Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение оригинальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение оригинальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения оригинальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, РУКОНТЕКСТ, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии так, что на внешний вид, файл с повышенной оригинальностью не отличается от исходного.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Жизнь, деятельность, политические взгляды В.Н. Татищева

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 20.05.13. Год: 2012. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание.

Введение. 

      «…И как может судья право дела судить, если древних и новых законов  и причин применениям не знает? Для  того ему нужно историю законов  знать1», - таким образом связывал историю с юриспруденцией русский государственный деятель и историк Василий Никитич Татищев. Жизнь этого человека прошла на стыке двух эпох, когда русское феодальное государство в конце XVII, начале XVIII вв. окончательно оформляется как абсолютная монархия.

      Реформы Петра I завершили ликвидацию устаревших феодальных учреждений, положили начало преодолению промышленной, военной, культурной отсталости России. При Петре закончились консолидация и законодательное оформление феодалов в единое привилегированное «благородное» сословие (шляхетство), противостоявшее остальным группам населения страны, особенно «подлому люду» (т.е.  «нерегулярных» граждан, не входивших в состав мещанства.). При Петре I привилегии шляхетства (за которым впоследствии установилось название «дворянство»), его право владеть землей и крепостными обосновывались тем, что шляхетство обязано нести военную и гражданскую службу под угрозой конфискации земель и крепостных у тех, кто уклоняется от службы государству. Одновременно резко расширилось и укрепилось крепостное право. При Петре I в крепостное состояние были обращены многие ранее свободные люди, сотни и тысячи крепостных приписывались к фабрикам и заводам, упразднение холопства практически означало распространение бесправия холопов на всех вообще помещичьих крестьян, помещики наделялись правом суда над крепостными, расширялась личная власть помещиков над крестьянами.

      Коренная  ломка вековых устоев, и традиционных отношений, резкий поворот в духовной жизни общества потребовали идеологического  обоснования. Период петровских реформ сопровождался значительным изменением идейной основы, содержания и программных положений политико-правовой идеологии господствующего класса. Новым было уже то, что одной из форм выражения этой идеологии были законодательные акты абсолютистского государства, бесчисленные указы, регламенты, уставы, манифеста, многие из которых написаны лично Петром или им отредактированы. Официальная доктрина абсолютизма включала традиционное теологическое обоснование царской власти. В законодательных актах (Воинский устав, Духовный регламент и др.) утверждалось: «Император всероссийский есть монарх самодержавный и неограниченный. Повиноваться его верховной власти не токмо за страх, но и за совесть сам бог повелевает2».

      То, что сделал Петр, не было историческим экспромтом, его реформаторская деятельность была «предсказана» насущными и неотложными государственными нуждами, основывалась на учете социально-экономического состояния страны и ее прошлого, она выражала те запросы российского общества, которые поставило перед ним время, и которые, так или иначе, в той или другой форме фиксировались сознанием передовых слоев российского общества. Можно только подивиться, отмечал В.О. Ключевский, обилию преобразовательных идей, накопившихся в возбужденных умах XVII «бунташного» века, и именно в лоне этого века возник впервые общественный спрос на «ум и личностные силы»3.

      Успехом, проводимые Петром реформы, также обязаны  большому числу умных, грамотных, одаренных  людей, которых император привлекал  не взирая на чины и ранги. Одним  из таких людей являлся Василий  Татищев, ставший впоследствии известным российским историком, географом, экономистом, государственным деятелем, основателем нынешних крупных российских городов, как Пермь, Екатеринбург, Тольятти.

Молодые годы.

      Василий Никитич Татищев родился в 1686 г. на Псковщине в семье беспоместного «жильца». Жильцами в то время называли низший разряд служилых людей, исполнявших службу в столице. Жильцы могли подняться по служебной лестнице до стольника или стряпчего. Так в правление Иоанна Алексеевича отец Василия Никита Алексеевич получил почетное поручение Поместного приказа ехать в Дмитровский уезд «для розыску, меры, межевания и учинения чертежа в поземельном споре Богоявленского монастыря», в связи с рождением царевны Анны Иоанновны в 1693 г. сыновья Никиты, десятилетний Иван и семилетний Василий, были пожалованы в стольники. Запомните, повод для пожалования…

      После смерти царя Иоанна какое-то время семья  проводит в Пскове. Начавшаяся война  требовала ускоренного обучения недорослей для определения их на службу. В самом начале 1704 года на Генеральном дворе села Преображенского проводился очередной набор детей жильцов-стольников. Братья Татищевы - Иван и Василий - выдержали экзамен и были зачислены в драгунский полк. 

