Здесь можно найти учебные материалы, которые помогут вам в написании курсовых работ, дипломов, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Заражение ВИЧ-инфекцией

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 05.06.13. Сдан: 2013. Страниц: 13. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


 
Содержание
 
 
 
 

Введение
 
В правовом государстве, которым провозгласила себя Россия, должны обеспечиваться незыблемость прав человека, а также их охрана. Наиболее важным, неотъемлемым правом человека является право на охрану здоровья. Уголовное законодательство РФ признает здоровье человека приоритетным объектом уголовно-правовой охраны. Это предопределило объединение в самостоятельную главу Особенной части Уголовного кодекса РФ преступлений против жизни и здоровья. В зависимости от объекта посягательств и особенностей их объективной стороны все преступления данной главы обычно классифицируются на три группы: преступления против жизни, преступления против здоровья и преступления, ставящие в опасность жизнь или здоровье. Несмотря на то, что преступления ставящие в опасность жизнь и здоровья включают в себя широкий круг составов, на наш взгляд целесообразно рассмотреть особенности уголовной ответственности за причинение вреда здоровью на примере состава ст. 122 Уголовного кодекса РФ. Данный подход обусловлен стремительно возрастающей угрозой заражения ВИЧ-инфекцией в Российской Федерации.
Объект рассматриваемого преступления учеными определяется по-разному. Так, некоторые их них утверждают, что данное преступление посягает на здоровье потерпевшего (Прохоров Л.А.). По мнению других, объектом поставления в опасность заражения ВИЧ-инфекцией являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность здоровья другого человека (Гаухман Л.Д., Колодкина Л.М.). Значительная часть авторов считает, что неминуемое последствие заболевания СПИД в виде смерти человека свидетельствует о том, что объектом данного посягательства является не только здоровье, но и жизнь другого человека (Ветров Н.И., Щерба С., Борзенкова Г.Н.). Данная точка зрения является наиболее правильной. Здоровье является объектом преступления, поскольку ВИЧ-инфицированный проходит несколько стадий заболевания на каждой из которых, состояние его здоровья ухудшается. Так как ВИЧ-инфекция на сегодняшний день является неизлечимым заболеваниям, что виновный не может не знать, то, на наш взгляд, целесообразно дополнить ч. 2 ст. 122 «и создание угрозы для его жизни».
Объектом работы является ВИЧ-инфекция.
Цель курсовой работы – рассмотрение заражения ВИЧ-инфекцией в уголовном праве.
Достижение указанной  цели обусловило необходимость постановки и решения следующих задач:
- рассмотреть заражение ВИЧ-инфекцией в уголовном праве;
- анализ особенностей добровольного согласия на заражение ВИЧ-инфекцией.
В работе использовались диалектический метод познания, анализа  и синтеза, индукции и дедукции, а  также системный, сравнительный, структурно-функциональный, формально-логический, исторический и  другие общенаучные методы исследования. Правовая проблематика работы предопределила использование формально-юридического, сравнительно-правового, статистического и иных методов научного исследования. 
При проведении исследования по теме работы были проанализированы нормы Конституции Российской Федерации, действующего уголовного законодательства.
Теоретическую основу исследования составили труды правоведов, особое внимание было уделено работам таких  авторов, как Беляев Н.А., Козаченко И.Я. и З.А. Незнамовой, и других. 
Структура работы обусловлена целями и задачами исследования.
Курсовая работа состоит  из введения, основной части, заключения и списка использованных источников.
 
 
 
