Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Трагсформация в Испании

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 26.05.13. Сдан: 2013. Страниц: 20. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ И  СОВРЕМЕННОСТЬ 1999 • № 2

ОПЫТ ЗАРУБЕЖНОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ

В.В. ВИТЮК,

И.В. ДАНИЛЕВИЧ

Национальное согласие и  переход от авторитаризма

к демократии (испанские  уроки)

Социальные и политические перемены в таких странах, как  Испания, Португалия,

Чили, Аргентина, Сальвадор, а также в странах Восточной  Европы вновь привлекли

внимание политиков и  публицистов к понятию "национальное согласие". Интерес к

этому понятию в западной и отечественной литературе имеет  свою предысторию.

В марксистской и вообще в левой политической мысли национальное согласие

сводилось к социальному  согласию (отношениям труда и капитала) и по аналогии с ним

рассматривалось сквозь призму приоритета классовой борьбы. При  таком подходе оно

оценивалось резко негативно, как примирение с неравенством и  эксплуатацией. Мы не

вдаемся в проблему исторической обоснованности такой, сегодня уже  совершенно

анахронической трактовки. Факт остается фактом: в настоящее  время идея нацио-

нального согласия связывается с процессами ликвидации такого уровня раскола обще-

ства, который характеризуется вооруженным противоборством или диктаторской фор-

мой политического режима. Фактически национальное согласие есть политический

принцип, провозглашенный  общественностью, партиями или/и правительствами  в чрез-

вычайных, нередко кажущихся безвыходными обстоятельствах, принятый большинст-

вом народа как единственно возможный выход из социально-политического тупика.

В данной статье мы ставим задачу рассмотреть содержание и смысл  этого понятия

на основе четырех взаимосвязанных  проблем. Это, во-первых, проблема внутренних и

внешних условий, способствующих обретению национального согласия народами

стран, для которых вчера  еще единственным способом ликвидации открытых со-

циальных столкновений и стабилизации общественной жизни являлась диктатура. Во-

вторых, вопрос о реальном содержании и формах национального  согласия на раз-

личных ступенях выхода из социального тупика. В-третьих, вопрос об основных эта-

пах развития и функционирования в переходном обществе идеи национального  сог-

ласия. И, в-четвертых, вопрос о возможностях и роли государства в формировании и

распространении в обществе атмосферы национального согласия и о характере

участия государственных  механизмов в осуществлении легитимным путем преобра-

зований, которые принципиально меняют политический режим, т.е. ликвидируют

данный тип государства.

Предметом анализа будет  служить опыт кардинальной перестройки  политической

системы в Испании, осуществленной мирным эволюционным путем, чему в решающей

мере способствовало предварительное  утверждение в стране атмосферы  нацио-

нального согласия, которое укреплялось и обретало все более адекватные социальным

обстоятельствам формы в  ходе процесса демократизации страны. Этот последо-

вательный, многоступенчатый процесс многими западными политологами справедливо

расценивается как образцовый. "Испанский период, - пишет Ч. Пауэл, - был самым

успешным из процессов демократизации, произошедших в мире между 1974-1988

годами" [1].

К идее национального согласия испанцы подходили около 20 лет, и примерно

столько же лет им понадобилось на то, чтобы эта идея по-настоящему оформилась и

стала господствующей в общественном сознании. Победа франкизма привела  к

установлению в стране жестко авторитарного режима фашистского  типа. Провозгла-

шение Ф. Франко лозунгов стабильности и социального мира в обществе на основе

утверждения единой "испанской" идеи в форме национал-католицизма имело целью

устранение инакомыслия  и подавление любых форм социального  протеста. В итоге

гражданской войны испанское  общество оказалось расколото на "победителей" и "по-

бежденных" и в стране утвердилась атмосфера страха и социальной апатии. Те же,

сравнительно немногие, кто внутри страны еще думал об активном сопротивлении

режиму, а также значительная часть политических эмигрантов в этой ситуации,

естественно, исходили из традиций классовой борьбы и ответа на насилие  насилием.

