Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Результат поиска


Наименование:


реферат Средневековая Арабская философия

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 19.05.13. Год: 2012. Страниц: 17. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Средневековая арабская философия

     История арабо-мусульманской философии включает три основных этапа: классический, или средневековый (VIII – XV вв.); позднее средневековье (XVI – XIX вв.); современность (со 2-й пол. XIX в.). В классический период возникают и получают развитие пять основных философских направлений и школ, для позднесредневекового этапа типичен эклектический подход, современность характеризуется поиском путей сохранения цивилизационных основ классического общества в новых условиях.

     Классический (средневековый) период. Классический период начинается практически сразу с возникновением ислама. За это время исламское государство распространилось на обширных территориях Ближнего и Среднего Востока и Северной Африки, включив в свою орбиту многочисленные народы, уже испытавшие значительное влияние философского наследия античности и исповедовавшие зороастризм, христианство, гностицизм.

     Выделяют пять классических философских течений и школ, представленных в этот период: калам, арабоязычный перипатетизм (фалсафа), исмаилизм, ишракизм (философия озарения) и суфизм. За исключением арабоязычного перипатетизма, ни один из этих терминов не обозначает только философское течение, но вместе с тем каждое из названных течений выработало тот тип рефлексии, который должен быть отнесен к философскому.

     Позднее средневековье. В этот период не возникает новых оригинальных направлений и школ, а философская мысль развивается в эклектическом русле. С одной стороны, это систематизация суфийских идей и их совмещение с учениями арабоязычных перипатетиков, проделанная поздними суфийскими мыслителями, с другой – эволюция ишракизма в направлении осмысления суфийских идей. Еще в классический период наметилось сближение вероучения с ранним каламом, в этот период общественно-политические и религиозно-идеологические течения апеллируют либо к доктринальному наследию калама, как это было в ваххабизме, либо к суфийско-ишракитским идеям, переработанным так, как это сделали основоположники бабизма и бахаизма.

     Калам (араб. калам «речь»). Первое направление арабо-мусульманской философии, которое установилось в VIII в. Представители калама именуются мутакаллимами (араб. мутакаллим «говорящий»). В каламе выделяют в целом два этапа – ранний, мутазилитский (от араб. мутазила «обособившиеся»), и поздний, ашаритский, по имени Абу ал-Хасана ал-Ашари (ум ок. 935/936). Для мутазилизма характерен дух полемики, и количество вопросов, по которым мутазилиты выдвигали различные мнения, во много раз превышает те, по которым среди них царило согласие. В позднем каламе – ашаризме – этот дух свободной аргументации практически исчезает, калам приобретает схоластический характер.

     Рациональность  как основание  и характерная  черта калама

     Суть  калама заключается в попытках рационалистической интерпретации Корана и заключена в основных проблемах, которые были сформулированы в результате этих попыток и активно обсуждались мутакаллимами.

     Уникальный  метод калама, или «искусство составления вопросов и ответов», подразумевающий в постановке проблем и получении их решений опору на логику и рассуждение, пересмотр всех логически возможных вариантов, возник в условиях, когда существование различных сект и верований порождало сомнение в безусловной истинности религии и Коран перестал быть источником аргументации в спорах по тем или иным вопросам. Единственным источником, критерием для решения некоторых вопросов стал служить человек, его собственный разум.

     Согласно  мутакаллимам, человек настолько могуществен, что может сравниваться с Аллахом и даже превосходить его. Может ли человек сделать что-то, если Аллах знает, что этому не быть? Мутазилиты отвечали на это положительно, что делало Бога несвободным, противопоставляя ему свободного человека. Поскольку человек обладает разумом, он свободен. Именно разум позволяет сопоставить человека с Богом и в чем-то превосходить его, поскольку человек, подчиняющийся закономерности, благодаря разуму может не только искать различные варианты своих действий внутри этой закономерности, но и отклоняться от нее благодаря свободе в выборе действия и мысли.

