Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Развитие уголовного права в России в XI - XVIII веках

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 03.05.2013. Год: 2013. Страниц: 73. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Развитие уголовного права в Древней Руси
ГРУППА  № 9
 
 
 
                         КУРСОВАЯ  РАБОТА
        ПО  ИСТОРИИ  ГОСУДАРСТВА  И  ПРАВА
                                  РОССИИ
 
                            СТУДЕНТА  I  КУРСА
     МОСКОВСКОГО ЗАОЧНОГО ФАКУЛЬТЕТА  МГЮА
                   ОТДЕЛЕНИЕ  “ПРАВОВЕДЕНИЕ”
 
         ЖУРАВЧАКА ВЛАДИМИРА ВЯЧЕСЛАВОВИЧА.
 
 
 
         РАЗВИТИЕ  УГОЛОВНОГО  ПРАВА  В  РОССИИ
                                     В XI - XVIII вв.
 
                                   Содержание.
 
                                                                    ВВЕДЕНИЕ
............................................................................
........3
1. УГОЛОВНОЕ ПРАВО ДРЕВНЕЙ РУСИ ..................................4.
     1.1. Уголовное право Руси в сочинениях арабских
                                                                     авторов
............................................................................
....-.
     1.2. Нормы уголовного права в русско-византийских
                                                                   договорах
............................................................................
-.
     1.3. Нормы уголовного права в Русской Правде  .......................-.
 
                       1.3.1.                 Виды                 наказаний
.............................................................5.
                      1.3.2.                Виды                преступлений
.......................................................6.
     1.4. Нормы уголовного права в других источниках ...................8.
                  1.4.1.           Устав           князя            Ярослава
....................................................-.
                 1.4.2.          Псковская          Судная           Грамота
............................................9.
2. УГОЛОВНОЕ ПРАВО ПО СУДЕБНИКАМ  XV - XVI вв. .......10.
                      2.1.                  Виды                   наказаний
..................................................................11.
                     2.2.                 Виды                  преступлений
..............................................................-.
3. НОРМЫ  УГОЛОВНОГО  ПРАВА   В  СОБОРНОМ
                        УЛОЖЕНИИ                   1649                   г.
.................................................................12.
                    3.1.                Общая                 характеристика
..........................................................-.
        3.2.     Цели,     система     и     основные     виды     наказаний
........................14.
              3.3.            Основные           виды           преступлений
...........................................18.
4. УГОЛОВНОЕ ПРАВО В РОССИИ В НАЧАЛЕ  XVIII вв. .......24.
                    4.1.                Общая                 характеристика
..........................................................-.
                     4.2.                 Виды                  преступлений
.............................................................26.
              4.3.          Цели          и          виды          наказаний
.......................................................35.
                                                                  ЗАКЛЮЧЕНИЕ
............................................................................
.43.
                                                                  ПРИМЕЧАНИЯ
............................................................................
.44.
                              СПИСОК                              ЛИТЕРАТУРЫ
..............................................................45.
 
 
 
РАЗВИТИЕ  УГОЛОВНОГО  ПРАВА  В  РОССИИ  В XI - XVIII вв.
 
                                          ВВЕДЕНИЕ.
 
       Являясь одним из важнейших компонентов  в  системе  права,  уголовное
право концентрирует на себе пристальное внимание представителей  современной
юридической науки и практики.
       Актуальность изучения  вопросов  истории  развития  уголовного  права
обусловлено  тем,  что  во  все  времена  существовали  и,  я  думаю,  будут
существовать преступления.  Причины,  толкающие  человека  на  преступление,
многообразны, но преступление всегда  было  поступком,  направленным  против
общественного  или  государственного  строя,  личности  или  имущества.  Для
облегчения и упорядочения борьбы с  ними  государство  создало  систему  мер
наказания,  применяемых  к  лицам,   признанным   виновными   в   совершении
преступления. С усложнением  структуры  государства,  с  развитием  общества
появляются  новые  “сферы”,  в  которых  появляется  возможность  совершения
преступления.   Появляются    новые    виды    преступлений.    Преступления
классифицируются  по   направленности   и   степени    посягательства.   Как
следствие, усложняется  система наказаний. С  течением  времени   изменяется
  и   само  понятие  преступления.  Таким   образом,   уголовное   постоянно
изменяется и развивается. В данной работе хотелось  бы  рассмотреть  историю
развития  уголовного  права  в  России   в   XI   -   XVIII   веках.   Ввиду
многоплановости  темы,  в  работе  сосредоточено  внимание  на  исследовании
узловых проблем и поставлены следующие задачи:
    - проследить процесс развития и изменения понятия преступления;
    - дать объяснение причин этих изменений;
- показать как изменялась и усложнялась система преступлений;
- показать как в  соответствии  с  этим  изменялась  и  усложнялась  система
наказаний;
- показать классовую сущность  феодального  права  как  права-привилегии  на
различных этапах развития.
 
 
 
                    УГОЛОВНОЕ ПРАВО ДРЕВНЕЙ РУСИ.
 
    Уголовное право складывалось на Руси, да и не только на Руси, как право
феодальное, право - привилегия. Это ясно видно  из  статей  Русской  Правды.
Так, личность и  имущество  холопов  вообще  не  защищались,  а  личность  и
имущество зависимого крестьянина охранялись в меньшей степени, чем  личность
и  имущество  свободного  человека,  в  особенности  феодала.  За   убийство
огнищанина или “княжьего мужа” виновный должен был выплатить князю штраф  80
гривен, за свободного человека - 40 гривен, а за убийство смерда -  всего  5
гривен...
    В дальнейшем, при анализе документов, на эти элементы  в  работе  будет
обращаться внимание.
 
    О  преступлениях  и  наказаниях  за  их  совершение   упоминают   такие
письменные  источники,  как   русско-византийские   договора   и   сочинения
восточных авторов. Арабские источники VI- начала IX вв.  касаются  отдельных
сторон жизни славян; источники, относящиеся ко  второй  половине  IX-X  вв.,
характеризуют некоторые порядки управления и  суда.  Вот  что  написал  Ибн-
Фодлан в своей “Записке” в 20-х годах X века: “Когда они  поймают  вора  или
разбойника, то приводят его к высокому толстому дереву, привязывают  к  нему
на шею крепкую верёвку, привешивают его за неё и он  остаётся  висеть,  пока
не распадётся на куски...”[1].
    В   русско-византийских   договорах   предусматриваются   такие    виды
преступлений, как убийство (ст. 4 договора 911 г., ст. 13 договора 944  г.),
нанесение телесных повреждений (ст. 5 договора 911 г., ст. 14  договора  944
г.), воровство (ст. 6 договора 911 г., ст. 6  договора  944  г.),  некоторые
другие. За убийство договорами  предусмотрена  смертная  казнь  или  выплата
штрафа семье  потерпевшего, “аще ли убежить  сотворивыи  убииство, аще  есть
имовит”, т.е. если виновный,  скрывшийся  от  правосудия,  имеет  какое-либо
состояние.
    За нанесение телесных повреждений предусмотрен штраф “литр 5 сребра  по
закону Рускому”. Если виновный небогат, то он должен отдать  всё  вплоть  до
одежды, в которой он ходит. Наказания за преступления  против  собственности
по договорам различаются.  В  договоре  911г.  говорится  ,  что,  если  вор
задержан на месте преступления, то он должен быть убит. Если же вор  сдастся
добровольно, то он  должен  вернуть  украденную  вещь  и  выплатить  тройную
стоимость украденного. По договору 944г. вор должен вернуть украденную  вещь
и выплатить её стоимость. Если же вещь уже  продана,  то  он  должен  отдать
вырученные деньги. Кроме того, он должен  был  подвергнуться  наказанию  “по
закону Гречьскому [ и ] по уставу, и по закону Рускому”.
    Кроме норм уголовного права договора содержат  нормы  международного  и
гражданского права.
 
 
    Важнейшим памятником русского права  является  Русская  Правда.  В  ней
содержатся основные сведения об уголовном праве Древней Руси.
    Списки Русской Правды дошли до нас в большом количестве, но  их  единая
классификация до сих пор отсутствует. Имеющиеся списки можно с  определённой
долей уверенности поделить на две группы:
    а) древнейшая редакция Русской  Правды,  так  называемая     “краткая”,
которая состоит из  Правды  Ярослава  и  Правды  Ярославичей  (Академический
список). Кроме того, в неё входят два  самостоятельных  установления:  Покон
вирный (ст. 42) и  Урок  мостникам  (ст.  43).  Правда  Ярослава  составлена
примерно в 30-х годах XI в., а   Правда Ярославичей - в 1052 или  1072  году
в Киеве. Источником Правды Ярослава является обычное право, в то  время  как
Правда   Ярославичей,   кроме   норм   обычного   права,   основывается   на
законодательстве         и         судебной         практике         князей.
 
