На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


дипломная работа Мровое соглашение в гражданском судопроизводстве

Информация:

Тип работы: дипломная работа. Добавлен: 12.06.13. Сдан: 2012. Страниц: 48. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?9
 
ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение
 
1.     Мировое соглашение: история развития и понятие
1.1.           История развития института мирового соглашения
1.2.           Понятие мирового соглашения
 
2.     Роль мирового соглашения в гражданском процессе
2.1.           Функции мирового соглашения
2.2.           Содержание мирового соглашения
 
3.     Порядок утверждения и исполнения мирового соглашения в гражданском процессе
3.1.           Утверждение мирового соглашения
3.2.           Контроль суда при заключении мирового соглашения
 
Заключение
Библиографический список
Приложение
4
 
7
7
16
 
28
28
42
 
 
52
52
63
 
68
70
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Введение
 
Применение медиации как альтернативного способа урегулирования гражданских и торговых конфликтов является актуальной темой не только для стран Европейского Союза, где в мае 2011 г. дол­жны быть окончательно введены в национальное законодательство положения Директивы 2008/52/ ЕС «О некоторых аспектах медиации по гражданс­ким и торговым делам» от 21 мая 2008 г., но и для России, где с 1 января 2011 г. вступил в силу Феде­ральный закон от 27 июля 2010 г. № 193-ФЗ «Об аль­тернативной процедуре урегулирования споров с уча­стием посредника (процедуре медиации)».[1] Принятие данного закона является результатом многолетних попыток развития медиации в России и по замыслу законодателя должно способствовать формированию практики разрешения коммерческих и иных конф­ликтов при помощи процедуры медиации.
Мировое соглашение является способом урегулирования спора на согласованных сторонами условиях путем взаимных уступок.  Обязанности сторон по такому соглашению исполняются, как правило, добровольно. В случае неисполнения условий мирового соглашения, утвержденного судом, определение об утверждении указанного акта  подлежит  принудительному исполнению. В  результате его заключения экономится время и средства суда и сторон. Стороны самостоятельно урегулируют спор на взаимовыгодных условиях,  сохраняются деловые отношения.
Современные  исследователи  правовых  механизмов  воздействия  на  конфликтующие стороны отмечают возрастание  роли  института мирового соглашения посреднических процедур и иных альтернативных способов разрешения судебных и досудебных споров.  Причем складывается мнение, что  «мирные» способы улаживания конфликтов возможны и приоритетны по различным категориям дел и споров, начиная с семейных, трудовых,  включая гражданские, экономические, в том числе дела о банкротстве,, и даже некоторые уголовные. Во всех правовых системах мира наблюдается четкая ориентация, направленная на упрощение судебных процедур и облегчение доступа к правосудию. А Комитет министров Совета Европы в своей Рекомендации от 14 мая 1981 г.  № R(81)7 прямо рекомендовал государствам – членам Совета Европы принять меры по облегчению или поощрению, где это уместно, примирения сторон или дружественного урегулирования спора до принятия его к производству или же в ходе разбирательства.[2]
Дискуссия, является ли мировое соглашение альтернативным способом разрешения споров, мировой сделкой, разновидностью гражданско-правовой сделки, сугубо процессуальным институтом, судебной или внесудебной сделкой, продолжается, но она не должна препятствовать его оптимальному применению.
Учитывая  вышесказанное, а  также  несоответствие  степени  изученности данной темы ее большому теоретическому и практическому значению, проведение комплексного исследования мирового соглашения как правового института и как  средства  урегулирования споров  частноправового  характера  является актуальной темой для исследования. 
Актуальность темы дипломной работы объясняется тем, что отсутствует комплексное исследование института мирового соглашения нового поколения. Неразработанными остаются и процессуальные аспекты мировых соглашений, несмотря на рост их числа. 
Объектом  дипломного  исследования  являются  общественные  отношения, складывающиеся при заключении мирового соглашения в суде.
Предметом дипломного исследования выступают нормы гражданского процессуального законодательства, регулирующего правовой институт мирового соглашения, а также складывающаяся при этом правоприменительная практика.
Цель  дипломной  работы  – определить роль института мирового соглашения в гражданском судопроизводстве и порядок его утверждения.
Задачи исследования:
1. проанализировать понятие и признаки мирового соглашения;
2. раскрыть функции мирового соглашения;
3. исследовать содержание мирового соглашения;
4. определить роль суда при заключении мирового соглашения.
Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (ГПК РФ), Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (АПК РФ), Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ), Семейный кодекс Российской Федерации (СК РФ), Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».
Теоретическую основу исследования составили монографии Р. Е. Гукасяна, И. М. Пятилетова, Е. В. Пилехиной, М. А. Рожковой, С. П. Лазарева, научные статьи учёных-процессуалистов за 2006-2011 г.
Эмпирическую основу составляет судебная практика Верховного Суда; Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и судов Республики Тыва.
Методологической основой дипломного исследования являются общенаучные методы (анализ и синтез, индукция, дедукция, обобщение, аналогия, переход от абстрактного к конкретному), методы теоретического анализа (системный подход, сочетание исторического и логического), методы эмпирического исследования и другие.
Структура дипломной работы состоит из введения, шести пунктов, объединенных в три главы, заключения, библиографии и приложения.
 
 
 
