На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Европейская повседневная культура 19 века

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 11.06.13. Сдан: 2012. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


В XIX столетии жизнь обитателей Европы начала меняться очень быстро. В начале прошлого века европейцы  оглядывались на времена столетней  давности как на совершенно другую, бесконечно далекую эпоху. Ломка  прежних традиций и устоев, стремительные  перемены во всех областях жизни были настолько глубоки, что ощущались  как признаки появления совершенно нового способа существования, нового общественного устройства. Философы и историки стали называть его  по-разному — «капиталистическое», «индустриальное», «модернизированное» (современное) общество.
 
Индустриализация и урбанизация  изменили социальную структуру европейских  стран: общество все более четко  делилось на два класса – владевшей  средствами производства буржуазии  и лишенных этих средств -        пролетариев, продающих свою рабочую  силу. Экономическое и социальное положение рабочего класса было чрезвычайно  тяжелым: длительный рабочий день 14-16 часов, низкий уровень жизни, колоссальная безработица, широкое использование более дешевого детского и женского труда. В этих условия естественными стали экономические и политические выступления рабочих, требовавших социальных реформ.
 
Социальные конфликты  капитализма были осмысленны политиками и философами, возникли социалистическое и коммунистическое движения. Эти  партии имели определенное политическое влияние. Настоящей социальной силой  становилось профсоюзное движение. К концу XIX века проведенные политические реформы смягчили неблагоприятные последствия индустриализации и в большинстве стран государство стало брать на себя борьбу с бедностью.
 
XIX веке были сделаны  научные и технические открытия, которые привели к изменению  образа жизни людей, к возможности  человека сделать больше за  более короткий промежуток времени:  к концу века были изобретены  пароход, автомобиль, начинается  эра воздухоплавания; были открыты   телеграф, телефон, газовое и электрическое  освещение, радио, фонограф и  граммофон, фотография и кинематограф. Изобретения и усовершенствования следовали одно за другим, преображая старые отрасли промышленности и создавая новые. Тихие и немноголюдные городки при жизни одного поколения вырастали в крупные промышленные центры; всё больше становилось городов с миллионным населением.
 
Промышленная цивилизация  предъявляла к человеку совершенно новые требования, во многом противоположные  прежним. «Идеальный герой» эпохи индустриализации, будь то фабрикант или рабочий, должен был надеяться только на себя, трудиться в поте лица и постоянно стремиться достичь большего и лучшего. Часто работа шла без выходных и праздников, на пределе сил и способностей, «на износ».
 
Началось всё с Англии еще в XVIII столетии. Талантливые изобретатели-самоучки, предприимчивые фабриканты, умелые рабочие  без какого-либо вмешательства государства  всего за несколько десятилетий преобразили жизнь и сделали страну «мастерской мира». Постепенно в индустриальную гонку втянулись все европейские государства.
 
Наука от периода собирания  фактов перешла к этапу выявления  закономерностей, возникло теоретическое  естествознание. В физике был сформулирован  закон сохранение и превращение  энергии в биологии - созданы клеточная  теория и теория эволюции, в химии - периодическая система, а в геометрии  – теория Лобачевского.
 
Наука стала не просто формой рационального знания и новым  социальным институтом. Ее претензии  на создание собственной картины  мира, заявленные в эпоху Просвещения  в знаменитой «Энциклопедии», подтверждались все новыми и новыми теориями и  научными достижениями, внедряемые в  производство. Наука становилась  производительной силой, а ее роль в  обществе все более возрастала. Науку  воспринимали, как совершенное знание о природе и человеке. На нее  старались походить и    философия, и искусство.
 
В философии в качестве именно научного знания будут утверждать себя марксистское и позитивистское направление. В искусстве такое  направление как натурализм станет попыткой использования позитивистского  метода.
 
В XIX в. В европейском обществе довольно активно проходил процесс  секуляризации жизни, т.е. освобождение от власти и религии. Ведущую роль в этом играло развитие науки, так  как научное мировоззрение в  те времена многим представлялось несовместимым  с религиозным. Принципы свободы вероисповедания, отделение церкви от государства, отмена церковной цензуры привели к появлению существенно новой ситуации в общественном сознании. Секуляризации способствовало не только развитие науки, но и рост образования.
 
