На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Контрольная Различные аспекты политической деятельности партии Единая Россия, которые в совокупности характеризуют партию как авторитарную организацию: принуждение электората, его конформизация, нарушение конституционных прав, мифологизация, жесткий контроль СМИ.

Информация:

Тип работы: Контрольная. Предмет: Политология. Добавлен: 26.09.2014. Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Корпорация власти

Ильин Алексей Николаевич
Аннотация
Цель этой работы - критический анализ деятельности современной партии власти - «Единой России». В тексте рассматриваются различные аспекты политической деятельности данной партии, которые в совокупности характеризуют партию как авторитарную организацию: принуждение электората, его конформизация, нарушение конституционных прав, ложь и мифологизация, фальсификация выборов, жесткий контроль СМИ, нетерпимость к инакомыслию и уничтожение оппозиции. Основная идея настоящего исследования заключается в том, что «Единая Россия» - не партия, а корпорация, которая выражает не интересы какой-либо прослойки общества, а сугубо свои, узкокорпоративные, интересы. Автор приводит достаточно серьезную доказательную базу, которая состоит как из многочисленных литературных источников, так и из личного опыта наблюдения за явлениями, происходящими на политической арене современной России.
Предисловие к монографии А. Ильина «Корпорация власти»

В последнее время наш лексикон начинает обогащаться новыми словами, значение которых подчас может не представляться до конца понятным. Иллюзорность понимания, возникающая у тех, кто их употребляет, в принципе, достигается умышленно. Атомизация социальной структуры, её образований, выглядит вполне объективным результатом, получаемым на «выходе» от вполне конкретных усилий власти, заинтересованной в подобном процессе.
Концептуализация таких конструкций, как «корпоратив», «корпоративное мероприятие», «корпоративная вечеринка», «корпоративный отдых» или «яхта Абрамовича», несёт с собой зловещие смыслы. При этом возникают вполне устойчивые ассоциации в виде иллюстраций сытых и довольных, развлекающихся и танцующих. Холодный блеск драгоценностей и наклеенные улыбки. Причём подобное сложно назвать эпикурейством, торжеством высокого эстетического вкуса, справедливым вознаграждением. Это - пир сытых в условиях прозябания огромного количества нищих, голодных, алкающих элементарных гарантий. Это - типичная зарисовка современной России. Пиршество в русском доме Ванкувера - 2010. Обмывающей свои медали. Сильной России. Единой России…
Корпоратив предполагает отсутствие лишних. Правящие акторы не намерены терять собственную позицию, инкорпорировать в свои структуры потенциальную контрэлиту. Вместе с тем, налицо потрясающая циничность - фишка манипулятивных игр, суперидея мнимой российской успешности, российского единства. Создаётся иллюзия причастности к общему столу, к разговорам за ним, к совместным тостам и изливаниям души. Общество приучают к мысли о том, что все вместе. Вспоминается один из плакатов «Единой России», тиражируемый в информационном пространстве во время очередной венценосной и безальтернативной кампании. Ректор и тракторист, директор и врач, рабочий и сотрудник ДПС… Все вместе. Все - Единая Россия.
Ах, какая же это мнимая, выдуманная каким-то политтехнологом идентичность! Могут ли собраться за одним столом представители данных профессий? Можно ли примирить рабочего и сотрудника ДПС? Возникают сомнения в существовании неких идентичностей, помимо объективных потребностей и мерцающих огней неких метафор, выступающих своеобразными феноменами - смерть, жизнь, добро, радость, любовь. Сложно представить, что представителям данных профессий удастся собраться за одним столом! Вместе с тем, есть вероятность, что их всё-таки соберут. Раскинут скатерти, расставят фужеры и будет фуршет! Всё будет по-честному! И будет искренность! Напоминающая визиты первых лиц государства или губернаторов в гости к ветеранам и в детские дома, к известным учёным и артистической богеме. Журналисты-рабы осветят подробности события в СМИ. Вспоминается вопрос, заданный В. Путину во время встречи с журналистами несколько лет назад одной женщиной, представлявшей какое-то издание с Дальнего Востока. Она спросила что-то вроде того, как ему удаётся держать себя в такой прекрасной форме. Сам вопрос может уже многое сказать о том, что данный журналист не считает зазорным присутствовать на фуршетных корпоративных праздниках. Отправиться в командировку за 10000 километров для того, что задать подобный вопрос! По сути дела, здесь, на данном примере, продемонстрирована «клиническая смерть» журналиста, с выдохшейся гражданской позицией. Нет, скорее всего, её не было изначально…
Могут ли собраться вместе все эти люди? Думаю, что нет. Не могут быть вместе люди, зарплата которых отличается в десятки раз, а жилищные условия - приблизительно также как в начале XX века отличался быт рабочих Путиловского завода и министров Временного правительства. Сытый голодного не разумеет. И никогда такого не будет, когда их вербализованный диалог за утренним чаем будет похож на ахматовские стихи. Безобразный моральный облик корпорации власти, её низкий эстетический вкус делают её совершенно непривлекательной для элементарного человеческого общения. Кумовство и непотизм, «кристаллизованность» и строгая регламентация внутренней жизни правящего класса плотно закрывают его стальными рольставнями от любопытных взглядов. Политический дискурс узурпирован в интересах корпорации власти. Такое ощущение, что корпорация власти задерживается в России уже надолго. По крайней мере, у нас не возникает ощущения, что позиция власти будет постепенно ослабевать. Наоборот, царствование продолжается. Закрываются заводы, школы и больницы, но тело власти не испытывает симптомов физического голодания. Растёт репрессивное тело власти, происходит институционализация новых форм принуждения и контроля, повышается информационная зависимость общества от всемогущего и всезнающего рубильника власти. Тело власти развивается и за счёт переливания свежей крови. Маленькие холуи из молодёжный парламентов привыкают к процедуре легитимации в данный институт как к единственно возможной и честной. Отбор в молодёжные парламентарии происходит посредством собеседования с местной властью - корпорацией «Единая Россия».
Безусловно, сильным моментом исследования Алексея Ильина является достижение полифонии с теоретическими построениями французской структуралистской школы, отличающейся болезненным и гипертрофированным ощущением собственной свободы, притязанием на неё со стороны различных инстанций власти, действующих исподволь. Лёгкость и элегантность стиля, подобно эпикурейской, структуралистической манере, налёт фантазийности, чрезмерное увлечение дискурсом, расценивающиеся как отсутствие фундаментальности, на самом деле есть, безусловно, новые объяснительные схемы - оригинальные, интеллектуальные, живые. Причём, весьма убедительные и научные!!
Но, рассуждать Вам, уважаемый читатель. Если Вы держите в руках эту книгу, то, безусловно, это уже говорит о присутствии некоторого интереса, о стремлении разобраться, вступить с автором в полемику, поддержать его, передать ему на расстоянии заслуженную мысленную здравицу.
В принципе, политтехнолог, придумавший имя корпорации власти - «Единая Россия», - делал свою работу. Как тракторист и ректор, как директор и врач, как рабочий и сотрудник ДПС. Голосование за данную партию может быть объяснимо мотивами, срабатывающими при экономическом голосовании, когда кандидат-единоросс за считанные мгновения преобразует реальность, подключая к легитимации огромную ресурсную базу. Во многих субъектах РФ и муниципальных образованиях, в последнее время, выборов ждут приблизительно так же, как поколения, родившиеся до 1990-х гг., ждали Новый год. Выборы с участием «Единой России» в условиях стагнирующего государства, коррупционного и ненадёжного, сворачивающего социальные программы, но гарантирующего обществу какую-то мистическую, экзистенциальную старость, тем не менее, интересны. Но, интересны только в одном смысле - экономическом. Ключевая проблема российского общества - его потрясающая бедность - до сих пор не решена, и манифестации «Единой России», корреспондирующие с весенне-осенними электоральными циклами, рассматриваются обществом как бесплатная раздача хлеба, как некий момент истины.
Дорогой читатель, друг, уверен, что Вас ожидает интереснейшее интеллектуальное чтение. Уникальность работы Алексея Ильина, на наш взгляд, заключается в том, что наряду с достаточно качественными попытками объяснения феномена корпорации власти, её внутренних кодексов и регламентаций, нам предоставляется и реальная авторская позиция - очевидный, звонкий авторский голос - недвусмысленное гражданское «Я».
Введение

Трудно писать на злободневные темы. Трудно писать о том, что запрещено, о чем говорить в официальной прессе нельзя, о том, что касается нас всех в целом (граждан РФ) и каждого в отдельности, о том, что во многом определяет нашу жизнь. Иногда возникает вопрос: «какая же идеологическая пустота, слепота и немота заставляет нас игнорировать самый главный предмет нашего существования - систему, определяющую границы дозволенного и запрещенного?». Трудно найти однозначный ответ.
В этой работе пойдет речь о политике. И не просто о политике в ее абстрактном смысле, а о политической ситуации в современной России, игнорируя которую, мы игнорируем наше настоящее и будущее. Ведь вопрос о том, как и кто нами управляет, немаловажен как для общества, так и для каждого индивида. Не интересуясь политической жизнью страны, мы расписываемся не только в своем равнодушии, но также в невежестве и меркантилизме, которые - в свою очередь - ударяют по нам с большой силой. Просто зачастую этот удар ощущается довольно поздно…
Способно ли малое помочь многому? Заинтересовано ли многое в малом? Вероятно, каждый писатель, актуальность труда которого неоспорима, задавал себе подобные вопросы. Работа, которую Вы держите в руках, не манифест, не призыв к действию, не революционный план и не программа новой политической партии. Это в первую очередь научная работа, хотя… Ее в полной мере научной назвать сложно, учитывая хотя бы специфику языка, на котором она изложена. Но в то же время есть постановка проблемы, присутствует система доказательств, наличествует обоснование авторских взглядов, использован огромный пласт научной (и не только) литературы, освещающей междисциплинарную проблематику, которая затрагивает актуальные проблемы не только политологии, но также философии, психологии… и непосредственного опыта, практики. Но если сказать, что данная работа научна, значит посмотреть на нее только с одной стороны. Она отличается от любого строго научного, академического исследования тем, что в ней, наряду со сциентизмом, присутствует жизнь, эмоциональная искра, без которых невозможен полноценный анализ животрепещущей темы. Принято считать, что любое научное исследование исходит из чувств удивления или любопытства. Появлению этой работы послужило такое эмоциональное состояния, как возмущение. Возмущение тем, что есть, но чего не должно быть.
Автор признает, что нарушил один из основных принципов научности - субъективную беспристрастность, но невозможно говорить о сегодняшней власти, не обращаясь к болезненным проблемам современности и не давая нелицеприятных оценок тем, кто их заслуживает, будучи повиненным в этой болезненности. Поэтому, следуя беспристрастности, автор смог бы представить проблему в однобоком ракурсе, чего, естественно, делать не хотелось.
Специфика настоящего исследования заключается еще и в том, что сложно подобрать какой-либо один дискурс, строго определенную парадигмальную область, которая в полной мере отвечала бы целям данной работы. Если мы скажем, что это политика, тогда будем не совсем правы. Естественно, политика - основной вопрос, краеугольный камень, атомарное ядро, вокруг которого вертятся электроны других областей, затронутые в данном исследовании. И эти электроны здесь необходимы, потому что политика не в ее идеалистическом, а непосредственно практическом (видимом для глаз, а не только присутствующем в мыслительных конструкциях) истолковании не сводится только к политике (как ни парадоксально эта фраза звучит). Рассматривая ее суть, следует также обратиться к дисциплинарным областям, смежным с ней. Если мы скажем, что данный труд написан по философии (точнее, по политической философии), то истина снова скроется от наших глаз, так как философский аспект выполняет скорее методологическую роль, с помощью которого придается максимальная объективность и обоснованность высказываемым идеям. Если мы предположим, что настоящая работа касается в первую очередь проблематики социальной психологии, то снова не избежим ошибки, поскольку данные психологии и социологии здесь необходимы, но вместе с тем их функция носит вспомогательный характер; да и вообще, нельзя изучать явления, касающиеся как общества, так и индивида, не прибегая к помощи соответствующих наук. В общем, признаемся в том, что этот труд в первую очередь политичен, но не только политичен, равно как и не только научен. Обращаясь к текстам авторов из разных областей знания (в том числе и публицистов), я искал верный путь не только изложить свои идеи, но предоставить убедительную аргументационную базу и показать глубину анализируемой здесь проблематики. Насколько хорошо это удалось, пусть судит читатель. Сознательно не претендуя на роль глашатая истины в последней инстанции, автор предлагает читателю возможность сотворчества и соучастия в научном поиске, возможность взглянуть на факты под новым углом зрения и выработать свою, личную точку зрения на феномен современной власти и власти вообще.
Сразу скажу, что стиль моего письма наполнен категоризмом и местами в нем прослеживается бескомпромиссность, что, наверное, идет вразрез с только что сказанной фразой по отношению к читателю о возможности выработать личную позицию. Однако прошу эти недостатки интерпретировать скорее в стилевом, нежели в смысловом аспекте (не клеймя автора в том, что он предлагает два подхода к проблеме - свой и неправильный). Говоря о содержательных недостатках книги, отмечу то, что некоторые из них вызваны широтой охвата материала, в какой-то степени выходящего за пределы моей компетенции. Кроме того, недостатки по части содержания вполне могут быть следствием присущей мне предвзятости и погрешимости. Я буду чрезвычайно рад любому суждению научной критики, которая, возможно, заставит меня пересмотреть какие-то положения. А что касается предрассудков, исходящих из лона так называемого общественного мнения…, то я отнесусь к ним терпеливо, следуя либеральному принципу «пусть говорят, что хотят». За недостатки следует ругать меня, а за достоинства - хвалить тот самый дискурс, которому я обязан - дискурс несогласных.