 
1. Мировое соглашение: понятие и признаки
 
1.1. История института мирового соглашения
 
Еще в римском праве мировое соглашение было сформировано как средство прекращения и судебных, и внесудебных споров. Продолжая традиции римского права, отечественные цивилисты подчеркивали основание для заключения мировой сделки – неопределенность (неясность или сомнительность) в правоотношениях. Несколько дальше шел В. И. Синайский, различавший два вида мировой сделки: мировую сделку, направленную на то, чтобы спорное отношение путем взаимных уступок считать бесспорным; мировую сделку, нацеленную на то, чтобы путем взаимных уступок осуществить право хотя бы и бесспорное, но в осуществимости, которого существуют сомнения.[3]
Об этих преимуществах знали еще в эпоху господства обычного права, когда «наиболее распространенной формой суда была форма третейская и другие родственные ей формы договорного разрешения споров». Первые нормы о мировых сделках содержались в Судебниках 1497, 1550 гг., которые устанавливали размер подлежащей оплате судебной пошлины в зависимости от стадии судебного процесса, на которой заключалась мировая сделка, в Соборном уложении 1649 г., закрепившем существовавшую к тому времени практику заключения мировых сделок на разных стадиях судебного процесса (ст. ст. 121, 122 гл. X, ст. ст. 1, 2 гл. IV) и установившем запрет на повторное рассмотрение судебных дел, прекращенных по записи, которой утверждались условия мировой сделки  (ст. 154 гл. VI,  ст.  гл. XI,  ст. ст. 1, 2 гл. XV).[4]
В начале XIX в.,  когда получила развитие отечественная юридическая наука, большинство ученых считало примирение желательным способом урегулирования спора не только для сторон, но и для государства, заинтересованного  в  предупреждении  гражданских  процессов  и  прекращении распрей между гражданами. В связи с этим в Уставе гражданского судопроизводства (разд. IV, кн. III, ч. I, т. XVI  Свода законов Российской империи (далее по тексту – СЗ))  и в Законах о судопроизводстве гражданском (разд. VI,  ч. II, т. XVI СЗ) содержались нормы, посвященные мировой сделке (в частности, о возможности заключения мировых сделок на разных стадиях процесса («во всяком положении дела»), об обязанности судей склонять тяжущихся к примирению, о порядке заключения и утверждения судебных мировых сделок, о возвращении сторонам пошлин и сборов в случае их примирения до разрешения дела по существу в мировом судебном установлении).[5]
Таким  образом, в  дореволюционной литературе термин  «мировое  соглашение» практически не встречался, а использовались именно термины  «внесудебная мировая сделка» и  «судебная мировая сделка». При этом понятия «внесудебная мировая сделка» и «судебная мировая сделка» разграничивались большинством правоведов...». При этом «...  непосредственно в суде мировая сделка заключается редко;  обычно стороны заключают ее вне судебного процесса, а затем представляют прошение о прекращении дела». «...в соответствии со ст. 1359 Устава гражданского судопроизводства совершить мировую сделку стороны могли явочным порядком – у нотариуса, а при отсутствии нотариальных контор у мирового судьи, а затем представить в суд просьбу прекратить дело (посредством записи); либо обе стороны подавали в суд мировое прошение, засвидетельствованное у нотариуса или у мирового судьи (подачей мирового прошения); либо стороны заявляли суду словесно о желании прекратить дело мировой сделкой (составлением мирового протокола).
А. С. Парамонов писал, что «мировая сделка есть закон для «помирившихся», которая равносильна судебному решению.  А. Любавский подчеркивал, что мировая  сделка  «с  формальной  стороны  и  по  своим  практическим  последствиям равносильна  вошедшему  в законную  силу судебному  решению».  Эти  выводы были основаны  на  положении ст.1364  Устава  гражданского судопроизводства, предусматривавшем, что  мировая  сделка  признается равносильной  судебному решени, вступившему в законную силу и не подлежащему обжалованию. Однако при  некотором  внешнем сходстве  с изложенными  утверждениями современных авторов эти выводы все же отличаются от первых: в них упоминается сила мирового соглашения, равная силе судебного акта, но не отождествляются мировое соглашение и судебное решение.[6]
Надо отметить, что некоторая неясность формулировки, содержащейся в ст. 1364 Устава гражданского судопроизводства, побудила составителей проекта этого Устава к определенным действиям. В объяснительной  записке  к проекту Устава указывалось следующее: «...мировая сделка, как всякий договор, может быть оспариваема и признаваема недействительною по причинам, предусмотренным в законах гражданских, например, за отсутствием свободной воли одной из заключивших ее сторон...  причем то обстоятельство, была  ли сделка совершена при участии общественной власти или без этого участия, представляется в сущности безразличным.  Принимая во внимание, что означенное постановление ст. 1364, без сомнения, определяет только … процессуальное значение мировых сделок. Комиссия признала желательным оттенить различие, существовавшее между сими сделками и окончательными судебными решениями, путем включения в проект специального правила о том, что мировые сделки не изъемлются от действия общих предписаний гражданского законодательства об условиях действительности договоров».[7] Таким образом, в гражданском праве дореволюционного периода четко различались мировая сделка и судебное решение.
В литературе отмечалось, что непосредственно в суде мировая сделка заключается редко; обычно стороны заключают ее вне судебного процесса, а затем представляют прошение о прекращении дела. В том случае, если мировая сделка все же не была заключена, взаимные уступки, которые стороны предполагали сделать друг другу, не имеют для них обязательной силы (ст. 1365 Устава гражданского судопроизводства). И. Е. Энгельман указывал, что признавалось, что в соответствии со ст. 1359 Устава гражданского судопроизводства совершить мировую сделку стороны могли явочным порядком – у нотариуса, а при отсутствии нотариальных контор – у  мирового судьи, а затем представить в суд просьбу прекратить дело (посредством записи);  либо обе стороны подавали в суд мировое прошение, засвидетельствованное у нотариуса или у мирового судьи (подачей мирового прошения); либо стороны заявляли суду словесно о желании прекратить дело мировой сделкой (составлением мирового протокола). Кстати, правила о необходимости удостоверять так же и внесудебные мировые сделки признавались некоторыми учеными не вполне соответствующими положениям гражданского права.[8]
В. А. Рязановский определял, что «судебная мировая сделка по существу не отличается от внесудебной: она является только более прочно оформленной, значение же и той и другой вне процесса». То есть основное значение всякой мировой сделки (внесудебной и судебной) – всегда материально-правовое. Отличия же внесудебной мировой сделки от судебной мировой сделки ученые того периода видели прежде всего в том, что:1) судебная мировая сделка касается спорного правоотношения, ставшего предметом судебного процесса; 2) судебная мировая сделка совершается в присутствии суда и при его участии; 3) для судебной мировой сделки установлены особые формы заключения.
Но наиболее выпукло разница между внесудебной  мировой  сделкой и судебной мировой сделкой проявлялась применительно к возможности их принудительного              исполнения.[9]
Дело в том, что и внесудебная, и судебная мировые сделки предполагают последующее добровольное исполнение. В случае же неисполнения должником обязанностей из мировой сделки за кредитором признавалось право обратиться с новым иском, основанным на мировой сделке (т.е. в общем порядке). Иными словами, принуждение должника к исполнению всяких мировых сделок (и судебных, и внесудебных) подразумевало под собой предъявление нового иска и возбуждение нового  искового производства. Такой вывод следовал из положений Устава гражданского судопроизводства, в котором отсутствовали нормы, регулирующие порядок исполнения судебной мировой сделки. Отсутствие в Уставе гражданского судопроизводства положения о принудительном  исполнении  судебных  мировых  сделок (посредством  выдачи  исполнительного листа) влекло за собой возникновение известных проблем в правоприменительной практике.
В 1867 г. Псковский окружной суд на основании судебной мировой сделки выдал исполнительный лист. Но в 1869 г. Кассационный департамент Правительствующего Сената постановил, что на основании мировых сделок не может выдаваться исполнительный лист и  что исполнение  мировой  сделки дает  основание для  нового  иска. Названное  решение  Правительствующего  сената  имело очень широкий резонанс в научной литературе. Одни из ученых считали такую позицию прямо противоречащей воле законодателя, придавшего судебному решению и судебной мировой сделке равную законную  силу (согласно ст.1364  Устава гражданского судопроизводства судебная мировая сделка признавалась равносильной судебному решению, вступившему в законную силу и не подлежащему обжалованию).  Другие, подчеркивая договорную природу всякой (судебной и внесудебной) мировой  сделки, признавали  такое  решение  Кассационного  департамента Правительствующего сената единственно верным.
