика доли молодежи 16-30 лет в структуре  населения с доходами ниже величины прожиточного минимума.
 
Увеличение  бедных среди молодежи нуждается  в объяснении причин столь тревожного явления. Тот факт, что именно к  данной возрастной категории относятся  студенты вузов, получающие стипендии  в размерах, гарантирующих им нахождение ниже черты бедности, заставляет обратить внимание на рост численности студентов. Соответствующая динамика впечатляет: если в 1998 году в России насчитывалось 4,8 млн. студентов, то в 2008 году их стало уже 14,4млн. (рост в 3раза). А вот предположение о том, что растущая доля молодежи среди бедных объясняется также ростом безработицы в данной категории населения, не находит подтверждения. Если число безработных в возрасте до 29 лет в 1999 году составляло 48,5% от общей численности безработных, то в 2008 году этот показатель составил 45%.
Необходимо  также отметить тот факт, что вопреки  сложившемуся мнению, пенсионеры среди  бедных составляют отнюдь не самую  многочисленную группу. Суммарно женщины  старше 55 лет и мужчины старше 60 лет составляли в 2008 году 13,1% (8,7%+3,4% соответственно) от общего числа бедных.
Кроме того, необходимо учитывать, что для данной категории граждан установлена  более низкая величина прожиточного минимума. По-видимому, дело в том, что  трудоспособное население гораздо  в большей степени скрывает свои «теневые» доходы по сравнению с  пенсионерами, у которых, к тому же, их меньше. Вот и получается, что  пенсионеры с их официальными пенсиями, позволяющими балансировать на грани  прожиточного минимума, выглядят чуть ли не самой обеспеченной прослойкой населения.
Показатель  количества граждан, проживающих за чертой бедности, существенно варьируется  не только в зависимости от пола и возраста, но и в зависимости  от региона. Межрегиональные различия связаны как с различиями в  суммах располагаемых денежных доходов  жителей той или иной области  и с разной стоимостью жизни (установленным в регионе прожиточным минимумом, уровнем потребительских цен), так и с общим уровнем социально - экономического развития того или иного региона.
 
Таблица 4. Численность  населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума (выборочно, по регионам, 2008 год)
Регион
доля населения, %
Ингушетия
57,4
Ямало-Ненецкий АО
7,0
Ханты Мансийский АО
7,9
Тюменская область
11,5
Санкт-Петербург
9,7
Свердловская область
12,2
Москва
13,5
 
Так, по результатам 2006 года в Ингушетии  практически 57,4% жителей признаны официальной  статистикой абсолютно бедными, в то время как в Ямало-Ненецком автономном округе таковых насчитывалось  лишь 7% населения (табл.4).
И такая  раскладка вполне закономерна. Ведь Ингушетия относится к кризисным  регионам, подвергшимся масштабным общественно-политическим конфликтам, вследствие чего экономика региона находится в далеко не лучшем состоянии. Прочие регионы с численностью бедного населения выше среднероссийского уровня также зачастую относятся к депрессивным и слаборазвитым регионам, экономика которых находится в состоянии длительного застоя и характеризуется мало диверсифицированной структурой промышленности, а также слаборазвитой инфраструктурой и социальной сферой. Бедность в таких регионах носит застойный, хронический характер, она перестает быть временным явлением. Человек зачастую считается бедным уже по факту проживания в таком регионе.
Регионы с относительно невысокой численностью населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума (Санкт-Петербург и Москва, Тюменская  и Свердловская области), в основном, относятся к благополучным регионам с высоким потенциалом экономического развития.
При оценке реального количества бедного населения  представляется необходимым учитывать  также тех граждан, которые подвергаются потенциальному риску оказаться  в любой момент за чертой бедности, т.е. тех людей, доходы которых на незначительную величину превышают  прожиточный минимум. Для примера, в качестве «опасной зоны» будем  считать уровень среднедушевых  доходов, на 5% превышающий прожиточный  минимум. Значит, те граждане, доход которых в 2008 году был ниже 4764 руб. в месяц, т.е. превышал прожиточный минимум всего на 171 руб., подвергаются потенциальному риску бедности. Это те граждане, которые, хотя формально и не находятся за абсолютной чертой бедности, но фактически их материальное положение не лучше, чем у официально бедного населения. Повышение порога бедности на 5% приводит к возрастанию доли бедного населения до 16% или на 1,1 млн. человек. 

2.4 Потребительские расходы как индикатор бедности. Структура потребительских расходов.
 
В качестве индикатора бедности можно использовать показатели потребительских расходов и их структуры. Эти показатели достаточно хорошо отражают фактический уровень  жизни тех или иных групп домохозяйств. Исходя из этого подхода, бедным может  считаться гражданин или домохозяйство, в структуре расходов которого превалирует  доля расходов на товары первой необходимости  в целом и, в первую очередь, на продовольствие.
С 1999 года реальные располагаемые денежные доходы населения постоянно росли. Параллельно  наблюдалось сокращение процентной доли расходов на покупку продуктов  питания в общих потребительских  расходах и рост доли расходов на оплату услуг и непродовольственных  товаров. В 2006 году для всего населения  доля расходов на покупку продуктов  питания в совокупных потребительских  расходах составила, по данным Росстата, 31,6%. Тем не менее, до дореформенного уровня 1990 года, когда эта доля составляла 31,5%, современный показатель еще  не понизился (табл. 6).
 