Предвыборная кампания… И снова мы видим радостные улыбки на лицах избирателей, горящие глаза, активность как представителей электората, так и самих кандидатов. Проявление активности со стороны кандидатов, то есть избираемых, понятно - без нее невозможно проведение качественной агитации. А что касается электората, то есть избирателей, то с чего бы, спрашивается, им ее проявлять? Неужели массам так сильно промыли мозги, что не участвовать в выборах они просто не могут? Неужели из них сделали зомби, которые совершенно не понимают, что их голоса ровным счетом ничего не значат? Да, к сожалению, так оно и есть. Фиксация мнения электората - не более, чем пустая формальность в контексте выборов. Вместе с тем правительству важно понимать настроения общественности, чтобы знать, чего можно ожидать от народа. Ведь если люди по большей части пассивны, то возникает неизвестность в отношении их намерений и желаний, а если они, практически не задумываясь, ставят свой голос за какого-то конкретного кандидата, то автоматически правительству становится понятным их мнение. Провоцирование субъектности - вот как называли эту ситуацию Д.Г. Гусев и соавторы Гусев Д.Г., Матвейчев О.А., Хазеев Р.Р., Чернаков С.Ю. Уши машут ослом. Современное социальное программирование. - Пермь: Alex J. Bakster Group, 2002. - 192 с. , но об этом мы поговорим позже. Здесь можно провести прямую аналогию с психоаналитическими сеансами и с христианскими исповедями, посредством которых также фиксируются некогда потаенные мысли и желания реципиента, узнается то, чем он дышит и чего хочет См. об этом Фуко М.?Пылающий разум // Матрица безумия / М. Фуко, К. Г. Юнг. -- М. : Эксмо, 2006. -- С. 137-382. С. 184.. А что такое выборы? «Выборы» - совещания в Кремле по вопросу о том, сколько партий и какие именно пустить в эту нотариальную контору «следующего созыва»» Суварин Б. Родина // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=7484 - пишет Б. Суварин.
Но сейчас разговор пойдет не об анализе предвыборных кампаний, являющихся [в том числе] средством выуживания необходимой информации из человека. Речь пойдет о методах работы конкретной политической партии, о репрессивной деятельности организации, имя которой - «Единая Россия». То, каким образом «Единая Россия» проводит свою предвыборную кампанию, говорит само за себя. Их даже партией-то трудно назвать. Традиционно считается, что партия - это некая консолидация людей, объединенных одной идеологией и выражающих права какой-то конкретной категории населения. Какая же идеология у «Единой России»? Ее нет. Единственное, что можно назвать их идеологией, - это стремление быть у власти, находиться рядом с кормушкой путем отсечения широких масс от пирога. И чьи права она выражает? Только свои. Она решает лишь те вопросы, которые интересуют узкий круг лиц - партийных лидеров, и совершенно не учитывает интересов широкой общественности. И зачастую эти решения осуществляются за счет народа, а не во благо народа. То есть она имплозивна, замкнута на себя, на свою клановость, представлена как «вещь в себе». Поэтому наиболее приемлемый для нее эпитет - не партия, а корпорация. Само название «единая», возможно, специально придумано для создания иллюзорной видимости наличия идеологии, объединяющей всех под свое крыло, некоего объединения. Благодаря звучанию такого названия у обывателя создается мнение о существовании строгой идеологии, ментальная квазирепрезентация ее присутствия. Скорее стоит говорить не о идеологии и даже не об ее симулякре, а об ОТСУТСТВИИ.
Нет этой идеологии и у проправительственных организаций, которые формально отделены от «Единой России», но функционально от нее неотделимы. Сюда относятся всякие наиглупейшие и при этом социально одобряемые молодежные движения типа «Наши» (нашисты), «Молодая гвардия Единой России» или «Идущие вместе». И какая у них могла быть идеология, если основная цель сводилась к пресечению оппозиционной активности и к поддержке своего покровителя - «Единой России», - а не народа или хотя бы какой-то части населения? «Так, по инициативе Кремля было создано молодежное движение «Идущие вместе», - отмечает И.А. Свертков. - Однако отсутствие вразумительной идеологии, кроме поддержки президента и «антиоранжевого» принципа, а также явные просчеты в организации деятельности движения не позволили ему оставить значимый след в российской политике. Тем более движение было дискредитировано рядом непродуманных акций в стиле публичного сжигания «аморальных» книг» Свертков И.А. Особенности партийной социализации молодежи в современной России // Электронный журнал "Знание. Понимание. Умение" № 3 2009 - Социология zpu-journal.ru/e-zpu/2009/3/Svertkov/. Кроме того, когда публично кого-то хают, когда публично сжигают книги, этой публичностью создают необходимую рекламу объекту ненависти; недаром страна узнала о петербургской тусовке (а после 11 сентября Коран и другие исламские тексты стали бестселлерами в США). Да и вообще, действо сжигания, во-первых, напоминает тупое цирковое представление, а во-вторых, в нем можно узреть подражание гитлеровской политике, сторонники которой тоже устраивали акты сожжения. А кому подражаем - хотя бы в малой степени, - тем и становимся. По поводу сожжения «Идущими вместе» декадентских книг сделал замечание даже С. Жижек. Ссылаясь на Г. Маркузе, он заметил, что в преддверии возникновения фашизма комедия (имеется в виду комедийность этих актов сожжения) предшествует трагедии, и последующий кошмар сначала воспринимается как комедия Жижек С. Добро пожаловать в пустыню реального. - М.: Фонд «Прагматика культуры», 2002. - 160 с.. Насколько это демократично - уничтожать какие-либо созданные человеком произведения, даже если они действительно аморальны? Более гибкий и демократичный принцип в этой области был бы таков: кто хочет это читать - пусть читает, а кто не хочет - молодец. Аморально с точки зрения нынешнего правительства не то, что на самом деле аморально, а то, что не способствует процветанию административной верхушки. Да, движение «Идущие вместе», этот путинюгенд, дискредитировало себя, но, к сожалению, не привело к дискредитации партии власти в целом.
Государственная воля, - пишет В.В. Гопко, - «это стремление системы государственного управления, реализуемое через государственные институты, к осуществлению целей, обеспечивающих развитие государства» Гопко В.В. Воля в массовой культуре / Дисс. на соиск. степени канд. филос. наук. - Омск, 2006. С. 23.. Наверное, это определение может быть применимо к любому государственному аппарату, но относительно этатистских политических объединений, в том числе и «Единой России», оно будет актуальным в наибольшей степени. Дело в том, что единороссы, действительно, стремятся через государственные институты обеспечить именно свое развитие, а совсем не развитие общества. А государственными институтами, в данном случае, являются все государственные учреждения (школы, больницы, реабилитационные центры и даже вузы), работников которых принуждают вступить в партию, и это принуждение, несомненно, выступает средством обеспечения развития государства и только государства. Воля народа, людские интересы и потребности стали неважными. Хотя они и раньше-то не особо учитывались. Многие говорят, что ситуация в сравнении с откровенным тоталитаризмом в корне изменилась, что современность характеризуется намного большей свободой и либерализмом. Но так ли это? Разве в тюрьмы не попадают невинные люди путем фабрикации дел, которые трещат по швам? Разве укорененные в Конституции права и свободы не нарушаются? Можно ли открыто заявить о своем несогласии с общепринятой догмой? Пожалуй, если в годы сталинского террора общество держалось на молчании и страхе, которые были общепринятыми, то теперь только на молчании. Но разве этого мало? Когда люди, чьи права нагло нарушаются, молчат и ничего не делают, создается плацдарм для наступления тоталитаризма. Собственно, данное исследование посвящено именно тоталитарной ситуации сегодняшнего дня, современной России, которую снова захлестнула политика наглого террора и насилия над человеком и над его сознанием. По меткому замечанию А. Барда и Я. Зондерквиста, буржуазия создала идею о том, что парламент выражает волю народа, и эта идея работала на установление баланса между угнетателями и угнетенными; аксиома зависимости между буржуазией и пролетариатом исполняла функцию укрепления власти буржуазии Бард, А., Зондерквист, Я. Netократия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма. -- СПб.: Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2004. -- 252 с.. Данная аксиома продолжает существовать и ныне, прикрываясь которой, истеблишмент успешно удерживает власть. Но идея о том, что государственная дума представляет группу людей, поставленных народом, совершенно не выдерживает критики. Она трещит по швам, но представители народа это не видят или не хотят видеть. Заслужить себе место в высших эшелонах власти способны не выразители народной воли, а активные защитники антинародного государства.
Эта работа может показаться читателю чрезвычайно критической. На самом деле это не совсем так. Да, работа наполнена критикой, но моей задачей было не просто донести до читателя в истинном виде некоторые политические нравы современного общества путем демонстрации их ущербности и несостоятельности, а сделать эту демонстрацию конструктивной, для чего потребовалось описать собранные факты и прокомментировать их, а также привлечь на свою сторону (впрочем, они и были на моей стороне!) множество авторов из разных областей знания и с их помощью обосновать свои взгляды. Здесь имеет место не огульная критика, а описание фактов, позволяющих ей не быть огульной и вместо этого принимать форму конструктивности и обоснованности. Да, я подвергаю усиленной критике некоторые явления современной общественной жизни, и хотелось бы, чтобы это было сравнимо с работой хирурга, удаляющего злокачественное новообразование, действия которого вряд ли можно охарактеризовать как деструктивные. Основной метод настоящего исследования - не просто критический анализ, а скальпель и молот.
К описанию фактов я решил прибавить огромное количество комментариев: как самих фактов, так и текстов привлеченных мною философов, психологов, культурологов и т.д. Критика оказывается противостоящей комментарию; критика - это анализ видимой формы, а комментарий - раскрытие скрытого содержания Фуко М. Слова и вещи: археология гуманитарных наук. - СПб.: A-cad, 1994. - 408 с.. Когда мы раскрываем содержание какой-то проблемы и прибегаем при этом к помощи других авторов (вносим ссылки и цитаты), то используем, помимо своего текста, комментарий, направленный на анализ мыслей цитируемых нами авторов для наиболее полного раскрытия изначальной проблемы. «Критика может анализировать язык лишь в понятиях истины, точности, свойства или экспрессивной значимости» Там же. С. 113.. Но после этого раскрытия, когда истина становится пойманной за хвост, мы можем позволить себе использование критики, если, конечно, исходя из собственной позиции, видим в раскрытой проблеме какие-то элементы, достойные быть подверженными критическому анализу. Естественно, в момент, когда проблема недостаточно раскрыта, мы не должны приступать к критическому осмыслению, поскольку оно будет слишком преждевременным, а потому неконструктивным, малообъективным. Однако мы можем себе позволить подвергать критическому анализу некие заслуживающие этого элементы проблемы одновременно с раскрытием самой проблемы, но оцениваемый элемент должен подвергаться оценке не раньше своего раскрытия. Впрочем, на протяжении всего письма я пытался следовать этой схеме: сначала предоставить более или менее полное описание факта, а затем дать этому факту оценку.
1. Социальное неравенство, политкорректность, статус интеллектуала, принуждение, мифотворчество, конформизация

Единоросские деятели руководствуются методами, попирающими всякую законность, нравственность и демократичность. (Разумеется, демократия - не самая совершенная форма правления, так как ей может сопутствовать такой феномен, как «тирания большинства» (если демократия не основана на конституционном либерализме). Но здесь и далее в тексте я, используя этот термин, по умолчанию придаю ему значение, освобожденное от всяких явлений тирании, а наоборот, наделенное сугубо позитивным смыслом. Скажем, говоря о демократии, я имею в виду либеральную демократию). Очевиден произвол, учиненный властвующей верхушкой, которая не жалея средств рвется к еще большему господству. Интересно, насколько наглым и циничным нужно быть, чтобы обещать людям закон и справедливость, свободу слова, повышение зарплат и т.д., и при этом идти к своей цели абсолютно противоположными по отношению к своим обещаниям путями. Чем еще, если не произволом, можно объяснить огромную пропасть, настоящую бездну, проложенную между оплатой труда самого низкооплачиваемого работника в учреждении и оплатой руководителя? Бесспорно, начальник должен получать больше своих подчиненных, но во сколько? В пять, может быть, в десять, но уж явно не в пятьдесят раз! Чтобы не бегать далеко за примерами, достаточно обратить внимание на различие зарплат университетских сотрудников: ректоры получают как раз примерно в тридцать-сорок раз больше ассистентов, а зарплата последних - вообще не зарплата, а копейки, которых не всегда хватает даже на погашение коммунальных платежей. Важно подчеркнуть, что «вакантную» ассистентскую должность занимает человек с высшим образованием, а чаще всего - аспирант. Но уровень оплаты его труда как-то не коррелируется с уровнем его образованности. Вот она - интеллигенция наша, потенциальная интеллектуальная элита, особо «уважаемая» государством. Россия - одна из тех стран, где уровень образования не решает НИЧЕГО, а разрыв между зарплатами просто катастрофически огромен. Поляризация настолько сильна, что трудно даже сопоставить размер заработной платы какого-нибудь чиновника (его ранг не так уж важен) и какого-нибудь честного врача; любая попытка такого сопоставления вызовет только ироничный смех, абсурд выражается как раз в подобном принципиальном несопоставлении. Разница будет даже не десятикратной… Это есть узаконенное, легитимированное воровство у народа. При зарплате 80 т.р. госслужащему трудно понять проблемы человека, который получает 6 т.р. И не стоит удивляться тому, что люди плохо работают. Кому же захочется спину гнуть, идти на работу с радостью, а с работы с гордостью, осознавая, что некоторая часть итак небольшого результата его труда уходит в карман чиновникам, которые не знают уже, как беситься с жиру.
