На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти готовые бесплатные и платные работы или заказать написание уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов по самым низким ценам. Добавив заявку на написание требуемой для вас работы, вы узнаете реальную стоимость ее выполнения.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Быстрая помощь студентам

 

Результат поиска


Наименование:


доклад Русский политический консерватиз

Информация:

Тип работы: доклад. Добавлен: 12.06.13. Сдан: 2013. Страниц: 21. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Русский политический консерватизм
Консерватизм  как идеология
Жить значит меняться, оставаясь неизменно самим  собой.
То, ради чего стоит  жить, то, от чего нельзя ни при каких  обстоятельствах отказаться, называется "идентичностью". Консерватизм есть идеология, нацеленная на сознательное удержание идентичности, сохранение живой непрерывности эволюционного развития.
Общественный  организм соткан из множества человеческих судеб, традиций, обычаев, институтов, непрерывно развивающихся во взаимной зависимости друг от друга. Этот организм нельзя изменять, не учитывая его особенностей и специфики, следовательно, социально-экономические институты не могут быть механически заимствованы извне или же сконструированы. Они могут сложиться лишь в результате эволюции всей системы социальных институтов. Вырастая в разном ландшафте и развиваясь, исходя из разных стартовых условий, каждая органическая система обретает индивидуальную судьбу, особый исторический путь.
Христианская  основа Русской цивилизации
Русская цивилизация  взросла под сенью православной веры. Русская Православная Церковь духовно окормляет наше цивилизационное сообщество на протяжении всей его истории. Православная Церковь является духовным оплотом русского народа — в прошлом, настоящем и будущем.
Основные  черты русского консерватизма обусловливаются фундаментальными характеристиками религиозного сознания русского народа. Поэтому русский консерватизм не может не отличаться радикальным образом от консерватизма англосаксонского с его приверженностью индивидуализму и установкой на защиту частной собственности от посягательств на нее со стороны государства. Столь же велико его отличие и от современной европейской версии консерватизма, так называемой идеологии "новых правых", с ее отчетливым тяготением к дохристианской языческой традиции.
Основу русского консервативного сознания образует признание необходимости коллективной стратегии спасения. Этот религиозный принцип имеет свою мирскую проекцию: «верхам» общества должно в соборном единении с «низами» стремиться к наилучшим условиям спасения для всего народа. Кальвинистский догмат о спасении лишь избранных русское сознание воспринимает как оскорбительный для представлений о Божественном Промысле. Отстраненность от «низов» общества его «верхов» превращает представителей элиты в евангельских богачей, которым, по словам Спасителя, столь же трудно достичь Царствия Небесного, как верблюду пройти сквозь игольное ушко. Иначе говоря, невозможно спастись в секте избранных. Напротив, лучший путь к духовному совершенствованию — участие в «общем деле» на «общей земле». Гибель же «русской земли» (или «Русской цивилизации») затруднит до крайности путь спасения даже "святых" и "подвижников".
Именно поэтому  спасение каждого русского тесно  связано с общей судьбой Русской  цивилизации.
Политическая основа русского консерватизма
Русская история  фактически началась с того момента, когда русским народом была осознана целостность и неделимость "русской  земли" как безусловная политическая ценность. Русские почувствовали, что  межплеменная раздробленность не просто вредит их безопасности перед лицом внешних врагов, но что она противоречит глубинным сверхценностным установкам народа.
Основой русского консервативного сознания является неразрывная связь русского народа с "русской землей". Но, между тем, русские, находящиеся за пределами России, но продолжающие считать себя русскими, также принадлежат Русской цивилизации, сохраняя свою связь с «русской землей» и русским народом. Служение Русской цивилизации, духовное соучастие в ее судьбе обеспечивает интеграцию в нее даже тех людей, кто по своему происхождению не принадлежит к русским как этносу.
Основные  принципы русского политического консерватизма
Перечислим  теперь основные принципы именно политического  консерватизма, конкретно той идеологии, которая могла бы быть представлена в политическом спектре России.
Цивилизационный антиглобализм.
Русский политический консерватизм выступает за развитие России как отдельной цивилизации. Политические консерваторы против стирания национально-территориальных границ, против размывания России в каком-то наднациональном или же надцивилизационном объединении. Для политических консерваторов Русская цивилизация уникальна и самодостаточна.
