Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Результат поиска


Наименование:


реферат Доктрина фашизма

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 08.05.2013. Год: 2012. Страниц: 16. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Бенито Муссолини
«Доктрина фашизма»
 
Глава первая 
ОСНОВНЫЕ ИДЕИ
 
1. Философия  фашизма.
Как всякая цельная политическая концепция, фашизм есть одновременно действие и мысль: действие, которому присуща  доктрина, и доктрина, которая, возникнув  на основе данной системы исторических сил, включается в последнюю и затем действует качестве внутренней силы.
Поэтому эта концепция  имеет форму, соответствующую обстоятельствам  места и времени, но вместе с тем  обладает идейным содержанием, возвышающим  ее до значения истины в истории высшей мысли.
Нельзя действовать  духовно на внешний мир в области  велений человеческой воли, без понимания  преходящей и частичной реальности, подлежащей воздействию, и реальности вечной и универсальной, в коей первая имеет свое бытие и жизнь.
Чтобы знать людей  нужно знать человека, а чтобы  знать человека, нужно знать реальность и ее законы. Не существует понятия  государства, которое, в основе, не было бы понятием жизни. Это есть философия  или интуиция, идейная система, развивающаяся  в логическую конструкцию или выражающаяся в видении или в вере, но это всегда, по крайней мере, в возможности, органичное учение о мире.
 
2. Духовное понятие жизни.
Таким образом, фашизм не понять во многих его практических проявлениях, как партийную организацию, как воспитательную систему, как дисциплину, если не рассматривать его в свете общего понимания жизни, т.е. понимания духовного.
Мир для фашизма есть мир не только материальный, манифестирующий  себя лишь внешне, в котором человек, являющийся независимым индивидом, отдельным от всех других, руководится естественным законом, инстинктивно влекущим его к эгоистической жизни и минутному наслаждению.
Для фашизма человек  это индивид, единый с нацией, Отечеством, подчиняющийся моральному закону, связующему индивидов через традицию, историческую миссию, и парализующему жизненный инстинкт, ограниченный кругом мимолетного наслаждения, чтобы в сознании долга создать высшую жизнь, свободную от границ времени и пространства. В этой жизни индивид путем самоотрицания, жертвы частными интересами, даже подвигом смерти осуществляет чисто духовное бытие, в чем и заключается его человеческая ценность.
 
3. Позитивное понятие  жизни как борьбы.
Итак, фашизм есть духовная концепция, возникшая также из общей  реакции века против ослабляющего материалистического позитивизма 19-го века. Концепция антипозитивистская, но положительная; не скептическая, не агностическая, не пессимистичная, не пассивно оптимистическая, каковыми являются вообще доктрины (все негативные), полагающие центр жизни вне человека, который может и должен своей свободной волей творить свой мир.
Фашизм желает человека активного, со всей энергией отдающегося  действию мужественно сознающего предстоящие  ему трудности и готового их побороть. Он понимает жизнь, как борьбу, помня, что человеку следует завоевать себе достойную жизнь, создавая, прежде всего из себя самого орудие (физическое, моральное, интеллектуальное) для ее устроения. Это верно как для отдельного человека, так и для нации и для человечества вообще.
Отсюда высокая оценка культуры во всех ее формах (искусство, религия, наука) и величайшее значение воспитания. Отсюда же основная ценность труда, которым человек побеждает природу и создает собственный мир (экономический, политический, моральный, интеллектуальный).
 
4. Моральное понятие жизни.
Это положительное понимание  жизни есть, очевидно, понимание  этическое. Оно объемлет всю реальность, а не только человека, властвующего над ней. Нет действия не подчиненного моральной оценке; нет ничего в  мире, что могло бы быть лишено своей моральной ценности.
Поэтому фашист представляет себе жизнь серьезной, суровой, религиозной, полностью включенной в мир моральных  и духовных сил. Фашист презирает "удобную  жизнь".
 
