На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


автореферат Избирательная система как составная часть партийно-политической системы Великобритании. Изменения в партийной ситуации во второй половине 90-х годов 20 века и итогов выборов. Британский электорат: концепция упадка двухпартийности. Партийная система 90-х г

Информация:

Тип работы: автореферат. Предмет: Политология. Добавлен: . Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


184
    Институт международного права и международных отношений.
    Кафедра политологии.
Диссертация на соискание звания кандидата политологических наук на тему “Избирательная система Великобритании”
Москва
    Оглавление
    Введение. 3
    Глава 1. Избирательная система как составная часть партийно-политической системы Великобритании. 15
      §1 Основные особенности избирательной системы Великобритании. 15
      §2 Особенности партийно-политической системы Великобритании и основные характеристики внутриполитической обстановки накануне парламентских выборов 1979 года. 33
      §3 Выборы 1979 - 1992 годов и партийно-политическая обстановка в Великобритании. 52
      § 4 Изменения в партийной ситуации во второй половине 90-х годов 20 века, анализ избирательной кампании 1997 года и итогов выборов. 90
    Глава 2. Британский электорат: концепция упадка двухпартийности. 106
      § 1. Изучение электоральных процессов в Великобритании в XX веке. 106
      § 2. Эволюция британской партийной системы. 110
      § 3. Классовое голосование. 125
      § 4. Упадок двухпартийной системы. 129
      § 5. Партийная система 90-х годов XX века. 145
    Заключение. 174
    Библиография. 179

Введение.

ПОНЯТИЕ ЭВОЛЮЦИИ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ.
Избирательная система Великобритании, как и любая избирательная система имеет ряд недостатков, например значительная часть населения страны остается непредставленной в органах власти, а партия, получившая на выборах меньше голосов, чем ее соперники, может оказаться представленной в парламенте большинством депутатских мест.
Результаты любых выборов при данной системе зависят не только от того, как голосуют избиратели, но и от того, как их голоса распределены по избирательным округам, и как эти округа распределяются по стране.
В то же время мажоритарная система, применяемая в Великобритании, проста и понятна. Здесь не требуется ни сложных расчетов, ни неясных для рядовых избирателей маневров с общими списками. Одно из ее преимуществ - тесная связь между депутатами и избирателями. Поскольку округа одномандатные, каждый депутат в единственном числе представляет свой округ. На выборах соревнуются не безликие списки, а кандидаты, чьи личностные качества небезразличны избирателям.
К числу положительных свойств мажоритарной избирательной системы относится и то, что в ней заложены возможности формирования эффективно работающего и стабильного правительства. Она позволяет крупным, хорошо организованным политическим партиям легко побеждать на выборах и создавать однопартийные правительства. Созданные на этой основе органы власти являются устойчивыми и способными проводить твердую государственную политику.
Существующая система выборов в британскую нижнюю палату парламента представляет собой мажоритарную систему относительного большинства, выборы проводятся в один тур.
Избирательным округом является территория, на которой развертывается избирательная кампания, проводится выдвижение кандидатов, действуют политические партии и органы по проведению выборов. Соединенное Королевство разделено на столько избирательных округов, сколько существует мандатов в нижнюю палату.
Контроль за проведением выборов в каждом избирательном округе осуществляет уполномоченный по выборам.
Право участия в парламентских выборах имеют граждане Великобритании, достигшие 18 лет и не отстраненные, в соответствии с законом, от процесса голосования. Граждане стран Британского Содружества и Республики Ирландии, также имеют право голоса.
Не могут принимать участие в голосовании: члены Палаты лордов; иностранные граждане, проживающие постоянно в Великобритании; лица, официально признанные недееспособными; находящиеся на принудительном лучении в психиатрических больницах; отбывающие тюремное заключение; осужденные в последние пять лет за коррупцию или деликты** Деликт избирательный - нарушение установленных правил, имеющее целью сфальсифицировать результаты голосования или повлиять на них. в ходе проведения выборов. Голосование на выборах не является обязательным Ibid. P. 255..
Право быть избранным в Палату общин получает любой гражданин Великобритании, стран Британского Содружества и Республики Ирландия по достижению им 21 года. Неизбирательность распространяется на тех, кто: в судебном порядке признан банкротом; приговорен более чем к одному году лишения свободы; является служителем Английской Церкви, Церквей Шотландии и Ирландии, а также Римско-католической церкви; является членом Палаты лордов или состоит на государственной службе в качестве чиновника, судьи, сотрудника правоохранительных органов, профессионального военного или полицейского, должностного лица местных органов управления Избирательные системы в свете мирового опыта ( законодательство и практика). - М., 1991. С. 89..
От избирателей не требуется предъявления документов, удостоверяющих их личность, но многие избиратели приносят с собой избирательное извещение, чтобы регистратору было легче найти их имя в списке. Исключением из правил считается Северная Ирландия, где избиратели обязаны представить документ, удостоверяющий их личность (права, паспорт и так далее), однако наличие фотографии в документе не обязательно Heath A., Jowell R., Curtice J. How Britain Votes. - Oxford, 1985. P. 54..
Споры и нарушения, связанные с выборами, рассматриваются обычными судами и Судом по выборам. Любой из зарегистрированных избирателей, кандидат или его агент могут подать ходатайство, подвергнув сомнению результаты выборов, в течение 21 дня после объявления результатов.
Результаты голосования по большинству избирательных округов становятся известны уже в течение 5-6 часов после официального закрытия избирательных участков; в сельских избирательных округах результаты выборов объявляются, как правило, на следующий день. Как только подсчет бюллетеней закончен, уполномоченный по выборам объявляет кандидата, который получил большинство голосов, количество голосов, полученных каждым кандидатом, и количество недействительных бюллетеней. Он также обязан вывести объявление о результатах выборов.
Зависимость развития политической социализации электората и эволюции партийной системы существовала всегда, однако проблематика эта не стала темой ни одного российского исследования.
Автор предпринимает попытку рассмотрения избирательной системы Великобритании в контексте эволюции партийной системы и требований электората.
Сопоставительный анализ содержания и характера современных политических процессов в Великобритании, в центре которого встала борьба консерваторов и лейбористов, занимает особое место в диссертации.
Ключевым для анализа электорального процесса в Великобритании является вопрос о мотивации поведения избирателей. В исследовательской практике используется несколько основных подходов для описания мотивов голосования. Во-первых, концепция рационального голосования, которая в качестве основного фактора, влияющего на выбор, рассматривает сознательное осмысление избирателем информации о кандидатах, в т.ч. и расчет возможных выгод. Во-вторых, комплекс социально-психологических теорий, которые выделяют прежде всего эмоциональный аспект выбора. Они описывают различные механизмы психологической привязанности избирателя к некоей партии или кандидату. Ведущими в данном подходе являются теория партийной приверженности и направление имиджевых выборов, когда избиратель голосует на основании эмоциональной поддержки личности кандидата. В-третьих, теоретические модели социально-экономического участия, которые изучают зависимость результатов выборов от социальной структуры электората. В рамках социально-экономических, или, как их еще называют, социологических теорий, главным фактором считается солидарность индивида со своей социальной группой: избиратель поддерживает ту партию или кандидата, которые, по его мнению, выражают интересы его группы. Поэтому исследователи обращают внимание на образование, уровень доходов, профессию, служебное положение, место проживания, половозрастные и другие социальные характеристики избирателей.
Однако к настоящему моменту в Великобритании можно наблюдать следующую картину: избиратель, который на протяжении 20 лет голосовал только за консерваторов или только за лейбористов, сегодня может внезапно изменить свое мнение. Суть мотивационной схемы данного подхода упрощенно можно выразить следующим тезисом: “чем больше положительной информации от авторитетных источников услышит избиратель о кандидате, тем выше вероятность, что он проголосует за него”, т.е. решающими здесь считаются частота, характер и каналы передачи политической информации избирателям. Почему это происходит? Партийная обстановка и общеполитическая, экономическая ситуация в стране, без сомнения, влияют и на политические воззрения избирателя.
В составе британского избирательного корпуса прежде всего обращают на себя внимание две полярные группы, или, используя терминологию теории модернизации, “традиционалисты” и “модернисты”. При этом “традиционалисты” ориентированы на сохранение традиционных для сообщества ценностей и устоявшихся отношений, а сторонники модернизации поддерживают изменения в старых общественных связях и утверждение новых системы ценностей и норм поведения. Первую группу избирателей отличает консерватизм, коллективистское сознание и ряд других особенностей; для второй характерны индивидуалистическая мораль, отрицание традиций и приверженность комплексу либеральных ценностей.
Две названные группы различаются по социальному составу, половозрастной структуре, образовательному и имущественному уровням, а также по региональному распределению. Так, “традиционалистский” электорат проживает преимущественно в сельской местности и малых городах; значительную его долю составляют люди среднего и старшего возраста, занятые в основном в производственном секторе, с невысоким уровнем дохода и образования и т.д. Все эти характеристики широко известны и не раз отмечались исследователями.
Надо сказать, что четких границ между социальными группами “традиционной” и “модернистской” направленности нет. Скорее можно говорить о преобладании одного или другого поведенческого типа в различных группах. Кроме того, в сознании отдельного человека перемешаны как традиционные, так и модернистские установки и ценности. В этом смысле данная схема, как и любая умозрительная конструкция, является упрощенным отражением действительности.
Специалисты не раз отмечали сравнительную устойчивость политических предпочтений британских избирателей. Действительно, можно упомянуть сравнительную стабильность электората на протяжении десятка лет -- конечно, с известными отклонениями. Количественная динамика сторонников либеральных сил более выражена, однако и здесь можно выделить некое стабильное ядро поддержки.
Необходимо отметить, что важное значение для привлечения электората имеет использование образа власти, занимающего в британском политическом сознании особое место в иерархии социальных ценностей. Эффективный прием расширения электоральной базы -- дистанцирование “партии власти” от идеологии либерального реформизма, но не ее явное отрицание. Подобная тактика может обеспечить поддержку как последовательных либералов, так и сторонников нелиберального мировоззрения. По сути дела, власть на время маскирует свою идеологическую линию.
Итак, ряд данных указывает на наличие в Великобритании относительно стабильных электоральных “ядер” двух полярных идеологий: традиционного коллективизма и либерального индивидуализма.
Некоторые исследователи, напротив, придерживаются точки зрения о нестабильности политических предпочтений британцев, указывая на весьма существенные колебания электоральной поддержки партий в последние периоды.
С развитием партийной системы меняется и электорат. Автор делает попытку соединить эти понятия в рамках одной работы.
Цель исследования состоит в сопоставительном анализе характера современных политических процессов в Великобритании и эволюции электората.
ОБЗОР ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ.
Большой массив источников представляет собой британская политическая литература по теме неоконсерватизма. Наибольшее значение имеют такие работы британских авторов как труд Бутлера и Стокса “Политические изменения Британии: эволюция электорального выбора” (1974), работы Кроу об электорате Британии (1983), работа Франклина “Изменения электоральных предпочтений” (1985), Робенсона “Класс и британский электорат” (1984).
В российской политической литературе изучение движения британского неоконсерватизма получило достаточно широкое освещение. Если общий анализ консерватизма давался, например, Галкиным А.А., Перегудовым С.П., Рахшмиром П.Ю., а к вопросам типологизации неоконсерватизма и проблемам эволюции либерализма обращались Гаджиев К.С., Согрин В.В., то специально темы трансформации Консервативной партии, перехода британского консерватизма к концепции новых правых, изменения его социальной философии, политической культуры разрабатывались Горбиком В.А., Денискиной В.Я., Осадчей И.М., Осиновой Е.В., Остапенко Г.С., Перегудовым С.П., Салминым А.М., Стрижевой И.Д., Степановой Н.М., Студенцовым В.Б., Худолеем К.К. Изучению социально-экономической политики консерваторов, различным ее аспектам посвящены работы Науменкова А.П. и Хесина Е.С., а также Балацкой Е., Гнатовской Н., Сорокиной В., Трубиной Н.В.
Характеристика сути неоконсервагизма разработана рядом авторов. К.С. Гаджиев характеризует тэтчеризм как радикалистское течение, указывает на своеобразное преломление им консервативных традиций. А.А.Галкин различает традиционалистский, реформистский консерватизм и правый радикализм. По мнению П.Ю.Рахшмира после 1979 г. складывается либерально-консервативный консенсус, который позже сменяется либерально-реформистским консерватизмом в социально-политической сфере и традиционным консерватизмом в духовно-ценностной сфере. С.П.Перегудов считал, что неолиберальный курс правительства Тэтчер не привел к разрушению созданной после второй мировой войны социал-реформистской модели, хотя сильно ее модифицировал.
В России тематика взаимосвязи развития партийной системы и электората не изучена вовсе. Британский электорат изучен мало. Из вышесказанного видно, что основой послужили работы британских авторов.
На русском языке мы встречаем лишь с десяток работ, как правило, статей в периодике, посвященных проблематике эволюции британского электората.
Политическая литература по теме нового лейборизма даже в самой Великобритании разработана в меньшей степени. Для освещения вопросов основания и деятельности социал-демократической партии привлекаются работы Я. Брэдли, А. Кроу и Э. Кинга, воспоминания Д. Оуэна. Общий анализ социал-демократической традиции в XX веке был дан Д. Сэссуном. О политике либеральных демократов и ее соотношении с действиями социал-демократов и лейбористов писал А. Сир.
Российские исследователи внесли свой вклад в изучение современной социал-демократии. К анализу эволюции британского лейборизма и развития рабочего движения обращались А.Н. Байкова, Л.Е. Кертман, П.М. Степанова, И.Н. Ундасынов, С.А. Чернецкий. Проблему поиска идентификации европейской социал-демократии рассматривала И.В. Данилевич. Эволюцию трудовых отношений в условиях рыночной экономики исследовал М.Э. Краморов. Широкий европейский опыт социал-реформистских организаций в конце 80-х - начале 90-х гг. был представлен в сборнике статей "От кризиса к поискам обновления".
К вопросу о соотношении либерального и социал-демократического течений общественной мысли обращались К.С.Гаджиев, В.В.Согрин. Типологизацию первого с выделением ряда реформаторских разновидностей дал Д.В.Кухарчук. Эволюцию идеологии лейборизма анализировали С.В.Алимов, Е.И.Удальцов. Анализу концепций "новейших левых" посвящены работы Е.В. Осиновой. Ряд аспектов коммунитарной мысли и кризиса неолиберализма раскрыл Г.Г.Пирогов. Современные экономические концепции британских лейбористов описал А. Кочетков. Рассмотрение современных интерпретаций кейнсианства предприняла И.М. Осадчая. В книге "Тэтчер и тэтчеризм" С.П. Перегудов определенное место уделил оценке идей нового лейборизма.
Немало работ посвящено контексту СМИ в рамках избирательных кампаний. Можно назвать следующие работы:
- Е. Барендт. Законодательство о телерадиовещании: исследование регулирования в Европе и Соединенных Штатах, издание Оксфордского университета, 1993 г.
- Совет Европы. Справочник для обозревателей на выборах, Страсбург, 1992 г.
- Исследовательская группа Евромедиа. Средства массовой информации в Западной Европе: Справочник Евромедиа. Лондон, "Сейдж Пабликейшнз", 1992 г.
- Европейский институт средств массовой информации. Политическое содержание телерадиовещания, Манчестер, 1991 г.
- А. Прагнелл и И. Джерджелли, -- редакторы. Свобода и контроль: составные части вещательных услуг в демократических странах. Европейский институт средств массовой информации, Манчестер, 1990 г.
- К.Якубович. Избирательная кампания на радио и телевидении: общие принципы. В сборнике под ред.: А.Прагнелл, И.Джерджелли, "Политическое содержание теле- и радиовещания", Дюссельдорф, Европейский институт средств массовой информации, 1992 г.
- Г.К.Робертс - редактор. Доступ к политическому вещанию в ЕЭС, Манчестер, 1984 г.
- Международная юридическая группа по правам человека (Л. Гарбер). Основные направления обзора международных избирательных систем, Вашингтон, 1984 г.
- Национальный демократический институт международных отношений (Л. Гарбер и Е. Бьернлунд, редакторы). Новая демократическая граница: отчет о выборах в Центральной и Восточной Европе по странам, Вашингтон, Национальный демократических институт международных отношений, 1992 г.
- Создание государства: ООН и Намибия. Вашингтон, 1990 г.
- Британская радиовещательная корпорация, "Опросы общественного мнения в ходе общих выборов", Совет Би-Би-Си по редакционной политике, март 1992 г., [1]. Би-Би-Си, 1992 г.
- А.Е. Бойль. "Политическое вещание, справедливость и административное право", Публичное право, 1986 г., N 562.
- Секретариат Британского Содружества Наций. "Основные положения по созданию органов Содружества по наблюдению за выборами в странах-членах Содружества", 1992 г.
- Г.Х. Фокс. "Право политического участия по международному праву", Вестник международного права Йельского университета, 1992, N 17, стр. 539.
- Т.М. Франк. "Возникновение права демократического правления", Американский вестник международного права, 1992, N 86, стр. 46.
- Л. Гарбер. "Новая эра миротворчества, Объединенные нации и контроль за выборами", Национальный демократический институт международных отношений, 1993 г.
- Н. Горелик. "Средства массовой информации: укрепление доверия в ходе избирательного процесса", в издании: Возрастание роли межправительственных организаций по наблюдению за ходом выборов: учебный семинар для Организации Африканского Единства, Африкано-Американский институт и Национально-демократический институт международных отношений, 1992 г.
- Генеральный секретарь Организации американских государств. "Руководство для обозревателей: обзор избирательного процесса, Никарагуа, 1989-1990 гг.", ОАГ, 1990 г.
- Д. Падилла и Е. Хупперт. "Международный обзор избирательных систем: укрепление принципа свободных и честных выборов", Вестник международного права университета Эмори, 1993, N 7, стр. 73.
- Д. Шелтон. "Представительная демократия и права человека в Западном Хемпшире", Вестник законодательства о правах человека, 1991, N 12, стр. 353.
- Х.Дж. Стейнер. "Политическое участие как одно из прав человека", Гарвардский ежегодник прав человека, 1988, N 1, стр. 77.
- Д. Вебстер и Б. Венгам. "Электронные СМИ и освещение выборов: некоторые наблюдения", Материалы о возрастании роли межправительственных организаций по наблюдению за ходом выборов: учебный семинар для Организации африканского Единства. Африкано-Американский институт и Национально-демократических институт международных отношений, 1992 г.