Экономический и политический солидаризм.
Политические  консерваторы признают духовное равенство всех людей. Для них неприемлемо убеждение некоторых правых либералов и правых элитистов, что смыслом существования общества является порождение им творческого меньшинства, которое должно быть освобождено от бремени ответственности перед своим социумом, "муравейником". Лозунг русских политических консерваторов: «не общество — для элиты, но элита — для общества».
Вместе с  тем, русские консерваторы не стремятся  к социальному и экономическому равенству всех членов общества. Они  видит своей целью общенациональное согласие, в условиях которого экономическая и политическая элита берет на себя наиболее тяжелые, сложные и ответственные функции, находясь в религиозно-культурном единстве со всеми слоями народа и регулярно пополняясь выходцами из «низов». Население страны рассматривается как одна семья, все государственные органы обязаны заботиться о согражданах как о членах семьи, а не как о сотрудниках бизнес-корпорации, вся практическая политика должна быть направлена на обеспечение интересов русского народа. Всеми доступными методами элита, каким бы способом она не рекрутировалась (демократическим, идеократическим, меритократическим), должна способствовать свободе, процветанию, сбережению, экономическому и духовному благополучию русского народа, обеспечению ему достойного уровня жизни.
Задачей "верхов" общества является создание предварительных  начальных условий для творческого  и духовного самосовершенствования  всех представителей общества. Поэтому  социал-демократические лозунги  обязательности доступного образования и здравоохранения, а также обеспечение прожиточного минимума для выживания малоимущих являются естественными требованиями русских политических консерваторов.
Русский политический консерватизм сходится с европейскими "новыми правыми" в их неприятии  всевластия законов рынка над обществом и критическом отношении к неолиберальной глобализации. Рынок должен восприниматься не как безусловный принцип, но как инструмент удовлетворения определенных общественных потребностей. Общество в целом, равно как и его культура, не должны быть подчинены принципам "рыночной эффективности". Вместо этого скомпрометированного «ура-либерального» принципа «эффективности волшебной руки рынка, политические консерваторы выдвигают принцип "цивилизационного развития", которое может опираться как на рыночные механизмы, так и — когда это целесообразно — на административное регулирование. Прежде всего это касается тех сфер, где существуют «провалы рынка»: сфера производства общественных благ и естественные монополии — как в масштабах всей страны (нефте-газовая отрасль, электроэнергетика, железнодорожный транспорт), так и на региональном или муниципальном уровне — например, ЖКХ. Особого подхода требуют и так называемые градообразующие предприятия, банкротство которых может ввергнуть в экономический и социальный коллапс жизнь целого региона.
Демографический национализм.
Миграционная  политика, соответствующая принципам  русского политического консерватизма, предполагает предоставление приоритетного  права на получение российского  гражданства русским соотечественникам, представителям коренных народов России, а также представителем тех народов, которые Россия сочтёт необходимым взять под свою защиту. Миграционная политика никоим образом не должна осуществляться за счёт ущемления интересов коренных народов России.
Государственный легитимизм.
По мнению последователей консерватизма, постоянное поддержание прочного государственного суверенитета на всей территории современной России является обязательным. Никакие международные организации не могут присвоить себе даже малую часть этого суверенитета.
Русский политический консерватизм положительно относится  к тем институтам демократии, которые  могут способствовать стабильности современного общества. Однако представители  политического консерватизма настаивают на том, что политическая система не может быть устойчивой и консолидированной, не опираясь на определенный ценностный фундамент. Политические консерваторы считают, что таковым фундаментом для политической системы должны стать основополагающие принципы русского консервативного сознания. Эти принципы в случае их принятия и усвоения русским обществом и его элитой должны быть выведены за рамки политической дискуссии.
Существование русской цивилизации немыслимо  без державной мощи государства. Однако для политических консерваторов государство не может считаться фетишем. Признавая легитимность всех действующих государственных институтов, нужно помнить, что цель государства состоит не в том, "чтобы превратить жизнь земную в рай, но чтобы не дать ей превратиться в ад". В том случае, если лица, "власть предержащие", не могут или не захотят должным образом исполнять свой долг перед русской цивилизацией — они, с точки зрения русских политических консерваторов, утрачивают необходимое условие своей легитимности.