    б) группа списков  Русской  Правды,  получившая  название  Пространной.
Пространная Правда состоит из Устава Ярослава и Устава  Владимира  Мономаха.
Она была  создана  при  Владимире  Мономахе  в  Киеве  (1112-1125  гг.).  Её
источниками были  главным  образом  законодательство   и  судебная  практика
князей.
      Кроме этого, имелись и другие списки Русской Правды.
     В этом законодательном памятнике преступление именуется “обидой”,  под
которой понимается всякое нарушение общественного мира, выражавшееся  прежде
всего в причинении потерпевшему физического,  материального  или  морального
ущерба.
    В это время право не знало различия  между  уголовными  и  гражданскими
правонарушениями. Например, согласно ст. 15  КП,  злостный  неплатеж  долга,
образовавшегося в результате гражданско-правовой сделки, признавался  обидой
и влёк за собой уголовное наказание в виде штрафа.
    Анализ норм Русской Правды показывает, что развитие феодализма приводит
к более яркому проявлению  у  преступлений  классового  характера,  а  также
формированию в праве системы мер  наказания  в  зависимости  от  социального
положения   и   сословной   принадлежности   потерпевшего   и   преступника,
неодинакового подхода к защите интересов  феодалов  и  феодально  зависимого
населения.
    Объектами преступного деяния являлись власть князя, а  также  личность,
имущество, нравы. Объективная сторона  преступления  была  ещё  недостаточно
выражена в нормах Русской  Правды.  Известны  лишь  покушение  и  оконченное
преступление.
    Субъектами преступления являлись феодалы, городские люди  и  крестьяне.
Холопы и рабы не несли судебной ответственности  за  свои  преступления:  за
них  отвечал  их  господин.  Господин  выплачивал  штраф,  что,  однако,  не
исключало возможности применения к рабу мер физического воздействия.
    Русская Правда знает соучастие, например, при совершении кражи (ст.  40
КП, ст.ст. 42,43 ПП). Участники преступления не разграничивались по  степени
вины, а наказывались одинаково: “Аже  крадеть  гумно  или  жито  в  яме,  то
колико их будеть крало, то всем по 3 гривны и по 30 кун”[2].
    Русская  Правда  содержит  нормы,  затрагивающие  субъективную  сторону
преступного деяния. Она различает убийство огнищанина “в обиду”(ст.  19  КП)
и убийство огнищанина “в разбое”  (ст.  20  КП).  Русская  Правда  различает
преступления случайные и умышленные. Различаются убийство человека “в  сваде
или на пиру явлено” (ст. 6 ПП) и убийство “в разбое безо всякоя свады”  (ст.
7 ПП).
    Убийство вора на месте преступления было ненаказуемо.
    Состояние опьянения или раздражения смягчало наказание.
    Виды  наказаний.  Основные  виды   наказаний   сложились   в   Киевском
государстве сложились в IX-X вв.
    По  мере  распространения  княжеской  юрисдикции  на  массу   сельского
населения   нормы   обычного   права,   установившиеся   на   Руси,    стали
распространяться  на  всё  население.  Князья  вынуждены  были  считаться  с
существованием кровной мести за  убийство  и  некоторые  другие  обиды.  Это
привело  к   созданию   альтернативной   системы   наказаний.   Признавалась
возможность мести, но ст. 1 КП уже  ограничивает  круг  лиц,  имеющих  право
мстить. В случае отсутствия мстителей или нежелания ближайших  родственников
или самого обиженного мстить за обиду  устанавливалось  денежное  взыскание.
Месть могла применяться только  при  убийстве  и  нанесение  ран  и  сильных
побоев. За другие виды преступлений  предусматривалось  денежное  взыскание.
Существование кровной мести, хотя бы в ограниченном круге случаев  и  притом
послесудебной,  противоречило  интересам  оформлявшегося  класса   феодалов.
Основные принципы феодального права требовали полной отмены кровной мести  и
установления норм, по которым жизнь, здоровье, честь, и  имущество  феодалов
охранялись бы сильнее, чем жизнь, здоровье и  имущество  другого  свободного
человека    и    тем    более    феодального     зависимого     крестьянина.
 