     Соответственно  этим представлениям меняется и представление  о знании: знание – это не инструмент религиозной веры, опирающееся на Коран, а результат интеллектуальной, рациональной деятельности человека. Знание определяется как «узнавание познаваемого объекта таким, как он есть», другими словами «знание есть то, что человек знает доподлинно и понимает ясно». Мутазилиты первыми начинают проводить разграничение знания божественного, абсолютного от знания человеческого, ограниченного, и человеческого знания на два рода: необходимое, направленное на познание необходимого (существование Аллаха и доказательство его бытия) и остальные знания, получаемые посредством чувств и деятельности разума, из чего теоретически обосновывается разделение знания богословского и знания мирского, светского. Путем достижения истины является логика и следование ее законам.

     Основные  философско-теологические проблемы калама.

     Мутазилитский калам берет свое начало в учении Василя ибн Ата (700–749 гг.), который, как и все ближайшие его преемники, был представителем аскетического течения, крайние формы которого не приветствовались традиционным исламом. Как и первые суфии, они составляли круг недовольных роскошью и тиранией Омейядов и сторонились правящих кругов. Они склонялись к отходу от мирских дел, к аскетизму, что, вероятно, объясняет название мутазила как «сторонящиеся мира, правящих кругов, отшельники».

     Принято выделять несколько философско-теологических проблем калама:

  1. Проблема божественных атрибутов

     Мутазилиты утверждали абсолютное единство Бога и отрицали в нем всякую множественность и реальность приписываемых ему атрибутов, утверждая, что последние являются только обозначающими его именами. Согласно доктрине единобожия в исламе божественные атрибуты являются составной частью сущности Аллаха. Признание предвечных атрибутов и качеств Аллаха, по мнению мутазилитов, вело к признанию множественности предвечных субстанций.

     В мутазилитской среде возникла теория, стремившаяся примирить точки зрения «атрибутистов» и «антиатрибутистов», которая утверждала, что божественные атрибуты не являются ни существующими, ни несуществующими. В ответ на упреки о противоречии этой теории закону исключенного третьего ее сторонники возражали, что в первой части приведенной формулы речь идет о существовании вне разума, а во второй – о вербальном существовании или существовании в качестве звуков голоса, что подразумевает третий вид существования – существование в уме.

     Тождество атрибутов между собой означает совпадение в Аллахе воли и могущества со знанием, что предполагает подчинение иррационального начала в Боге началу рациональному, разумному. Если Бог знает, что он создаст вещь, то он не в силах ее не создать. Если Бог знает, что некто Зейд умрет в возрасте 80 лет, то он не может умертвить его до этого или оставить живым хоть на один миг после этого.

     Трудность разрешения проблемы тождества и  различия при такой постановке привели к возникновению многочисленных конкурирующих теорий в мутазилизме, а после длительных обсуждений – к догматизации проблемы в ашаризме, которая решалась через принцип понимания атрибутов «не спрашивай “как?” (би-ла кайф)», означающий простой запрет на их исследование.

     Наибольшее  значение среди «истинных» атрибутов  мутазилиты придавали четырем: знанию, могуществу, воле и жизни. Первые три объясняли связь между первоначалом и мирозданием, а жизнь понималась как необходимый атрибут действующего, поскольку действовать в истинном смысле может только живое. В конечном итоге мутазилиты оставили единственный атрибут Бога – знание, тождественное божественной сущности. Знание Бога, по словам аль-Аллафа, и есть Бог. Тогда и тезис мутазилитов о том, что воля Бога – это сам мир, в свете утверждаемого тождества воли, могущества и знания Бога привел к утверждению единства божественной сущности и мира и заключению, что весь мир тоже есть Бог, или к пантеизму.