5. Религиозное понятие  жизни.
Фашизм концепция религиозная; в ней человек рассматривается в его имманентном отношении к высшему закону, к объективной Воле, которая превышает отдельного индивида, делает его сознательным участником духовного общения. Кто в религиозной политике фашистского режима останавливается на чисто оппортунистических соображениях, тот не понял, что фашизм, будучи системой правительства, также и, прежде всего, есть система мысли.
 
6. Этическое  и реалистическое понятие жизни.
Фашизм концепция историческая, в которой человек рассматривается  исключительно, как активный участник духовного процесса в семейной и социальной группе, в нации и в истории, где сотрудничают все нации. Отсюда огромное значение традиции в воспоминаниях, языке, обычаях, правилах социальной жизни.
Вне истории человек  ничто. Поэтому фашизм выступает против всех индивидуалистических на материалистической базе абстракций 19-го века; он против всех утопий и якобинских новшеств. Он не верит в возможность "счастья" на земле, как это было в устремлениях экономической литературы 18-го века, и поэтому он отвергает все телеологические учения, согласно которым в известный период истории возможно окончательное устроение человеческого рода. Последнее равносильно поставлению себя вне истории и жизни, являющейся непрерывным течением и развитием.
Политически фашизм стремится быть реалистической доктриной; практически он желает разрешить только задачи, которые ставит сама история, намечающая или предуказывающая их решение. Чтобы действовать среди людей, как и в природе, нужно вникнуть в реальный процесс и овладеть действующими силами.
 
7. Анитииндивидуализм и  свобода.
Фашистская концепция  государства антииндивидуалистична; фашизм признает индивида, поскольку  он совпадает с государством, представляющем универсальное сознание и волю человека в его историческом существовании.
Фашизм против классического  либерализма, возникшего из необходимости  реакции против абсолютизма и  исчерпавшего свою задачу, когда государство  превратилось в народное сознание и  волю. Либерализм отрицал государство  в интересах отдельного индивида; фашизм утверждает государство, как истинную реальность индивида.
Если свобода должна быть неотъемлемым свойством реального  человека, а не абстрактной марионетки, как его представлял себе индивидуалистический либерализм, то фашизм за свободу. Он за единственную свободу, которая может быть серьезным фактом, именно за свободу государства и свободу индивида в государстве. И это потому, что для фашиста все в государстве и ничто человеческое или духовное не существует и тем более не имеет ценности вне государства. В этом смысле фашизм тоталитарен и фашистское государство, как синтез и единство всех ценностей, истолковывает и развивает всю народную жизнь, а также усиливает ее ритм.
 
8. Антисоциализм и корпоративизм.
Вне государства нет  индивида, нет и групп (политических партий, обществ, профсоюзов, классов). Поэтому фашизм против социализма, который историческое развитие сводит к борьбе классов и не признает государственного единства, сливающего классы в единую экономическую и моральную реальность; равным образом фашизм против классового синдикализма.
Но в пределах правящего  государства фашизм признает реальные требования, из которых берут начало социалистическое и профсоюзное  движения, и реализует их в корпоративной  системе интересов, согласованных  в единстве государства.
 
9. Демократия и нация.
Индивиды составляют: классы соответственно категориям интересов, профсоюзы - соответственно различным, объединенным общим интересом сферам экономической деятельности, но прежде и главнее всего они составляют государство. Последнее не является числом в виде суммы индивидов, образующих большинство народа. Поэтому фашизм против демократии, приравнивающей народ к большинству, и снижающей его до уровня многих.
Но он сам является настоящей формой демократии, если народ понимать, как должно, качественно, а не количественно, т.е. как наиболее мощную, моральную, истинную и последовательную идею. Эта идея осуществляется в народе через сознание и волю немногих, даже одного, и, как идеал, стремится осуществить в сознании и воле всех.
Именно тех, кто сообразно  этнической природе и истории, образует нацию, будучи направляемы единым сознанием  и волей по одной линии развития и духовного склада.
Нация не есть раса, или  определенная географическая местность, но длящаяся в истории группа, т.е. множество, объединенное одной идеей, каковая есть воля к существованию и господству, т.е. самосознание, следовательно, и личность.
 