Русские политические консерваторы отстаивают гармонию государственной власти и русского гражданского общества. Очевидно, что гражданское общество в России должно стоять на страже интересов Русской цивилизации, а не действовать по наущению ее внешних противников. В ином случае оно не может считаться «обществом», тем более «обществом гражданским». Свободные граждане — те граждане, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не отрекутся от своего народа и своей страны.
Религиозный традиционализм.
Русские политические консерваторы считают, что единство и целостность русского государства обусловливается не только экономическими и политическими, но в первую очередь духовными религиозными связями. Поэтому существование и развитие русской цивилизации, "целостность русской земли" могут быть обеспечены лишь при утверждении и сохранении приоритета в обществе русской православной традиции. Речь идет в первую очередь о соответствии норм семейного, гражданского бытового законодательства, а также основ начального и среднего образования с общими вероисповедными принципами православного христианства. Поэтому одна из задач русского политического консерватизма состоит в "обмирщении" православного христианства, в непростом, но творчески продуктивном деле сочетания православной религиозности с современной цивилизацией.
От разрушительных тенденций современной европейской "неоязыческой" цивилизации должны быть надежно защищены институты  семьи, школьного образования, а  также человеческая жизнь. Это исключает  для политических консерваторов возможность легализации эвтаназии, однополых браков в обществе, социальную реабилитацию различных форм сексуальных извращений, наркомании, а также предполагает необходимость активной пропаганды для детей и юношества основ христианской онтологии и аксиологии. Русский политический консерватизм выступает против любой общественной пропаганды и практики оккультизма.
Русские политические консерваторы надеются, что их идеологическая платформа будет разделяться  всеми участниками политического  процесса в России, русским обществом в целом. Однако поскольку в настоящее время политические консерваторы представляют собой лишь один из сегментов русского общества, и их кредо не может претендовать на господствующее в нем положение, они считают возможным для реализации своих программных положений принять участие в политической борьбе в России, в том числе как одна из партий.
Русские политические консерваторы открыты к сотрудничеству и совместной работе на благо Русской  цивилизации со всеми, кто в той  или иной степени готов быть союзником в реализации озвученных здесь принципов.
 

К представителям русско-националистического  консерватизма можно отнести  графа Ростопчина, во взглядах которого преобладала националистическая составляющая, выражавшаяся в тотальной галлофобии. Все французское Ростопчин воспринимал как синоним либерального и даже революционного. Яркими представителями консервативного масонства являлись русские розенкрейцеры — Поздеев и Голенищев-Кутузов, которые, принадлежа к масонской внутренней церкви, в то же время признавали господствующее положение православной церкви, поскольку она являлась государственным институтом, поддерживающим на должном уровне общественную мораль. Они выступали за жесткий контроль над общественной жизнью и умонастроениями, проповедовали антиреволюционный и антилиберальный изоляционизм. Представителем националистических тенденций в консервативном масонстве являлся Рунич, который осуждал императора Петра Первого за разрушение русской национальности и считал, что Россия призвана преобразовать Европу, разложившуюся под воздействием рациональной философии, а в перспективе возродить все человечество.
Католический  консерватизм, о котором здесь  уже упоминали, характер для политической группировки, формировавшейся под  влиянием проповеди иезуитов и французского консерватора Жозефа де Местра. У этого течения имелись общие черты с русским церковным консерватизмом. Это, прежде всего неприятие просветительской идеологии и либерализма, требование введения конфессионального образования в противовес светскому. Но, с другой стороны, консерваторами католического толка самодержавная власть в России трактовалась как варварская, а отношение к православию было, по меньшей мере, недоброжелательным.
Во внешней  политике идеи консерватизма проявились в создании системы Священного союза как антиреволюционного объединения европейских монархов. В ходе исторического развития ценностные установки консерватизма менялись от отстаивания узко дворянских интересов (этим занимался князь Щербатов) к идее союза монархии и дворянства (работа Карамзина), а затем к великодержавному национализму, нивелированию дворянских претензий и отставанию верности самодержавному государству (работы Погодина).