Отмечая пагубность смешения понятий  внесудебной  и судебной  мировых сделок, И. Е. Энгельман подчеркивал, что внесудебная мировая сделка есть договор, который «имеет свойство и действие всякого договора: в случае неисполнения она может быть осуществлена исковым порядком». В отличие от внесудебной мировой сделки судебная мировая сделка не только прекращает навсегда спор и делает невозможным иск к тому же лицу, по тому же предмету и на том же основании, но и дает право требовать принудительного ее исполнения. Иными словами, по мнению И. Е. Энгельмана для принудительного исполнения внесудебной мировой сделки было необходимо судебное решение; для  принудительного исполнения судебной мировой сделки, утвержденной судом, должен выдаваться исполнительный лист.[10] Аналогичное мнение высказывалось Е. В. Васьковским, К. И. Малышевым, но далеко не все правоведы разделяли их взгляды. Напротив, господствующим  стало  противоположное  мнение, согласно которому,  судебная мировая сделка приравнивалась к судебному решению только, в том смысле, что «стороны не имеют права ни жаловаться, ни возобновлять дела на  тех же основаниях...  но во всех прочих отношениях  мировое соглашение не имеет ничего общего с решением».
В силу сказанного принудительное исполнение судебной мировой сделки длительное время признавалось невозможным, а неисполнение судебной мировой сделки, по мнению большинства процессуалистов, давало основания для нового иска, по результатам рассмотрения которого (на основании последующего судебного решения) выдавался исполнительный лист. Этой позиции придерживались, в частности, К. Н. Анненков, В. Л. Исаченко, Т. М. Яблочков, Е. А. Нефедьев, Д. И. Азаревич.
Необходимо отметить, что критика позиции недопущения принудительного исполнения мировой сделки все же возымела свое действие. Ее следствием стало внесение в Устав гражданского судопроизводства изменений, в соответствии с которыми наиболее простые мировые сделки могли исполняться посредством возбуждения исполнительного производства. К таким мировым сделкам относились соглашения, по которым ответчик принимал на себя одностороннее обязательство денежного платежа, либо возврата денежного имущества, либо юридического  очищения и др. Такое исполнение осуществлялось по правилам производства по делам о бесспорных взысканиях.[11]
Первый ГПК РСФСР, принятый и введенный в действие в сентябре 1923 г., не упоминал о праве сторон окончить дело мировой сделкой. Вывод о существовании такого права можно было сделать из анализа ст. 2 ГПК РСФСР, которая предоставляла стороне право отказаться от принадлежащих ей прав и судебной защиты, и ст.18 ГПК РСФСР, посвященной полномочиям представителя, где говорилось о том, что право на окончание дела миром должно быть оговорено в доверенности. Термин «мировая сделка» упоминался  в  ряде  актов Верховного Суда РСФСР (Циркуляр Верховного Суда РСФСР от 7 декабря 1923 г. № 70.
В теории советского гражданского процессуального права классификация мировых сделок на внесудебные и судебные осталась. Первые характеризовались как соглашения сторон об урегулировании правового спора, совершенные вне суда и являющиеся письменным доказательством в случае возникновения спора в связи с неисполнением обязательств по этим договорам, а вторые – как соглашения сторон о прекращении на определенных условиях правового спора, заключенные в суде, утвержденные судом и приобретающие после этого силу судебного решения.
В юридической литературе того времени отмечалось существование различий между внесудебными и судебными мировыми сделками. Например, Л. И. Фишман определял мировую сделку как соглашение сторон об окончании дела миром и прекращении вследствие этого дела, ссылаясь на отличия, выявленные циркуляром Верховного Суда РСФСР от 7 декабря 1923 г. № 70 «О внесудебных и судебных мировых сделках». Согласно этому циркуляру внесудебные мировые сделки рассматривались как обычное письменное доказательство; их достоверность и доказательность определялись судом в зависимости от содержания документа, способа  его засвидетельствования, обстоятельств дела. В отношении же судебной мировой сделки было установлено, что она «приравнивается к бесспорным документам, на основании коих может быть выдан судебный приказ».  После того как была отменена гл. 24 ГПК РСФСР, содержащая также и ст. 210, которая  предусматривала  выдачу судебного приказа  на основании мировой  сделки,  «совершенной судебным порядком», в ст. 188 ГПК РСФСР были внесены изменения, согласно которым для приведения в исполнение судеб-ной мировой сделки по просьбе стороны выдавался исполнительный лист.[12]
В дальнейшем получила развитие теория о двойственном (материально-правовом и процессуальном) значении судебной мировой сделки, что нашло отражение в ГПК РСФСР 1964 г.: законодатель впервые ввел термин «мировое соглашение», отличая тем самым судебную мировую сделку от внесудебной. Как писал И. М. Пятилетов в своей работе «Мировое соглашение как способ разрешения спора о праве без вынесения судебного решения», после принятия ГПК  РСФСР 1964  г. в теории процессуального права от использования термина «мировая сделка» отказались и «прочно утвердился термин «мировое соглашение». Ученый отмечал, что некоторые авторы называют мировым соглашением внесудебное соглашение, прекратившее спор до обращения в суд, другие авторы отождествляют мировое соглашение с соглашением, заключенным после обращения в суд, но вне суда. По мнению И. М. Пятилетова, под внесудебным мировым соглашением следовало понимать только соглашение, прекратившее спор до обращения в суд; под судебным мировым соглашением – мировое соглашение, утвержденное судом. В законе мировым соглашением, подчеркивал он, называется судебное мировое соглашение.[13]
Таким образом, судебные мировые сделки стали именоваться с того времени мировыми соглашениями.
Процессуальная наука ставила задачей изучение процедуры заключения судебной мировой сделки (мирового соглашения) и ее значимости для процесса. Проводимые в этой стезе научные исследования повлекли окончательное определение статуса судебной мировой сделки как процессуального договора, цель которого состоит в прекращении судебного процесса. Данный вывод был оформлен, в частности, в работе Р. Е. Гукасяна, который утверждал: «Процессуально-правовое значение мировых соглаше-ний заключается в том, что они являются актами разрешения гражданско-правового спора. В этом сходство их содержания с содержанием судебного решения. Одновременно мировое соглашение служит одним из оснований (в совокупности с определением суда) прекращения производства по делу».[14] При этом им выдвигался тезис о том, что волеизъявление на заключение мировой сделки есть процессуальные действия, а не гражданско-правовые.
Подобная точка зрения разделялась не  всеми  учеными. В частности, М. А. Гурвич отличал мировое соглашение от мировой сделки, которая «фактически (хозяйственно) лежит в его основе». Полемизируя с Р. Е. Гукасяном, М. А. Гурвич указывал, что  мировое  соглашение  является  «не  процессуальным договором, а юридическим составом более сложным, в который входят договор, в смысле сделки гражданского права, и ряд элементов процессуального значения».
Использование термина «соглашение» также объяснялось неприемлемостью гражданско-правового термина «сделка» к  договорам об урегулировании правовых споров, возникающих в рамках иных правоотно-шений (трудовых, семейных, колхозных и т.д.). Эта идея была воспринята разработчиками АПК РФ 1995 г., АПК РФ2002 г., ГПК РФ 2003 г.
Так, в теории гражданского процессуального права, а в последующем и в теории арбитражного процессуального права получила распространение классификация мировых соглашений на судебные и внесудебные. Однако наряду с этими терминами продолжают также использоваться термины первой, более ранней, классификации – «мировая сделка», «внесудебная мировая сделка», «судебная мировая сделка», и их содержания часто отождествляются. Таким образом, можно сделать следующие выводы:
во-первых, урегулирование спора внесудебным мировым соглашением исторически возникло ранее обращения к суду;
во-вторых, после появления суда, возможность урегулировать спор мировым соглашением сохраняется, стороны не лишены возможности самостоятельно урегулировать спор;
в-третьих, в соответствии с нормативными источниками в разное время мировое соглашение можно было заключить либо до властного разрешения спора, либо только в процессе, либо до процесса и в его ходе. Соответственно роль суда первоначально была минимальной – уяснить добровольность мирового соглашения, а затем трансформировалась в проверочную – не нарушает ли права других лиц, законно ли оно. Поэтому, различаются понятия «мировая сделка» и «судебное мировое соглашение»;
в-четвертых, преимущества мирового соглашения привели к возрастанию интереса процессуальной мысли к названному институту и расширению области его применения.
 