    Заражение ВИЧ-инфекцией в уголовном праве
 
ВИЧ-инфекция (синдром  приобретенного иммунодефицита - СПИД) - медленно прогрессирующее инфекционное заболевание, возникающее вследствие заражения вирусом иммунодефицита человека, поражающего иммунную систему, в результате чего организм становится высоко восприимчив к оппортунистическим инфекциям и опухолям, которые в конечном итоге приводят к гибели больного.
Заражение человека вирусом  иммунодефицита не вызывает обязательного  и немедленного поражения иммунной системы. Ухудшение здоровья может  наступить спустя значительное время  или вообще не наступить, но человек становится вирусоносителем, что представляет угрозу здоровью не только самого больного, но и других лиц.
В России уголовная ответственность  за заражение СПИДОМ была впервые  введена в 1987г.: УК РСФСР 1960г. был  дополнен ст.115-2, предусматривающей ответственность за поставление в опасность заражения этим заболеванием (ч.1) и заражение им (ч.2). Однако практика применения данной статьи показала, что аббревиатура СПИД для описания признаков состава преступления была выбрана законодателем не совсем удачно. Перед судами, рассматривающими дела о преступлениях, предусмотренных ст.115-2 УК РСФСР, вставал вопрос: можно ли привлекать к уголовной ответственности лицо, у которого обнаружены только начальные проявления заболевания ВИЧ-инфекцией, а стадия развития заболевания СПИД еще не наступил. Все это привело к тому, что в законодательстве, регулирующем отношения в данной сфере с 1995г. употребляется исключительно термин « заболевание, вызываемое вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция). В ст. 122 УК РФ 1996г. речь так же идет не о заражении СПИД, как это было раньше, а о заражении ВИЧ-инфекцией1.
Так как ВИЧ-инфекция относится к числу особо опасных  инфекций в целях ограничения  распространения этого заболевания  законодатель в ч.1 ст. 122 УК РФ установил уголовную ответственность лишь за одно заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. Для признания такого преступления оконченным не требуется не только развития стадии заболевания СПИД, но и попадания в организм потерпевшего вируса иммунодефицита человека.
В целях предупреждения распространения ВИЧ-инфекции в России принят Федеральный закон от 30 марта 1995 г. «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита (ВИЧ-инфекции)», с последующими изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 12 августа 1996 г.
Заражение ВИЧ-инфекцией - заведомое доставление другого  лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией - наказывается ограничением свободы  на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года.
Важная роль в предупреждении распространения ВИЧ-инфекции принадлежит уголовному закону.
Объектом данного преступления является право человека на здоровье. 
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 122 УК, характеризуется поставлением другого лица в опасность зараженияВИЧ-инфекцией.
ВИЧ-инфекция представляет собой заболевание, вызываемое вирусом иммунодефицита человека, которое на сегодняшний день считается разновидностью неизлечимого инфекционного заболевания и неизбежно заканчивается летальным исходом.
Преступление, предусмотренное  ч. 1 ст. 122 УК РФ, анализируется в § 4 данной главы.
В ч. 2 ст. 122 УК предусмотрена ответственность за фактическое заражение ВИЧ-инфекцией.
Объективная сторона  этого преступления характеризуется заражением потерпевшего ВИЧ-инфекцией.
Способы заражения носителем ВИЧ-инфекции могут быть различными. По данным органов здравоохранения ведущее место в распространении заболевания СПИДом принадлежит половым контактам (особенно гомосексуальным) с больными. Кроме того, инфекция может быть передана путем пользования не стерилизованными шприцем, иглой. Такого рода случаи могут иметь место среди наркоманов. Необходимым признаком объективной стороны преступления является причинная связь между поведением виновного (больного) и наступившим преступным последствием в виде заражения ВИЧ-инфекцией. Рассматриваемое преступление признается оконченным с момента заражения потерпевшего ВИЧ-инфекцией.
Субъективная сторона  преступления характеризуется умышленной виной или неосторожностью в  виде легкомыслия. 
Субъектом преступления может быть любое вменяемое лицо, у которого наличествует ВИЧ-инфекция, достигшее 16 лет.
Часть 3 ст. 122 УК предусматривает повышенную ответственность, если виновный заразил двух или более лиц. При этом факт заражения двух или более лиц может иметь место в один день или через небольшой промежуток времени. Если виновный заражает заведомо несовершеннолетнего и сознает это, то есть то, что потерпевший является несовершеннолетним, ответственность также наступает по ч. 3 ст. 122 УК РФ.
В ч. 4 ст. 122 УК установлена ответственность за заражение другого лица ВИЧ-инфекцией в результате ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей2.
Объективная сторона  названного преступления характеризуется  ненадлежащим отношением к выполнению своих обязанностей. При этом следует  установить, что лицо ненадлежаще  относилось к исполнению не любых  обязанностей, а тех, которые обеспечивают предупреждение заражения ВИЧ-инфекцией. Необходимым признаком объективной стороны преступления является наличие причинной связи между ненадлежащим исполнением лицом своих обязанностей и наступлением заражения ВИЧ-инфекцией другого человека.
Субъективная сторона данного преступления характеризуется неосторожной виной.
Субъектом названного преступления может быть не только лицо, работающее в системе здравоохранения, осуществляющее диагностику и лечение ВИЧ-инфицированных, но также лица, работа которых связана с материалами, содержащими вирус иммунодефицита человека (например, сотрудник научно-исследовательской лаборатории). Чаще опасность совершения данного преступления имеет место при осуществлении биомедицинской деятельности. Медицинские работники должны тщательно обрабатывать инструментарий, с помощью которого производят какие-либо манипуляции в отношении больного, и руки в соответствии с инструкциями по профилактике СПИДа после посещения помещений, где находятся больные ВИЧ-инфекцией; маркировать емкости с кровью и другими биоматериалами; для аспирации жидкостей у больного ВИЧ-инфекцией следует использовать только шприцы с канюлями замочного типа или шприцы с несъемными иглами, что позволяет выливать собранную жидкость через иглу, не загрязняя окружающие предметы и др. 
 