XIX век – это век бурного  развития археологии, а ее успехи  стимулировали значительный интерес  к древней истории. Во второй  половине века формируется особое  направление –«библейская археология», занимающаяся раскопками в библейских местах. Совершенные при этом открытия имели двойственное влияние на религиозные взгляды.
 
Претерпевала радикальные  и постоянные изменения художественная жизнь общества. Противоречия европейского развития нашли свое выражение в  искусстве. Особенностью XIX века стало  многообразие художественных направлений.
 
Европа становилась нетрадиционным типом общества, в котором все  больше распространение получало новаторство, где художественные стили не последовательно  сменяли друг друга, а существовали параллельно, дополняя друг друга.
 
Вопросы предназначения искусства, его специфики, роли художника стали  достоянием не только художественной критики, но и эстетики. Такие крупнейшие философы XIX века, как Кант, Гегель, Шеллинг, Фейербах, философы - иррационалисты - Шопенгауэр, Ницше, - высказали ряд принципиально новых подходов к пониманию художественной жизни.
 
Множественность художественных направлений в XIX веке была следствием процесса модернизации. Художественная жизнь общества теперь определялась не только церковным диктатом и модой  придворных кругов. Изменение социальной структуры повлекло за собой изменения  восприятия искусства в обществе: возникают новые социальные слои состоятельных и образованных людей, способных самостоятельно оценивать  произведения искусства, ориентируясь только на требование вкуса. Именно к XIX веку культурологи относят начало формирования массовой культуры; газеты и журналы, из номера в номер печатавшие длинные  романы с занимательным сюжетом, стали прообразом телевизионных  сериалов в искусстве XX века.
 
Многообразие направлений  искусства имело глубокую социальную подоплеку. Модернизация европейского общества могла быть художественно  отражена лишь в новых видах, жанрах, направлениях искусства.
 
К середине XIX века набирают силы иные художественные направления. Значимым для них становиться  воплощение не только трагедии отдельной  личности, но и жизнеописание широких  социальных слоев.
 
Представители натурализма  исходили из положения о предопределенности судьбы человека социальной средой и  наследственностью. На искусство этого  направления значительно повлиял  позитивизм с его педантичным  описанием фактов и отказом от излишнего теоретизирования. Литература натурализма, исследуя поведение человека, по своим методам пытается быть похожей  на науку. Чаще всего это направление  в литературе связывается с именами  Золя и Мопассана. В живописи такие  художники, как Курбе и Милле, обращаются к образам из социальных низов общества. Натурализм не стремился  к обобщению и типизации подобно  реализму.
 
Источники моральных установок  человека отыскиваются исключительно  в наследственности или во влиянии  внешней среды. Эти причины, по мнению натуралистов, фатально определяют судьбу человека. В произведениях приверженцев натурализма нет той глубины  психологического анализа персонажа, которая станет художественным открытием  реализма. Писатель-натуралист превращает свое произведение в подобие фотографии , сохраняя все подробности, но устраняясь при этом от собственной авторской позиции, от вынесения моральной оценки.
 
В реалистическом освещении  явления действительности предстают  во всей их сложности, многогранности и богатстве. Если мир романтизма – это собственно духовный мир  героя, то в реализме принципом обобщения  становится типизация: показ узнаваемых характеров и точных деталей. Развитие реализма могло с наибольшей полнотой выразить противоречия социального  развития. Предметом критики художников-реалистов  было то же буржуазное общество, которое  не принимали романтики. Но теперь уже  не личность в исключительной ситуации, а типические характеры, действующие  в типичных обстоятельствах, становятся главным предметом изображения. Реализм глубоко проникает в  общественную жизнь, раскрывая социальные противоречия.
 