Самое смешное и трагичное-то, что чиновники периодически повышают зарплаты представителям самых нужных, но социально не защищенных профессий, в первую очередь врачам и учителям, и бьют себя в грудь за такой героический поступок, но почему-то не говорят о постоянно повышающемся уровне инфляции. И выходит, что повышение пенсий и зарплат полностью обессмысливается, как вклады в банках, процент которых съедается все той же инфляцией. Пожалуй, высшая форма подобного абсурда заключена в новостной фразе «в последнее время замедлился рост преступности». И это звучит как важное достижение! А по сути, что хотели сказать? То, что она все равно растет, но просто чуть медленнее.
Вообще, нынешние политикины-беспредельщики любят выпячивать свои заслуги. Так, на более или менее серьезных постройках, нужных обществу, висят баннеры с логотипом «Единой России». С помощью такого пиара, не ограниченного только контекстом строительства, корпорация пытается вызвать в массовом сознании своеобразную причинно-следственную зависимость между благом и самой корпорацией. Ставя на предметы производства свои знаки, истеблишмент означает это производство собой; одновременно он на своей деятельности ставит печать производства - производства блага. Как во времена Советского Союза вызывалась ментальная взаимосвязь между КПСС и всеобщей благодатью, так и сейчас Единая Россия и благодать - вещи нераздельные. Но так ли это?
Так что, говоря об управлении страной, невозможно обойти вниманием проблему абсурда, непосредственным образом связанную с политической темой, являющуюся оборотной стороной медали под названием «политика», а точнее - «современная политика». Также неполным будет раскрытие интересующей нас проблемы, если мы не коснемся темы соотношения тех целей, которые политики озвучивают, и тех, которым они следуют в действительности. Какие только обещания не сыплются на наши головы сверху! Россия станет правовым государством, зарплаты возрастут, все будут жить долго и счастливо. Вот только, оглядываясь на историю, едва ли мы найдем период, в котором народ не кормили бы подобными обещаниями, но и не получится обнаружить эпоху, когда они были реализованы. Народное право если и реализуется, то детерминантой его реализации выступают не страдания людей, а то, улучшает ли систему введение прав - желания угнетенных не служат регулятором системы. Если такая причинно-следственная связь прослеживается, если улучшение всех аспектов состояния народа приводит к укреплению системы, то есть все основания для помощи урезанным в правах слоям. Но счастья на всех не хватает, и поэтому в реальности трудно представить ситуацию, где таковая связь имела бы место. На самом деле, наоборот, упадок народа ведет к укреплению системы. Конечно, при условии, что упадническое состояние не вызовет революционные настроения и волну протестов, исходящих снизу; неудовлетворенность не должна выливаться в практические действия, дестабилизирующие систему.
Правительство не упускает возможности лишний раз сказать массам о том, что Россия должна быть (или даже есть) свободной страной с хорошо отлаженной системой защиты гражданских прав и со свободной прессой. Но действительно ли демократия выступает их целью? Конечно же, нет. Под демократией мы понимаем не только социально-политическую систему, основанную на узаконенных и реально защищаемых гражданских правах, но и систему, в которой реализуется информирование народа об истинных схемах управления, реализуемых правительством.
Как указывает А.А. Гусейнов, проблема противоречивости целей и средств имеет два аспекта: 1) для осуществления нравственных целей применяются безнравственные средства, 2) разделение общественности на два класса, один из которых является целью, а второй - средством Гусейнов А.А. Этика ненасилия // Вопросы философии. - 1992. - №3. С. 72-81.. В нынешней ситуации «Единая Россия» проявляет еще больший цинизм, чем субъекты реализации двух названных А.А. Гусейновым вариантов поведения, - она не стыдится пользоваться ими обоими. Она преследует безнравственные цели (только прикрываясь моралью и законностью), прибегая к таким же безнравственным средствам. В качестве инструмента используется народ - народ голосующий, народ, вступающий в корпорацию (чаще всего по принуждению). Целью же выступают они сами, эти зажравшиеся до боли свои и до наглости чужие морды, а точнее их благосостояние, нажитое путем принудительного изъятия результатов труда обычных смертных, путем их хищнического присвоения. Государственная элита не ест плоть и не пьет кровь подвластных, но питается их творческой, витальной, интеллектуальной, трудовой энергией, что можно квалифицировать как энергетический (идеологический) каннибализм, насилующий не тело, но сознание и дух. Культура интеллигенции, ставящая под сомнение тоталитарные и олигархические ценности, враждебна системе, и система направляет все усилия на самопроцветание за счет угнетения класса интеллигенции (и интеллектуалов), за счет его обыдления. Кремль склонен вкладывать деньги в собственные удовольствия, а не в высокие технологии; отсутствие последних приводит к отсутствию технической интеллигенции, которая первая протестует против диктатуры О гедонизме и равнодушии к проблемам простого люда представителей Кремля см. Латынина Ю. Дороги и резиденции // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=9365; Латынина Ю. Петрократия // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=9339; Латынина Ю. Почему Путин не заехал в Рубцовск? // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=9344. Таким образом, с особой успешностью убиваются два зайца: политики, купаясь в шампанском и осознавая низость интеллектуального и гражданского уровня среднего обывателя, чувствуют себя вполне спокойно. Конечно, инвестиции в собственные удовольствия в ущерб поддержке науки и техники нельзя рассматривать как сверхвесомый фактор, влияющий на сокращение интеллигенции, однако, свою лепту он тоже вносит. Во Франции, например, интеллектуалы не чувствуют себя какими-то маргиналами, как у нас; наоборот, они там являются определенными эталонами, авторитетами, к которым с почтением относятся не только народные массы, но и политики. Жаль, что Россия не Франция… Если интеллектуальная элита и существует в нашей стране, то, не без юмора отмечу, она существует не благодаря, а вопреки законам нынешнего российского мироздания и российской вселенной. Государственная элита (а по сути, в широкоупотребительном смысле термина «элита» она являет себя скорее псевдоэлитой) противопоставила себя интеллектуальной элите, чего в нормальном цивилизованном и культурно развитом обществе - в открытом обществе - быть не должно. Политический лифт поднимает наверх не элиту, а псевдоэлиту.
И чего мы добились? Добились того, что из России стали уезжать мозги. Читатель скажет, что утечка мозгов происходила и раньше, но, во-первых, при советском тоталитаризме они дальше Сибири не уезжали и их продолжали эксплуатировать как мозги уже не интеллигентов, а умных заключенных. Во-вторых, система Путина, если и не провоцирует совсем уж массовую миграцию интеллектуалов и интеллигенции, она делает все, чтобы эта миграция (пусть пока еще не массовая) росла. Чем больше мозгов подвергнется добровольной транспортировке, тем проще будет убедить оставшихся в величии России и святости ее правительства. Общество, лишенное интеллектуальной элиты, обречено. Политика, посредством которой осуществляется давление на интеллектуальный потенциал социума, по сути своей является антиполитикой (или антиобщественной политикой).
Особого внимания заслуживает проблема не только физического, но интеллектуального переезда ученых за рубеж: мозги, находясь на родине, продают свои способности иностранным корпорациям. Это явление получило название «аутсорсинг». Сейчас много российских НИИ работают на американские организации и на Евросоюз. Иностранному капиталу выгодней нанимать русских, чем своих, поскольку русские менее денежнозатратны См. Юревич А., Цапенко И. Глобализация современной российской науки // Логос 6 (51) 2005. С. 135-149..
Современная молодежная политика (а точнее, ее отсутствие) стимулирует молодых людей бросать все и уезжать отсюда, а тем, кто не имеет возможности покинуть просторы родины, она предоставляет единственный выход - прогибаться под властью, не имея никаких шансов влиять на государственные решения. Молодежь - не активная, в политическом смысле, часть населения, а такой же пассивный объект, как и весь общественный организм в целом. Ей запрещено быть субъектом правительственных решений, но дозволено быть их объектом. Молодежь - часть общества, через которую социум воспроизводит самого себя, общественный потенциал, но властными политиканами это известное положение забывается. Думаю, нет необходимости перечислять все трудности, с которыми сталкивается молодежь в своей жизни. Во-первых, о них итак много написано, а во-вторых, их разительное многообразие и растущее количество, а также нежелание государства решать проблемы этой самой перспективной прослойки населения вполне очевидны.
Все вышеназванное свидетельствует о том, что благо одних людей достигается за счет жертв и страданий других, за счет махрового паразитизма. Как писал С. Жижек, при тоталитаризме один субъект заставляет других быть объектами - инструментами для его удовольствий Slavoy Zizec. Kant and Sade: the Ideal Couple // Lacanian Ink, NY, 1998, №13, pp. 12-25.. То же самое наблюдается и сейчас в нашей стране. Кровь на улицах не льется, массовых расстрелов нет (хотя прецеденты имеются), прямое, то есть физическое, насилие нынче не в моде (но все равно применяется в дозированных, по сравнению с чистым тоталитаризмом, формах), но рабство остается. Рабство, создаваемое другими средствами - в том числе экономическими. Отсюда - колоссальное социальное неравенство, которое выражается в наличии огромной пропасти между богатыми и бедными слоями населения и в отсутствии среднего класса. Если простые граждане, в большинстве своем, занимаются действительно общественно полезным трудом (медицинские работники, школьные учителя, вузовские преподаватели и т.д.), то чиновники заняты не только общественно бесполезным, а социально вредным трудом. Они руководят эксплуатацией, повышают уровень коррупции, прикрывают преступную деятельность государства, создают искусственное потребление, кормят народ разного рода мифами. Их труд, по большей части, не производителен, а паразитарен: он расширяет сферу угнетения, а не производства. Меньшинство управляет большинством - это вполне нормально, так как любая форма власти пирамидальна (хотя нормально ли само явление власти как таковое - это вопрос), но когда меньшинство присваивает 80-90% богатства страны - это явно ненормально. В России полно природных ресурсов и много умных людей, способных найти эффективное общественное (именно общественное!) применение этим ресурсам, что позволило бы вернуть бесплатное образование, бесплатную медицину, доступность жилья и т.д. Природа России позволяет реализовать все это, а мораль позволяет каждому гражданину получить одинаковый доступ к природным богатствам. Только правительство этого не позволяет… С.А. Батчиков, сравнивая численность нынешнего госаппарата с госаппаратом СССР, пишет следующее: «В государственном аппарате управления СССР было занято 16 млн. человек. Около 80% его усилий было направлено на управление народным хозяйством. Сегодня в госаппарате России 17 млн. чиновников. Хозяйством они теперь не управляют (90% его приватизировано), а населения в РФ вдвое меньше, чем в СССР. В результате реформы произошло десятикратное (!) «разбухание» чиновничества относительно его функций. И процесс превращения государства во «внешнего управляющего» скрыт от постороннего глаза, но многие косвенные признаки говорят, что масштабы его весьма велики» Батчиков С.А. Глобализация -- управляемый хаос // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/4069/.
Или другой пример. На Круглом столе, посвященном проблемам современной элиты, Ю.В. Рубцов привел следующие данные: нынешняя армия, которая примерно в пять раз меньше советской, по количеству высшего командного состава, по числу генералов превышает советскую армию; раньше не было такого количества многозвездных военных в пропорциональном отношении к численности вооруженных сил Какая элита нужна России? // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/4160/. От количества мишуры и звезд армейская боеспособность и сила не возрастает. Армия не финансируется, а кормится; и кормится не армия как таковая, а лишь командный состав. Если так дело будет продолжаться, то вскоре придется пожинать плоды бесплодной политики. Тот, кто не желает финансировать свою армию, рискует в скором будущем финансировать чужую. Жить только сегодняшним днем, набивая карманы сейчас, будучи уверенным в завтрашнем самопроцветании (а не процветании страны) - стратегия двоечника, недальновидного политика. Сиюминутность и меркантилизм в управлении страной убивают ее будущее. По-моему, данные С.А. Батчикова и Ю.В. Рубцова говорят о многом. Олигархическая бюрократизация достигла просто немыслимых размеров.
Причем проблема не-финансирования армии - всего лишь одна из проблем, выражающая количественный аспект. Вместе с тем, есть еще качественный аспект, указывающий на формы деятельности армейского персонала: дедовщина, плавно перерастающая в изнасилования и убийства солдат - и все это умело прикрывается министрами обороны, встающими грудью за армейских преступников. Недаром говорят; если виновен офицер, виновным все равно сделают солдата. Так что юношеское нежелание служить в ТАКОЙ армии вполне нормально, и не стоит драматизировать по поводу многочисленных «откосов» от военной службы, драматизировать стоит по поводу причин этих откосов.
«Вертикаль власти» - пика, на острие которой елозит «национальный лидер», а ниже - остальная гоп-компания. Изнутри пика абсолютно трухлява - в быстро разрастающиеся щели просовываются зубы, ляжки, иные прелести генералов тайной полиции, грызущихся внутри «вертикали» Суварин Б. Родина // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=7484. Отлично характеризует путинскую вертикаль Б. Суварин! Причем выходцам из низов строго-настрого запрещено лезть наверх и всякий путь для этого закрыт. Органы правопорядка и защиты защищают власть от этой интервенции, а не народ от антинародной власти. Они защищают те больные властные силы, который разрушают правопорядок, и противодействуют внегосударственным (по-настоящему оппозиционным) здоровым силам, направленным на установление порядка. Общественно-позитивное дезорганизуется, а общественно-негативное организуется, и эта [нелегальная и аморальная] организация находит свое воплощение во всех сферах жизни - экономической, социальной, культурной. «Попустительство и безнаказанность выдаются за демократический, взвешенный и гуманный юридический подход к правонарушителям в европейском стиле, а преследование тех, кто оказал преступникам сопротивление, преподносится как справедливый карающий меч демократии. В итоге вор, укравший миллионы, давится от икры и смеха, а порядочный человек, дерзнувший постоять за свою честь и честь своих близких, в худшем случае давится тюремной баландой, а в лучшем - страдает от унижения и сознания бессилия что-либо изменить в своей стране» Гопко В.В. «Бархатная контрреволюция» (о социально-политической ситуации в стране) // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/4140/. Действительно, рожденный ползать летать не может.