    Следуя этим принципам, Ярославичи во второй половине XI  в.  установили
систему наказаний,  которая  соответствовала  интересам  феодалов.  По  этой
системе устанавливается двойное  денежное  взыскание  за  убийство  огнищан,
т.е. наиболее близких к князю дворцовых  слуг,  увеличивается  наказание  за
убийство некоторых групп княжеских холопов, снижается денежное взыскание  за
убийство смердов  (столько  же,  сколько  взималось  за  убийство  холопов).
Вскоре Ярославичи совсем отменили кровную месть.
    К концу XI в. существовали такие виды наказаний:
    1. Смертная казнь. Русская Правда  не  говорит  о  смертной  казни,  но
летописи сообщают о её применении. Смертная казнь применялась  к  восставшим
против княжеской власти, к изменникам.
    Византийское духовенство добивалось у князей права применения  смертной
казни и к церковным преступникам - богохульникам, волхвам и т.д.
2. Поток и разграбление. Наказание заключалось  в  обращении  преступника  и
его  семьи  в  рабство  и  конфискации  его   имущества.   Этому   наказанию
подвергались разбойники, поджигатели и конокрады.
    3. Вира - денежное взыскание  за  убийство  в  размере  40  гривен.  За
убийство княжих людей взымалась  двойная  вира.  Одновременно  со  взиманием
виры родственники получали от убийцы так называемое  головничество.  Русская
Правда не устанавливает размер головничества, но у некоторых  авторов  можно
встретить версию  о  том,  что  размер  головничества  равен  размеру  виры.
Русская Правда знает так называемую дикую виру, которая  взыскивалась  не  с
одного преступника, но и с верви, к  которой  он  принадлежал,  в  следующих
случаях:
    а) если совершено простое убийство и преступник состоит с членами верви
в круговой поруке;
    б) если совершено убийство в разбое, но вервь не разыскивает убийцы.  В
первом случае вервь платит с участием преступника  в  соответствующей  доле,
во втором случае уплата виры рассрочивается на несколько лет (ст. 4 ПП).
    4. Вознаграждение за убийство княжеских холопов и смердов,  взимавшееся
в размере от 12 до 5 гривен.
    5. Продажа (штраф), которая взымалась за  все остальные преступления  в
размере 12 или  3  гривен  в  пользу  князя.  Пострадавшие  получали  особое
вознаграждение, так называемый урок.
    Церковь,  обладавшая  широкой  юрисдикцией,  применяла  в  определённых
случаях   византийскую   систему   наказаний   с   широко   распространённым
членовредительством: ослеплением,  урезанием  носа,  ушей  и  пр.  Применяла
церковь и денежные штрафы.
    Виды  преступлений.   .Переходим   к   рассмотрению   отдельных   видов
преступлений.
    В Русской Правде не упоминаются преступления против  княжеской  власти.
Тем не менее можно предположить, что такие преступления существовали. К  ним
можно отнести измену -  нарушение  вассальной  верности.  Князь  -  изменник
лишался удела, а боярин - головы.
    2. Большое внимание уделяет Русская Правда  убийству.  Различалось  два
вида убийств: убийство в ссоре и убийство в разбое.
    Первый вид убийства характеризовался явным, открытым его совершением  в
сваде (ссоре),  на  пиру,  под  влиянием  внезапного  возбуждения.  Виновный
платил виру, т.е. 40 гривен, в том случае,  если  убитый  являлся  свободным
человеком, или 80  гривен,  если  потерпевший  был  огнищанином  или  княжим
мужем. За убийство других княжеских слуг вира была гораздо меньше.  Так,  за
убийство княжьего отрока, конюха, повара взыскивалось 40  гривен,  сельского
или ратайного старосты - 12 гривен, столько же за княжеских ремесленников  и
ремесленниц; за  рядовичей,  смердов,  холопов  взыскивалось  5  гривен.  За
убийство рабыни  взымалось  6  гривен.  Устав  Владимира  Мономаха  увеличил
денежное взыскание за убийство рабов до 12 гривен.
    Убийство   в   разбое   определялось   чисто    внешними    признаками.
Предполагалось, что это убийство совершается “безо всякыя свады”,  т.е.  без
всякой ссоры. За убийство в разбое полагались поток и разграбление.
Русская Правда не предусматривает убийства  князя,  княгини,  представителей
высших церковных властей. Несомненно, что убийство  этих   лиц  наказывалось
смертной казнью.
    4. Феодальные кодексы обычно  уделяют  большое  внимание  преступлениям
против телесной неприкосновенности. Подробно  предусматриваются  повреждения
различных частей тела.
    Русская   Правда   знает   несколько   преступлений   против   телесной
неприкосновенности. Она различает нанесение  ран  и  побои.  Русская  Правда
различает раны, наносимые оружием, удары, наносимые рукой, палкой и  другими
предметами (рогом, чашей и др.), отнятие руки, ноги, глаза. Наиболее  тяжким
видами телесных повреждений Русская Правда считала членовредительство.
    За лишение ноги, руки, глаза виновный  уплачивал  полвиры  князю  и  10
гривен пострадавшему  (ст.  27  ПП).  За  повреждение  пальцев  взымалось  с
виновного 3 гривны продажи, а пострадавшему уплачивалась одна гривна (ст.  7
КП, ст. 28 ПП). За выбитие зуба взыскивалась продажа в размере 12 гривен,  а
пострадавшему выплачивалась одна гривна (ст. 68 ПП).
    В  феодальном  праве  нанесение  побоев   считалось   более   серьёзным
преступлением, чем нанесение ран оружием. Этот принцип нашёл своё  отражение
и в Русской Правде. За нанесение ран мечом назначалось взыскание  продажи  в
3 гривны (ст. 30 ПП), а за удар необнажённым мечом или рукоятью меча (ст.  4
КП, ст. 23 ПП), либо палкой или другим орудием взымалась продажа  в  размере
12 гривен (ст. 3 КП, ст. 25 ПП).
     Русская Правда  знает  преступление,  которое  сейчас  мы  бы  назвали
истязанием. По Краткой Правде за подобное преступление виновный в  истязании
смерда должен был заплатить 3  гривны  за  обиду,  а  если  потерпевший  был
огнищанином, тиуном или мечником, то 12 гривен[3]. По Пространной Правде  за
истязание смерда виновный платил  3  гривны  продажи,  а  потерпевшему  -  1
гривну, а за огнищанина - 12 гривен продажи, а потерпевшему - 1 гривну[4].
    Дифференциация размеров денежного  взыскания  в  данном  примере  также
свидетельствует о феодальном характере Русской Правды.
    5.  Русская  Правда  упоминает  о   преступлениях   против   чести.   К
преступлениям против  чести  относились  оскорбления  словом  и  оскорбления
действием.  Русская  Правда  отмечает  только  оскорбление   действием.   Об
оскорблении  словом  упоминается  в  таком  памятниках  русского  права  как
“Правосудье митрополичье”, Устав Ярослава и др.
    К числу оскорблений действием относилось вырывание волос  из  бороды  и
усов (ст. 8 КП, ст. 67 ПП), толкание кого-либо к себе или от  себя  (ст.  10
КП, ст. 31 ПП). За вырывание волос из бороды или усов  виновный  должен  был
заплатить 12 гривен  продажи.  За  толчок  кого-либо  к  себе  или  от  себя
виновный должен был выплатить 3 гривны продажи.
    6.  Русская  Правда  большое  внимание  уделяет  преступлениям   против
собственности.  Это  объясняется  стремлением  феодалов   обезопасить   своё
имущество  от   каких-либо   посягательств.   В   период   возникновения   и
первоначального  развития  феодального  права  ещё  не  существует   сложной
классификации имущественных преступлений. Очень часто, и Русская  Правда  не
исключение, одно название служит для обозначения многих видов  имущественных
преступлений.
    Из  имущественных  преступлений  Русская  Правда  наибольшее   внимание
уделяет татьбе, т.е. краже - тайному похищению  чужого  имущества.  Известны
такие её виды, как кража из закрытого помещения (ст. 31 КП,  ст.ст.  35,  41
ПП), кража хлеба (ст. 43 ПП), конокрадство (ст. 13 КП,  ст.  35  ПП),  кража
холопа (ст. 29 КП), сельскохозяйственных продуктов и скота  (ст.ст.  36,  40
КП, ст.ст. 42, 45 ПП), кража корабля - ладьи (ст. 35 КП,  ст.79  ПП)  и  пр.
Были известны и другие имущественные преступления: разбой (не отличимый  ещё
от грабежа) (ст. 20 КП, ст. 7 ПП), уничтожение чужого имущества (ст.ст.  75,
84 ПП), порча межевых  и бортных знаков (ст.  34  КП,  ст.ст.  71,  72  ПП),
поджог (ст. 83 ПП).
     7. О преступлениях против семейных отношений и нравственности  Русская
Правда  не  упоминает.  О  них  довольно  подробно  говорится  в   княжеских
церковных уставах, которые будут рассматриваться ниже.
    8. Русская Правда не содержит никаких статей о церковных преступлениях.
Мало  статей  содержится  и  в  церковных  уставах.  Устав  князя  Владимира
упоминает такие  преступления,  как  церковная  кража,  разграбление  могил,
посечение крестов, ввод в церковь животных и птиц,  моление  под  овином,  в
рощах,  у  воды,  колдовство.  Однако  никаких  наказаний   Устав   за   эти
преступления  не  предусматривает.  Отсутствие  упоминания  о  преступлениях
против церкви в Русской Правде и незначительное внимание, которое  уделяется
этим  преступлениям  в  церковных  уставах,  объясняется  не  тем,  что  эти
преступления вообще отсутствовали в Киевском государстве,  а  тем,  что  все
эти дела рассматривались по византийским законам. Виновные  наказывались  по
византийской системе наказаний.
 
    Нормы уголовного права можно найти и в других документах того периода.
    Одним из таких документов является Устав  князя  Ярослава  о  церковных
судах. Устав князя Ярослава Мудрого развивает основные  идеи,  заложенные  в
Уставе князя Владимира Святого. Большинство  статей  Устава  князя  Ярослава
посвящено  регулированию  взаимоотношений  полов  вообще  и  брачно-семейных
отношений в частности.
    Тем не менее, нельзя считать Устав князя  Ярослава  кодексом  семейного
права,  т.к.  отношения  между  полами  рассматриваются   преимущественно  с
уголовно-правовых позиций.  Например,  умычка  (т.е.  похищение),  чьей-либо
дочери влечёт за собой  ответственность  перед  церковной  властью  и  перед
князем (ст. 2)[5]. Наряду с  уголовной  ответственностью  перед  церковью  и
государством    в    статье    предусматривается    и    гражданско-правовая
ответственность  перед  потерпевшей.  Таким  образом,  санкция  нормы  может
содержать указания сразу на два, а иногда и  на  три  вида  ответственности:
уголовную, гражданскую и собственно церковно-правовую.
При анализе документа ясно виден его сословный, феодальный  характер.  Ярким
примером этого может служить  ст.  30.  Наказание  за  оскорбление  замужней
женщины   различается   в   зависимости    от    сословной    принадлежности
пострадавшей:                                         если   потерпевшая   -
“боярьская жена великых бояр”, то штраф составляет 5  гривен  золотом;  если
потерпевшая “будеть меньших  бояр”,  то  штраф  -  3  гривны  золотом;  если
“городскых людей”, то 3 гривны золотом; а “селенце (сельчанке) - 60 резан”.
    В Уставе предусматриваются различные  преступления:  похищение  женщины
(ст. 2), изнасилование (ст. 3), в т.ч. групповое (ст. 7),  внебрачные  связи
мужа (ст. 8), двоеженство (ст.ст. 9,17), половые сношения  в  кругу  кровных
родственников, духовных родственников и свойственников (ст.ст. 13,  15,  16,
22-28),  детоубийство  (ст.  6),  оскорбление  замужней  женщины  (ст.  30),
насильственное подстрижение бороды или волос (ст.  31)  и  др.  Особо  стоит
выделить воровство (ст.ст. 32-34), в т.ч. жены  у  мужа  (ст.ст.  36-37),  и
поджог (ст. 14).
 
