Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат П.А.Столыпин

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 04.06.13. Сдан: 2013. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):



 
 
 Введение.
      Социально-политическое положение и экономическое положение в России на рубеже веков. Идеология реформирования.
      Аграрная реформа.
        Сущность и методы проведения реформы.
        Результаты реформы.
      Рабочий вопрос и другие реформы Столыпина.
      Реформы и Дума. Столыпин и император.
        Движущие силы реформ.
Заключение.
Список используемой литературы.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 
Проблема реформирования Российского государства в большей  или меньшей степени заботит  почти каждого гражданина нашей  страны. Как изучить, понять со всей объективностью реформистский курс сегодняшнего руководства страны? Ведь уже давно подмечено, что реальные результаты реформ, как и наиболее объективные их оценки, появляются не сразу, а спустя некоторый промежуток времени. Отсюда проистекает вся их трудность для понимания в период, когда реформы только развертываются, только набирают темпы.
Между тем  исторический опыт представляет собой  источник ценнейшей информации: конкретно-исторических примеров. Если речь идет о реформаторской деятельности, то можно в какой-то мере приблизиться к пониманию реформ современных, а в определенных случаях и предсказать принципиальные направления их развития в будущем. Здесь уместно добавить, что, к сожалению, ценный исторический опыт иногда остается невостребованным: мы снова и снова повторяем ошибки прошлого. Но хочется верить, что максимально использовать опыт предыдущих поколений все-таки возможно. 
Большой интерес  и множество споров вызывает имя  Столыпина, крупнейшего государственного деятеля России. Ни один из политических деятелей царизма  начала XX в. не может идти в сравнение с ним по преданной и восторженной памяти его почитателей и ненависти революционеров. «Период столыпинской реакции», «столыпинские галстуки», с одной стороны, «борец за благо России», человек, «достойный сесть на царский трон» – с другой. Однако, по мнению таких историков, как В.С. Дякин, П.Н. Зырянов и др., главным были для Столыпина все же не карательные меры, а стремление решать социальные и экономические проблемы с помощью реформ.
 
 
 
 