Глава 1. Избирательная система как составная часть партийно-политической системы Великобритании.

§1 Основные особенности избирательной системы Великобритании.

Процедура, предполагающая регулярное проведение выборов в представительные органы, не всегда адекватно выявлению демократического волеизъявления народа. Нередко она искажается при помощи механизма избирательной системы, деформирующего пропорции представительства, а также путем манипуляции общественным сознанием с использованием средств целенаправленного воздействия на электоральное поведение. Вместе с тем, результаты выборов содержат важную информацию, позволяющую судить о расстановке общественных сил и, следовательно, о направлении социально-политического развития в стране. Анализ такой информации имеет как теоретическое, так и прикладное значение. Он позволяет выявить закономерности политической социализации индивида, малых и больших групп, дает представление об иерархии факторов, определяющих и видоизменяющих политическое поведение, помогает оценить степень политической напряженности в обществе, делает более вероятными общественно-политические прогнозы. Для партий и других общественных сил, участвующих в политическом процессе осмысление электоральной статистики и ее сопоставление с первоначальными целевыми установками является непременным условием объективной оценки соответствия своих установок, своего политического поведения, общественной ситуации и общественным настроениям, основанной на этом корректировки политического курса избирательной стратегии и тактики.
По характеру избираемого органа выборы делятся на президентские, парламентские, муниципальные и другие; по видам (по причине их обуславливающей) выборы бывают очередные, проводимые по истечении срока полномочий выборного органа, внеочередные, проводимые вследствие досрочного прекращения выборным органом своей деятельности (например, досрочный роспуск парламента), и дополнительные, проводимые для пополнения представительного учреждения (при выбытии из него одного или нескольких членов). В данном исследовании автор рассматривает только парламентские всеобщие выборы.
Существующая система выборов в британскую нижнюю палату парламента представляет собой мажоритарную систему относительного большинства, выборы проводятся в один тур. От каждого избирательного округа избирается один депутат. Как правило по одному и тому же округу баллотируются несколько кандидатов, в случае, когда их количество больше двух выигрывает и тот, кто получает 51% голосов, и тот, кто получает, например, 21%, в случае, если остальные получили меньше. Эта система ещё называется “первый проходит” (
first - past - the post). Голоса меньшинства в каждом округе пропадают. Они никак не сказываются на распределении мест в парламенте. Поэтому проигравшие партии (победившие в меньшем числе округов), особенно те, что оказываются дальше второго места, резко дискриминируются, и за их счет вознаграждаются победители, получающие лишние мандаты. Исход голосования определяется не в масштабе всей страны, а по отдельным округам, и совершенно неважно, была ли там одержана победа с большим перевесом, или получено преимущество всего в один голос. Важно лишь иметь перевес в большем числе округов.
Избирательным округом является территория, на которой развертывается избирательная кампания, проводится выдвижение кандидатов, действуют политические партии и органы по проведению выборов. Соединенное Королевство разделено на столько избирательных округов, сколько существует мандатов в нижнюю палату. По данным на 1979 год их было 635, из них 516 отведено Англии, 71 - Шотландии, 36 - Уэльсу и 12 - Северной Ирландии. Количество мандатов несколько раз изменялось и к 1997 году составило 659 Butler D. British general elections since 1945. - Oxford, 1984. P. 80 - 115.. Жители каждого округа, обладающие правом голоса, выбирают одного депутата в Палату общин. Очевидно, что образование совершенно равных по численности населения избирательных округов, каждый из которых представлял бы избранный депутат- задача практически невыполнимая, поскольку происходит постоянное перемещение населения, изменение его численности. Установленные законом границы округов менее подвижны, чем изменение состава населения. Закон устанавливает примерное равенство округов, которое постепенно меняется European journal of political research, 1989; Vol. 13, № 4, P. 45. . Неравенства представительства возникают тогда, когда законодатель оставляет избирательные округа неизменными в течение длительного времени. Лучшим примером в этом отношении служит Великобритания 16-19 в.в., где существовали так называемые “гнилые местечки” и не проводилось перераспределение округов, несмотря на промышленную революцию. В 1831 году такие крупные города, как Бирмингем, Лидс и Манчестер, не имели ни одного депутата в палате общин, тогда как местечко Олд Сарум с семью избирателями посылало двух депутатов, а Данвич, наполовину затопленный Северным морем, насчитывая одного избирателя, был представлен в палате общин одним депутатом. Лишь в 19 веке эти фиктивные округа были упразднены в пользу новых городов, ранее лишенных представительства. В настоящее время границы избирательных округов пересматриваются каждые 8-12 лет (последний раз - в 1991г.) Norris Pippa. British elections and parties yearbook. - N.Y., 1992. P. 129 - 131. и утверждаются парламентом в соответствии с представлением четырех парламентских комиссий по границам избирательных округов соответственно для Англии, Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии. Номинальным председателем комиссий является спикер Палаты общин, но на практике комиссиями управляет заместитель председателя, который в каждой комиссии занимает должность старшего судьи. Для проведения голосования образуются избирательные участки.
Контроль за проведением выборов в каждом избирательном округе осуществляет уполномоченный по выборам. Как правило, это чиновник старшего ранга местной администрации, в ведении которого находятся составление списков избирателей, определение мест для голосования на избирательных участках, набор штата сотрудников для подготовки и проведения голосования, а также взаимодействие с кандидатами в члены парламента через их доверенных лиц.
Заместителем уполномоченного по выборам является ответственный за регистрацию - также чиновник местной администрации. Известны две системы регистрации избирателей: постоянная и периодическая. При постоянной системе, например, в США, избиратель должен зарегистрироваться только один раз. А необходимые исправления в избирательные списки вносятся лишь в случае изменения места жительства или фамилии избирателя, а также в случае смерти. Как правило, при этой системе в избирательных списках накапливаются “мертвые души”, что создает потенциальную возможность для разного рода фальсификаций итогов выборов. В Великобритании действует периодическая система регистрации, при которой, в установленные законом сроки избирательные списки аннулируются. Избиратели должны регистрироваться вновь.
Ежегодно список избирателей обновляется по состоянию на 16 февраля каждого года и действителен для любых выборов до 15 февраля следующего года Mackie Th. T., Rose R. The international almanac of electoral history. --- N. Y., 1982. P. 410 - 411. . Метод регистрации избирателей не одинаков в различных частях страны, но похож на процедуру переписи населения. Каждый избиратель имеет свой номер в избирательном списке. Гражданин может быть внесен в несколько избирательных списков, но он обладает одним голосом. Незадолго до дня выборов уполномоченный по выборам рассылает каждому избирателю, чье имя занесено в регистрационный список, избирательное извещение, где обычно указаны название избирательного округа, имя избирателя, его адрес, регистрационный номер, дата проведения выборов, местоположение избирательного участка и время его работы.
Право участия в парламентских выборах имеют граждане Великобритании, достигшие 18 лет и не отстраненные, в соответствии с законом, от процесса голосования. Граждане стран Британского Содружества и Республики Ирландии, также имеют право голоса. В свою очередь, граждане Великобритании, постоянно проживающие за пределами Соединенного Королевства не более 20 лет, вправе подать просьбу о регистрации для участия в выборах Britain 1990. An official Handbook. - London, 1990. P. 251..
Не могут принимать участие в голосовании: члены Палаты лордов; иностранные граждане, проживающие постоянно в Великобритании; лица, официально признанные недееспособными; находящиеся на принудительном лучении в психиатрических больницах; отбывающие тюремное заключение; осужденные в последние пять лет за коррупцию или деликты** Деликт избирательный - нарушение установленных правил, имеющее целью сфальсифицировать результаты голосования или повлиять на них. в ходе проведения выборов. Голосование на выборах не является обязательным Ibid. P. 255..
Право быть избранным в Палату общин получает любой гражданин Великобритании, стран Британского Содружества и Республики Ирландия по достижению им 21 года. Неизбирательность распространяется на тех, кто: в судебном порядке признан банкротом; приговорен более чем к одному году лишения свободы; является служителем Английской Церкви, Церквей Шотландии и Ирландии, а также Римско-католической церкви; является членом Палаты лордов или состоит на государственной службе в качестве чиновника, судьи, сотрудника правоохранительных органов, профессионального военного или полицейского, должностного лица местных органов управления Избирательные системы в свете мирового опыта ( законодательство и практика). - М., 1991. С. 89..
Лидер партии, которая получила большинство голосов на всеобщих парламентских выборах или поддержку большинства во вновь избранной Палате общин, получает приглашение королевы сформировать и возглавить кабинет министров. Королева также объявляет о созыве нового парламента.
Избирательные кампании в Великобритании имеют ряд компонентов - определение даты голосования, продолжительность избирательной кампании, механизм сбора подписей в поддержку кандидата, масштаб, характер и технология предвыборной агитационной работы.
В Великобритании только премьер-министр вправе определять дату выборов, не дожидаясь формального истечения срока полномочий правительства. Если в рамках “обычной” легислатуры парламентские выборы проводятся один раз в пять лет и обычно премьер-министр просит королеву распустить парламент и объявить о проведении очередных выборов ещё до истечения полного пятилетнего срока, то “укороченная” легислатура предопределяется либо выражением палатой общин вотума недоверия правительству, либо решением премьер-министра - лидера партии в палате общин. Выборы обычно проводятся не позднее чем через 17 дней (исключая выходные и праздничные дни) после роспуска парламента Katz Richard S. A theory of parties and electoral system. - London., 1980. P. 231.; таким образом, предвыборная кампания длится, как правило, 3-4 недели. В этом смысле выборы 1997 года составили исключение - предвыборная кампания (в основном из-за пасхальных праздников) длилась шесть недель.
Для выдвижения кандидатом необходимо проживать, работать или - и это отличительная особенность британской избирательной системы - владеть собственностью в пределах границ местного органа в течение не менее 12 месяцев Холодковский К. Г. Как выбирают в парламент в странах Европы, Америки, Азии. -- М., 1993. С. 78 - 79.. Необходимо, чтобы документ о выдвижении кандидата был подан в течение восьми дней с момента роспуска парламента и подписан двумя рекомендующими из числа избирателей округа, а также как минимум восемью другими избирателями, включая лицо, предложившее кандидатуру и поддерживающее ее (т.е. применяется “правило смешанной системы” подписей избирателей данного и любого другого избирательных округов). Британские политические партии не упоминаются в законодательстве, и их правовой статус не отличается от статуса любой другой добровольной организации. Поэтому закон предоставляет право выдвижения кандидатов на выборные должности отдельным гражданам или их группам. Формально любой гражданин, отвечающий избирательным цензам, может баллотироваться на выборах в парламент.
Каждый кандидат должен назначить доверенное лицо по проведению выборов, а по окончании периода выдвижения кандидатур полное имя и адрес доверенного лица должны быть сообщены уполномоченному по выборам. Случаи, когда кандидаты не прибегают к помощи доверенных лиц, возможны, но не типичны. На практике доверенной лицо часто является профессиональным политическим активистом на постоянной службе. Доверенные лица несут ответственность за проведение избирательной кампании и должны отчитаться за расходы кандидата в течение 35 дней со дня выборов.
К началу своей избирательной кампании каждый кандидат обязан положить на личный предвыборный счет неснижаемый депозит в размере 500 фунтов стерлингов (т.е. применяется “правило личного залогового финансирования”), который кандидат теряет в случае, если в ходе выборов он не набрал 5 процентов голосов от общего числа поданных в своем округе Butler D. British general elections since 1945. - Oxford, 1989. P. 65..
Официальные расходы на проведение парламентских выборов несет правительство. В настоящее время максимальная разрешенная сумма расходования денежных средств каждым кандидатом составляет 4642 фунта стерлингов плюс 3,9 пенса в расчете на каждого имеющего право голоса жителя избирательного округа в городских районах Великобритании с высокой плотностью населения и 4642 фунта стерлингов плюс 5,2 пенса в расчете на каждого имеющего право голоса жителя избирательного округа в менее населенных сельских районах страны Britain. An official Handbook 1997. - London, 1997. P. 231.. Квоты, установленные в отношении расходов кандидатов, не применяются к суммам, которые могут израсходовать на проведение предвыборной кампании политические партии. Они могут тратить любые средства на политические передачи с участием членов партии, на встречи с партийными лидерами и всеобщую рекламную кампанию.
Формально агитационная кампания начинается после официального выдвижения и регистрации кандидатов. Фактически же она берет старт гораздо раньше, часто до объявления даты выборов. Партии стремятся успеть завладеть вниманием избирателей, сделать узнаваемыми лица ее потенциальных кандидатов, запечатлеть в памяти граждан броские партийные лозунги. Реклама избирательной кампании стремится быть броской, воздействовать скорее на эмоции и воображение избирателя, а уже во вторую очередь - на разум или скорее здравый смысл. Очень большую роль играет в ней выразительный образ, имидж кандидата и его партии.
Агитация за кандидата заключается в том, что местные партийные активисты посещают дома избирателей и узнают, намерены ли они голосовать за кандидата от их партии. Имея в своем распоряжении списки избирателей, партийные функционеры через широкую сеть добровольцев стараются дойти буквально до каждого избирателя, призывая его поддержать кандидатуру, предложенную партией, а непосредственно в день выборов - обеспечить явку избирателей на избирательные участки (в случае необходимости избирателям предлагают подвезти их на “партийном” автомобиле). Существует даже своеобразная традиция “канвассинга” - обходов избирателей от “крыльца к крыльцу”, во время которых кандидат, его агент или партийные активисты стремятся поговорить с максимальным количеством избирателей.
Основные партии выставляют своих кандидатов во всех избирательных округах, и многие из них известны как “надежные” (большинство избирателей округа традиционно голосуют за одну партию, которая и побеждает там без особого труда), поэтому в этих условиях основной объем агитационной работы сосредотачивается на “ненадежных” округах, в которых кандидат обычно избирается незначительным большинством голосов. Все партии публикуют более или менее подробные избирательные манифесты с изложением программы действий после победы на выборах. Внимание в них, как правило, сосредоточено на нескольких основных вопросах Heath A., Jowell R., Curtice J. How Britain Votes. - Oxford, 1985. P. 12. .
В 80-е годы такой подход являлся сердцевиной предвыборной деятельности большинства партий в избирательных округах. Однако в 90-е годы технология информатики стала тем фактором, который сделал предвыборные кампании более “индивидуальными”. В настоящее время во многих местных отделениях партий имеются компьютеры для хранения необходимой информации о каждом избирателе, и созданный банк данных используется для рассылки брошюр или писем, содержание которых отличается в зависимости от возможных забот и проблем получателя (в соответствие с законодательством каждый кандидат имеет право на бесплатную отправку одного письма в адрес каждого владельца дома в своем избирательном округе) Ibid. P, 56..
Предвыборная кампания кандидатов широко освещается средствами массовой информации Великобритании. Британское телевидение (как и радиовещание) находится под контролем государства и передачи политического характера транслируются главным образом через государственную корпорацию ВВС. Партиям запрещено прибегать к телевизионной рекламе, однако каждая из них имеет право создавать так называемые партийно-политические передачи, которые передаются по радио и телевидению бесплатно. Их количество зависит от парламентского “веса” партии и числа кандидатов в депутаты.
Согласно неписаным правилам, как только в стране объявляется дата парламентских выборов, ВВС по своим каналам планирует выделение эфирного времени политическим партиям для ведения предвыборных передач. Главные партии Великобритании сами решают, как будет распределено время передач между ними, причем начинает и заканчивает предвыборную телеагитацию правящая партия.
Обычно Консервативная и Лейбористская партии делят эфирное время поровну, Социал-либеральным демократам предоставляется половина времени главных партий страны. Национальные партии Северной Ирландии, Шотландии и Уэльса получают его в своих регионах. Все остальные партии могут требовать предоставления им эфирного времени для изложения своей предвыборной программы лишь при выдвижении не менее 50 кандидатов в избирательных округах Евдокимов В. Б. Политические партии в зарубежных странах. -Екатеринбург. 1992. С. 70. .
Избирательной кампании уделяется основное место на страницах национальных газет, а радио и телевидение предлагает вниманию слушателей и телезрителей специальные программы, посвященные выборам, и расширяет спектр программ новостей с тем, чтобы охватить больший круг вопросов. Специальные программы включают дискуссии двух политиков, принадлежащих к противоборствующим партиям. Политическую линию определенной партии проводят не только газеты, которые являются официальными органами партий, но и беспартийные, “независимые”. Например, интересы Консервативной партии до недавнего времени отражали “Таймс”, “Дейли мейл”, “Дейли экспресс, “Сан”, взгляды второй влиятельной партии страны - Лейбористской - “Гардиан”, “Обсервер”, “Дейли миррор”.
Одним из важных элементов предвыборной кампании являются опросы общественного мнения, цель которых заключается в составлении точной картины установок и мнений потенциальных избирателей на момент проведения опроса Britain at the Polls. - London, 1995. P. 25.. Подобные обследования включают в себя выявление:
· Электоральных намерений;
· Отношения к экономическому и политическому положению в стране, регионе;
· Проблем, наиболее остро стоящих перед избирателями;
· Сильных и слабых сторон всех кандидатов, участвующих в выборах;
· Имиджа партии и ее кандидатов: доверяют ли им, считают ли их способными к политическому лидерству;
· Кандидата, вызывающего наибольшее доверие и лидирующего с точки зрения избирателей;
Почти все британские газеты проводят собственные опросы общественного мнения. Национальные опросы общественного мнения охватывают от 1000 до 2000 человек, проживающих в различных частях страны, которые выбираются таким образом, чтобы как можно полнее представлять различные слои избирательного корпуса.
Всеобщие парламентские выборы в Великобритании проходят по четвергам с 7 до 22 часов. В случае открытого применения силы и беспорядков закон предусматривает перенос выборов на следующий день.
Присутствовать на избирательном участке в день голосования разрешено: избирателям; председателю, назначенному уполномоченному по выборам и отвечающему за все процедуры в день голосования на избирательном участке; штатным помощникам председателя; кандидатам и их доверенным лицам.
От избирателей не требуется предъявления документов, удостоверяющих их личность, но многие избиратели приносят с собой избирательное извещение, чтобы регистратору было легче найти их имя в списке. Исключением из правил считается Северная Ирландия, где избиратели обязаны представить документ, удостоверяющий их личность (права, паспорт и так далее), однако наличие фотографии в документе не обязательно Heath A., Jowell R., Curtice J. How Britain Votes. - Oxford, 1985. P. 54..
Следует отметить, что в Великобритании, как и в других странах имеет место проблема абсентеизма - неучастия в голосовании. Одна из наиболее развернутых типологий абсентеизма принадлежит Ж.-П. Шарнэ Маклаков В. В. Избирательное право стран - членов Европейских сообществ. - М., 1992. С. 41., который различает абсентеизм аполитический и политический. Первый включает вынужденный абсентеизм (болезнь, отдаленность от места голосования) и предопределенный, зависящий от различных демографических причин (пол, возраст), а второй - содержит “отказной”, порожденный нежеланием участвовать в голосовании, и “борющийся”, т. е. абсентеизм как политическую позицию. К последнему виду Ж.-П. Шарне относит голосование недействительными и незаполненными бюллетенями. На уровень абсентеизма влияют различные обстоятельства.
Абсентеизм, являющейся формой политического поведения избирателей, нельзя не учитывать при оценке итогов голосования. Этот показатель пассивного отношения к голосованию, как массовой политической кампании, не может оцениваться только негативно. Бесспорно, высокий уровень абсентеизма приводит к избранию представительных учреждений меньшей частью избирательного корпуса, в то время как избранные органы, выражая волю меньшинства, будут распространять свою власть на всех избирателей. В то же время абсентеизм не всегда является проявлением политической апатии, возможен и позитивный абсентеизм, когда неучастие в выборах является формой выражения протеста, отношения к предлагаемым реформам или к избираемым лицам.
Для уменьшения абсентеизма имеющие право голоса и включенные в списки для голосования граждане могут не являться лично на избирательный участок, а воспользоваться услугами почты или попросить другого человека проголосовать за них, объяснив причину (так называемое голосование “прокси”). Если избиратель желает проголосовать через доверенное лицо, он должен подписать бумагу, дающую разрешение другому человеку проголосовать от его имени. Имя “прокси” заносится в отдельный список, который отсылается на избирательный участок данного избирателя. В то же время избиратель может проголосовать лично, придя сам на избирательный участок раньше своего доверенного лица. Переносные избирательные урны не используются. Голосование по почте разрешено для избирателей, которые хотя и находятся в Великобритании, но не могут лично голосовать в своем избирательном округе вследствие физической невозможности, по причинам религиозного характера и др. Голосование по почте осуществляется при помощи двух конвертов, бюллетеня для голосования и декларации об установлении личности, которая должна быть удостоверена третьим лицом. Избирательный бюллетень вкладывается в первый конверт, который вместе с декларацией помещается во второй. Каждый из документов имеет один и тот же номер. Точные правила о вскрытии конвертов позволяют сохранить тайну голосования Butler D., Kavanagh D. The British General Elections of 1987. - London, 1989. P.275..
Избиратель получает единственный бюллетень, где в алфавитном порядке перечисляются фамилии кандидатов обязательно с указанием места их проживания. Предусмотрены специальные процедуры, позволяющие голосовать тем, кто не умеет читать или физически не дееспособен.
Специальные, так называемые тендерные бюллетени получают избиратели, которые, придя на избирательный участок, обнаружили пометку напротив своего имени. Недоразумения возникают вследствие оплошности, допущенной служащим при регистрации другого избирателя, или если кто-то проголосовал, назвавшись чужим именем. Тендерный бюллетень напечатан на специальной цветной бумаге (обычно розовой). После заполнения он не опускается в избирательную урну, а отдается председателю. Все тендерные бюллетени собираются и упаковываются отдельно и затем отсылаются в счетный центр. Пакет с тендерными бюллетенями открывается только в том случае, если результат выборов подвергается сомнению и проверяется Судом по выборам. Однако на практике такие бюллетени приходится использовать крайне редко Ibid. P. 298..
Избирательный участок закрывается в 22 часа. Председатель и его служащие запечатывают избирательные урны и избирательные материалы (неиспользованные бюллетени и корешки к ним, испорченные бюллетени, тендерные бюллетени, помеченные копии регистрационного списка, корешки от использованных бюллетеней, различные листы и декларации). Председатель составляет отчет о количестве вверенных ему бюллетеней и о том, сколько из них было не использовано, испорчено, выдано, но не использовано, какое количество составили тендерные бюллетени.
Избирательные урны и другие материалы отвозятся в счетный центр лично председателем или дежурным полицейским. Счетные центры обычно располагаются в спортивных залах, школах, больших административных помещениях. Подсчет производится сразу после доставки бюллетеней. В счетном центре разрешено присутствовать уполномоченному по выборам, счетчикам, кандидатам, их супругам, доверенным лицам кандидатов и их помощникам, в функции которых входит наблюдение за подсчетом голосов, полицейским.
Уполномоченный по выборам имеет право допускать в счетный центр других людей, в том числе и зарубежных представителей, предварительно проконсультировавшись с доверенными лицами кандидатов. Журналисты и представители телевизионных компаний также могут быть допущены, но во время проверки использованных бюллетеней телекамеры должны быть отключены. Журналистам не разрешается комментировать результаты подсчета до их официального объявления.
Сначала счетчики подсчитывают бюллетени в каждой коробке и сверяют полученный результат с письменным отчетом о количестве бюллетеней. Для этого пакеты с неиспользованными, испорченными и тендерными бюллетенями открываются, бюллетени пересчитываются и запечатываются. Затем полученные по почте бюллетени перемешиваются с остальными и раскладываются по фамилиям кандидатов. Бюллетени, вызывающие сомнения, откладываются в сторону, и уполномоченный по выборам принимает решение об их действительности.
Если результаты подсчета по разным кандидатам лишь незначительно отличаются между собой, кандидаты и их агенты по выборам могут просить о проведении пересчета. Решение об этом принимает уполномоченный по выборам. Если кандидаты набрали одинаковое количество голосов, победитель определяется жеребьевкой.
Споры и нарушения, связанные с выборами, рассматриваются обычными судами и Судом по выборам. Любой из зарегистрированных избирателей, кандидат или его агент могут подать ходатайство, подвергнув сомнению результаты выборов, в течение 21 дня после объявления результатов. В последние годы такие случаи имели место в основном в Северной Ирландии. Если суд признал недействительной победу кандидата, он имеет право либо назначить новые выборы в избирательном округе, либо признать победу за вторым по количеству набранных голосов кандидатом. Последний случай, когда Суд потребовал отменить результаты выборов в связи с нарушениями, был зарегистрирован в 1923 году Маклаков В. В. Избирательное право стран - членов Европейских сообществ. - М., 1992. С. 32..
Результаты голосования по большинству избирательных округов становятся известны уже в течение 5-6 часов после официального закрытия избирательных участков; в сельских избирательных округах результаты выборов объявляются, как правило, на следующий день. Как только подсчет бюллетеней закончен, уполномоченный по выборам объявляет кандидата, который получил большинство голосов, количество голосов, полученных каждым кандидатом, и количество недействительных бюллетеней. Он также обязан вывести объявление о результатах выборов.
Если в целом характеризовать британскую избирательную систему, то необходимо отметить, что она, как и любая избирательная система имеет ряд недостатков, например значительная часть населения страны остается не представленной в органах власти, а партия, получившая на выборах меньше голосов, чем ее соперники, может оказаться представленной в парламенте большинством депутатских мест. Результаты любых выборов при данной системе зависят не только от того, как голосуют избиратели, но и от того, как их голоса распределены по избирательным округам, и как эти округа распределяются по стране.
В то же время мажоритарная система проста и понятна. Здесь не требуется ни сложных расчетов, ни неясных для рядовых избирателей маневров с общими списками. Одно из ее преимуществ - тесная связь между депутатами и избирателями. Поскольку округа одномандатные, каждый депутат в единственном числе представляет свой округ. На выборах соревнуются не безликие списки, а кандидаты, чьи личностные качества небезразличны избирателям.
К числу положительных свойств мажоритарной избирательной системы относится и то, что в ней заложены возможности формирования эффективно работающего и стабильного правительства. Она позволяет крупным, хорошо организованным политическим партиям легко побеждать на выборах и создавать однопартийные правительства. Созданные на этой основе органы власти являются устойчивыми и способными проводить твердую государственную политику.
В связи с вышесказанным представляется актуальным рассмотреть далее партийно - политическую систему Великобритании, ее основные черты и особенности функционирования.