В целом консервативная идеология и практика в первой четверти 19 века были не столько продуманной государственной политикой, сколько достоянием отдельных лиц и кружков. В рамках теории официальной народности, видными представителями которой были Уваров, Погодин, Фишер, Устрялов, Шевырев и другие мыслители, ценностями консерватизма провозглашались идеалы православия, следование самодержавным принципам управления государством, признание православного единства монарха и народа. Наиболее четко это нашло свое отражение в знаменитой триаде «православие, самодержавие, народность». С точки зрения консерваторов, самодержавная монархия воплощала собой самобытный тип правления, отвечавший историческому своеобразию русского народа. С этим тезисом связано убеждение в необходимости решения всех возникающих проблем силами государственного аппарата посредством исходящих от верховной власти распоряжений.
Наряду с  признанием различия исторических судеб  России и Европы, представители теории официальной народности и этого  направления отстаивали мысль о  необходимости народного просвещения. Почему? Да потому, что только просвещенное государство может быть по-настоящему могущественным. Наконец, представители славянофильства – братья Аксаковы, Киреевские, Хомяков, Самарин и другие мыслители, признавали главенство православия, отстаивали идею своеобразного пути развития России, воспевая, а часто даже идеализируя допетровские времена и особый характер социально-нравственных отношений внутри общины. Однако славянофилам был свойствен скорее антиевропеизм, а не антилиберализм. Почему? Да потому, что они признавали необходимость введения свободы слова, свободы печати, независимого и гласного суда, поддерживали принцип веротерпимости, выступали против петербургского бюрократизма за права личности и общества. Все знают, что Константин Николаевич Леонтьев ругал и критиковал славянофилов именно за их либеральность. Приоритетное внимание славянофилы уделяли не государству, а развитию народных форм жизни.
В конце 50-х – начале 60-х годов XIX века в обществе получили распространение  либеральные настроения. В правительственных  кругах, в среде высшей аристократии были распространены либерально-конституционные идеи, и многие представители дворянства – Шувалов, князь Воронцов-Дашков и другие – склонялись к необходимости введения Конституции, которая носила бы ярко выраженный продворянский характер. А вот с начала польского восстания настроения резко поменялись, начинается процесс консолидации консервативных сил. Катков, Победоносцев и другие мыслители выступают против дальнейшего проведения либеральных реформ, критикуют власть справа за нерешительность, за слабость, за уступки. Наконец, формируется целая группа периодических изданий консервативной ориентации, которые потом сыграют значительную роль в пропаганде идеологии консерватизма. Это «Московские ведомости», «Гражданин»,  «Русский вестник», «Русское обозрение». Вот в условиях нарастания революционного движения, особенно в период террористической деятельности «Народной воли», в среде консерваторов под влиянием этой опасности наметилось стремление к объединению. В частности, для защиты персоны императора и монархии в целом, создается Священная дружина, добровольная охрана, намечается радикализация положения консерватизма от признания определенных различий в судьбах России и Европы, как это было у Погодина, к отстаиванию принципа различия культурно-исторических типов, лежащих в основе славянского и западноевропейского мира. (Например, в теории Данилевского). А также и противопоставление России и Европы путем проведения политики духовного и политического изоляционизма (Леонтьев). На базе славянофильства зародились и стали развиваться теории панславизма и почвенничества.
В правление  Александра III многие положения консерватизма  – идеи сословности, развитие национальных форм в области культуры и быта, и т.п. нашли воплощение в конкретной программе, которую у нас до сих пор по традиции называют контрреформами. Это, разумеется, деятельность Победоносцева, Пазухина, графа Толстого, Филиппова и других известных деятелей того периода. В конце 80-х, в 90-е годы XIX века происходит идейный рост консерватизма. Он наблюдался в трудах и публицистике Леонтьева, Победоносцева, Тихомирова, Астафьева, Говорухи-Отрока и других мыслителей, которые объединяются вокруг журнала «Русское обозрение» и газеты «Московские ведомости».
