Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Социальные реформы Петра 1

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 04.06.13. Сдан: 2013. Страниц: 17. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
"Социальные реформы Петра  1"
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Содержание:
 
Введение…………………………………………………………………………..3
Глава 1. Основные категории крестьян, их положение. Подушная подать…..4
Глава 2. Города и купечество……………………………………………………7
Глава 3. Дворянство. Указ о единонаследии. "Табель о рангах"…………….11
Глава 4. Социальные противоречия…………………………………………...15
4.1. Восстание в Астрахани…………………………………………...15
4.2. Восстание К.Булавина……………………………………………19
4.3. Оппозиция в верхах. Дело царевича  Алексея…………………..22
Заключение……………………………………………………………………...25
Список использованной литературы………………………………………..26
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Введение
 
В петровское время все население страны резко делилось на две категории – податную и привилегированную, каждая из которых состояла из сословий. К податному населению относились крестьяне и горожане, а к привилегированному – дворяне. Жизнь в "беспечалии" каждого из сословий наполнялась особым содержанием, что заранее определяло социальное неравенство: "беспечальная" жизнь крепостного крестьянина складывалась совсем иначе, чем "беспечальная" жизнь дворянина.
При Петре сословная структура  феодального общества осталась прежней, той же, что и при его предшественниках, но содержание сословных обязанностей изменилось. Новшества, если коротко определить их сущность, состояли в увеличении и расширении повинностей в пользу государства. Они коснулись всех сословий, в том числе и привилегированного дворянства.
Цель работы – изучение социальных реформ Петра I.
Достижение цели предполагает решение  следующих задач:
    Определить основные категории крестьян и их положение при Петре I;
    Проанализировать положение купеческого сословия;
    Выявить изменения в отношении дворянства;
    Охарактеризовать социальные противоречия при Петре I.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Глава 1. Основные категории крестьян, их положение. Подушная подать
 
Преобразования Петра I коснулись и той части населения России, с которой, казалось бы, и так все было ясно, – крепостных крестьян: они и холопы слились в единое сословие.
Холопство имело тысячелетнюю историю  и развитое право. Распространение холопьего права на крепостных послужило общей платформой для их слияния, усилившегося после Уложения 1649 года, юридически оформившего крепостничество. Но все же к петровскому времени сохранялись известные различия: "холопы, работая на господина на барской запашке и в его хозяйстве в качестве домашних рабов, не были обложены государственными налогами, а, кроме того, значительная часть их – кабальные холопы – имели согласно традиции право выйти на свободу после смерти своего господина"1.
Однако уже в 1695 году указом царя Петра стали брать подати с обрабатываемых холопами земель. Возлагая на пашенных холопов ту же тягость, какую несли крестьяне, правительство, можно сказать, приравняло одних к другим.
При Петре вначале были резко  сужены возможности выхода холопов  на свободу – на них распространялась, согласно указам, воинская повинность. Кроме того развернулась борьба с побегами; суровыми указами была фактически ликвидирована группа "вольных и гулящих" – главный источник, откуда выходили холопы и куда они возвращались в случае освобождения2.
Наконец, в 1719 – 1724 гг. холопы были поименно переписаны и навсегда положены в подушный оклад. Утратив признак бестяглости, холопы стали разновидностью крепостных крестьян, потеряв какое бы то ни было право на свободу. Тысячелетний институт холопства одним росчерком пера был уничтожен, что повлекло за собой далеко идущие последствия: заметное усиление барщины в середине XVIII века, отмеченное в литературе, в немалой степени связано с исчезновением холопства: тяжесть работ на барском поле теперь полностью легла на плечи крепостных крестьян3.
Первая ревизия, как известно, принесла с собой подушную подать: "Введение в 1714 года подушной подати — налога с каждой "души" — стало очередным шагом в окончательном закабалении крестьян"4. Наблюдение за их платёжной исправностью осталось по-прежнему за владельцами земли. Установился порядок жесткого прикрепления каждого плательщика к тяглу в том месте, где его записали в оклад, в платежную общину. Уже это само по себе затрудняло изменение статуса. Чтобы не парализовать хозяйственную жизнь городов, правительство указом от 13 апреля 1722 года разрешило помещичьему крестьянину, уплатив огромный налог, записываться в посад, сохраняя, однако, его зависимость от помещика. Закон, разрешая крестьянину торговать, гарантировал помещику власть над крепостным. Тем самым он как бы удлинял цепь, на которую был посажен так называемый торгующий крестьянин. Подобное же произошло с крестьянами-отходниками, работавшими на мануфактурах. Социально-экономическое значение подобного "соломонова" решения очевидно: такой отходник, эксплуатируемый на промышленном предприятии, получив зарплату, превращал ее в оброк, который отдавал своему помещику. Это был тупиковый вариант развития.