  1. Проблема сотворения мира

     В Коране говорится, что Аллах сотворил мир в шесть дней, но вопрос о  том, из чего сотворен мир и сотворен ли он из чего-нибудь вообще, не затрагивается. Мутакаллимы признавали «творение из не-сущего». Ашариты трактовали «не-сущее» (маадум) как ничто и становились на позицию креационизма, мутазилиты рассматривали «не-сущее» как нечто реальное и придерживались платонической позиции, когда мир творится из предшествующей материи.

     Что касается вещей мира, то большинство  мутакаллимов различали «сотворение» вещи и саму вещь. Наиболее общей  характеристикой вещи была «утвержденность» (субут). Утвержденность понимается как более фундаментальная характеристика вещи, чем ее существование, которое, как и несуществование, признается в качестве атрибута вещи. Утвержденность логически предшествует как существованию, так и несуществованию вещи и не предполагает в ней никаких содержательных характеристик. При этом под утвержденной вещью понимается сама вещь как таковая, а не какая-либо универсалия.

     Что касается «существования» и «несуществования»  в отношении творения Богом вещей, то здесь было высказано два мнения. Одни считали, что нельзя говорить о вещи как о несуществующей до того, как она хотя бы раз получила существование. Другие называли вещь и до ее первого существования несуществующей, определяя понятие «возникновение» как «существование после несуществования». Если признавать, что несуществование вещи наступает только после ее первого существования, то необходимо определить возможность говорить о вещи до ее существования либо вовсе запретить это. Для этих целей и было введено понятие «утвержденность».

     Концепция «не-сущего» легла в основу мутазилитского пантеизма. Все то, что охватывается понятием маадум, составляет мир, идентичный чувственно воспринимаемому; это тот же реальный мир, только не имеющий пространственных и временных связей. Мир «маадумов» абсолютно не подвластен Богу. «Возникновение» понимается как развертывание «маадумов» в пространстве и времени или появление их из своих «скрытых» мест (кумун) «без всякого творения».

  1. Проблема атомарной структуры мира

     В мутазилитском каламе были разработаны  атомистические концепции пространства, времени и вещества. Атомы понимались либо как нечто непротяженное, либо протяженное, некоторые мутазилиты отвергали атомизм (ан-Наззам). Между мутакаллимами шли споры о бесконечной делимости тел, обсуждалась проблема обоснования существования предела делимости. В ее рамках обсуждались такие частные проблемы как минимальное число атомов в теле, протяженность атома и его сторон, местоположение атомов, их форма.

     Атом принципиально недоступен чувственному восприятию, поскольку он не обладает не только соответствующими акциденциями, но даже и пространственно-временными характеристиками, они возникают только в конфигурациях атомов. Различались «протяженность» и «телесность», «положение» и «место», «физическая» и «математическая» делимость (например, «стороны» атома являются его математическими, но не физическими частями, и именно это позволяет образовывать континуум из «неделимых»), «математический» и «физический» минимум (как точка и атом).

     Когда деление уничтожает всю «соединенность», тогда остается «неделимая частица». Было несколько мнений при решении вопроса о свойствах неделимой частицы. Одни считали, что она может существовать сама по себе и принимать все акциденции, и отождествляли ее с телом (джисм) и субстанцией (джавхар). Некоторые допускали одиночное существование такой частицы, но при этом отрицали наличие в ней трех измерений, чувственных качеств, жизни, способности к действию и знания. Отдельная частица способна к движению и соприкосновению с шестью подобными частицами и соединения с ними, за счет чего образуется тело (аль-Аллаф). Другие мутазилиты добавляли такие нюансы, как признание цвета, вкуса, запаха (аль-Джуббаи). Многие мутазилиты отрицали возможность отдельного существования неделимой частицы и утверждали, что отдельно существует только совокупность таких частиц в их определенном сочетании – «столп» (рукн). В таком случае столп становился непосредственным элементом для построения тела, причем столп имел аналогичную неделимой частице природу, поскольку тело должно было состоять минимум из шести столпов. Некоторые считали, что наименьшим отдельно существующим сочетанием частиц следует признать восемь, причем две лишенные измерений частицы образуют длину, две пары – плоскость, две четверки – трехмерный объем. Муаммар называл неделимой частицей человека.