    Псковская  судная  грамота  является  важнейшим  после  Русской  Правды
памятником русского законодательства. В ней содержатся  нормы  гражданского,
семейного, уголовного права. В ней также  содержатся  процессуальные  нормы.
Её принятие на вече большинство исследователей относят к 1467 году.
    В отличие от Русской  Правды  Псковская  судная  грамота  понимает  под
преступлением не только нанесение физического, материального или  морального
ущерба частным лицам, но и причинение ущерба государству и его органам[6].
    Субъектами преступления могли быть все свободные, хотя бы  и  феодально
зависимые люди. Псковская судная грамота  не  упоминает  о  холопах  вообще.
Можно  предположить,  что  вопросы  о  подсудности  холопов   регулировались
нормами Русской Правды.
    При соучастии в  преступлении  ответственность  несли  все  соучастники
вместе.  Они  вместе  должны  были  уплатить  штраф   в   пользу   князя   и
вознаграждение потерпевшему. Потерпевшие, независимо от их  числа,  получали
все вместе предусмотренное законом вознаграждение.
    Псковская судная грамота различала виновные и невиновные деяния.  Закон
предусматривал исключение ответственности при отсутствии вины.
    В соответствии  с  изменением  общего  понятия  преступления  Псковская
судная  грамота  предусматривает  и  более  сложную  систему   преступлений.
Анализируя текст грамоты, можно выделить следующие виды преступлений:
    1. Государственные преступления. К ним  ПСГ[7]   относит  перевет  (ст.
7), т.е. государственную измену. Можно предположить,  что  понятие  перевета
появилось в Пскове из-за его близости  к  враждебным  Тевтонскому  Ордену  и
Литве. Перевет карался смертной казнью.
2.  Имущественные   преступления.   ПСГ   имеет   более   развитую   систему
имущественных преступлений, чем Русская Правда.  Особое  внимание  уделяется
татьбе  (краже).Татьба  может  быть  простой  и  квалифицированной.  Простой
считалась кража из закрытого помещения, из саней, с воза,  из  лодки,  зерна
из ямы, кража скота, сена, совершённая в первый или второй раз. Такая  кража
наказывалась  штрафом  в  размере  9  денег  (ст.   1)   и   вознаграждением
потерпевшему.   К  квалифицированной  татьбе  относились  кримская   татьба,
конокрадство (ст. 7), а также кража,  совершенная  в  третий  раз  (ст.  8).
Квалифицированная кража каралась смертной казнью (“живота не  дати”).  Можно
предположить, что кримская татьба - это кража из псковского  Кремля  (Крома)
или  кончанских  церквей.  Кончанские  церкви  имели  для  концов  такое  же
значение, как Кремль для  всего  Пскова:  в  них  хранились  запасы  пороха,
продукты, товары.
    ПСГ знает различие между татьбой (тайным похищением чужого имущества) и
разбоем и грабежом  (открытым  насильственным  захватом  чужого  имущества).
Особо выделяется наход,  т.е.  разбой,  совершённый  организованной  группой
(ст. 1). За разбой, грабёж и наход устанавливался штраф в 70 гривен[8].
    Особо стоит выделить поджог (ст. 7).  Он  считался  одним  из  наиболее
опасных преступлений и карался смертной казнью.
    3. Преступления против личности. К ним относились  убийство,  нанесение
побоев и оскорбление действием. ПСГ не упоминает об увечье,  нанесении  ран.
Можно предположить, что такие преступления рассматривались в соответствии  с
нормами Русской Правды.
    За убийство взыскивалась продажа в размере 1 рубля (ст. 96).  Небольшой
размер княжеской продажи  возможно  вызван  незаинтересованностью  псковских
властей  в  усилении  князя.  Помимо  продажи  виновный   уплачивал   особое
вознаграждение семье убитого. В  случае  необнаружения  убийцы  волость  или
община платила дикую виру, известную ещё  Русской  Правде.  ПСГ  выделяет  в
особый состав преступления отцеубийство и  братоубийство  (ст.  97).  Особое
выделение  данных  преступлений  возможно  связано  с  участием   церкви   в
рассмотрении таких дел.
    Наиболее  тяжким  преступлением  против  личности  считалось  вырывание
бороды.  За  него  полагалось  крупное  денежное  вознаграждение  в   пользу
потерпевшего и продажа в пользу князя.
    За нанесение побоев виновный выплачивал штраф в размере одной гривны. В
отдельный состав преступления выносилось избиение, совершённое  в  публичном
месте. Виновное лицо наказывалось штрафом в пользу  князя  и  вознаграждение
потерпевшему.
    4. Преступления против  суда.  К  ним  относятся  тайный  посул  судье,
насильственное вторжение в помещение суда (“судебницу”) и  нанесение  ударов
судебного  привратнику  (“подвернику”).  Виновные   в   этих   преступлениях
подвергались тюремному заключению и высокой княжеской продаже.
    Преступления против семьи и  нравственности  относились  к  компетенции
церкви и в ПСГ не упоминались.
    Виды  наказаний.  Т.к.  в  Пскове  классовые  противоречия  были  более
обострены, чем в Киевском государстве, то Псковская  судная  грамота,  кроме
денежных  штрафов,  знает  и  смертную  казнь  (по  ст.ст.   7,8).   Способы
осуществления  смертной  казни  в  самой  грамоте  не  указываются,   однако
псковские летописи зафиксировали несколько способов  смертной  казни:  путем
избиения или истязания, отсечения головы, повешения и утопления.
    Были различия и в системе  денежных  взысканий.  Штраф  за  убийство  в
Пскове назывался не вирой, а  продажей,  причём  он  взыскивался  в  размере
одного рубля. За некоторые преступления взыскивалась не только  продажа,  но
и дополнительный штраф, шедший  князю  и  посаднику.  Помимо  этого,  иногда
устанавливалось взыскание в пользу  пострадавших.  Если  осуждённый  не  мог
уплатить причитающегося с него  вознаграждения  в  пользу  потерпевшего,  он
выдавался ему головой, т.е. для отработки долга.
 
    Первое упоминание о Судебнике 1497 года имеется в “Записках о Московии”
австрийского дипломата Сигизмунда Гербенштейна,  бывшего  послом  императора
Максимилиана I при дворе Василия III.  Рукопись  Судебника  1497  года  была
обнаружена в 1817 году П.М. Строевым.  Эта  рукопись  остаётся  до  сих  пор
единственным известным списком Судебника.
    В отличие от Судебника 1497 года текст Судебника 1550 года дошёл до нас
более чем в  40  списках.  Первая  публикация  текста  Судебника  1550  года
связана с именем В.Н. Татищева.
    В качестве “не только основного, но и  почти  единственного  источника”
Судебника  1497  года,  по  мнению  М.Ф.  Владимирского-Буданова,  выступают
уставные грамоты, а  нормы  обычного  права  используются  в  незначительной
степени. Использована Псковская судная грамота, несколько видоизменённая  по
сравнению с вечевым законодательством.
    К числу источников Судебника 1550 года Н.В. Калачов относит в  качестве
основного акта Судебник1497 года,  а  также  составлявшиеся  на  его  основе
уложения,  или  уставные  грамоты,  даваемые  великими  князьями   различным
областям  государства  для  отправления  ими  правосудия  (а  также  грамоты
губные, таможенные, жалованные).
    По своему содержанию Судебник 1550 года, согласно Н.В. Калачову  -  это
“кодекс,     определяющий     внешнюю     формальную     сторону      права:
судопроизводство...”[9]. Малочисленность же норм гражданского  и  уголовного
права в Судебнике  он  объясняет  господством  ещё  в  этих  областях  права
обычного.
 