      После окончания военных действий подобно  многим молодым дворянам, Василий Татищев совершенствовал свое образование за границей, но не во Франции и Голландии, как большинство, а в Германии - Берлине, Дрездене, Преслау. В эти годы уже началась подготовка Татищева как историка. Он изучал языки, собирал библиотеку (одну из лучших тогда в России частных библиотек), осваивал новейшие философские рационалистические труды, сформировавшие в нем стремление к критическому осмыслению событий прошлого. Но Татищев обучался также инженерному и артиллерийскому делу, поддерживал контакты с генерал-фельдцейхмейстером Яковом Брюсом и выполнял его поручения. Благодаря содействию Брюса Татищев был переведен в артиллерию и произведен в чин инженер-поручика артиллерии. Он участвовал в подготовке места проведения дипломатических переговоров со шведами на Аландах, которые должны были иметь своей целью подписание мирного договора между находившимися в состоянии войны Швеции и России. К сожалению переговоры зашли в тупик и война продолжалась до 1721 г. Скорее всего, через посредство Брюса Петр Великий определил Татищева «к землемерию всего государства и сочинению обстоятельной российской географии с ландкартами». В качестве практического результата от этого мероприятия предполагались социальные и экономические выгоды. География, как и геометрия, также ориентировалась на актуальные практические задачи.

      Именно  работа над «географией» привела  Татищева к необходимости заняться историей: надо было объяснить, как  те или иные территории вошли в  состав России, каковы истоки вошедших в нее народов, и т.д. Но приступить к реализации этой задачи Татищев не смог. Его определили на иное дело.

      Все последующие годы Татищеву приходилось  делить время между административной работой и научными изысканиями, которым он предавался с увлечением и страстью, но на которые оставалось совсем немного времени. С 1720 по 1723 гг.. Татищев управлял горными заводами на Урале, проявив себя решительным, чуждым рутины и угодничества администратором, ревнителем «к пользе российской», чем нажил себе немало врагов. По инициативе Татищева был построен Екатеринбургский завод, давший начало городу. Организацию горного дела, управление заводами он сочетал с изучением края, населявших его народов, их быта, нравов и обычаев, истории. Татищев собирал исторические документы, закладывая основы методики исторических исследований, источниковедения и археографии.

      По  своей «основной» специальности  в каждом донесении к царю Василий  Татищев рисует картину совершенного развала: все обкрадывают государство  и друг друга, кругом совершенное  беззаконие, никто не болеет за дело. И в каждом донесении предложение: как увеличить «прибыток» казне. Надо заинтересовать рудознатцев, более целесообразно разместить заводы, обновить строения и оборудование, улучшить или проложить новые дороги ради удешевления перевозок, целесообразней расположить старые и новые ярмарки (в частности, на границе с поселениями башкир, дабы русские и башкиры привыкли мирно жить рядом). 

      Деятельность  молодого горного инженера не осталась не замеченной, - на Татищева посыпались доносы. Советников Берг-коллегии раздражала независимость Татищева, его неприятие немецко-голландской терминологии, пронизывавшей переписку чиновников. Даже к детищу Татищева – городу на Исети, носившему имя супруги Петра I Екатерины, было «приделано» немецкое окончание «бург». Хотя основатель назвал город на русский манер – Екатерининск. Сенат снял обвинения с Татищева и повелел вернуться на Урал и заменить бывшего там начальником заводов полковника Де Генина, но Василий Никитич ищет повод отказаться. В 1724 г. император Петр принимает Татищева и ведет с ним беседы о создании Академии наук. Возражая царю Татищев высказывается против Академии и приглашения в нее иностранных профессоров, мотивируя это тем, что ««...без нижних школ академия оная с великим расходом будет бесполезна».