Если раньше во время выборов соблюдалась хоть какая-то политкорректность, то теперь, судя по всему, она стала ненужной. Просто корпорация, обнаглев до недопустимого предела, поставила под сомнение необходимость обращения к этическим принципам, призывающим проявлять хотя бы минимальное уважение как к электорату, так и к другим политическим движениям и партиям. Притом, они требуют политкорректности по отношению к самим себе - не дай бог на каком-нибудь митинге сказать что-то плохо о них, - но забывают о ней, когда начинают говорить о других партиях. Призывы к политкорректности, возвеличивание ее ценности в массовом сознании - метод игры с двойными стандартами. Так же как, не называя современный режим тоталитарным, государство высоко ценит как почетное и законное действо неприятие массами абстрактного тоталитаризма, а вот к идеям о неприятии нынешней - совершенно конкретной - «демократии» относится как к немыслимой наглости и зловредности. Вообще, политкорректность, о которой трубят с высоких пьедесталов, никоим образом не связана с гражданской терпимостью, миролюбием, моральным благодушием и уважением прав человека. С ними связана та - исконная - политкорректность, которая не дает возможности для игры с двойными стандартами, и потому не используется. Произнося само слово, как бы апеллируют к его означаемому, но на самом деле это означаемое выхолащивается. Не от широты души она воспевается, а от ее скукоженности. И задача ее - называть вещи не своими именами, а заставить эти по-другому названные вещи (зачастую мерзкие) радовать глаз, то есть скрыть реальный смысл слов под красивой оболочкой. Государство наше вполне политкорректно, и эта корректность заключается не в гуманизме власть держащих, этих хозяев реальности, не в их трепетной любви к народу, а в незнании народа о репрессиях, проводимых по отношению к нему сверху. По меткому замечанию С.Г. Пилецкого, политкорректность предполагает не только неприемлемость пересчета украденных у нас денег в кармане умельца-жулика и удальца-мошенника, но даже неприемлемость наречь преуспевающих жулика и мошенника именно «жуликом» и «мошенником» Пилецкий С.Г. О вредоносной сути так называемой политкорректности // Вопросы культурологии №11, 2009. С. 65-69.. Можно ли называть дурака дураком, еврея евреем, негра негром, инженера инженером, коррупционера коррупционером, а фашиста фашистом? Можно ли выразить в слове то, что знаю наверняка, что, в отличие от необоснованной клеветы, подтверждено данными увиденного и услышанного? Нет, нельзя, ибо запрещено, ибо неэтично, неприлично и неполиткорректно. Так что, будучи смиренными, закрытыми от реального положения вещей розовыми очками, мы, гордо подняв головы и засунув руки в пустые карманы, имеем право называть себя политкорректными. Вот только гордиться здесь нечем.
«А ведь Путин не просто встал в список партии люто ненавидимой народом бюрократии, не просто пополнил собой шеренгу персонажей, которые по той самой простоте, которая хуже воровства, считают, что «парламент не место для дискуссий», и не имеют личного мнения, пока Сам им его не сообщит, не просто сделал себя частью прогорклой идеологии былых секретарей сельских райкомов» Делягин М. Самоуничижение Путина // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=7490. Вот только далеко не вся общественность, доверяющая Путину и ненавидящая бюрократию, осознает, что Путин от бюрократии неотделим. Б. Немцов так характеризует три основных «достижения» Путина: 1) разгул коррупции на всех уровнях государственного управления, 2) укрепление бюрократии, которая выросла на 500 тысяч человек, 3) полное уничтожение свободной прессы и расцвет лживого телевидения Немцов Б. Исповедь бунтаря. - М.: Партизан, 2007. - 318 с.. Я полностью согласен с тем, что каждое из этих «достижений» - заслуга Путина. Хотя одними только ими его заслуги не ограничиваются…
Незадолго до выборов 2007 в учреждение, где работал автор данного текста, единороссы пришли с требованием вступить в партию всем сотрудникам без исключения. Разговор был коротким:
- Все вы должны отдать голос именно нашему кандидату. Кроме того, вам необходимо в срочном порядке вступить в нашу партию.
- С какой стати мы обязаны это делать?
- Вы работаете на государство, поэтому должны подчиняться ему во всем и поддерживать его политику. (По сути дела, подтекст следующий: государство - это мы!).
- Что случится, если мы за вас не проголосуем?
- Вы будете уволены.
Это явно нарушает конституционный пункт, в котором черным по белому написано: «Никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем» (ст. 30) Конституция РФ constitution.ru/10003000/10003000-4.htm.
Почти сразу я заявил нашему руководителю о том, что никуда вступать не буду даже под угрозой увольнения. И никто не уволил. Получается, запугивали. Однако сотрудников более высоких по уровню организаций не запугивали, а ставили перед реальным фактом. Один мой знакомый, работающий в администрации города Омска, вступил в «Единую Россию», потому что, в случае неповиновения, действительно был бы уволен. И это так. Значит, единороссы сосредоточили свое внимание сразу на организациях максимально высокого уровня. И правильно, зачем мелочиться. Низы можно просто припугнуть, а с верхами надо работать намного более серьезно.
Самое интересное заключатся в том, что в нашем учреждении все вступили в корпорацию, кроме двух-трех человек. Вот вам и статистика - двое-трое против тридцати. Действительно, как могут в подобной ситуации поступить люди, работающие в каком-то социально-реабилитационном центре? Да, большинство людей имеют высшее образование, но оно, к сожалению, не всегда предполагает наличие высокого интеллектуального уровня и устойчивой гражданской позиции. А вот с интеллектуалами посложнее. Даже не обладая прямыми доказательствами, я все равно уверен в том, что людей действительно интеллектуальных профессий значительно труднее привлечь в ряды подобного объединения. В качестве примера приведу преподавательский состав в университете. Если в других государственных учреждениях большинство сотрудников поверило в единоросские мифы, то в университетских кругах такого доверия не замечается; скорее наоборот, ученый состав, интеллект которого не позволяет «купиться» на дешевую пропаганду, вполне объективно понимает истинную ситуацию. Так что политикам будет труднее заставить ученых поверить в чистоту своих помыслов и в стремление к реализации своих партийных программ.
Хотя я нисколько не удивлюсь, если в один прекрасный день университет как средоточие научных истин работящими руками политиков превратится в очередную богадельню по промывке мозгов. А такие курьезы уже имели место в истории; достаточно вспомнить хотя бы учебные заведения Средних веков, где главной ценностью образования выступал совсем не поиск истин, а заколачивание в головы учащихся «нужных» знаний и мыслей. Такие университеты как «Центры промывки мозгов» создавали не самостоятельно мыслящего индивида, а необходимое для государства и церкви существо. А власти всегда выгодно лоббировать именно такую систему образования, которая укладывалась бы в рамки необходимой государству парадигмы и не выходила бы за ее пределы. Почему в послереволюционное время имела место ссылка философов? Не потому, что философия как наука обществу не нужна, а потому, что философ как критически мыслящий человек не нужен тоталитарному государству. В том числе поэтому при сталинизме высокой популярностью пользовались прежде всего технические науки, а не гуманитарные. В этих нехитрых рассуждениях мы с неизбежностью спотыкаемся о фукианскую концепцию взаимосвязи власти и знания, а если говорить точнее, власти и образования. Так, Т.В. Клюева отмечает, что в результате проведенного ею социологического опроса интеллигенции 52% считают, что интеллигент должен сотрудничать с властью, а не оппонировать ей, в то время как всего 10% настроены на несогласие. 55% - носители пассивного осознания ответственности за судьбу общества, активное осознание присуще менее 20%. 90% не выражают публично свою точку зрения Клюева Т.В. Социальные позиции современной интеллигенции в условиях формирования гражданского общества // Вопросы культурологии 6/2010. С. 10-14. . Несмотря на то, что в исследовании Т.В. Клюевой выборка была довольно мала - всего 100 человек, - результаты тем не менее весьма показательны. Эти результаты говорят о неутешительном состоянии современной интеллигенции, которая утратила некоторые свои атрибутивные качества. Так, интеллигент должен не только иметь высшее образование, но и уметь критически осмыслять действительность. «…когда носитель духа и мысли, интеллигент, мыслит несвободно, то тогда никакой он не интеллигент, а скорее вольный или невольный агент влияния» Щелкин А.Г. От дефиниции к сущности и миссии «идеалов» и «интеллигентов» // Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей / РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований. Под общей редакцией Ж.Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 31-44, с. 42-43.. Свободная мысль, если она действительно свободна, рождает свободное слово или даже свободное действие; интеллигент - соискатель правды и заступник за правду.
Учитывая низкий уровень современного образования, оно не дает необходимой широты кругозора и глубины знаний, что, в свою очередь, едва ли может актуализировать в человеке здоровый и зрелый критицизм. Определение же интеллигенции только по критериям уровня образования и профессиональной принадлежности не дает полной картины, поскольку таковой [формальный] подход обращен в наибольшей степени к количественному аспекту, а не к качественному. Интеллигенция - не та прослойка, каждый субъект которой обладает дипломом вуза, но та, которой не чужд высокий интеллект и широкий кругозор, свободомыслие, честность, чувство ответственности за общественный организм, смелость в высказывании собственного мнения, преданность гуманистическим идеалам, следование долгу, чувство справедливости. Среди атрибутивных характеристик интеллигенции нет места таким качествам, как конформизм, мещанство и лицемерие. «…русская интеллигенция всегда стремилась к абсолютной справедливости, а достичь ее на путях конформизма, увы, невозможно» Савчук В. Инакомыслие или конформизм: нравственный выбор интеллигенции в России // Логос 6 (51) 2005. С. 233-242. С. 242.. Именно критерии нравственности и гражданской активности сокращают количественно ту социальную прослойку, которую именуем интеллигенцией. Интеллигент - более широкое понятие, чем интеллектуал, характеристики которого сводятся в основном к наличию высшего образования и широкого кругозора. Человек вполне может сочетать образованность и ученость с бескультурьем, хамством, аморализмом, мещанством, стремлением добиться карьеры любой ценой и с другими подобными «качествами»; его едва ли следует считать интеллигентным. Но при этом он может быть интеллектуалом - одомашненным и прирученным борцом за права корпоративной элиты, умным и послушным помощником, готовым подписаться под чем угодно. Такое сообщество людей скорее заслуживает название «интеллигентщина». Но эти максимы не означают, что интеллектуалам, в отличие от интеллигентов, чужды моральные, нравственные и этические качества.
Интеллигенция составляет необходимый потенциал для появления гражданского общества. Гражданское общество-то общество, где не только существует нормальная интеллигенция, где у нее есть жизненные перспективы, но и то, где она имеет право высказываться, не боясь ничего, где она проявляет социальную активность, где она чувствует свою ответственность за судьбу общества. У нас в стране не только отсутствует право голоса, но и крайне узка по численности та прослойка общества, которую следует именовать интеллигенцией. Она не является ключевой группой, формирующей общественное сознание. Причиной этому выступают разные факторы - как эсхатологическое и нигилистическое состояние самой интеллигенции, которая устала от баталий и, осознав свое бессилие, умыла руки в политической борьбе (внутренний аспект), так и явные барьеры для осуществления ею этой борьбы (внешний аспект). Основной барьер - это в первую очередь закрытость информационного пространства, ограничивающая свободу слова, что препятствует эффективной коммуникации как внутри сообществ интеллигенции, так и между интеллигенцией и обществом. Таким образом, критическая мысль становится замкнутой на самой себе; критика власти доходит в основном лишь до той аудитории, от которой она и исходит, до той аудитории, для которой в этой критике нет ничего нового. Противопоставляя себя власти, интеллигенция - «совесть общества» - априори не может искать поддержки от властных структур. «Традиционно уповать [интеллигенции - А.И.] на государственную поддержку бессмысленно, так как именно привязка к государству служит своеобразным родовым проклятием отечественной интеллигенции» Матецкая А.В. Российская интеллигенция и проблема модернизации общественного сознания // Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей / РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований. Под общей редакцией Ж.Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 397-404, с. 403..
Выпускниками вузов должны быть люди, обладающие прежде всего хорошо отточенным методологическим мышлением, а не фактуальными знаниями, которые мало поддаются практическому использованию, быстро устаревают (особенно в эпоху стремительного роста знания) и едва ли создают плацдарм для независимости мышления. Сегодняшняя эпоха характеризуется не только лихорадочным ростом знания, но и быстрым устареванием прошлых истин. Пока студент обучается по одной технологии и парадигме, к моменту окончания вуза эта парадигма изнашивается, и ей на смену приходит новая система знаний - более совершенная и адаптированная к реалиям текущего дня. Выпускник оказывается неконкурентоспособным. И некоторые догматичные вузовские дисциплины, читаемые в течение нескольких десятков лет в первозданном виде, без нововведений, также неконкурентоспособны и отдалены от реальности. Так что в сегодняшнем образовании мы находим такие взаимосвязанные проблемы, как устаревание знания и его излишняя фактуальность в ущерб методологичности.
Настоящее образование должно не столько создавать узконаправленного специалиста (вспоминается шутка про двух специалистов - один по правой ноздре, а другой по левой), а способствовать формированию у учащегося всестороннего и глубокого мировоззрения, осмысления сущности фундаментальных процессов и их взаимосвязей, а не разрозненных и бессвязных фрагментов. Специалист узкого профиля создается обучением. Обучение просто нашпиговывает его знаниями и умениями осуществлять профессиональную деятельность. Образование же - более широкая категория, чем обучение. Оно не только способствует становлению высококлассного специалиста, но человека думающего и человека гуманного. А во всем мире, и в том числе в России, хороших специалистов много, достаточно людей обученных, но мало людей поистине образованных, умеющих думать, критически осмыслять действительность и руководствующихся не сиюминутными страстями и низкими помыслами, а высокими ценностями. А тех, кто таковыми является, почти не видно, поскольку мыслящий человек - это камень преткновения для корпоративных властных структур.