На рубеже XIX-XX в.в. общество вступило в новую фазу своего развития: капитализм стал мировой системой. Россия, вступившая на путь капиталистического развития позже стран запада, попала во вторую группу, куда входили такие страны как Япония, Турция, Германия, США.
В начале 90-х  г.г. XIX века в России начался промышленный подъем, который продолжался несколько лет и шел очень интенсивно. Особенно высокими темпами развивалась тяжелая промышленность. По общему объему продукции тяжелой промышленности Россия вошла в число первых стран мира.
Главной причиной промышленного подъема 90-х г.г. явилась  экономическая политика правительства, одной из составных частей которой  стало установление таможенных пошлин на ввозимые в Россию товары и одновременно устранение препятствий на пути проникновения в страну иностранных капиталов. Эти меры, по замыслу их инициаторов, должны были избавить молодую отечественную промышленность от губительной конкуренции и тем самым способствовать ее развитию, которому помогали заграничные деньги. В экономической политике на рубеже  XIX-XX в.в. было немало сильных сторон. В те годы Россия уверенно завоевала позиции на рынках Дальнего и Среднего Востока, тесня там своих соперников. Однако, эта политика оставалась внутренне противоречивой. И не только потому, что в ней преобладали административные меры и недооценивалось значение частного предпринимательства. Главное заключалось в том, что самому курсу правительства не хватало сбалансированности между потребностями промышленности и сельского хозяйства.
Несбалансированность  хозяйства стала одной из причин экономического кризиса начала XX столетия, который затем сменился длительной «депрессией» 1904 – 1908 годов. С 1909 по1913 год начинается экономический подъем. В результате прошедшего кризиса слабые, маленькие предприятия разорились, ускорился процесс концентрации промышленного производства. В 80 – 90-е годы временные предпринимательские замещаются крупными монополиями, картелями, синдикатами (Продуголь, Проднефть и т.д.). Одновременно с этим идет укрепление банковской системы (Русско-Азиатский, Петербургский международный банки). В начале XX века Россия являлась средне развитой страной. Наряду с высоко развитой индустрией в экономике страны большой удельный вес принадлежал раннекапиталистическим и полуфеодальным формам хозяйства – от мануфактурного до патриархально-натурального. Русская деревня как в зеркале отражала пережитки феодализма: крупные помещичьи землевладения, отработки, являющие собой прямой пережиток барщины. Крестьянское малоземелье, община с ее пределами тормозили модернизацию крестьянского хозяйства.
Социально-классовая  структура страны отражала характер и уровень ее экономического развития. Наряду с формированием классов  буржуазного общества (буржуазия, мелкая буржуазия, пролетариат), в нем продолжали существовать и сословные деления – наследие феодальной эпохи. Буржуазия занимает ведущую роль в экономике страны XX века.
 Следует  отметить, что особенностью именно  российской крупной буржуазии  была готовность пойти на какой-либо компромисс с абсолютизмом и, следовательно, соответствующей ему феодальной социально-экономической базой. Не смотря на это, абсолютизм не желал идти навстречу. И в XVIII, и в XX веке власти шли на какие-либо преобразования в обществе и государстве из соображений сохранения династии, укрепления своих позиций.
К сожалению, верхи не редко не совсем верно  оценивали реальную социально-политическую ситуацию в обществе и из-за этого  совершали непоправимые ошибки. Очередная  попытка уйти от реформ посредством «маленькой победоносной войны» с Японией не только не удалась, но и привела к тому, что страна сорвалась в революционную бездну (1905 – 1907 гг.). И царская династия не погибла в ней лишь потому, что возле царя оказались такие выдающиеся люди как С.Ю. Витте и П.А. Столыпин.
1905 – 1907 гг. со всей очевидностью показали нерешенность аграрного и других вопросов тогдашней России. История же, по мнению Н.Эйдельмана, предлагает три пути1:
    Продолжение революции снизу, что представляется весьма реальным;
    Контрреволюция сверху; в какой-то степени она осуществляется:     переворот 3 июня 1907 года – разгон II Государственной Думы – довольно отчетливый пример… Однако большего правители себе позволить не могли. Кроме нового избирательного закона, увеличившего представительство в Думе крупных землевладельцев и буржуазных элементов, никаких крупных контрреволюционных мер не последовало.
При угрозе новых  революционных волнений снизу и более чем скромных успехах контрреволюции сверху делается попытка пойти по третьему пути– еще одной революции сверху. Понятно, что речь идет о Столыпине и его реформах, которые Ленин определил как второй шаг России по пути к буржуазной монархии. С.Ю. Витте, будучи либералом, полагал, что все изменения в общественной и государственной жизни надо начинать с изменения политического строя: создать качественно новую государственную машину, а уже затем проводить преобразования в экономике. Вряд ли возможно усовершенствовать форму землевладения, решить проблемы аграрного порядка без предварительного перехода от рабства к свободе!
Интересно отметить, что  П.А. Столыпин полагал, что, напротив, перемены в политическом строе, в государстве, не суть главное и тем более  не есть условие реформ экономических. Отсюда проистекает следующее противоречие: программа реформ была рассчитана на буржуазно-демократическое развитие, они и по сути своей буржуазно-демократические (например, в вопросах, касающихся земских органов власти), но Столыпин искренне надеялся осуществить их в рамках прежней политической системы.
Реформатор  считал, что перемены необходимы, но в той мере и там, где они  необходимы для экономической реформы. Пока нет экономически свободного хозяина  – нет и базы для других форм свободы. Столыпин утверждал: «Пока крестьянин беден, не обладает личной земельной собственностью, пока он находится в тисках общины, он остается рабом, и никакой писаный закон не даст ему блага гражданской свободы».2
 