1.2. Понятие и признаки мирового соглашения
 
Следствием того, что в науке нет единой точки зрения на природу мирового соглашения и признаки, ему присущие, явилось множество различных определений мирового соглашения. Мировое соглашение в современной науке процессуального права достаточно часто рассматривается как специфический гражданско-правовой договор с целевой направлен-ностью на урегулирование  спорных отношений между сторонами, с одной стороны, и заключаемый в рамках судебной процедуры – с другой.
С. Н. Абрамов определял мировое соглашение (судебную мировую сделку) как  утвержденную  судом мировую сделку, заключенную  сторонами  в процессе путем прекращения или изменения спорного гражданского правоотношения, находящегося на рассмотрении суда, в целях устранения спора между сторонами и прекращения процесса.[15]
Р. Е. Гукасян определяет мировое соглашение как соглашение сторон об условиях разрешения судебного спора на приемлемых для них условиях.[16]
И. М. Пятилетов считает мировое соглашение сделкой, заключенной сторонами при рассмотрении дела и утвержденной судом, по которой истец и ответчик путем взаимных уступок по-новому определяют свои права и обязанности и прекращают возникший между ними судебный спор.[17]
Е. В. Пилехина  называет  мировое  соглашение  судебной  сделкой, влекущей прекращение процесса на взаимоприемлемых для спорящих сторон условиях.
По мнению Д. В. Князева, мировое соглашение – это процессуальное соглашение, материально-правовым основанием, которого выступает гражданско-правовой или иной договор (соглашение), представляющий собой одновременные и согласованные действия сторон, направленные на возникновение предусмотренных законом процессуальных последствий, утверждаемое судом. И. В. Орлова считает мировое соглашение утвержденным судом договором сторон об окончании производства по делу на взаимоприемлемых условиях урегулирования правового спора. С. В. Лазарев также считает мировое соглашение договором, но отмечает, что заключается этот договор на основе взаимных уступок между сторонами и третьими лицами, заявляющими самостоятельные требования относительно предмета спора.[18] Некоторые  исследователи  рассматривают  мировое  соглашение  лишь  как процессуальное  действие. Так, например, С. В. Моисеев  считает мировое  соглашение процессуальным действием обеих сторон, направленным на прекращение производства  по  делу  в  связи  с  добровольным урегулированием материально-правового спора самими  сторонами, а также действием арбитражного суда, утверждающего мировое соглашение и прекращающего производство по делу. А. М. Абдрашитов  считает  мировое  соглашение  фактическим  составом, складывающимся из ряда процессуальных действий  сторон и суда, которые  совершаются в строгой последовательности.[19]
Такое понимание мирового соглашения вызывает возражения. Действительно, заключая мировое соглашение, его  участники совершают определенные процессуальные действия – реализуют свои процессуальные права, а именно право на заключение мирового соглашения. По нашему мнению, данное процессуальное право выражается не только в возможности заключить соглашение, но и в возможности представить его на рассмотрение суда для прекращения производства по делу. Ведь само по себе заключение мирового соглашения без представления его суду не влечет возникновения у суда обязанности его рассмотреть.
В случае представления суду мирового соглашения возникает элементарное процессуальное правоотношение.
В любом таком правоотношении одним из субъектов обязательно будет суд, в  этом  проявляется особенность, отличающая данные правоотношения от иных правоотношений, не только материальных, но и процессуальных. В уголовно-процессуальных правоотношениях, так же как и в гражданских процессуальных, с одной стороны, выступает представитель органа государственной власти. Без властного начала невозможно развитие уголовного судопроизводства. Круг субъектов процессуальных правоотно-шений, обладающих властными полномочиями, шире, нежели в гражданских  процессуальных  правоотношениях, в него входят: суд, следователь, лицо, производящее дознание, прокурор. Другой отличительной особенностью является то, что могут возникать  уголовно-процессуальные правоотношения, в  которых с обеих  сторон  находятся  органы  государственной власти. Например, отношения между следователем и органом дознания в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ. В то же время в таких правоотношениях их субъекты не равны, выразителем властного начала становится только один субъект – следователь.
В гражданских процессуальных правоотношениях только суд является тем обязательным субъектом, без которого невозможен процесс. Судопроизводство может происходить как с участием органов государственной власти, должностных лиц,  так и без такового, но в правоотношении с ними, если они участвуют в деле, состоит суд. Гражданские процессуальные правоотношения между органами государст-венной власти и, например, истцом не возникают. Между другими участниками гражданского судопроизводства процессуальные право-отношения не возникают.
В научной литературе встречается точка зрения, в соответствии с которой между лицами, участвующими в деле, могут возникать процессуальные правоотношения. Такую точку зрения высказывали такие исследователи, как И. А. Жеруолис, А. П. Вершинин. Так, И. А. Жеруолис отмечает: «В процессуальной действительности гражданские процессуаль-ные правоотношения, на наш взгляд, могут складываться как между судом и лицами, участвующими в процессе, так и между этими лицами, в частности между истцом и ответчиком». Примером существования правоотношений между лицами, участвующими в деле, по его мнению, является право истца задавать вопросы ответчику и обязанность ответчика отвечать истцу. По мнению И. А. Жеруолиса, законодательство не содержит указаний на то, что сторона обязана задавать свой вопрос суду, а не непосредственно другой стороне. Суд же осуществляет только властное руководство процессом, но право одной стороны соответствует обязанности другой.[20]
Анализ современного процессуального законодательства позволяет сделать вывод, что решение данного вопроса заключается  в следующем. Истец обращается в суд, считая свое право нарушенным, и сам восстановить его или устранить нарушение не в состоянии, так как не обладает властными полномочиями по отношению к ответчику. Суд – орган власти, располагающий властными полномочиями для защиты прав и интересов граждан и организаций. Только суд может и обязан обеспечить реализацию конституционного права стороны на судебную защиту.
Истец (заявитель) обладает правом на судебную защиту. Обращаясь в суд, истец (заявитель) реализует свое право на судебную защиту. Данное право проявляется не только в праве на обращение с иском в суд, но и в различных правомочиях, которыми наделен истец для защиты своих прав и интересов. Такими, в частности, как право знакомиться с материалами дела, представлять доказательства, заявлять отводы, обжаловать судебные постановления и т.д. П. Ф. Елисейкин называет право на судебную защиту сложным, потому что его обладатель наделяется целым комплексом правомочий для отстаивания в суде своих интересов.
Суд всегда является одной из сторон процессуального правоотношения. Такая же ситуация и в процессуальных отношениях, возникающих в связи с мировым соглашением, представленным сторонами на рассмотрение суда. В данном случае одновременно возникают два процессуальных правоотношения. Одно процессуальное правоотношение возникает между судом и истцом, второе – между судом и ответчиком. В данных правоотношениях содержанием будет право стороны на заключение мирового соглашения и обязанность суда рассмотреть данное мировое соглашение и вынести соответствующий судебный акт по данному вопросу: либо об утверждении мирового соглашения, либо об отказе в утверждении. А юридическим фактом, влекущим возникновение процессуальных правоотно-шений, будет один и тот же факт – представление суду мирового соглашения.
Но в процессуальных правоотношениях, возникающих между судом и сторонами, нет места соглашению. Ведь участники судопроизводства заключают мировое соглашение не с судом, а друг с другом.
Таким  образом, если, определяя  мировое  соглашение, ограничиться  лишь указанием на процессуальное действие, как это сделано А. М. Абдрашитовым, то из определения исключается само мировое соглашение, подписываемое сторонами. Ведь, для того чтобы осуществить свое процессуальное право и представить суду на рассмотрение мировое соглашение, его необходимо прежде заключить.
Видимо, понимая это, А. М. Абдрашитов отметил, что содержанием данных процессуальных действий (реализация прав на заключение мирового соглашения) являются волеизъявления сторон, направленные друг  к другу, а не  к суду. При этом, он придерживается точки зрения, что процессуальных правоотношений между сторонами не возникает.
Данная точка зрения представляется весьма противоречивой. Волеизъявления – это способы, которыми  внутренняя воля  выражается  вовне. Такими волеизъявлениями в процессе является совершение процессуальных действий, т. е. реализация  процессуальных  прав. В процессуальных правоотношениях стороны обладают правами и обязанностями только по отношению к суду (это признано подавляющим большинством процессуалистов), суд является обязательным субъектом  процессуального  правоотношения. Поэтому  процессуальные  действия, а, следовательно, и волеизъявления могут быть совершены сторонами только по отношению к суду. Единственным вариантом, при котором волеизъявления сторон,  которые составляют  содержание  процессуальных  действий, могут  быть  направленными друг к другу, является признание возможности существования процессуальных правоотношений между сторонами. 