Я не говорю о том, что по-настоящему образованный человек должен обладать энциклопедическими знаниями. В информационную эпоху с присущими ей тенденциями стремительного накопления информации, роста научного знания и дифференциации наук интеллектуалов, по большому счету, не существует. Невозможно охватить необъятное, невозможно разбираться во всем и вся. Роль интеллектуала сегодня аморфна не только потому, что, по сути, вышла из почета, но и потому, что в век постмодернизма все являются интеллектуалами. Если раньше - например в эпоху Нового Времени - таким высоким словом можно было назвать человека, условно говоря, прочитавшего пару сотен книг - единственных существовавших тогда книг-то теперь не хватит жизни на то, чтобы проштудировать всю имеющуюся литературу хотя бы по каким-то узким вопросам. Но это не означает, что образованность человека измеряется сугубо количественными показателями. Равно как это не указывает на необходимость поставить крест на проблеме интеллектуального [и духовно-личностного, так как культура и нравственность есть неотъемлемые аспекты человеческой образованности] развития человека. Имеет смысл в образовательной сфере создавать плацдарм для усвоения студентами не просто знаний, а знания о знаниях - того самого методологического базиса, выраженного в принципе «учись учиться» [или, в более актуальном для современности варианте «учись дифференцировать знание и псевдознание»]. Сегодня качество образования зависит не от объема знаний, а от способности ориентироваться в глобальном информационном пространстве, от способности отделять зерна от плевел, от способности не тонуть в потоках информации и псевдоинформации, от способности целостно и систематично, а не мозаично-фрагментарно, осмыслять действительность. Не стоит забывать, с одной стороны, о ценности универсальных, широкомасштабных знаний, а с другой - об узкопрофессиональной квалификации. Перекос же в одну из сторон, при этом игнорирующий упомянутый выше методологический базис, рождает интеллектуально-кастрированного субъекта. Без фундаментальных знаний - он просто функциональный винтик, не отличающийся мыслительной гибкостью, самостоятельностью, творческим мышлением и кругозором. Без узкой квалификации - он теоретик, распыляющийся во все стороны и сферы, много знающий, но почти ничего не умеющий. Именно человека, вобравшего в себя таковую многосторонность, следует называть культурным, интеллектуально развитым, нравственным, творческим и компетентным.
Проблема знания, его накопления и прироста - далеко не самая актуальная для современности. Она была актуальна тогда, когда знаний было мало. Сейчас же, в век глобального знания (и, соответственно, глобального псевдознания, мифа) в большей степени актуализируется проблема понимания. Понимание - это надстройка над знанием, более высокий уровень, который достигается, в первую очередь, не путем простого накопления и прироста знаний, а путем методологического осмысления действительности, зачаток которого мы видим в декартовском императиве сомнения. И если Ф. Бэкон отождествлял знание с силой, то сегодня более справедливо отождествлять понимание с силой.
Оценивая качество современного высшего образования, несложно прийти к выводу о сомнительности этого качества. Что-то уж много среди выпускников узколобых схоластов, видя которых, трудно поверить в наличие у них диплома о высшем образовании. И «заслуга» в этом принадлежит не только некоторым преподавателям, слабо разбирающимся в своих предметах, и не только некоторым студентам, откровенно не желающим учиться, у кого на лбу написано «не знаю и знать не хочу», но и тем приближенным к власти фигурам, которые создают государственные образовательные стандарты, чем определяют содержание, методологию и вообще специфику вузовского обучения. Да и в среде ученых, как уже говорилось, все больше и больше появляется желающих уехать за границу, и процесс «утечки мозгов» идет полным ходом, так как нынешние зарплаты «умам» - это не зарплаты, а сплошное издевательство. А в это время иностранный (прежде всего американский) капитал наживается на русских мозгах, что ведет к разгрому России. Теперь наша страна перестала быть страной интеллектуалов. Этого и хотели власти, идеальным представителем народа для которых является человек работающий, человек потребляющий продукты низших уровней массовой культуры, человек согласно кивающий, человек конформный, человек, превращающий свою жизнь в бестолковый процесс воспроизводства и получения удовольствий. Не нужен только человек думающий. Человек должен быть эффективным, и эффективным именно для власти, а не для себя и, уж тем более, не для оппозиции этой власти. Еще в семидесятые М. Фуко говорил о маргинальном положении интеллектуала, о том, что вместо его речи существует речь власти, основанная на приказах и распоряжениях Фуко М. Политика - это продолжение войны другими средствами // Фуко М. Интеллектуалы и власть: Избранные политические статьи, выступления и интервью. - М.: Праксис, 2002. С. 148-151.. По сути, ситуация, в которой речь интеллектуала не слышна, а речь власти раздается повсюду, верна и на сегодняшний день.
Раньше мне казалось, что единороссы не дотянутся до вузов - побоятся встретиться с достойным противником. Действительно, они начали-то с представителей менее умственно загруженных профессий. Но я ошибся. И до вузов добрались. Первым шагом была попытка «накормить» студентов своими мифами. Так, сейчас повсеместна практика указаний привести в определенный день в определенное место студентов в количестве ста пятидесяти человек от факультета на промывку мозгов.
Накануне выборов президента 2 марта 2008 г. произошел следующий случай. Я читал в одном из омских вузов лекцию, как вдруг в аудиторию вошел господин проректор и, обращаясь к студентам, промолвил речь такую: «Абсолютно каждый из вас обязан прийти на выборы и проголосовать. В случае вашего неповиновения администрация ударит меня faceом в table, а я - вас». Вот так вот! Бедные-бедные господа студенты, равно как школьные учителя, равно как мелкие чиновнички администраций и управлений, равно как служащие любых государственных учреждений, - всех под одну гребенку, всех как стадо безмозглых баранов. Совсем не обязательно воздействовать на все население, если можно «убедить» лидеров этого населения - директоров и руководителей, за которыми пойдут все сотрудники. Охват небольшого количества людей, занимающих руководящие посты, означает охват всего населения. Пришел главный, сказал слово свое - и дело сделано.
Следующий шаг - попытка «накормить» уже не студентов, а преподавателей. И здесь также имеет место прямое принуждение с угрозами, а не россказни о светлом будущем - эти россказни давно уже малоэффективны, хотя время от времени все равно используются. Неугодных - на увольнение (например, за несоответствие должности). Угодных - на руководящие места. Будет просто до нелепой несправедливости смешно, если заслуженного профессора-оппозиционера уволят (за несоответствие должности), а какого-нибудь молодого ассистента-конформиста оставят.
Отдельного рассмотрения заслуживают милиция, военные и, конечно, ФСБэшники, сущность работы которых заключается, в первую очередь, в том, чтобы выслуживаться перед власть имущими, а уж во вторую - в служении народу. Но тяжелые будни сегодняшнего дня ставят службу власти и службу гражданам в антагонистические отношения. Примирить одно с другим невозможно по той причине, что интересы властителей почти противоположны потребностям и желаниям народа. Поэтому получается, что суть работы силовиков заключена в охране власти от народа, особенно от народа знающего, грамотного, интеллигентного, от которого трудно скрыть все противоправные махинации, исходящие от правительства, а значит, и от силовиков. Это совершенно не значит, что среди силовиков нет ни одного хорошего человека. Есть, и еще как есть. Вот только, к сожалению, нет им дороги к высоким постам, потому что сама нынешняя система противоречит честности, а потому не подпускает порядочных людей к управлению. Они не принимают решений, они не влияют на систему, поэтому их почти не видно и не слышно. Их голос не является решающим и сколько-нибудь важным. Честность и преданность стране (а не государству) в среде силовиков - совершенно не те качества, которые от них требует система. Требуемые качества - это в первую очередь преданность начальству (каким бы оно ни было) и наличие связей. Кроме того, нарушения силовиками законов говорит не только о моральном разложении структуры, но и ее дисквалификации; любой уважающий себя профессионал не пойдет на незаконные действия, если он действительно хороший профессионал. Суть профессионализма заключена не только в успешном исполнении своих должностных обязанностей, но и в следовании этике.
Вспоминается очень наглядный случай из совсем недавнего прошлого, который имел место в центре города Омска, где 10-го октября 2009-го года проходил пикет против разрушения армии. Небольшое число собравшихся людей раздавали листовки и держали плакаты с протестными надписями. Позади них стояло несколько людей в гражданском, которые предварительно записали имена-фамилии-отчества-адреса всех пикетирующих для отчетности в свое покрытое мраком учреждение. А спереди стоял ДПСник, которому, судя по его поведению, дали указание никого не пропускать к пикетирующим. И этот подобострастный и послушный человечишка разворачивал всех идущих в сторону пикета под предлогом того, что в этом месте запрещено переходить дорогу. И - что самое главное - до проводимого мероприятия его присутствие не было замечено, равно как после пикета он сразу же куда-то скрылся. Поэтому - вместе с его своевременным появлением и не менее своевременным исчезновением - рассеялись всякие сомнения на счет того, что он выполнял приказ кого-то заинтересованного в непроведении пикета.
Особо «интересно» в Омске проходят акции, посвященные защите 31-й статье Конституции. Власти во время и в месте проведения этих митингов организуют молодежные сборища с песнями и танцами. Угодная молодежь и сотрудники милиции окружают митингующих плотным широким кольцом (они всегда численностью превышают тех, кто пришел на митинг), тем самым закрывая их от широкой общественности. Проходящие мимо люди видят не акцию протеста, а веселый молодежный концерт, который, в свою очередь, глушит выступления митингующих. Неплохой ход борьбы со всякими акциями протеста - вполне эффективный, но явно аморальный. В день, когда следует скорбить о нереализуемой Конституции, толпы послушных празднуют непонятно что. Когда мы спросили этих тинейджеров, сколько им платят за реализацию оного действа, ответ был таким: «Нисколько. Хотя бы воды в такую жару принесли». Просто поразительно! Они работают на власть просто так, что, можно сказать, противоречит теориям мотивации. К сожалению, это противоречие на стороне власти…
Угодные… А ведь таких много. Образчики цинизма и двуличности. Занимающие относительно высокие посты, панически подобострастные при разговоре с начальством, высокомерно лицемерные при общении с обычными гражданами и не страдающие от острейшего дефицита совести, а упивающиеся им. Именно они, а не народ, - настоящее быдло, хамелеоны, для которых беспринципная мимикрия - обычное дело, просто дело чести. Перед простыми людьми они красуются, что есть силы, гордо выпячивая вперед грудь. Постоянно прикрываясь своей должностью, они, тем самым, компенсируют свою коленопреклонность перед вышестоящими. У нас в стране верхушку занимает самодержец Путин / Медведев, чуть ниже находится лестница маленьких угодливых холуев, а основание пирамиды, самое широкое по количественному признаку, составляет народ, большая часть которого раболепно преклоняется (бездумные массы), а другая часть понимает ситуацию, но, увы, ничего с этим поделать не может. И в целом весь народ превращен в рабов единственного самодержца Всея Руси. А почти в каждом учреждении, в каждом вузе, в каждой больнице, в каждой школе и в каждой администрации есть свои холуи, готовые продать все самое святое и писать доносы на самых лучших своих сотрудников - лишь бы карьеру сделать и деньгами разжиться. А в среде силовиков - милиция, армия, ФСБ - можно найти много пушечного мяса, готового идти на новые «подвиги» ради своих правителей. И вот из таких угодливо-заискивающих подлиз состоит репрессивный аппарат нынешней партии власти. Мало того, многие из них еще и гордятся статусом и родом деятельности, возомнив себя стоящими выше бога и ниже путин-бога, при этом, совершенно не ведая, что творят. Они лишены способности различать понятия добра и зла… Некоторые из них вправду думают, что работают во благо страны. Естественно, во благо, но не страны, а государства. И такие рабы, считая, что выполняют свой гражданский долг, ни в коей мере не осознают своего рабского положения. Репрессивный аппарат как раз и пытается путем закрытия СМИ и уничтожения какой-либо свободы слова создать иллюзию свободной страны - люди ничего не знают, они верят во всякие мифологические истины. А лучший раб - это тот, кто не понимает своего рабского положения и наслаждается своими цепями. Высшим проявлением гражданского долга является не собачья преданность по отношению к власти, а наоборот, стойкость перед ней. Нужно по капельке выдавливать из себя конформиста… Проблема России заключается в том, что власть специально культивирует конформизм, специально поощряет этот вид рабства, специально создает в массах отвращение к Реальности, нежелание и неготовность с ней встретиться лицом к лицу, выдержать ее пристальный взгляд.