     Атомистическая  модель трактует время как последовательность неделимых атомарных «мгновений» (заман фард), в каждое из которых совершаются два события: уничтожение данного тела и его возникновение заново; эти события не совпадают, но и не рядоположенны, и их следование не создает длительности внутри атома времени. Физическое движение рассматривается как занятие телом двух разных мест в два последовательные мгновения, а покой – как занятие им одного места в два мгновения.

  1. Проблема причинности и природы тел

     Ислам отвергал существование «промежуточных причин» между возникновением явлений и волей Бога. Мутакаллимы, отвергавшие объективную причинную связь между явлениями, полагали, что регулярная последовательность явлений есть результат действий Бога, которые люди называют «обычаем». Все явления в мире непосредственно порождаются Богом, но некоторые явления не будут вызваны Богом никогда. Например, явления, сопряженные с каким-либо изменением в природе Бога или не согласующиеся с законом противоречия.

     Мутазилиты  учили о «природе» тел, с которой  Аллах не может согласовать свои действия. В этих представлениях заключена идея об автономности мира. Муаммар говорит, что, если тело по своей природе не принимает определенного цвета, может случиться так, что Аллах попытается окрасить его в этот цвет, но тело окрашиваться не будет. Ан-Наззам утверждает, что невозможно, чтобы субстанция делала то, что она по своей природе не делает и чтобы творец заставлял ее действовать иначе, чем она способна по своей природе. «Действия» Бога тождественны процессам, происходящим во Вселенной, причем первые подчинены вторым, и для доказательства этого тезиса мутазилиты прибегают к аргументу «от совершенства»: если Бог и сможет сотворить другой мир, то он будет абсолютно идентичен существующему, поскольку Бог – искуснейший мастер, который все делает «наисовершеннейшим образом».

  1. Проблема свободной воли и предопределения, ответственности человека за свои поступки

     В Коране ясно различаются утверждения  о власти Бога над тем, что случается  в мире, включая то, что случается  с людьми, и о власти Бога над действиями людей. Утверждения первого рода – об абсолютном предопределении, утверждения второго рода – как об абсолютном предопределении, так и о наличии у людей свободной воли.

     Мутазилиты  как сторонники свободной воли человека толковали ее по разному: одни полагали, что Бог наделяет человека свободной волей с самого рождения; другие - что Бог наделяет человека перед каждым его действием соответствующей способностью (теория «присвоения» (касб)).

     Поскольку Бог справедлив, то с необходимостью следует, что человек должен быть создателем своих собственных дел. Тогда только можно сказать, что он свободный и ответствен за свои поступки. Если человек не является автором своих поступков и любые совершаемые действия творятся Богом, как можно тогда быть ответственным за эти действия и заслужить наказание за свои грехи? Все мутазилиты соглашаются в том, что человек – творец своих волевых действий. Некоторые свои действия человек совершает непосредственно (мубашара), а некоторые – посредством таулид. Термин таулид понимается как «необходимая (вынужденная) случайность», как некий другой акт, сопровождающий запланированный акт. Например, движение пальцев Зейда делает необходимым движение его колец. И хотя Зейд не намеревался двигать кольцами, однако сам он вынужден будет считаться с этим движением. Бог ни малейшим образом не заботится о создании этих действий, не может на них влиять. Как только за человеком признается авторство его действий, возникает необходимость награды со стороны Бога за совершение добрых дел, и для человека справедливо потребовать этой награды.

     Важнейшим понятием, описывающим необходимое  условие действия, является «могущество» (кудра) и близкое к нему «способность» (иститаа). Первое употребляется преимущественно в отношении Бога как действователя, второе – в отношение человека. В понятие «способность» включается «здоровье» (сихха) действователя, наличие «принадлежностей» (шуун) и «материала» (мадда) в момент действия, «орудие» (ала) действия и его «побуждающую причину» (сабаб мухаййидж), считая последнюю тем фактором, который делает действие «необходимым» (муджаб).