Крестьяне с этого времени стали  разделяться на крестьян крепостных, монастырских и государственных. Все три разряда были записаны в ревизские сказки и обложены одним налогом.
Сословие государственных крестьян возникало как бы по задуманному  царем плану: в одно податное сословие объединялись разнообразные категории некрепостного населения России: "В него вошли однодворцы Юга, черносошные крестьяне Севера, ясачные крестьяне – инородцы Поволжья, всего не менее 18% податного населения"5. Важнейшим отличительным признаком однодворцев, вчерашних служилых "по отечеству" и "по прибору", стало признание их тяглыми, навсегда закрывшее им дорогу в дворянство, хотя часть их владела крепостными, а землей – на поместном праве. Вообще с тех пор принадлежность к тяглым сословиям означала непривилегированность, и политика Петра в отношении категорий, вошедших в сословие государственных крестьян, была направлена на ограничение их возможностей пользоваться теми преимуществами, которыми они располагали как люди, лично свободные от крепостной неволи.
Юридически государственные  крестьяне рассматривались как "свободные сельские обыватели". Помимо подушной подати, государственные крестьяне платили денежный оброк государству. Государственные крестьяне, в отличие от владельческих, рассматривались как юридические лица — они могли выступать в суде, заключать сделки, владеть собственностью. Земля на которой работали такие крестьяне считалась государственным владением, но за крестьянами признавалось право пользования — на практике крестьяне совершали сделки как владельцы земли6. Но при этом государственные крестьяне были прикреплены к общине, и могли быть пожалованы частным лицам в качестве крепостных. Практику раздачи государственных крестьян в частные руки уничтожил Александр I в 1800 году, однако и ранее, пожалования русских государственных крестьян частным лицам случались редко (а на Севере и в Сибири — никогда).
Следствием реформ Петра, коснувшихся  как прямо, так и косвенно землевладельческого  населения России, было, прежде всего, объединение класса землевладельцев. Теперь он распадается только на две больших группы — крестьян, крепостных своим владельцам, и крестьян, крепостных государству. Те и другие записаны в общие ревизские сказки и все платят подушную подать.
Реформы Петра ухудшили положение владельческих крестьян в смысле большей зависимости их от помещиков. Прежде всего, было расширено крепостное право. По указу о ревизии, в зависимость от землевладельца, крепкими ему, стали все жившие и работавшие на его земле, все те, кого он заносил в ревизские сказки: кто раз попадал в эти списки, тому уже не было выхода из крепостного состояния, особенно, когда были запрещены впоследствии самые жалобы на такие, даже неправильные внесения. Со времён Петра нет больше ни холопов, ни задворных людей, ни гулящих, — все они, наряду с владельческими крестьянами, крепостные того господина, на земле которого застала их ревизия, своей записью принёсшая им состояние крепостной зависимости.
При Петре создалась новая разновидность зависимых земледельцев — крестьян, приписанных к мануфактурам. Эти крестьяне в XVIII веке получили название посессионных. Указом 1721 года было разрешено дворянам и купцам-фабрикантам покупать крестьян к мануфактурам для работы на них. Купленные к мануфактуре крестьяне считались не собственностью владельцев фабрики, а как бы живым инвентарём, живой рабочей силой самих фабрик, прикреплялись к этим фабрикам и заводам, так что владелец мануфактуры не мог ни продавать, ни закладывать крестьян отдельно от фабрики.