Эта ориентация преодолевалась демократической оппозицией медленно и трудно,

тем более что само понятие  национального согласия в те годы было отмечено кай-

новой печатью, обоснованно  отождествляясь с прислужничеством капиталу, изменой

делу свободы, примирением  с бесчеловечным режимом. Лишь в конце 50-х годов ру-

ководство отдельных оппозиционных группировок (далеко не всегда поддержанное ря-

довыми членами этих группировок и союзниками по оппозиции) стало вносить серь-

езные поправки в свою стратегию и тактику.

Здесь сыграли свою роль как изменения внутригосударственного характера, так и

внешнеполитические  факторы. Среди них - поражение партизанского движения и крах

иллюзорных надежд на то, что западные державы, победив фашистские Германию и

Италию, помогут испанскому народу избавиться от франкистского режима. Еще более

важную роль играло растущее экономическое отставание Испании  с присущими ей

автаркистскими тенденциями, которая к середине 50-х годов еще не восстановила свой

довоенный уровень производства, от быстро развивавшихся стран Европы. Это по-

ставило правящие круги перед настоятельной потребностью в модернизации произ-

водства и задачей преодоления международной изоляции, сохранявшейся, несмотря на

принятие Испании в  ООН.

Настроения в пользу модернизации экономики усиливались также и в результате

роста трудовой эмиграции, благодаря чему в Испании все шире распространялись

представления об уровне и  нормах жизни в демократическом  обществе. К тому же

эмиграция способствовала подъему  экономики и тем, что от нее поступало в страну

значительное количество валюты, которая шла на развитие средних и мелких пред-

приятии, в частности в сфере туристского бизнеса, развитие которого могло серьезно

увеличить доходы страны. Одновременно идея модернизации экономики и, прежде все-

го воссоздания на новом  уровне крупной современной промышленности обрела серьез-

ную поддержку и среди близких к власти и церкви влиятельных технократических

групп, в частности известной "Опус деи". В итоге давление обстоятельств оказалось

сильнее консервативного  потенциала режима, убеждений и намерений  властей.

Ускоренное развитие национального  хозяйства потребовало от государства  ос-

лабитъ узду, накладываемую им на экономическую деятельность. Все это привело к

изменению социальной структуры общества, появлению новых  отрядов промышлен-

ного рабочего класса, установлению прямых договорных отношений между предприни-

мателями и трудящимися через голову министерства труда и вертикальных проф-

союзов обретению самостоятельной  и весомой роли рабочих комиссий на произ-

водстве'. Характерная для Испании острая конфронтация между трудом и капиталом

стала смягчаться, их деловое сотрудничество - возрастать, разрыв между богатейши-

ми и беднейшими слоями населения начал постепенно уменьшаться, заполняясь

одновременно новыми общественными  стратами, в совокупности представляющими

быстро формирующийся средний класс.

На этом фоне шло количественное увеличение и обогащение функций как лега-

лизованных правительством в свое время, так и утвердившихся позднее явочным

порядком самодеятельных ассоциаций. Этот процесс знаменовал медленное, но неук-

лонное превращение массы  населения из раздробленного конгломерата социально пас-

сивных групп в сознающее свои интересы, права и возможности подлинно гражданское

общество. Все это постепенно ослабляло режим, толкало его на путь либерализации и

фактического, а иногда и  юридического признания социальных изменений и новых

общественных  институтов. Среди последних особо существенную роль сыграла не-

зависимая пресса, которая  сумела выработать необходимые язык и приемы для того,

чтобы формировать демократическое  сознание масс.

В дальнейшем этот процесс  привел к энергичному формированию демократической

оппозиции, в рядах которой традиционная идея насильственного свержения автори-

тарного строя понемногу  вытеснялась мыслью о достижении широкого национального

согласия как объективной предпосылки политической трансформации. Этому, начиная

с 60-х годов, способствовал  и тот факт, что на авансцену  общественной жизни стало

выходить поколение, сформировавшееся в новых условиях, уже не связанное  соб-

ственной жизнью, памятью и убеждениями с коллизиями, взаимными претензиями,

страстями, порожденными гражданской  войной.