Таким образом, точка зрения на мировое соглашение как на процессуальное действие  является неверной. Говоря о мировом соглашении, указанные авторы рассматривают лишь один  из этапов заключения мирового соглашения, а именно процессуальные отношения, возникающие в связи с представлением суду мирового соглашения. До этого момента никаких процессуальных правоотношений по поводу мирового соглашения не возникает. Заключение мирового соглашения можно рассматривать как процессуальное действие. Само же мировое соглашение процессуальным действием не является.
Кроме того, зачастую исследователи дают определения мировых соглашений, которые подходят для соглашений, заключаемых по исковым делам. Однако мировые соглашения заключаются и по другим делам, например по делам о несостоятельности (банкротстве). Поэтому  представляется неверным утверждение М. А. Рожковой о том, что мировое соглашение есть взаимная возмездная гражданско-правовая сделка сторон арбитражного процесса.[21]
Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделками называет действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст.153 ГК РФ). Мировое же соглашение в  отличие  от гражданско-правовой  сделки  направлено всегда на процессуальные права и обязанности, и чаще всего на гражданские права и обязанности. Чаще всего, но не всегда. В этом есть главное отличие мирового соглашения от гражданских сделок.
Нельзя обойти вниманием и указания некоторых исследователей о том, что заключение мирового соглашения возможно и по спорам, которые возникают не из гражданских правоотношений.
Вряд ли можно утверждать, что мировые соглашения, заключаемые по делам о несостоятельности (банкротстве), носят черты гражданско-правовой сделки. Это утверждение основано на том, что в соответствии с п. 1 ст. 150 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» уполномоченные органы вправе участвовать в заключение мировых соглашений. А они вправе представлять в деле о банкротстве требования об уплате обязательных платежей, например налогов. Обязанность по уплате налога является публично-правовой обязанностью, поэтому в случае заключения уполномоченным органом по делу о несостоятельности (банкротстве) мирового соглашения нельзя говорить о том, что такое мировое соглашение носит черты гражданско-правовой сделки.
М. Л. Скуратовский считает, что мировое соглашение, заключаемое по спору, возникающему из публичных правоотношений, представляет собой также договор, но не гражданско-правовую сделку. В данном случае имеет место лишь использование терминологического аппарата гражданского права.[22]
Все вышесказанное свидетельствует о том, что, заключая мировое соглашение, его стороны не всегда заключают гражданско-правовую сделку. Стороны лишь согласовывают свою волю и выражают ее в представляемом суду мировом соглашении. Такое согласование воли присуще сделкам в гражданском праве, поэтому у некоторых исследователей складывается  представление о мировом соглашении лишь как о разновидности гражданско-правовых сделок.
Праву известны различные виды соглашений (договоров, конвенций), которые не являются гражданско-правовыми сделками. Такие соглашения заключаются между государствами. Такие соглашения (договоры, конвенции), несмотря на, то, что их участники согласовывают свою волю, безусловно, не являются гражданскими сделками. Эти соглашения не направлены на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Заключение соглашений, не являющихся гражданско-правовыми сделками, возможно и между органами государства Российской Федерации. Пункты 2 и 3 ст. 78 Конституции Российской  Федерации предусматривают возможность заключения соглашений между федераль-ными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов о передаче осуществления части своих полномочий. Ю. М. Козлов   называет такие соглашения административно-правовыми соглашениями.
Таким образом, не все договоры (соглашения) его сторон об установлении прав и обязанностей являются гражданско-правовыми сделками. Это положение в полной мере распространяется на мировые соглашения, заключаемые в суде.
Мировые соглашения, утвержденные судом, в которых стороны устанавливают гражданские права и обязанности, являются сделками в гражданском праве. Подавляющее большинство мировых соглашений, заключаемых в судах, являются гражданско-правовыми сделками и влекут возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В то же время возможны мировые соглашения, которые не являются гражданско-правовыми сделками и влекут возникновение, изменение или прекращение иных (негражданско-правовых) прав и обязанностей.
К сожалению, в ГПК РФ не раскрывается понятие мирового соглашения, но анализ норм данного нормативного акта, судебная практика и опыт теоретических исследований ученых позволяет выделить следующие признаки:
1) Это распорядительное процессуальное действие сторон искового производства. Требование закона к особому порядку оформления полномочий представителя (ст. 53 ГПК РФ), повышенные требования к процессуальному оформлению данного действия (ст. 173 ГПК РФ) – есть процессуальные гарантии, направленные на повышение ответственности лиц, распоряжающихся правом, за последствия своих действий.
Среди исследователей мирового соглашения неоднозначно решён вопрос о том, происходит ли при заключении мирового соглашения распоряжение материальным правом или только процессуальным. Большинство исследователей полагает, что распоряжение материальным правом может присутствовать при заключении мирового соглашения.
2) Это процессуальное действие, направленное на разрешение спора спорящими сторонами, а не судом.
Материально-правовой конфликт при обычном течении процесса разрешается судом, который оценивает законность и обоснованность требований истца и возражений  ответчика и отражает свои выводы  в судебном решении. Заключая мировое  соглашение, стороны  спора  отказываются  тем  самым  от  перспективы разрешения их спора судом, который может дать один единственный ответ о характере и содержании правоотношения (либо об отсутствии правоотношения вообще), сложившегося между ними (при условии, что решение будет законным и обоснованным). Результат разрешения спора самими сторонами может не совпадать с тем судебным решением, которое суд вынес бы, если бы стороны не пришли к мировому соглашению. Данный вывод основан на анализе норм, содержащихся в ст.ст.173, 220  ГПК РФ о порядке прекращения дела в связи с утверждением судом условий мирового соглашения.
Необходимость четкого закрепления условий мирового соглашения в протоколе судебного заседания (на практике и в совместном письменном заявлении) свидетельствует о том, что условия мирового соглашения являются продуктом индивидуальных волеизъявлений сторон и не допускают неопределенности, так как условия мирового соглашения утверждается судом. Источником регулирования спорного правоотношения  является  не  норма  материального  права, а  свободная  воля  сторон.
Правоприменительная практика Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ основывается на понимании и мирового соглашения как продукта только волеизъявлений сторон. Воля суда может проявляться  только в направлении санкционирования условий прекращения спора, выработанных сторонами, но не их последующей корректировке. Такая позиция нашла отражение в разъяснениях Пленумов.[23]
3) Для достижения цели прекращения спора, стороны согласуют условия его прекращения. Условия, на которых стороны согласны строить свои взаимоотношения, заносятся в протокол судебного заседания и подписываются сторонами или оговариваются в письменном заявлении суду, которое приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. Важность четкого фиксирования условий мирового соглашения предопределяет особые требования к их процессуальному закреплению, обозначенные в ст. 173 ГПК РФ.
4) Процессуальным документом, оформляющим окончание дела путем заключения мирового соглашения является определение о прекращении дела. Заключение сторонами мирового соглашения ведет к окончанию дела без вынесения судебного решения. Однако определение о прекращении дела в связи с утверждением мирового соглашения имеет последствия судебного решения в случае отказа от исполнения сторонами условий мирового соглашения (ст.ст. 13, 221, и ч. 1 ст. 428 ГПК РФ).
5) Мировое соглашение – продукт волеизъявления двух или более лиц. В этом его основное отличие от отказа истца от иска и признания иска ответчиком.
6) Мировое соглашение является юридическим фактом, влекущим прекращение дела только в случае удостоверения его судом. В этом состоит отличие процессуального института мирового соглашения от так называемого «внесудебного мирового соглашения», которое, по сути, является обычным материально-правовым договором между сторонами. Утверждение мирового соглашения судом также предопределяет возможность принудительного исполнения условий этого соглашения в случае уклонения сторон от выполнения обязанностей, предусмотренных им.
На основании изложенного, можно обозначить следующие черты мирового соглашения: распорядительное действие; многостороннее (чаще двустороннее) действие; процессуальное  действие, направленное  на  разрешение спора самими спорящими сторонами, а не судом; процессуальное действие, совершаемое путем согласования условий, на которых стороны прекращают спор; утвержденное судом мировое соглашение является основанием для прекращения дела.
Указанные  выше признаки  достаточно  четко  просматриваются  в понятии мирового соглашения, поэтому, возможно, не вызывают особых споров у ученых и практиков. Но если обобщить имеющиеся в научной и учебной литературе определения мирового соглашения, то становится  очевидным, что нет  единства  о включении в понятие мирового соглашения таких признаков как: а)  наличие в мировом соглашении взаимных уступок; б) изменение при заключении мирового соглашения существующего правоотношения на новое или изменение  содержания имеющегося.
Роль мирового соглашения в гражданском судопроизводстве подробно рассматривается во второй главе.
 