      Позднее свои мысли о российском образовании  Татищев выскажет в трактате «Разговор  двух приятелей о пользе науки  и училищ», где он предложил оригинальную классификацию наук, положив в ее основу принцип полезности. Науки мыслитель разделил на «нужные», «щегольские», «любопытные» и «вредные». Богословие, причисленное к наукам «телесным» и потому включенное в дисциплины «нужные», трактовалось в пантеистическом ключе, что позволяло рассматривать природу как совокупность проявлений Бога. «Нужные» науки включали в себя множество предметов: логику, физику, химию - те, что способствуют материальному благосостоянию и сохранности тела человека. К «щегольским» наукам Татищев отнес различные искусства, к «любопытным» - астрологию, физиогномику и хиромантию. «Вредные» науки, по его мнению, включали в себя гадание и колдовство4. Продолжая уральскую тему в докладах Петру Татищев советует передать «охочим людям» некоторые казенные рудники; за казной надо оставить только крупные заводы, руководство которыми может быть обеспечено достаточно подготовленными и заслуживающими доверия людьми. Остальные следует продать создав нечто вроде нынешних акционерных обществ, членами которых могли быть и советники Берг-коллегии.

      Летом 1724 г. Татищев получает назначение в  Швецию. Официально - для изучения опыта в «горной науке». Но было и неофициальное поручение - выяснить возможность поддержки герцога голштинского Карла-Фридриха, жениха Анны Петровны – дочери Петра от брака с Екатериной, в его претензиях на шведский стол. Пребывание в Швеции явилось большим стимулом к осуществлению давнего намерения написать историю России на широком фоне всемирной истории. Поэтому Татищев собирает исторические сочинения, касающиеся разных европейских стран, а также сочинения древних авторов. Интересуют его также вопросы общей государственной экономической политики и постановки образования. После смерти Петра Татищев возвращается в Россию, но придворные конъюктуры уже складываются по-новому. Смерть Петра I привела к неизбежной борьбе при дворе, а борьба помогала выявлять недостатки предшествующего правления. С другой стороны, возникшие проблемы оказались настолько неотложными, что требовалось объединение потенциальных противников для их решения. В этой обстановке 8 февраля 1726 года создается Верховный тайный совет, который должен был помочь императрице Екатерине в управлении государством. В Совет вошли «птенцы гнезда Петрова» А. Д. Меншиков, Ф. М. Апраксин, П. А. Толстой, Г. И. Головкин, А. И. Остерман, герцог голштинский Карл-Фридрих, а также Д. М. Голицын.

      К тому времени из-за разногласий с  Меншиковым уходит в отставку Брюс. Лишившись покровителя Татищев  остается один на один с руководством Берг-коллегии, которая готовит ему  новую командировку на Урал. Татищев оттягивает исполнение этого распоряжения необходимостью составить обстоятельный отчет о пребывании в Швеции. В это же время он предлагает Екатерине проект устройства канала, соединявшего бы Белое и Каспийское моря, а также сухопутного тракта из европейской части России в Сибирь. Татищев прямо намекал на то, что он мог бы осуществить этот план «без обиды обывателей и надмерных расходов». Однако и это его предложение не получило одобрения. Снова напоминал он и о своем проекте 1724 года, предусматривающем передачу рудников и предприятий в компании, но Сенат откладывал исполнение проекта до лучших времен.

      Тем временем Правление Берг-коллегии выносит  распоряжение Татищеву ехать в Нерчинск, для устройства серебряных заводов  на Шилке «для доброго установления и произведения» этих крайне запущенных и убыточных предприятий.  Де-факто это была ссылка… До сих пор остается неясным, кто помог Василию Никитичу избежать командировки в Забайкалье. По одной из версий это был зять Екатерины  - герцог голштинский Карл-Фридрих, который заменял императрицу в заседаниях Верховного тайного совета и энергично добивался возвращения захваченного Данией герцогства. Не следует забывать и секретном поручении Петра, которое исполнял Татищев в Стокгольме. Другим деятелем, имевшим основание поддержать Татищева, был Д. М. Голицын. Он полностью соглашался с татищевской идеей «увольнения коммерции», то есть освобождения ее от казенной опеки и регламентации. Близки были их взгляды и на собственно русскую старину. А в противодействии немецкому наступлению Голицын занимал и еще более решительные позиции, чем Татищев.