Кредо П.А. Столыпина  как государственного деятеля состояло в сочетании сильной власти и  либеральных реформ. Он задумал комплекс реформ, которые охватывали:
        аграрную сферу (земельная реформа и т.д.);
        политическую сферу (неприкосновенность личности, гражданское равноправие и т.п.);
        социальную сферу (социальная защита рабочих по инвалидности, старости, болезни);
        образовательную, медицинскую, духовную сферы (свобода вероисповедания и т.д.).
10 мая Столыпин  выступил с изложением правительственной  концепции решения аграрного  вопроса. Это была его итоговая  коронная речь во II Государственной Думе. Указ 9 ноября трактовался как выбор между крестьянином – бездельником и крестьянином – хозяином в пользу последнего. «Всегда были и будут тунеядцы!» – решительно заявил премьер. Но не на них должно ориентироваться государство: только «право способного, право даровитого создало право собственности на Западе». Способный, трудолюбивый крестьянин – «соль земли русской», и поэтому его надо поскорее освободить  «от тисков» общины, передав ему землю в неотъемлемую собственность.3
Чтобы подчеркнуть генеральное  значение избранного курса, Столыпин закончил свое выступление фразой, которая, как показало время, оказалась лучшей в его ораторском арсенале и наиболее политически эффективной. Она заканчивалась так: «им [противникам государственности] нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия».
И действительно, к этим «противникам государственности» правительство  отнеслось со всей жестокостью.
 
24 августа  1906 года была опубликована правительственная  программа, состоящая из двух  частей – репрессивной и реформистской. 
В соответствии с первой частью, в местностях, объявленных на военном положении и положении чрезвычайной охраны, вводились военно-полевые суды, а в центре реформистской части был указ 9 ноября 1906 года.  Второй центральной задачей правительства Столыпин объявлял проведение аграрного закона, являющегося «коренной мыслью правительства, руководящей его идеей… не беспорядочная раздача земель, не успокоение подачками – бунт погашается силой, а признание неприкосновенности частной собственности и как последствие, отсюда вытекающее, создание мелкой личной собственности, реальное право выхода из общины и разрешение вопросов улучшенного землепользования – вот задачи, осуществление которых правительство считало и считает вопросами бытия русской державы».4
Из реформ были обещаны реформы местного самоуправления, просвещения, страхования рабочих и т.д. Далее Столыпин провозгласил полную поддержку господствующей православной церкви, политику национализма и обещал проявить «особые заботы» по поднятию на высоту вооруженных сил. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 
Богатое крестьянство служит везде
лучшей опорой порядка…
 
                        П.А. Столыпин 
 
    Сущность и методы проведения реформы.
 
