На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Контрольная Разгром режима Саддама Хусейна. Военно-политическая акция в отношении Ирака. Парламентские выборы в Ираке и смена политической системы. Выборы в Национальную ассамблею. Проведение референдума по ратификации Конституции. Противостояние Садра с властями.

Информация:

Тип работы: Контрольная. Предмет: Политология. Добавлен: . Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):



Реферат
Анализ «пурпурной революции» в Ираке
После разгрома режима Саддама Хусейна организаторы военно-политической акции в отношении Ирака столкнулись с целым рядом проблем, которые отчасти были спрогнозированы американской аналитикой. К их числу относился прежде всего вопрос о создании в Ираке такой политической системы, которая может быть достаточно легко или хотя бы просто управляема. К тому же по форме такая система должна выглядеть демократической как альтернатива диктаторскому режиму Саддама. С этой целью первоначально были созданы временные властные структуры, которые, естественно, воспринимались народом как марионеточные. Таковыми они, естественно, и являлись, поскольку иными быть и не могли. С такой властью в Ираке, да и за его пределами мало кто считался, понимая ее временный характер и неспособность контролировать ситуацию в стране. Рост антиправительственных выступлений стал превышать прогнозируемые масштабы, что ставило под угрозу те цели, которые декларировались лидерами коалиции перед началом военных действий (во имя идеалов свободы и демократии), а также (или прежде всего) угрожало нормальной эксплуатации нефтяных ресурсов Ирака.
Следовало что-то предпринимать, причем оперативно. Было принято решение провести в Ираке парламентские выборы с последующим избранием нового главы государства.
Выборы в Ираке, состоявшиеся 30 января 2005 г., не были каким-то неожиданным политическим шагом, предпринятым главным организатором смены политической системы в Ираке. Такие выборы, конечно, планировались заранее. Однако несколько по иной схеме.
Еще в 2003 г. Коалиционная временная администрация (КВА), руководимая США, и Временный управляющий совет Ирака (ВУСИ)1 выработали план политических преобразований страны. Между КВА и ВУСИ, созданным 13 июля 2003 г. из 25 человек, назначенных американцами, была достигнута договоренность о передаче власти до июля 2004 года переходному правительству Ирака. 15 ноября 2003 г. представители КВА Пол Бремер, Дэвид Ричмонд и представитель ВУСИ Джалал Талабани подписали «Соглашение о политическом процессе». Согласно этому соглашению, до 28 февраля 2004 г. должен был быть принят «Основной закон» страны (временная конституция), определяющий механизмы формирования Национальной ассамблеи (парламента) переходного периода. Причем предполагалось, что в стране сначала будут проведены областные съезды по выборам будущих представителей в ассамблею, исходя из пропорционального соотношения населения каждой области к населению всего Ирака.
Выборы в Национальную ассамблею (НА) планировалось провести до 31 мая 2004 г. После ее формирования ВУСИ слагал свои полномочия. К июню 2004 г. следовало сформировать и утвердить коалицией новую временную администрацию, которая примет на себя всю полноту верховной власти в Ираке, а КВА будет расформирована.
В соглашении также было отмечено, что до 15 марта 2005 г. следует провести прямым голосованием выборы делегатов конституционного съезда, который выработает постоянно действующую Конституцию Ирака. Причем окончательный проект Конституции должен стать предметом общественного обсуждения, а сама Конституция - утверждена на общенациональном референдуме.
Переходный период будет считаться завершенным после избрания нового правительства Ирака и проведения референдума по ратификации Конституции, что должно произойти до 31 декабря 2005 г.2 (Т.е. получается, что переходный период в Ираке до сих пор сохраняется в соответствии с ранее разработанным планом.)
Предложенная американцами схема передачи власти иракской администрации в основном формально выдерживалась. Однако с некоторыми поправками.