      Недолгое  правление Екатерины сменилось  еще более непродолжительным  царствование Петра II – внука Петра I, сына казненного царевича Алексея.

1730 год.

      С самого момента учреждения Верховного тайного совета его члены предвидели возможность попытки к изменению формы правления. Не обращая внимания на завещание Екатерины I ее потомство было отстранено от престола под предлогом молодости и легкомыслия Елизаветы, младшей дочери Петра I и Екатерины, и по малолетству их внука, сына Анны Петровны и герцога Голштинского; отстранена была и кандидатура бабки Петра II, монахини Лопухиной. Под влиянием Д.М. Голицына, который, считая себя старинным аристократом, не мог простить Петру I  брак с чухонской прачкой, было решено избрать Анну Иоанновну, бездетную вдову герцога Курляндского. Но избрать только при условии принятия Анной определенных «кондиций», ограничивающих самодержавную власть. Кондициями этими Анна обязывалась в супружество не вступать, наследника себе не назначать, без согласия Верховного тайного совета войны не объявлять, мира не заключать, податей не накладывать, в чины не производить выше полковничьего ранга; вотчин и деревень не жаловать5. Но прорывались и возражения: а не появится ли вместо одного тирана несколько? Главное, что вызывало беспокойство широких слоев дворянства, - закрытость Верховного тайного совета, где обсуждались важные для всех проблемы.

      Кондиции - лишь один «конституционный» документ верховников, причем не самый важный. Это даже компрометирующий их документ, так как в нем речь идет об ограничении власти императрицы в пользу только Верховного тайного совета. Именно этот документ должен был вызвать беспокойство у значительной части дворян, в том числе и знати, поскольку в нем ничего не говорилось о их месте в новой государственной системе. Между тем у верховников были предложения и на этот счет. К дворянскому же «всенародию» они собирались выйти с иным документом, значительно большим по размерам, чем Кондиции. Это «проект формы правления». Первым же пунктом в проекте разъяснялось, что «Верховный тайный совет состоит ни для какой собственной того собрания власти, точию для лутчей государственной пользы и управления в помощь их имп. величеств». Как и в предшествующий период в России, ограничения срока занятия должностей не предполагалось. «Упалые», то есть освободившиеся, места должны были восполняться путем выборов из «первых фамилий, из генералитета и из шляхетства, людей верных и обществу народному доброжелательных, не вспоминая об иноземцах». Отрицание иноземцев в управлении исходило опять же от Голицына, хотя непонятно, как он мог уживаться в Совете с Остерманом?

      «Проект»  в целом сохранял ту структуру  власти, которая сложилась в последние  годы правления Петра I, включая утвержденную в 1722 году Табель о рангах. «Для вспоможения» Верховному тайному совету оставался Сенат. Вопрос о численности его предполагалось решить дополнительно с учетом пожеланий «общества». Сенат и коллегии должны были набираться «из генералитета и знатного шляхетства».

      Основным адресатом «проекта» было дворянство, которому и рассыпаются всяческие привилегии. Дворяне освобождались от службы в «подлых и нижних чинах», для них предусматривалось создать «особливые кадетцкие роты, ис которых определять по обучении прямо в обор (то есть высшие) афицеры». Предполагалось, что «все шляхетство содержано быть имеет так, как в протчих европейских государствах в надлежащем почтении». Иными словами, дворянству было обещано все, что оно требовало в своих челобитных или частных разговорах. Но дворяне ничего об этом не знали: оглашение проекта откладывалось до приезда императрицы.

      Купечеству  уделялся лишь один, но очень важный пункт. Решительно отвергался принцип  монополии: «В торгах иметь им волю и никому в одни руки никаких товаров  не давать и податми должно их облегчить». Предписывалось также «протчим всяким чинам в купечество не мешатца». В условиях феодального государства ограждение купечества от возможного вмешательства со стороны властей или дворянства вернее всего способствовало развитию торговли и промышленности.