Идея национального согласия начиная с конца 50-х годов и в 60-е годы фор-

мировалась и расширяла свое влияние в обществе постепенно, пройдя в итоге три

основных этапа. На первом из них (вторая половина 50-х - конец 60-х годов) трак-

товки ее влиятельными социальными и политическими институтами заметно

различались между собой, да и сама эта идея относилась в  большей мере к сфере

благих пожеланий, чем  к реальной атмосфере в обществе. Так, Коммунистическая

партия Испании (КПИ) еще  в 1956 году обнародовала документ "За национальное

примирение", в котором  целью новой стратегии партии объявлялось "достижение

политического компромисса  между гражданами и военными силами, находящимися в

оппозиции к режиму" [2]. Тактически разумно, но если приглядеться внимательно, то

можно заметить, что ни о  каком подлинном примирении, да еще  национального

масштаба речи здесь не идет. Аналогично (хотя и диаметрально противоположно по

политическому смыслу) обстояло дело с обращением к идее национального  примирения

со стороны правящей верхушки. Она использовалась властью для  того, чтобы сбить

волну протестов против режима, ускорить искомый "социальный мир". Отсюда и

политика, сочетающая репрессии  и отказ от требуемой оппозицией амнистии с вели-

чественным суррогатом национального примирения - Долиной павших. Наконец,

церковь, многие годы преданно служившая франкизму и объявившая крестовый поход

против его противников, стала все более заметно отмежевываться от режима и

ратовать за национальное согласие на почве общей христианской веры.

Для второго этапа, активное формирование и завершение которого пришлось на

первую половину 70-х годов, характерно прежде всего то, что здесь идеологическая

эволюция позиций отдельных  партий, церкви, а также правительственных  сил,

маневрирующих понятием национального согласия, в итоге приводит к тому, что сама

приверженность к этому  принципу становится достоянием самых  различных слоев

испанского общества, массовым умонастроением народа, хотя некоторые  его слои и

отдельные организации до самого начала переходного процесса продолжали придер-

живаться традиционной ориентации на открытую конфронтацию "низов" и "верхов",

общества и государства. В целом же в первой половине 70-х  годов устремленность к

национальному согласию уже  определяет социальную атмосферу в  испанском об-

ществе и тесно связана с настроенностью его большей части на осуществление

трансформации режима и готовностью меньшей к принятию неизбежных перемен на

определенных  условиях. Проблемными в позициях этих сил остаются лишь вопросы о

границах, содержании, формах грядущих изменений.

Основное содержание принципа национального согласия в той форме, в которой он

сложился к началу переходного  периода, может быть сведено к  нескольким осново-

полагающим установкам. Во-первых, в условиях Испании идея национального  согласия

начала формироваться  в качестве призыва к национальному примирению на почве

осуждения гражданской  войны, рассматриваемой как не только трагическая, но и как

позорная страница испанской  истории, ликвидации разделения общества на "побе-

дителей" и "побежденных", широкой политической амнистии. В стране, где практи-

чески каждая семья имела  близких родственников, пострадавших на войне от рук

своих же соотечественников, речь шла о психологически чрезвычайно  трудном про-

цессе взаимного покаяния и прощения. Знаменательно в этом отношении, например,

обращение "О примирении в церкви и в обществе", принятое в апреле 1975 года

Конференцией испанских  епископов. В этом покаянном документе  церковь призывает

народ к национальному  согласию и просит у всех прощения за то, "что в гражданском

столкновении поддержала одну сторону и совершенно игнорировала другую", а также

признает свою вину в том, "что в течение стольких лет  она оказывала франкистскому

режиму полную поддержку" [3].

В условиях Испании само требование примирения приобретало  нередко специфи-

ческую окраску, будучи связано с сознательным отказом от публичного обращения к

болезненной памяти о страшном прошлом. Нынешняя оценка этой позиции  современ-

ной испанской политической мыслью неоднозначна. Одни из политологов и публи-

цистов убеждены, что решимость испанского общества на вынесение прошлого за

скобки в этот период свидетельствовала  о его высокой социальной зрелости, по-

скольку оно тем самым проявило способность придать приоритетное значение не груп-

повым, но общенациональным интересам, отказавшись от оглядки на прошлое и

устремив свои взоры на ближайшее будущее [4]. Другие сурово осуждают "амнезию"

[2]. Между тем достаточно  очевидно, что речь шла не о  забвении как таковом, ко-

торое в принципе и невозможно, но об отказе от культивирования памяти о пере-

несенных страданиях, преодолении чувства ненависти и жажды возмездия.