Таблица 6. Структура  потребительских расходов, в % к итогу
 
 
потребительские
расходы всего
100
100
100
100
100
100
расходы на покупку продуктов  питания
52,0
47,6
45,9
41,7
37,7
36
расходы на питание вне  дома
1,7
1,8
2,5
2,4
3,0
3,5
расходы на покупку алкогольных  напитков
2,5
2,5
2,4
2,2
2,2
2,1
расходы на покупку непродовольственных  товаров
30,8
34,3
34,4
36,2
37,3
37,2
расходы на оплату услуг
13,0
13,8
14,8
17,5
19,8
21,2
 
Ситуация  выглядит значительно лучше, если ориентироваться  на результаты исследования «Сколько тратит Россия», проведенного компанией  ФБК в рамках совместного проекта  с телекомпанией REN TV и газетой  «Ведомости» в 2009-2010 гг. Один из основных результатов исследования заключается в том, что на самом деле потребительские расходы россиян оказались более, чем на 72% выше показателя Росстата.
Согласно  проведенным расчетам, на покупку  продуктов питания россияне расходуют  примерно 26,3% от совокупных потребительских  расходов. Однако даже такое значительное снижение доли продовольственных расходов по сравнению с официальными данными  не вывело Россию на средний уровень  европейских стран. По данным Евростата, в европейских странах средний  уровень расходов на продукты для  домашнего питания составляет примерно 13,8%. 

2.5 Потребительские расходы по группам населения.
Существенные  отличия в структуре потребительских  расходов наблюдаются по группам  населения с различным уровнем  доходов (табл.7).
 
Таблица 7. Структура  потребительских расходов домашних хозяйств по группам населения с  различным уровнем доходов в 2006 г. (по материалам выборочного обследования бюджетов домашних хозяйств; в процентах  к итогу)
 
 
Группы населения в  зависимости от уровня доходов)
первая 
(с наимень-шими доходами)
вторая
третья
четвертая
пятая
(с наиболь-шими доходами)
Потребительские расходы - всего
100
100
100
100
100
 в том числе по  группировкам
в соответствии с КИПЦ - ДХ:
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
продукты питания
49,7
45,1
39,3
31,3
22,3
алкогольные напитки, табачные изделия
2,6
2,7
2,8
2,9
2,6
одежда и обувь
8,9
10,0
11,5
11,7
10,8
жилищно-коммунальные услуги, топливо
16,6
14,6
12,6
10,8
11,2
предметы домашнего обихода, бытовая техника, уход за домом
3,0
3,9
5,2
8,4
9,0
здравоохранение
2,0
2,3
2,8
3,4
3,2
транспорт
4,9
6,4
7,4
9,9
18,6
связь
3,8
4,3
4,7
4,6
3,3
организация отдыха и культурных мероприятий
2,8
3,2
5,0
6,8
8,1
образование
0,7
1,5
2,0
2,7
1,9
гостиницы, кафе и рестораны
0,8
1,3
1,7
2,3
3,7
другие товары и услуги
4,2
4,7
5,0
5,2
5,3
 
По данным Росстата, в структуре потребительских  расходов самых малообеспеченных россиян  доля расходов на покупку продуктов  питания в 2009 году составляла 49,7%, а у населения с самыми высокими доходами – только 22,3%. При этом, очевидно, что в абсолютном выражении сумма расходов на продукты питания у богатых россиян существенно превышает сумму продовольственных расходов самых бедных. Структура потребления бедного населения значительно смещена в сторону натурального потребления
Анализ  потребительских расходов по группам  населения со всей очевидностью подтверждает тот факт, что бедные в сравнении  с богатыми больше тратят на товары первой необходимости и, в первую очередь, на продукты питания.
Неравномерно распределение предметов длительного пользования по группам населения с различным уровнем доходов. Наименьший разрыв между группой населения с наименьшими доходами и группой с наибольшими доходами в 2009 году, по данным Росстата, был по наличию в хозяйстве стиральных машин и магнитофонов – всего 1,1 раз. Максимальное расхождение – в 3,5 раза – по наличию компьютера (табл.8). Такое расхождение объяснимо: для богатых, в отличие от бедных, компьютер становится товаром первой необходимости.
 