Как уже было сказано, в центре своих преобразований Столыпин ставил изменения в сфере  экономики. С чего начать в ней? Премьер был убежден, что начинать необходимо с аграрной реформы. И по политическим причинам: без крестьянства никакая революция в России была не возможна. И по сугубо экономическим: без нормального аграрного фундамента, что без процветающего сельского хозяйства, без выплескивания из села на рынок труда миллионов бывших крестьян, дешевой рабочей силы промышленность России будет обречена на чахлую жизнь при постоянной подкормке в виде казенных заказов. И сам Столыпин, и его оппоненты подчеркивали главную задачу реформы – создать богатое крестьянство, проникнутое идеей собственности и потому не нуждающееся в революции, выступающее как опора правительству. 5 декабря 1908 года в речи о «земельном законопроекте и землеустройстве крестьян» Столыпин утверждал, что «настолько нужен для переустройства нашего царства, переустройства его на крепких монархических устоях, крепкий личный собственник, настолько он является преградой для развития революционного движения, видно из трудов последнего съезда социалистов-революционеров, бывшего в Лондоне в сентябре настоящего года… вот то, что он постановил: «Правительство, подавив попытку открытого восстания и захвата земель в деревне, поставило себе целью распылить крестьянство усиленным насаждением личной частной собственности или хуторским хозяйством. Всякий успех правительства в этом направлении наносит серьезный ущерб делу революции».5
Аграрная реформа включала в себя ряд взаимосвязанных проблем, и все их
 решения пронизывала  красная нить – упор не на  общину, а на единоличного собственника. Несомненно, это был полный разрыв с идеологией реформы 1861 года, когда упор был сделан именно на крестьянскую общину как на главную опору, базу самодержавия и государственности в целом.
Разрушению крестьянской общины способствовал не только указ 9 ноября 1906 года, но и другие законы 1909 – 1911 г.г., предусматривающие роспуск общины и возможность его проведения решением простого большинства , а не 2/3, как это было раньше. После принятия указа 9 ноября Государственной Думой он поступил на обсуждение Государственного совета и так же был принят, после чего стал именоваться законом 14 июня 1910 года. По своему содержанию это были, безусловно, либеральные буржуазные законы, способствующие развитию капитализма в деревне и, следовательно, прогрессивные. Разные исследователи дают различную сущностную характеристику этих законов. Так, согласно концепции А.Я. Авреха, закон «обеспечивал прогресс по худшему, прусскому образцу, тогда как революционный путь открывал «зеленую улицу» «американскому», фермерскому пути, максимально эффективному и быстрому, в рамках буржуазного общества».6
 
Конкретные  меры аграрной реформы Столыпина  достаточно хорошо известны. Согласно 1 статьи закона 14 июня 1910 года «каждый  домохозяин, владеющий надельной  землею на общинном праве, может во всякое время требовать укрепления за собой в личную собственность причитающейся ему части из означенной земли».7 Более того, закон разрешил ему оставить за собой излишки, если он за них заплатит общине по более низкой выкупной цене 1861 года.  По требованию выделившихся община была обязана выделить им взамен черезполосых земель отдельный участок – отруб. Дополнением к закону 14 июня 1910 года был принятый обеими  палатами 29 мая 1911 года закон о землеустройстве. В соответствии с ним для проведения землеустройства не требовалось предварительного укрепления земли за домохозяевами. Селения, где были проведены землеустроительные работы, автоматически объявлялись перешедшими к наследственно-подворному владению. Землеустроительные комиссии были наделены широкими полномочиями, которые они пускали в ход, чтобы насадить как можно больше хуторов и отрубов.
Историк А. Анфимов отмечает, что еще при жизни реформатора  его курс на создание единоличных  отрубных и хуторских хозяйств путем  выделов земли из общинных наделов начал искажаться и поворачиваться в сторону раздела на единоличные участки целых селений. Этот, казалось бы, безобидный крен сделал ни кто иной, как ближайший сподвижник Столыпина А.В. Кривошеин. По его распоряжению землеустроительные комиссии начали делить землю на «чуланчики». Теперь уже не требовалось никаких документов на укрепление земли в частную собственность – комиссии разделяли землю на «отруба», и ты – хозяин этого «чуланчика», хотя с выделенной землицей можно было с трудом выжить семейству. Но ты – собственник, и, в таком случае, ты – на равных с соседом-помещиком, у которого пятьсот, тысяча или даже сто тысяч десятин. Уже с самого начала многое говорило против реформы.
Важным инструментом разрушения общины и насаждения мелкой частной собственности был кредитный банк. Посредством него государство помогало многим крестьянским семьям в приобретении земель. Банк продавал в кредит земли, скупленные ранее у помещиков, или принадлежащие государству. При этом кредит для единоличного хозяйства был вдвое ниже, чем по кредитам общине. Между 1905 и 1914 г.г. в руки крестьян перешли таким путем 9,5 млн. га земли. Необходимо, однако заметить, что условия продаж были довольно жесткими – за просрочку платежей земля у покупщика забиралась и возвращалась в банковский фонд для новой продажи. По свидетельству Н. Верта, эта политика была весьма разумной в отношении наиболее работоспособной части крестьян, она помогла им, но не могла решить аграрный вопрос в целом (крестьяне-бедняки не могли приобрести земли). Более того, выделение в отдельное хозяйство обычно не давало участки, достаточные для эффективной работы и даже кредиты дело существенно не меняли, и Столыпин взял курс на переселение крестьян на свободные государственные земли. По мнению Н. Эйдельмана массовое переселение было организованно для того, чтобы, не наделяя крестьян помещичьей землей, обогатить одних крестьян за счет других, распустив общину и облегчив переход того, что принадлежало беднякам в собственность зажиточных мужиков. Оставшихся без земли должен был во-первых принять город, а во-вторых окраины, куда организуется переселение. С этой точки зрения Столыпин старался достичь компромисса общественных сил, чтобы, с одной стороны, не ущемлять законных прав помещиков на землю, а с другой – обеспечить землей наиболее сознательную часть крестьянства –, как предполагалось, опору самодержавия.8
Основными районами переселения  были Сибирь, Средняя Азия, Дальний  Восток и Северный Кавказ. Правительство  всячески поощряло заселение данных районов: были устранены все препятствия и создан серьезный стимул для переселения в осваиваемые районы страны. Кредиты, отпускаемые переселенцам, увеличились в четыре раза по сравнению с периодом 1900 – 1904 г.г. Проезд был бесплатным, специальные по конструкции, «столыпинские» вагоны, позволяли везти с собой скот и имущество.
 