     Действие человека совершается благодаря его воле и могуществу, действия Бога также - по его воле и могуществу; разница состоит в том, что могущество человека разъясняется в терминах его «способности» (и потому оказывается обусловленным), способность же Бога к действию безусловна; непосредственное творение (халк) считалось исключительно действием Бога. Следствием оказывается вопрос о соотношении могущества Бога и человека: все, на что способен человек, не входит в сферу способности к действию Бога. Это означало жесткое утверждение автономии действия человека и тем самым его ответственности.

     В вопросе об отношении воли Бога к  действиям людей, все мутазилиты признавали наличие воли Бога, направленной на вещи, и волю, направленную на действия людей: первая, независимо от того, понимается она как тождественная желаемой вещи или как отличная от нее, трактовалась как тождественная «созданию» (таквин) этой вещи, т.е. желать вещь для Бога означало сотворить ее. Что касается действий людей, то воля Бога принципиально не тождественна их сотворению, т.е. человек понимался как самостоятельный действователь, чьи действия могут соответствовать или не соответствовать божественной воле.

     Автономное действие человека объяснялось через понятие «присвоения». Одно и то же движение может быть совершено и Богом, и человеком: если его совершает Бог, то оно оказывается для человека «неизбежностью» (дарура), а если сам человек, то – его «присвоением» (касб). Хотя человек в данном случае и совершает собственный поступок, т. е. «действует», это действие оказывается «присвоением», поскольку подпадает под могущество Бога, причем присваиваемый поступок не считался произведенным человеком, но был сотворен Богом. Понятие «присвоение» использовалось для описания таких действий, которые возникают в мертвых вещах (им не может быть приписано никакое действие) в результате какого-то иного действия человека, т. е. для описания движения камня, который катится вниз по склону в результате того, что человек его толкнул, – здесь собственным действием человека является только толчок, а движение камня присваивается человеком, но сотворяется Богом.

     Арабоязычный  перипатетизм. Относительно свободное осмысление и комментирование греческих мыслителей вне тесной связи с теологией и зависимости от нее вызвали возникновение учений, за которыми, с целью подчеркнуть их иноземные истоки в отличие от схоластического богословия (калама), арабы сохранили греческое имя «философия» (фалсафа). Идейно-теоретическую основу концепций арабских философов составили учения Платона, Аристотеля и неоплатоников. Поскольку философия Аристотеля стала преобладающим элементом в воззрениях арабских мыслителей, постольку их учения объединяют в направление арабского аристотелизма, а его представителей называют машшаитами (от араб. машийа – гулять), т. е. перипатетиками. Фалсафа по праву считается собственно философией арабов и светской философией, тесно взаимосвязанной с наукой.

     Выделяют  два направления – Восточное и Западное. Основные представители первого: ал-Кинди (800-879), ал-Фараби (870-950), Ибн Сина (лат. Авиценна, 980-1037), второго – Ибн Туфайл (1110-1185), Ибн Рушд (лат. Аверроэс, 1126-1198).

     Первым  «философом арабов» стал мутазилит  аль-Кинди (IX в.), творчество которого далеко выходило за пределы теологической тематики. Он первым начал разъяснять и распространять учение Аристотеля, зачастую не различая его от неоплатонизма. Аль-Кинди написал работу «Трактат о количестве книг Аристотеля и о том, что необходимо для усвоения философии». В ней он сообщает о числе и порядке чтения книг греческого мыслителя. По его мнению, без чтения Стагирита не овладеешь философией. Но прежде чем приступать к Аристотелю, надо ознакомиться с математикой. Математика – преддверие философии в том смысле, что она учит размышлять и доказывать.