К середине столетия реализм  становится господствующим направлением в европейской культуре. Если главными видами творчества для романтиков были музыка и поэзия, способные выразить тайное и неизъяснимое, то реализм  повлек за собой расцвет, в первую очередь, такого литературного жанра, как социально-исторический роман. Литература, в свою очередь, оказала  влияние на реалистическую живопись.
 
Реализм как направление  оказался намного шире границ XIX века в отличие от предшествующих эпох сказывается в том, что фактически одновременно с реализмом возникают  и развиваются художественные направления, во многом противоположные ему и  поэтому длительное время называвшиеся декадансом (упадком). Если реализм  претендовал на объективности отражения  мира, то символизм и импрессионизм  открыли субъективность восприятия художника, именно на этом акцентируя внимание и используя целый ряд  новых художественных приемов.
 
В отличие от реализма, символизм  противопоставляет субъективный мир  объективному, продолжая традицию романтизму. В символизме находит выражение  позиция индивидуализма и даже демонизма. Искусство символизма выразило стремление к духовной свободе, трагическое  предчувствие надвигающихся социальных катастроф и сомнение в духовных ценностях как сдерживающем начале.
 
Если в литературе субъективность восприятия художника открывает  символизм, то в живописи подобное открытие совершается импрессионизмом.
 
Именно импрессионизм  и символизм перебросили мостик в искусство XX века.
 
Культурные условия XIX века расширили возможности индивидуального  начала в художественном творчестве.
 
Век был настолько ярким, был представлен настолько крупными личностями, что своеобразие художественных направлений может быть раскрыто только через индивидуальные биографии  художников, их оригинальные произведения. XIX век стал веком творческих индивидуальностей, веком личностей. Закономерно поэтому  обратиться к анализу биографий  авторов и их произведений.
 
Статус художника никогда  не был так высок, как в искусстве XIX века. Если в эпоху Просвещения  философы становились писателями, то в XIX веке писатели сравнялись с философами по глубине анализа общества и  четкой выраженности нравственной позиции. Величайшие писатели и художники XIX века явились духовными лидерами своего времени.
 
Образ человека
 
В прежние эпохи внешний  образ человека определялся его  социальным статусом и господствовавшими  художественными направлениями, стилями. Великая Французская революция  внесла уравнительные, демократизирующие  тенденции, а с концом ампира внешность  человека становится достаточно свободной  и от приоритетов художественной культуры.
 
Человек XVIII века ощущал единым не только окружающий мир, но и себя самого. В XIX веке картина мира множится, дробится, и человек начинает ощущать себя как сложное существо, живущее двумя жизнями, а то и более. Две крупнейшие художественные системы века — романтизм и реализм — оказывают огромное воздействие на внутренний мир европейцев, но не на их внешний облик. Не случайно авторы «Иллюстрированной энциклопедии моды» (Прага, 1966), из которой взяты многие факты, связанные с развитием европейской моды, в рамках XIX века выделяют периоды Реставрации (1815–1820), бидермейера (1820–1840), второго рококо (1840–1870), не имея оснований говорить о периоде реализма, а романтизм увязывают с бидермейером. В самом деле, романтическую одежду носили только художники-романтики в больших городах (мягкие фетровые шляпы Теофиля Готье а ля Рубенс, его же знаменитый красный жилет, которым он эпатировал парижан в день премьеры «Эрнани» Гюго в театре Комеди Франсез), но и они делали это, как правило, дома, вне общества, подобно Альфреду де Мюссе, ходившему дома в шелковом зеленом с золотым шитьем жупане и красных кашемировых штанах, или Жорж Санд, ходившей в таком же наряде, дополненном вышитым чепцом в греческом стиле и китайскими тапочками. В плане общности тенденций с романтизмом можно связать стремление к индивидуализации (хотя наряду с ней существует и некоторая стандартизация, нарастающая от десятилетия к десятилетию), с реализмом — тягу к естественности, отказ от пудренных париков, мушек, грима.
 