Таблица8. Население  предметов длительного пользования  по группам населения с различным  уровнем доходов в 2009 г (по материалам выборочного обследования бюджетов домашних хозяйств; на конец года; на 100 домохозяйств; штук)
 
 
Группы населения в  зависимости от уровня доходов)
1-ая
2-ая
3-я
4-ая
5-ая
Телевизоры
122
131
145
160
157
Видеомагнитофоны, видеокамеры
45
54
66
78
82
Персональные компьютеры
13
21
33
46
46
Музыкальные центры
23
28
37
44
43
Холодильники, морозильники
107
114
118
126
124
Стиральные машины
92
96
99
102
102
Электропылесосы
73
83
85
94
94
 


2.6 Межрегиональная дифференциация
 
Серьёзную проблему представляет собой значительная межрегиональная дифференциация населения  по уровню доходов. При этом, фактор экономического развития региона (благополучный  или депрессивный регион) усугубляется факторами территориального расположения (центральные или периферийныеобласти) и типа поселения (городская или  сельская местность). Высокая межрегиональная  дифференциация является следствием целого комплекса причин:
• различия в стоимости жизни и объемах  потребления тех или иных товаров  и услуг в различных местностях;
• социально-экономическое  развитие региона;
• состояние  внутреннего рынка и регионального  рынка труда;
• развитость бизнес-среды и рыночной инфраструктуры;
• отраслевая и экспортная ориентация региона  и, соответственно, его инвестиционная привлекательность и конкурентоспособность.
Кроме того, значимое влияние оказывают географический и климатический факторы, влекущие, например, повышение производственных и транспортных издержек, особенно в отдаленных регионах, снижение производительности труда и, соответственно, снижение рентабельности ведущих отраслей. В наи-
более уязвимом положении оказываются регионы, не производящие ориентированной на экспорт продукции и обделенные богатыми природными ресурсами в  виде нефти, газа и прочих полезных ископаемых.
 
Таблица 10. Распределение  доходов населения по 20%-ым группам(выборочно по регионам, 2009 год), в % к итогу
  коэффициент фондов*
группа населения по уровню дохода
  1 (с наименьшими доходами)
2
3
4
5 (с наибольщими доходами)
Москва
2,9
6,0
10,5
13,8
60,8
41,4
Тюменская область
4,4
8,9
14,0
22,1
50,6
21,4
Ханты-Мансийский АО
5,0
9,6
14,6
22,4
48,4
17,6
Ямало-Ненецкий АО
4,8
9,4
14,5
22,3
49,0
18,6
Самарская область
4,8
9,3
14,4
22,3
49,2
19,0
Ленинградская область
6,6
11,4
16,2
23,0
42,8
10,7
Удмуртская область
7,1
11,9
16,6
23,1
41,3
9,3
Владимирская область
7,7
12,5
17,0
23,1
39,7
8,1
Республика Ингушетия
7,1
11,9
16,6
23,1
41,2
9,2
Тульская область
7,3
12,2
16,7
23,1
40,7
8,9
Санкт-Петербург
4,9
9,5
14,6
22,4
48,6
17,8
 
Как видно  из приведенных в таблице 10 данных, самая низкая дифференциация наблюдается  в депрессивных и кризисных регионах. Это связано с тем, что здесь  в относительном выражении бедных гораздо больше, а богатых –  гораздо меньше, чем в благополучных  регионах. В этих регионах практически все население - одинаково бедное. Самая высокая дифференциация населения по доходам наблюдается в наиболее благополучных регионах - в Москве и Тюмени. С другой стороны, как раз в благополучных регионах самая низкая доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума. Это объясняется концентрацией в этих центрах наиболее обеспеченных слоев населения и нефтегазовой элиты.
В благополучных  регионах бедность, хотя и представлена относительно малочисленной группой  населения, но носит ярко выраженный характер на фоне образа жизни высокодоходной группы населения. Однако, сами представители  малообеспеченных слоев, проживающие  в благополучных регионах, четко  осознают, что их положение еще  не самое худшее. Ведь лучше быть бедным в окружении богатых в  Москве или другом крупном городе или районном центре, чем бедным среди таких же бедных в неблагополучном регионе. Да и само понятие «богатство», равно как и «бедность», в понимании жителей, например, Москвы и Тверской области, сильно различается. Получается, что сама по себе высокая дифференциация населения в «богатых» регионах не является определяющей причиной роста социальной напряженности.
Есть  еще одна причина, в какой-то мере объясняющая тот, на первый взгляд парадоксальный факт, что, несмотря на очень высокую  дифференциацию населения в отдельных  регионах, социальное спокойствие в  них оказывается более высоким. Дело в том, что сравнение по 10-процентным (децильным) группам для бедных регионов оказывается не совсем корректным. В группу наиболее богатых в этих регионах при таком подходе попадают и те, кто в благополучном регионе  был бы весьма далек от нее. Вот  и получается, что бедные в регионах с высокой дифференциацией населения  значительно богаче бедных в регионах с низкой дифференциацией, а богатые  в последних, напротив, гораздо беднее по сравнению со своими соседями из богатых регионов.
Если  же взять не 10-процентные, а, например, 2-процентные группы, то дифференциация населения в бедных регионах окажется, скорее всего, более высокой по сравнению  с богатыми регионами.
Основным  источником дохода трудоспособного  населения в России является заработная плата. На долю оплаты труда в денежных доходах населения в 2006 году пришлось, по данным Росстата, 64,9%. Поэтому закономерно, что очень высокая дифференциация населения по доходам в целом  в большей мере обусловлена значительными  различиями в оплате труда.
Традиционно для России наиболее высокие заработки  концентрируются в топливно-энергетическом комплексе, цветной металлургии, сфере  финансов, кредитования и страхования, а минимальная оплата труда характерна для бюджетной сферы, легкой промышленности и сельского хозяйства. По данным Росстата, самая низкая среднемесячная заработная плата в 2006году была зафиксирована в сельском хозяйстве - в среднем 4568,7 руб. и легкой промышленности –4964,3 руб.
Самую высокую  среднемесячную заработную плату в 2007 году получали работники газовой (33 760 руб.) и нефтедобывающей (23 755 руб.) отраслей.
Для оценки неравенства распределения заработных плат между работниками бюджетных  и небюджетных отраслей к бюджетным  отраслям экономики отнесем здравоохранение, физическую культуру, социальное обеспечение, образование, культуру и искусство, науку и научное обслуживание, управление. Все прочие отрасли будем  считать небюджетными.
Поскольку традиционно для России большинство  предприятий и организаций из вышеперечисленных отраслей состоят  на бюджетном финансировании, то для  оценочных расчетов подобная разбивка отраслей на бюджетные и небюджетные  может быть принята за основу.
В 2006 году, по данным Росстата, соотношение между совокупной начисленной заработной платой работников отраслей, выделенных нами в качестве бюджетных, и всех работников прочих отраслей составляло 20/80. При этом, в бюджетных отраслях было занято примерно 25% от среднегодовой численности занятых во всей экономике.
Тот факт, что доля зарплат бюджетников  составляет всего 20% от общих «зарплатных» доходов населения страны, заставляет по иному взглянуть на традиционные правительственные аргументы: резко  повышать зарплату бюджетникам нельзя, потому что это спровоцирует инфляцию. Если принять такие аргументы, то получается, что повышение зарплаты для одних - это инфляция, а для других - нет. Понятно, что так не бывает, и доводы в пользу ограничения повышения зарплат бюджетникам в качестве антиинфляционной меры становятся не совсем убедительными.
 