     За  аль-Кинди следовал ряд знаменитых арабских философов. Во-первых, аль-Фараби, о славе которого говорит его  титул «Второй Аристотель» («Второй  учитель»). Под влиянием работ Фараби, в частности его комментария «Метафизики» Аристотеля, пришел к аристотелизму другой великий философ Востока – Ибн Сина. Завершил развитие арабского аристотелизма также крупнейший и известнейший философ средневековья – Ибн Рушд. Он был признан наиболее глубоким толкователем Аристотеля и, соответственно, был прозван «Великим комментатором».

     В учении машшаитов онтология была построена на воззрениях Аристотеля и неоплатоников; гносеология почти полностью восходила к Аристотелю; в этико-политической доктрине применяли идеи как Платона, так и Аристотеля.

     Исходная  категория онтологии арабских аристотеликов – понятие Бога. Но, в отличие от мутакаллимов, философы в большей степени его рационализируют, выражая его через философские понятия, даже заменяя ими. Бог – это и первая причина, и единое, и первый ум. Например, аль-Кинди пишет, что цель метафизики разъяснить, что Аллах – действующая и целевая причина всего, а также истинно единое. В одном из сочинений Фараби в качестве Бога функционирует первое сущее, необходимо сущее и первая причина. Бог в понимании Ибн Рушда – извечный первый двигатель. Представление о Боге – первой причине – проявляется в ее возвышении над всеми другими причинами, т. е. строится иерархия причин, как это было у неоплатоников, в отличие от Аристотеля: у него причины образуют горизонтальный ряд, у неоплатоников – вертикальный. Характерны уже сами термины «первая причина», «первый двигатель».

     Главная функция Бога в онтологии – быть творцом мира. Суть концепции возникновения мира, построенной по неоплатонической модели, выражает принцип эманации: мир – это истечение из божественного. Так, аль-Кинди указывает, что истечение единства от первого, истинно единого, есть обретение единичной сущности каждой чувственно воспринимаемой вещью. Саму эманацию понимали как гносеологический процесс. Согласно Фараби, вещи возникают в результате познания необходимо сущим себя в качестве упорядоченного ряда благ. Знание его есть причина существования вещи, служащей предметом его познания.

     Итак, эманация есть творение мира из собственной сущности Бога, откуда следует пантеизм – отождествление Бога со Вселенной. Необходимо-сущее (Бог) есть мир в форме единства, а мир есть такая же сущность, что и Бог, но только в форме множества. Бог и мир по своей сущности подобны, а по форме различны. Пантеизм машшаитов приводил к представлению о со-вечности Бога и мира, что противоречило догмату ортодоксов о начале мира во времени.

     Другая концепция сотворения мира опирается на аристотелевскую модель: вещи создаются движущими причинами при их воздействии на материю, которая представляет собой возможность быть чем-либо. Согласно этому принципу, машшаиты рассматривали Бога в качестве первой движущей причины, а возникновение мира – как следствие ее действия. Бог, будучи причиной, действует с необходимостью; значит, и мир творит по необходимости, а не по своей свободной воле, на чем настаивали теологи. Во-вторых, мир также является необходимым следствием действия божественной причины, а не только «возможно сущим», каковым ему надлежало быть в качестве творения. По мнению аль-Газали, философы таким образом делали мир равным Богу – «необходимо сущему» – и ставили под сомнение признание творца мира. Философы были вынуждены защищаться от таких обвинений, вводя различие между «необходимо сущим самим по себе» и «необходимо сущим благодаря другому». В-третьих, из необходимого характера связи причины и действия, Бога и мира вытекало, что они не могут существовать друг без друга, что они существуют всегда одновременно. Невозможно, чтобы была причина, а ее действие запаздывало. Поэтому нельзя допустить отставание действий извечного творца от существования самого творца. Аллах наделяется «извечной волей» творить мир. Отсюда (как и при эманации) вытекали сосуществование и со-вечность Бога и мира.