Был принят «Основной закон». Правда, несколько позднее, 8 марта 2004 г., под названием «Закон управления государством Ирак в переходный период». Это - временная конституция страны, действующая до конца 2005 г., вплоть до принятия постоянной конституции. Ранее подписание конституции дважды откладывалось формально в связи с терактами, без которых не обошелся и этот день. За несколько минут до начала церемонии по принятию конституции в Багдаде прогремела серия мощных взрывов. Район, расположенный непосредственно вблизи от того места, где должно было проходить заседание Временного совета, подвергся минометному обстрелу3. На деле, стороны долгое время не могли договориться между собой по целому ряду вопросов, в том числе о роли ислама в законодательстве Ирака, о распределении сфер влияния между основными политическими группами - суннитами, шиитами и курдами. Американцам приходилось в ряде случаев пользоваться, если можно так сказать, своим правом вето, чтобы дебаты не перерастали в конфликтную ситуацию.
В конце мая действительно была создана новая временная администрация под названием Временное правительство во главе с Айядом Алауи, которому ВУСИ передал власть и 1 июня 2004 г. принял решение о самороспуске, чтобы, как было заявлено, позволить Временному правительству приступить к исполнению своих обязанностей. Правда, в это же время американские чиновники, работавшие с новым иракским кабинетом министров над вопросом о статусе «миротворцев» после передачи власти в стране, сообщили, что власть останется в руках коалиции до 30 июня 2004 г.4 Правда, американцы передали власть Временному правительству уже 28 июня, на два дня раньше установленного ими же срока.
Что касается Национальной ассамблеи переходного периода или, проще говоря, временного парламента, то он был формально создан только в середине августа 2004 г. В Багдаде 15 августа 2004 г. открылась Всеиракская национальная конференция, в которой приняли участие 1300 делегатов от 18 провинций Ирака. Эта конференция фактически формировала 125-местный временный парламент (25 мест в нем были «забронированы» для бывших членов ВУСИ), наделенный рядом законодательных функций и призванный подготовить всеобщие парламентские выборы 2005 г.
Подготовка и проведение конференции сопровождались многочисленными конфликтами, возникавшими между участвующими в ней сторонами, а также между ее участниками и властями. Например, в июне на эту конференцию был приглашен радикальный шиитский лидер Муктада Садр несмотря на то, что власти намеревались ранее его судить. В апреле 2004 г (уже после начала восстания, о чем речь пойдет ниже) иракским судом был даже выдан ордер на его арест по подозрению в организации убийства своего политического соперника - видного шиитского деятеля Абдель Маджида аль-Хои. Правда, глава оргкомитета конференции Фуад Маасум сказал, что «Садр начал процесс превращения своей группировки в политическую организацию, и это является позитивным шагом»5.
Многие иракцы поставили под сомнение легитимность этой конференции, которая проходила на фоне общенационального кризиса, вызванного возобновившимся за десять дней до ее открытия шиитским восстанием на юге страны и новыми вооруженными вылазками в «суннитском треугольнике» (Багдад - Тикрит - Рамади). В работе совещания отказался участвовать ряд влиятельных организаций. В частности, его бойкотировала «Лига исламских богословов» - объединение духовных лидеров мусульман-суннитов. По словам генерального секретаря «Лиги» шейха Сулеймана Дари, «любая политическая структура, создаваемая в условиях оккупации, не может быть законной»6. Естественно, не принял участия в конференции и Муктада Садр.
Муктада Садр, выходец из влиятельного шиитского клана Садров, известен тем, что вскоре после свержения режима Саддама Хусейна выступил за скорейший вывод коалиционных оккупационных войск из Ирака. Правда, сначала он предложил им помощь в поддержании порядка в Багдаде, а точнее, в его шиитском пригороде Мадинат-Саддам, вскоре переименованном в Мадинат-Садр (в честь его отца). Опираясь на сеть благотворительных центров, унаследованных от отца, он установил контроль над этой частью Багдада, где действительно был восстановлен порядок. В значительной степени благодаря созданной им из добровольцев полувоенной организации, ставшей позднее известной во всем мире как «Армия Махди».
Американцы долгое время не воспринимали этого молодого (ему тогда было около 30 лет) амбициозного священнослужителя, занимавшего с его титулом ходжат-оль-ислам досточно скромное место в шиитской иерархии.