    Судебник 1497 года трактовал понятие преступления  отлично  от  Русской
Правды, но в принципе тождественно Псковской судной  грамоте.  Если  Русская
Правда рассматривает преступление как обиду и связывает обиду  с  нанесением
ущерба, то теперь под преступлением понимались всякие действия, которые  так
или иначе угрожают государству или господствующему классу в целом  и  потому
запрещённые законом. В отличие от Псковской  судной  грамоты  Судебник  1497
года даёт  термин  для  обозначения  преступления.  Преступление  называется
лихим делом.
    Развитие феодализма нашло своё отражение в некотором изменении  взгляда
на субъект преступления. Судебник 1497 года  рассматривает  холопа  уже  как
человека  и,  в  отличие   от   Русской   Правды,   считал   его   способным
самостоятельно отвечать за свои поступки и преступления.
    Виды наказаний. Изменяются цели, а с ними  и  система  наказаний.  Если
прежде князья видели в наказаниях -  вире  и  продаже  -  одну  из  доходных
статей, существенно пополнявших казну, то теперь  на  первый  план  выступил
другой интерес. Господствующий класс стал  применять  более  жёсткие  методы
борьбы  с  сопротивлением  народных  масс.  Соответственно  при   применении
наказания на первое место выступила цель устрашения как самого  преступника,
так  и  главным   образом   других   людей.   Если   раньше   господствовали
имущественные наказания, то теперь они отошли на задний  план.  Очень  часто
начинает применяться смертная и торговая казни.
    Смертная казнь была известна в русском законодательстве и до  Судебника
1497 года. О ней говорит ст. 7 ПСГ (см. выше). Но столь интенсивно  смертная
казнь стала применяться лишь со времён Судебника.  Закон  не  предусматривал
видов  смертной  казни,  но  на  практике  применялись   отсечение   головы,
повешение, посажение на кол, утопление и др.
    Торговая  казнь   была   введена   Судебником   1497   г.   впервые   в
законодательство за первую татьбу и повреждение  межевых  знаков  на  землях
феодалов. Торговая казнь состояла в  битье  кнутом  на  торговой  площади  и
нередко влекла за собой смерть наказуемого.
    Судебник 1497 года знает продажу, но теперь  она  применяется  редко  и
обычно в  сочетании  со  смертной  или  торговой  казнью.  Если  виновный  в
совершении менее тяжкого  преступления  не  имел  средств,  чтобы  выплатить
требуемое  истцом  вознаграждение,  он  либо  выдавался  истцу  “головою  на
продажю”, т.е. в холопство до отработки долга.
    Существовали тюремное заключение  (в  основном  для  высокопоставленных
лиц) и членовредительство (ослепление, урезание языка, ушей и др.)
    Совершение  особо  опасных  преступлений  каралось,  кроме   уголовного
наказания,  конфискацией  имущества.  Термин  “конфискация”  был  введен   в
русское законодательство  лишь  в  XVIII  в.,  хотя  разграбление  имущества
обвиняемого было известно Русской Правде.
    Судебники  вводят  конфискацию  имущества   как   дополнительную   меру
наказания  для  ведомых  лихих  людей,  совершивших  наиболее  опасные  виды
преступлений. Оставшееся после возмещения иска имущество  казнённого  шло  в
пользу судей (ст.ст. 8, 39 Судебника 1497 г., ст.ст.  59-61  Судебника  1550
г.).
    Виды преступлений. В ст.ст. 8-9, а также 11 (ст. 39  повторяет  ст.  8)
перечисляется  9-10  наиболее  опасных   составов  преступлений.  К  разряду
наиболее опасных преступлений могло быть отнесено могло  быть  всякое  “иное
лихое дело”, хотя, конечно не всякое преступление Судебник  относил  к  этой
категории.
    1. Судебник 1497 года содержит не только общее понятие преступления, но
и понятие, которое позднее стало именоваться  государственным  преступлением
- крамола. Под крамолой понимались измена,  заговор,  переход  к  неприятелю
(перевет по ПСГ) и т.п. Термин носил  обобщённый  характер  (ст.9  Судебника
1497 г., ст. 61 Судебника 1550 г.).
    К государственным преступлениям также относились бесчестье  государя  и
брань в  его  адрес,  поджог  (как  наиболее  доступный  способ  социального
протеста).
    2. Убийство - душегубство - один из видов преступлений против личности.
Особо  выделяются  квалифицированные   виды   убийства:    убийство   своего
господина и  разбойное  убийство.  К  преступлениям  против  личности  также
относились оскорбление действием и словом.
    3. К должностным преступлениям и преступлениям против суда и управления
относились взяточничество (“посул”), неправосудие,  казнокрадство.  Развитие
денежной   системы    привело    к    появлению    такого    состава,    как
фальшивомонетничество.
    4.  К  имущественным  преступлениям  относились   татьба,   в   которой
выделялись  квалифицированные   виды:   церковная,   “головная”,   а   также
совершённая лихим человеком и повторная (ст.ст. 10, 11 Судебника  1497  г.),
неотличимые юридически друг от друга разбой и грабёж.
    5. Закон пока ещё мало внимания преступлениям против религии.  Наиболее
опасные  случаи  посягательства  на   церковное   имущество   относились   к
государственным  преступлениям.  В  остальном  интересы  церкви   защищались
церковной  юрисдикцией,  церковным   правом,   отдельными   государственными
указами.
 