      В проекте с наибольшей полнотой учитывались  и шведская конституция, и собственно русская земская практика эпохи  ее наивысшего подъема. Голицын значительно  далее своих коллег готов был  идти навстречу пожеланиям купечества и горожан. Создание замкнутых сословных сфер в данном случае должно было ограничить дальнейшее расширение крепостнических отношений. И понятно, что этот проект даже не был вынесен на обсуждение. Слишком явно было, что он не удовлетворит дворянство, без которого любые предложения верховников были обречены на неудачу.

      В те дни в начале 1730 г. дворянство было расколото на два лагеря. Монархистов  возглавляли Ф. Прокопович и А. Кантемир. Татищев в те дни колеблется к  какой партии примкнуть. В начале 1720 гг.. он было сблизился с Прокоповичем и Кантемиром. Но в 1730 гг.. эта общность уже распадается. Православный священник Прокопович раздражал многих отрицательным отношением к русской старине, своеобразным космополитизмом, безразличием к престижу страны на европейской арене. Оправдывая коллегиальность в решении церковных вопросов, приветствуя создание Священного Синода, Прокопович в трактате «Правда воли монаршьей..» в светских делах правильной формой правления называет монархию. Правда с оговоркой на «наследственную» и «избирательную»6.

      Татищев, в свою очередь, по словам Плеханова  «..сам не знал, чего, собственно, ему  хотелось: он, защищавший в теории самодержавие, пишет конституционный проект»  и затем то уговаривает конституционалистов  согласиться с монархистами, то готов прочитать перед Анной Иоанновной конституционную челобитную дворян7. Татищев колебался и субъективно - идеальная форма правления для России не продумывалась им ранее, - и объективно, как член определенной общественной прослойки. Известно, что используя свои шведские связи Татищев разыскивал и обсуждал материалы, связанные с шведской формой правления, постановления шведского рикстага. Он шел явно в числе пионеров российского конституционализма, по крайней мере, до тех пор, пока не определился выбор верховников: Анна Иоанновна, с рождением которой некогда началась его «служба» при дворе, которая приходилась ему дальней родственницей.. (Sic!)

      Во  время коронации Анны Иоанновна  Василий Никитич Татищев исполнял должность обер-церемониймейстера.

Государственное устройство России по Татищеву.

      Видимо  события 1730 г. подтолкнули Василия  Никитича к более детальному рассмотрению действий власти и его собственному видению проблемы государственного устройства и проблем передачи власти в России. В написанной им в 1734 г. записке Татищев осуждает верховников за нарушение традиционного порядка избрания монарха в случае пресечения династии. Он полагает, что ранее уже было три избрания: Бориса Годунова, Василия Шуйского и Михаила Романова. Два из них не могут служить примером: «Избрали не порядком: в первом было принуждение, во втором коварство». «А по закону естественному, - поясняет Татищев, - избрание должно быть согласием всех подданных, некоторых персонально, других через поверенных, как такой порядок во многих государствах утвержден».

      Свой  собственный проект обустройства государства  был написан Татищевым зимой 1730 г. Но в Верховный тайный совет от самой значительной группы дворянства был подан иной текст проекта, чем тот, который предлагал Татищев.

      По  его проекту «естественный закон» и «естественное право» - теории, которые зарождались в Европе под влиянием буржуазии. Согласно этим теориям природа человека определяла и государственное устройство: отдельные индивиды путем «общественного договора» соединялись в единый организм. В теориях «общественного договора» вслед за Аристотелем обычно рассматривались три формы правления: монархия, аристократия, демократия. Но если, например, Феофан Прокопович решительно и однозначно решал вопрос в пользу неограниченной монархии, то рассуждение Татищева куда менее определенно. Татищев отмечает необходимость учета положения той или иной страны: «Каждая область избирает, разсмотря положение места, пространство владения, а не каждое всюду годно, или каждой власти может быть полезно».