Национальное  примирение было связано также с  отвержением не только самой вой-

ны, но и социальных результатов, прежде всего сначала крайне жесткого, потом не-

сколько ослабленного авторитарного режима. Таким образом, забвение прошлого во

имя будущего было одновременно и отрицанием настоящего. Как писал  Г. Моран, кол-

лективное отвержение гражданской войны "было гумусом, который питал новую

демократию" [4]. Впрочем, таковым  было не только отвержение прошлого, но и

ставшее очевидным несоответствие режима современным нормам социально-полити-

ческой жизни. Глубинной  сутью национального согласия было нарастающее в недрах

гражданского общества осознание  прямой зависимости решения социальных проблем

отдельных общественных групп  и защиты их интересов от характера  и состояния

политического строя.

Конкретные представления об искомой модели демократического переустройства у

представителей разных социальных слоев и политических движений не было одина-

ковым. Более того, четко оформленных моделей демократического будущего в эти

годы не существовало ни у одной из оппозиционных партий. На деле речь шла скорее

об общих, мало соотнесенных с реальной ситуацией и возможностями Испании, пред-

ставлениях о современной и гуманной политической системе. Вообще принцип нацио-

нального согласия выступал не столько в рациональной, идеологической форме,

сколько в эмоциональной, психологической. И дело здесь не только в уровне познаний.

Для населения  Испании становилось характерным  возрастающее недоверие к идео-

логии как таковой  и выдвижение на первый план нравственно-психологических

требований к  политическим движениям и их лидерам.

Провозглашение  демократических реформ самой насущной целью нации - цент-

ральный пункт концепции национального согласия в Испании. Но оно одновременно

предполагало и определенное самоограничение в методах борьбы за нее. Гуманной

цели должны были соответствовать и гуманные средства: "Насилие как средство не

может быть использовано для  ее достижения" [5]. В формировании этого принципа

существенную (а по началу, может быть, и решающую) роль играл  страх перед воз-

можным повторением ужасов гражданской войны. Этим, однако, дело не исчерпы-

валось. С развитием и институализацией гражданского общества в Испании все боль-

ший вес стало обретать ясное понимание того, что насильственные действия не при-

водят к совершенствованию  условий человеческого существования. Наоборот, они

чреваты разного рода социальными  издержками: гибелью людей, социальным хаосом,

падением нравов, метанием между угрозами анархии и реставрации  диктатуры.

Вместе с тем  условиями внутреннего и внешнеполитического  характера создаются

возможности мирного, эволюционного перехода от авторитаризма  к демократии без

крупных социальных потрясений, потери управления и достигнутого уровня матери-

ального благополучия. Фундаментальной предпосылкой для этого и становилось

. национальное согласие, основанное не только на сходстве  позитивных политических

устремлений различных слоев  населения, но и на единстве утвердившихся  в обществе

представлений о цене, которую  оно было готово заплатить за преобразование режима.

Национальное согласие не есть полное политическое единомыслие. Скорее нао-

борот, оно потому и становится необходимым, что способно объединить во имя ре-

шения общей задачи индивидов, группы, организации, во многих иных отношениях

расходящиеся между собой. При отсутствии какого-либо общего соглашения об ис-

комой модели будущего режима и перехода к нему в испанском  обществе установилось

хотя и приблизительное, но достаточно точное и понятное всем представление о том и

о другом. При жизни Франко массовое тяготение к национальному согласию уже само

по себе было серьезным  социальным фактором, ослаблявшим диктатуру  и готовившим

общество к грядущей трансформации  политической системы.

Со смертью Франко эта  трансформация стала насущной практической задачей

общества. Тем самым принципу национального согласия были приданы  новые содер-

жание и смысл. Во-первых, на повестку дня встала необходимость уточнения и конк-

ретизации бытовавших в разных социальных кругах представлений о национальном

согласии. В частности, перед левой оппозицией возникает проблема выбора между

различными моделями мирного  перехода к демократии и, соответственно, конкретны-

ми методами и формами  этого перехода. Во-вторых, принцип национального согласия

становится не просто политической концепцией или массовым умонастроением, но и

важным инструментом преобразования общества. В-третьих, возникает практическая

потребность в  сближении точек зрения на реальное содержание принципа нацио-

нального согласия, поскольку представители различных слоев общества под этим поня-

тием подразумевали разные вещи. А для этого сближения были необходимы и сдвиги в

сознании, соответствующие социально-политические перемены и просто время.