 
    Самым крупным  кодексом  России  эпохи  феодализма  считается  Соборное
Уложение 1649 года.
Однако назвать Соборное  Уложение  кодексом  в  полном  смысле  этого  слова
нельзя.  Соборное  Уложение  1649   года   -   первый   в   истории   России
систематизированный  закон.  Но  Уложение   заключает   в   себе   материал,
относящийся не к одной, а ко всем отраслям права того времени. Это,  скорее,
не кодекс, а небольшой свод законов. В то же время уровень систематизации  в
отдельных главах, посвящённых конкретным отраслям права,  ещё  не  настолько
высок, чтобы её можно было  назвать  кодификацией  в  полном  смысле  слова.
Таким образом, Уложение не является ни кодексом, ни совокупностью кодексов.
    Соборное Уложение 1649 года явилось новым этапом в развитии юридической
техники. Оно стало первым  печатным  памятником  русского  права.  Появление
печатного  закона  в  значительной  мере  исключало  возможность  совершения
злоупотреблений воеводами и приказными чинами, ведавшими судопроизводством.
    Будучи результатом сложных и острых  классовых  противоречий,  Соборное
Уложение 1649  года  разрабатывалось  и  обсуждалось  в  течении  нескольких
месяцев. 16 июня  1648  года  царь  вместе  с  Освящённым  собором   (высшим
церковным органом) и Боярской думой принял решение о разработке  кодекса.  В
тот же день была  создана  специальная  комиссия  во  главе  с  князем  Н.И.
Одоевским. В сентябре 1648 года был  созван  Земский  собор  для  обсуждения
Уложения, а 29 января 1649 года Уложение было утверждено.
    Источниками Уложения являлись Судебники  1497  и  1550  годов,  прежние
указы царей и великих князей, боярские приговоры,  акты  церковных  соборов,
указные книги приказов, а также Литовский Статут 1588  года,  хотя  в  самом
Уложении он не назван среди источников.  Названные  в  Уложении  в  качестве
источников “законы греческих князей” не оказали, по  мнению  исследователей,
сколько-либо существенного влияния на содержание Уложения.
    Уложение 1649 г. не содержит специального определения  преступления.  С
определённой  долей   уверенности   можно   предположить,   что   продолжает
действовать определение, данное судебниками, - лихое дело.
    В Уложении большое развитие получили объективная и субъективная стороны
преступления.
    Соучастники  подразделялись  на  “пущих”  -  главных  и  второстепенных
виновников.  Среди  главных   соучастников   различались   подстрекатели   и
исполнители. Как правило, наказывались они одинаково, но в случае  различной
социальной принадлежности более тяжкое наказание нёс нижестоящий  по  званию
или должности. Например, подьячий, написавший  по  наущению  дьяка  (дружбой
или посулом) судное дело “не делом”,  т.е.  необъективно,  лишался  руки,  а
дьяк - подстрекатель подвергался лишь торговой казни  (ст.   12  гл.  X).  К
второстепенным соучастникам относились  пособники,  а  также  люди,  имеющие
косвенное отношение к преступлению: недоносители,  попустители,  укрыватели,
притонодержатели  и  др.  Пособники,  подразделявшиеся   на   “подводчиков”,
указывающих  средства  для  совершения   преступления,   и   “поноровщиков”,
устраняющих препятствия при его совершении,  так  же  как  и  лица,  имеющие
косвенное  отношение  к  преступлению,  несли  наказание  в  зависимости  от
характера совершённого деяния.
    За  убийство  частного  лица  виновный  подлежал  смертной   казни,   а
“товарищев его всех бити кнутом и сослати куда  государь  укажет”  (ст.  198
гл.  X).  При  совершении  особо  опасных  преступлений,  например   разбоя,
пособников наказывали так же, как и исполнителей (ст.  63  гл.  XXI).  Лица,
предоставившие  разбойникам  постоянное  или  временное  убежище,   карались
наравне с  самими  разбойниками,  а  лица,  принимавшие  на  хранение  вещи,
добытые преступным путём, или занимавшиеся их  перепродажей,  отдавались  на
поруки;  при  отсутствии  поручителей  они  подлежали  тюремному  заключению
(ст.ст. 63, 64 гл. XVI).
    Несмотря на то, что Кормчая  книга  закрепляла  принцип  индивидуальной
ответственности, по Уложению ответственность  по  политическим  делам  несли
уже не только жены  и  дети,  но  и  отец,  мать,  дядья,  братья  родные  и
неродные,  т.е.  вообще  весь  род  (ст.ст.  5-10  гл.  II).  Их   “ведение”
подразумевалось, и они должны были доказать своё неведение.
    Необходимость  выяснения  форм  вины  преступника   (“которым   обычаем
убивство учинилось, умышленьем ли,  или  пьяным  делом  неумышленьем”)  была
четко закреплена в Уложении 1649 г. Однако случайные и  неосторожные  деяния
ещё мало отличались друг от друга (ст. 72 гл. XXI,  ст.  4  гл.  II,  ст.ст.
281, 282, 223, 228 и др. гл. X).
    В  данный  период   увеличивается   число   смягчающих   и   отягчающих
ответственность лица обстоятельств. К смягчающим обстоятельствам  относились
состояние опьянения (ст.ст. 69, 71, 73 гл. XXI), хотя в соответствии со  ст.
17 гл. XXII оно уже может таковым и не являться; возраст, хотя точные  рамки
его не определялись; крайняя нужда, а также “простота  ума”,  которая  могла
даже влечь освобождение от  ответственности.  К  отягчающим  обстоятельствам
относились  рецидив   преступлений;   совершение   преступления   с   особой
жестокостью (например путём  отравления),  “мучительное  наругательство”,  а
также совершение преступления  лицами  с  использованием  своего  служебного
положения. Отягчающими вину обстоятельствами считались убийство “в  розбое”,
ночная кража,  любое  “воровство”,  совершённое  в  церкви,  на  государевом
дворе, в  отношении  должностных  лиц;  предварительный  сговор,  совершение
преступления  во  время   стихийных   бедствий,   а   также   при   стечении
преступлений, т.е. по совокупности.
    К обстоятельствам, освобождающим от наказания,  относились  необходимая
оборона,  крайняя  необходимость,  неведение  (ст.  77  гл.  XXI),  а  также
помилование со стороны государя.
    Развивая положение Русской Правды об убийстве ночного вора и  положение
Литовского статута об убийстве в порядке обороны  при  нападении  (ст.  19),
Уложение даёт новое понятие “необходимая оборона”. Оно допускает убийство  в
порядке самообороны и  обороны  своего  имущества.  Вора  можно  было  убить
безнаказанно не только в момент  совершения  преступления,  но  и  во  время
погони за ним, а также в случае оказания сопротивления при поимке  (ст.  200
гл. X; ст.ст. 88, 89 гл. XXI). Защищать можно и даже обязательно  не  только
себя,  но  и  соседа,  а  тем  более  хозяина  (ст.ст.  16,  21  гл.  XXII).
Единственным условием  правомерности  обороны  в  этом  случае  должно  быть
предъявление “битых” в приказ. Соразмеренности средств обороны  и  нападения
не требовалось. Так, если во время  заседания  суда  кто-либо,  поссорясь  с
противником, начнёт его бить,  а  тот,  обороняясь,  его  убьёт,  то  он  не
подлежит наказанию: “для того, что тот, кого он ранит  или  убьёт,  сам  его
перед судьями наперёд учал бити”,  и  убийство  совершено,  “бороняся  себя”
(ст. 105 гл. X).
    Крайняя необходимость, впервые  намеченная  Уложением,  освобождает  от
ответственности за истребление чужих животных  в  случае  их  нападения:  “А
будет кто собаку убьёт ручным боем не из ружья, бороняся от себя; и  ему  за
ту собаку цены не платить, и в вину ему того не ставить” (ст. 283 гл. X).
    Наказание:   Обострение   классовой   борьбы,    вызванное    усилением
закрепощения и эксплуатации крестьянства, стремление господствующего  класса
оградить от посягательств частную собственность вообще и главным образом  на
землю, а  также  необходимость  усиления  репрессий  за  выступления  против
существующего строя по мере централизации государства и укрепление  аппарата
власти  приводят  к  изменению  цели  наказания  и  установления  его  более
жестоких видов. Целью  наказания  стало  устрашение  и  возмездие,  изоляция
преступника от общества составляет теперь  дополнительную  и  второстепенную
роль.
    Для системы наказаний были характерны следующие признаки:
    1. Индивидуализация наказания. Жена и дети преступника не  отвечали  за
совершённое им преступление. Тем  не  менее  по  политическим  преступлениям
ответственность нёс практически  весь  род.  Пережитки  архаической  системы
наказаний ещё не исчезли окончательно и выразились  в  сохранении  института
ответственности третьих лиц: помещик,  убивший  чужого  крестьянина,  должен
был  передать  понесшему  ущерб  помещику  своего  крестьянина;  сохранялась
процедура “правежа”.
    2. Сословный характер наказания. Он выражался в  назначении  различного
наказания за одни и те же преступления представителям  различных  социальных
групп (ст. 5 гл. X).
    3. Некоторая неопределенность в установлении  наказания.  Этот  признак
прямо связан с целью наказания  -  устрашением.  В  приговоре  мог  быть  не
указан вид наказания и  использовались  такие  формулировки:  “как  государь
укажет”, “по вине”, “наказать жестоко” и др. Если  даже  вид  наказания  был
определён, не уточнялся способ его исполнения (“наказать смертию”) или  мера
(срок)  наказания  (бросить  “в  тюрьму  до  государева   указа”).   Принцип
неопределённости дополнялся принципом множественности наказаний. За  одно  и
то  же  преступление  могло  быть  установлено  сразу  несколько  наказаний.
Например, кража  могла  караться  кнутом,  урезанием  левого  уха,  тюремным
заключением на срок до двух лет с последующей ссылкой в  “украинные”  города
(на  юг  страны).  Неопределённость  в  установлении   наказания   создавало
дополнительное  психологическое      воздействие   на   преступника.   Целям
устрашения  служил  архаический  принцип   талиона,   т.е.   “эквивалентного
возмездия”. Публичность  казней  свидетельствует  о  стремлении  государства
показать,  к  чему  приводит  совершение  преступления,  не  только   самому
преступнику, но и другим людям.  Кроме  того,  многие  наказания  (сожжение,
утопление, колесование) служили как бы аналогом адских мук.
    Виды наказаний: Наиболее распространёнными  видами  наказаний  являлись
смертная   казнь,   телесные   наказания,   тюремное   заключение,   ссылка,