Кстати, угодливых немало наберется в среде известных людей. Яркий тому пример - Никита Михалков. Наш дорогой Никита Сергеевич упоенно писал раболепные письма Владимиру Владимировичу с просьбой остаться ему, то есть президенту, еще на один срок. Причем написано это было от имени не самого Михалкова, а всего художественного сообщества России. Откуда Никите Сергеевичу известно мнение всего сообщества и каждого ее члена? «Это - верный признак трусости, слабости и желания подстраховаться и перестраховаться: обращаться к Барину не от своего личного имени, а от имени какого-то абстрактного «всего художественного сообщества России». Девотченко А. Утомленные подобострастием или четверо коленопреклонных мужчин. Открытое письмо г.г. Церетели, Т. Салахову, А. Чаркину, Н. Михалкову // Информационный проект «Ингрия.Инфо». ingria.info/?biblio&news_action=show_news&news_id=3703, - пишет А. Девотченко, выражая свой протест против коленопреклонности Михалкова. Сам же Михалков в своем убого подхалимском письме работу Путина называет важной для всей страны. Опять генерализация. Откуда он знает мнение всей страны? Не стоит путать свою подхалимскую позицию с позицией всех - далеко не все умные и талантливые люди присоединятся к риторике Михалкова и прочих ему подобных. «В ходе работы приходится встречаться с людьми из всех частей России, и, уверяем Вас, они едины в желании, чтобы Вы остались главой нашего государства» Письмо президенту Российской Федерации В.В. Путину // З. Церетели, Т. Салахов, А. Чаркин, Н. Михалков // rg.ru/2007/10/16\pismo/.html - не дрогнувшей рукой пишет господин Михалков. «Проводимая Вами мудрая государственная политика позволила российской культуре обрести новую жизнь» - еще одна раболепная фраза. Ну, это уже ни в какие ворота… Культура! Культура, основанная на зомбировании. Наверное, в понимании Михалкова культура и зомбирование - родственные понятия, друг без друга не существующие. А будущее России он просто не мыслит без президентской работы Путина. «Ну, а представим, что все вдруг в одночасье изменится, и неважно, кто именно будет во главе страны - Каспаров ли, Лимонов ли, Геращенко или, прости Господи, Шандыбин - и что же?! Вы первыми броситесь наперегонки, спотыкаясь и повизгивая, с букетами и заверениями в личной преданности сдувать пыль с новых барских сапог» - снова пишет Девотченко, справедливо называющий Михалкова и прочих холопами. И в конце своего письма Никита Сергеевич высказывает надежду о том, что Путин учтет мнение десятков тысяч художников и деятелей отечественной культуры и искусства о необходимости своего пребывания на посту главы России и в 2008 году. Ну и лицемер же Никита Сергеевич!!! Смею заверить, что это мнение Путин учтет, но не учтет мнения сотен тысяч, которые выступают против его правления. Вообще, в нашей стране правительство учитывает только самые худшие для народа мнения, но самые лучшие для себя и своего спасения, - такова у нас система управления.
Нетрудно убедиться в лицемерии Михалкова, обращая взор также на его кинематографическую деятельность. Если во времена Советского Союза он снимал просоветские фильмы, пропагандирующие социалистический режим («Свой среди чужих, чужой среди своих»), то его сравнительно поздние фильмы проникнуты духом циничной вседозволенности («Жмурки», к которому Никита Сергеевич охотно приложил руку). Противоречие налицо. Но противоречие легко разрешимое. Просто если раньше «заслуженный деятель» активно и без зазрения совести подлизывал коммунистов, то потом - демократов. Рука, ранее поглаживавшая партбилет атеистической партии, теперь спокойно крестится. Похвально, идет в ногу со временем, помня о правительственной кормушке, но забывая, правда, о том, что у человека должно быть не только стремление к наживе, но и собственные идеалы и ценности. Ну а сейчас снова стал лизать тоталитаристов, но уже не в лице совков, а в лице единороссов. Когда человек - неважно, чиновник ли это или заслуженный деятель культуры - всегда рядом с правительством, которое меняется; когда взлет его карьеры начался в годы Советского Союза, когда она успешно развивалась в ельцинский период и когда она не теряет себя во времена путинизма, тут нужно говорить не о гениальной приспособленности человека к реалиям дня, а о гениальной беспринципности.
В фильме перестроечного времени «Авария - дочь мента» школьной учительнице задали вопрос: «Вы одобряете политику нашей партии относительно гласности?». Учительница, считающая себя коммунисткой, уклончиво ответила: «Нравится - не нравится, но это курс партии». После такого ответа в ее адрес последовало обвинение: «Вы признаете, что не имеете собственного мнения на происходящие в стране события, то есть являетесь слепым проводником чужой воли». И учительница обиделась на эти слова, а зря… Слова ведь правильные. По сути, получается следующее - раньше партия боролась с гласностью, и человек это поддерживал, а потом партия стала узаконивать гласность, а человек и это поддержал, потому что он не отделяет себя от партии, его позиция изгибается вслед за линией партии. Так же происходит и со многими современными «борцами за идеалы», которые не гнушатся идти в ногу со временем, меняя собственные ценности вслед за переоценкой ценностей государством. Если раньше у власти были эти, то и мы за них, а если теперь структуру возглавили те, то и мы переметнулись на их сторону. Политическая проституция, за счет которой держатся всякого рода этатисты… И непосредственным образом связанные с ней подлизывание и мерзкая лесть.
Подлизывание, лесть - только так можно назвать поведение многих людей по отношению к современным политиканам. Особенно это касается тех, кто находится у кормушки. Они могут в глубине души быть не согласны с политикой своих кормчих, но внешне демонстрируют полное согласие и одобрение. «Люди вступают в сделку со своей совестью, и нравственная цена тем выше, чем больше общественные последствия нашего двуличия» Бодалев А.А. О взаимосвязи общения и отношения // Вопросы психологии № 1, 1994. С. 122-127. С. 124, - пишет А.А. Бодалев. Так что стоит обратить внимание на это самое двуличие, на эту неприкрытую лесть, и подумать, стоят ли свои личные и меркантильные желания того, чтобы ее проявлять ради них, попирая тем самым действительные, настоящие общечеловеческие ценности. Лесть нужна только тоталитарному государству, демократическое же в ней не нуждается. Античный философ Антисфен говорил: «Лучше достаться воронам, чем попасть к льстецам. Те пожирают мертвых, а эти - живых». А когда его хвалили плохие люди, он сказал: «Боюсь, не сделал ли я чего-нибудь дурного» См. Антология кинизма. - М.: Изд-во «Наука», 1984, - 400 с. С. 54.. Так лучше жить в миру с бедными и бесславными, но честными, чем с богатыми и властными, но бесчестными.
Вот она - «правовая» власть, окруженная толпами подхалимов. Власть, которая настолько глубоко прониклась своей властностью, что позабыла про всякие гражданские права, легким движением руки отодвинула их в сторону. И снова это власть меньшинства, всего лишь апеллирующая к большинству, которое якобы ее поддерживает. Говоря словами Г.К. Косикова, это «унифицирующая власть «всеобщности», «стадности», «безразличия» над единичностью, уникальностью и неповторимостью» Косиков Г.К. Ролан Барт - семиолог, литературовед // Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. / Сост., общ. ред. и вступ. ст. Г.К. Косикова. - М.: Издательская группа «Прогресс», «Универс», 1994. С. 3-46. С. 44. Сплошная стандартификация и шаблонизация. Послушные приспешники системы живут в мире абсурда и, становясь еще большими «идейными» приспешниками, расширяют сферу абсурда. Они думают, что живут в реальности, а на самом деле только так думают; не существуя, они упорствуют, обрекая себя на еще большее не-существование и считая при этом, что борются за существование. Они продуцируют симулякры… Вообще, вся эта свора послушных людишек напоминает киплинговских бандерлогов, всей стаей кричащих о своем совершенстве. Лизоблюд ищет твердую опору, которую ему обеспечит лизоблюдство, и он ее находит - твердую опору симулякра. В то время как гражданин, не желающий мириться с властью, уничтожающей его свободы и права, находит зыбкую опору реальности, - пусть зыбкую и шаткую, но принадлежащую реальности, а не симулякрам.
Исходя из всего вышесказанного, сам собой напрашивается вывод о том, насколько можно верить «Единой России», если она, на словах выражая ценность свободы личности, на деле пользуется средствами, полностью ограничивающими любое проявление свободы. Это уже явное несоответствие между словами и действиями, неискренность, неконгруэнтность, если выражаться языком психологов. Единоросский дискурс одновременно работает на двух уровнях: уровень вербальных формулировок дополняется уровнем их изнанки. Такое несоответствие можно назвать политической мифологемой, выражающей себя в фальсификации реального положения дел в стране (через СМИ) и собственных политических целей (через мифотворческие обещания). И самое страшное - люди верят этим профессиональным бормотателям бреда! Впрочем, люди им верили всегда. Достаточно вспомнить религиозный бред, которым церковники вуалировали свои зверские деяния во времена средневековья (и не только) - инквизиция во имя бога, костры ради благоденствия всего человечества. Наглядны также и советские бредни, исходящие не только из уст генсека, но и простого агитатора заводской партийной организации - «союз нерушимых республик свободных», «к коммунизму идем» и прочее. А так как свято место пусто не бывает, теперь появился плацдарм для нового мифотворчества, для нового идеологического истеблишмента. Общественное мнение формируется посредством репрессивной инстанции авторов сообщений.
Понятие политического мифотворчества получило широкое распространение в философии постмодернизма. «Политические идеологии» наших обществ, как они сами себя обозначают, являются в точности мифами; их символическая действенность (доверие верующих, поддержка масс) совершенно не гарантирует их адекватность реальности, на объяснение которой они претендуют» Декомб В. Тождественное и иное / Декомб В. Современная французская философия. - М.: Издательство «Весь Мир», 2000. - 344 с. С. 8-182. С. 104, - пишет В. Декомб. Конечно, мысль Декомба отличается высокой степенью абстрактности, когда он говорит о политических идеологиях вообще, а не о какой-то конкретной идеологии, но, тем не менее, она не лишена содержания. Миф - высказывание, не соответствующее фактам, действительности. А так как язык является частью действительности, миф в большей степени соблюдает ритуал поддерживания видимости действительности. Особенно этот ритуал ненарушения имплицитного кода лжи и поддержания идеологического гомеостаза имеет место в тоталитарных обществах, где почти нет фактов, отдельных от идеологии, где народ, видя голого короля, соглашаются в том, что его платье прекрасно.
В.В. Гопко рассматривает политический миф как метод коррекции сознания масс, конечная цель которого - оказание воздействия на индивидуальную и общественную воли. Миф - это камуфляж интересов государства, преследующего своекорыстные цели. Миф дезориентирует разум и снижает волевые устремления общества, которые могут помешать реализации меркантильных целей «верхушки» Гопко В.В. Воля в массовой культуре / Дисс. на соиск. степени канд. филос. наук. - Омск, 2006.. Политики вообще любят демонстрировать нашему вниманию некие факты (по крайней мере то, что они сами называют фактами), которые укрепляют веру масс в общественную полезность их помыслов. Однако «непререкаемых политических истин не существует, у каждой политической силы есть «свои» факты, а из любого события она «делает» тот или иной факт в соответствии со своими политическими интересами» Юревич А.В. Типология психологических фактов // Вопросы психологии №5, 2006. С. 3-13. С. 4. Да и СМИ под давлением политиков теперь активно «порождают» эти факты. «Наличие свободной прессы - один из важнейших элементов гражданского общества», - говорил Путин, а также неоднократно гарантировал свободу слова и развитие демократического государства: «свобода слова была и останется незыблемой ценностью российской демократии. Это наша принципиальная позиция». Если его реальные действия, направленные в сторону «развития» демократии, являются действиями узурпатора, то его слова, противоречащие действиям, являются словами лицемера.
А массы, воспринимая всяческие политические бредни, свято начинают им верить, забывая о границе между свободой своего мнения и навязываемых с телеэкранов «истин». Собственно, эти «истины» и лишают нас идеологической свободы; косвенно и незаметно. Мифы становятся событием, скрывая отсутствие События. Причем люди верят не только потому, что в поле их зрения не попадают альтернативные источники - скрываемые и запрещаемые за то, что пишут правду. Чисто психологически рядовому обывателю намного проще создать вокруг себя атмосферу комфорта, которая будет опираться на миф о том, что в стране все хорошо, и жить спокойно в своей конуре. Это ведь проще, безопасней и уютней. В данном случае миф получает статус микрокосма, микроклимата, дома. В таком мифе привлекательной становится его красота, а не правдивость; о его истинности вопроса вообще не ставится. Главное, что он создает возможность принимать желаемое за действительное.
Идеология создается, идеология навязывается, но эта идеология не обладает смыслом, у нее нет референта. Идеология - это учение об идеях, с помощью которого можно установить твердые основы для политики, этики и т.д.; это универсальная наука об идеях Уваров М.С. Русский коммунизм как постмодернизм. // Отчуждение человека в перспективе глобализации мира. Сборник философских статей. Выпуск I / Под ред. Маркова Б.В., Солонина Ю.Н., Парцвания В.В. Издательство «Петрополис», СПб., 2001.. И наверняка деятельность господствующей «партии» можно определить, обращаясь ко второму определению идеологии, где она выступает наукой, и к тому же универсальной. Теперь идеология может претендовать на статус сверхнаучной истинности и достоверности. Почему «сверхнаучной»? Направление постпозитивизма в лице преимущественно Карла Поппера обосновало невозможность приведения полного и исчерпывающего доказательства какой-либо научной теории; доказать нельзя ничего. Но истинность идеологии, особенно идеологии единороссов (не без сарказма сказано) обосновать можно (чем и занимаются СМИ), следовательно, она находится за рамками науки, в сфере более высокой, в области сверхнауки. Стало быть, все мы, будучи абсолютно уверенными в непогрешимости навязываемой нам сейчас идеологии, должны безо всякой критики, сомнений и плохих помыслов идти вперед, высоко держа над собой единоросские флаги. Остается только верить в непогрешимость государственной машины.
Г.Г. Почепцов Почепцов Г.Г. Паблик рилейшнз, или Как успешно управлять общественным мнением. - М., Центр, 2004. - 336 с. приводит следующую схему коммуникативного воздействия на массы: когнитивное поле - информационное поле - реальное поле. Когнитивное поле представляет собой воззрения и убеждения народа, которые начинают постепенно меняться под определенным воздействием (выдвижение доминирующей идеи ее лидерами). После трансформации когнитивного поля происходит изменение информационного поля (тиражирование этой идеи посредством СМИ). А на последнем этапе мы наблюдаем конкретную реализацию изменений этих двух полей в реальности (поведенческое воплощение идеи). Таким образом, сначала происходит выдвижение идеи, которой должен следовать народ, гласящей о позитивной политике «Единой России», чему сопутствует качественное сокрытие антиидей, способных дискредитировать данную идею - это достигается с помощью ограничения возможностей СМИ, которые должны выражать определенную точку зрения, воздерживаясь от других (противоположных данной) форм интерпретации. Затем идея начинает максимально широко тиражироваться, заполняя все информационное пространство. В итоге зачинатели всего хитроумного процесса пожинают плоды своей работы, глядя на народ, активно вступающий в их ряды и голосующий за «кого надо». И все кажется на первый взгляд законным и укладывающимся в рамки морали, кроме одного - сокрытия антиидей, которые по своему содержанию намного более объективны (и истинны), чем сама идея, представляющая замаскированную внутриличностную инъекцию, медиа-инъекцию.