§2 Особенности партийно-политической системы Великобритании и основные характеристики внутриполитической обстановки накануне парламентских выборов 1979 года.

Современная партийно-политическая система Великобритании сложилась начиная с реформы 1832 г. Можно сказать, что в основном это произошло в викторианскую эпоху. После первой мировой войны и до наших дней парламент и вся партийно-политическая система фактически мало изменились. Законодательная власть принадлежит двухпалатному парламенту (верхняя неизбираемая палата Лордов и нижняя палата Общин, которая избирается прямым всеобщим голосованием).
Английский парламент является не только специфичес-ким, но в своем роде уникальным политическим явлением. Это объясняется прежде всего тем, что Великобритания - одна из немногих стран, не имеющих до сих пор письменной конституции. Поэтому законы, принимаемые парламентом и особенно важные, носящие в той или иной степени конституционный характер являются, более весомыми, чем в других странах, имеющих закрепленные конституции. История Великобритании показала, что отсутствие в стране такой конституций может быть определенным преимуществом как бы это ни казалось парадоксальным. За последние 300 лет многие страны европейского континента пережили революцию, смену форм правления, не раз поменяли свои конституции. А Великобритания в основном избегала подобных потрясений, оставаясь оплотом относительной стабильности, несмотря на отсутствие формальной конституции.
Другой важной специфической чертой английского парламента является его удивительная способность к саморазвитию. Лишь реформа 1832 г, явилась результатом ожесточенной борьбы. Последующие аналогичные действия в 1867, 1884 и 1918 годах осуществлялись в более спокойной обстановке и были в какой-то степени результатом доброй воли правительств и парламента. Разумеется, каждая из этих реформ с необходимостью отвечала накопившимся в стране потребностям. Но с другой стороны, все они работали в какой-то степени и на опережение. Каждая из трех перечисленных реформ избиратель-ного права увеличивала электорат примерно вдвое (реформа 1832 г. - втрое)
Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. - М., 1997. С.170.. Это обеспечило сравнительную плавность, многоступенчатость эволюции всей политической системы страны. Такая способность парламента к саморазвитию удачно сочетала в себе обеспечивающий стабильность здоровый кон-серватизм и необходимый динамизм. Эти качества английского парламента способствовали тому, что граждане до сих пор сохранили веру в исключительную роль своего высшего представительного учреждения.
Наконец, важным свидетельством настроения британцев является тот факт, что за последние 70 лет во всеобщих парламентских выборах уча-ствовало в среднем три четверти, имевших право голоса и ни разу меньше 71%(т.е. низкий процент абсентеизма) Из истории европейского парламентаризма: Великобритания. - М., 1995. С.164.. Это весьма высокие и стабильные показате-ли в особенности по сравнения с некоторыми странам европейского континента. Все это свидетельствует, что граждане Великобритании до сих пор очень серьезно относятся к парламентским выборам и к самому парламенту, видя в нем главную опору и гарантии стабильности и порядка в стране и одновременно залог ее прогрессивного развития. Этот психологический фактор, действующий на протяжении многих десятилетий, трудно уловим, но чрезвычайно важен.
Стержнем политической структуры Великобритании явля-ется двухпартийная система, две основные партии состоят в особых отношениях с государством, как основой всей политической системы. Только руководство двух этих партий участвует в формировании правительства, лишь ему принадлежит определяющая роль в парламенте, только оно находится (хотя и в ограниченной степени) в непосредственных отношениях с аппаратом профессиональных чиновников в министерствах и центральных ведомствах. Существование двухпартийной системы с ее специфическим связями между государством и руководством двух парий создает неблагоприятную для остальных партий политическую ситуацию, ибо их отношения с государством носит гораздо более ограниченный характер. Члены этих партий, правда, принимают участие в деятельности выборных органов государства, но фракции третьих партий, как правило, играют там второстепенную роль. Что же касается отношений третьих партий с правительством, то они вообще исключены (или почти исключены) из этой сферы.
Две основные партии меняют друг друга, действуя по принципу маятника Сэмпсон А. Новая анатомия Британии. - М., 1975. С.51.. Это придает парламенту большую устойчивость и обеспечивает преемственность его деятельности. Правда, такой “маятник” не действует чисто механически. Иногда он надолго “застревает” в одном положении. Примером могут служить несколько побед подряд на выборах консервативной партии в 1950-е, 1980-е и 1990-е годы. Подобное встречалось и прежде. Достаточно вспомнить многолетние правления тори перед реформой 1832 года. Однако эти особые периоды в целом не нарушают принципа двух-партийности. А саму систему по-видимому можно считать одним из важнейших факторов относительно устойчивого политическо-го развития Великобритании за последние три столетия.
Добротность, надежность функционирования партийно-политической системы Великобритании подтверждаются тем, что вестминстерская или англо-саксонская модель демократии получила довольно широкое распространение в мире. С не-большими изменениями она действует во всех бывших английских доминионах. Двухпартийная система прочно утвердилась в США, хотя политический механизм там существенно отличается от бывшей метрополии. Определенное воздействие вестминстерская модель оказала и на многие страны Азии и Афри-ки, бывшие колониями Великобритании, Однако это влияние оказалось весьма поверхностным, так как в странах Юга и Востока господствуют совершенно иные политические, рели-гиозные и культурные традиции. Тем не менее мировая исто-рия свидетельствует об известном универсализме британской политической системы, в центре которой стоит парламент Кертман Л.Е. География, история и культура Англии. - М., 1979. С.75-93.. Конечно, этот универсализм весьма относителен, хотя мно-гие политики Великобритании XX века пропагандировали вестминстерскую модель, как образец наилучшим образом пригодный для политического устройства всех народов.
До первой мировой войны в английском парламенте были фактически две партии с фракциями внутри них. Либералы, а вслед за ними и консерваторы в 70-е - 80-е годы прошлого столетия создали постоянно действующие местные организации благодаря чему превратились фактически в политические партии. На рубеже веков с усложнением социальной структуры общества появились и другие политические организации. Однако даже самая массовая из них - лейбористская партия, созданная в 1900 году специально для представительства ра-бочего класса в парламенте, не играла там на первых порах самостоятельной роли, примыкая к либералам. Лишь после пер-вой мировой войны лейбористы становятся по настоящему обще-национальной партией и начинают играть заметную роль в па-лате общин. На выборах 1922 года они впервые стали второй партией в парламенте, навсегда заменив либералов на двухпартийных качелях. Но это сосуществование в течение некоторого време-ни трех сильных партий явилось одной из причин нестабильности в парламенте и ежегодных выборов трижды подряд в 1922-1923 и 1924 годах. После этого полвека никто не мог бросить вызов монополии двух крупнейших политических пар-тий в парламенте.
Главной партией парламента в XX веке безусловно явля-ются консерваторы. В викторианскую эпоху две основные пар-тии сравнительно регулярно сменяли друг друга у кормила правления и общий баланс был даже в пользу либералов. Но после того как они потеряли в 1922 году свое место в двух-партийной системе, консерваторы находились в целом у власти 50 лет из 70-и, а их основные оппоненты - лейбористы лишь 20 лет, при чем только половину этого срока лейбористские правительства опирались на твердое большинство в парламен-те (1945-1950, 1966, 1974 г.г.). К тому же консерваторы побеждали трижды подряд на выборах в 1950-е годы и пять раз, начиная с 1979 года Butler D. British general elections since 1945. - Oxford, 1989. P.170-195.. Крен консерваторов вправо и заметное усиление левых тенденций в лейбористской партии создали к началу 80-х годов ситуацию, существенно отличавшуюся от той, кото-рая существовала в стране в предшествующий период. Впервые в послевоенные годы к власти пришла партия, возглавляемая убежденными “новыми правыми”. Здесь представляется необходимым рассмотреть вопрос об их идейно-политической ориентации, за которой достаточно прочно закрепился термин “новый консерватизм”.
Будучи прямым продолжением линии, возобладавшей и партии в конце 60-х -- начало 70-х годов и получившей тогда наименование “тихой революции” Э.Хита” Observer. XI.25.1970. P.5. , “новый консерватизм” имеет и некоторые черты, существенно от-личающие его от более раннего этапа эволюции партии вправо. Как известно, начав после победы на выборах 1970 г. довольно энергично осуществлять намеченный в оппозиции курс в духе “свободного предпринимательства”, тогдашнее партийное руководство во главе с Хитом уже спустя год-полтора совершило крутой поворот и стало проводить политику, мало чем отличавшуюся от политики предшествовавшего лейбористского правительства. Отка-завшись от того, чтобы оставлять на произвол судьбы обан-кротившиеся или находившиеся на грани банкротства компании, презрительно именовавшиеся вначале “хромы-ми утками”, правительство встало на путь субсидирова-ния их, не гнушаясь и таким, казалось бы неприемлемым для консерваторов средством, как национализация.
Несмотря на некоторое сокращенно темпов роста государственных расходов, правительство не пошло на то, чтобы серьезно нарушить сложившийся в послевоенный период баланс между частными и государственными социальными услугами, и государственным системам социального обслуживания не был нанесен сколько-нибудь существенный урон. Стремясь поставить под более надежный контроль развитие социальных отношений в стране, правительство стало широко использовать систему трехсторонних консультаций между “большим бизнесом”, проф-союзами и государством (за что, кстати, на Хита был на-клеен ярлык “корпоративиста”) The Times. X.30.1971.. В результате роль государства как регулятора экономического развития и социальных отношений не только ни снизилась, но стала еще более возрастать.
Хотя поражение правительства Хита на выборах 1974 г. явилось прежде всего следствием “негибкости” в отношениях с профсоюзами и того высокого накала классовой борьбы в стране, который был вызван антирабочей, антипрофсоюзной политикой тори, в ходе развернувшейся после выборов борьбы за власть и партии его политиче-ские противники сделали акцент совсем на другом. В “ви-ну” Хиту и его ближайшим помощникам была поставлена главным образом “измена” принципам и установкам, со-гласованным в канун прихода партии к власти. “Преда-тельство” ценностей “нового торизма”, растрата “доверия” среди тех, кто голосовал в 1970 г. за этот курс, подмена “чистых принципов” консерватизма технократизмом и корпоративизмом, сползание на позиции главных политических противников тори -- лейбористов -- подобные обвинения и легли в основу той кампании, которую начала сразу после провала на выборах в октябре 1974 г. М. Тэтчер вместе с другими “правыми радикалами” в партий-ном руководстве Bruce-Gardner J. Whatever Happened to the Quiet Revolution. - London, 1974. P. 123-125..
Отличительной чертой развернувшейся внутрипартий-ной борьбы было более активное участие в ней местных организаций, активистов и руководителей низшего и сред-него рангов, чему в немалой степени способствовали и оп-ределенные изменения в системе отбора лидера партии, имевшие место в конце 60-х годов. В ходе выборов нового лидера на парламентариев-тори было оказано сильное дав-ление со стороны партийных организаций избирательных округов, с тем чтобы они голосовали не за Э. Хита и дру-гих “умеренных” кандидатов, а за выступившую с край-них позиций М. Тэтчер. Подобная линия поведения мел-кобуржуазного в своей основе актива консерваторов от-ражала не только накопившееся в его среде недовольство политикой правительства Хита, игнорировавшего нужды мелких и средних предпринимателей, но и более общее стремление последних активнее отстаивать свои жизнен-ные интересы, не полагаясь на “добрую волю” партийных верхов. Этим категориям членов и избирателей партии то-ри, склонным идеализировать “старые, добрые времена свободного предпринимательства”, особенно импонировала “антиэтатистская”, индивидуалистическая фразеология Тэтчер. Впервые получив, таким образом, определенные возможности воздействовать на ситуацию в партии, местный партийный актив консерваторов стал “давить” в на-правлении правого радикализма, и это сразу же дало ощу-тимый результат. Однако никакое давление снизу не сработало бы, если бы основные силы консервативного истэблишмента не были заинтересованы в том, чтобы ис-пытать на посту лидера человека новой формации, который должен был придать партии “популистский” облик и тем самым обеспечить ей более широкую поддержку среди избирателей, а также поднять “мораль” внутри самой пар-тии, приостановить тенденцию к падению численности и дееспособности низовых партийных организаций.
Несмотря на обилие программных, политических и пропагандистских материалов, вышедших во второй поло-вине 70-х годов из-под пера представителей “нового то-ризма”, содержащийся в этих материалах набор идей не отличался особой оригинальностью. Как и в конце 60-х годов, всячески осуждалось “засилье государства”, кото-рому противопоставлялись “индивидуальная свобода” и “личная инициатива”, “свобода индивидуального выбора”, будь то в сфере образования, социального страхования, здравоохранения или в сфере “приложения своих способ-ностей и талантов” New Trends in British Politics since 1975. - London, 1978. P.28-46.. Главным средством осуществления этих принципов должно стать сокращенно прямого налогообложения и финансируемых за счет него государственных расходов на социальные нужды, с тем чтобы “сэко-номленные” таким образом средства потребитель мог тра-тить “по своему усмотрению”. Утверждалось, что, полу-чив необходимую “свободу выбора”, англичане обретут новые стимулы для более напряженной работы, продви-жения по службе, повышения квалификации и тем самым смогут компенсировать ослабление государственной “опе-ки” и обеспечивать себе те социальные услуги, которые до сих пор им предоставляло государство. “Гражданин сам обязан стоять на своих ногах”, а не превращаться в “безынициативного иждивенца государства”, “инициативу трудолюбие, предприимчивость следует поощрять”, а не “зажимать”, “граждане должны иметь право на неравен-ство” -- эти и подобные рассуждения The Times. II.11.1975., удивительно напоминавшие, а нередко и просто дублировавшие то, что го-ворилось и писалось в канун выборов 1970 г., подавались на сей раз с еще большой помпой и на гораздо более вы-соких тонах.
Во всей этой риторике, однако, были и некоторые акценты, которые либо не делались, либо почти не делались в период “тихой революции” Хита. Особенно бросалось в глаза целенаправленное адресование “нового торизма” к мелкому бизнесу. Именно он, по неоднократным заявле-ниям новых лидеров тори, должен более всего выиграть от демонтажа дорогостоящей “государственной опеки”, имен-но он получит мощный стимул для своего развития, кото-рое в свою очередь придаст “новый динамизм” британской экономике. Недооценка, пренебрежение в отношении мел-кого бизнеса вменялись в вину не только лейбористским, но и предшествовавшим консервативным правительствам. Под аналогию мелкого бизнеса подводилась и более ши-рокая идеологическая база. Именно он, заявляли лидеры тори, является носителем лучших британских традиций -- бережливости, сдержанности, инициативы, добропорядочности, честности, неформальных, доверительных отноше-ний между хозяином и рабочим, торговцем и покупате-лем. “Мелкий бизнес прекрасен” -- эти слова стали едва ли не знаменем, под которым развертывалась пропаганда “нового консерватизма”.