10. Понятие государства.
Эта высшая личность есть нация, поскольку она является государством. Не нация создает государство, как это провозглашает старое натуралистическое понимание, легшее в основу национальных государств 19-го века. Наоборот, государство создает нацию, давая волю, а, следовательно, эффективное существование народу, сознающему собственное моральное единство.
Право нации на независимость  проистекает не из литературного  и идейного сознания собственного существования, и тем меньше из фактического более  или менее бессознательного и  бездеятельного состояния, но из сознания активного, из действующей политической воли, способной доказать свое право, т.е. из своего рода государства уже in fieri. Государство, именно как универсальная этическая воля, является творцом права.
 
11. Этическое государство.
Нация, в форме государства, есть этическая реальность, существующая и живущая, поскольку она развивается. Остановка в развитие есть смерть. Поэтому государство есть не только правящая власть, дающая индивидуальным волям форму закона и создающая ценность духовной жизни, оно есть также сила, осуществляющая во вне свою волю, и заставляющая признавать и уважать себя, т.е. фактически доказывающая свою универсальность во всех необходимых проявлениях своего развития. Отсюда организация и экспансия, хотя бы в возможности. Таким образом, государственная воля уравнивается по природе с человеческой волей, не знающей в своем развитии пределов и доказывающей своим осуществлением собственную бесконечность.
 
12. Содержание государства.
Фашистское государство, высшая и самая мощная форма личности, есть сила, но сила духовная. Она синтезирует все формы моральной и интеллектуальной жизни человека. Поэтому государство невозможно ограничить задачами порядка и охраны, как этого хотел либерализм. Это не простой механизм, разграничивающий сферы предполагаемых индивидуальных свобод.
Государство есть внутренняя форма и норма, дисциплинирующая всю личность и охватывающая, как ее волю, так и разум. Его основное начало главное вдохновение человеческой личности, живущей в гражданском обществе, проникает в глубину, внедряется в сердце действующего человека, будь он мыслитель, артист или ученый: это душа души.
 
13. Авторитет.
В результате фашизм не только законодатель и создатель учреждений, но воспитатель и двигатель духовной жизни. Он стремится переделать не форму  человеческой жизни, но ее содержание, самого человека, характер, веру.
Для этой цели он стремится  к дисциплине и авторитету, проникающему дух человека и в нем бесспорно  властвующему. Поэтому его эмблема  ликторская связка, - символ единения, силы и справедливости.
 
Глава вторая 
ПОЛИТИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ДОКТРИНА
 