Сейчас, когда правящая элита именует свою авторитарную политику высоким словом «демократия», она тем самым лишает данное слово высокого статуса, и термин перестает быть тем, чем он являлся ранее. У понятия трансформируется значение, и теперь оно, это значение, можно спокойно отождествить со значением понятия «тоталитаризм» или «авторитаризм». Стало быть, в контексте политики «Единой России» тоталитаризм и демократия - суть одно и то же. Только хитрость заключается в том, что масса об этом не знает. Она знает первоначальные значения данных понятий, но ей и невдомек, что когда «партия» пользуется методами первого, а называет свою политическую деятельность вторым, она эти значения отождествляет, проводит между ними знак равенства, превращает их в синонимичные понятия, но, самое главное, никогда не говорит об этом, никогда не обозначает данной деятельности в словах, а предпочитает пользоваться терминологией второго понятия. Это и есть политика молчания, точнее, сокрытия истины. Это политика замалчивания своей сущности, и эта сущность находится под щитом мнимого отстаивания справедливости и свободы (голоса, слова, печати и т.д.). Это политика лжи. «Каждому гарантируется свобода мысли и слова» Конституция РФ constitution.ru/10003000/10003000-4.htm, - написано в Конституции (ст. 29), но эта гарантия есть лишь в теории; на практике же мы видим обратное. «Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них», - повествует та же статья основного закона РФ, но таковое принуждение не только активно практикуется, но и вполне легитимируется власть держащими. В данной статье Конституции также говорится о гарантии свободы массовой информации и запрещении цензуры, что в том числе выполняется во многих аспектах вплоть до наоборот. Да и вообще, конституционализм как система сдержек и противовесов надломлен…
А, собственно, что может быть важнее свободы? Древнегреческий философ, самый известный представитель кинической школы, Диоген Синопский, считал, что самым прекрасным у людей является свобода слова. Мы же, упомянув здесь Диогена, скажем, что не столько свобода слова как частный элемент свободы вообще, а сама свобода является наивысшей ценностью. Разве без нее человек не утрачивает самого себя? И разве нет необходимости в свободе на более глобальном уровне, нежели индивидуальный, - на общесоциальном? Уровень развития общества определяется количеством свобод, которыми обладают его члены. Эрих Фромм к путям так называемого бегства от свободы приписывает подчинение вождю и вынужденную конформизацию Фромм, Э.?Бегство от свободы. -- М. : Прогресс, 1990. -- 272 с.. Д.А. Леонтьев вообще называет конформизм противоположностью свободы Леонтьев Д.А. Психология свободы: к постановке проблемы самодетерминации личности / Психологический журнал, том 21, №1, 2000.. Кен Уилбер, ссылаясь на исследования, Кольберга, Болдуина, Дьюи и Пиаже, говорит, что индивид начинает свое развитие как аморальный и эгоцентричный («правильно то, чего хочу я»), затем переходит к социоцентризму («правильно то, чего хочет группа, вождь, страна»), после чего переходит к постконвенциональной стадии (собственно чувство справедливости); конформизм здесь присутствует именно на второй - социоцентрической - стадии, которая не является пределом развития (третья, кстати, тоже не предел) Уилбер К. Интегральная психология: Сознание, Дух, Психология, Терапия. - М.: ООО «Издательство АСТ» и др., 2004. - 412 с.. Значит, повальная конформизация - это всего лишь застревание на далеко не самом высшем этапе психического развития, это недостаток развития. И что мы видим сейчас? Как раз то самое подчинение и конформизм - вынужденный, надо добавить. Но вынужденный для кого? Естественно, не для большинства, не для представителей конформной серой массы, которых-то ее представителями трудно назвать; она, эта масса, нерасчленима на отдельные элементы, на личности, ее составляющие, она едина в своем безличии. Она состоит из утративших свое «Я» элементов, которые вместо сохранения своей уникальности предпочитают превратиться в часть большого и сильного целого, а на самом деле просто растворяются в нем, в этом аморфном тумане безличия. Мы, опираясь на слова Фромма, говорим о вынужденном конформизме не для нее, не для массы, совсем нет, хотя ее тоже вынуждают, но она этого не осознает и считает, что, прогибаясь перед декретами и уставами единоросских деятелей, поступает в соответствии со своей позицией. А на самом-то деле у нее нет никакой позиции; массовое явление беспозвоночных. Мы говорим о вынужденной конформизации для нас, отступников, не желающих мириться с жестокой авторитарной политикой «Единой России» и прочих выскочек, узурпирующих власть и самоутверждающихся посредством безличия массы.
М.Ю. Токарева и А.И. Донцов разделяют конформность на внешнюю и внутреннюю. Первая - это демонстративное подчинение навязываемому мнению с целью заслужить одобрения или избежать порицания. Вторая - действительная личностная идентификация с довлеющей группой, принятие ее позиции как своей Токарева М.Ю., Донцов А.И. Меньшинство как источник социального влияния // Вопросы психологии №1, 1996. С. 50-62.. В контексте нашего исследования имеет место как тот, так и другой тип конформности. Естественно, единороссы запугивают людей для того, чтобы выработать у них внешнюю конформность. Но запугивать приходится тех, кто не проявил внутреннего конформизма. Ну а насчет внутреннего… Еще можно понять человека, который вступил в корпорацию ради сохранения работы и дохода (хотя вряд ли такие достойны уважения) - он остается при своем мнении, но вместо его выражения отстаивает абсолютно противоположную позицию. Выгода, пресловутый меркантилизм, сугубо материальные потребности - все это заставляет человека поступиться личными убеждениями. Однако такие успехи оборачиваются личностными потерями. Хотя кого я напугаю такими фразами? В наше время мало кто руководствуется своими личными интересами, повальное большинство готово продаться куда угодно - лишь бы карман был полон. Когда две большие собаки дерутся, маленькая сидит себе в сторонке и посматривает. И вот побеждает одна собака, и эта маленькая перебегает на одну сторону, а когда начинает одерживать верх другой клыкастый гигант, она незамедлительно перебегает на другую сторону. И стоит только кому-то одному из этих двоих выйти победителем, и мелкая шавка сразу бежит на своих коротких лапах за поверженным, при этом гордо задравши голову вверх в попытке выдать себя за победителя. И таких беспринципных шавок, которым чужда любая идеология (заиметь сильного покровителя и набить брюхо - вся их идеология) полно как среди обычного люда, так и среди всяких чиновников. На них и держится описываемая система. Их благородство - в лицемерии, их благость - в коленопреклонении перед вышестоящим (таким же, как и они) идолом. Их «добродетели» не заслуживают почета и уважения; единственная им награда - удары молотом. Странно, что руководители властной корпорации не боятся того, что их конец может прийти не от рук оппозиции, а от рук своих же партийцев, которые воспитаны на лизоблюдстве и унизительном преклонении. Некоторые из партийцев отлично понимают суть происходящего и в глубине души ненавидят своих кормчих, но ничего не делают, боясь потерять последний кусок. И стоит только лидерам споткнуться, как их подопечные перестанут быть таковыми и, воспользовавшись моментом, ополчатся против них же.
«Чтобы сохранить в чистоте душу и совесть, лучше страдать от острого несогласия с несправедливостью, чем воспринимать ее равнодушно» Пеунова С.М. «Вся власть - народу?» (Исповедь современника). - Самара: Издательский дом Светланы Пеуновой, 2007. - 368 с. С. 182. , - замечает С.М. Пеунова. Стремление к выгоде любой ценой, готовность идти на соглашения и компромиссы с бесчестными, но богатыми, людьми - ни что иное, как проституция. Только торгуют здесь не материальным телом, а идеальным. Голос, свобода выбора, совесть и честь перестали быть ценностями тогда, когда стали продаваться. Нечистоплотных людей, готовых пойти на что угодно ради власти и денег, в нашей стране хватает. Именно поэтому нам приходится терпеть унижения со стороны вышестоящих. Однако любой продавшийся начальник, каким бы счастливым от своего продажного положения он ни был, должен и обязан терпеть те же самые унижения со стороны того, кому подчиняется он сам. Игра с двойными правилами: перед нами - простыми гражданами - он высокомерно задирает нос, а перед своими благодетелями преклоняет колени. Это одновременно и трагично и смешно. Ожиревшие узники нечистой совести. Государственная репрессивность создает подавляемого человека (чиновника среднего звена), который, в свою очередь, продолжает конституировать отношения принуждения.
Политическое безумие заключено в тотальной конформизации, в растворении себя, своей позиции, своей сущности во мнении масс. М. Фуко так говорил о человеке классической эпохи: «впадая в безумие, человек отделяется от собственной истины, изгоняется в окружающий его, непосредственно присутствующий рядом мир - и растворяется в нем» Фуко М. История безумия в классическую эпоху. - С.-Пб., 1997. - 576 с. . В этом утверждении лишение собственной истины равнозначно лишению своей позиции, своего мировоззрения. По мнению Фуко, безумец - это утративший твердую почву своей истины и утративший самого себя. Если говорить условно, существует два варианта смысла человеческого. Первый говорит о том, что человек должен отдавать себя обществу (и государству). Согласно второму, человеку следует быть «в себе», то есть развивать собственную субъектность в отрыве от общественно-политической жизни. Оба подхода выражают суть полюсные проявление, каждое из которых является ошибочным. Обращаясь к первому, мы видим тот самый конформизм, возвеличиваемый в долженствовании человека укреплять государственную власть. Обращая свой взгляд ко второму, мы вынуждены констатировать идею о том, что человек без общества, оторванный от социальной жизни, не развивается, а деградирует, и что если каждый будет следовать данному подходу, то принцип «человек человеку - волк» с неизбежностью обретет свое практическое воплощение. По мнению К.Н. Любутина и Д.В. Пивоварова, важно учитывать оба подхода, не распыляясь ни в одну из сторон Любутин К.Н, Пивоваров Д.В. Диалектика субъекта и объекта. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 1993. - 416 с.. Соглашаясь с их мнением, отметим, что такая срединная тенденция способствует укреплению не только здоровой личности, но и здорового общества, которое имеет здоровую государственность, не принуждающую человека вовлекаться в сеть конформизации ради сохранения и воплощения интересов государства, а не самого человека. Полностью здорового общества не бывает, всегда и на всех этажах социальной пирамиды есть извращенцы, предатели, приспособленцы и прочие; но есть общества, которые умеют избавляться от шлаков. Неспособность освобождаться от шлаков отравляет весь организм. Массы воспринимают фекалии за социально-полезные явления, а потому не усматривают в них настоящую сущность. Современный российский социум погряз в шлаках и не способен от них избавиться; они парализовали практически все. Единственное, чего нельзя парализовать - свободную волю [здорового] человека. Если человек остается здоровым, если он может объективно оценивать действительность, ему подвластно почти все. Вот только здоровых у нас маловато или их просто не видно и не слышно.
Но совершенно не поддается пониманию тот, кто не ради выгоды, а «по личным убеждениям» поддерживает «Единую Россию» - или он настолько глуп, чтобы не понимать, что эта корпорация не выражает ничьих интересов кроме своих собственных, или ему так эффективно «промыли мозги», что он выдает внешне навязанные убеждения за свои собственные, и даже не осознает этого простого факта. Оба вида конформности - это специфический способ «разрешения конфликта между личным и доминирующем в группе мнением в пользу последнего: зависимость человека от группы вынуждает искать подлинного или мнимого согласия с ней, подстраивать поведение под кажущиеся непривычными или ложными эталоны» Токарева М.Ю., Донцов А.И. Меньшинство как источник социального влияния // Вопросы психологии №1, 1996. С. 50-62. С. 50.. Как нетрудно заметить, любая форма конформизма граничит с безликостью, стадностью и тупым подчинением авторитету. Причем авторитетом может выступать как конкретный человек - лидер, - так и целая группа. «Власть чьего-то авторитета над нашим сознанием обычно прямо пропорциональна нашей простоте и впечатлительности и обратно пропорциональна интеллекту, - пишет И.А. Шаповал. - Эмоциональность, склонность к сильным переживаниям и аффектам при отсутствии критического мышления обусловливает большую подверженность влиянию авторитета и подчиняемость ему практически без обдумывания и выбора. Индивидуальность здесь выражается лишь в выборе кумира, а его смена сопровождается и сменой моральных норм Шаповал И.А. Мифология и идеология созависимости в российской постсовременности // Интеллигенция и идеалы российского общества: Сб. статей / РГГУ. Социологический факультет. Центр социологических исследований. Под общей редакцией Ж.Т. Тощенко. М.: РГГУ, 2010. С. 137-149. С. 141.». Как правило, у интеллектуалов не бывает авторитетов, идолов, с которыми необходимо во всем соглашаться. Таковые создаются теми людьми, чьи интеллектуальные способности определяются уровнем ниже среднего. Под словом «авторитет» здесь понимается именно тот человек, мнение которого воспринимается как абсолютно беспрекословная истина в последней инстанции, а не просто как человек, достойный уважения и восхищения. Уважать можно многих, восхищаться можно многими людьми, но едва ли кто-нибудь из них - политиков, ученых, деятелей искусства - является таким универсалом, чье мировоззрение следует ставить на верховный престол. Человек массы необязательно в качестве авторитета воспринимает Путина или Медведева. Среди оппозиционеров также есть люди, чье мнение массы возводят в культ, поэтому если проблема культа личности единороссов глобальна, то проблема культа личности представителей оппозиции локальна, значительно менее широка, но тем не менее имеющая место в современном политическом дискурсе.