Поднимая на щит систему ценностей, свойственную мелкому бизнесу, “новые тори” преследовали далеко иду-щие социальные и политические цели. Они хотели бы ожи-вить мелкобуржуазные настроения, в той или иной мере свойственные широким массам населения, хотя бы символически приобщить к рекламируемой ими “демократии собственников” основные категории рабочего класса, “но-вых средних слоев”. Этим целям служил и ряд конкрет-ных предложений и программ тори: участие в акционер-ном капитале прибыльных национализированных фирм и частных компании занятых в них рабочих и служащих; распродажа муниципальных домов и квартир тем, кто в них проживает; поощрение развития частных систем социального страхования и т. п. В плане чисто политиче-ском эта линия направлена на использование недовольст-ва значительной части сторонников лейбористов (в том числе в рабочем классе и профсоюзах) ростом налогообло-жения, ухудшением состояния систем социального обслуживания, низкими государственными пенсиями, усилением бюрократии. Так, в программном доку-менте партии “Правильный подход” целью номер один политической стратегии партии объявлялась необходи-мость “добиться того, чтобы страна жила по средствам” и была восстановлена “здоровая и динамичная смешанная экономика, в которой налоги станут ниже, а прибыли бу-дут иметь возможность выполнять их надлежащую функ-цию” The Right Approach. A Statement of Conservative Aims. - London, 1976. P.8. . Острая необходимость “восстановления прибылей” подчеркивается и в другом программном заявлении пар-тии -- “Правильный подход к экономике” The Right Approach to the Economy. - London, 1977. P.39.. Главный принцип, который “новые тори” стремились пронести во всей системе социальных услуг,-- это прин-цип превосходства частного над государственным, низве-дение их до уровня “аварийных” служб, рассчитанных лишь на тех, кто не может или, но их мнению, не хочет воспользоваться благам” частных систем.
В то время, как в консервативной партии произошли существенные изменения в идеологических установках, направленных на повышение жизнеспособности тори, политический курс лейбористского руководства, особенно в период его пребывания у власти в 1974-- 1979 гг., основывался на “политике согласия” с круп-ным капиталом и отклонялся все более вправо. В то же время лейбористская партия в целом, ее массовые орга-низации и избираемые демократическим путем высшие партийные органы почти непрерывно эволюционировали влево. Подобного рода разнонаправленность шедших вну-три партии процессов не только способствовала усилению борьбы между ее правым и левым крылом, но и привела к углублению противоречий во взаимоотношениях между “массовой партией” и парламентской фракцией, к общему обострению структурно-организационных и политических проблем лейборизма.
Развитие противоборствующих тенденций в лейбори-стской партии отмечалось большой неравномерностью, в результате чего ни одна из них не доминировала в тече-ние 70-х годов. На протяжении первой половины этого десятилетия, и особенно до февральских выборов 1974 г., ведущей была тенденция к полевению, тогда как во вто-рой половине десятилетия в сфере практической политики возобладала тенденция к поправению, сохранявшая-ся вплоть до поражения партии на выборах 1979 г.
Со всей наглядностью эти новые моменты в расста-новке сил в партии выявились сразу же после поражения на выборах 1970г. Глубокое разочарование, которое вы-звали среди рядовых членов и активистов итоги почти шестилетнего пребывания лейбористов у власти, резкий рост массового рабочего и демократического движения в стране, полевение профсоюзов -- все это способствовало дискредитации правореформистских идей и открывало новые возможности перед левым крылом, давало ему ре-альные шансы овладеть инициативой и перейти в наступ-ление на позиции правого крыла. Не случайно, что именно в начале 70-х годов происходило заметное обновление идейно-политического багажа левого крыла, формулиро-вались концепции и положения, определившие основное направление дальнейшей эволюции его программных и политических требований и установок. В сфере политической миссию глашатая новых идей и нового подхода взял на себя занимавший до конца 60-х годов весьма умеренные позиции бывший министр технологии в правительстве Г. Вильсона А. Бенн. В своих вы-ступлениях в конце 60-х и особенно в начале 70-х годов он довольно быстро перешел с левоцентристских позиций на более последовательно левые позиции,
В опубликованной почти сразу же после поражения партии на выборах 1970 г. брошюре “Новая политика: социалистический поиск” Бенн пытался сконструировать более или менее цельную концепцию политической жизни страны, он выдвинул в этой брошюре ряд предложений, нацеленных на внедрение рабочего контроля и контроля персонала на предприятиях и фир-мах, в государственных учреждениях и средствах массо-вой информации Benn A.W. The New Politics: A Socialist Reconnaissance. - London, 1970. P.11. .
По мере обострения дебатов в лейбористской партии и перенесения центра тяжести на проблемы социально-экономические Бенн довольно быстро пришел к выводу о необходимости “большего равенства, нового, отличного от нынешнего и более справедливого распределения вла-сти и богатства, доходов и ответственности” Benn A.W. Speeches by Tony Benn. - Nottingham, 1974. P.38-39. . Именно по настоянию Бенна и его сторонников в лейбористскую программу 1973 г. было записано положение о необходи-мости осуществления “коренного и необратимого сдвига в распределении власти и богатства в пользу трудящихся и их семей” Labour's Programme for Britain. 1973. - London, 1973. P.7. .
Существенное значение, однако, имела не сама по се-бе эта формула, выражавшая лишь в более оригинальной словесной упаковке идеи, традиционно отстаиваемые ле-вым крылом, а конкретные положения и требования, ко-торые были разработаны левым крылом в качестве средств и путей для ее реализации. Эти положения впервые были выдвинуты в ходе острых дебатов в Национальном испол-нительном комитете и его подкомитетах в начале 70-х го-дов. Большая их часть затем под давлением левого крыла вошла в “Лейбористскую программу для Британии” 1973 г. и в ряд последующих программных документов. Один из ведущих участников этих дебатов, экономист Ст. Холланд, в опубликованных в 1975 г. книгах “Социалистический вызов” и “Стратегия социализма” Holland St. The Socialist Challenge. - London, 1975. The Strategy for Socialism London. 1975. дал развернутую аргументацию выдвинутых в основном по его инициативе идей и предложений, которые продолжают оставаться на-иболее адекватным выражением социально-экономических концепций современного левого лейборизма.
В качестве средства воздействия государства на круп-ные фирмы, остающиеся в частном секторе, Холланд предлагает создание системы “плановых соглашений”, в рамках которых должны определяться параметры их деятельности, координироваться их собственные планы с планами и программами правительства. Полномочным органом, призванным заключать от имени государства подобные соглашения и осуществлять контроль за их выполнением, должно выступать Национальное управле-ние предприятиями. Этому органу вменяется также госу-дарственное субсидирование частного сектора, помощь фирмам, переживающим экономические трудности, и т. д.
Тот факт, что изложенные предложения, касающиеся экономической сферы, равно как и идеи Бенна о “по-литическом участии”, “экономической демократии” Benn A.W. Speeches by Tony Benn. - Nottingham. 1974. P.202-203., были почти целиком включены в основополагающие документы лейбористской партии, безусловно, свидетельствовал о серьезном успехе левого крыла, о “перехвате” им инициативы в одной из важнейших сфер внутрипартийной жизни.
Перейдя в “контрнаступление” на идейно-политическом фронте, левые лейбористы с начала 70-х годов за-няли более четкую линию и в плане борьбы за влияние внутри партии. При этом главная ставка делалась ими ни вытеснение с ключевых позиций представителей край-не правого крыла партии, ведущим деятелем которого выступал в тот период бывший министр финансов Рой Дженкинс. Воспользовавшись тем, что Дженкинс и его сторонники в парламенте (около 70 человек) оказались в явном меньшинстве в вопросе присоединения Велико-британии к “Общему рынку”, левое крыло заметно потес-нило эту группировку с занимаемых ею позиций в партийном руководство, а самому Дженкинсу даже пришлось подать в отставку со своего поста заместителя лидера партии.
Но лишь в первые два года пребывания у власти лейбо-ристского правительства (1974--1975 гг.) оно предпри-няло ряд мер, шедших навстречу требованиям левого крыла: через парла-мент были проведены законы, восстановившие права профсоюзов и уравнявшие права женщин и мужчин на производстве, внесены законопроекты о национализации судостроения и авиастроения, повышены пенсии, осуще-ствлены некоторые другие меры в области социального обслуживания отдельных групп населения. Все последую-щие годы внутренняя политика правительства практиче-ски целиком развивалась под знаком борьбы против инф-ляции, главным образом путем ограничения роста зара-ботной платы, снижения запланированных ранее расхо-дов на социальные нужды, а также введения определенных ограничений на рост цен.
Уход в отставку с поста лидера и премьер-министра Г. Вильсона весной 1970 г. еще более обнажил слабость позиций левого крыла. Новый лидер партии Дж. Каллагэн стал открыто игнорировать его требования.
Левое крыло требовало сделать обязательной проце-дуру отбора и утверждения партийными организациями всех избирательных округов кандидатов лейбористов в канун парламентских выборов (что должно покончить с практикой фактического закрепления мест в парламен-те за однажды избранными лейбористскими парламента-риями) Великобритания. - М., 1981. С.320-322.. Оно также добивалось, чтобы в выборах лидера партии принимал участие широкий круг представителен “массовой партии” (а не только члены парламентской фракции), а также чтобы основную ответственность за составление предвыборного манифеста партии несли не руководство парламентской фракции и не лидер партии (как это было до сих пор), а набранный конференцией партии и подотчетный ей Национальный исполнительный комитет. Рост активности левых сил проявлялся и в заметном усилении леволейбористских группировок типа “Кампа-нии за демократию” в лейбористской партии. В резуль-тате ряда поражений, понесенных представителями пра-вого крыла на выборах в Национальный исполнительный комитет, баланс сил в нем в 1977--1978 гг. еще более сместился в сторону левого крыла, и это, естественно, сразу же сказалось на занимаемых им позициях. Никогда еще разрыв между линией и политикой “массовой партии” и парламентской фракции не был так глубок.
Все это по-новому ставило вопрос о так называемом политическом центре, о месте и роли “третьих” партий в политической жизни страны. Вплоть до 70-х годов роль этих партий была незначи-тельной. Либеральная партия, несмотря на отдельные успехи на дополнительных выборах в конце 50-х и на-чале 60-х годов Городецкая И.Е. Великобритания: избиратели, выборы, партии (1945-1970). - М., 1974. С.53-55., мало кем воспринималась как серьез-ная сила, способная вернуть хотя бы часть того полити-ческого влияния, которым она некогда располагала. Не больше надежд обрести реальный вес имели, казалось, и национальные партии Шотландии и Уэльса. Созданные еще в 20-х годах, они никогда в прошлом не обладали широкой массовой поддержкой, и их влияние распростра-нялось в основном на определенные круги местной мел-кой и средней буржуазии и части интеллигенции, недо-вольных “засильем” англичан в экономике и культуре. Что касается партий Северной Ирландии, то они, как правило, выступали в фарватере либо консервативной (ольстерские юнионисты), либо лейбористской (Лейбо-ристская социал-демократическая партия Северной Ир-ландии) партий.
Однако в начале 70-х годов на ряде дополнительных парламентских и местных выборов либералы и национа-листы стали получать намного большую поддержку, чем прежде. В ходе восьми дополнительных выборов в 1972-- 1973 гг. либералы завоевали четыре новых депутатских мандата. Общее число голосов, собранных ими на этих выборах, превзошло число голосов, поданных за любую из двух главных партий. Не менее крупные успехи были одержаны на местных выборах The Times. IX.30.1972.. Одновременно возрастала популярность национальных партий Шотландии и Уэль-са. В 1972 г. в ответ на введение консервативным прави-тельством элементов пропорциональной системы выборов в местную парламентскую ассамблею Северной Ирлан-дии -- стормонт наиболее влиятельная в провинции пар-тия ольстерских юнионистов порвала традиционный союз с партией консерваторов и образовала самостоятельную фракцию в парламенте. Правда, проведенные в феврале, а затем в октябре 1974 г. всеобщие парламентские выборы не подтвердили наиболее оптимистических ожиданий либералов и нацио-налистов. Тем не менее они выявили существенный рост их влияния и впервые в послевоенной истории дали им возможность активно участвовать в парламентских ком-бинациях. Наиболее серьезным вторжением либералов в преро-гативы правительственной власти явился заключенный в марте 1977 г. лейбористско-либеральный пакт -- согла-шение о сотрудничество двух партий в парламенте, ук-реплявшее пошатнувшееся положение лейбористов после утраты ими абсолютного парламентского большинства. Согласно договоренности, в обмен на оказываемую ему поддержку лейбористское правительство и лейбористская парламентская фракция брали на себя обязательства, ограничивавшие свободу действий правительства (не проводить более мер по национализации, представить в пар-ламент законопроект о прямых выборах в Европейский парламент на основе системы пропорционального представительства), внесли ряд поправок в законопроекты о на-циональной автономии (деволюции) Шотландии и Уэльса, поддержали некоторые из законопроектов либералов. Для периодических консультаций между руководством обеих партии был создан совместный парламентский ко-митет. Основной целью либералов было повысить свой авторитет, создать представление о партии как о серьез-ной политической силе, способной оказывать реальное влияние на принимаемые правительством и парламентом решения. Они рассчитывали, что им удастся пробить пер-вую брешь в существующей избирательной системе (пу-тем введения пропорциональной системы голосования на прямых выборах в Европарламент и на выборах в регио-нальные ассамблеи Шотландии и Уэльса).
Несмотря на некоторые успехи в навязывании лейбо-ристам своих предложений в сфере парламентского зако-нодательства, либералам все же не удалось добиться глав-ного: их влияние на избирателя, начавшее снижаться сразу после выборов 1974 г., продолжало падать. Что касается пропорциональной системы выборов, то при го-лосовании билля о прямых выборах в Европейский парла-мент и биллей о деволюции большинство членов парла-мента проголосовало против того, чтобы эти выборы про-водились по системе, отличной от существующей.
Падение популярности лейбористского правительства и нежелание либералов разделять ответственность за встречавший все большую оппозицию в стране его поли-тический курс побудили либералов заявить о том, что с осени 1978 г. они считают себя свободными от обяза-тельств, взятых по соглашению с лейбористами. Именно такая политическая обстановка и предшествовала парламентским выборам 1979 года,