2.7 Субъективные оценки бедности в России
 
Помимо  измерения абсолютного уровня бедности на основе статистических методов и  обследования домохозяйств на предмет  доходов и расходов, существует метод  определения субъективной бедности. Согласно этой методике, к бедным относят  тех граждан, которые субъективно, по личным социально-психологическим  ощущениям, считают себя бедными. Согласно последним доступным результатам  официальных статистических обследований домохозяйств, проведенных в конце 2008 года Росстатом, почти 31,8% опрошенных оценивают свое личное материальное положение как плохое и 4,6 % - как очень плохое (табл. 12). Таким образом, субъективный уровень бедности (36,4%) более чем в 2 раза превышает официальный показатель числа россиян, живущих за чертой бедности, определяемый по количеству граждан с доходами ниже величины прожиточного минимума.
 
 


2.8 Пути решения проблемы бедности и дифференциации населения по доходам (результаты социологического исследования и их интерпретация)
 
При комплексном  анализе проблемы бедности, как и любой социальной проблемы, и поиска путей ее решения очень важно учитывать мнения и субъективные оценки населения. Поскольку такие сведения возможно получить лишь непосредственно от самого населения, то в рамках данного исследования стала целесообразной организация независимого социологического исследования. По заказу ФБК такое социологическое исследование провел Аналитический центр Юрия Левады (Левада-Центр) – одна из авторитетнейших в России организаций в области социальных, политических, экономических и маркетинговых исследований на базе массовых опросов населения, опросов экспертов и элит, фокус-групп, углубленных интервью и других социологических методов.
В рамках опроса общественного мнения, респондентам задавался вопрос «Какой путь борьбы с бедностью и неравенством в доходах населения России Вы считаете наилучшим?».
Предлагались  следующие варианты ответов:
1 - государство  должно увеличить заработную плату работникам бюджетной сферы и размеры социальных выплат (пенсии, стипендии и пр.);
2 - бизнес  должен взять на себя ответственность за социальную поддержку населения страны;
3 - нужно  отнять у богатых сверхдоходы  и собственность и поделить их между бедными;
4 - люди  должны сами заботиться о своем благополучии, не перекладывая свои проблемы на государство и общество;
5 - другое.
Опрос был  проведен в мае 2007 года, число опрошенных составило 2107 человек. Опросом были охвачены все половозрастные и социальные группы населения во всех регионах страны. Результаты представлены в Приложении 1.
 