Бурное развитие модной индустрии  в XIX в. привело и к другим последствиям — в Париже возникла «высокая мода» («от кутюр» — «высокое шитье»). Несомненно, что эта идея пришла создателю «высокой моды» Ч.-Ф. Борту именно на фоне впечатляющих успехов массового производства. По существу, кутюрье — создателями высокой моды — можно было бы назвать всех портных и модисток, которые одевали королей, королев и придворных на протяжении многих веков — их творения отличали высочайшее мастерство изготовления и художественная ценность.
 
Но портной оставался  «невидимкой», все лавры открытия новой моды доставались тому, кто  носил этот костюм (например, известный  лондонский денди Дж. Браммелл считал именно себя автором своих костюмов, а не своего портного, который только выполнял его указания). Костюм отражал вкус его обладателя, а не портного.
 
Общая идея внешнего облика европейцев XIX века — показное принятие правил светской и деловой жизни  и нежелание допускать даже близких  людей, своих родственников, детей, друзей, а тем более чужих, слуг и т. д., в свой внутренний мир. При  этом используются естественные средства: мужчины все чаще носят усы, бакенбарды, сначала короткие («фавори»), потом густые, соединяющие виски с усами, модной становится и борода (в чем есть и другое значение — подчеркивание мужественности в противоположность женственному элементу в облике мужчин XVIII века). Женские чепцы, шляпки со страусовыми перьями, вуали, веера, зонтики и другие аксессуары также позволяют, когда это необходимо, отгородиться от окружающих, сохранив свою тайну, не позволив разглядеть выражение глаз, улыбку или слезы.
 
Мужчины носят фрак, затем  сюртук. Треуголку, венчавшую парик, сменяет цилиндр. До середины века черный цвет в одежде не приветствуется, как  свидетельствующий о бедности, расстроенных делах, понижении по службе. Считается, что французский поэт Шарль Бодлер сделал черный цвет модным, и во второй половине века он превалирует в мужской одежде.
 
Чрезвычайно усложнены были правила поведения женщин и в  отношении женщин. Жизнь респектабельной  женщины XIX века была окружена системой запретов, сопровождавших ее с младенчества. Так, девушки до замужества не могли есть в гостях, много говорить, демонстрировать свои знания в какой-либо области, зато от них требовалось «умение» легко краснеть и падать в обморок (что, правда, при существовавшей тогда суровой моде на ношение корсетов было нетрудно). Девушке нельзя было выходить одной куда бы то ни было и оставаться наедине с мужчиной в течение хотя бы нескольких минут, даже если этот мужчина был ее женихом. Она должна была просто одеваться, никогда громко не говорить, не смеяться. Ее родители тщательно следили за кругом ее чтения, знакомств и развлечений. Впрочем, после замужества предписания этикета для женщины становились немногим легче - она по-прежнему не могла принять гостей-мужчин в отсутствие мужа, предпочитала не появляться одна в общественных местах и строжайшим образом следила за своей речью и манерами. Мужчины, в свою очередь, должны были всячески подчеркивать привилегированное положение и благочестие дамы, что выражалось в оказании бесчисленных мелких услуг и существовании таких норм этикета, как обязательное вставание, снятие шляпы перед женщиной, обязанность открывать перед ней двери, помочь сесть, нести все ее вещи от перчатки до дамской сумочки и т. п.
 
В этот период также усложняется  система нанесения взаимных визитов, которые четко регламентировались по значению и времени. Входят во всеобщее употребление визитные карточки, причем многие страницы тогдашних руководств по этикету заполнены правилами  оформления и послания карточек на случай свадьбы, рождения ребенка, соболезнования, приезда, отъезда, формального визита, поздравления и т. п.
 
Также строго регламентировались правила приема гостей, застольные манеры, одежда для определенных случаев, ритуалы приветствия и темы бесед. Лишь неукоснительное выполнение всех этих правил давало человеку возможность  быть принятым в своем кругу, каким  бы этот круг ни был. Естественно, манеры представителей высшего света и  мелких буржуа различались между  собой, но только непременное их соблюдение делало человека «респектабельным», т. е. уважаемым и полноправным членом общества.
 