Однако вскоре он стал вести активную антиамериканскую пропаганду через свою газету «Хавза», которая в марте 2004 г. была закрыта властями по обвинению в публикации дезинформации, призывов к насилию и разжиганию ненависти к США. Затем оккупационные власти арестовали одного из его ближайших помощников, Мустафу Такуби. Это послужило поводом к проведению демонстраций протеста, которые 4 апреля переросли в вооруженное восстание, охватившее Неджеф, Мадинат-Садр и Басру. По времени оно совпало с вооруженным выступлением суннитов в Фаллудже и продолжалось два месяца. После подписания перемирия 4 июня под негласный контроль «Армии Махди» перешли отдельные территории, включая Неджеф и шиитские районы столицы.
Премьер-министр шиит Айяд Алауи и президент Гази Явар безуспешно пытались вернуть Муктаду Садра и его боевиков к мирной жизни. Муктада Садр пообещал превратить «Армию Махди» в политическое движение, однако свои вооруженные отряды не распустил, новое правительство не признал, от участия в выборах нового парламента отказался. Правда, он обратился к тем боевикам, которые были родом из других городов, с призывом «исполнить свой долг» и разойтись по домам. Ровно через два месяца, 4 августа снова вспыхнуло восстание в Неджефе. Затем - в Басре, через которую доставляются на мировой рынок основные потоки иракской нефти, а также в Багдаде, Амаре, Куфе и других городах. Восстание продолжалось до 30 августа, когда Муктада Садр призвал боевиков «Армии Махди» прекратить огонь на всей территории Ирака, проявить терпение и прибегать к оружию исключительно для самообороны.
Противостояние Садра с властями не смог прекратить никто, в том числе и участники проходившей в это время в Багдаде Всеиракской конференции. Оно завершилось исключительно благодаря вмешательству великого аятоллы Али Систани, который в самом начале восстания выехал на лечение в Лондон, откуда вернулся только 25 августа, когда ситуация зашла в тупик. (Похоже, что у иракских шиитов давно сложились очень интересные связи с Лондоном.) Муктада Садр принял план урегулирования, предложенный великим аятоллой, и приказал своим сторонникам разоружиться и покинуть Куфу и Неджеф. Но сначала на территорию комплекса были допущены тысячи паломников, смешавшись с которыми сторонники Садра спокойно ушли. При этом многие из них забрали с собой оружие, демонстрируя всем своим видом враждебность к оккупационным войскам. Сам Муктада заявил, что пока продолжается оккупация, он не собирается заниматься «политической деятельностью», хотя позже пытался все-таки принять участие в подготовке к парламентским выборам, в которых сам, кажется, не участвовал. По крайней мере, в качестве претендента на депутатский мандат.
Примечательно, что перемирию в Багдаде (достигнуто 29 августа) предшествовала встреча в Неджефе четырех великих аятолл Ирака: Али Систани, Али Неджефи, Мохаммеда Хакима и Исхака Файяда, после которой они выступили с осуждением вооруженных методов борьбы с находящимися в стране войсками США. Тем не менее члены «Армии Махди» продолжали оказывать вооруженное сопротивление американским войскам в Мадинат-Садр и в других городах, жители которых исповедуют ислам шиитского толка, вплоть до 7 октября, кануна штурма Фаллуджи. Они согласились сложить оружие в обмен на гарантии неприкосновенности со стороны временного правительства страны, о чем сообщил помощник радикального шиитского лидера Муктады Садра - шейх Али Сумейсим. При этом радикалы выдвинули еще одно условие - из тюрем должны быть выпущены все помощники Садра.
Похоже, что шиитские лидеры руками Муктады Садра добились желаемых для них результатов - показали американцам свои возможности в Ираке и тем самым добились от них тех уступок, на которые рассчитывали перед выборами 2005 г., т.е. накануне уже формального передела власти и собственности в Ираке.