Видными представителями  консервативно-богословских кругов становятся митрополит Филарет (Дроздов), епископы Игнатий (Брянчанинов), Феофан Затворник, Антоний (Храповицкий), старцы Козельской пустыни – Амвросий, Леонид, Макарий, которые оказывают влияние на духовное становление Киреевского, Хомякова, Гоголя, Леонтьева, Достоевского. Однако все-таки нужно заметить – православные мыслители в первую очередь уделяли внимание богословской проблематике, а не политическим, тем более не социальным вопросам. В то же время наблюдается и стремление изложить консервативные взгляды в доступной, популярной для масс форме. Это характерно для Каткова, Грингмута, Меньшикова, Шарапова, Пасхалова.
По мере развития консервативной мысли ее идеологи вынуждены  были упрощать свои концепции, делая  их понятными для широких масс, а это, соответственно, не могло не вести к деформации и вульгаризации этих концепций. Почему? Да потому что идеи Тихомирова, Шарапова, Пасхалова и других мыслителей упрощались от уровня теоретических построений до уровня практики Пуришкевича, Дубровина и Маркова-второго.
Исследователи также выделяют особое направление  – либеральный консерватизм: термин, который Петр Бернгардович Струве заимствовал  из статьи князя Вяземского о Пушкине. Попытки реального сочетания  двух линий: консервативной и либеральной, Струве связал с деятельностью Екатерины Второй, Мордвинова, князя Вяземского и с работами Чичерина. Именно в трудах Бориса Чичерина идеи либерального консерватизма обретают свое фундаментальное обоснование. К либеральным консерваторам также относят Анненкова, Грановского, Каверина, в более позднее время самого Струве, Франка, Бердяева и Булгакова.
Наконец, нужно  сказать несколько слов о формировании русской консервативной геополитической  школы. О ней сейчас когда вспоминают, в основном называют два имени  – это Ламанский и Данилевский. Однако совершенно забытыми остаются Дусинский, Вандам, Карцов, Ухтомский, Сыромятников и другие основатели русской геополитики. Вот более подробно об этом в моей книге «Консервативные концепции переустройства России». Здесь целая глава посвящена русской геополитической школе. В начале ХХ века происходит организационное партийно-политическое объединение консервативных сил, возникают дворянские сословные, как Русская монархическая партия, Объединенное дворянство, и всесословные структуры. К всесословным относятся «Русское собрание», «Союз русского народа» и другие партии, союзы и организации.
Возникают и  корпоративные объединения: «Союз  русских рабочих», появляются новые консервативные органы печати: «Русское знамя», «Колокол», «Вече», «Земщина». Наблюдается переход консервативных организаций к массовой агитации и пропаганде. Ну, естественно, поскольку массовая агитация нацелена на широкие слои населения, то идеологическая база консерватизма снижается. Когда самый известный пример Тихомиров написал огромный труд «Монархическая государственность», никто этот труд читать не стал. И Тихомиров жаловался в письме Суворину, что, когда этот труд прочитают, уже и государственности монархической не останется. Далее, что делает священник Иоанн Восторгов? Делает адаптированный вариант этого труда в форме вопросов-ответов. Что такое монархия? Дальше цитата из Тихомирова. Почему монархия – лучшая форма правления? Опять цитата из Тихомирова. Ну, примерно так, как сейчас «Войну и мир» на 15 страницах пересказывают, так же Восторгов пересказал «Монархическую государственность». Но даже в таком варианте монархисты Тихомирова читать не хотели, что, кстати, его очень сильно уязвляло.
Реакцией на сепаратизм национальных окраин становится апелляция к русскому национализму под лозунгом «Россия для русских». Консерваторы призывают власть вернуться к принципам политики императора Александра III. Именно в этот период в начале ХХ века Александр III провозглашается неким идеалом. Это царь-националист, по Ковалевскому, или носитель идеала, по Тихомирову.
При всем своеобразии  взглядов консервативных мыслителей, можно выделить ряд общих признаков, на мой взгляд, присущих консервативной системе ценностей. Это следующие  признаки: провозглашение необходимости  следования России по собственному пути национального развития, отличному от западного в политическом и духовно-нравственном отношении; связанная с этим критика либерализма, парламентаризма и социализма. Далее, это признание незыблемости самодержавной власти в России. Впрочем, такое признание допускало возможность проведения реформ в рамках существующей системы с целью укрепления монархической власти. Наконец, это наличие в консервативных концепциях религиозной, прежде всего, православной константы, обусловленной идеократическим взглядом на мир и сакрализацией явлений государственно-политической жизни. В этом плане разговор монархиста и атеиста, это все равно, что разговор землянина и марсианина, они друг друга никогда не поймут. Так как что для монархиста сакрально, для атеиста, в общем-то, не обладает какими-то сверхъестественными духовными ценностями.