Денди
 
Образ денди, сыгравший заметную роль в европейской культуре, носит  по преимуществу внешний характер. Dandy — англ. щеголь, фат, новое значение этого слова — безупречно одетый человек. Первым образцовым денди считают англичанина Джорджа Брайана Бруммела. Он воплощал тип человека, одетого скромно, но с безупречным вкусом и обычно очень дорого. Бруммел прославился особым искусством: никто не мог так завязать галстук, как он. Денди шили у персональных портных множество вещей на каждый день. Один из денди, немецкий писатель Германн Пюклер-Мускау, сообщал, что каждую неделю мужчине, желающему прослыть элегантным, требуется 20 рубашек, 24 носовых платка, 10 видов брюк, 30 шейных платков, дюжина жилетов и носков. Однако дендизм почти не касался внутреннего мира человека и даже его поведения.
 
«Байронический герой»
 
Мыслители XIX века противопоставили толпе образ свободной личности, наделенной исключительностью. Одним  из первых этот образ воплотил великий  английский поэт Джордж Ноэл Гордон Байрон (1788–1824) в поэме «Паломничество Чайльд-Гарольда» (1812–1818), в так называемых восточных повестях (поэмах «Гяур», 1813; «Корсар», 1814; и др.). Поэтому он получил название «байронический герой». Главные его черты включают в себя: раннее пресыщение жизнью. Утрата связи с окружающим миром. Страшное чувство одиночества. Эгоцентризм (герой не испытывает укоров совести от собственных поступков, никогда не осуждает себя, всегда считает себя правым). Таким образом, свободный от общества герой несчастен, но независимость для него дороже покоя, уюта, даже счастья. Байронический герой бескомпромиссен, в нем нет лицемерия, так как связи с обществом, в котором лицемерие является способом жизни, разрушены. Лишь одну человеческую связь признает поэт возможной для своего свободного, нелицемерного и одинокого героя — чувство большой любви, перерастающее во всепоглощающую страсть.
 
Революционер
 
Слово «революция» в момент своего появления (около 1190 г.) означало периодическое возвращение звезды в определенную точку своей орбиты, в 1559 г. зафиксировано новое значение: внезапное изменение в обществе, морали, полная трансформация. Но слово  «революционер» (revolutionnaire) появляется только в 1789 г. для обозначения участника Великой Французской революции. Это новый тип европейского человека, ставящего перед собой благородную цель преобразовать общество, воплотив в жизнь принципы свободы, равенства, братства. Революционер может быть мечтателем, подобно знаменитым утопистам, но и утопию он стремится практически осуществить, как Роберт Оуэн, в 1800 г. в Нью Ленарке (Шотландия) основавший «идеальную» коммуну.
 
В XIX веке тип революционера  воплотился в итальянских карбонариях, французских, немецких, венгерских революционерах, выдвинутых революциями 1830, 1848–1849 гг., Парижской коммуной 1871 г. В Европе были необыкновенно популярны Симон  Боливар — лидер латиноамериканских народов в их борьбе за независимость, Джузеппе Гарибальди, возглавивший итальянцев в их борьбе за создание единой и  независимой Италии. Поэт как участник освободительной борьбы народов  — образ, притягательный для романтиков (Байрон, Шелли, Петефи, Мицкевич).
 
Но в жизни и в  искусстве появляется фигура и лже-революционера, фразера, в трудную минуту готового отступиться от провозглашаемых им идеалов. Таков Орас из одноименного романа Жорж Санд (1841–1842).
 
Деловой человек, буржуазный хищник
 
Английское слово «бизнес» начало проникать в другие языки  только в конце XIX века (например, во французский — в 1884 г.), слово «бизнесмен»  — еще позже. Но тип делового человека — один из характерных для всего  века. Брошенный Ф. Гизо призыв «Обогащайтесь!» был услышан повсеместно. Формируется класс предпринимателей, дельцов, нередко выступающих в роли буржуазных хищников. Их портреты воссоздали Бальзак («Гобсек», целая галерея стяжателей, выведенных в других произведениях «Человеческой комедии»), Диккенс («Домби и сын» и другие романы), Домье (карикатуры).
 