До Столыпина правительство  тоже старалось помогать богатым  крестьянам – достаточно вспомнить  льготные кредиты Крестьянского  банка. Заметим, что Столыпин, напротив, отводил главенствующую роль в деле государственного поощрения не кредитам. Столыпин старался реализовать помощь в натуральном виде. Во-первых, путем создания развитой инфраструктуры: в зонах переселения правительство строило железные дороги, водохранилища, колодцы, школы, медицинские пункты. Крестьянин так же получал помощь в виде скота, семян, инвентаря. В связке «государство – крестьянин» исключался перекупщик – торговец.
Говоря о  методах проведения реформы, нельзя не отметить, что они 
опирались на нажим аппарата, чиновников, полиции. Реформа реализовывалась
  в то время, когда в стране царила обстановка расстрелов, виселиц, прямого насилия властей. Преступник он и есть преступник, но то, что сама власть с помощью военно-полевого суда, в состав которого Столыпин запретил включать юристов, расстреливает своих граждан – это было невиданно. За период с 1905 до 1909  года число казненных революционеров не превышало 2,4 тыс. человек, но это нанесло огромный моральный удар по властям. Столыпин создал прецедент: право власти карать без объяснений.
Столыпин утвердил и право власти вмешиваться в  сугубо экономические отношения. Право  государства на насилие в экономике впервые продемонстрировано в общероссийском масштабе именно Столыпиным в ходе его реформ.
 