2. Правовые основы института мирового соглашения в гражданском судопроизводстве
 
2.1. Функции мирового соглашения
 
Мировое соглашение – это институт, прежде всего, процессуальный. Он существует, поскольку существует судебная деятельность по разрешению гражданско-правовых  споров. Поэтому как у любого процессуального института  задача его должна совпадать с задачами и целями гражданского судопроизводства, установленными в ст. 2 ГПК РФ. Для целей  же гражданского судопроизводства безразлично, будет заключено мировое соглашение на взаимных уступках либо нет,  будут в его результате по новому определены права и обязанности сторон или они останутся такими, как и существовали до момента возникновения гражданского дела.
Мировое соглашение должно быть заключено в обеспечение выполнения задачи своевременного и правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела и чтобы при этом не были нарушены права, свободы и законные интересы заинтересованных лиц. Основное отличие мирового соглашения от судебного решения заключается в том, что разрешение спора происходит не судом, а самими сторонами. Задача суда состоит в контроле над условиями мирового соглашения и придании ему законной силы.[24] 
Сущность мирового соглашения заключается в устранении сомнения в точном содержании правоотношений между участниками правового оборота на согласованных ими условиях. Его стороны трансформируют свои правопритязания, обоснованные или нет, в бесспорные и несомненные права и обязанности. Последствием заключения мирового соглашения является невозможность вернуться к прежним претензиям, если в нем специально не оговорено иное.
Главными же особенностями мирового соглашения являются:
1) распорядительный характер. Участие в мировом соглашении представляет собой акт распоряжения сторон (истца и ответчика) своими правами. Уникальность мирового соглашения как правового института проявляется в том, что для его действительности не имеет значения, обладали ли стороны такими правами или нет (т.е. сторона мирового соглашения может дать то, чего не имеет), важно лишь, чтобы они не распоряжались правами, принадлежащими третьим лицам;
2) возмездность, так как отсутствие взаимных уступок обращает мировое соглашение в дарение;
3) производный (акцессорный) характер от основных правоотношений. Мировое соглашение является продолжением предшествующих отношений, которые оно уточняет, изменяет или подтверждает;
4) межотраслевой характер; Во-первых, мировое соглашение известно не только гражданскому, но и семейному, и трудовому праву; во-вторых, поскольку мировое соглашение возможно как в рамках судебной процедуры, так и за ее пределами, оно представляет собой институт материального  и процессуального права; в-третьих, мировое  соглашение  во  многих странах (с принятием АПК РФ 2002 г.– и в России) может прекращать споры не только из частноправовых отношений, но и из публично-правовых (административно-правовых, налоговых, таможенных и иных) отношений. Поэтому оно является одним из редких межотраслевых институтов;
5) основанность на компромиссе. Мировое соглашение представляет собой юридическое выражение более широкого социального принципа разрешения общественных противоречий: компромисса, который особенно важен и распространен в демократическом обществе.
Вместе с тем, необходимо подчеркнуть, что внесудебное мировое соглашение закрепляет нечто большее, чем простой компромисс благодаря своему свойству увязывать со спорными другие отношения между сторонами, максимально охватывать сферы их взаимодействия и расширять их; включаемость в состав любого гражданско-правового договора. Любой гражданско-правовой договор может быть мировым соглашением, если его целью является прекращение спора посредством взаимных уступок. Особую гибкость и эффективность мировому соглашению придает возможность увязывать со спорными иные правоотношения между сторонами. В этом случае такие отношения утрачивают автономность и становятся частью мирового соглашения;
Например, в научной и практической литературе, посвященной изучению медиации и возможности ее практического применения в разных странах, тра­диционно принято выделять следующие ее преиму­щества в сравнении с другими формами разреше­ния конфликтов: 1) конфиденциальность; 2) эконо­мичность; 3) быстрота; 4) сохранение партнерских отношений.[25]
Задача посредни­ка-медиатора состоит не в том, чтобы вынести решение по делу, а в том, чтобы помочь сторонам кон­фликта выработать общее решение, оптимально со­ответствующее их интересам, в результате которого в выигрыше останутся обе стороны.
В медиации, напротив, ре­зультат разрешения спора полностью зависит от сторон конфликта. Они располагают свободой дей­ствий и не обязаны основывать свои позиции на нормах права, что позволяет им принимать самые неожиданные решения.
6) консенсуальный характер. Для совершения мирового соглашения достаточно одного лишь согласия на его заключением, при условии определения всех его существенных  условий. В противном случае, если  бы  мировое соглашение признавалось реальной сделкой, несмотря на его наличие, сохранялась бы неясность предшествующих правоотношений до момента предоставления некоего имущества или передачи прав, что было бы крайне неудобно для сторон. Кроме того, мировое соглашение может и не предусматривать предоставления имущества, а лишь установить права и обязанности сторон в отношении некоего предмета;
7) двусторонний характер: по мировому соглашению права и обязанности приобретают обе его стороны;
8) совместная выработка выхода из проблематичной ситуации (конфликта). В урегулировании конфликтов посредством мирового соглашения нет элемента навязывания кем-либо условий, на которых прекращается спор;
9) ориентация при проведении согласительной процедуры не на юридические позиции, а на лежащие в их основе экономические и иные интересы сторон. Эта дополнительная и весьма существенная возможность мирового соглашения не свойственна судебному или третейскому разбирательству, где лишь оценивается юридическая обоснованность позиций сторон. Суд или арбитраж не могут основывать свое решение на том, что оно наиболее адекватно отвечает экономическим интересам сторон, в то время как мировое соглашение и примирительные процедуры именно для этого и предназначены;
10) мировое соглашение не направлено на восстановление справедливости в отношениях между сторонами, воздаяние по заслугам, выяснение истины о прошлом  поведении  сторон. Нет  необходимости, чтобы  результат  согласительной процедуры  был  принципиальным, то  есть, чтобы  он  согласовывался  с какими-либо существовавшими до этого разумными стандартами; иначе говоря, какое бы решение ни приняли стороны в результате процесса посредничества (или иной согласительной процедуры), оно является правильным. Спор урегулируется  на  условиях, установленных исключительно исходя из соображений приемлемости принятого решения для всех участников, при условии непротиворечив требованиям закона и правам и законным интересам третьих лиц. В этой связи можно сказать, что его заключение – успех в первую очередь для сторон,  чьи претензии были юридически необоснованны (но, возможно, и для другой стороны, получившей по условиям мирового соглашения нечто ценное, что оно не могло бы получить на основании судебного или арбитражного решения).
Мировое соглашение, заключенное сторонами подлежит утверждению судом. Соглашение о порядке разрешения спора, оформленное письменным документом, подписанное сторонами и содержащее исчерпывающую информацию о способе и условиях урегулирования конфликта не будет являться само по себе основанием для возникновения у сторон взаимных прав и обязанностей. Только последующее утверждение судом условий мирового соглашения и вступление в законную силу определения о  прекращении дела в связи с заключением  сторонам мирового соглашения будет являться основанием возникновения прав и обязанностей, установленных в мировом соглашении. Суд не утверждает мировое соглашение при наличии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении закона или прав и законных интересов других лиц (ст. 39 ГПК РФ).
В соответствии с данной нормой непринятие судом мирового соглашения возможно по двум основаниям: первое – противоречие закону и  второе – нарушение прав и законных интересов других лиц. Данное положение закона является ограничением распорядительных  прав  сторон  в  гражданском процессе, связано оно с императивными  установлениями в материально-правовых  отраслях  и правилами, определенными гражданским процессуальным правом.
Мировое соглашение является универсальным и эффективным инструментом урегулирования конфликта между сторонами судебного спора. Поэтому процессуальное законодательство стремиться обеспечить максимальную  возможность его использования. Мировое соглашение может заключаться в суде первой инстанции на стадии подготовки дела к судебному разбирательству и в судебном разбирательстве до окончания  рассмотрения дела по существу. Законом предусмотрено заключение  мирового соглашения в суде кассационной инстанции. С учетом  использования  правил  рассмотрения  дела  судом  первой  инстанции при производстве  в апелляционной  инстанции, мировое соглашение  может быть заключено и в этой стадии.
Мировое соглашение может заключаться в исполнительном производстве. Однако вопрос о месте исполнительного производства в гражданском процессе, остается спорным,  поэтому мировое соглашение в исполнительном производстве не всеми специалистами рассматривается как гражданско-процессуальный институт. Отличительным признаком мирового соглашения на данном этапе от мирового соглашения, заключенного в суде, является отсутствие спора между сторонами, правоотношение уже  установлено  судом, спор  разрешен. Мировое соглашение в исполнительном производстве имеет сходство с мировым соглашением в делах о банкротстве, где также отсутствует спор о праве, а мировое соглашение заключается по бесспорному требованию кредиторов к должнику, что дает основание специалистам рассматривать мировое соглашение в делах о банкротстве как гражданско-правовой договор.[26] В рамках данной работы  мировое соглашение рассматривается как механизм разрешения спора между сторонами. В связи с этим этот институт в исполнительном производстве нельзя рассматривать как процессуальное распорядительное действие.[27] 
Традиционно мировое соглашение рассматривается как форма разрешения дела в исковом производстве. Однако развитие принципа диспозитивности в гражданском процессуальном праве и последние научные разработки позволяют говорить о неоправданности узкого подхода к рассмотрению мирового соглашения как института искового производства. 
Что касается особого производства, существующая доктрина о невозможности заключения мировых соглашений в данном виде судопроизводства, представляется вполне обоснованной, хотя бы по той причине, что в особом производстве отсутствует спор о праве, нет сторон с противоположными интересами, следовательно, нет субъектов, произво-дящих  согласование  условий мирового соглашения. 
Переосмыслению подлежит положение, согласно которому не применяется институт мирового соглашения в делах, возникающих из публичных правоотношений. До введения в действие ГПК РФ речь велась о запрете на заключение мирового соглашения по делам, возникающим из административных правоотношений, регулируемых подразделом 2 раздела I (главы 22-25)  ГПК РСФСР. Несмотря на то, что прямого указания в законе о недопустимости заключения мирового соглашения по  этим делам  не  было, в науке и  судебной практике существовало  достаточно много высказываний об ограничении распорядительных прав сторон по делам, возникающим из административных правоотношений.  И хотя  производство по рассмотрению  жалоб на постановления административных органов изъято из гражданского судопроизводства (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2  от 20 января 2003 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением  в  действие  Гражданского  процессуального  кодекса  Российской  Федерации»[28]), часть дел, рассматриваемых в порядке, установленном в подразделе 2 раздела I ГПК РСФСР перешла в подраздел III ГПК РФ. Следо-вательно, открытым остается вопрос о возможности заключения мировых соглашений по делам, указанным в данном подразделе ГПК РФ. Запрет на заключение мирового соглашения по делам, возникающим из публично-правовых отношений, устанавливался в первом проекте ГПК РФ, внесенном в Государственную Думу Федерального Собрания РФ Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным судом (п. 4 ст. 248). Однако в последующих проектах и в принятом на их основе  ГПК РФ, аналогичного запрета нет.