      Примечательно, что идеальной формой правления  Татищев считал демократию. Но он полагал, что она осуществима лишь «в единственных градех или весьма тесных областях, где всем хозяевам домов собраться  вскоре можно... а в великой области  уже весьма неудобна». Демократия мыслится Татищевым как возможность обсуждения всех вопросов общим собранием граждан. Представительную же демократию он объединяет с аристократической формой правления. Это проистекало, конечно, не из того, что он не осознавал разницу между представительной демократией и реальной аристократией, характерной хотя бы для Швеции этого времени. Просто представительная демократия в его понимании на практике могла быть осуществима именно в форме аристократии.

      Сам термин «аристократия» Татищев поясняет уточнением: «или избранных правительство». «Избранный» в данном случае тоже имеет двоякий характер: пользующийся правом по положению или избранный на должность. Иными словами, принципы избрания могли быть разными. Но и в том случае, если избрание было «всенародным», это было бы «аристократией», правлением «избранных».

      Представительное (аристократическое) правление уступает «демократическому», но оно все-таки лучше монархического. К сожалению, оно также не везде возможно. Оно  применимо лишь «в областях, хотя из неколиков градов состоящих, но от нападений неприятельских безопасных, как-то на островах и проч., а особливо если народ учением просвещен и законы хранить без принуждения прилежит, - тамо так остраго смотрения и жестокого страха не требуется».

      Монархия пригодна только для больших территорий, где необходимо сохранить единство нации, всегда быть готовым к отражению внешней агрессии.

      Соображения Татищева, очевидно, не лишены оснований. Позднее Энгельс также наличие  или отсутствие королевской власти в странах средневековой Европы ставил в зависимость главным образом от внешнеполитических обстоятельств. В Германии, например, не сложилось сильного централизованного государства именно потому, что в этом не было потребности, поскольку она оказалась «избавленной на длительный срок от вторжений»8. К. Маркс также связывал «централизованный деспотизм» в России с условиями ее внутреннего социального строя, «обширным протяжением территории» и «политическими судьбами, пережитыми Россией со времен монгольского нашествия»9.

      Доказательства  своей теории Татищев находит  в исторических примерах ««Рим, прежде императоров, правился аристократиею и демократиею, а в случае тяжкой войны избирал диктатора и давал ему полное единовластительство». «В трудном состоянии» к аналогичным мерам прибегают Голландия и Англия. «Из сего видим, - заключает Татищев, - что издревле утвержденные республики в случаях опасных и трудных монархию вводят, хотя и на время».

      Но  в спорах выдвигались и мнения противоположные: «единовластное правительство  весьма тяжко», поскольку «единому человеку власть над всем народом дать не безопасно». Опасность грозит и оттого, что царь, «как бы мудр, справедлив, кроток и прилежен ни был, безпогрешен же и во всем достаточен быть не может». В случае же если монарх «страстям своим даст волю», то от насилий страдают невинные. Другая угроза исходит от того, что именем монарха управляют временщики, и временщик «из зависти» может свирепствовать еще более, «особливо если подлородный или иноземец, то наипаче знатных и заслуживших государству ненавидит, гонит и губит, а себе ненасытно имения собирает». И наконец, третье - «вымышленная свирепым царем Иоанном Васильевичем тайная канцелярия» (то есть Преображенский приказ сыскных дел), которая постыдна перед лицом других народов и разорительна для государства.

      Далее Татищев переходит к настоящему времени. Не умаляя заслуг императрицы «мудростию, благонравием и порядочным правительством в Курляндии», он предлагает фактическое ограничение ее самодержавия, хотя и облекает это предложение в весьма замысловатую форму: ограничение власти по гендерным признакам. Императрица «как есть персона женская, к так многим трудам неудобна, паче же ей знания законов не достает…»

      Для помощи «женской персоне» предлагалось объединить Верховный тайный совет  и Сенат, доведя их численность до 21 человека, которые будут нести службу в три смены по семь человек. «Делами внутренней экономии» должно было ведать «другое правительство». Оно избиралось в количестве ста человек и тоже участвовало в управлении сменами по третям года, дабы не запускать и своих собственных вотчин. Трижды в год или при чрезвычайных обстоятельствах на совещание съезжаются все «сто персон». «Общее собрание» не должно продолжаться «более месяца».