    Результаты реформы.
Каковы же были итоги  столыпинского аграрного курса, который был последней ставкой  царизма в борьбе за существование? Удалась ли аграрная реформа по Столыпину? Историки в основном считают, что результаты были очень далеки от ожидаемых…
Примерно за десять лет только 2,5 млн. крестьянских хозяйств удалось освободиться от опеки  общины. Движение за упразднение «мирского» правления на селе достигло наивысшей точки между 1908 и 1909 г.г. (около полмиллиона запросов ежегодно). Однако впоследствии это движение заметно сократилось. Случаи полного роспуска общины в целом были крайне редкими (около 130 тыс.). «Свободные» крестьянские землевладения составили лишь 15% общей площади обрабатываемой земли. Едва ли половине работавших на этих землях крестьян (1,2 млн.) достались отруба и хутора, закрепленные за ними постоянно, в частную собственность. Собственниками могли стать лишь 8% общего числа тружеников, но они терялись в масштабах страны.
Землеустроительная  политика не дала кардинальных результатов. Столыпинское землеустройство, перетасовав  надельные земли, не изменило земельного строя, он остался прежним – приноровленным к кабале и отработкам, а не к  новейшей агрикультуре указа 9 ноября.
Деятельность  крестьянского банка так же не дала желаемых результатов. Всего за 1906 – 1915 г.г. банк приобрел для продажи  крестьянам 4614 тыс. десятин земли, подняв цены с 105 руб. в 1907 г. До 136 руб. в 1914 г. За десятину земли. Высокие цены и большие платежи, налагаемые банком на заемщиков, вели к разорению массы хуторян и отрубников. Все это подрывало доверие крестьян к банку, и число новых земщиков пошло вниз.
Переселенческая политика наглядно продемонстрировала методы и итоги столыпинской аграрной политики. Переселенцы предпочитали обосновываться в уже обжитых местах, таких как Урал, Западная Сибирь, нежели заниматься освоением безлюдных лесных зон. Между 1907 и 1914 г.г. 3,5 млн. человек выехали в Сибирь, около 1 млн. из них вернулись в европейскую часть России, но уже без денег и надежд, поскольку прежнее хозяйство было продано.
Одним словом, реформа не удалась. Она не достигла ни экономических, ни политических целей, которые перед ней ставились. Деревня вместе с хуторами и отрубами оставалась такой же нищей, как и до Столыпина. Хотя, необходимо привести цифры, которые приводит Г. Попов – они показывают, что кое-какие сдвиги в положительную сторону наблюдались:  с 1905 по 1913 г.г. объем ежегодных закупок сельхозтехники вырос в 2 – 3 раза. Производство зерна в России в 1913 г. Превышало на треть объем производства зерновых в США, Канаде, Аргентине вместе взятых. Российский экспорт зерна достиг в 1912 г. 15 млн. тонн в год. В Англию масла вывозилось на сумму, в двое большую, чем стоимость всей ежегодной добычи золота в Сибири. Избыток хлеба в 1916 г. Составлял 1 млрд. пудов. Но все же, по мнению Г. Попова, главную задачу – сделать Россию страной фермеров – решить не удалось. Большинство крестьян продолжали жить в общине, и это, в частности, предопределило развитие событий в 1917 году. Дело в том, что столыпинский курс провалился политически. Он не заставил крестьян забыть о помещичьей земле, как рассчитывали авторы указа 9 ноября. Новоиспеченный реформой кулак, грабя общинную землю, держал в уме и помещичью, как и остальные крестьяне. К тому же он становился все более заметным экономическим конкурентом помещика на хлебном рынке, а порой и политическим, прежде всего в земстве. К тому же новая популяция «сильных» хозяев, на которых рассчитывал Столыпин, была недостаточной, чтобы стать опорой царизму…
Здесь ярко проявляется  основная причина неудач буржуазных реформ – попытка их проведения в рамках феодальной системы. Так  же можно встретить утверждение, будто столыпинским реформам просто не хватило времени для положительных результатов. Но, на наш взгляд, в той ситуации эти реформы по своей сущности не могли быть реализованы эффективно. Этого времени у них попросту не могло быть: на каком-либо этапе они попросту завязли бы, так как невозможно, не меняя надстройки, изменить базис – социально-экономические отношения, а, следовательно, проводить буржуазные реформы в рамках абсолютизма. Можно допустить, что столыпинские реформы, если бы они продолжались, скажем, еще лет 10, принесли бы определенные результаты, главным из которых было бы создание слоя мелких крестьянских собственников-фермеров, да и то в том случае, по выражению Ленина, если «обстоятельства сложились исключительно благоприятно для Столыпина».
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Рабочий вопрос, как и крестьянский, достался Столыпину в наследство от революции 1905 – 1907 г.г. До этого и царизм, и буржуазия отрицали существовании рабочего класса, доказывая, что существует лишь «сословие фабричных людей», вчерашних крестьян, готовых в любой момент бросить завод и вернуться в деревню. Революция навсегда покончила с этой иллюзией. Надо было как-то решать этот вопрос.
Еще в январе 1905 г. была образована Комиссия по рабочему вопросу («Комиссия Коковцева»). Эта комиссия выработала программу, исходя целиком из предпосылки, что в России рабочий вопрос носит такой же характер, как на Западе, и, следовательно, решать его надо так же, как, скажем, решил Бисмарк в Германии. Программа сводилась к четырем основным пунктам:
    обязательная организация больничных касс на базе совместных взносов и хозяев, и рабочих;