1. Происхождение  доктрины.
Когда в далекий теперь месяц март 1919 года, через газету "Il Popolo d'Italia", я созвал в Милане оставшихся участников войны, следовавших  за мной с момента учреждения дружин (fascio) революционного действия, что произошло в январе 1915 года, - я в мыслях не имел никакого конкретного доктринального плана.
Живой опыт я сохранил от одной доктрины, именно социализма, за время от 1903/4 года до зимы 1914г. - около  десяти лет. В этом опыте я постиг и подчинение, и главенство, но он не представлял собой опыта доктринального. И в этот период моя доктрина была доктриной действия. С 1905 года не существовало больше единой, всеми признаваемой социалистической доктрины. Тогда в Германии началось ревизионистское движение, с Бернштейном во главе, а по контрасту в смене тенденций, образовалось левореволюционное движение, которое в Италии не пошло дальше слов, между тем, как в русском социализме оно стало прелюдией большевизма.
Реформизм, революционизм, центризм, - не осталось и отзвуков ото всей этой терминологии, между тем, как в мощном потоке фашизма вы найдете струи, берущие начала от Сореля, Пеги, Лагарделя из Mouvement Socialiste, и от которых когорты Итальянских синдикалистов, которые между 1904 и 1914 годами с Pagani Libere - Оливетти, La lupa - Орано, Divenire Sociale - Генриха Леоне привнесли новую ноту в обиход итальянского социализма, уже расслабленного и захлороформированного блудодействием Джиоллитти.
По окончании войны  в 1919 году, социализм, как доктрина, был мертв; он существовал лишь в форме ненависти и имел еще одну возможность, особенно в Италии, отомстить тем, кто желал войны и кто должен ее "искупить".
"Il Popolo d'Italia" печатала  в подзаголовке: "Ежедневник участников  войны и производителей". Слово  "производитель" было уже показателем умственного направления. Фашизм не был во власти заранее за столом выработанной доктрины; он родился из потребности действия и был действием; он не был партией, но в первые два года он был антипартией - движением. Имя, данное мной организации, определяло ее характер.
Во всяком случае, кто  перечтет на помятых уже страницах  той эпохи, отчет об учредительном  собраний итальянских боевых дружин (fascio), тот не найдет доктрины, а только ряд положений, предвосхищений, намеков, которые впоследствии, через несколько лет, освобожденные от неизбежного нароста преходящего, должны были развиться в ряд доктринальных установок, превращающих фашизм в самостоятельную политическую доктрину по отношению ко всем другим, прошлым и современным.
"Если буржуазия", говорил я тогда, "надеется найти в нас громоотвод, она ошибается. Мы должны идти навстречу труду... Мы хотим приучить рабочий класс к искусству управления, даже, чтобы только убедить его, что вовсе не легко вести вперед промышленность или торговлю... Мы будем бороться с техническим и духовным ретроградством... Перед открывающимся наследством после существующего строя мы не должны быть трусами. Мы должны торопится! Если строй будет преодолен, мы должны занять его место. Право наследования принадлежит нам, ибо мы подвигли страну на войну, и мы повели ее к победе. Настоящее политическое представительство нас не удовлетворяет, мы хотим прямого представительства отдельных интересов. Против этой программы можно сказать, что это возврат к корпорациям. Не важно!.. Я хотел бы, чтобы собрание приняло с экономической точки зрения требования национального синдикализма".
Разве не удивительно, что  с первого дня собрания на площади  Святой Гробницы звучит слово "корпорация", которая в ходе революции должна обозначать одно из законодательных и социальных творений, лежащих в основе режима?
 
2. Развитие доктрины.
Годы, предшествовавшие походу на Рим, были годами, когда необходимость  действия не допускала исследования и подробных доктринальных разработок. Шли битвы в городах и деревнях. Спорили, но, что более свято и значительно, умирали. Умели умирать. Разработанная с подразделением на главы и параграфы и с тщательным обоснованием доктрина могла отсутствовать; для ее замены имелось нечто более определенное: вера...
Однако кто восстановит прошлое по массе книг, статей, постановлений конгрессов, больших и малых речей, кто умеет исследовать и выбирать, тот найдет, что в пылу борьбы основы доктрины были набросаны. Именно в эти годы фашистская мысль вооружается, заостряется и формируется.
Разрешались проблемы индивида и государства; проблемы авторитета и свободы; политические, социальные и особенно национальные проблемы; борьба против либеральных, демократических, социальных, масонских, народно-католических (popolari) доктрин велась одновременно с "карательными экспедициями".
Но так как отсутствовала "система", то противники недобросовестно  отрицали всякую доктринальную способность  фашизма, а между тем, доктрина создавалась, бурно, сначала под видом буйного  и догматического отрицания, как это бывает со всеми возникающими идеями, а затем в форме положительной конструкции, находящей свое воплощение последовательно в 1926, 1927 и 1928 годах в законах и учреждениях режима.
Ныне фашизм отчетливо  обособлен не только, как режим, но и как доктрина. Это положение должно быть истолковано в том смысле, что ныне фашизм, критикуя себя самого и других, имеет собственную самостоятельную точку зрения, а, следовательно, и линию направления, во всех проблемах, которые материально или духовно мучают народы мира.
 