      Участие в управлении государством предполагалось пожизненное. В случае смерти или выбытия члена правительства предусматривалось выдвижение нескольких кандидатов и проведение двух туров голосования: сначала отбираются три кандидата, а затем один, наиболее достойный. Голосование должно быть тайным.

      Не  склонен Татищев отдавать на усмотрение монарха и законодательную власть, хотя опять-таки ограничение самодержавия рассматривается в качестве помощи. Сама императрица, конечно, сочинять законов не будет. Она это дело кому-то передоверит. И вот здесь-то и заключается «опасность немалая, чтоб кто по прихоти чего непристойного и правости несогласного или паче вредного, не внес». Даже «Петр Великий, хотя и мудрый государь был, но в своих законах многое усмотрел, что переменить нужно». Чтобы не допускать беспорядка в законодательстве, «лучше оное прежде издания рассматривать, нежели издав переменять, что с честию монарха не согласует. Поскольку одному человеку невозможно сочинить сколько-нибудь удачный закон, необходимо привлечь к его обсуждению достаточно широкий круг государственных деятелей. Предварительно его должны обсудить в коллегиях, затем в «вышнем правительстве». Императрице останется утвердить тщательно продуманный законопроект.

      По  проекту дворяне должны были служить, для чего открывался ряд дворянских офицерских училищ, с целью непосредственного производства их в офицеры. Проект предполагал зачисление в службу с восемнадцати лет и ограничение ее двадцатью годами. До сих пор служба была пожизненной.

      После воцарения Анны на престоле Татищев  был произведен в действительные статские советники и поставлен главным судьей (председателем) Монетной конторы. Вскоре из-за разногласий с графом М.Г. Головкиным, его непосредственным начальником, Татищев был обвинен в злоупотреблениях, отставлен от должности и отдан под суд, но, невзирая на невзгоды, продолжал заниматься науками, писал свою «Историю Российскую».

      В самом начале 1734 суд по делу Татищева был внезапно прекращен (видимо, благодаря  вмешательству императрицы), и указом от 10 февраля того же года Василия  Никитича назначили «командиром  уральских, сибирских и казанских горных заводов». За время второго пребывания на Урале Татищева в должности «горного командира» число заводов там возросло с 11 до 40 (Татищев намечал построить еще тридцать шесть, что и было впоследствии выполнено), прокладывались дороги, строились города В эти же годы Татищев разработал первый горный устав, призванный «внести правильность и устойчивость в систему горнозаводского управления». Между прочим, в нем Татищев изменил названия всех горных чинов и горных работ с немецких на русские, бросив тем самым вызов всесильным немецким временщикам. Однако из-за противодействия Бирона устав утвержден не был.

      Сам же Татищев объяснял свои невзгоды не с монетным делом, а со своим представлением императрице проекта об устроении училищ и распространении наук.  Татищев предлагает двухступенчатую систему образования с увеличением числа училищ и обучающихся. Нет ничего удивительного в том, что проект Татищева не был принят: правительство не видело смысла в столь широком распространении образования. Но кажется странным, что этот проект послужил одной из причин гонений на Татищева. Причина может заключаться лишь в резкой критике Татищевым существующей системы (или бессистемности) образования, особенно образования, получаемого через Академию наук, целиком захваченную немцами и получающими приличное жалованье. 
 В 1733 году Татищев в основном завершил свой важнейший философский труд «Разговор двух приятелей о пользе наук и училищ». «Разговор» выполнен в форме вопросов и ответов. В основе его лежат споры с Сергеем Долгоруким, дополненные затем дискуссиями с Феофаном Прокоповичем, Алексеем Черкасским и профессорами из Академии наук.

      Обычно  и в теории и в практике главным  мерилом для Татищева являлась «общая польза». В данном случае он к той  же идее подходит с позиций личности. Человек был поставлен в центр мироздания эпохой Возрождения. Реформация от этого принципа отступила. Но в теории «естественного закона» он получил дальнейшее развитие.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.