"Чтобы Испания продвигалась  вперед, необходима кооперация всех  при уважении

ко всем", - говорил председатель Конференции испанских епископов, поборник демо-

кратизации Испании кардинал Энрике-и-Таранкон в речи на похоронах Франко (цит. по

[6]). Учитывая обстоятельства, в которых произносилась речь  Таранкона, можно заме-

тить, что за словами об "уважении ко всем" звучит призыв не просто к примирению, но

и к бережному отношению к старой политической элите и ее сторонникам.

Вместе с тем лидеры широкой антифранкистской оппозиции КПИ и Испанской

социалистической рабочей  партии (ИСРП) в начале переходного  процесса, говоря о

необходимости примирения, в то же время не отказывались от открытой конфрон-

тации не только со старым режимом, но и с некоторыми оппозиционными группами и

политическими фигурами.

Это был исторический момент, когда на социальной арене столкнулись  две главные

и отчетливые политические воли. Первая - воля так называемого  бункера, опоры

франкистской власти, и уцелевшего от старых времен правительства Наварры, стре-

мившегося продлить существование системы, подменив назревшую ее трансформацию

некоторым смягчением режима. Вторая - воля влиятельных левооппозиционных

партий ИСРП и КПИ, выраженная в ориентации на "демократический разрыв". По-

следний рассматривался как форма невооруженной борьбы против режима, предусмат-

ривающая, однако, серьезное открытое давление на него.

Наиболее важными инструментами  этого давления должны были стать  массовые

демонстрации и всеобщая забастовка; его ближайшими целями - подавление актив-

ности репрессивных органов, широкая политическая амнистия и немедленное введение

демократических свобод; его конечной целью - отстранение  от власти сил и конк-

ретных политиков, связанных в прошлом с франкистским режимом, и создание

временного правительства  с участием левых партий. За этими установками кроме

решительной нацеленности на ликвидацию авторитаризма и демократизацию поли-

тического строя угадывалось также и стремление связать демократизацию с перспек-

тивой продвижения к социализму (хотя и по-разному понимаемой ИСРП и КПИ).

Впрочем, о реальности этой перспективы речь в то время не шла, обращение этих

партий к социалистическим лозунгам служило, скорее, для демонстрации их непри-

миримости к авторитарному режиму. В отличие от португальской революции с ее

эксцессами испанский  процесс сразу же был ограничен  чисто политическими пре-

образованиями, и никто, включая  левые силы, не ставил всерьез вопроса  о коренных

экономических преобразованиях применительно к текущему моменту. Третья воля к

постепенному, избегающему резких шагов и энергичных разрывов, но неуклонному

продвижению к демократии, за которой и было будущее, в этот момент еще не

проявилась.

Установка на "демократический  разрыв" и широкий размах массовых выступлений в

1976 году принесли свои  политические плоды: во-первых, основные оппозиционные

партии и группировки сумели явочным порядком закрепиться на политической сцене

(как и независимые  профсоюзы на производстве), чему  не посмело препятствовать

правительство Наварры; во-вторых, оно достаточно быстро было заменено пра-

вительством А. Суареса, состоявшим из бывших, но здравомыслящих франкистских

администраторов, поставивших  своей целью осуществление демократической  рефор-

мы сверху. Правительство  вынесло на референдум вопрос об одобрении этой ус-

тановки народом, не расшифровывая содержания намечаемой реформы. Левые партии

выступили против референдума, опасаясь, что "верхи" перехватят у "низов", право-

центристские силы - у  левых политическую инициативу и  ограничат масштаб демо-

кратизации. Они призвали массы бойкотировать референдум. Однако его итоги на-

несли чувствительный удар: в референдуме участвовали 77% избирателей, из которых

94% проголосовали  "за". В силу этого КПИ и ИСРП были вынуждены отказаться от

установки на "демократический  разрыв" с его максималистскими требованиями, приняв


и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.