§3 Выборы 1979 - 1992 годов и партийно-политическая обстановка в Великобритании.

Выборы в Британии 3 мая 1979 года были внеочередными. Они явились следствием положения, сложившегося в парламенте месяцем ранее. Из-за болезни одного из лейбористских депутатов кабинету Каллагэна не хватило одного голоса, чтобы провалить внесенную консерваторами резолюцию недоверия правительству. Это означало, что у правительства не оставалось иного выбора, как распустить парламент и назначить новые выборы за пять месяцев до истечения срока его полномочий. 13 апреля парламент был распушен, и была определена дата выборов. Такая ситуация стала возможной из-за шаткости положения правительства лейбористов в связи с общим ухудшением социально-экономической ситуации, наряду с которой наблюдалось беспрецедентное повышение стачечной активности. Как это случалось уже не раз в недавнем прошлом, слабым местом правительства оказались отношения с профсоюзами. Ещё в июне 1978 года премьер-министр Каллагэн объявил о том, что правительство устанавливает пятипроцентный потолок на повышение заработной платы в течение ближайшего года. Но возможности реализации этого решения оказались весьма ограниченными, и правительство могло воздействовать на переговорный процесс лишь в случаях, когда руководство предприятий или учреждений в той или иной степени от него зависело. В основном это были предприятия и учреждения государственного сектора или же те частные предприятия, которые работали по государственным контрактам. Однако они составляли явное меньшинство, и, когда с осени 1978 года начался процесс повышения заработной платы в частном секторе, профсоюзы государственного сектора стали проявлять возрастающую агрессивность Перегудов С.П. Тэтчер и тэтчеризм. - М., 1996. С.105.. Началась так называемая жаркая зима 1978-1979 годов, в ходе которой забастовки работников государственных служб приобрели столь массовый и угрожающий характер, что оказали самое негативное влияние и на престиж правительства, и на общую социально-политическую обстановку в стране. Количество потерянных рабочих дней достигло небывалого в послевоенный период уровня - 29,5 миллионов Riddell P. The Thatcher Decade. - London, 1989. P.50.. К тому же стачечная активность сопровождалась незапланированным ростом заработной платы (в среднем на 16% вместо планируемых 5%), и соответственно издержек производства, что привело к реальной угрозе нового витка инфляции. Все это серьезно нарушило установившийся баланс в предпочтениях избирателей и во многом способствовало резкому повышению ставок консерваторов. Сохранявшееся вплоть до начала забастовок лидирующее положение лейбористов быстро сменилось превосходством тори, примерно вдвое упала популярность премьер-министра, а недовольство и даже враждебность к профсоюзам охватила значительную часть их собственных членов. В связи с этим и крупные финансовые круги перестали оказывать правительству поддержку, как это было в 1975-1978 годах, когда лейбористы были в состоянии сдерживать социальное и политическое недовольство масс.
Правда, к весне 1979 года положение в стране стало стабилизироваться, количество забастовок стало снижаться, рейтинг правительства и его главы стал расти. У лейбористов появилась надежда, что в течение ближайшего времени оно сможет вновь поднять свои шансы на победу на выборах. Но этого не произошло из-за проблем теперь уже чисто политического характера. Придя к власти в 1974 году правительство Каллагэна, как уже отмечалось, заключило пакт с либералами, одним из условий которого было всемерное содействие автономии Шотландии и Уэльса и создания там региональных законодательных ассамблей. Такого рода ориентация обеспечивала также лояльность Национальных партий Шотландии и Уэльса. Но, после того как в ходе состоявшегося 1 марта 1979 года референдума предложение о предоставлении автономии не собрало необходимого процента голосов, положение правительства тут же пошатнулось, несмотря на то, что никакой вины лейбористов в неблагоприятном исходе референдума не было.
Несмотря на столь неблагоприятное стечение обстоятельств, правительство отнюдь не растерялось и проводило избирательную кампанию достаточно энергично. Тем не менее ему не удалось свести на нет преимущество консерваторов, и объяснялось это отнюдь не только эффектом “горячей зимы”, но и тем, что партия тори к этому времени обрела достаточную уверенность в себе и была готова к решительной борьбе за избирателя. В ходе проводившихся в предвыборный период обследований выявилось и такое немаловажное для исхода борьбы обстоятельство: по данным на апрель 1979 года, большинство традиционно голосующих за лейбористов избирателей (от 52 до 95 процентов) поддержали 6 из 7 основных требований предвыборной платформы консерваторов, касающихся укрепления законности и порядка, ограни-чения права на вторичное пикетирование и отмену выплаты пособий семьям забастовщиков, снижения подоходного налога, права выкупа муниципального жилья на льготных условиях, снижения численности государственной бюрократии. Лишь требования о приватизации государ-ственной собственности поддержало менее половины лейбористских избирателей (40%), однако менее половины (49%) высказалось и против Britain at the Polls, 1979. - London, 1981. P.85.. Если в октябре 1974 г. 56% лейбористских избирателей высказывались в поддержку дальнейшей национализации британской промышленности, то в 1979г. - лишь 32% Ibid. P.115..
Пожалуй, единственным козырем лейбористов в начавшейся избирательной кампании был относительно высокий рейтинг их лидера - Джеймса Каллагена, который, несмотря на снижение его престижа в результате “жаркой зимы”, продолжал достаточно уверенно опережать по уровню популярности Маргарет Тэтчер. В своей кампании лейбористы пытались всячески обыгрывать тот факт, что у них уже имеется когорта опытных и доказавших свою компетентность политиков, тогда как у консерваторов нет ни достаточно авторитетного и признанного даже всей партией лидера, ни сплоченной группы крупных государственных дея-телей. Особый акцент делался на политический “экстремизм” и эконо-мический либерализм Тэтчер и ее единомышленников, угрожавших, как утверждали лейбористы, новым взлетом цен, ростом безработицы и общей экономической дестабилизацией. Конфронтация же с профсою-зами, к которой, как утверждали лейбористы, неизбежно приведет поли-тика консерваторов, чревата новым взрывом стачечной активности и может породить настоящий социальный хаос.
Аргументация эта, однако, мало кого убеждала. Еще до начала официальной кампании консерваторы захватили инициативу в свои руки и прочно удерживали ее вплоть до выборов. Особая миссия при этом выпала на долю самой Тэтчер, которой пришлось не просто бороться за победу собственной партии, но и утверждать свой собственный имидж в качестве будущего главы правительства и фактического главы государ-ства. И ту и другую задачу она успешно выполнила, не допустив, по признанию наблюдателей, ни одной непоправимой ошибки (на что так рассчитывали ее противники) Riddell P. The Thatcher Decade. - London, 1989. P.70-73..
Как лидер партии, определявший стратегию и тактику предвыборной борьбы, она сосредоточила и собственные усилия, и усилия своих едино-мышленников прежде всего на завоевании на сторону тори так назы-ваемого колеблющегося избирателя, причем не избирателя вообще, а принадлежащего в основном к “верхней” части рабочего класса. При этом они опирались на изменения в настроениях данных категорий трудящихся, их тяготение к образу жизни среднего класса, износ традиционного коллективизма и притягательность для многих из них “нового индивидуализма”. И сама Тэтчер, и ее коллеги нередко напрямую апеллировали к членам профсоюзов и рабочим. Так, в самый канун выборов Тэтчер выступила на собрании, где присутст-вовало 2300 членов профсоюзов. По отзывам наблюдателей, это был один из наиболее успешных митингов за всю кампанию, конечно же, присутствовали в основном консервативно настроенные члены профсою-зов.
Одна из главных задач Тэтчер в процессе кампании состояла в том, чтобы укрепить свой собственный рейтинг среди избирателей, который, как уже отмечалось, заметно уступал рейтингу Каллагена и от которого не в малой степени зависел исход выборов. Для этого ей пришлось несколько изменить тон и стиль своих выступлений, носивших вначале чересчур жесткий, намеренно конфронтационный, идеологизированный характер, пришедшийся не по вкусу значительной части британцев. Как отмечают наблюдатели, Тэтчер довольно быстро сориентировалась в этой ситуации и отказалась от “жесткого догматизма” первых дней избирательной кампании, особенно в области социально-экономической политики. Это, однако, была именно коррекция стиля, но не содержания выступлений. Предвыборная кампания Тэтчер развернулась в стиле, типичном для президентских кампаний США. Недаром в качестве одного из ее организаторов она привлекла специалиста из Калифорнии. Была снаряжена мобильная группа с предоставленными в ее распоряжение тремя комфортабельными автобусами. За время избирательной кампании Тэтчер посетила целый ряд городов и местечек Великобритании и покрыла расстояние, равное в общей сложности около 3 тыс. миль, или 5 тыс. км. Примерно треть всего времени, отпущенного на кампанию, она провела в дороге. Одетая в темно-голубой костюм, с жемчужным ожерельем, безукоризненной прической, Тэтчер появлялась на предприятиях, в мастерских, магазинах, школах, интересовалась производством. Ежедневно делалось примерно шесть остановок для проведения митингов и встреч. Например, очутившись в торговом центре в городке Галифакс, она позировала перед телекамерами с двумя сумками в руках. Одна была заполнена продуктами, другая была почти пустой. Потрясая полной сумкой, она говорила: “Вот что можно было купить на один фунт при правлении консерваторов в 1974 году!” Указывая на другую сумку, продолжала: “А вот что сегодня приобретается за ту же сумму!” Оперируя цифрами, она подчеркивала, что у страны за пять лет лейбористского правления - самые низкие экономические показатели в Западной Европе, за исключением разве что Люксембурга. После таких встреч, причем нередко к ночи она возвращалась в Лондон, чтобы участвовать в пресс-конференциях, консультироваться с непосредственными организа-торами предвыборной борьбы Матвеев В.А. Британия вчера и сегодня. - М., 1989. С.120-126..
Уже к концу апреля Тэтчер удалось приостановить обозначившуюся с начала кампании тенденцию к снижению ее популярности. Более того, судя по результатам опросов, ее рейтинг с конца апреля круто пошел вверх, тогда как рейтинг Каллагена и Стила, лидера либералов, начал заметно снижаться. Правда, сравняться с Каллагеном ей так и не удалось, однако сущест-вовавший между ними разрыв сократился в течение первых дней мая примерно наполовину. Не удалось Тэтчер и добиться того, чтобы ее популярность стала выше популярности партии, и это дало повод некоторым комментаторам утверждать, будто факт смены лидера сыграл скорее негативную роль.
В то же время практически все наблюдатели были единодушны в том, что аргументация лейбористов оказалась слабее, чем аргументация консерваторов, и, прежде чем одержать победу на выборах, последние взяли верх в споре.
Состоявшиеся 3 мая 1979 г. выборы принесли весьма убедительную победу консерваторам. За партию было подано на целых 7% голосов больше, чем за лейбористов, - соответственно 43,9 и 36,9%. Такого рода разницы в распределении голосов между главными партиями не наблю-далось с 1945 г Butler D. British general elections since 1945. - Oxford, 1989. P.60..
Немалую роль сыграли такие обстоятельства, как поддержка тори со стороны основных средств массовой информации, например, исполнительный директор компании “Трафальгар Хаус инвестмент”, издающий общенациональную газету “Дейли стар”, В.Мэтьюс, завладев компанией “Бивербук ньюспейперс”, последовательно проводил в жизнь идеи консерваторов, оказывал помощь М.Тэтчер через свою газету и передал в фонд консервативной партии в 1979 году 40 тысяч фунтов стерлингов. После того, как правая пресса в 1979 году помогла М.Тэтчер стать премьер-министром, главные редакторы или руководящие работники “популярных” газет получили дворянские титулы, либо были произведены в лорды. Определенное значение имела и умелая организация рекламы своей программы через телевидение, для чего консервативная партия наняла рекламную фирму “Саатчи энд Саатчи Гарланд-Комптон Лимитед”.
Уже отмечавшийся выше эффект “горячей зимы” 1979 г., ослабление позиций либералов, поплатившихся за свое сотрудничество с лейбористами, а также начавшиеся изменения в электорате, подробно о которых речь пойдет во второй главе, имели существенное значение. Следует отметить и такой немаловажный факт: наряду с внешними социально-политическими проблемами существовал раскол внутри самой партии лейбористов. Никогда еще, пожалуй, разрыв между линией и политикой “массовой партии” и парламентской фракцией в лейбористском движении не был так глубок, как в последние годы пребывания лейбористов у власти. Также большое значение имела развернутая консервативной партией и поддержанная средствами массовой информации антипрофсоюзная кампания, в ходе которой на профсоюзы возлагалась вина за дальнейшее углубление кризиса и его губительные последствия. Эта кампания, усиленная персональными выпадами лейбористского лидера в адрес профсоюзов, произвела впечатление на часть избирателей. Они с доверием отнеслись к консерваторам, обещавшим в своей предвыборной программе оздоровление экономики радикальными методами и объявлявшим себя партией общенациональной значимости. И наконец, не следует упускать из виду выдвинутые в ходе предвыборной кампании консерваторами требования более строгого законодательства об иммиграции, что произвело свое впечатление на некоторое число избирателей.
Завоевав значительно меньше половины голосов, консерваторы тем не менее обеспечили себе благодаря мажоритарной системе выборов абсолютное большинство мест в парламенте (339 из 635). Лейбористам досталось 268 мест, либералам -11, шотландским и уэльским национа-листам - по 2 места, ольстерским юнионистам - 10 и североирландским католикам - 2 места Britain. An official Handbook, 1979. - London, 1981. P.46..
Несмотря на всю убедительность победы консерваторов, это не была экстраординарная и даже выдающаяся победа, особенно на фоне результатов выборов 1945-1970 гг., когда партия-победительница завоевывала (за исключением выборов 1964 г.) от 46 до 49% поданных голосов Butler D. British general elections since 1945. - Oxford, 1989. P.207.. И тем не менее в сравнении с результатами февральских и октябрьских выборов 1974 г. это был весьма существенный успех, особенно если принять во внимание внушительный абсолютный перевес тори в палате общин, дававший им возможность практически без оглядки на оппозицию проводить собственный социально-экономический и поли-тический курс.
Неблагоприятный для лейбористов исход выборов 1979г. способствовал тому, что накопившееся в период пребывания партии у власти недовольство выплеснулось наружу, в ней развернулась ожесточенная фракционная борьба. Инициатива в этой борьбе была сразу же захвачена левыми, опиравшимися на радикально настроенных членов и активистов в местных организациях и проф-союзах. В отличие от периода конца 60-х--начала 70-х годов главным объектом атаки слева оказались не традиционные уме-ренно реформистские программные принципы и установки партии (в которые уже были внесены довольно существенные коррек-тивы), а ее организационная структура, позволявшая высшему партийному руководству и парламентской фракции фактически игнорировать решения, принимавшиеся партийной конференцией и ответственным перед ней национальным исполкомом.
В 1979--1981 г.г., усилиями левого крыла, располагавшего поддержкой большинства делегатов ежегодных партийных кон-ференций, были изменены правила избрания лидера партии (он стал выбираться не одними парламентариями, а коллегией выбор-щиков, состоящей из представителей местных организаций, входя-щих в партию профсоюзов и парламентской фракции), демократизирована процедура отбора кандидатов в парламент, что повысило ответственность депутатов перед партийными организациями избирательных округов. Одновременно конференции приняли резолюции, требующие выхода страны из Европейского сооб-щества, одностороннего отказа от ядерного оружия и ликвидации всех американских баз на британской территории. Была также утверждена новая программа партии, воспроизводившая основные требования и положения программы 1973г Labour Research. 1981. №2 P.37-42.. В ноябре 1981 г. лидером партии был избран бывший в течение долгого времени ведущим деятелем левого крыла М. Фут. В связи с этим внутри партии активизировалась группа высокопоставленных деятелей крайне правого толка во главе с Р. Дженкинсом и бывшими министрами Д. Оуэном, Ш. Уильямс и У. Роджерсом, взявшая курс на раскол партии. В начале 1981г. упомянутой группой было провозглашено созда-ние новой, социал-демократической партии (СДП), которая тут же взяла курс на тесное сотрудничество с либеральной партией и уже летом того же года оформила избирательный союз (Альянс) с ней.
Сенсационный успех, который имели партии Альянса на допол-нительных парламентских выборах 1981 г., результаты многочис-ленных опросов общественного мнения, согласно которым за них были готовы отдать свои голоса 35--45% избирателей Tribune. 1984. №6. P.8., -- все это показало, что в британском обществе действительно создался большой потенциал для деятельности “третьих” партий, их более активного включения в политическую жизнь. Однако недолговременность этого успеха и происшедшее уже в следующем, 1982г. довольно резкое снижение популярности Альянса свидетельство-вали о том, что реализовать этот потенциал отнюдь не просто, что утративший твердые партийные привязанности избиратель вовсе не склонен прочно связывать свое будущее с новым образованием, по крайней мере до тех пор, пока оно не докажет свою политиче-скую дееспособность.
При всем том происшедший в верхах лейбористской партии раскол серьезно подорвал ее влияние в стране и в то же время отнюдь не упростил ситуацию внутри самой партии. Более того, если вначале внутрипартийная борьба в основном шла между левым и правым крылом, то по мере полевения партии и особенно после образования СДП она перекинулась внутрь самого левого крыла. Фактически раскололась парламентская группа “Трибюн” -- центр влияния левого крыла. Оставшиеся на прежних позициях члены этой группы во главе с А. Бенном добивались доведения до конца начатых изменений, оттеснения правого крыла от власти в партии. Другая же часть группы считала необходимым поставить во главу угла восстановление единства партии, требовала сосредоточить главные усилия на борьбе против консерва-торов. Отсюда ее отказ поддержать в 1981 г. кандидатуру Бенна на пост заместителя лидера, выступления против дальнейшей радикализации партийной программы.
Усилившаяся фракционная борьба серьезно ослабляла партию. Внутри партии усиливалось недовольство положением дел в ней, что, естественно, не могло не сказаться на ее численности. Количество индиви-дуальных членов уменьшилось с 348 тыс. в 1980 г. до 274 тыс. в 1982 г. Снизилось и число коллективных членов (с 6511 тыс. в 1979 г. до 6185 в 1982г.) NEC Report to the 86th Annual Conference of the Labour party. -London, 1987. P.64., главным образом вследствие начав-шегося уменьшения численности профсоюзов, связанного с эконо-мическим застоем и ростом безработицы.
Острая внутрипартийная борьба отвлекала интеллектуальные силы партии от дальнейшей разработки идейно-теоретической платформы, совершенствования политической тактики. В усло-виях, когда консерваторы достаточно резко изменили свою прежнюю ориентацию и повели борьбу за избирателя, выдвинув ряд новых или модернизированных идей и положений, лейбористы (как правые, так и левые) по-прежнему полагались на свой старый “багаж” и проявляли почти полное безразличие к его обновлению. И это при том, что, как уже отмечалось, во второй половине 70-х го-дов отчетливо обнаружилась недееспособность основанной на традиционном подходе политики.
Главное, что упускали из виду лейбористские политики и идеологи, -- это растущее и все более очевидное несоответствие централизаторских, “этатистских” установок лейборизма тому состоянию умов и общественных настроений, которое стало пре-обладающим на рубеже 70--80-х годов. Форма, в которой осуществлялись такие объективно прогрессивные меры, как национализация, расширение сферы государственных социальных услуг, привела к невиданному ранее росту бюрократии, стимулировала процесс бюрократизации всей общественно-политической жизни. Неудивительно, что подобное явление стало вызывать все более широкое обществен-ное недовольство, одним из проявлений которого стало резкое снижение популярности национализации. Основная масса электората стала относиться к партии, как к организации, ориентирующейся скорее на прошлое, нежели на будущее.