конфискация имущества, отстранение от должности и разного рода штрафы.
    Смертная казнь предполагается в Соборном Уложении в 39  случаях,  а  за
расширения “жестоких” и “нещадных” наказаний - в 60 случаях.  Хотя  смертная
казнь  устанавливалась  за  особо  опасные  преступления,  на  практике  она
применялась гораздо чаще, поскольку ей подлежали “лихие люди” независимо  от
состава совершённого ими преступления. Смертная казнь делилась на :
    а) простую - отсечение головы, повешение.
    б) квалифицированную - колесование,  четвертование,  сожжение,  залитие
горла металлом, утопление, закапывание живьём в землю, посажение на кол.
    Сожжение,  применяемое  к  лицам,  обвиняемых  в  преступлениях  против
церкви, производилось либо на обыкновенном костре, либо в срубе,  помещённом
иногда в железную клетку. Особо злостных еретиков сжигали на медленном  огне
копчением  (ст.  1  гл.  I).  Будучи  наиболее  жестоким  видом   наказания,
сожжение, законодательно закреплённое Уложением,  осталось  преимущественным
видом наказания против религии вплоть до конца XVIII в.  Сожжение  в  России
использовалось как форма талиона, применяемая к поджигателям.
    В связи  с  выделением  в  XVI  в.  такого  состава  преступления,  как
фальшивомонетничество,  появляется  новый  вид  квалифицированной   смертной
казни - залитие горла металлом (ст. 1 гл. V).
    Число квалифицированных видов смертной казни Уложение 1649 г. дополняет
закапыванием мужеубийцы живой в землю по плечи. К ней  приставлялась  стража
для наблюдения, чтобы её  никто  не  кормил,  а  собаки  не  отъели  голову.
Священник читал перед ей молитвы. Прохожие могли бросать монеты  на  расходы
по похоронам. Смерть наступала обычно на  второй  или  третий  день.  Статья
запрещала освобождение убийцы даже в том случае, если об  этом  просили  или
близкие родственники убитого (ст. 14 гл. XXII).
    С XVI в. к бунтовщикам и “воровским изменникам” применялось характерное
для польско-литовского  права,  хотя  и  неуказанное  в  Уложении  1649  г.,
посажение на кол.
    Телесные наказания подразделялись на членовредительные и болезненные.
    -членовредительные наказания применялись по  принципу  талиона,  о  чём
свидетельствует ст. 10 гл. XXII в.: “А если  кто...  учинит  над  кем-нибудь
мучительское наругательство, отсечёт руку, или ногу, или нос, или  ухо,  или
губы обрежет... и... самому ему то же учинити...”.
    Отсечение руки полагалось за использование в драке, приведшей к  смерти
какого-либо “подручного средства” - палки, сосуда, камня и т.п., за  рецидив
татьбы, обнажение на государевом дворе (ст. 4, 5 гл. III), покушение и  даже
голый умысел слуги на господина (ст. 8 гл. XXII) и подлог со стороны  низших
судебных чинов - подьячих (ст. 12, 251 гл. X).
    Виновных в убийстве отца, матери и даже просто родича возили по  торгам
(торговым площадям) и рвали тело клещами.
    Впервые в русском законодательстве в Соборном Уложении 1649 г. вводится
отрезание уха за вторую татьбу, разбой и кражу рыбы из чужого  пруда  (  ст.
9, 10, 15, 16, 90 гл. XXI). “Люди,  у  которых  уши  резаны”  находились  на
особом учёте у судебных властей, а укрывшие  таких  людей  платили  штраф  в
размере 10  рублей  (ст.  19  гл.  XXI).  За  неоднократную  продажу  табака
(нарушение  монополии  государства)  предписывалось  вырывание   ноздрей   и
урезание носов (ст. 16 гл. XXV). В ст. 10 гл. XIV  вводится  урезание  языка
за  ложную  присягу.  За  произнесение  “поносных”  слов  в  адрес  государя
виновный подвергался битью кнутом и урезанию языка.
    Среди  членовредительных  наказаний  особо  стоит  выделить  клеймение.
Установленное  впервые  Двинской  Уставной  грамотой:  “...а  татя   всякого
пятнити” (ст. 5), оно получило особое развитие  в  Уложении  1649  г.  Можно
предположить, что урезание уха, носа, языка являлось не  только  наказанием,
но и клеймением.
    -болезненные  наказания  состояли  из  битья  кнутом  и  батогами.  Эти
наказания совершались публично, сначала у приказа, а затем на торгу,  отсюда
и  наказание  “торговая  казнь”.  Этот  вид  наказания  являлся  по  тяжести
следующим после смертной казни.
    Начиная с Судебника 1550 г.,  где  торговая  казнь  применяется   в  16
случаях, а в Уложении 1649 г. - в 140 случаях,  она  соединяется  с  другими
видами наказания:  тюремным  заключением,  высылкой  в  “украинные”  города,
денежным  штрафом,  отстранением  от  должности  и  др.,  а   также   иногда
предшествует смертной казни как позорящий элемент. В Уложении  определяется,
что сечение кнутом производилось публично у приказа или на торгу  и  длилось
иногда до трёх дней (ст. 129 гл. X; ст. 27 гл. XI; ст. 34, 36 гл. XVII;  ст.
55, 56 гл. XXI; ст.11, 12 гл. XXII; ст. 1, 3, 4, 9, 15, 16,  19  и  др.  гл.
XXV и т.д.). Били либо на “козле” - особой короткой  скамье,  что  считалось
наиболее позорным, либо водя по улицам. Число ударов в  законодательстве  не
определялось и оставлялось на усмотрение  судьи.  Торговой  казни  подлежали
как мужчины, так и женщины, число ударов для которых  обычно  сокращалось  в
1.5-2 раза.
    Битье кнутом могло быть простое и нещадное. Нещадным  битьём  считалось
50 и более ударов.
    По свидетельству русских и иностранных очевидцев,  наказание  кнутом  в
большинстве случаев оканчивалось смертью. Этот вид наказания  сохранялся  до
середины XIX века.
    Битье  батогами  -  публичное  наказание  тонкими  гибкими  прутьями  -
считалось более лёгким, чем битье кнутом. В царском наказе  воеводам  от  30
июня 1633 г. предписывалось “по обышной (небольшой) вине бити батоги,  а  по
большой вине... бити кнутьём”.
    Битье батогами могло быть простым  и  нещадным.  Последнее  применялось
“вместо кнута” или   “чтоб  стоила  кнутья”.  В  соответствии  с  принципами
феодального права за одно  и  то  же  преступление  лица,  занимающие  более
высокое положение  по  должности  или  иерархической  принадлежности,  несли
меньшее наказание. За проволочку дела дьяка били  батогами,  а  подьячего  -
кнутом (ст. 16 гл. X). За бесчестье патриарха стольники,  стряпчие,  дворяне
подвергались наказанию батогами, а простые - кнутом (ст. 30, 31 гл. X).
    Битье прутом,  именуемое  “правёж”,  первоначально  являлось  средством
принуждения к  исполнению  судебного  решения  по  имущественным  искам.  По
Уложению 1649 г. правёж применялся и как вид наказания (ст. 133 гл. X).
    Тюремное заключение. В  русском  законодательстве  тюремное  заключение
впервые встречается в Судебнике  1550  г.  Оно  назначается  при  отсутствии
поручителей и в совокупности с торговой казнью (ст. 6). В Уложении  1649  г.
тюремное заключение упоминается уже более 40 раз и как  мера  охранительная,
до представления поручительства (ст. 33  гл.  XXI),  и  как  самостоятельное
наказание. Срок наказания колебался от трёх дней до  пожизненного  либо  “до
государева указа”.
    Тюрьмы были земляные, просуществовавшие  до  1724  года,  деревянные  и
каменные.  Они  подразделялись  на  мужские,  женские  и   по   подсудности.
Осуждённые церковным судом или по делам церковной  подсудности  подвергались
обычно монастырскому заключению, а  политические  преступники  помещались  в
особые так называемые опальные тюрьмы.
    Монастырское заключение могло ограничиваться  помещением  -  кельей,  у
которой для охраны должны “быти стрельцы в день и  ночь  безотступно”,  либо
сопряжено  с  выполнением  разного  рода  работ.  К  наиболее   неисправимым
применялось  “монастырское  смирение”,  т.е.  телесное  наказание  батогами,
палками, плетьми “шелепами” (верёвочными или мочальными плетьми).
    Тюрьмы для политических преступников отличались особо строгим  режимом.
К заключённым предписывалось никого “не пропускать и  разговаривать  с  ними
никому не велеть”. Опальные тюрьмы часто являлись местом расправы.
    Однако  чёткого  разграничения   тюрем   не   было.   Некоторые   особо
привилегированные преступники подвергались домашнему аресту.
    Уложение впервые в законодательстве вводит использование заключённых  в
качестве рабочей силы:  “...а  из  тюрьмы  выимая  его  послать  в  кандалах
работать на всякия изделья, где государь укажет”.
    Ссылка как изолирование  преступника  от  общества  была  известна  ещё
Русской  Правде,  назначавшей  за  особо  опасные   преступления   поток   и
разграбление.
    Ссылка обычно назначалась за политическую вину. Политических ссылали на
вечное житьё без “испомещения” на службу, за исключением окраинных  городов,
где обвиняемые записывались “на пашню в тягло”  или  в  посад  “кто  к  чему
приучен”. Имея в виду стрельцов, гулящих людей и отсидевших свой срок  татей
и  разбойников,  Уложение  1649  г.  вводит  ля  них  ссылку  в  “украинные”
(пограничные)  города,  либо  в  “дальние  городы”  -  в  Сибирь.   Отбывшим
наказание выдавалось  соответствующее  письмо,  что  давало  им  возможность
поступить на службу “в какой чин пригодится” (ст. 9, 10, 16 гл. XXI, ст.  16
гл.  XXV).  Эта  мера  способствовала  колонизационной   политике   Русского
государства.
     Ссылка в отношении к верхушке  феодального  общества  носила  характер
опалы. Об опале как  форме  наказания  для  должностных  лиц,  отказавших  в
осуществлении правосудия, и воевод,  нарушивших  сроки  выдачи  пропуска  на
выезд за границу, упоминают Судебник 1550 г. (ст.  7)  и  Уложение  1649  г.
(ст. 2 гл. XI), хотя не раскрывают его содержания.
    Наряду с опалой были и другие виды наказания, направленные на  умаление
чести,  достоинства  человека.  Уложение   упоминает   публичное   наказание
начальника сотни “при ратных многих людях” за их самовольный отпуск (ст.  16
гл. XII); выговор в  присутствии  понятых  и  других  посторонних  людей  за
неподчинение приставу (ст. 139 гл. X) и просто отнятие чести (ст. 5 гл.  X),
т.е. лишение достоинства и звания, понижение в чине. Иногда это касалось  не
только самого виновного но и всей его родни. При отнятии чести  преступление
записывалось  в  Разрядную  книгу  на  вечное  бесчестье  и  посрамление  “с
прописанием худых качеств виновного”.