 
 
 
 
 
 
2. Добровольное согласие на заражение ВИЧ-инфекцией
 
На фоне десяти новых примечаний, включенных Федеральным  законом от 8 декабря 2003 г. в Особенную  часть Уголовного кодекса РФ, примечание к ст. 122 УК РФ "Заражение ВИЧ-инфекцией" стоит особняком. Впервые за многие годы в тексте закона закреплено юридическое значение такого обстоятельства, как добровольное согласие лица на поставление его в опасность причинения ему вреда или на причинение вреда. В данном примечании речь идет о таком спорном и недостаточно изученном институте уголовного права, как "согласие лица на причинение ему вреда".
Традиционно в  науке уголовного права выделяется институт "согласие потерпевшего". Однако следует согласиться с  мнением, что говорить о согласии "потерпевшего" не совсем корректно, поскольку, рассматривая согласие как обстоятельство, исключающее преступность деяния, нельзя говорить о "потерпевшем" как о лице, которому преступлением причинен вред.
История советского и российского уголовного права практически не знает случаев, когда в самом законе были бы закреплены положения, регламентирующие добровольное согласие лица на причинение ему вреда. Исключение составляет, пожалуй, только примечание к ст. 143 УК РСФСР 1922 г., согласно которому "убийство, совершенное по настоянию убитого из чувства сострадания", не каралось. Однако указанное примечание спустя некоторое время было отменено, и в дальнейшем только высшая судебная инстанция в своих рекомендательных постановлениях возвращалась к вопросу согласия лица на причинение ему вреда с целью подчеркнуть, что по определенным составам преступлений согласие потерпевшего не имеет никакого юридического значения. Так, например, в свое время при наличии уголовной ответственности за уплату и принятие выкупа за невесту (ст. 232 УК РСФСР 1960 г.) деяние признавалось преступным и в случае согласия или даже желания женщины вступить в брак, а объектом преступления помимо основного также признавали честь и достоинство женщины как человека. При этом Верховный Суд РСФСР специально подчеркивал, что "ответственность по данной статье наступает независимо от того, с согласия или без согласия невесты был получен и уплачен за нее выкуп". По другой категории дел Верховный Суд СССР указал, что "согласие потерпевшего на поставление его в опасность заражения венерической болезнью не является основанием для освобождения от уголовной ответственности лица, знавшего о наличии у него венерического заболевания и поставившего потерпевшего в опасность заражения или заразившего его венерической болезнью". На этом фоне примечание к ст. 122 УК РФ выглядит если не революционным шагом, то значительным движением вперед в области признания субъективных прав человека и юридического значения их реализации в рамках уголовного законодательства.
В первую очередь его наличие свидетельствует о том, что в уголовном законодательстве применительно к конкретному составу преступления фактически закреплено такое обстоятельство, исключающее преступность деяния, как "согласие лица на причинение ему вреда".
Действительно, до введения данного законодательного изменения складывалась следующая ситуация: с одной стороны, доктрина уголовного права признает такой институт, исключающий преступность деяния, как "согласие лица на причинение ему вреда", а правоохранительные органы на практике учитывают факт согласия лица на причинение ему вреда; с другой стороны, ни одного упоминания об этом институте в Уголовном кодексе не было.
 В уголовно-процессуальном  законодательстве закреплены институты  частного и частно-публичного  уголовного преследования. Можно предположить, что на основании существования так называемого частного обвинения в уголовном процессе делали вывод о юридическом значении согласия лица на причинение ему вреда по конкретным составам преступлений. Вместе с тем, не отрицая определенную взаимосвязь между видами уголовного преследования в уголовном процессе и согласием лица на причинение ему вреда как институтом уголовного права, необходимо отметить, что это разные категории и вопросы обстоятельств, исключающих преступность деяний, должны находить свою регламентацию в нормах материального права.
Если в практической деятельности в основе принятия решения о непривлечении  лица к уголовной ответственности  изначально, действительно, лежит факт согласия лица на причинение ему вреда, то можно сделать вывод: лицо не привлекается к уголовной ответственности не в силу прямого указания закона об этом, а на основании логического толкования норм, в том числе и ст. 14 УК РФ, и на основании отношения конкретного правоприменителя к вопросу возможности распоряжения субъективными правами его носителем. В некоторых случаях указанных оснований достаточно для единообразного применения закона, однако так может быть не всегда. Например, нет никаких споров относительно согласия лица при причинении ему легкого вреда здоровью, но не исключено, что такого рода разногласия могут возникнуть применительно к причинению вреда средней тяжести.
 Например, не было и  нет никаких разночтений относительно  юридического значения согласия  собственника, данного на уничтожение или повреждение его имущества, если при этом не создается угроза правам и интересам иных лиц.