Источник: Левада-Центр, по заказу ФБК
Рисунок 12. Распределение ответов  населения на вопрос социологического
исследования.
Как видно  на рисунке 12, большинство опрошенных (60,7%) считает, что наилучшим путем борьбы с бедностью и неравенством в доходах населения будут соответствующие усилия государства. Сами же готовы о себе позаботиться только 8,2%. Цифры говорят сами за себя: настроения социального иждивенчества в обществе чрезвычайно велики. Однако вряд ли было бы справедливым винить в этом только самих граждан. В конце концов, все мы вышли из социализма, где государство было в ответе за все. Кроме того, статья 7 Конституции РФ, как известно, гласит, что «Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека». Получается, что выбор большинства опрошенных является вполне оправданным. Если государство социальное, оно и должно решать проблемы бедности и неравенства.
Много и  тех, кто считает, что именно бизнес должен взять на себя ответствен-
ность за социальную поддержку населения страны – 14,5% опрошенных. Столь относительно высокий показатель является, без сомнения, результатом кампании последних лет, когда тема «привития» бизнесу большей социальной ответственности стала чрезвычайно популярной. Ошибкой бизнеса стало то, что он начал активно подыгрывать в развитии этой темы. Конференции, круглые столы, семинары по данной проблематике прошли по всей стране. Стали учреждаться премии «самым социально ответственным» и т.д. и т.п. В результате, значительная часть населения действительно поверила в то, что бизнес должен заниматься социальной благотворительностью. Таким образом, данный результат опроса достаточно логичный, если учесть, что риторика о высокой социальной ответственности бизнеса звучала как прикрытие позиции государства по отношению к бизнесу.
Наконец, самый тревожный результат – 11,4% опрошенных считают, что нужно «отнять и поделить». Это чрезвычайно высокий показатель, потому что такой путь - путь экстремизма. Это путь, на который Россия уже вставала в 1917 году. Результат известен. Получается, что сегодня в России людей, которые готовы сами заботиться о своем благополучии, существенно меньше по сравнению с теми, кто желает насильственно лишить богатых сверхдоходов и собственности.
 


3. Уровень бедности в Ханты – Мансийском автономном округе – Югре
Ханты-Мансийский АО — единственный в России пример автономного округа, экономически более  развитого и имеющего большую  численность населения по сравнению  со своей "материнской" территорией  — Тюменской областью. Такое положение  сложилось только в 1990-е годы, когда  нефтедобывающий округ смог использовать преимущества самостоятельного распоряжения финансовыми ресурсами. Доля ХМАО в  суммарном ВРП субъектов РФ в 2007 г. достигла 10,2%, округ уступает только Москве. Объем ВРП Ханты-Мансийского АО в 8 раз больше, чем Тюменской области (без автономных округов), в 1,5 раза превышает ВРП всего Дальнего Востока и практически равен Южному федеральному округу. Но большая часть произведенного продукта перераспределяется федеральным центром, поэтому фактическое конечное потребление домохозяйств ХМАО составляет только 15% ВРП (в среднем по субъектам РФ - 61%). При этом инвестиции в развитие экономики округа очень велики: по объему инвестиций в основной капитал ХМАО уступает только столице страны, причем почти 70% инвестиций приходится на частных собственников. В отраслевом разрезе доминируют инвестиции в промышленность (64–74% в последние годы), так как крупные нефтяные компании вкладывают значительные средства для обеспечения роста нефтедобычи.
По объему промышленного производства округ  занимает устойчивое 1-е место среди субъектов РФ, его доля за 2004 - 2008 гг. выросла с 7,9 до 20,1% (без дооценки на неформальную деятельность). ХМАО - моно отраслевой регион, где добывается более 55% российской нефти, поэтому в отраслевой структуре экономики доминирует топливная промышленность (88%), еще 7% приходится на электроэнергетику. Спад промышленного производства в первой половине 1990-х гг. был в округе менее сильным, чем в среднем по стране, поэтому уровень производства в 2007 г. составил 72% от показателя 1999 г. (в среднем по РФ — 63%). По сравнению с другими нефтегазодобывающими регионами ХМАО по динамике промышленного производства отстает не только от более устойчиво развивавшегося Ямало-Ненецкого АО, но также от Самарской области и Татарстана, которые отличаются более диверсифицированной экономикой и поэтому смогли легче пережить переходный период. Но в последние годы монопрофильность стала способствовать ускоренному росту промышленного производства в ХМАО, так как высокие цены на нефть стимулируют рост нефтедобычи.
Среди муниципалитетов ХМАО по объему промышленного производства, представленного в основном добычей нефти, выделяются крупнейший город округа Сургут и Сургутский район, на долю которых приходится 43% производства всего округа.
Округ является крупнейшим донором федерального бюджета, куда уходит до 80% налогов, собираемых на территории ХМАО. В консолидированном  бюджете ХМАО очень высока доля регионального  бюджета. Проще говоря, региональная власть забирает себе 69% всех доходов  консолидированного бюджета округа, а муниципалитетам остается 31% (в среднем по стране - 50 : 50). Практически все изъятые у муниципалитетов бюджетные доходы затем возвращаются к ним через систему трансфертов, на эти цели идет 45% всех расходов регионального бюджета! Казалось бы, зачем нужно гонять деньги "туда-обратно"? Но этому есть объяснение. В округе не используется формализованная процедура перераспределения, поэтому принятие регионального бюджета на каждый год сопровождается согласованием, а точнее — торгом за трансферты муниципалитетам. Такая политика позволяет региональным властям жестко контролировать "вольницу" муниципалитетов, разделенных между отдельными нефтяными компаниями. Однако следствием сложившейся политики перераспределения стало очень значительное неравенство душевых расходов муниципальных бюджетов (рис. 4). Явно выигрывают районы и столица округа, а в остальных городах ХМАО душевые расходы муниципальных бюджетов намного ниже. Наиболее проблемны крупные города — Нефтеюганск и Нижневартовск. На долю Нижневартовска в 2002 г. приходилась почти половина дефицита бюджета всех муниципальных образований ХМАО, город тратил на 13% больше, чем имел доходов, залезая в долги.