Но это не означает, что новый кодекс снимет дискуссию о возможности заключения мирового  соглашения по  делам, возникающим из публичных правоотношений. Во-первых, законодательного запрета не было и в ГПК РСФСР, тем не менее, правоприменительная практика была достаточно однозначная – мировые соглашения по делам, возникающим из адми-нистративно-правовых отношений не допускались. Во-вторых, о возможности сохранения споров свидетельствуют аналитические публикации в отношении нового АПК РФ. В АПК позиция законодателя обозначена более четко: ст. 190 АПК допускает мировое соглашение по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений. Но, тем не менее, имеются высказывания о невозможности мировых соглашений в арбитражном процессе по делам, возникающим из административных отношений и по иным делам, кроме как, возникающих из гражданских правоотношений, только в случаях, предусмотренных федеральным законом.[29]
Невозможность заключения мировых соглашений, то есть урегулирование спора самими сторонами в публичных материальных правоотношениях обосновывается, прежде всего, тем, что данные материальные правоотношения не допускают какой-либо формы договора между сторонами, поскольку их субъекты являются неравным. Также выдвигается аргумент, что недопустимо заключение мировых соглашений по административно-правовым спорам, так как эти отношения не допускают замены прав и обязанностей по соглашению сторон.
Но представляется, что эти доводы не находятся в соответствии с понятием мирового соглашения, ни с законодательными ограничениями, установленными ГПК для его принятия судом. Отказать в утверждении условий мирового соглашения сторон  суд может  только по  основаниям, установленным в ст. 39 ГПК. Процессуальному закону данное распорядительное действие противоречить не может, так как законодательный запрет на его заключение по каким-либо категориям дел не установлен.
Следовательно, необходимо исходить из того, что противоречие нужно искать в области материально-правового регулирования. Действительно, нормы, регулирующие  правоотношения  в  публично-правовой  сфере, носят, как правило, императивный характер, исключающий определение содержания правоотношения волей сторон. Однако, и здесь существуют диспозитивные нормы (ст. ст. 61, 112, 114 НК РФ). Поэтому не усматривается препятствий к заключению мирового соглашения по спору, возникающему из публичных отношений, если стороны найдут способ разрешения конфликта в установленных законом рамках, либо используют  меру  дозволенного  самостоятельного определения содержания спорного правоотношения, которая разрешена законом.
Необходимо отметить, что мировое соглашение, рассматриваемое как распорядительное действие в гражданском процессе – это процессуальный акт, целью которого является разрешение спора сторонами. Если спор между сторонами по гражданскому делу будет аннулирован на условиях, точно соответствующих императивным публичным нормам, здесь не будет противоречия сущности института мирового соглашения. Процессуальный  характер этого института определяет равенство сторон мирового соглашения, как субъектов договора о прекращении спора.
Но стороны этого процессуального договора должны будут согласовывать условия прекращения спора в рамках, которые уже будут определяться материальным  законом. Согласование воли тяжущихся  при  разработке условий мирового соглашения облегчает его дальнейшее исполнение. Также несомненна экономия времени  и  средств  суда  и  самих  сторон. Заключение мирового соглашения по спору, возникающему из публичных правоотношений, позволит более широко использовать ценностный аспект мирового соглашения в гражданском процессе.[30]
Но нужно заметить, что практика неприменения мировых соглашений в делах с публично-правовым содержанием подвергалась критике достаточно давно. Еще в период действия ГПК РСФСР 1923 года учеными обращалось внимание на необоснованность ограничения заключения мировых сделок по отдельным категориям дел. По мнению О. Степановой мировые сделки могут заключаться по любой категории дел не только потому, что в законе нет ограничений, но и потому, что утверждение судом мировой сделки есть «способ ликвидации спора между сторонами, равнозначный по своему результату вынесению судебного решения». Определение об утверждении мирового соглашения равно по свойствам судебному решению, вступившему в законную силу. Такая же точка зрения высказана И. М. Пятилетовым «Закон не содержит указаний, запрещающих суду утвердить  мировое соглашение  по  определенным  категориям  дел. Суд  вправе  утвердить мировое соглашение по любому спору. Но если мировое соглашение содержит условия, которые по закону не могут определяться соглашением сторон, то суд должен отклонить его утверждение».[31]
В научных публикациях все чаще звучит аргументированное  несогла-сие с точкой зрения, отрицающей возможность заключения в гражданском процессе мировых соглашений по публично-правовым отношениям. Учиты-вая требование процессуального закона о недопустимости утверждения мирового соглашения, противоречащего закону или нарушающего права других лиц приводятся примеры в обоснование того, что не всегда нарушаются интересы государства и других лиц при заключении мировых соглашений по делам, возникающим из публичных правоотношений. 
В публикации В. Тупикова приводится достаточно яркий пример возможности самостоятельного урегулирования спорных вопросов сторонами избирательного (публичного по сути) правоотношения – по жалобе Ш. на бездействие ЦИК РФ и действия ОРТ, связанные с отказом в регистрации эмблемы избирательного объединения. Здесь возможно заключение мирового соглашения с согласованием атрибутов эмблемы и ее регистрации. Указанный пример показывает, что не исключается возможность автономного урегулирования спора по делам о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ.[32]
Разумеется, что достаточно большой объем дел, возникающих из публичных правоотношений не сможет быть прекращен в связи с заключением мирового соглашения. Например, невозможность мирового соглашения по делам о признании нормативных правовых актов недействующими очевидна, поскольку соответствие  оспариваемого акта  акту  высшей  юридической  силы  является  предметом спора. Проверка непротиворечия мирового соглашения закону в этом случае фактически будет означать рассмотрение дела по существу. Но по делам, рассматриваемым в порядке главы 25 ГПК РФ вполне возможно согласование между заявителем и властным субъектом условий устранения нарушения прав и свобод или устранения препятствий к их осуществлению.
Можно добавить в качестве аргументации возможности заключения мирового  соглашения по делам, возникающим из публично-правовых отношений следующее. В  административном  праве  и иных  публично-правовых  отраслях  в последнее время специалистами отмечается тенденция к росту договорного регулирования  общественных  отношений  в  данной  области.  Причем, отмеченная наукой  особенность публичных  (и как их  составная  часть  –  административных) договоров, не попадать в сферу судебной защиты, уже рассматривается как пробел в законодательстве.[33]
Таким образом, процессуальному праву нельзя оставлять без внимания факт расширения сферы договорного урегулирования в публично-правовых отраслях права. Запрет на заключение мирового соглашения, существующий в отдельном виде судопроизводства, без учета особенностей конкретных правоотношений в материальном праве, может негативно отразиться на полноценной защите субъективных публичных прав. Также запрет на заключение мировых соглашений по публично-правовым спорам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, противоречит двум правилам в области процессуального законотворчества; первое – процессуальное право должно обеспечивать защитные механизмы прав с учетом развития материального законодательства, и второе – процессуальные нормы в гражданском и арбитражном процессе не должны иметь существенных отличий в тех сферах, где разница не обусловливается особенностями подведомственных споров судам этих судебных систем.[34]
Рассматривая формы воздействия мирового соглашения на частноправовой оборот, следует выделить следующие функции этого правового института:
- оно снимает и сглаживает противоречия правового характера в общественных отношениях (примирительная функция); При заключении мирового соглашения ликвидируется субъективная сторона  спора, создается реальная возможность добровольного исполнения обязательства должником. Часто судебное решение не устраняет эту субъективную  сторону спора.  Как справедливо  указано  в работе Пилехиной Е., судебное решение достигает ограниченной цели – прекращения спора (как юридического явления), тогда как мировое соглашение еще и ликвидирует конфликт  между  ними  (как  социальное  явление);  поэтому  мировое  соглашение должно быть отнесено к социально-правовым явлениям.
- оно урегулирует, уточняет, конкретизирует правоотношения участни-ков правового оборота, восполняет собой имеющиеся в праве пробелы  (регулирующая функция);
- оно представляет собой дополнительное средство защиты прав и законных интересов участников правового оборота (защитная функция).
Необходимо отметить, что мировое соглашение может быть заключено на любой стадии гражданского процесса, от производства в суде первой инстанции до исполнительного производства.
В соответствии с АПК РФ мировые соглашения могут быть заключены сторонами на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебного акта. Однако действующим законодательством вопросы утверждения мировых соглашений в арбитражных судах апелляционной и кассационной инстанции урегулированы недостаточно. Поэтому при их утверждении возникает ряд трудностей.
Утверждая мировое соглашение в стадиях, в которых осуществляется пересмотр судебных актов, суд должен разрешить вопрос о действии ранее состоявшихся судебных актов. Недопустимо, чтобы по одному и тому же делу существовали судебные акты, противоречащие друг другу.
Полномочия арбитражного суда апелляционной инстанции определены в ст. 269 АПК РФ, в соответствии с которой «по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе:
1) оставить решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу без удовлетворения;
2)  отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт;
3) отменить решение полностью или в части и прекратить производство по делу либо оставить исковое заявление без рассмотрения полностью или в части».
Часть 1 ст. 271 АПК РФ устанавливает, что «по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд принимает судебный акт, именуе­мый постановлением». Упоминаний о том, что ре­шение суда может быть отменено определением ар­битражного суда апелляционной инстанции, гл. 34 АПК РФ не содержит.
Поэтому, исходя из положений АПК РФ, су­дебным актом, которым одновременно отменяет­ся решение суда, утверждается мировое соглаше­ние и прекращается производство по делу, может быть только постановление суда апелляционной инстанции.
Вышесказанное относится и к утверждению мировых соглашений судом кассационной инстан­ции. В гл. 35 АПК РФ положения, аналогичные правилам ст. 269 и 271, установлены соответственно в ст. 287 и 289 АПК РФ. Несмотря на то, что между данными статьями есть существенные различия, и в том и в другом случае Кодексом предусмотрено, что судебный акт может быть отменен по результа­там рассмотрения апелляционной (кассационной) жалобы, и в таких случаях должно быть вынесено постановление. О возможности отмены судебного акта путем вынесения определения в гл. 35 АПК РФ также не говорится.
Необходимо обратить внимание на то, что в АПК РФ разрешен вопрос о действии нескольких судебных актов по одному делу для случаев утверж­дения мировых соглашений, заключенных в про­цессе исполнения судебных актов арбитражных су­дов. Так, в соответствии с п. 7 ст. 141 АПК РФ «в определении об утверждении мирового соглаше­ния, заключенного в процессе исполнения судеб­ного акта, должно быть также указано, что этот су­дебный акт не подлежит исполнению». Таким обра­зом, судебный акт не отменяется, а лишь становит­ся не подлежащим исполнению.[35]
Таким образом, мировое соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый сторонами спора на взаимосогласованных ими условиях и подлежащий обязательному утверждению судом.
Необходимо различать последствия заключения мирового соглашения и последствия его утверждения. В первом случае это представление мирового соглашения на утверждение суду и его обязанность его рассмотреть. Если мировое соглашение утверждено судом, то последствием является прекращение производства по делу, неприменение ранее вынесенных судебных актов.
 