    При спорах о местничестве или оскорблении патриарха боярином и  думными
людьми (ст. 27,  28  гл.  X)  полагалась  выдача  головой.  Это  был  обряд,
направленный на унижение чувства чести виновного.
    Уложению известен такой  вид  наказания  как  отрешение  от  должности,
введённый в законодательство  Судебником  1550  г.   По  Судебнику  виновный
подвергался торговой казни и увольнению от  должности  с  запретом  занимать
подобную в дальнейшем (ст. 28, 32). Стоглав и особенно Уложение  увеличивают
количество  наказаний  как  по  видам  нарушения,   так   и   по   субъектам
преступления. Уложение предписывает “из недельщиков выкинути” за волокиту  и
взятие лишних пошлин (ст.  146  гл.  X),  а  также  запрещает  “вперед...  у
дела...   быти”  судьям,  уличённым  в  неправосудии  “по  дружбе,  или   по
недружбе” (ст. 5 гл.  X);  губным  целовальникам  за  освобождение  татей  и
разбойников (ст. 84 гл. XXI) и объзжим головам и детям  боярским  за  отпуск
табачников и корчемников - лиц, нарушивших  государственную  монополию  (ст.
18 гл. XXV).
    Денежные наказание становятся средством обязательного искупления  вины.
Из имущества татей и разбойников удовлетворялись убытки  истца  при  разбое.
Если  имущества  не  хватало,   иски   взыскивались   в   порядке   частного
вознаграждения с тех, "на кого по сыску доведется", а именно с  соучастников
(ст. 2 гл. XXI). Сумма иска определялась в размере,  указанном  разбойниками
во время пытки, а в случае, когда разбойники, сознаваясь в разбое, не  могли
перечислить “животов по имянно”, т.е. указать сумму награбленного, то  истцу
выплачивалась четверть предъявленного иска (ст.ст. 23-25 гл. XXI).
    Уложение сохраняет денежные штрафы лишь за убытки и ущербы,  нанесённые
имуществу, здоровью и чести потерпевшего, в  8  случаях.  Помимо  бесчестья,
которое бывает простое, двойное и тройное,  выплата  штрафа  назначалась  за
отсечение руки, ноги, уха, носа и других частей тела - “за всякую  рану,  по
пятидесяти рублёв” (ст. 10 гл. XXII). Если виновный не имел  средств,  чтобы
выплатить требуемое истцом  вознаграждение,  он  подвергался  правежу  “безо
всякия пощады” (ст. 133 гл. X).
    Совершение особо опасных преступлений, как и  в  судебниках,  каралось,
кроме  уголовного  наказания,  конфискацией  имущества.  Уложение  1649   г.
определяло порядок конфискации имущества. Обвиняемый  в  любом  виде  измены
лишался всего, как недвижимого, так и движимого имущества (ст. 5 гл. II).  В
состав его входили и хлебные запасы. Всё передавалось в  казну  государства.
Конфискации подлежало имущество не только  всех  родственников,  знавших  об
измене, но и приданое жены политического преступника и  его  взрослого  сына
(ст.ст. 6-17 гл. II). Помимо того,   все  невиновные  родственники  лишались
права выкупа родовых недвижимостей, а заложенная вотчина поступала  в  казну
(ст.ст. 38-40 гл. XVIII). Вернувшийся из-за рубежа изменник при  помиловании
его государём терял право на получение конфискованных у него  поместий,  так
как они  после  осуждения  изменника  поступали  “в  раздачу”  челобитчикам.
Вопрос же о вотчинах решался по усмотрению государя (ст. 11 гл. II).
    Конфискации  подлежали  промыслы  и   дворы,   владельцы   которых   не
принадлежат к посадскому населению (ст. 16 гл. XIX); имущество обвинённых  в
разбое после удовлетворения требований истца, а также  помещиков,  укрывшего
разбойников от властей  (ст.ст.  26,  79  гл.  XXI);  имущество  нарушившего
правила продажи табака (ст.  11  гл.  XXV)  и  ратного  человека  за  третье
дезертирство со службы (ст. 8 гл. VII).
    Виды преступлений:
    Уложение, где составы преступлений против религии выдвигаются на первое
место в системе светского законодательства, а наказания за них  ужесточаются
(церковных татей предписывалось казнить без всякого милосердия - ст.  3  гл.
I),  расширяет  понятие  церковного  мятежа,  приравнивая  к  этому  составу
противоправные действия  против  мирян:  убийства,  нанесение  ран,  побоев,
оскорбление словом, совершённые в церкви,  а  также  обращение  к  царю  или
патриарху с челобитной во время церковной службы (ст.ст. 4-9 гл. I).
    Уточняя и разрабатывая намеченные в гл. 53, 57 и  59  Стоглава  составы
преступных деяний против религии, Уложение  вводит  понятие  "богохульство".
Богохульством называлось поношение, оскорбление  словами  или  действием,  а
также неверие, отрицание  "господа  бога",  "Иисуса  Христа",  "богородицы",
"честного  креста  и  святых",  что  являлось  посягательством   на   основы
христианского  вероучения.  Субъектом  преступления  могли  быть  не  только
христиане, но и люди других вероисповеданий.  К богохульству  приравнивалось
совращение православного в "бусурманскую" (мусульманскую) веру,  проведённое
"насильством или обманом", т.е. обязательно при наличие  злого  умысла  (ст.
24 гл. XXII). На практике  совращение  в  "бусурманство"  толковалось  более
расширенно.  Наказывалась  даже   попытка   совращения   и   не   только   в
мусульманскую, но и в лютеранскую и римско-католическую веру.
    Государственные преступления.
    Уложение  1649  г.  даёт  довольно   полное   и   широкое   понятие   о
государственных преступлениях.  По  характеристике  известного  криминалиста
Г.Г. Тельберга,  Уложение  1649  г.  "является  первым  в  истории  русского
законодательства кодексом, в котором дана, если не исчерпывающая, то всё  же
относительно полная  система  государственных  преступлений".  Невозможность
апелляции по составам политических  преступлений  обусловила  отсутствие  по
ним новоуказных статей, и вплоть до  Артикула  воинского  Петра  I  Уложение
1649 г. было единственным общим законом по предметам  политического  суда  и
политических преступлений.
    Уложение выделяет посягательство на здоровье государя и скоп и заговор.
    Под злым делом понималось также "невместное" или  "неистовое"  слово  в
адрес государя. Помимо "невместных слов", различались  "непристойные  речи",
т.е. бранные, оскорбительные слова в адрес  государя.  "Непристойные  слова"
государя  персонально  не  обижали,  но   могли   быть   так   поняты.   Для
подтверждения того, что эти слова были сказаны без умысла,  а  "спроста  ума
своего", человека дважды пытали. Объектом этого преступления  могло  быть  и
иное лицо, имеющее отношение к власти.
    Поскольку  в  напряжённой  обстановке  1648  г.,  когда  в   восстаниях
участвовало не только  феодально-зависимое  население,  но  и  представители
верхов посада, дворян, детей боярских и стрельцов, т.е.  плохо  обеспеченные
массы вооружённых людей, требовавших земли,  крестьян,  денег  и  защиты  от
бояр и крупных дворян, двор царя  становился  местом  сведения  политических
счётов и разного рода конфликтов, могущих угрожать  здоровью  и  даже  жизни
государя. Поэтому наказание за оскорбление кого-либо  словом  или  действием
на царском дворе не ограничивалось выплатой бесчестья (в  ст.ст.  32-82  гл.
X)[10], а дополнялось тюремным заключением (ст.ст. 1-2 гл.  III);  нанесение
ранений, даже не приведших к смерти, каралось смертной  казнью  (ст.  3  гл.
III); обнажение оружия во дворе  государя  в  его  присутствии  наказывалось
отсечением руки независимо  от  того,  было  оно  применено  или  нет,  а  в
отсутствие государя - тюремным заключением  (ст.ст.  4-5  гл.  III).  Просто
ношение оружия на царском дворе влекло битьё батогами и  недельное  тюремное
заключение (ст.ст. 6-7 гл. III).
    Был выделен новый состав преступления - скоп и заговор,  где  субъектом
преступления являлись не  отдельные  лица,  а  объединённая  предварительным
соглашением толпа.  Объектом  этого  преступления  была  не  особа  государя
(ст.ст. 18, 19 гл. II), а порядок управления. В отличие  от  ст.ст.  198-199
гл. X, предусматривающих торговую  казнь  за  скоп  и  заговор  в  отношении
частных лиц, ст.ст. 20-21 гл. II Уложения вводят смертную казнь "без  всякия
пощады"  в  отношении  лиц  должностных.   Для   состава   преступления   не
обязательно  было  "грабити"  и  "побивати".  Главное  -  "прихаживать   для
воровства", т.е. для  совершения  любых  враждебных  действий.  Выделение  в
отдельный состав  скопа  и  заговора  свидетельствует  об  особом  положении
должностных лиц и необходимости защиты их защиты со стороны государства.
    Устанавливается публично-правовая обязанность извета, т.е. извещение  о
готовящихся государственных преступлениях.  Обязанность  сохранять  верность
государю и доносить о всяком  "лихе"  давалась  в  присягах  при  вступлении
царей  на  престол.  Дополнив  существовавшую  в  крестоцеловальных  записях
обязанность  извета  угрозой  уголовного  наказания  за   её   неисполнение,
Уложение   выделило   ещё   один   состав   политического   преступления   -
недоносительство (ст. 19 гл. II),  караемое  смертной  казнью   "без  всякия
пощады".  Субъектом   состава  этого  преступления  являлись   люди   любого
сословия, знающие  не  только  о  каком-либо  готовящемся  преступлении  как
против государя, так и против "его державы", но и о "непристойных словах"  в
адрес государя. Извет по государственным делам мог  подаваться  даже  самому
государю. Его могли давать люди и крестьяне на своих господ (ст. 13 гл.  II)
и   дети   против   родителей.   В   отличие    от    Литовского    статута,
предусматривающего  обязанность  извета  лишь  со  стороны  совершеннолетних
сыновей, Уложение расширяет круг  субъектов  преступления,  включая  в  него
всех живущих  в  доме  отца.  По  государственным  делам  извет  разрешалось
принимать от ведомых лихих людей и от заключённых (ст. 103 гл.  XXI),  тогда
как в общеуголовных делах изветам не верили (ст.ст.  8,  33,  93  гл.  XXI).
Ответственность за отказ от начатого извета была различной в зависимости  от
субъекта  и  субъективной  стороны  преступления.  За   недоказанный   извет
феодально-зависимых против своих господ полагались нещадная  торговая  казнь
и выдача их господину. Для свободных людей исход дела  р
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением оригинальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.