 
Как и  во всех северных регионах, уровень  экономической активности населения  округа значительно выше среднего по стране. В период экономического роста (2005–2008 гг.) доля экономически активного населения достигала 71–75%, в то время как в среднем по России — 64–65%. Округ — индустриальная "рабочая лошадка" российской экономики, его структура занятости сильно смещена в сторону отраслей материального производства и транспорта при более скромной занятости в торговле и бюджетных услугах . После кризисных явлений на рынке труда в начале 2000-х гг. Тюменский Север вновь стал напоминать по структуре занятых типичный регион нового освоения советских времен, куда потоком идут инвестиции. Но такая структура очень уязвима: в годы резкого падения цен на нефть численность занятых в промышленности была ниже на треть по сравнению с современной (222 тыс. человек в 2003 г. и 416 тыс. человек в 2008 г.). Из-за монопрофильности экономики рынок труда ХМАО более сильно реагирует на любые изменения, как негативные, так и позитивные, его легче "раскачать". Поскольку ХМАО уже стал обжитой территорией, в которой жизнь обустраивается "всерьез и надолго", ему крайне необходимо наращивать постиндустриальные функции для стабилизации развития. Структура занятости должна меняться в сторону сервисной экономики, развития деловых и потребительских услуг, а для этого нужны инвестиции и бюджетные ресурсы. Иначе при новых потрясениях на мировом рынке нефти социальные проблемы в ХМАО будут намного более острыми, чем в стране в целом, а полтора миллиона человек "на материк" не отправишь.
Несмотря  на быстрый рост экономики, уровни общей  и зарегистрированной безработицы  в ХМАО были и остаются худшими  по сравнению со средними по стране. Проблемы безработицы в ХМАО острее и по сравнению с "соседом" - Ямало-Ненецким АО (рис. 6). Причины в продолжающемся росте численности трудоспособного населения при ограниченных возможностях трудоустройства в нефтяной отрасли, которая не относится к трудоемким, и в пока еще недостаточно развитом секторе услуг. ЯНАО же как более северный регион имел меньший приток мигрантов в последнее десятилетие, но важнее то, что "Газпром", оставаясь фактически государственной компанией, проводит менее жесткую политику оптимизации занятости по сравнению с частными нефтяными компаниями. Новые рабочие места в обоих автономных округах создаются реже, чем в более освоенных районах страны: если в среднем по РФ на одну вакансию в 2008 г. приходилось 4,1 безработных, то в ХМАО — 7,4, а в ЯНАО — 7,0 человека. Только за 2008 г. нагрузка безработными на одну вакансию в обоих округах выросла почти вдвое.

Рис. 6. Динамика общей и зарегистрированной безработицы 
 
Более благополучным  положением на рынке труда отличаются крупные города и столица округа: в Сургуте, Нижневартовске и Ханты-Мансийске  на одну вакансию приходится не более 1 - 2 безработных, в Нефтеюганске - 5. Почти во всех районах (за исключением Сургутского и Нефтеюганского) и в меньших по численности населения городах ситуация на рынке труда очень напряженная, на одну вакансию претендуют от 14 до 80 безработных. Проблема трудоустройства молодежи - общая для всех муниципалитетов, хотя в крупных городах она все же решается легче. В небольших городах и поселках, расположенных в основных районах нефтедобычи, существует традиция передачи рабочего места "по наследству" - от уходящих на пенсию родителей детям. При этом, как показывают социологические опросы, местное население довольно лояльно относится к вахтовым бригадам, которые привлекаются нефтяными компаниями из других регионов страны, особенно из Поволжья и Предуралья, для добычи нефти и транспортировки грузов.
Социально-экономическое  положение домохозяйств. Принято  считать, что в России есть только три субъекта с относительно высоким уровнем жизни населения - Москва и автономные округа Тюменской области. Это подтверждают и данные статистики: по соотношению доходов и прожиточного минимума столица и нефтегазовые округа значительно оторвались от остальных регионов страны, и этот разрыв не сокращается (рис. 7).