    создание на фабриках и заводах совместных органов из представителей администрации и рабочих «для обсуждения и разрешения возникающих на почве договора найма вопросов, а также для улучшения быта рабочих»;
    сокращение рабочего дня с 11,5 до 10 часов, ограничение законом количества сверхурочных работ;
    пересмотр статей закона, карающих забастовки и досрочные расторжения договоров о найме.
Но крупная  буржуазия отнеслась к этому  проекту резко отрицательно. Они были в основном против сокращения рабочего дня и сверхурочных работ. Все это исходило из жадности и эгоизма буржуазии, которая не хотела идти ни на какие материальные жертвы. В конце концов, «Комиссия Коковцева» прекратила свое существование. Но все таки определенный итог был достигнут. Ведь царизм под влиянием революции взял курс на буржуазную политику и в рабочем вопросе. И буржуазия, в свою очередь, осознала, что иного пути в решении рабочего вопроса нет.
Следующим этапом в разработке рабочих законопроектов было Особое совещание при Министерстве торговли и промышленности под председательством Д.А. Фолософова. Совещание провело свою работу в два этапа – с 14 по 21 декабря 1906 г. и с 14 февраля по 21 марта 1907 г. Это уже была цели ком эра Столыпина.
На повестку дня сессии совещания было вынесено 10 законопроектов:
      страхование болезней;
      страхование несчастных случаев;
      страхование инвалидности;
      сберегательные кассы обеспечения;
      правила о найме рабочих;
      рабочее время;
      врачебная помощь;
      меры поощрения строительства здоровых и дешевых жилищ;
      промысловые суды;
      фабричная инспекция и фабричные присутствия.
Столыпин в  полной мере отдавал себе отчет о  значении рабочего вопроса в России. Но было сделано одно существенное отступление от первоначальной программы  – вопрос о рабочих организациях он обходил полным молчанием. Основанием послужили «Временные правила» 4 марта 1906 г. о союзах, которые, по мнению Совета министров, по крайней мере, на время, решали эту проблему, и, следовательно, с ней можно было не спешить. На основании этих правил в годы столыпинского правления были закрыты сотни профсоюзных организаций и еще сотням было отказано в регистрации. После обсуждения и доработок некоторых законопроектов их передали в Думу в июне 1908 г. наступил последний этап их превращения в законы. Он стал самым длинным. Из-за ожесточенного сопротивления российских капиталистов для работы над законами была создана специальная комиссия под председательством Федорова. Работа комиссии продолжалась 8 месяцев. В результате работы в законопроекты был внесен «ряд постатейных, подробно мотивированных изменений». Изменения оказались на столько подробными, что представляли собой, по сути, другие законопроекты.
Но и эти  законопроекты были встречены сопротивлением промышленников под предлогом «полнейшего разорения и упадка» отечественной промышленности, невозможности обременения ее новыми расходами.
Еще одной  силой, ставшей на пути страховых  законопроектов, стала думская Комиссия по рабочему вопросу во главе с  бароном Е.Е. Тизенгаузеном.
Лишь в конце апреля 1909 г., то есть спустя почти год после того, как страховые законопроекты были внесены в Думу, рабочая комиссия приступила к постатейному обсуждению законопроектов.
В декабре 1910 г. комиссия, наконец, закончила свою работу, но лишь в апреле 1911 г. страховые законопроекты попали в повестку дня Думы.
10 – 11 января 1912 г. оба страховых законопроекта  были окончательно приняты Думой  и переданы в Государственный  совет, который принял их 2 мая,  а 23 июня по утверждении царем  они стали законами.
Страховые законопроекты  в конечном итоге явились одной  из причин, приведшей к обострению отношений между правыми и  октябристами, помещиками и буржуазией.
Но все-таки рабочая политика Столыпина провалилась, так как ответом на нее со стороны  рабочего класса стал новый революционный подъем.
19 августа  1906 г. в чрезвычайном порядке  по 87 статье «Основных законов»  был принят указ о военно-полевых  судах, согласно которому, рассмотрению  этих судов, состоявших из строевых  офицеров, подлежали дела, в которых совершение «преступного деяния» являлось «настолько очевидным», что не было надобности в его расследовании. Судопроизводство должно было завершиться в пределах 48 часов, а приговор по распоряжению командующего округом исполнялся в 24 часа.
По подсчетам  исследователей, за 8 месяцев военно-полевые суды вынесли смертные приговоры 1102 чел. Указ автоматически потерял силу 20 апреля 1907 г.
Кроме аграрной реформы, Столыпин намеревался провести ряд реформ, быть может, более полезных, чем аграрная реформа. Это касается, прежде всего, серии мероприятий по преобразованию местного самоуправления.
      Введение бессословной системы управления. Эта реформа имела прогрессивное значение.
      Предполагалось ввести общее начальное образование.
Переломной  в преобразовательской деятельности Столыпина стала попытка провести закон о земствах в западной части России. На этот раз против высказались верхняя палата – Государственный совет. Столыпин опять прибегнул к статье 87. Он предложил царю распустить Думу и Государственный совет всего на три дня. Это было сделано, и Столыпин опять утвердил все в «просвет» между 12 и 16 марта 1911 г.
Этот частный  повод дал выход всеобщему  возмущению, и Столыпин понял, что  дни его сочтены.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 
 