 
Глава 2. Города и купечество
 
Одной из первых его реформ в отношении купечества стало создание органов городского самоуправления и суда для торгово-ремесленного населения — магистратов. Тридцатого января 1699 года последовал указ "Об учреждении Бурмистерской Палаты для ведомства всяких расправных дел между Гостями и посадскими людьми, для управления казенными сборами и градскими повинностями, и об исключении Гостей и посадских людей из ведомства Воевод и Приказов". Бурмистерская палата учреждалась в Москве, а затем такие же появились и в других городах России. В том же году — 16 марта, 17 апреля, 20 и 27 октября – были приняты дополнения к указу. Давая купцам право избирать из своей среды бурмистров (на всей территории России, за исключением Сибири), освобождая их из-под юрисдикции воевод и приказной администрации, царь преследовал прежде всего фискальную цель – повышение сборов налогов. Эта обязанность теперь ложилась на выборные бурмистерские палаты (ратуши), которые вводились в городах первоначально на добровольной основе, но при непременном условии — уплаты выборщиками налогов в двойном размере. Всеми же выборными людьми ведала в Москве Главная Бурмистерская палата (Ратуша). Чтобы ускорить внедрение реформы городского управления, позже пришлось отказаться и от добровольного принципа создания бурмистерских палат, и от двойного налогообложения. 1720 года был учрежден Главный магистрат, которому подчинялись аналогичные местные органы управления. Президентом Главного магистрата был определен богатый купец И. Исаев. Президент и его члены назначались царем.
Еще одним новшеством стал указ Петра I от 27 октября 1699 года, которым предписывалось "всяких чинов купеческим людям торговать так же, как торгуют иных государств торговые люди, компаниями и чинити отпуски товарам в компаниях к городу Архангельскому, в Астрахань, также и чрез Новгород". Во многом он был навеян впечатлениями от Великого посольства. Однако вновь перед членами купеческих компаний царь ставил прежде всего задачу максимально способствовать государевой "казны пополнению". При формировании компаний власти не собирались соблюдать принцип добровольности вхождения в них торговых людей. Созданные принудительно, они были нужны государству для контроля за деятельностью купцов и налогообложения. По устройству они напоминали общину с круговой порукой и общим котлом, как, например, компания для торговли с Испанией, организовавшая лишь одну морскую коммерческую поездку в далекую страну.
Насаждаемые сверху при Петре I российские купеческие компании разительно отличались от широко известных английских (Ост-Индской, Вест-Индской и других) и голландских компаний того времени.
Не привилась первоначально  на российской почве и биржа, учрежденная  в Санкт-Петербурге еще в 1703 году. Она стала нормально функционировать лишь с XIX века. Однако российское купечество в начале XVIII столетия в большей степени, чем в биржах, нуждалось в кредитных учреждениях. И хотя Петр Великий знал о деятельности банков в Нидерландах и Англии, в России в его эпоху они так и не появились. При этом царь-реформатор немало сделал для создания в России морского коммерческого флота.
Ярко выраженный протекционистский  характер по отношению к отечественной промышленности и торговле носил Таможенный тариф 1724 года, вызвавший немало жалоб и протестов со стороны иностранных купцов.
Неукротимое стремление Петра I к регулярности всего и вся проявилось и в петровских указах, касавшихся российского купечества. Не только армия, флот, политическая система, финансы, чиновничество, но и торговая жизнь должна была, по мнению царя-реформатора, стать "регулярной", упорядоченной, четко расписанной по всем пунктам. Но далеко не все начинания Петра I быстро и прочно укоренились на российской почве.
Отечественное купечество, отличавшееся приверженностью к старине, вековым традициям, к дедовским приемам организации торговли, не было в полной мере готово к этим новшествам. Поэтому нововведения Петра I, осуществленные под воздействием впечатлений от Великого посольства и знакомства с жизнью иностранного купечества – бурмистерские палаты (ратуши) в городах, биржа в Санкт-Петербурге, попытки учреждения в России торговых компаний и создания коммерческого флота – имели неодинаковую степень эффективности.