     Аль-Кинди  считал, что Аллах – создатель вселенной из ничего. Но уже Фараби доказывает, что мир возник из материи. У Ибн Рушда есть доказательство существования материи: мир является возможно сущим, но возможность возникнуть есть атрибут, который нуждается в субстрате; таковым субстратом является материя. Возможность, тем самым, атрибут материи. В итоге философы пришли к полному разрыву с креационизмом.

     Ибн Рушд развил данный тезис в виде ряда следствий. Из того, что материя  является началом для возникающих  вещей и предшествует им, он заключает, что сама она никогда не возникает (имеется в виду первая материя, материя без формы). Возникают только формы, пребывающие в материи. Допущение вечности материи делало ее существующей одновременно с Богом.

     Вторая  часть онтологии машшаитов – учение об устройстве мира. Ее центральный момент – иерархическое устройство мира в виде разного рода сфер: разумных, небесных и элементных, которые появляются вследствие эманации из первоначала. Фараби приводит следующую систему мира. Необходимо сущее творит первый разум; из него возникает второй разум и высшая сфера со своей материей и присущей ей формой - душой и т. д., вплоть до последнего, десятого, деятельного разума, который служит причиной существования земной души и через посредство небесных сфер – причиной существования четырех элементов. Непосредственная же причина элементов – небесные тела, порядок которых установлен Аллахом. Природа небесной сферы особенная: она не тепла, не холодна, не тяжела, не легка. Движение ее имеет источником душу, а не природу. Причина движения – тяготение уподобиться разуму, отрешенному от материи. Каждое из небесных тел имеет свой разум.

     Аналогично строение мира у Ибн Сины и Ибн Рушда. Из Бога проистекают умы, которые управляют небесными сферами. Самый низший ум является деятельным, управляет подлунным (земным) миром и руководит человеческим мышлением. Если же рассматривать конкретные связи внутри природы, то тут в качестве причин выступают уже естественные факторы, природные силы. Такими естественными причинами в «надлунном мире» будут планеты, а в «подлунном» – какие-либо иные природные причины. Ибн Рушд считал, что отрицание причин ведет к отрицанию разума, ибо разум есть постижение сущего по его причинам.

     Главный вопрос гносеологии машшаитов – вопрос о соотношении философии и религии. Философы соотносили их как знание и откровение (веру). Аль-Кинди признавал, что есть знание божественное, для приобретения которого не нужно ни труда, ни математики и логики. Оно не свойственно обычным людям, но только пророкам. Божественное знание пророков выше человеческого знания философов.

     Ибн Рушд сопоставлял философию и религию как знание в понятиях и знание в образах, аллегориях. Понятие здесь играет роль скрытого значения, толкования образных иносказаний, поэтому философское знание ставится выше теологического. Это видно из предложенного Ибн Рушдом разделения людей на три разряда, в зависимости от того, в какой форме люди обладают знанием истины. Первый – это философы, знание которых имеет рациональное (понятийное) выражение; второй – образованные люди, которым требуется то или иное объяснение истины: разумное или образное; третий – это те люди, которым достаточно одного аллегорического объяснения всех вещей. Таким образом, одно и то же знание, одна и та же истина получает двойное выражение: как в понятиях (в философии), так и в аллегориях (в Коране и теологии). Данное положение затем интерпретируется в виде так называемой «доктрины двойной истины», согласно которой одновременно допускались противоречащие друг другу высказывания, потому что в одно и то же время суждение могло быть истинным в философии и ложным в теологии.

     Гносеологические  положения арабских аристотеликов, касающиеся процесса познания, начинаются с разделения его, в соответствии с познавательными способностями, на чувственное и разумное. Но это разделение имеет и онтологическое основание – корреляцию между познаваемыми объектами и познавательными силами. Так, два вида познания аль-Кинди обосновывает существованием единичных и всеобщих предметов (родов и видов).
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.