3. Против пацифизма: война  и жизнь как долг.
Прежде всего, фашизм не верит в возможность и пользу постоянного мира, поскольку, в общем, дело касается будущего развития человечества, и оставляются в стороне соображения  текущей политики. Поэтому он отвергает пацифизм, прикрывающий отказ от борьбы и боязнь жертвы.
Только война напрягает  до высшей степени все человеческие силы и налагает печать благородства на народы, имеющие смелость предпринять  таковую. Все другие испытания являются второстепенными, так как не ставят человека перед самим собой в выборе жизни или смерти. Поэтому доктрина, исходящая из предпосылки мира, чужда фашизму.
Также чужды духу фашизма  все интернациональные организации  общественного характера, хотя они  ради выгоды при определенных политических положениях могут быть приняты. Как показывает история, такие организации могут быть развеяны по ветру, когда идейные и практические чувства взбаламучивают сердца народов.
Этот анти-пацифистский дух фашизм переносит и в жизнь  отдельных индивидов. Гордое слово дружинника "Меня не запугать" (me ne frego), начертанное на повязке раны, есть не только акт стоической философии, не только вывод из политической доктрины; это есть воспитание к борьбе, принятие риска, с ней соединенного; это есть новый стиль итальянской жизни.
Таким образом, фашист принимает  и любит жизнь; он отрицает и считает  трусостью самоубийство; он понимает жизнь, как долг совершенствования, завоевания. Жизнь должна быть возвышенной  и наполненной, переживаемой для  себя самого, но главное для других, близких и далеких, настоящих и будущих.
 
4. Демографическая  политика и наш "ближний".
Демократическая политика режима вывод из этих предпосылок.
Фашист любит своего ближнего, но этот "ближний" не есть для него смутное и неуловимое представление; любовь к ближнему не устраняет необходимой воспитывающей суровости и тем более разборчивости и сдержанности в отношениях.
Фашист отвергает мировые  объятия и, живя в общении с  цивилизованными народами, он не дает обмануть себя изменчивой и обманчивой внешностью; бдительный и недоверчивый он глядит им в глаза и следит за состоянием их духа и за сменой их интересов.
 
5. Против исторического  материализма и классовой борьбы.
Подобное понимание жизни приводит фашизм к решительному отрицанию  доктрины, составляющей основу, так называемого, научного социализма Маркса; доктрины исторического материализма, согласно которой история человеческой цивилизации объясняется исключительно борьбой интересов различных социальных групп и изменениями средств и орудий производства.
Никто не отрицает, что экономические  факторы - открытие сырьевых ресурсов, новые методы работы, научные изобретения - имеют свое значение, но абсурдно допускать, что их достаточно для объяснения человеческой истории без учета  других факторов.
Теперь и всегда фашизм верит  в святость и героизм, т.е. в действия, в которых отсутствует всякий - отдаленный или близкий - экономический  мотив.
Отринув исторический материализм, согласно которому люди представляются только статистами истории, появляющимися и скрывающимися на поверхности жизни, между тем, как внутри движутся и работают направляющие силы, фашизм отрицает постоянную и неизбежную классовую борьбу, естественное порождение подобного экономического понимания истории, и, прежде всего он отрицает, что классовая борьба является преобладающим элементом социальных изменений.
После крушения этих двух столпов  доктрины от социализма не остается ничего, кроме чувствительных мечтаний, - старых, как человечество, - о социальном существовании, при котором будут облегчены страдания и скорби простого народа. Но и тут фашизм отвергает понятие экономического "счастья", осуществляющегося в данный момент экономической эволюции социалистически, как бы автоматически обеспечивая всем высшую меру благосостояния. Фашизм отрицает возможность материалистического понимания "счастья" и предоставляет его экономистам первой половины 18 века, т.е. он отрицает равенство: - "благосостояние-счастье", что превратило бы людей в скотов, думающих об одном быть довольными и насыщенными, т.е. ограниченными простой и чисто растительной жизнь.
 