И еще одним  важным моментом было сохранение общественной иерархии, как основы самодержавной  системы, сохранение единой и неделимой  Российской империи. Это также предполагает учет специфики российской экономики и доминирования в ней аграрного сектора. Консерваторы в течение многих десятилетий пытались найти компромисс с происходившими в стране изменениями. Выступая за сохранение принципиально сущностных основ системы отношений, вместе с тем они пытались разработать и предложить целостную систему мер, позволявших, по их мнению, осуществить безболезненный переход к этим самым новым социально-экономическим отношениям без скачков, без потрясений, без революции. Но, не смотря на относительно стабильную эпоху Александра III, им так и не удается выработать единой программы. Здесь возможно сыграло свое значение то, о чем говорил Александр Гельевич Дугин, а именно – что каждый консерватор сам по себе уже имел собственную программу спасения России. Как-то блокироваться, вместе объединяться они не могли, а иногда просто и не хотели.
С другой стороны, русский консерватизм не оставался  неизменным. Консерваторы проделали  определенную эволюцию, предлагаемые ими пути решения социально-политических, национальных, религиозных проблем подразумевали не только «подмораживание» общества, не только «держать и не пущать» же они призывали, они призывали также и развивать общество, но под контролем власти. И в этом плане поразительное сочетание несовместимого являют нам, например, идеологи Всероссийского национального союза. Меньшиков и Ковалевский сочетали в своих работах либеральный подход  к экономическим вопросам и достаточно жесткий национализм. Авторы сборника «Ладо», который у нас благополучно забыли, – кстати, символом этого сборника стал трехглавый орел; почему трехглавый? да потому что одна голова орла смотрит на Восток, другая на Запад, а третья смотрит в Азию; вот, пожалуйста, геополитический символ уже сам по себе интересный. – Так вот, авторы этого сборника, благополучно у нас забытого, посвящали его нарождающейся русской национал-демократии, и, в общем-то, сборник имел для определенных кругов не меньшее значение, чем «Вехи» в свое время имели для либералов. Тихомиров предлагал программы решения рабочего вопроса, апеллируя к опыту европейской социал-демократии. Шарапов разрабатывал свои варианты церковно-приходской реформы. То есть, в общем-то, здравые идеи были, но, к сожалению, они так и остались не реализованными.
Диапазон русского консерватизма был необычайно широк. Он включал в себя и крайних охранителей, и либерал-консерваторов, и даже революционеров справа. Современными историками, например, выделяется консервативная составляющая народничества, кстати, Тихомиров, как вы помните, – это бывший лидер «Народной воли», ставший в последствии монархистом. Определенные консервативные элементы были присущи даже эсерам, а некоторые исследователи видят эти элементы в идеологии социал-демократов.
В общем-то, можно  сделать следующий вывод: консервативный спектр русской политической жизни эволюционировал, он развивался, он жил, и в 1917-м году эта эволюция была насильственно прервана, когда она еще не закончилась. Но идеям не свойственно исчезать бесследно, они не пропадают после того, как их апологеты покинут политическую сцену. Идея засыпает или трансформируется, порой, кстати, весьма неожиданно, как это было у тех монархистов, которые впоследствии поддержали Сталина или европейских правых. Так это было у сменовеховцев и евразийцев. На мой взгляд, идеологии обозначаются в течении мысли, то есть, евразийцы, сменовеховцы или национал-большевики в русском зарубежье приняли эстафету славянофилов и консерваторов, они продолжили поиск третьего пути развития России. Правда, насколько это было успешно, опять-таки, вопрос, но в данном случае мы не занимаемся дискуссией. Я просто предложил вам краткую типологизацию, краткий очерк русского консерватизма от начала XIX века до 1917 года.