По мнению Г. Попова, существует постоянный парадокс, состоящий в следующем: с одной  стороны реформирование России предполагает создание и развитие представительной власти, а с другой, в бесконечных  дебатах всех ветвей этой власти –  начиная с Думы – на долгие месяцы «тонут» самые необходимые меры. Этот процесс естественен, он обусловлен самой природой представительной власти: она призвана обеспечить мирное урегулирование интересов различных групп общества, а, следовательно, этот процесс не может быть полным компромиссов и длительным. В стране, где общественная ситуация достаточно благополучна, эти демократические парламентские процедуры играют в целом прогрессивную и положительную роль. Но в эпоху решительных, коренных реформ, когда промедление «равносильно смерти» эти процессы грозят вообще все затормозить.
И Столыпин, и  правительство осознавали, что земельная  реформа через Думу в какие-то приемлемые сроки не пройдет, а то и вовсе «утонет». С самого начала она оказалась в центре главных  забот Столыпина. Первая Дума своим большинством выдвигала требования, не приемлемые для самодержавия и 8 июля 1906 года была распущена.
II Государственная Дума была избрана Столыпиным как полигон для будущего бонапартистского курса, хотя выборы происходили по старому избирательному закону. Но резкое ослабление кадетского центра и столь же явное усиление левого крыла уже говорило о том, что возможность соглашения между правительством и Думой стала еще более призрачной. Премьер явно провоцировал Думу на открытые конфликты с правительством, приближая час разгона.
III Государственная Дума, избранная по «бесстыжему» избирательному закону, вышла именно такой, какая ему была нужна. Главная особенность избирательного закона 3 июня, помимо его крайнего антидемократизма, состояла в  бонапартизме, создании возможности лавирования между левым и правым крылом Думы. Статистический анализ показывает, что большинство мог создать только октябристский «центр», голосуя со своими правыми или левыми соседями. Таким образом, столыпинский аграрный бонапартизм был завершен и дополнен бон
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.