Конечно, введение в ст. 122 УК РФ соответствующего примечания не позволяет окончательно установить пределы распоряжения лицом своими субъективными правами, не влекущими для третьих лиц негативных последствий в виде привлечения к уголовной ответственности, однако уже само его закрепление, пусть и применительно к одному составу преступления, заслуживает одобрения. Кроме того, появление в уголовном законодательстве такого примечания свидетельствует о признании роли волеизъявления лица, ставящего свои блага в опасность их нарушения. Если доктрина уголовного права до последнего времени исходила из защиты законных интересов, прав и свобод в основном в отрыве от того, как сама личность относится к целесообразности защиты ее законных интересов, прав и свобод, то с появлением анализируемого примечания можно говорить о положительном сдвиге в этом вопросе: вне всяких сомнений, степень законодательного урегулирования распоряжения своими правами и свободами была и остается чрезвычайно высокой.
В данном случае имеются  в виду личные неимущественные права, в частности здоровье, которым, с  точки зрения законодателя и правоприменителя, причиняется объективный вред3.
И, наконец, нельзя не отметить практическую ценность данной законодательной новеллы. Появление рассматриваемого примечания должно активизировать дальнейшее изучение юридического значения такого института уголовного права, как согласие лица на причинение ему вреда. Наука уголовного права может получить в свое распоряжение эмпирический материал, который подтвердит или, наоборот, опровергнет теоретические постулаты, использованные или предполагаемые при конструировании примечания к ст. 122 УК РФ. В свою очередь, не исключено, что на основании результатов действия ст. 122 УК РФ можно будет проводить более обоснованные, имеющие определенную законодательную базу и, соответственно, данные практического применения, исследования по дальнейшей разработке условий правомерности такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как "согласие лица на причинение ему вреда". Среди вопросов, наиболее интересующих специалистов уголовного права, будет реакция правоприменительных органов на данное новшество, особенно имея в виду характер и объем благ, которыми по своему усмотрению может распоряжаться лицо. Иначе говоря, указанное примечание может стать своеобразным "пилотным" проектом, по результатам применения которого будет решаться вопрос о возможности и целесообразности использования в подобной форме законодательной конструкции, регламентирующей вопросы согласия лица на причинение ему вреда.
Вместе с  тем, отдавая должное самому факту  появления данного примечания, необходимо отметить некоторые недостатки, в  значительной степени снижающие  эффективность его предполагаемого  действия.
1. Не совсем  четко выражена юридическая природа  института, закрепленного в примечании. На наш взгляд, в данном случае правильнее вести речь не об освобождении лица от уголовной ответственности, а об обстоятельстве, исключающем преступность деяния. "Освободить от уголовной ответственности - значит снять с лица, совершившего преступление, возложенные на него уголовным законом обязанности", а в случае, когда лицо добровольно соглашается на поставление себя в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, нельзя вести речь о том, что лицо, поставившее другое лицо в опасность заражения, совершило преступление, и с него нельзя "снять обязанность", так как не было основания для ее наложения.
 Обстоятельства, являющиеся основанием для освобождения  лица от уголовной ответственности,  появляются после совершения  деяния, в данном же случае  согласие лица выражено до совершения деяния, и не исключено, что само согласие послужило немаловажной причиной для совершения этого деяния. Как институт уголовного права "согласие потерпевшего" в теории рассматривалось именно как обстоятельство, исключающее преступность деяния, а не как основание освобождения от уголовной ответственности, поэтому в законе должны присутствовать обороты, отражающие смысл формулировок, присущих всем иным обстоятельствам, исключающим преступность деяния: "не является преступлением...". Для лица далеко не безразлично, по каким основаниям оно не будет привлечено к уголовной ответственности: по реабилитирующим или не являющимся таковыми.
 Далее в  работе будет использоваться  формулировка примечания: "лицо  освобождается от уголовной ответственности".
2. Лицо освобождается  от уголовной ответственности  за заведомое поставление другого  лица в опасность заражения  или за заражение другого лица  ВИЧ-инфекцией. Однако это же  лицо не освобождается от уголовной  ответственности за заражение  ВИЧ-инфекцией в случае, если эти деяния совершены в отношении двух и более лиц. Представляется, что такая ситуация не совсем правильна. Непонятно, чем руководствовался законодатель, дифференцируя освобождение от уголовной ответственности по данному основанию в зависимости от количества лиц, ставящих себя в опасность заражения. В ситуации, когда лицо заражает ВИЧ-инфекцией не одно лицо, а несколько (при групповом сексе, при групповом употреблении наркотиков и т.п., когда все участники группы осведомлены об инфицировании какого-либо члена группы), нет никаких препятствий к тому, чтобы добровольное согласие нескольких лиц рассматривалось в юридическом плане совершенно иначе, нежели согласие одного лица. В данном случае речь необходимо вести о том, что количество не должно перейти в иное качество: сумма нулей при их любом количестве равна нулю.
Редакция ч. 3 ст. 122 УК РФ не позволяет без ее изменения указать в примечании, что от уголовной ответственности  освобождается лицо, совершившее  с добровольного согласия другого  лица деяния, предусмотренные в том числе и частью третьей настоящей статьи. Часть 3 ст. 122 УК РФ содержит два квалифицирующих признака - деяние, совершенное в отношении двух или более лиц либо в отношении заведомо несовершеннолетнего. Законодатель не должен допустить, чтобы действие примечания распространялось и на согласие несовершеннолетнего. Поэтому необходимо внести изменения в диспозицию статьи в части расположения квалифицирующих признаков: например, в ч. 3 оставить такой квалифицирующий признак, как "совершенное в отношении двух и более лиц", а признак "в отношении заведомо несовершеннолетнего" вынести в отдельную часть статьи с изменением санкции в какой-либо из частей.