Политика властей по отношению к отечественному купечеству в эпоху Петра I не отличалась последовательностью и носила весьма противоречивый и потребительский характер, что отразилось на его правовом положении. Купцов вывели из подчинения воеводам, от произвола которых они ранее нередко страдали. С 1715 года впервые в истории российского законодательства "купецкие книги" стали рассматриваться как половина доказательства в судебном процессе. Пользовавшиеся избирательным правом "регулярные граждане" – купцы и ремесленники – в зависимости от благосостояния подразделялись с 1721 года на первую и вторую гильдии. Одновременно с этим происходило отмирание старых привилегированных групп купечества – гостей и Гостиной сотни. Вошедшие в первую гильдию купцы-мануфактуристы и участники внешней торговли получили ряд льгот (освобождение от рекрутской повинности при условии уплаты в казну по 100 рублей с человека, право приобретать крестьян для предприятий, получать денежные ссуды и земли для промышленного строительства). Они составили особую группу, освобожденную от ряда повинностей (службы по выборным должностям, сбора таможенных пошлин, военных постоев и других) и подчинявшуюся не городским бурмистрам и магистратам, а Мануфактур-коллегии и Коммерц-коллегии. Но правовое положение привилегированной прослойки российского купечества заметно отличалось от статуса основной его массы, вынесшей на своих плечах тяготы петровских реформ, ощутившей заметное усиление налогового гнета. Рядовые купцы не были освобождены ни от подушной подати, ни от ряда косвенных налогов, ни от телесных наказаний. Не избавились они от произвола властей, обязывавших их выполнять дополнительные повинности (поставка подвод и лошадей, строительство флота и другие), записывавших их принудительно в форсированно создававшиеся торговые компании. Регламентировались буквально все стороны торговой деятельности и даже быта купечества: от условий торговли монопольными товарами и цен на них до типов купеческих судов и права ношения купцами бороды (что оценивалось в 60-100 рублей). Созданная Петром I бюрократическая машина осуществляла за всем этим строгий контроль.
Эпоха петровских преобразований не принесла существенных облегчений формировавшемуся купеческому сословию России. Наоборот, действия властей причиняли его интересам весьма ощутимый ущерб. Возобновились массовые принудительные переселения торговых людей, но на этот раз не в Москву (как ранее, в XVI-XVII вв.), а в строящийся в устье Невы Санкт-Петербург, где поначалу и условий для оживленной торговли не было, с чем не желал считаться царь-реформатор. Один за другим следовали указы о спешном заселении новой столицы России. С помощью жестких мер эти предписания, как правило, осуществлялись. Так поступали не только с русскими, но и с иностранными торговцами, переселенными, в числе прочих жителей Нарвы и Дерпта, в 1708 году в глубинные центры России.
Государство максимально использовало купеческие капиталы для собственных  нужд, не считаясь с интересами самих предпринимателей: "В этих  условиях "интересы"  купца и промышленника приносились   в   жертву   государству. Установлено, что примерно около двух десятилетий  нового  столетия  Петр  не щадил купцов и многочисленные  поборы  и  повинности  в  пользу  государства разорили многих из них"7. И такая политика не могла не нанести серьезный удар по благосостоянию российского купечества в петровскую эпоху, не могла не замедлить процесс его юридического оформления в отдельное сословие.
 
Глава 3. Дворянство. Указ о единонаследии. "Табель о рангах"
 
Образование сословия дворян, пользовавшихся впоследствии исключительными правами душе- и землевладения, было результатом не только постепенного расслоения на верхи и низы, но и сознательной деятельности властей. Суть перемен в положении верхушки служилого сословия состояла во введении нового критерия их службы. Вместо принципа происхождения, позволявшего знатным служилым занимать сразу высокое место в обществе, армии и на службе, был введен принцип личной выслуги. Это, казалось бы, демократичное начинание открывало путь наверх наиболее способным людям. Новый принцип, отраженный в известной Табели о рангах 1722 году, усилил дворянство за счет притока выходцев из других сословий.
Использовав имевшиеся у него расписания чинов "самодержавных" королевств — Франции, Пруссии, Швеции и других, Петр составил ступенчатую систему чинов государственной службы: военной, гражданской, придворной. "Табель о рангах предусматривала 14 "классов" (рангов) и возможность продвижения по иерархической лестнице в зависимости от способностей, знаний и усердия. Не порода, происхождение, но таланты и работоспособность открывали путь "вверх". Первый офицерский чин (или 9-й класс гражданского чина) получал личное дворянство, 6-й класс военного чина (и 4-й класс гражданской службы) — потомственное дворянство"8.