 


РУССКАЯ ИДЕЯ
И ПОЛИТИЧЕСКИЙ КОНСЕРВАТИЗМ
КРИЗИС ОБЩЕСТВОЗНАНИЯ
Россия живет в эпоху распада философских и политических парадигм. Исчез почти бесследно марксизм, сгнил на корню, не успев принять зрелые формы, либерализм, замешкался в осознании своего наследия русский духовный национализм. Что уж говорить о более экстравагантных концепциях...
Научная традиция обществознания сегодня либо утрачена, либо еще не освоена. Зато быстро вошли  во вкус разного рода чиновники, плодящие псевдонаучные диссертации на самые  разнообразные темы, примеряющие  на себя академические знания.
Любимым делом как для имитирующих научный поиск чиновников, так и для быстро сменивших ориентиры обществоведов стали разговоры о национальной безопасности и роли нравственности в государственной политики. Чаще всего эти разговоры лишены аналитического подхода и сводятся либо к перечислению фактов, подтверждающих плачевное состояние России, либо к заунывным подделкам под религиозную проповедь. В любом случае здесь наличествует страх самоопределиться в мировоззренческой позиции, желание стать над схваткой и судить тех, кто уже самоопределился. Может быть именно поэтому российские политические партии настолько слабы по части теоретической проработки программных документов, столь неинтересны в своих государственных проектах?
А ведь потребность  в хорошей теории (которая, как известно, есть самая практичная вещь) налицо. Ведь страна, действительно, находится на грани полного краха, на грани конца своей истории! Неужели отечественная научная мысль не в состоянии выработать стратегии преодоления кризиса, неужели теоретики и идеологи будут стараться отделаться в своих умопостроениях общими местами и частностями?
В сложившейся  ситуации дискурс вокруг Русской  Идеи, то есть - вокруг вопроса об основах  бытия русской нации, является темой  более чем актуальной, а с некоторых  пор - особенно популярной. Но беда-то в том, что уровень сложившегося дискурса не соответствует задаче, которая стоит перед российской наукой, перед интеллектуальной средой в целом! Отсюда и упреки со стороны тех, кто хочет видеть Россию сильной державой, способной защищать своих граждан от экономической интервеции, преступности и прочих невзгод.
РУССКАЯ ИДЕЯ
Для того, чтобы  всерьез вести разговор о Русской  Идее, надо с определенностью сказать, что здесь не должно быть места  досужим рассуждениям профанов, предпочитающих черпать суждения из газет.
Чтобы обеспечить уровень дискурса, достойный проблемы, нужно признать, что Русская Идея это:
- русская философия,  восстанавливающая свои позиции  после длительного перерыва;
- концепция  русской истории, призванная переосмыслить путь России и увидеть ее будущее, как прозревалось оно в адекватных своему времени сочинениях Карамзина и Ключевского;
- русская геополитика  и геоэкономика, оценивающие и  утверждающие место России в  мире и способ существования  ее в собственном территориальном пространстве;
- русская политология,  решающая проблемы выделения  национальной элиты и определения  путей прихода ее к власти.
Русское консервативное мировоззрение, имеющее основания  в каждом из выделенных направлений  исследования, фундаментальные труды в прошлом и интересные современные разработки (см. сборники “Неизбежность Империи” и “Русский строй”), может вполне обоснованно претендовать на то, чтобы быть стать ядром российского государственности мировоззрения, инструментом современного прочтения Русской Идеи.
Чтобы понять, что  есть сегодня русский консерватизм, необходимо хотя бы конспективно перечислить  ряд оснований, на которые опирается  русский политический консерватизм.
Прежде всего, русский консерватизм русоцентричен, он чает сохранения и умножения русского культурного наследства, составляющего основу бытия всех народов, проживающих на территории России. Вместе с тем, он уважителен и дружелюбен ко всем народам, отвечающим русским той же уважительностью и дружелюбием. Русский консерватор не скрывается за бесцветным словом “россиянин”, не стесняется сказать: “Я русский.”
Для русского консерватизма  Россия и Российская Федерация - не одно и то же. Для него Россия заканчивается  тем, где заканчивается чувство  Родины, распространенное в народе и среди его лучших представителей в интеллектуальных слоях. Это территория, на
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.