Этот тип — оборотная  сторона «байронического героя»: эгоисты с охлажденным умом, охваченные одной целью и одной страстью, наделенные незаурядным талантом. Но эта цель — богатство и власть, эта страсть — деньги, это талант — умение делать карьеру и деньги, подавляя в себе всякое сострадание.
 
Обыкновенный человек
 
Демократизация общества приводит к возникновению неподдельного  интереса к обыкновенному человеку, его мыслям и чувствам, непростой  судьбе. Уже в «Исповеди» Руссо  обнаруживается этот подход к человеку, но массовым он становится в XIX веке. Бальзак  и Флобер, Диккенс и сестры Бронте, Домье и Курбе отдали дань привлекательному образу человека из народа, не претендующего на исключительность, но обладающего не меньшим богатством чувств, а нередко и большей добротой, нравственностью, чем люди знатные, состоятельные, образованные. 
 
Филистер
 
Это слово, в 1830-е годы перекочевавшее из немецкого в другие европейские  языки (нем. Philister, англ. Philistine, фр. philistin, т. е. «филистимлянин»), первоначально бытовало в студенческом жаргоне, обозначая тех, кто часто прогуливает лекции в университете. Новое его значение — обыватель, придерживающийся вульгарных взглядов, лицемерной нравственности, бездарный и самодовольный. Филистер воплощал качества, наиболее ненавидимые создателями европейской культуры XIX века. Разбойник мог предстать благородным («Жан Сбогар» Ш. Нодье), убийца — достойным сострадания («Кармен» П. Мериме), падшая женщина — жертвой или даже героиней («Марьон Делорм» и «Отверженные» В. Гюго), но филистер был предметом только сатиры и презрения.
 
Значимость фигуры филистера  подтверждается курьезным фактом: один из наиболее популярных стилей эпохи (прежде всего в области быта, но также  и искусства) впоследствии получил  название, связанное именно с этим образом. Это стиль бидермейер. Biedermeier (нем. «бравый господин Мейер», филистер) — фамилия вымышленного персонажа из поэтического сборника немецкого поэта Людвига Эйхродта «Biedermeiers Liederlust» («Бидермейеровское песенное сладострастие»), вышедшего в 1870 г., но части которого получили известность начиная с 1850 г. Эйхродт создал пародию на реальное лицо — Самуэля Фридриха Заутера, старого учителя, писавшего наивные, трогательные стихи (на одно из его стихотворений написали романсы Бетховен и Шуберт). Эйхродт в своей карикатуре подчеркнул филистерство, обывательскую примитивность мышления Бидермейера, ставшего своего рода пародийным символом эпохи.
 
Мир вещей
 
XIX век проходит под  знаком эклектизма, ручной труд  вытесняется машинным производством,  новые хозяева жизни — разбогатевшие  буржуа («нувориши» — фр. nouveau riche — «новый богач») — подменяют требования художественного вкуса требованием комфорта.
 
Эта ориентация очевидна уже  в бидермейере — последнем  крупном стиле европейского быта, сменившемся безудержной эклектикой вплоть до модерна конца XIX века. Центр  бидермейера — Австрия (1815–1848), затем  Германия, Швейцария, откуда он распространяется по всей Европе. Во внешнем облике новых вещей отразилось техническое открытие, сделанное около 1830 г. австрийским промышленником Михелем Тонетом: он научился гнуть в водяном пару клееную дубовую фанеру (позже — и трубчатые деревянные детали), что позволило изготовлять легкую и изящную мебель (например, знаменитые «венские стулья»), в которой на смену классицистической строгости и величественности приходит естественность изогнутых форм, говорящих об интимности, комфорте и практичности.
 
Один из признаков бидермейера  — появление в буржуазном доме «чистой комнаты» (нем. Gute Stube) в подражание аристократическим салонам.
 