Но не это было конечной целью преобразования. С помощью принципа личной выслуги, строго оговоренных в Табели о рангах условий повышения по лестнице чинов (важнейшим из этих условий была обязательность начала службы с рядового солдата или канцеляриста) Петр превращал довольно аморфную массу служилых людей "по отечеству" в военно-бюрократический корпус, полностью ему подчиненный и зависимый только от него.
Дворянство перестало быть закрытой кастой — доступ в него стал возможен представителям "подлых сословий". Борьба с местничеством, начатая еще Иваном Грозным, завершилась полной победой царской власти. Особые личные права и преимущества связывались не с происхождением и не с должностью, но с чином. Табель о рангах просуществовала в России до 1917 года. Государство, пользуясь "расписанием" Петра, имело возможность регулировать не только состав администрации, но и место каждого чиновника на социальной лестнице. Регулировались также детали повседневной жизни: "Первые пять чинов имели право приобретать для мундиров материал не дороже 4 рублей за аршин, следующие три — не дороже 3 рублей, остальные — не дороже 2 рублей"9.
Конечно, оформление сословия дворянства следует рассматривать  и как образование корпорации, наделенной особыми правами и  привилегиями, с корпоративным сознанием, принципами и обычаями. Но вместе с тем Петр стремился как можно теснее связать понятие о дворянском достоинстве с обязательной, постоянной службой, требующей знаний и практических навыков; все дворяне определялись в различные учреждения и полки, их детей отдавали в школы, посылали учиться за границу, царь запрещал жениться тем, кто не хотел учиться, а укрывающихся от службы лишал имений10.
В целом политика самодержавия в отношении дворянства была очень строгой, и бюрократизированное, зарегламентированное дворянство, обязанное учиться, чтобы затем служить, служить и служить, лишь с натяжкой можно назвать господствующим классом.
К тому же в 1714 году Петр подписывает указ о единонаследии, запрещающий раздел недвижимости (вотчин, поместий, дворов)11. Завещатель передавал по духовной свои владения одному из сыновей, по своему выбору: " Дворянин, как написано в указе, обязан служить "для пользы государства", с этой целью вводился порядок наследования недвижимых имений, целиком передаваемых только одному сыну. Остальные сыновья, оказавшись без поместий и, следовательно, без средств к существованию, должны были сами "хлеба своего искать службою, учением, торгами и прочим"12.
Это, не был закон о "майорате", какие действовали в Западной Европе. Земля (и другое имущество) не переходила автоматически к старшему сыну: владелец выбирал своего наследника и тем самым " Петр стремился избежать дробления владений, что вело к обнищанию дворянства — основного служилого слоя"13. Окончательно ликвидировалось различие между вотчиной и поместьем, что создавало новый вид землевладения: наследственного, неделимого и вечно-обязанного.
Запрещено было продавать и закладывать земельные  владения; поместья дворян, в том  числе родовые, могли быть конфискованы, что и случалось на практике.
Указ о единонаследии подкрепляли другие акты, преследовавшие ту же цель. Один из них запрещал жениться дворянским недорослям, не овладевшим элементами цифири и геометрии. Другой не разрешал производить в офицеры дворян, которые не служили рядовыми в гвардейских полках. Третьим позволялось приобретать имения только по истечении семи лет на военной, или 10 лет на гражданской службе, или после 15 лет занятий торговлей. Тем, кто нигде не служил и не торговал, запрещалось покупать деревни, "даже до смерти"14.
Трудно представить себе, каким  было бы русское дворянство, если бы принципы Петра последовательно  проводились после его смерти. Подлинная эмансипация и развитие корпоративного сознания дворянства проходили  под знаком его "раскрепощения" в 30 – 60-х годах XVIII в., когда вначале был отменен майорат, ограничен срок службы, а затем последовал манифест 1762 года, название которого говорит само за себя: "О даровании вольности и свободы российскому дворянству". В петровское же время дворяне рассматривались, прежде всего, как бюрократическое и военное сословие, тесно привязанное к государственной колеснице.
 
Глава 4. Социальные противоречия
 
Преобразования Петра, как бы их не называть вызывали сопротивление  большинства общества, рождали оппозицию. Восстания в Астрахани, на Дону, в других районах страны убедительно свидетельствовали о недовольстве. Оно было связано не только с тяжестью жизни, но и с ощущением угрозы вере, которая определяла уклад жизни, поведение. Преобразования Петра, которые будут названы его сторонниками "победой разума", воспринимались большинством жителей страны, как потеря души.