Однако, и для правящей партии тори время после выборов 1979 года не было легким, кредит доверия стал постепенно утрачиваться в связи с тем, что ситуация в стране оставалась довольно напряженной. Основными проблемами оставались инфляция и безработица, особенно среди молодежи. Несмотря на спад рабочего и профсоюзного движения после “горячей зимы” 1979 года и отсутствие активных действий с его стороны, социальная напряженность в стране нарастала. Это происходило постепенно и к лету 1981 году вылилось в необузданные молодежные бунты, особенностью которых явилось полное отсутствие какого-либо организованного начала. Бунты 1981 года нанесли серьезный удар по престижу правительства и его главы, но одновременно они продемонстрировали и весьма низкий потенциал активного общественного противодействия политики правительства. Никакой цепной реакции они не вызвали. Напротив, нецивилизованный характер поведения их участников вызывал у большинства англичан осуждение. Тем не менее на фоне этих драматических событий, а в какой-то мере и под влиянием их стало быстро расти и принимать угрожающие размеры для Тэтчер и до того достаточно высокая волна общего недовольства политикой правительства и его главы.1981 год стал годом рекордной непопулярности и консервативной партии, и премьер-министра. Осложнял ситуацию и тот факт, что внутри кабинета отсутствовало единство по кардинальным, стратегическим вопросам правительственной политики. Однако, премьер-министр обладала группой единомышленников в кабинете и правительстве, ее поддерживали финансовые круги (правда, эта поддержка никак не афишировалась). Сторону М.Тэтчер также взяли некоторые из наиболее влиятельных средств массовой информации. Обычно умеренно-консервативная “Таймс” с переходом ее в конце 70-х годов к магнату Руперту Мёрдоку почти тут же заняла жесткую, протэтчеристскую линию практически во всех вопросах внутренней и внешней политики. С таких же позиций выступала и купленная им еще раньше газета “Сан” - одна из самых многотиражных газет страны. Линию премьера активно поддержали и такие влиятельные традиционно консервативные газеты, как “Дейли телеграф”, “Санди телеграф”, еженедельник “Спектейтор”. Несколько особняком от “протэтчеристской” печати стояли такие солидные издания, как “Файнэншл таймс” и “Экономист”. Стремясь соблюдать дистанцию, они в то же время не давали ни малейшего повода считать их выразителями взглядов умеренных тори (бывших противниками жесткого курса Тэтчер в правительстве), которые так и не смогли обрести свой собственный голос в средствах массовой информации. Что же касается печати, поддерживавшей лейбористов, либералов и социал-демократов: “Обсервер”, “Гардиан”, а также еженедельники “Нью стейтсмен”, “Нью сосаяти”, “Дейли миррор”, то их совокупный тираж заметно уступал тиражу перечисленных выше изданий, а также, им так и не удалось перехватить инициативу у “протэтчеристских” газет и журналов. Таким образом, несмотря на ухудшавшееся социально-экономическое положение страны и растущую непопулярность правительства и премьер-министра инициатива в “пропагандистской войне” прочно удерживалась тэтчеристами.
К тому же правительство одновременно стремилось не обострять ситуацию и не идти напролом там, где это могло обернуться невосполнимыми экономическими потерями, либо серьезным социальным конфликтом. Тэтчер и ее правительству необходима была хотя бы видимость социального мира. Именно поэтому правительство, например, очень быстро пошло на перемирие с шахтерами в 1981 году, когда, объявив о намерении закрыть ряд нерентабельных шахт, оно осознало, что просто так профсоюз горняков не уступит и что предстоит длительная борьба, исход которой отнюдь не предопределен Перегудов С.П. Тэтчер и тэтчеризм. - М., 1996. С.147.. Решение о закрытии шахт было взято обратно, и ситуация быстро разрядилась. А весной 1982 года, когда некоторые комментаторы обсуждали, сможет ли Тэтчер сплотить партию и одержать победу над лейбористами на новых выборах, вспыхнул “фолклендский кризис”. И как показали последующие события от того, как правительство консерваторов отреагирует на это испытание, зависела во многом его дальнейшая судьба и победа на предстоящих выборах. Кризис разразился 2 апреля 1982 г, когда на Фолклендские острова высадились аргентинские войска. Этому предшество-вал приход к власти в стране в декабре 1981 г. военной хунты во главе с генералом Галтиери, установившим режим жесточайшей диктатуры. Но еще задолго до этого аргентинские власти проявляли растущее нетер-пение в затяжных переговорах с британской стороной, тщетно добиваясь существенных уступок от нее и в области суверенных прав на острова, и непосредственного их освоения и эксплуатации Thatcher M. The Downing Street Years. 1993. P.173. . Свое право на острова аргентинская сторона обосновывала тем, что до окончательного захвата их Англией в 1833 г. они длительное время принадлежали Аргентине. Британская сторона в свою очередь заявляла, что, поскольку на островах проживают лишь выходцы из Великобритании, желающие сохранить свое прежнее подданство, “исторические права” Аргентины не обоснованны, и потому речь может идти лишь о тех или иных частичных уступках. Еще в июле 1981 г. британская разведка предупреждала правительство, что, если Аргентина “будет сильно разочарована ходом переговоров, возникнет риск того, что она прибегнет к силовым приемам решения проблемы, причем сделает это внезапно и без предупреждения” Riddell P. The Thatcher Government. - Oxford, 1983. P.216. .
Несмотря на такого рода сигналы, министерство иностранных дел продолжало делать ставку на мирное решение спора и лишь затягивало переговоры. Принятая министром иностранных дел лордом Каррингтоном в сентябре 1981 г. установ-ка на то, чтобы вести переговоры, не определяя границы возможных уступок, сохранялась, и это еще более запутывало ситуацию. И даже после того, как в феврале 1982 г. зашедшие в тупик переговоры были прерваны, а на одном из островов высадилась аргентинская команда якобы для сбора металлолома (что явно было сделано с целью прощупать реакцию англичан), никаких серьезных шагов с британской стороны не последовало.
Неожиданное вторжение аргентинских войск на острова буквально взорвало политическую атмосферу в стране. Лорд Каррингтон и министр обороны Джон Нотт тут же подали в отставку. Однако Тэтчер настояла на том, чтобы Нотт остался на своем посту. Каррингтон же, несмотря на все уговоры Тэтчер, не изменил своего решения, взяв, таким образом, на себя всю полноту ответственности за допущенные промахи.
В противоположность поведению до 2 апреля реакция британской стороны на вторжение оказалась необычайно быстрой и энергичной. Через Совет безопасности ООН в спешном порядке была проведена резолюция, осуждавшая действия Аргентины, получена поддержка от Европейского Сообщества, начались интенсивные консультации с Соеди-ненными Штатами, некоторыми латиноамериканскими государствами. Были прозондированы и возможные способы мирного решения конфлик-та. Однако чем дольше новый министр иностранных дел Пим и его министерство занимались этим “зондажем”, тем большее недовольство это вызывало у тех, кто хотел как можно быстрее перейти от слов к делу.
Судя по действиям премьер-министра, она не сомневалась в том, что никакого иного способа решить проблему, кроме применения силы, в сложившихся условиях не существовало. Поэтому не препятствуя поискам мирного решения, которые призваны были показать готовность Британии к переговорам, она с первых же дней после оккупации островов встала на путь подготовки крупномасштабной военной операции. Уже в первый день после вторжения она провела через кабинет решение о формировании экспедиционного корпуса для посылки в район конфлик-та. Почти одновременно она создала военный кабинет для стратегичес-кого планирования и руководства военными действиями. В состав каби-нета, который возглавила она сама, вошли министры обороны и ино-странных дел Нотт и Пим, заместитель премьера Уайтлоу и председатель партии Паркинсон. На заседаниях комитета постоянно присутствовали также начальник Генерального штаба адмирал флота сэр Теренс Левин. Именно к его советам и рекомендациям Тэтчер прислушивается более всего. Постоянные контакты устанавливаются ею с командующим воен-но-морскими силами сэром Генри Личем, другими высокопоставленными военными. Примечательно, что в число членов военного кабинета не был включен даже министр финансов Хау, причем мотивом такого решения было, как отмечает в своих воспоминаниях Тэтчер, стремление иметь полную свободу рук в вопросах финансирования кампании и избежать возможных возражений главного держателя государственного кошелька.
Начало активным военным действиям было положено неожиданным торпедированием 2 мая 1982 г. британской подводной лодкой аргентин-ского крейсера “Генерал Белграно”, в результате которого корабль затонул, погиб 321 член его экипажа. Нападение было непосредственно санкционировано М. Тэтчер и военным кабинетом, торпедирование “Белграно” развеяло все иллюзии относительно невоенных способов урегулирования конфликта, и теперь ничто уже не могло предотвратить прямого вооруженного столкновения сторон. Спустя два дня аргентинскими морскими силами был потоплен британский эскадренный миноносец, 21 член его экипажа погиб, и десятки других были ранены.
Несмотря на отдельные голоса, “примиренцев” и те или иные оговорки, касавшиеся в основном отношения к переговорам, фактом оставалось то, что посылку экспедиционного корпуса одобрили все представленные в парламенте партии и “военный кабинет” Тэтчер стал фактически выступать как выразитель общенациональной воли. Своим политическим инстинктом Тэтчер чутко уловила набиравшее силу недовольство британцев снижением престижа и авторитета страны в мире, их нежелание смириться с ролью второстепенной и даже третье-степенной державы в мировом сообществе, превращением “Великой Британии” в “Малую Англию”. Большинство населения страны воспринимало вспыхнувший конфликт не столько как столкно-вение двух противников, не поделивших между собой конкретную территорию, сколько как вызов национальному достоинству, попытку унизить “великую нацию” и заставить ее склонить голову перед фашист-вующим диктатором. Именно такой политический и психологический контекст сделал фолклендский конфликт событием, значение которого вышло далеко за рамки чисто военного эпизода Thatcher M. The Downing Street Years. 1993. P.193 - 197. .
Твердость и высокий профессионализм военно-политического руко-водства и оперативного командования обусловили быстрое продвижение экстраординарного экспедиционного корпуса, который уже к середине мая, преодолев расстояние в 8 тыс. миль, достиг театра военных действий. Существенная помощь в снабжении, предоставлении разведывательных данных и средств транспорта, базирования и связи была оказана американскими вооруженными силами. Немалую роль сыграла и политическая поддержка, оказанная Тэтчер и ее правительству Соединен-ными Штатами и странами Западной Европы.
25 апреля у аргентинцев был отобран о. Южная Джордания. После ряда успешных маневров 21 мая был осуществлен десант в порте Стэнли, главном опорном пункте архипелага. Сопряженная с немалым риском, эта операция прошла на редкость успешно. Поддержанный с моря и воздуха десант довольно быстро сломил сопротивление аргентинских войск и, водрузив британский флаг над административным центром, восстановил британский суверенитет над архипелагом.
Блистательно завершенная операция при минимальных потерях (255 убитых с британской и 650 с аргентинской стороны) серьезнейшим обра-зом повлияла на политическую ситуацию в стране. “Фолклендский фактор” на несколько месяцев как бы заслонил собой большинство других факторов и обстоятельств, определявших внутриполитический климат в стране, и обеспечил консерваторам лидирующее положение в общественном мнении. Если в конце 1981 г. рейтинг консерваторов и Тэтчер, согласно опросам, составлял всего 27 и 25%, то сразу же после фолклендской операции он подскочил соответственно до 48 и 59% Economist, 1982, vol. 242, n. 7009. P. 51..
Для понимания роли и значения операции по освобождению Фолкленд-ских островов важно иметь в виду, что вся эта акция была проведена не просто как чисто военная, но и как политическая. Тот факт, что органи-зовавший вторжение на острова аргентинский режим был авторитарного, полуфашистского толка, придал этой акции в глазах многих англичан оттенок “освободительной миссии”.
в ходе фолклендского конфликта и в последующий за ним период, особенно остро обнаружилось ослабление влияния лейбори-стов в массах, тогда как партия консерваторов и ее руководство сумели обернуть в свою пользу подспудно накапливавшееся в мас-сах недовольство снижением престижа и авторитета страны в мире, ее роли в мировых делах. Пребывавший какое-то время в скрытом виде идейно-политический кризис лейбористской партии перерос в это время в открытый кризис доверия.
Хотя срок полномочий парламента истекал лишь весной 1984 года, Тэтчер и ее ближайшие советники предпочли назначить выборы годом раньше и итоги состоявшихся 9 июня 1983 г. всеобщих парламентских выборов достаточно точно зафиксировали сложившееся в 1982--1983 гг. соотношение партийно-политических сил в стране, дис-баланс, который обнаружился во влиянии двух главных полити-ческих партий, раскол, происшедший в лагере оппозиции.
В то время как консерваторам удалось сохранить достигнутый в 1979 г, уровень поддержки (доля полученных ими голосов сократилась всего на 1,4 % -- с 44,9 до 43,5 %), процент голосов, поданных за лейбористов, уменьшился до небывало низкой отметки -- 28,3 %. Если уровень поддержки в 1979 г, (37,8 %) был рекордно низким за весь послевоенный период, то результат 1983 г. -- самым низким с 1918 г. Величина же падения доли голосов в сравнении с предыдущими выборами самая значительная за всю историю партии. Что касается партий Альянса, то они получили 26 % голо-сов, почти в 2 раза больше, чем удалось завоевать либералам в 1979 г (13,8%) и всего на 2,3% меньше, чем было подано на этот раз за лейбористов ITV Election Factbook. - London, 1987. P. 215 - 217..
Таким образом, фактически голоса оппозиции консерваторам оказались расколотыми почти поровну между “старой” лейбо-ристской партией и новым центристским блоком. Правда, что касается распределения мест в парламенте, то благодаря сущест-вующей мажоритарной системе лейбористы смогли удержать за собой подавляющее число мест на скамьях оппозиции (209 при всего 23 у партий Альянса).
Однако никакая избирательная система не могла замаскиро-вать тот факт, что лейбористская партия оказалась на грани катастрофы, что ее избирательный корпус сузился до крайних пределов и что под вопрос поставлена сама способность партии оставаться потенциально правящей.
Серьезность ситуации, в которой очутилась партия, станови-тся особенно очевидной при анализе итогов выборов с точки зрения того, кто же конкретно отказал ей на этот раз в доверии. Согласно проведенным в день выборов обследованиям, количество поданных за лейбористов голосов резко уменьшилось не только среди лиц, принадлежащих к верхушке общества и средним слоям, но и среди тех, кто традиционно привык отдавать им свои голоса, т. е. среди основной массы трудящихся. Впервые за послевоенный период лейбористы сравнялись с консерваторами по числу про-голосовавших за них квалифицированных рабочих. Каждая из этих партий получили соответственно по 36 и 37 % голосов избирателей этой категории, партии Альянса -- 27% . ITV Election Factbook. - London, 1987. P.218.
Почти аналогичная картина вырисовывается и при голосова-нии членов профсоюзов. И среди этой категории трудящихся лейбористы в 1983 г. не смогли получить даже половины голосов, собрав всего 39 %. Для сравнения отметим, что в 1964 г за них голосовало 73 % тред-юнионистов, в 1966 г -- 71, в 1970 г. -- 66, в 1974 г -- 55 и в 1979 г. -- 51 % 22. За партию тори было подано 32 % голосов членов профсоюзов, на 1 % меньше, чем в 1979 г., тогда как за социал-демократов и либералов -- 28 %, на 15 % больше, чем за одних либералов в 1979 г Trade Unions in British Politics. - London, 1982. P.299..
Значительно большим успехом могли похвастаться консерваторы среди тех рабочих, которые в годы “просперити” приобрели собственные дома, переехали в пригороды и фактически оторвались от традиционной рабочей среды Согласно тем же, проведен-ным в день выборов, опросам, за лейбористов проголосовало всего 28 % рабочих, имеющих собственные дома или квартиры. Такой же процент голосов среди них получили и партии Альянса. Зато консерваторам удалось значительно превзойти как тех, так и других, набрав почти половину (47 %) голосов Political Quarterly. № 4. 1983. P.347..
Как видно из этих данных, пропаганда идей “нации собственников”, равно как и конкретные шаги, нацеленные на их реализацию, при-несла консерваторам вполне ощутимые дивиденды и позволила достаточно глубоко вторгнуться в лейбористский электорат. Есть все основания полагать, что и среди рассмотренных выше двух других групп (квалифицированные рабочие и члены профсоюза) львиную долю голосовавших за консерваторов составила именно эта наиболее преуспевшая часть рабочего класса
Утратив значительную часть поддержки рабочих, лейбористы не компенсиро-вали ее за счет других отря-дов трудящихся. Более того, процент голосовавших за них низших служащих, объектив-но являющихся частью рабо-чего класса, оказался также самым низким за послевоен-ную историю Великобрита-нии и составил всего 17 %, а доля поддержавших их лиц интеллигентских профес-сий снизилась почти вдвое против обычного и оказалась равной 11 % Ibid. P. 357..
Следствием столь резкого сужения социальной базы лейборизма явилось не менее разительное сокращение его территориальной базы. Отно-сительно прочными бастио-нами лейборизма остались лишь традиционные промыш-ленные районы Шотландии, Уэльса и Северной Англии, где преобладают старые, тер-пящие кризис отрасли уголь-ная, металлургическая, ма-шиностроение. Что же каса-ется Южной и Средней Анг-лии, где в основном располо-жены новые отрасли про-мышленности, а также пред-приятия и учреждения сферы обслуживания, то здесь лей-бористские кандидаты в це-лом ряде случаев так и не смогли занять даже вторые места Electoral change in Western Democracies: Patterns a. Sourses of electoral volatility. - London, 1985. P.75.. Не пошло на пользу им и то, что незадолго до выборов консерваторы изменили границы избирательных округов.
Концентрация лейбористских избирателей на сравнительно ограниченных территориях помогла им при существующей избира-тельной системе избежать сокрушительного поражения и провести непропорционально большое число кандидатов в парламент. Но она же поставила под вопрос влияние партии в регионах, наиболее перспективных в экономическом и социальном плане.
В свете изложенных выше фактов и обстоятельств представ-ляется вполне закономерным и обоснованным вывод известного британского политолога левой ориентации А. Гэмбла, который писал о том, что выборы продемонстрировали глубокий раскол лейбористской базы, что создание СДП не просто означало раз-межевание внутри парламентской фракции, но и в лейбористских низах Gamble A. Thatcher, The Second Coming// Marxism Today. X.1983. P.10.. Последнее замечание, однако, верно лишь постольку, поскольку оно касается избирателей партии, но отнюдь не ее членов. Своеобразие ситуации, сложившейся в результате выхода “*социал-демократов” и оформления их в самостоятельную партию, состоит в том, что, завербовав примерно десятую часть парла-ментской фракции и переманив на свою сторону значительную часть электората лейбористов, лидерам СДП не удалось “увести” ни одной местной организации. Крайне мало перешло к ним и рядовых членов этих организаций и ни одного входящего в лейбористскую партию профсоюза. Согласно проводившимся в тот период обследованиям, процент бывших лейбористов среди членской массы СДП весьма не велик, основная часть рядовых социал-демократов ранее не имела твердых партийных привязанностей.
Помимо раскола оппозиции и, вследствие этого, невозможности создания реальной альтернативы консерваторам, победу тори предопределила мощная пропагандистская кампания средств массовой информации в их поддержку, решительные действия правительства во время “фолклендского кризиса” и отмеченные уже сдвиги в социальной структуре.
Стремясь извлечь уроки из двух поражений подряд, лейбористское руководство, актив партии попытались внести соответствующие коррективы в ее деятельность. Уже осенью 1983 г. партия избрала нового, относительно молодого и энергичного лидера, приемлемого для обоих основных течений и преисполненного стремления восста-новить ее единство и боеспособность. Новый лидер с самого начала взял курс на приспособление идеологических и програм-мных установок партии к национальным традициям, с одной сто-роны, и состоянию широкого общественного мнения -- с другой. В позициях, занимаемых Н. Кинноком, равно как и в эволюции его взглядов, довольно адекватно отразились те общие измене-ния, которые претерпели после 1983 г. программные и политические установки партии. Начатая сразу же после выборов работа по обновлению этих установок привела к принятию ряда документов, довольно существенно меняющих сложившийся в начале 80-х годов облик партии. Среди них такие, как программное заяв-ление “Новая Британия -- новое партнерство” New Britain - New Partnership. - London, 1985., делающее упор уже не на национализации и перераспределении собственности и власти, а на укреплении социального мира в целях достижения общенациональных целей, и прежде всего быстрой модернизации всей экономики, решения резко обострившихся социальных про-блем. Вместо обязательства, содержавшегося в документах начала 80-x годов о выходе из ЕЭС, с 1984 г. в официальных документах, статьях и выступлениях руководящих деятелей партии (включая занимающих умеренно левые позиции) все больше акцентировалась необходимость разработки и осуществления “европейского” варианта решения экономических и социальных задач. Особое значение придавалось вопросам подготовки и переподготовки рабо-чей силы. В идейно-теоретическом плане большое внимание стало уде-ляться возрождению на современной основе концепций муници-пального и кооперативного социализма, тщательно изучался опыт предприятий, находящихся под контролем муниципалитетов (в том числе распущенного консерваторами весной 1986 г. совета Боль-шого Лондона). Более активно стали разрабатываться проблемы экономической демократии. Тем самым партия и ее руководство пытались преодолеть этатистский крен, преобладавший в после-военные десятилетия.