3. Несмотря на  то, что в медицине до сих  пор окончательно не определились  с сущностью такого явления, как ВИЧ-инфекция и СПИД, российское уголовное право считает преступление, связанное с поставлением в опасность заражения и с заражением ВИЧ-инфекцией, более общественно опасным, нежели заражение венерическим заболеванием. Об этом свидетельствует как то обстоятельство, что уголовная ответственность за поставление в опасность заражения венерическим заболеванием в настоящее время не предусмотрена, так и то, что "заражение другого лица ВИЧ-инфекцией" относится к категории преступлений средней тяжести, а "заражение другого лица венерическим заболеванием" - к категории преступлений небольшой тяжести. Поэтому вызывает недоумение позиция законодателя, в результате которой лицо, совершившее преступление большей тяжести, при определенных обстоятельствах может быть освобождено от уголовной ответственности, а при совершении преступлений меньшей тяжести такое основание освобождения от уголовной ответственности отсутствует. Складывается парадоксальная ситуация: например, лицо дает согласие на совершение действий, ставящих его в опасность заражения ВИЧ-инфекцией и гонореей, и заражается этими болезнями, и при этом виновного будут привлекать к уголовной ответственности, причем за заражение не самой тяжкой из перечисленных болезней. Вместе с тем и по своему характеру, и по конструкции ст. 121 и 122 УК РФ имеют очень много схожего. Поэтому неясно, по каким причинам добровольное согласие лица, ставящего себя в опасность заражения, в одном случае имеет юридическое значение, а в другом нет. Подобного рода примечание было бы нелишним и в отношении такого преступления, как заражение венерической болезнью, особенно с учетом имеющихся разъяснений высшей судебной инстанции.
Так, по некоторым  сведениям, "первооткрыватель" ВИЧ  Роберт Галло был вынужден признать, что открытия не было. Галло признался, что у него нет доказательств не только того, что ВИЧ вызывает СПИД, но и того, что ВИЧ вообще является вирусом. Лауреат Нобелевской премии, биохимик Кэри Мюллис утверждает, что не существует никаких фактов, подтверждающих существование ВИЧ.4
В научной литературе отмечалась несостоятельность разъяснения  Верховного Суда СССР относительно значения согласия потерпевшего на заражение  его венерической болезнью.5
4. Не совсем  удачно в тексте использован  термин "предупреждено". Его буквальное толкование позволяет сделать вывод, что лицо должно быть специально извещено о наличии у лица соответствующего заболевания. При этом не имеет значения, кем оно будет предупреждено - самим носителем инфекции или посторонним человеком. Между тем, исходя из логики данного примечания, для лица, которое ставится в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, не имеет значения, что послужило источником информации о наличии заболевания, - важно, что оно при наличии знания об инфекции лица добровольно соглашается совершить определенные действия, ставящие его в опасность заражения.
5. Вызывает также  сомнение целесообразность использования  термина "действия", на которые  добровольно соглашается лицо. Традиционно  в науке уголовного права и  в уголовном законодательстве этот термин используется применительно к поведенческому акту лица, совершившего преступление. В случаях, когда законом придается юридическое значение поступкам потерпевшего, используется термин "поведение" (п. "з" ч. 1 ст. 61, ст. 107 УК РФ). Несмотря на то, что лицо в данном случае потерпевшим по сути не становится, по своему статусу оно близко к потерпевшему в уголовно-правовом смысле. Поэтому в целях единообразия правильнее вести речь о "добровольном поведении" лица. В последнем случае примечанием будут охватываться случаи, когда лицо будет выражать согласие бездействием. Например, когда лицу с его молчаливого согласия вводят наркотик шприцем, которым до этого пользовался ВИЧ-инфицированный6.
6. Кроме того, представляется, что текст примечания  в конце необходимо дополнить словами "или приведшие к заражению". На первый взгляд, нет никакой разницы в том, что человек согласен на совершение деяний, создавших опасность заражения, или на совершение деяний, приведших к заражению: если лицо согласно и на совершение деяний, создающих опасность заражения, то оно фактически согласно на совершение действий, приведших к заражению. Однако на самом деле это не так.
Несмотря на то, что в уголовном законодательстве РФ нет отдельной нормы, регламентирующей "согласие лица на причинение ему вреда" как обстоятельство, исключающее преступность деяния, в науке уголовного права вопросу разработки условий правомерности этого обстоятельства на протяжении продолжительного времени уделялось должное внимание.
 В научной  литературе было высказано мнение, что "...рассмотрение этого вопроса может иметь место не вообще, а только применительно к конкретным составам преступления".7
Принципиально не соглашаясь с данной позицией, необходимо отметить, что условия правомерности  данного обстоятельства, исключающего преступность деяния, необходимо разрабатывать независимо от того, будут ли они регламентированы отдельной нормой уголовного законодательства или же просто будут применяться к конкретным составам преступлений.
 