6. Против демократических  идеологий.
После социализма фашизм борется со всем комплексом демократических идеологий, отвергая их или в их теоретических  предпосылках, или в их практических применениях и построениях.
Фашизм отрицает, что число, просто как таковое, может управлять  человеческим обществом; он отрицает, что это число посредством  периодических консультаций может  править; он утверждает, что неравенство  неизбежно, благотворно и благодетельно для людей, которые не могут быть уравнены механическим и внешним фактом, каковым является всеобщее голосование.
Можно определить демократические  режимы тем, что при них, время  от времени, народу дается иллюзия собственного суверенитета, между тем как действительный, настоящий суверенитет покоится на других силах, часто безответственных и тайных. Демократия это режим без короля, но с весьма многочисленными, часто более абсолютными, тираническими и разорительными королями, чем единственный король, даже если он и тиран.
Вот почему фашизм, занимавший до 1922 года, в виду преходящих соображений, республиканскую, в тенденции, позицию, перед Походом  на Рим от нее отказался в убеждении, что ныне вопрос о политической форме  государства не является существенным и что при изучении образцов бывших и настоящих монархий или республик явствует, что монархия и республика не должны обсуждаться под знаком вечности, но представляют собой формы, в коих выявляются политическая эволюция, история, традиция и психология определенной страны.
Теперь фашизм преодолел  противопоставление "монархия - республика", в котором завяз демократизм, отягощая первую всеми недостатками и восхваляя последнюю, как совершенный строй. Теперь видно, что бывают по существу реакционные и абсолютные республики и монархии, приемлющие самые смелые политические и социальные опыты.
 
7. Ложь демократии.
В одном из своих "философских  размышлений" Ренан, имевший предфашистские просветы, говорит: "разум, знание - продукты человечества, но это химера - желать разума непосредственно для народа и через народ".
"Для существования  разума вовсе нет необходимости,  чтобы он был общим достоянием. Во всяком случае, если бы подобное приобщение к разуму, нужно было проделать, не следует его начинать с низшей демократии, которая привела бы к уничтожению всякой труднодостижимой культуры и всякой высшей дисциплины"
"Принцип, что общество  существует только для благополучия  и свободы индивидов, его составляющих, не представляется согласным с планами природы, где принимается во внимание только вид, а индивид приносится в жертву. Нужно весьма опасаться, что последним словом так называемой (спешу прибавить, что ее можно понимать и иначе) демократии станет такое социальное общество, в котором выродившаяся масса будет заниматься одним: предаваться гнусным наслаждениям грубого человека".
Так говорит Ренан. Фашизм отвергает в демократии абсурдную  ложь политического равенства, привычку коллективной безответственности и миф счастья и неограниченного прогресса. Но, если демократию можно понимать иначе, т.е. если демократия обозначает: не загонять народ на задворки государства, то автор этих строк может определить фашизм, как "организованную, централизованную и авторитарную демократию".
 