2.2. Содержание мирового соглашения
 
Юридический анализ статей ГПК РФ и АПК РФ, закрепляющих порядок заключения мирового соглашения, позволяет сделать вывод о том, что арбитражное законодательство изложено более подробно, что исключает во многом судебное усмотрение (см. Приложение).
В ГПК РФ фактически закреплён только порядок заключения мирового соглашения, в АПК РФ имеются статьи, определяющие содержание мировых соглашений. В ст. 140 АПК РФ подробно указывается форма и содержание мирового соглашения: 1. Мировое соглашение заключается в письменной форме и подписывается сторонами или их представителями при наличии у них полномочий на заключение мирового соглашения, специально предусмотренных в доверенности или ином документе, подтверждающих полномочия представителя; 2. Мировое соглашение должно содержать согласованные сторонами сведения об условиях, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой. В мировом соглашении могут содержаться условия об отсрочке или о рассрочке исполнения обязательств ответчиком, об уступке прав требования, о полном или частичном прощении либо признании долга, о распределении судебных расходов и иные условия, не противоречащие федеральному закону; 3. Если в мировом соглашении отсутствует условие о распределении судебных расходов, арбитражный суд разрешает этот вопрос при утверждении мирового соглашения в общем порядке, установленном настоящим Кодексом.
В ст. 141 АПК РФ законодателем закреплено, что в определении должны быть указаны условия мирового соглашения; в случае неявки в судебное заседание лиц, заключивших мировое соглашение и извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, вопрос об утверждении мирового соглашения не рассматривается арбитражным судом, если от этих лиц не поступило заявление о рассмотрении данного вопроса в их отсутствие; вопрос об утверждении мирового соглашения, заключаемого в процессе исполнения судебного акта, рассматривается арбитражным судом в срок, не превышающий месяца со дня поступления в суд заявления о его утверждении.
Таким образом, содержание мирового соглашения должно соответствовать мате­риальному праву. Стороны не могут ликвидировать спор на условиях, противоречащих действующему законодательству.
Противоречат закону мировые соглашения, изменяющие точно установленное законом содержание материальных правоотношений. Так, стороны не могут заключать мировых соглашений, в силу кото­рых истица соглашается на взыскание с ответчика алиментов на со­держание одного ребенка не в размере 1/4, а в размере 1/6 заработка ответчика или же на взыскание с ответчика алиментов на содержание не всех, а только некоторых детей, так как согласно ч. 2 ст. 103 Семейного кодекса размер алиментов, устанавливаемый в твердой денежной сумме или по соглашению об уплате алиментов на несовершеннолетних детей не может быть ниже размера алиментов, которые они могли бы получать при взыскании алиментов в судебном порядке на основании ст. 81 СК РФ.[36]
Не будет законным такое мировое соглашение, при котором по ис­ку о возмещении вреда, причиненного здоровью гражданина, стороны соглашаются на выплату ответчиком возмещения в сумме, не соответ­ствующей норме, предусмотренной законом, хотя бы это и было осно­вано на признании сторонами смешанной ответственности. Например, по иску К. и Ч. О возмещении вреда причиненного здоровью в связи с ДТП, в совершении которого имелась вина обеих сторон, суд не утвердил мировое соглашение по условиям которого истец отказывался от возмещения дополнительных расходов, что противоречит ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, а также интересам самого истца, так как состояние его здоровья требовало длительного лечения.[37]
Незаконными являются и такие соглашения, которые заключают­ся с целью, противной интересам государства и общества (ст. 169 ГК РФ). Так, будет признано незаконным мировое соглашение по иску о снятии с имущества ареста, на основании которого ответчик распоряжается своим имуществом в пользу истца с единственной це­лью – избежать обращения его в доход государства. Обычно истец или же ответчик могут распорядиться своим имуществом в интересах дру­гой стороны. Но распоряжение имуществом невозможно с целью, противной интересам государства, а поэтому подобная мировая сдел­ка не может быть утверждена судом.[38]
Нельзя признать законным и такое мировое соглашение, которое заключается в сфере, не подлежащей договорному урегулированию. В частности, мировое соглашение сторон по вопросу отмены усынов­ления не может быть утверждено судом, так как это не сфера автоном­ного урегулирования и согласно ст. 275 ГПК РФ рассматривается по правилам искового производства.
Не соответствует закону и вследствие этого не может быть утверж­дено мировое соглашение, заключенное представителем стороны, не имеющим полномочий на его заключение.
Одним из главных оснований возникновения прав и обязанностей граждан и юридических лиц в сфере автономного урегулирования яв­ляются соглашения и односторонние акты-сделки. Граждане и юриди­ческие лица своими волеизъявлениями принимают на себя обязанно­сти, создавая тем самым для других лиц субъективные права. Поэтому не может быть заключено такое мировое соглашение, в силу которого возлагались бы обязанности на лиц, не участвовавших в деле. В этих случаях нет необходимости исследовать вопрос о соответствии миро­вого соглашения интересам не участвующего в процессе лица. Отсутствие его воли является достаточным основанием для отказа в утверж­дении мирового соглашения.
Несколько иначе складываются обстоятельства, когда лицо участ­вует в деле, но не имеет полномочий на заключение мирового согла­шения. Речь идет о третьих лицах, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора. Гражданское процессуальное законода­тельство не предоставляет им право на заключение мировых соглаше­ний. Но мировое соглашение, заключенное сторонами, может отра­зиться на их интересах. Так, если результатом мирового соглашения сторон будет частичный отказ истца от притязания (принадлежащих ему материальных прав), то третье лицо на его стороне может лишить­ся части своих требований к истцу. Поэтому суд, утверждая мировое соглашение сторон, обязательно должен проверить, не противоречит ли мировое соглашение сторон интересам третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора. При наличии этого обстоятельства в утверждении мирового соглашения сторон должно быть отказано.[39]
Возможен и такой вариант, когда участвующее в деле лицо имеет право на заключение мирового соглашения, но фактически в заключе­нии мирового соглашения не участвует. Такое положение имеет место, если в деле участвуют соистцы или же соответчики, а также третьи ли­ца, заявляющие самостоятельные требования на предмет спора. Пере­численные участвующие в деле лица, имея право на заключение миро­вого соглашения, фактически могут не участвовать в этом. Заключение мирового соглашения одним из соистцов или же соответ­чиков может отразиться на интересах других соистцов или же соответ­чиков, а также третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора. Поэтому суд обязательно должен проверить, не про­тиворечит ли мировое соглашение их интересам, и при наличии этого обстоятельства в утверждении мирового соглашения отказывать.
Общее указание на то, что суд должен отказать в утверждении ми­рового соглашения, если оно нарушает чьи-либо права и охраняемые законом интересы, содержится в ст. 39 ГПК РФ. Это положение включает в себя не только нарушение инте­ресов лиц, которые не участвовали в заключении мирового соглаше­ния, но и участников (сторон) мирового соглашения, то есть лиц, изъявивших волю на заключение мирового соглашения.
Практически установление этого обстоятельства бывает необходи­мо в тех случаях, когда одна из сторон отказывается от принадлежа­щих ей субъективных материальных прав или же другая сторона берет на себя дополнительные обязанности. Только в этом случае может воз­никнуть вопрос о противоречии мирового соглашения сторон (распо­рядительных материально-правовых действий) их интересам. Если результатом мирового соглашения будет подтверждение допроцессуального материального право-отношения сторон, вопрос о подобном противоречии возникнуть не может.
Отказ истца от принадлежащих ему материальных прав или же принятие ответчиком на себя дополнительных обязанностей само по себе не говорит о противоречии мирового соглашения, интересам од­ной из сторон. Так, нельзя считать противоречащим интересам истца мировое соглашение, в силу которого истец (владелец дома на праве личной собственности), предъявивший иск о выселении ответчика без предоставления жилого помещения, берет на себя обязанность предо­ставить ответчику комнату в этом же доме. По существу, в данном случае имеет место выселение из дома личного собственника с предо­ставлением выселяемому жилого помещения за счет собственника. Если истец такое решение вопроса считает для себя приемлемым, суд не может отказать в утверждении мирового соглашения.[40]
В судебной практике часты случаи, когда предъявляются иски о выселении лиц из подлежащих сносу строений. Выселение в соот­ветствии с законом возможно только с предоставлением благоустро­енного жилого помещения. Однако стороны могут заключить миро­вое соглашение на условиях, предусматривающих освобождение ответчиком жилого помещения без предоставления истцом на момент освобождения ответчиком жилого помещения – другой жилой пло­щади с обязательством предоставить квартиру в строящемся доме. От­ветчик в этом случае отказывается от принадлежащего ему права на немедленное получение квартиры, но в результате этого его интересы не нарушаются: он получает квартиру во вновь строящемся доме по постоянному месту своего жительства.[41]
Нельзя признать противоречащими интересам истца такие условия мирового соглашения, при которых истец отказывается от части сво­их исковых требований. Во-первых, отказ от части исковых требова­ний еще не говорит о том, что истец отказывается и от действительно существующего материального права, ибо истец может и не обладать в действительности правом в том объеме, в котором он определен в ис­ковом заявлении. Во-вторых, даже если частичный отказ от иска включает в себя и отказ от материального права, то такой отказ от пра­ва возможен в интересе самого истца.
Например, нельзя усмотреть противоречия интересам истца мирово­го соглашения, в силу которого ответчик обязуется уплатить истцу за мо­тоцикл 1 500 руб., в то время как иск был предъявлен на сумму в 2 500 руб.; мирового соглашения, в
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.