Применительно к затронутому вопросу больше интересует такое условие правомерности, как добровольность согласия на причинение вреда. В самом общем виде можно сказать, что добровольность согласия зависит от множества обстоятельств, среди которых не последнюю роль играет то, насколько четко предвидит лицо степень и характер последствий, которые могут наступить в результате деяния другого лица, а также степень вероятности их наступления. Принятие окончательного решения о даче добровольного согласия на совершение деяний, которые приведут или могут привести к последствиям, являющимся при отсутствии такого согласия общественно опасными, во многом зависит от осознания степени вероятности наступления этих последствий. Скажем, лицо может выразить согласие на совершение действий, создающих опасность заражения, и оно же может быть категорически против совершения действий, безусловно приводящих к заражению ВИЧ-инфекцией.
 Иными словами,  в тексте примечания к ст. 122 УК РФ необходимо указать, что  лицо согласилось не только  поставить себя в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, но также было согласно и на сам факт заражения ВИЧ-инфекцией. В противном случае действием примечания не будут охватываться ситуации, когда лицо добровольно соглашается на безусловный факт заражения ВИЧ-инфекцией, а такие случаи вполне могут быть.
Учитывая изложенное, редакция примечания могла бы выглядеть  следующим образом: "Лицо, совершившее  деяния, предусмотренные частями  первой, второй или третьей настоящей  статьи, не подлежит уголовной ответственности  в случае, если другое лицо, поставленное в опасность заражения либо зараженное ВИЧ-инфекцией, было осведомлено о наличии у первого этой болезни и своим добровольным поведением допустило возникновение опасности заражения или заражение ВИЧ-инфекцией".
Разумеется, в  случае дифференциации квалифицирующих признаков, о которой говорилось выше.
 