Еще большие  различия дают душевые показатели ВРП  — в округе они в 14,8 раза выше среднероссийских (с учетом стоимости  жизни в регионе). Можно подумать, что жители ХМАО уже обитают в  Кувейте. Но нужно сравнивать не душевые  показатели ВРП, а только ту его часть, которая реально потребляется населением, — конечное потребление домохозяйств, включающее расходы домохозяйств в своем регионе и социальные трансферты государства. С учетом различий в стоимости жизни (прожиточный минимум в ХМАО на 58% выше, чем в среднем по стране) душевое конечное потребление домохозяйств ХМАО лишь на 11% выше среднего по России. Разумеется, здесь учтены не все расходы — немалую часть средств жители ХМАО тратят за пределами округа, это расходы на образование детей, отдых, приобретение недвижимости и автомобилей. Но это частные расходы домохозяйств на социально значимые цели: восстановление трудоспособности, социализацию детей, решение проблемы жилья после выезда с Севера, которые население финансирует само, не обременяя государство. Более того, такие траты поддерживают платежеспособный спрос на услуги и способствуют развитию экономики других регионов. Обычное, ежедневное потребление жителей ХМАО отличается от средних показателей по стране несущественно (табл. 2). Не стоит забывать и то, что жители более южной Тюменской области имеют возможность получать дополнительные доходы от личного подсобного хозяйства, которое в ХМАО не развито из-за более суровых климатических условий.
 
Таблица 2. Душевое конечное потребление  домохозяйств отдельных 
  Душевое конечное потребление домохозяйств (ДКПД), тыс. руб.
Отношение прожиточного минимума (ПМ) к среднерос-сийскому, раз
ДКПД с учетом стоимости жизни, тыс. руб.
Отношение к среднему ДКПД для регионов России, %
Регионы РФ, в среднем
33,2
1
33,2
100
ХМАО
58,4
1,58
37,0
111
Тюменская область
35,1
1,05
33,4
100
 
Как и  во всех ресурсно-экспортных регионах, в ХМАО очень велики отраслевые контрасты  в уровне оплаты труда, заработки  в промышленности в 2–2,5 раза выше заработной платы в бюджетных отраслях. Особенность  округа — высокие заработки в  науке и высшем образовании, эти  отрасли финансируются из регионального  бюджета как приоритетные для  привлечения квалифицированных  кадров. Благодаря такой политике начался приток научных и преподавательских  кадров из Новосибирского Академгородка, Томска, Екатеринбурга, Тюмени. Помимо заработной платы, значительные средства тратятся и на научное оборудование. Приведем только два примера. Для  Югорского НИИ информационных технологий Ханты-Мансийска приобретен один из двух закупленных в США суперкомпьютеров, второй находится в Москве. В новом Югорском университете действуют 6 мультимедийных аудиторий, а в МГУ им. Ломоносова таких аудиторий нет вовсе.
Различия  в оплате труда в большинстве  муниципалитетов настолько четко  показывают роль нефтяной промышленности в их развитии и состояние самих  нефтедобывающих предприятий, что  мы привели показатели по всем муниципальным  образованиям. Экономическое отставание западной части округа проявляется  в более низких заработках в Кондинском, Советском, Березовском и Октябрьском районах. Еще одна особенность ХМАО в том, что его столица не является лидером по заработкам из-за преобладания занятых в бюджетных отраслях. В округе не сформировались типичные для России центро-периферийные различия в уровне жизни, столица ХМАО уступает крупнейшим нефтедобывающим городам и районам. А поскольку Ханты-Мансийск не воспринимается жителями других городов, особенно Сургута, как полноценный центр, приоритетное бюджетное финансирование столицы кажется многим несправедливым.
Уровень бедности в тюменских округах  — самый низкий в стране: в  ХМАО — 12%, в ЯНАО — 7% (2002 г.). Даже богатая  Москва имеет гораздо более высокую  поляризацию доходов, бедных в столице 21% населения. В абсолютных цифрах численность  живущих за чертой бедности в ХМАО составляет 170 тыс. человек, и эта "северная" бедность более опасна, она быстрее  перерастает в маргинальный образ  жизни с алкоголизмом, социальными  болезнями, асоциальным поведением бомжей. Из такого состояния намного  труднее вывести, чем из обычной  российской бедности, связанной с  низкой заработной платой в бюджетных  отраслях и сельском хозяйстве.
Округ имеет  наиболее широкую систему мер  социальной защиты населения, финансируемой  из бюджета ХМАО: выплаты в размере  до 3,5 тыс. руб. неработающим матерям  по уходу за детьми до 3 лет; бесплатное лекарственное обеспечение семей с детьми до 6 лет, организация оздоровления и летнего отдыха детей; доплаты пенсионерам-бюджетникам, льготы для ветеранов ХМАО; программы обеспечения жильем молодежи через софинансирование. Можно спорить об эффективности многочисленных категориальных льгот, но система уже создана, и население к этим выплатам привыкло. В соответствии с принятым федеральным законом о передаче полномочий автономных округов их "материнским" регионам, в 2005 г. большая часть налоговых доходов округа будет идти в бюджет Тюменской области, которая должна финансировать большую часть социальных расходов. В Тюменской области уровень жизни населения значительно ниже и нет такого широкого спектра социальных программ. Можно предполагать, что изменение законодательства создаст серьезные проблемы по финансированию сложившейся системы социальной защиты в ХМАО. Проблему усугубляет предстоящий переход на денежные выплаты вместо льгот, в рамках которого возрастают расходные обязательства регионов, которым придется финансировать детские пособия, жилищные субсидии, северные надбавки к заработной плате и др. 