Предпринятые лейбористами усилия, казалось, начали прино-сить плоды. С весны 1985 г. они стали опережать консерваторов в опросах общественного мнения, “переигрывать” их на местных и дополнительных парламентских выборах. Однако уже с осени 1986 г. положение стало вновь довольно резко меняться в пользу консерваторов. И данные опросов, и результаты местных и дополнительных выборов начали обнаружи-вать слабость позиций лейбористов, ненадежность их успехов. Уровень оказываемой им поддержки, поднявшийся с весны 1985 г. выше 35%-ной отметки (но так ни разу и не достигший 40%), вновь опустился за эту критическую черту. Несмотря на актив-ную предвыборную кампанию, партия не смогла сколько-нибудь существенно укрепить свои позиции и в общем и в целом осталась на прежних рубежах ITV Election Factbook. - London, 1987. P.223.. Мало чем отличался от резуль-татов 1983 г. и исход выборов 1987 года (как и предыдущие, они были проведены за год до истечения срока полномочий парламента) для других партий. Консерваторы в целом удержали свои позиции, что же касается партий Альянса, то при сравнительно небольшом снижении числа поданных за них голосов их престижу и амбициям был нанесен довольно сильный удар.
Итоги выборов 1987 г., несмотря на то что они практически ничего не изменили в раскладе политических сил, поставили перед всеми партиями довольно острые проблемы, причем в особо сложном положении оказались оппозиционные партии. Лейбористы оказались не в состоянии преодолеть “кризис дове-рия” и выйти на уровень поддержки, характерный для трех первых послевоенных десятилетий, партии “центра” не сумели реализо-вать своей заявки на роль полноправного участника борьбы за правительственную власть.
Перед лейбористами еще острее, чем после выборов 1983 г., встал вопрос о расширении своей социальной базы. Выборы 1987 г. продемонстрировали по-прежнему крайне низкий уровень под-держки лейбористов в районах Южной и Средней Англии, где они получили всего 24 % голосов. На юго-востоке страны за них проголосовала еще меньшая часть избирателей -- всего 16,8 %. В результате такого рода распределения электората сохра-нилась не просто диспропорция в соотношении голосов, но и крайне опасная для лейбористов концентрация основного контин-гента их избирателей в наименее перспективных с точки зрения социально-экономического и политического положения слоев и групп населения. Согласно данным проведенных в день выборов 1987 г. обследо-ваний, доля голосов квалифицированных рабочих, поданных за консерваторов, возросла до 40 %, а у лейбористов осталась на том же уровне (36 %). Полученный же лейбористами некото-рый прирост голосов среди неквалифицированных рабочих и беднейших слоев населения (который возрос с 43 до 48 %) лишь еще более усилил диспропорцию в их социальной базе Britain at the Polls 1987. - London, 1988. P.311. .
Однако консерваторы, несмотря на успех на трех подряд выборах., едва ли имели основания почивать на лаврах. В ряде регионов, где сосредоточены в основ-ном переживающие кризис старые отрасли промышленности, тори оказались в политической изоляции. Так, в Шотландии им удалось получить большинство лишь в 10 из 70 избирательных округов. В крупнейших городах Северной и Северо-Западной Англии, таких как Манчестер, Ливерпуль, Ньюкасл, правящая партия вообще оказалась не в состоянии провести в парламент ни одного своего кандидата. Значительно снизилась ее поддержка и в Уэльсе, где в последние годы также обострились социально-экономиче-ские проблемы, возросла безработица Butler D., Kavanagh D. The British General Elections of 1987. - London, 1989. P. 287..
Анализируя причины постигших партию лейбористов неудач, ее руковод-ство пришло к выводу, что главной из них явилась неспособность преодолеть сложившийся у большинства избирателей стереотип лейборизма как политической силы, отставшей от требований времени. Поэтому главный упор после выборов 1987 г. был сделан на том, чтобы идти еще более решительно, чем это было сделано в 1983--1986 гг., по пути обновления его программных и политиче-ских установок, приведения их в соответствие с изменившимися потребностями и настроениями широких масс избирателей. Для решения этой задачи, считало лейбористское руководство, необходимо прежде всего утвердить в партии гегемо-нию “умеренных”, т.е. центристских и левоцентристских, сил. Именно в данном контексте следует рассматривать осуществлен-ные вскоре после всеобщих выборов меры по ограничению полно-мочий местного партийного и профсоюзного актива (главной опоры левого крыла) в деле выдвижения кандидатур на выборы в парламент, по повышению роли парламентской фракции.
Что касается идейно-политической платформы партии и ее про-граммных установок, то в соответствии с решениями ежегодной конференции 1987 г. Национальным исполкомом было создано 6 исследовательских групп, призванных выработать новые или обновленные позиции по основным вопросам внутренней и внешней политики партии. Еще до опубликования результатов работы указанных групп вокруг всего комплекса подлежащих критиче-скому пересмотру проблем в партии развернулась острая фракционная борьба. Недовольная общим направлением идейно-полити-ческой эволюции партии группа “твердых” левых во главе с А. Бенном выступила с резкой критикой в адрес партийного руководства. Весной 1988 г. А. Бенн и Э. Хеффер выдвинули свои кандидатуры на пост лидера и заместителя лидера. Состоявшиеся в период проведения очередной партийной конференции осенью 1988 г. выборы принесли убедительную победу Н. Кинноку, получившему 88,6 % голосов, его заместитель Р. Хаттерсли собрал 66,8 %. За А. Бенна было подано 11,4 %, Э. Хеффера -- 9.5 %. Еще один претендент на пост заместителя лидера, Д. Прескот, придерживаю-щийся левоцентристской ориентации, получил 23,7 % The Times. II.3.1988..
Сразу же после выборов 1987 г. и между вчерашними партне-рами Альянса вспыхнула острая полемика. После того как лидер либералов Д. Стил заявил о желательности слияния партий, а лидер социал-демократов Д. Оуэн резко осудил эту идею, Альянс как целостное политическое образование практически прекратил свое существо-вание. Возникшие в СДП острые разногласия между Д. Оуэном и тремя другими основателями партии (Р. Дженкинсом, Ш. Уильямс и У. Роджерсом), которые поддерживали идею слия-ния и возражали лишь против “поспешности” в ее реализации, по сути дела, парализовали активность партии. Само ее существо-вание было поставлено под вопрос. В ходе состоявшегося вскоре голосования среди членов СДП по вопросу о слиянии с либералами и образовании новой, единой партии центра большинство высказалось за слияние. В начале 1988 г. была создана Социал-либеральная демократическая пар-тия.
Ситуа-ция 70-х -- первой половины 80-х годов была весьма и весьма благоприятной для “центра”, и именно этим прежде всего объясня-ются те результаты, которых он добился. Осуществить генераль-ный прорыв и нанести решающий удар по двухпартийной системе ему, однако, не удалось, и дело не в каких-то просчетах с его стороны, а прежде всего в том, что брешь, образовавшаяся между главными партиями, оказалась недостаточно широкой, “полярное” движение сменилось более сложным маневрированием, а затем и наметился, особенно со стороны лейбористов, все более заметный крен в сторону “центра”. Да и консерваторы видели свою главную задачу в том, чтобы укрепить свое влияние среди тех категорий избирателей, которые проявляют растущее недовольство чересчур жесткой социально-экономической стратегией. Тем более, что уже с весны 1989 года лейбористы по уровню популярности уверенно выходили вперед. К лету 1990 года этот разрыв достиг 10-15%. Убедительным подтверждением утраты партией доверия среди растущей части избирателей явились серьезные провалы на нескольких дополнительных выборах 1989-1990 гг. в парламент, а также неудачи на выборах в органы местного самоуправления New Statesman and Society. VI. 15. P. 14.
Одновременно с падением популярности партии стала снижаться причем еще более резко, и популярность ее лидера, опустившаяся весной 1990 года до самой низкой отметки, когда-либо фиксировавшейся опросами общественного мнения Economist. 1990. vol. 257, n. 7200. P. 57.. Если проанализировать внутрипартийную расстановку сил консерваторов, то отставка Маргарет Тэтчер и приход к власти Джона Мейджора 28 ноября 1990 года назревал давно, фактически едва ли не с момента последних всеобщих выборов, состоявшихся в мае 1987 года. Несмотря на широковещательные заверения, что победа на выборах откроет перспективу дальнейших крупномасштабных сдвигов в общественно - политической жизни страны, в действительности ни перед выборами, ни сразу после них тори не смогли предложить ничего существенно нового. Приватизация основных национализированных отраслей была уже закончена. Еще меньше смогли предложить тори в области реформирования трудовых отношений и отношений собствен-ности. В то же время накопившиеся социальные проблемы, глав-ными из которых были упадок “внутренних городов” и отставание регионов с преобладанием старых отраслей экономики, требовали осуществления мер, не укладывавшихся в русло консерватив-ной философии минимального государственного вмешательства. Единственная действительно крупная реформа, призванная укре-пить принципы “демократии собственников” была связана с из-менением системы жесткого налогообложения. “Решительный” стиль Тэтчер приходил во все большее про-тиворечие с реальными потребностями социально-экономического развития страны.
The Gardian писала в самый канун ее ухода: - “из кота среди мышей она превратилась в слона в посудной лавке” The Guardian. XI.21.1990.. Одним из факторов, способствовавших ослаблению, а затем и утрате тори полити-ческой гегемонии, явилось усиление внутренних разногласий в ее руководстве. Наделавшая немало шума отставка министра фи-нансов Н. Лоусона в октябре 1989 г., явилась началом серии конфликтов внутри партии консерваторов. Консерваторы стояли перед перспективой поражения на предстоящих выборах. Естественно, что это не устраивало ни Тэтчер, ни тех тори, кто не был согласен с ее курсом. Все большее число парламентариев - тори, включая министров, стали склоняться к тому, что главной причиной снижения популярнос-ти их партии: - “является упорное нежелание премьер-министра Тэтчер модифицировать курс правительства, проявить гибкость, учесть свои ошибки и просчеты Перегудов С. П. “Отставка Маргарет Тэтчер”, Вопросы истории, N8,1992, С. 13.. Обострение разногласий шло по многим линиям. Однако главной неизменно оказывалась политика в отношении ЕС. Тэтчер решительно противилась любым мерам, нацеленным на создание общей для Сообщества валю-ты, принятию “Социальной хартии” и усилению роли его полити-ческих институтов. Все это усилило антитэтчеровские настроения и создало условия для размежевания и формирования течений в партии консерваторов.
В конце 80-х - начале 90-х годов можно было особенно четко проследить три те-чения, на которые разделились тори. Первое было представлено крайне правым течением “Одна Нация”, с лидером М. Хезелтайном (бывший министр обороны, ушедший в отставку в январе 1986 г). В книге “Там, где есть воля” HESELTINE М. Where There's A Will. - London, 1987. Хезелтайн изложил программу изменений, которые они считали необходимым внести в правительственный курс; осуществление “промышленной стра-тегии”, стержнем которой явились бы внедрение с помощью го-сударства новейших достижений научно-технической революции и повышение уровня квалификации рабочей силы; преодоление упадка некогда процветающих индустриальных регионов Северной и Центральной Британии; принятие мер по решению проблем “внутренних городских территорий; “ведение целеустремленной “европейской” политики. В книге предлагалось использовать возможности, которых были лишены прежние поколения и превратить ЕС в бас-тион сильного и неделимого мира. В 1990 г. вышла вторая кни-га Хазелтайна “Европейский вызов: может ли Британия выиграть” Heseltine M. The Challenge of Europe: Can Britain Win? - London, 1990.. В ней он выступает за превращение ЕС не только в экономический, но и в политический союз.
Представителями второго течения были “централисты” или как их часто называют “инертные”. В это течение входили некоторые члены правительства, такие как Д.Херд, Дж. Мейджор, Дж. Хау, И.Ридели. В целом это течение положительно относилось к тэтчеровскому курсу реформ, но в некоторых моментах призывало смягчить социальную политику и проводить более лояльную “ев-ропейскую политику”.
В целом, оба эти течения были нацелены не вспять, к консерватизму 40-60-х годов, а на осуществление той же неоконсервативной политики, но в “посттэтчеровском” варианте.
И, наконец, третье течение - левые или традиционалисты, как они себя называют. Лидером этого течения был депутат нижней палаты парламента А.Мейер. Это течение в духе старого консерватизма, резко критиковало политику М.Тэтчер. Обвиняя ее в уходе от классического консерватизма, неэффективности всего, что она проводила А.Мейер первый из всех ее противников, открыто выступил за ее отставку. На всех этапах большого периода правления консервато-ров, при всех оттенках и вариантах мнений в целом шла борьба внутри партии, касающаяся двух вариантов подхода к решению серьезных экономических, социальных и внеш-неполитических проблем, вставших перед страной - “жесткого” и “умеренного”. Но как “жесткие”, так и “умеренные” оставались “в рам-ках консервативных приоритетов”.
Как показали партийные выборы 1990 года, наиболее сильные позиции оказались у крайне правых и центристов. Путем компромисса им удалось выбрать на пост премьер-министра бывшего министра финансов тэтчеровского кабинета Джона Мейджора.
Мейджор получил “в наследство” неспокойную партию, влия-тельные группировки которой поддерживали в ходе предвыборной борьбы соперников будущего премьера. Но прошло всего нес-колько недель и на политической арене Британии вновь ока-залась монолитная партия консерваторов, возглавляемая единой командой. Избранный на пост премьера голосами центра и пра-вых Дж. Мейджор вскоре заслужил одобрение, с одной стороны, видного представителя левых А.Мейера, в свое время бросивше-го вызов в борьбе за лидерство самой Тэтчер, а с другой - авторитетной, хотя и немногочисленной, крайне правой консер-вативной группировки “Одна нация”, в принципе предпочитавшей видеть во главе партии М.Хезелтайна.
Гибкость нового премьера проявилась в желании сохранить лучшие дости-жения “тэтчеровской революции”, отказавшись от того, что уже не соответствовало новым реалиям. В связи с этим в начале 90-х годов в теоретических установках консерваторов произошли изменения в самом понятии “общественное развитие” Независимая газета. 05.04.95. Во многих выступлениях лидеров консервативной партии не противопоставлялись более понятия “равенство” и “свобода”, все чаще использовался заимствованный в Германии тезис о “социальном рынке”, в отличие от “свободного рынка” Тэтчер.
Отход нового правительства от жесткого тэтчеристского курса под-тверждался и публичными заявлениями главы кабинета. Уже в своей первой речи в парламенте в качестве премьер-министра он, хотя и в крайне осторожной форме, заявил о необходимости конструктивного под-хода к процессам европейской интеграции, сделал упор на задачах улуч-шения системы образования, прочих государственных социальных услуг. В другом своем выступлении он отверг саму идею “второсортности” государственной системы социальных услуг, которая фактически лежала в основе тэтчеристской философии “свободы выбора”. Мейджор неоднократно подчеркивал, что - “партия консерваторов это не оплот богатых аристократов, проводящих политику своего обогащения. Идеология консерваторов прежде всего нацелена на создание общества граждан с равными правами и возможностями. Роль государства при этом заключается в том, чтобы создавать эти возможности и давать им реализоваться”. Правда. 17.04.96.
Конечно же, вряд ли была права газета “Файнэншл таймс”, заявившая сразу после его избрания, что он предстает перед британцами как “символ бесклассового консерватизма The Financial Times. II.28.1990. . И тем не менее его отношение к “соци-альному государству”, оценка роли этого последнего как инструмента сплочения нации, преодоления ставших чрезмерно резкими социальных контрастов были иными, чем у Тэтчер.
На очередной кон-ференции партии, состоявшейся в октябре 1991г. в Блэкпуле под лозунгом “Лучшее будущее для Британии” Дж. Мейджор подтвердил свою приверженность “основным ценностям” торизма и подчеркнул преемст-венность курса правительства. Но, с другой стороны, в речи пре-мьера можно было обнаружить ряд принципиально новых моментов. Прежде всего, это более благосклонное отношение к государственному сектору хозяйства. Бюджетом правитель-ства (внесенным в парламент в начале ноября того же года) предусмат-ривался заметный рост социальных расходов государства. Ка-бинет Мейджора отказался от крайне непопулярного подуш-ного налога, введенного правительством Тэтчер (ставка нового стала определяться с учетом стоимости собственности и числа взрослых в семье).
Ставка на то, чтобы, не отрекаясь от тэтчеризма, в то же время довольно решительно отходить от его крайностей, явно оправдывала себя, и к выборам 1992 г. партия и ее руководство смогли преодолеть тот чрезвычайно опасный кризис доверия, который вполне мог окончиться ее поражением и расколом. Правительство и кабинет снова оказались в состоянии действовать как одна команда, а проводимый ими политический курс оказался более приемлемым для страны в целом. Несмотря на то, что в пособии для лейбористских работников выпушенном перед выборами 1992 года, насчитывалось 32 слабых места, по которым можно было, по мнению пропагандистов критиковать консерваторов и, где главные неудачи Мейджора суммировались следующим образом:
1. Ему не удалось создать свой собственный завершенный, надежный политический имидж, заработать доверие консервативной партии у народа.
2. Он совершил большой грех - обещал более низкое налогообложение, но существенно повысил налоги.
3. Хотя неоднократно указывал на улучшение экономического положения страны, большинство англичан не верит ему. Безработица, например, спадает очень низкими темпами.
4. Провозглашение морального лозунга “Back to Basics” совпало с неблаговидными амурными историями нескольких видных государственных деятелей.
5. Закрыто большое количество угольных шахт без предупреждения и соответствующих консультаций. Многие шахтеры верили, что эти шахты будут защищены.
6. Он защищал британское членство в европейском обменном механизме (ENF) даже когда это было вредно для английской экономики, потом внезапно прекратил его.
7. Он не допустил всенародного референдума о Маастрихтском договоре, хотя требование об этом было весьма популярно.
8. Утверждая, что будет бороться за блокирующий механизм из 23 голосов в расширенном Европейском союзе, он сдался и согласился на 27. Это уменьшило шансы Великобритании остановить нежелательные для нее решения.
9. Отношения с США становятся менее теплыми, несмотря на все уверения в обратном. Во всяком случае, их не сравнить с тем, что было при Буше и Тэтчер. Клинтон был недоволен поддержкой, которую британские консерваторы оказали Бушу перед американскими выборами, в частности розыском компромата, относящегося к периоду, когда Клинтон был студентом в Оксфорде. Клинтон по общему мнению, отплатил Мэйджору “любезностью”, пропустив в США ведущего члена Шин Фейн (политическое крыло ИРА) Гэрри Адамса Консерватизм: история и современность. - Пермь, 1995. С. 80 - 81. .
Консерваторы одержали победу и по доле собранных голосов они намного опередили лейбористов - 41,9% против 34,4%. Либеральные демократы получили 17,8%, число мандатов распределилось соответственно как 338, 271 и 20 Britain 1992. An official Handbook. - London, 1992. P. 53.. Согласно мнению большинства специалистов, решающую роль сыграло стремление избирателей к стабильности, надежности и нежелание большинства подвергать риску то, что было достигнуто в последнее десятилетие. К тому же тори удалось выбить у лейбористов их главный козырь и защитить социальные права малообеспеченных слоев населения. Еще к одной из основных причин победы консерваторов можно отнести эффективную роль так называемых “таблоидных” газет, в особенности “Сан” с ее 4- миллионным тиражом и явными симпатиями к тори и антипатиями к лейбористам( практически на следующий день после объявления результатов голосования депутаты - консерваторы выстроились в очередь в редакцию “Сан”, чтобы выразить благодарность газете за поддержку своей партии и ее лидера. На руку консерваторам играло и то, что обновленческие усилия лейбористов еще не смогли изменить негативный настрой значительной части избирателей, по отношению к ним, и партия все еще воспринималась, как леворадикальная, способная на опрометчивые шаги.