4.1. Восстание в Астрахани
Восстание в Астрахани произошло в наиболее сложный период правления Петра I. Хотя перелом в войне со Швецией уже начался, военные успехи России осуществлялись при максимальном напряжении сил страны. Война, постройка заводов, реформа армии и другие мероприятия Петра требовали огромных средств и большого количества рабочих рук. Рост бюджета порождал новые налоги, реформа армии сопровождалась не только наборами рекрутов, но и сложной перестройкой военного аппарата, приводившей к изменениям в условиях службы стрельцов и солдат жилых полков. По всей стране резко ухудшилось положение народных масс. Оно усугубилось ростом помещичьей эксплуатации в деревне и типично феодальным произволом администрации в городах15.
Вспыхнув в Астрахани, восстание 1705-1706 гг. быстро распространилось на соседние города: Черный и Красный Яры, Гурьев, Терки и их округу с пестрым как по социальному, так и по национальному составу населением. Оно продолжалось более 6 месяцев и вызвало сильнейшую тревогу правительства.
Обстановка, сложившаяся в начале 18 века в Австрахани и ближайших  к ней городах, вызвала сильнейшее недовольство всех слоев местного населения. Особенно сильно оно охватывало служилых людей, стрельцов и солдат, которые ощущая тяжесть общего роста налогов и повинностей не меньше, чем посадские люди, кроме того, остро реагировали на изменения в своем положении, а также на произвол полкового начальства и городовых воевод16. Но положение стрельцов и солдат определилось не столько выполнением работ в пользу воеводы, сколько общим увеличением их повинностей: помимо караульной и гарнизонной службы они выполняли многочисленные казенные работы в качестве гребцов, кормильцев, грузчиков и т. д.
Самым обременительными работами считались  сооружение селитряного завода, варка селитры и особенно заготовка дров, на которой одновременно работало по 600-700 человек17.
В начале 1705 года был дан указ о снижении хлебного жалованья стрельцам. Поскольку спекулируя хлебом, Ржевский систематически затягивал выдачу хлеба служилым людям и приписным ремесленникам, указ правительства был воспринят как новая "обида" воеводы. В городе и за его пределами стал упорно передаваться слух, что "воевода хотел у них убивать и денежного жалования". Ему приписывали также инициативу введения некоторых новых налогов, в частности больно задевшего астраханцев указа о взыскании причальных и отвальных пошлин. "Худо де в Астрахани делается от воеводы и начальных людей стали велики обиды, завели де причальные да отвальные, хотя де хворосту на 6 денег в лотке привези, а привального дай гривну. Быть де тамошне, а даром не пройдет!" – возмущался один из стрельцов Конного полка18.
Волнующие слухи ходили по городу всю весну и особенно усилились в начале лета, когда Ржевский начал проводить в жизнь указы о немецком платье и брадобритии, которые из-за его тактики оказались последней каплей, переполнившей чашу терпения населения Астрахани19.
Итак, причин для недовольства разных слоев населения Астрахани было больше чем достаточно. Инициаторами движения было больше чем достаточно. Инициаторами движения в четвертый раз выступили стрельцы20.
Одним из первых стал думать о восстании стрелец Московского полка Г. Артемьев. Те же мысли появились у стрельца полка Д. Галачалова, И. Шелудяка, и у пушкаря Тысячного полка Г. Агеева.
Они начали искать единомышленников и повели среди однополчан и знакомых разговоры о тяжелой жизни, бесправии, возмутительном поведении воеводы, жестокости полковников, ненужных новшествах.
Заговор стрельцов в Астрахани  закончился полным успехом. 30 июля 1705 года было казнено свыше 300 человек, среди них командиры полков и офицеры, иноземцы представители царской администрации. Стрельцы долго разыскивали укрывшегося воеводу, наконец обнаружили его в курятнике, приволокли на круг и здесь же предали смерти.
Перед восставшими сразу же встали две неотложные задачи, при решении  которых они достигли далеко не равнозначных результатов: первая из них касалась организации внутренней жизни города; вторая относилась к установлению контактов восставшего города с внешним миром и попыткам расширить регион восстания и привлечь на свою сторону новые силы. Если в первом случае астраханцы добились успехов, то во втором – их постигла серьезная неудача21.