Президент США Джордж Буш, со своей стороны, расценил достигнутые договоренности с шиитами как пример гибкости американской политики. В то же время он признал, что изначально неверно оценил обстановку, сложившуюся в Ираке после свержения Саддама Хусейна, и констатировал, что сторонники диктатора рассредоточились по стране и сумели организовать сопротивление быстрее, чем США ожидали7.
Правда, шиитов, имевших ограниченный доступ к власти при Саддаме, который их, мягко говоря, не очень жаловал, трудно отнести «к сторонникам диктатора». Скорее всего Буш имел в виду суннитов, поддерживавших Садра и продолжавших активную вооруженную борьбу против американского присутствия. Именно сунниты стали той силой, которая держала, держит и будет держать американцев в постоянном напряжении. С ними договариваться оказалось много сложнее, чем с шиитами.
Сунниты, как известно, после ликвидации режима Саддама были в основном отстранены или удалены от рычагов политической власти в стране. По крайней мере, формально, что также очень немаловажно. Сунниты, как и остальные основные политические силы Ирака (шииты и курды), прекрасно поняли, что страна оказалась на пороге труднообратимых перемен. В этой ситуации у многих не оставалось иного выхода, как прибегнуть к защите своих интересов, используя все доступные средства и методы, в том числе и радикальные силовые. К тому же не было недостатка в желающих «наказать» американцев или отомстить им за гибель и унижение своих родных и близких (видеоматериалы о насилии над мирными жителями Ирака, особенно над женщинами, обошли весь мир). Сунниты организовали, в основном в районе так называемого суннитского треугольника, жесткое сопротивление силам коалиции, которые воспринимались ими однозначно как агрессоры и оккупанты.
Организованное суннитское сопротивление, временами сотрудничавшее с шиитской оппозицией, являлось серьезным препятствием на пути реализации американского проекта демократических преобразований Ирака. Оно перед выборами было настолько значимым, что многие политики даже выражали сомнение по поводу того, состоятся эти выборы вообще или нет.
Стоявшие у власти иракские политики возлагали большие надежды на предстоящие выборы, декларируя, что после их проведения радикально изменится к лучшему внутриполитическая обстановка в стране. На том основании, что появится, наконец, законно избранное правительство, которое положит начало национальному диалогу различных политических сил в стране. Аналогичного мнения придерживался и ряд представителей духовенства, прежде всего шиитского. Их точку зрения озвучил шиитский политик Хумам Хаммуди, член Временного управляющего совета Ирака и один из руководителей влиятельной организации «Высший совет исламской революции». По его словам, путь к избавлению Ирака от насилия и хаоса лежит лишь через всеобщие выборы и избрание законного правительства. Более того, такие выборы надо было проводить раньше, поскольку в этом случае иракцы избежали бы многих проблем. Даже если будет сформировано правительство, представляющее лишь интересы части иракского населения, оно, по его словам, сможет гораздо лучше защищать интересы всего народа Ирака, чем это делает сейчас правительство Айяда Алауи, назначенное оккупантами8.
В то же время долгое время никто не отваживался назвать точную дату проведения выборов. Разногласия по этому вопросу существовали даже в среде иракского руководства. Как, впрочем, и по вопросу о самой организации выборов. Все это было обусловлено сложностью и нестабильностью обстановки в Ираке, борьбой за власть среди формальных и неформальных элит иракского общества и влиянием на ситуацию внешних факторов.
5 ноября, как сообщило агентство Рейтер, вице-президент Ирака Ибрагим Джафари заявил, что парламентские выборы в Ираке состоятся 27 января 2005 г., поскольку «выборы необходимы для стабильности и суверенитета Ирака». Правда, он оговорился, сказав, что «если не произойдет катастрофа». По его словам, дата проведения выборов была установлена Высшей независимой избирательной комиссией (ВНИК) и должна быть утверждена правительством.
Однако глава ВНИК Хусейн Хендави частично опроверг слова Джафари. Он согласился с тем, что выборы действительно намечены на конец января будущего года, но отметил, что точная дата их проведения еще не определена. Кроме того, он подчеркнул, что за организацию выборов и определение точной даты их проведения отвечает именно ВНИК. «Мы - единственные, кто отвечает за выборы, и мы единственные, кто объявит дату их проведения», - заявил он9.