Но это все же был  стиль. Вскоре в него вклинились элементы неоготики, затем (во второй половине века) «второго рококо», неоампира, неоренессанса. Мир вещей, окружающих человека XIX века, мебель, архитектура, улицы, парки, кареты, книги, газеты, безделушки, — все несет на себе печать эклектики.
 
Образование
 
Достижение XIX века — формирование особого «детского мира». Еще  на рубеже XVIII–XIX веков в домах  аристократов появляются детские комнаты. Педагогика вслед за Руссо развивала  мысль о том, что нельзя считать  ребенка просто маленьким, недоразвившимся  взрослым, детство и юность имеют  свою собственную ценность. Появляются специальная детская одежда, книги  для детского чтения, игрушки. Создание предметов «детского мира» постепенно превращается в настоящую индустрию.
 
XIX века унаследовал от  эпохи Просвещения внимание к  проблеме воспитания и образования.  Можно сказать, что именно в  XIX веке формируется педагогика  как самостоятельная наука. Ее  проблемы обсуждались и теоретиками-философами, и практиками, которые пытались  на деле внедрить новые принципы  и методы обучения.
 
Национальные системы  школьного образования, созданные  в странах Западной Европы в ходе реформ, имели дуалистический характер, т.е. между ступенями образования (массовой начальной школой и средней  неполной) не было преемственности. Доступ в среднюю школу был затруднен  для представителей низших сословий из-за высокой платы за обучение.
 
Программы обучения в начальной  школе в странах Западной Европы имели много общего.В программу начального обучения были включены основы религии, чтение, письмо, арифметика, некоторые сведения из географии, истории, естествознания, пение, уроки труда. На протяжении XIX в. на Западе заметно выросла численность грамотного населения. Тем не менее охватить все население начальным образованием не удавалось. В конце XIX в. неграмотность в Пруссии составляла 3 %, во Франции — 15 %, в Англии — 18 %.
 
В XIX в. в крупнейших странах  Европы развивается система среднего образования, которое являлось привилегией  имущих классов.
 
В Англии основной тип средней  школы — грамматическая школа. Особое место в системе британского  среднего образования занимали публичные  школы — школы-интернаты для  детей из состоятельных семей. В  программу обучения входили классические и современные языки, математика, гуманитарные предметы. В конце XIX в. публичные школы вводят в программу  обучения естественно-научные дисциплины.
 
В Пруссии в системе  среднего образования доминировали два типа школы: гимназия и реальное училище. Если гимназии давали классическое образование, то реальные училища ориентировались  на современный тип образования  с естественно-научным уклоном:
 
Реальные училища считались  менее престижными, нежели гимназии. В 1859 г. в результате реформы Бетмана — Гольвена были установлены три типа средних учебных заведений: гимназия классического направления, реальное училище и школа смешанного типа, в которой давалось современное образование и латинский язык. В конце XIX в. в немецком школьном образовании наметился процесс интеграции классического и современного образования. В классической гимназии увеличивается объем естественно-научной подготовки, а в современных школах — объем преподавания латыни.
 
Во Франции получили развитие два типа средней школы: лицеи  и коллежи. Первоначально и те и другие имели одинаковую структуру  и программы обучения, ориентированные  на классическое образование. Разница  заключалась лишь в источниках финансирования: лицеи финансировались из государственной  казны, коллежи — муниципалитетами. На протяжении XIX в. во Франции шел  поиск оптимальной модели среднего образования. Предпочтение было отдано классической школе, где основное внимание уделялось истории, рисованию, религии, музыке, языковой подготовке, на которую отводилось до 40 % учебного времени. В небольшом объеме изучались предметы естественно-научного цикла.
 
Крупным достижением национальных образовательных систем следует  считать создание государственных  женских учебных заведений. Развитие женской школы шло тем же путем, что и мужской: первоначальное доминирование  классического образования, усиление позиций современной школы, возникновение  бифурцированного образования.
 
Таким образом, в конце XIX в. в большинстве европейских  стран создаются национальные системы  образования. Повсеместно расширяется  участие государства в развитии школьного образования: в его  управлении, финансировании, регламентации  различных аспектов функциониров
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.