Выводы и предложения.
Сдерживающими факторами для введения социальной помощи малоимущим являются, прежде всего:
    Отсутствие четкого разграничения предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления в вопросах оказания социальной поддержки отдельных групп населения, в том числе по финансированию социальных выплат.
    Недостаточность финансовых ресурсов, которые могут быть выделены в регионах на эти цели.
    Сохранение действующей системы многочисленных социальных льгот различным категориям граждан, предоставляемых без учета факторов нуждаемости.
В основу стратегии, направленной на совершенствование  мер социальной защиты населения  при переходе на новую систему  оплаты жилья и коммунальных услуг, Правительством Российской Федерации  положен принцип адресной направленности социальной помощи.
Основными директивными актами, определяющими  эту стратегию являются:
    Федеральная целевая программа «Жилище» на 2002-2010 годы, утверждённая постановлением Правительства Российской Федерации от 17 сентября 2001 года № 675;
    Подпрограмма «Реформирование и модернизация жилищно-коммунального комплекса Российской Федерации», утверждённая постановлением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2001 года № 797.
Исходя  из положений указанных документов, к основным подходам по совершенствованию (упорядочению) предоставления мер  социальной защиты населения, в том  числе при оплате жилья и коммунальных услуг, можно отнести:
    усиление адресности социальной поддержки населения (замена натуральных льгот жилищными субсидиями);
    повышение защиты социально уязвимых домохозяйств, которые не имеют возможностей для самостоятельного решения социальных проблем и нуждаются в государственной поддержке (учёт доходов при предоставлении мер социальной защиты);
    перевод в денежную форму натуральных льгот (для военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов – отмена льгот с одновременным увеличением их денежного довольствия);
    приведение социальных обязательств государства в соответствие с его ресурсами;
    сокращение бюджетных субсидий производителям товаров и услуг;
    упразднение социально неоправданных льгот.
Рекомендации Мирового банка по борьбе с бедностью, сформулированные в Целях развития на тысячелетие  до 2015 года, весьма конкретны: уменьшить  число голодающих в два раза, дать всем детям обязательное начальное  образование, дать девочкам больше возможностей при получении начального и среднего образования, сократить детскую  смертность на две трети и т.п.
Надо отметить, что решение проблем  бедности в мире идет по линии предоставления первичного образования и медицинского обслуживания, преодоления дискриминации  в отношении девочек и женщин. Все правильно. Актуализировать  свою рыночную стоимость люди могут  лишь на пути «модернизации» собственной  личности. Государство должно им в  этом помочь. Эксперты пока и мечтать не могут о всеобщем среднем образовании для большинства бедных, не говоря уже о высшем.
 
Исследование  темы бедности и дифференциации населения по доходам позволяет выявить множество тенденций, фактов, на которые обязательно надо обращать внимание при выработке мер, минимизирующих масштаб этих явлений.
Чтобы не повторяться, и сам доклад, и его основные выводы сформулированы таким образом, чтобы акцентировать внимание на том, что ранее выпадало из поля зрения исследователей и чиновников.
Можно сформулировать следующие основные выводы исследования:
• Динамика доли социальных расходов в совокупных расходах федерального бюджета свидетельствует о том, что они не являются приоритетными.
• Среди  бедных все больше становится людей молодых – людей с наиболее высокими социальными ожиданиями.
• Субъективный показатель уровня бедности (42,2% - доля граждан, которые сами себя считают бедными) более чем в 2 раза превышает официальный показатель численности россиян, живущих за чертой бедности. В настоящее время существует явная недооценка важности субъективного показателя бедности. Электоральные предпочтения граждан, их лояльность или, напротив, нелояльность к предлагаемым правительством мерам социально - экономической политики зависит не от того, сколько правительство насчитало бедных в стране, а от того, ощущают ли сами граждане себя таковыми.
• Одной  из причин увеличивающейся в последние  годы дифференциации населения по доходам является резкое увеличение доли доходов от собствености в общей структуре денежных доходов населения (с 5,2% в 2008 году до 9,2% в 2004 году). В то же время доля доходов от предпринимательской деятельности сокращается (с 15,4% в 2000 году до 11,8% в 2004 году). Такое перераспределение требует внимания, так как есть риск превратиться в «общество-рантье».
• Потребительские  расходы россиян более чем на 70% превышают официальный показатель. Однако даже учет этого не меняет того факта, что расходы населения на продовольствие значительно превышают соответствующие западноевропейские показатели, что является, соответственно, объективным показателем более низкого уровня жизни россиян.
• В решении  проблем бедности и высокой дифференциации населения по доходам проводимые социальные реформы (пенсионная, монетизация льгот) имели ограниченный эффект.
• Результаты проведенного социологического исследования свидетельствуют о том, что:
    Россияне
    и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением оригинальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.