8. Против либеральных  доктрин.
По отношению к либеральным  доктринам фашизм находится в  безусловной оппозиции, как в  области политики, так и экономики. В целях текущей полемики не следует  преувеличивать значение либерализма в прошлом век и делать из одной из многочисленных доктрин, расцветших в том столетии, религию человечества для всех времен, настоящих и будущих.
Либерализм процветал  лишь в течение 15-ти лет. Он родился  в 1830 году, как реакция против Священного Союза, желающего отодвинуть Европу к 1789-ым годам, и имел свой год особого блеска, именно 1848-ой, когда даже папа Пий 9-ый был либералом.
Сразу же за этим начался  упадок. Если 1848-ой год был годом  света и поэзии, то 1849-ый стал годом  мрака и трагедии. Римская республика была убита другой, а именно Французской республикой. В том же году Маркс выпустил евангелие социалистической религии в виде знаменитого коммунистического манифеста. В 1851 году Наполеон III совершает нелиберальный государственный переворот и царствует над Францией до 1870 года, когда он был низвергнут народным восстанием, но вследствие военного поражения, считающегося в истории одним из самых крупных. Победил Бисмарк, никогда не знавший, где господствует религия свободы, и какие пророки ей служат.
Симптоматично, что немецкий народ, народ высшей культуры, в течение 19-го века совершенно не знал религии  свободы. Она проявилась только в  переходный период, в виде так называемого "смешного парламента" во Франкфурте, просуществовавшего один сезон.
Германия достигла своего национального единства вне либерализма, против либерализма, доктрины, чуждой немецкой душе, душе исключительно  монархической, между тем как  либерализм есть логически и исторически  преддверие анархии. Этапы немецкого  объединения, это три войны 1864, 1866 и 1870 годов, ведомые такими либералами, как Мольтке и Бисмарк.
Что касается Итальянского объединения, то либерализм привнес  в него абсолютно меньшую долю, чем Маццини и Гарибальди, которые  не были либералами. Без вмешательства нелиберального Наполеона мы не имели бы Ломбардии; и без помощи нелиберального Бисмарка при Садовой и Седане, весьма возможно, мы не имели бы в 1866 г. Венеции и в 1870 г. не вошли бы в Рим.
С 1870 по 1915г. идет период, когда сами жрецы нового исповедания признают наступление сумерек своей религии, - побиваемой в литературе декадентством, в практике активизмом; т.е. национализмом, футуризмом, фашизмом.
Накопив бесконечное  количество гордиевых узлов, либеральный  век пытается выпутаться через гекатомбу  мировой войны. Никогда никакая религия не налагал такой громадной жертвы. Боги либерализма жаждут крови? Теперь либерализм закрывает свои опустевшие храмы, так как народы чувствуют, что его агностицизм в экономике, его индифферентизм в политике и в морали ведут государство к верной гибели, как это уже было раньше.
Этим объясняется, что  все политические опыты современного мира - антилиберальны, и чрезвычайно  смешно поэтому исключить их из хода истории. Как будто история является охотничьим парком, отведенным для либерализма и его профессоров, а либерализм есть окончательное непреложное слово цивилизации.
 
9. Фашизм не пятится  назад.
Фашистское отрицание  социализма, демократии, либерализма  не дает, однако, права думать, что  фашизм желает отодвинуть мир ко времени до 1789 года, который считается началом демо-либерального века.
Нет возврата к прошлому! Фашистская доктрина не избирала своим  пророком де-Местра. Монархический  абсолютизм отжил свое, и также, пожалуй  всякая теократия. Как отжили свой век  феодальные привилегии и разделение на "замкнутые", не сообщающиеся друг с другом касты. Фашистское понятие о власти не имеет ничего общего с полицейским государством. Партия, управляющая тоталитарно нацией, факт новый в истории. Всякие соотношения и сопоставления невозможны.
Из обломков либеральных, социалистических и демократических  доктрин фашизм извлекает еще  ценные и жизненные элементы. Он сохраняет так называемые завоевания истории и отвергает все остальное, т.е. понятие доктрины, годной для  всех времен и народов. Допустим, что 19-ый век был веком социализма, демократии и либерализма; однако это не значит, что и 20-ый век станет веком социализма, демократии и либерализма. Политические доктрины проходят, народы остаются. Можно предположить, что этот век будет веком авторитета, веком "правого" направления, фашистским веком. Если 19-ый век был веком индивида (либерализм равнозначен с индивидуализмом), то можно предположить, что этот век будет веком "коллектива", следовательно веком государства.
Совершенно логично, что  новая доктрина может использовать еще жизненные элементы других доктрин. Ни одна доктрина не рождается целиком новой, никогда не виданной и неслыханной. Ни одна доктрина не может похвастаться абсолютной оригинальностью. Всякая, хотя бы исторически, связана с другими бывшими и будущими доктринами. Так научный социализм Маркса связан с утопическим социализмом Фурье, Оуэна, Сен-Симона. Так либерализм 19-го века связан с иллюминизмом 18-го века. Так демократические доктрины связаны с Энциклопедией.
Всякая доктрина стремится направить деятельность людей к определенной цели, но человеческая деятельность в свою очередь воздействует на доктрину, изменяет ее, приспосабливает к новым потребностям или преодолевает ее. Поэтому сама доктрина должна быть не словоупражнением, а жизненным актом. В этом прагматическая окраска фашизма, его воля к мощи, стремление к бытию. Отношение к факту "насилия" и значению последнего.
 
10. Ценность и миссия  гос
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением оригинальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.