§ 4 Изменения в партийной ситуации во второй половине 90-х годов 20 века, анализ избирательной кампании 1997 года и итогов выборов.

После анализа итогов выборов в партии лейбористов произошла еще одна смена лидера, на место Киннока, который, несмотря на все усилия, по-прежнему олицетворял в глазах избирателей “старую лейбористскую партию”, был избран Джон Смит - деятель, имевший репутацию человека иной, “неклассовой” формации и пользовавшийся авторитетом среди как “низов”, так и “верхов” британского общества. Став лидером, Смит сосредоточил свои основные усилия на том, чтобы ослабить узы, связывающие партию с тред-юнионами. Его важным достижением стало то, что профсоюзы утратили значительную часть своего влияния на процесс выдвижения кандидатов в парламент и муниципальные представительные учреждения. Возобладал принцип, в соответствии с которым решающую роль стали играть индивидуальные члены партии и представляющие их руководство местных партийных организаций.
Скоропостижная смерть Джона Смита в мае 1994 года не повлияла на общие направление той эволюции партии, которая началась десятилетие назад. Больше того, она еще более ускорила эту эволюцию, и решающую роль здесь сыграло избрание лидером деятеля новой формации сорокалетнего Тони Блэра. Олицетворяя по существу полный разрыв с классовой лейбористской традицией, выпускник одной из престижных частных школ, а затем Оксфордского университета, новый лидер по существу стоял на позициях социального либерализма Sopel J. Tony Blair: the modernizer. - London, 1996. P.129.. Этому соответствует не только содержание его речей и статей, но и весь его облик современного, коммуникабельного политического деятеля, апеллирующего прежде всего к “среднему англичанину”. Сознавая, что в содержательном плане лейбористск5ая доктрина и система внутрипартийных отношений эволюционировали уже достаточно далеко, он сосредоточил свои главные усилия на том, чтобы серией публичных, близких к рекламным мероприятий убедить широкие массы англичан в том, что нынешняя партия - это “новая” лейбористская партия, качественно отличающаяся от той, которую они знали на протяжении большей части своей жизни.
Наибольшую отдачу здесь дали меры, которые освободили бы лейборизм от традиционной государственно-социалистической символики. Первый шаг на этом пути был сделан еще при Кинноке, который сразу же после своего избрания добился замены в качестве “знака” партии красного флага на красную розу. Блэр решил пойти значительно дальше и замахнулся на “святая святых” лейбористского символа веры, а именно - на статью 4 устава партии, принятого в 1918 году. Статья эта гласила, что своей главной целью партия считает установление “общественной собственности на средства производства распределения и обмена”. Оценив изменившуюся ситуацию и пропагандистский эффект, который может иметь такого рода акция, Блэр уже через месяц после своего избрания изъять статью из устава. И поскольку главное здесь было не столько в том, чтобы добиться нужного решения, а обеспечить сдвиг в сознании реальных и потенциальных сторонников лейборизма, вокруг этой акции была организована широкая пропагандистская кампания New labour triumph: Britain at the polls. - N.Y., 1997. P.49 - 73.. Таким образом партия стала смещаться к центру, идя на это сознательно, поскольку британские избиратели никогда не поддерживали радикальные движения, В то же самое время многочисленные трудности консервативной партии отрицательно повлияли на восприятие ее страной. В конце марта 1994 года газета “Таймс” опубликовала результаты опроса фирм МОРИ об отношении к главным политическим партиям The Times. III.27.1994. . Результаты были очень близки к результатам фирмы Гэллоп The Economist. 1994, vol. 278, n. 7509. P. 31., опубликованным несколько дней спустя (они даны далее в скобках). Фактически все цифры были негативны для консерваторов.
Оказалось, что консервативная партия пользовалась поддержкой лишь 28% (26,5%) опрашиваемых и этот уровень не менялся с мая 1993 года. Лейбористов поддерживало 49% (51,5%), либерал-демократов - 20% (17,5%). Популярность правящих партий как известно, имеет тенденцию уменьшаться к середине срока правления, но цифра тем не менее очень низкая. Только 12% опрашиваемых были довольны тем, как правительство работает (22% в 1990 году при Тэтчер) и 20% были довольны работой Мэйджора. По сообщению Гэллопа, Мейджор (после двух лет у власти) набрал наименьшее количество позитивных голосов из всех послевоенных премьер-министров. Среди членов консервативной партии только 50% были довольны лидером. Тэтчер же и в последние недели правления поддерживали более 70% The Economist. 1994, vol. 278, n. 7509. P. 31..
Но, несмотря на неутешительные для тори цифры, еще в начале 1997 г. в Британии не существовало единого мнения по поводу победы той или иной партии. Во-первых, потому что британской политической истории известны эффектные победы в последнюю минуту, такие, как например, победа Уинстона Черчилля в 1951 году, когда лишь причуда избирательной системы позволила ему обосноваться на Даунинг-стрит, получив преимущество лишь в 26 голосов. Во-вторых, чтобы получить безусловное преимущество, лейбористам необходимо было набрать на 4.3% голосов больше, чем они получили на каких либо выборах, начиная с 1945 г. И сделать это им нужно было при наличии здоровой экономики и реального повышения уровня жизни.
Однако, если еще в 1996 году тори с уверенностью могли сказать, что успешная экономическая политика приведет их к победе, то к началу избирательной кампании, стартовавшей 17 марта (днем выборов объявили первое мая) стало ясно, что благоприятные экономические изменения не определяют больше намерений избирателей. Как отмечает академик Эссекского университета Давид Сандерс The Economist, 1997 vol. 342, n. 8009. P. 18., изучающий эту проблему, даже та часть электората, которая уверена в завтрашнем дне, не намерена с таким же оптимизмом поддерживать Мейджора. И если еще в феврале консерваторы, согласно опросам избирателей, казалось обрели почву под ногами, поскольку их отставание составляло лишь 16%, то уже в марте-апреле картина существенно изменилась:
лейбористы 54%,
консерваторы 28%,
либеральные демократы - 12%.
Narrowing
The Economist's poll of polls The Economist, 1997 vol. 343, n. 8014. P. 34.
Sources: MORI; ICM; NOP; Gallup
Таким образом, лейбористы могли получить в парламенте 474 места, тори 142, либеральные демократы - 26 мест. Особый пессимизм сторонникам тори внушал тот факт, что, несмо-тря на многочисленные попытки в течение последних 10 месяцев, кон-сервативная партия никак не мо-гла не только обеспечить себе столь необходимый рост популяр-ности, но и восстановить утерян-ные позиции.
Но столь популярные в Великобритании опросы избирателей не являются единственным свидетельством ослабления позиции тори. Сильный удар по консерваторам был нанесен несколько с неожиданной стороны - правой прессой, которая всегда поддерживалась консерваторами и пресса поддерживала их: “Издательская группа “Ассошиэйтед ньюспейперз”, выпускающая лондонские газеты правого толка “Дейли мейл”, “Мейл он санди” и “Ивнинг стэндарт” отказалась от традиционной поддержки консервативной партии и за месяц до всеобщих выборов перешла на сторону крупнейшей оппозиционной - лейбористской партии.
Решение об изменении политической окраски группы было принято после встречи лидера лейбористской партии Энтони Блэра с председат и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.