Заключение
 
Субъективная сторона  заражения ВИЧ-инфекцией характеризуется  заведомостью. ВИЧ-инфицированный, зная о необходимости соблюдения им определенных санитарно - гигиенических правил, сознательно пренебрегает ими, идет на нарушение этих правил, знаю, что тем самым он ставит потерпевшего в опасность заражения. Если же виновный имел прямой умысел на заражение потерпевшего, но вирус иммунодефицита не передался по независящим от виновного обстоятельствам, ответственность должна наступать не за поставление в опасность заражения, а за покушение на заражение другого лица ВИЧ-инфекцией (ст. 30 и ч.2 или 3 ст. 122 УК РФ).
Субъективная сторона  деяний, описанных в ч.2 и 3 , характеризуется  как умыслом, так и неосторожностью.
Субъективная сторона  ч. 4 ст. 122 УК РФ предполагает неосторожность в виде легкомыслия либо небрежности.
Субъектом исследуемого преступления может быть вменяемое  лицо, достигшее 16-летнего возраста, знающее о том, что оно заражено ВИЧ-инфекцией. Субъект преступления по ч. 4 ст. 122 УК РФ специальный - врач, фельдшер, медицинская сестра, лаборант, фармацевт.
Согласно примечанию ВИЧ - инфицированный освобождается  от уголовной ответственности при  обязательном наличии одновременно трех условий: а) совершенное им деяния подпадает под действие ч.1 или ч.2 данной статьи; б) потерпевший был своевременно предупрежден о наличии у ВИЧ-инфицированного этой болезни, т.е. до совершения действий создающих угрозу его заражения; в) потерпевший добровольно согласился совершить такие действия. При этом не имеет значение, сам ВИЧ-инфицированный или другие лица, например родственники, друзья, знакомые и др., предупредили потерпевшего о наличии болезни, так как усло
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.