В сложившейся обстановке в иракском обществе возникали даже сомнения в самой возможности проведения выборов в Ираке. Думали даже об отсрочке выборов. Правда, иракский президент Гази Явар, претендовавший быть переизбранным на этот пост, заявил 2 ноября 2004 г., что «говорить об отсрочке выборов преждевременно». «Мы должны подождать и посмотреть, к чему приведет развитие событий, - сказал он. - Окончательное решение - за ООН и ее экспертами». При этом он, естественно, обещал, что в стране пройдут честные выборы, которые позволят сформировать демократически избранное правительство, задачей которого станет восстановление экономики и стабильности в Ираке. Кроме того, новое руководство страны, по словам Гази Явара, не будет формироваться на религиозной основе. «Шииты не примут суннитского правительства, а сунниты - шиитского, - подчеркнул он в интервью межарабской газете «Аш-Шарк аль-Аусат». - Выход в том, чтобы создать гражданское правительство и парламент, в которых будет полностью представлен «социальный треугольник», включающий арабов-суннитов, арабов-шиитов и курдов»10. Однако вряд ли кто-то понимал, как этого можно достичь в сложившейся в Ираке обстановке, которую порой сами иракские лидеры оценивали как предкатастрофную. К тому же не ясно, что понимается под «гражданским правительством», которое будет включать и суннитов, и шиитов, и курдов. Что касается честности, демократичности предстоявших выборов в Ираке, то в это, конечно, не верил никто, включая самого президента. Причины - на поверхности. Всем понятно, что Ираком управляют США, которые никогда не допустят во власть опасных для своих интересов людей, и естественно, будут стремиться расставить в руководстве преданных им вассалов или «нейтральных» лиц. И потому многие в Ираке, в том числе и ряд религиозных деятелей, не хотели этих выборов, вокруг которых разыгралась любопытная для наблюдателей, но кровавая для ее участников военно-политическая игра.
Президент призвал иракцев прийти на избирательные участки, отказаться от бойкота выборов, к которому призывали многие лидеры суннитской общины, и приветствовал позицию духовного наставника шиитов великого аятоллы Али Систани, выступавшего за участие в выборах всего иракского народа. Хотя его позиция - это не точка зрения всей шиитской общины. К тому же и она не так однозначна. Еще в конце сентября, после окончания шиитского восстания, Али Систани потребовал обеспечения более широкого представительства шиитов во властных структурах Ирака. По словам его помощника Хамеда Хаффафа, аятолла настаивал на срочном возвращении в Ирак спецпредставителя генерального секретаря ООН Лахдара Брахими для подготовки выборов. Кроме того, он высказал недовольство тем, что «зарождающийся в Ираке демократический процесс оказался под контролем группы политиков из бывших эмигрантских партий, которые сотрудничают с оккупантами». Как пояснил тогда Хаффаф, аятолла опасался, что использование партийных списков не позволит шиитам, составляющим большинство населения Ирака, добиться желаемых результатов на выборах. Против проведения голосования в условиях иностранного военного присутствия выступал и радикальный шиитский лидер Муктада Садр. Он к тому же осудил «антинациональное поведение» премьер-министра Ирака Айяда Алауи на сессии Генассамблеи ООН, который пожал руку министру иностранных дел Израиля Сильвану Шалому, поскольку считает, что в происходящем в Ираке повинны не только США, но и Израиль11.
Тем не менее власти твердо решили действовать по намеченному плану проведения выборов, уверяя себя и общественность, что они контролируют ситуацию в стране и что население в целом готово к выборам, за исключением некоторых районов, где вскоре будет наведен порядок. В частности, в Фаллудже, являющейся исключительно гнездом бандитов и международных террористов, в котором укрывается один из их видных функционеров Заркауи, представитель пресловутого Бен Ладена, такой же неуловимый, как и главный террорист мир и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.