Петр I получил депешу об Астраханском восстании от Б.Я. Голицына 9 или 10 сентября 1705 года. Новость оказалась настолько неожиданной и ошеломляющей, учитывая, что восставшие могли продвинуться далеко вперед, Петр со свойственной ему оперативностью послал распоряжение фельдмаршалу Б.П. Шереметьеву взять полки из действующей армии и двинуться на подавление восстания. Назначение Б.П. Шереметьева – одного из лучших полководцев русской армии, показывает, что восстание вызвало у Петра серьезную тревогу. Он опасался, что оно не только отвлечет значительных военные силы, но и нарушит нормальную хозяйственную и финансовую деятельность страны, распространиться по Волге, Дону и станет опаснейшей угрозой существованию правительства. Петр допускал даже возможность взятия восставшими Москвы.
Вместе с тем Петр параллельно  предпринимал попытки уладить конфликт мирным путем. Делегация астраханцев во главе с конным стрельцом И.Г. Кисельниковым встретилась с царем в Гродно 24 ноября 1705 года. Царь вручал И.Г. Кисельникову грамоту.
Вместе с рассказом И.Г. Кисельникова и встрече и разговоре с царем грамота произвела на астраханцев сильное впечатление, и те решили отправить в Москву повинную.
13 января 1706 года астраханцы отслужили торжественный мобилен. Повинная, доставленная в Москву 12 февраля 1706 года, содержала самый полный перечень обид и притеснений астраханцев со стороны воевода и полковых командиров. Петр выдал выборным от астраханцев грамоту с отпуском вин и велел отправить их в Астрахань "в почтении", не как колодников, правда лишив их возможности общаться с населением22.
Однако фельдмаршал Б.П. Шереметьев предпринял штурм Астрахани. Под  следствием оказалось более 500 человек, в том числе 227 астраханских стрельцов, 174-из других городов Нижневолжья и 120 солдат. Казнено было 314 человек, а 45 умерли под пытками. Значение, которое придавало правительство подавлению восстания, лучше всего выразил сам Петр, который еще в феврале 1706 года, узнав о принесении повинной и отмечая это событие салютом, писал: "Сие дело лутчей виктории равнятися может"23.
Астраханское восстание свидетельствует  о большой остроте классовых противоречий: ожесточенном сопротивлении народных масс наступлению эксплуатации и насилия, а также упорной и жестокой борьбе государства за сохранение существующих порядков.
4.2. Восстание К. Булавина
В конце XVII и начале  XVIII столетия продолжались одновременно два процесса в России: с одной стороны – усиливалось крепостное право, укреплялось феодальное государство, превращаясь в абсолютную монархию, росла хищническая феодальная эксплуатация крестьянского населения, увеличивались государственные налоги и повышенности и все нетерпимее становился безудержный произвол царской администрации. С другой стороны, в социально-экономической жизни стороны намечаются признаки новых буржуазных отношений, вызванных увеличением производительных сил, развитием товарного производства, возникновением мануфактурной промышленности, складыванием всероссийского рынка.
Оба процесса в разной степени коснулись  Дона и прилегающих к нему районов. Усиление крепостного гнета вызвало массовое бегство крестьян и представителей других угнетенных слоев населения на донские земли. Беглые искали здесь облегчения своей участи и свободы. По пятам беглецов или помощники за новыми землями для своих вотчин и предприниматели – за разработкой природных богатств края.
В это время на Дону из казацкой старины формировались свои помещики, предприниматели и торговцы. Всем им нужны были рабочие руки. Получился сложный клубок противоречий24.
Социальная природа казачества позволяет выделить его в особую категорию населения феодальной России. Казаки были близки к крестьянам, ибо в хозяйственной деятельности тех и других определенное место занимал производительный труд. Однако, для крестьянина хозяйство было единственным источником существования, оно обеспечивало благополучие его семьи, а у казака имелись и иные источники пополнения его экономических ресурсов. Крестьяне являлись земледельцами, основным занятиями казаков были скотоводство и рыбные промыслы (до XVIII века).
Главное отличие казака от крестьянина состояло в том, что последний явля
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.