«Основная же цель и направленность тоталитарного режима заключается в минимизации инициативы и творчества, в обеспечении управляемости всеми субъектами социальной жизни; он нуждается в стандартизированной личности и унифицированном поведении» Психологическая наука в России XX столетия: проблемы теории и истории. Под ред. А.В. Брушлинского. -- М.: Издательство «Институт психологии РАН», 1997, С. 73. Деспотизм - термин, которым можно охарактеризовать многие аспекты деятельности «демократической» Единой России. Деспотизм С.Л. Франк определяет как неограниченное и руководимое лишь произволом самого господствующего господство человека над человеком. Для философа деспотизм предстает в виде неограниченного и произвольного господства, которое предполагает на другой стороне слепое повиновение и бесправность. Слепые вера и повиновение - только различные стороны и проявления одного общего начала - чувства авторитета, возведения человека, человеческого дела и учения, партии, религии на абсолютную и сверхчеловеческую высоту Франк С.Л. Философские предпосылки деспотизма / Вопросы философии. - 1992. - №3. С. 114-127.. Именно эти интрапсихические особенности человека массы способствуют восстановлению диктатуры.
Д. Ольшанский, например, говорит о том, что у человека массы отсутствует индивидуальная психика. Он же наделяет индивида массы такими характеристиками, как анонимность и отсутствие сознательной личности, снижение рациональности и интеллектуальности, стремление к осуществлению внушенных идей, ориентация индивидуальных мыслей и чувств в направлении массовых, что уже есть гиперконформизм Ольшанский Д.В. Основы политической психологии. - Екатеринбург: Деловая книга, 2001.. Ольшанский неспроста здесь пользуется такими терминами, как индивидуальность, индивид и личность. Советский психолог Б.Г. Ананьев считал индивидуальность высшим развитием трех подструктур: индивида, личности и субъекта. Индивидуальность, по Ананьеву, создает единую направленность развития как индивида, так личности и субъекта. К характеристикам индивида он приписывал только возрастно-половые и индивидуально-типические признаки, не говоря здесь ни о каком сознании и рефлексии. А вот личностными особенностями он называл общественный статус, ценности и роли. Сознание же - это основная характеристика субъекта деятельности - третьего, высшего уровня развития человека Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. - С.-П., 2001. - 272 с. . Как мы видим, ученый наделял индивида самими, если позволите, низменными, почти животными качествами, - только возрастными, половыми, телесно-конституциональными и т.д. Личность же и субъект - более высокие уровни развития, которые характеризуют человека именно как «полноценного» человека, и без развития которых формирование индивидуальности было бы невозможно. Значит, Ольшанский солидарен с Ананьевым в его рассмотрении данных подструктур. И если исходить из позиции обоих ученых, то действительно, человек массы - это безликий человек, индивид, лишенный индивидуальности (не нужно отождествлять понятия «индивид» и «индивидуальность»). И каким же такое существо должно быть, если не гиперконформным? В общем, если человек хочет вступить в организацию типа «Единой России», пусть он не забудет прежде всего проститься с самим собой, ибо вступление в их ряды - не что иное как метафизическое самоубийство. Следовать далее выбранному курсу, идти в фарватере существующей корпорационной государственной политики - не что иное как соглашаться с ней, помогать ее осуществлению, а значит, обрекать себя на смерть. Человек по-настоящему живет не тогда, когда упивается благосклонным расположением начальства, не тогда, когда получает зарплату, не тогда, когда уделяет внимание своим дорогим игрушкам и различным гаджетам - не в эти моменты избытка жизни. Человек живет тогда, когда не только думает по совести и долгу, но и поступает соответствующим образом. Человек живет в момент, знаменующий собой риск свободой, автономией, наконец - жизнью. Смелость, готовность взять на себя риск означает жизнь - полноценную и полнокровную. Наконец, человек живет в пограничных ситуациях, когда его бытие встречается с ничто, с чистой аннигиляцией. А конформисты, ницшеанские «последние люди», комфортно чувствующие себя в условиях своей конформизации, ощущают избыток жизни, что парадоксальным образом указывает на ее отсутствие. Они наслаждаются собственным уничтожением.
Ф. Ницше наделяет такого человека будничной душой, схожим «не с победителями на триумфальной колеснице, а с усталыми мулами, которых жизнь слишком уж часто стегала плетью» Ницше Ф. Веселая наука. Злая мудрость. - М.: Эксмо, 2007. - 528 с. С. 137.. «Горе! Приближается время, когда человек не родит больше звезды. Горе! Приближается время самого презренного человека, который уже не может презирать самого себя.… Земля стала маленькой, и по ней прыгает последний человек, делающий все маленьким. Его род неистребим, как земляная блоха; последний человек живет дольше всех. «Счастье найдено нами», - говорят последние люди, и моргают. Они покинули страны, где было холодно жить: ибо им необходимо тепло. Также любят они соседа и жмутся к нему: ибо им необходимо тепло. Захворать или быть недоверчивым считается у них грехом: ибо ходят они осмотрительно… От времени до времени немного яду: это вызывает приятные сны. А в конце побольше яду, чтобы приятно умереть. Они еще трудятся, ибо труд - развлечение. Но они заботятся, чтобы развлечение не утомляло их. Не будет более ни бедных, ни богатых: то и другое слишком хлопотно. И кто захотел бы еще управлять? И кто повиноваться? То и другое слишком хлопотно. Нет пастуха, одно лишь стадо! Каждый желает равенства, все равны: кто чувствует иначе, тот добровольно идет в сумасшедший дом. «Прежде весь мир был сумасшедшим», - говорят самые умные из них и моргают. Все умны и знают всё, что было; так что можно смеяться без конца. Они еще ссорятся, но скоро мирятся - иначе это расстраивало бы желудок. У них есть свое удовольствьице для дня и свое удовольствьице для ночи; но здоровье - выше всего. «Счастье найдено нами», - говорят последние люди и моргают» Ницше Ф. Так говорил Заратустра. Книга для всех и ни для кого. - М.: ООО «Издательство АСТ»; Харьков: «Фолио», 2001. - 400 с. - (Философия. Психология, вып. 1). С. 13-14..
Да, есть удовольствия, есть страстишки. Яд - средство ухода от гнетущей реальности, от свободы и ответственности, от полноценного существования… от жизни. И, самое главное, развлечения… Сегодня развлечения пронизывают многие сферы [недосуговой] социальной жизни. Эта диффузия наблюдается не только в дискурсе всяческих реалити-шоу, но и в дискурсе новостей, политических выступлений, научных передач и т.д. Развлечения, отвлекающие людей от серьезных мыслей, несут свой смысловой код по всей площади масс-медиа, осуществляя еще большую социальную массовизацию.
В другом месте знаменитого «Заратустры» мы находим следующие слова:
«Посмотрите же на этих лишних людей! Они крадут произведения изобретателей и сокровища мудрецов: культурой называют они свою кражу - и все обращается у них в болезнь и беду!
Посмотрите же на этих лишних людей! Они всегда больны, они выблевывают свою желчь и называют это газетой. Они проглатывают друг друга и никогда не могут переварить себя.
Посмотрите же на этих лишних людей! Богатства приобретают они и делаются от этого беднее. Власти хотят они, и прежде всего рычага власти, много денег, - эти немощные!
Посмотрите, как лезут они, эти проворные обезьяны! Они лезут друг на друга и потому срываются в грязь и в пропасть.
Все они хотят достичь трона: безумие их в том - будто счастье восседало бы на троне! Часто грязь восседает на троне - а часто и трон на грязи» Там же, с. 54-55..
Разве не о культурном декадансе говорит здесь Ницше? Разве не о меркантилизме и утилитаризме человека массы, для которого высшими ценностями выступают деньги и власть? Их интересы сводятся до «желчных» (в современном варианте лучше использовать термин «желтые», от «желтая пресса») газет, материальному благосостоянию в ущерб духовному богатству. Воистину, человеческое, слишком человеческое…
Массовый человек не пытается стать выше себя, не веря в ценность личностного развития. Ему свойственно считать, что он достиг своего совершенства, а интеллектуально-духовный путь развития представляется им тупиковым и совершенно ненужным, так как он не облегчает достижения желаемых ценностей - власти и денег. И того, и другого можно достигнуть, не утруждая себя мыслительной деятельностью. Скорее даже наоборот, духовное совершенствование является антиподом тому пути, который ведет к овладению данными ценностями, так как силы, затрачиваемые на учение, могут быть направлены совершенно в другое русло, на присвоение и приобретение материальных ценностей взамен духовных. Поэтому массовый человек, нисколько не комплексующий по поводу своего статуса, высокомерно относится к интеллектуалам, так как считает их род деятельности глупым и бесполезным. В этом и заключается его вульгарность.
Но, с другой стороны, он может понимать свою косность и ограниченность, но это понимание не стимулирует его к самосовершенствованию, не придает ему мотивацию к этому благородному процессу. Единственное, к какому результату оно ведет, так это к пробуждению ненависти к «другим», отличающимся от масс (согласно Х. Ортеге-и-Гассету, масса ненавидит все отличное от нее). Представляется, что за этой ненавистью и озлобленностью зачастую скрывается обычная зависть к тому, кто лучше, благородней, умнее и утонченней. Если человек не такой, как все, то он достоин всеобщего порицания. Это легко заметить на примере школьного класса, состоящего из двоечников и одного отличника. С большей долей вероятности можно сказать, что именно он - «ботаник», как его презрительно называют одноклассники - будет являться козлом отпущения. Особенно сильно и наглядно будет проявляться эта тенденция в случае большого разрыва между интеллектуальными способностями отличника и таковыми способностями всех остальных. Хотя далеко не всегда отличнику свойственны высокий ум и сообразительность, равно как не всегда двоечник ими обделен.
В своем исследовании мы вычленяем такие бинарные оппозиции, как общество-масса и субъект-массовый человек. Первое звено в этих двоичных связках характеризует подлинность, а второе - неподлинность (говоря языком экзистенциализма). Если феномен массового человека становится широким и всепоглощающим, то закономерным образом общество массифицируется, а культура становится однообразной. Если же происходит демассификация индивидов, то на более масштабном уровне население тоже демассифицируется, что приводит к усложнению и многообразию культурного потенциала данной социальной среды. И лишь субъектные качества - осознанный характер жизнедеятельности, автономность и целостность мировоззренческой позиции, - степень их развития на данный момент (актуальный уровень) и стремление к саморазвитию в дальнейшем (потенциальный уровень) являются неким гарантом подлинности как отдельного субъекта, так и присущей ему общности, усиливающим возможность противостоять внешним давлениям и манипулятивным воздействиям. Человек, стремясь сохранить свою субъектность, всеми силами старается противостоять слиянию с массами, то есть реализует негэнтропийный механизм своего развития, который характеризуется в синергетике так: сложная нелинейная система эффективно противостоит разрушительному действию хаоса только в том случае, когда она находится вдали от равновесия по отношению к окружающей среде, то есть не сливается со внешней массой. А состояние равновесия со средой, по замечанию Н.М. Калининой, равнозначно смерти Калинина Н.М. Проблемы глобального мира: утрата и обретение смысла // Вызовы современности и ответственность философа: Материалы «Круглого стола», посвященного всемирному Дню философии. Кыргызско-Российский Славянский университет / Под общ.ред. И.И. Ивановой. -- Бишкек, 2003. -- С.20-32.. Конечно, в случае изучаемого нами явления - массы - смерть стоит понимать не в прямом (физическом) смысле, а скорее в психологическом, культурном и социальном.
Виктор Франкл называл конформизм и тоталитаризм двумя следствиями экзистенциального вакуума, следствиями утраты смысла жизни и осмысленности бытия Франкл В. Человек в поисках смысла. / Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. и общая редакция А.А. Реана - СПб: Питер, 2000.. Таким образом, в конформизме не усматривается ничего позитивного для развития личности, в нем имеет место лишь процесс слияния с мнением серой массы, молчаливого большинства. А наши люди по своему существу конформные, они, склонив головы чуть пониже земли и высказывая свое мнение чуть тише самого молчания, идут вслед за лидером, о котором ничего не знают. Они идут за тем, чьи ценности, идеалы и цели людям не ведомы. Наверное, если бы народ знал их, он бы не пошел за лидером: тогда этот лидер просто перестал бы выступать лидером в глазах народа. Парадокс - чем меньше они знают о вожде, тем больше они ему доверяют. А само знание ценностей вождя - это уже некая осмысленность.
Кого Путин выставит, тоги и изберем. Создается впечатление, что многие (конечно, не все) россияне проголосовали бы хоть за Чикатило, если б его рекомендовал лично Владимир Владимирович. Действительно, какая разница, за кого голосовать; главное, что этого кого-то поставил сам всея Руси, чей авторитет непоколебим. По замечанию Н.А. Дьяконовой и В.В. Юртайкина Дьяконова Н.А., Юртайкин В.В. Авторитарная личность в России и США: ценностные ориентации и локус контроля. // Вопросы психологии №4, 2000. С. 51-60., авторитарная личность проявляет себя в поддержке антидемократической власти, что мы сегодня и наблюдаем. Также она придерживается только сугубо своей системы ценностей и напрочь отрицает ценности других социальных групп (по принципу «кто не с нами, тот против нас»), что тоже не ускользает от нашего взгляда.
Масса несвободна, - люди, ее составляющие, только думают, что поступают в соответствии со своей субъектной позицией, а на самом-то деле у них нет никакой субъектной позиции; они детерминированы внешними обстоятельствами, а точнее, «капризами» лидеров корпорации. Причем детерминировано не только их поведение, но и мышление. Субъектная позиция, в отличие от конформной или объектной, представлена в активно-избирательном, инициативно-ответственном, преобразовательном отношении личности к самой себе, к действительности, к миру и жизни в целом Блиева Ф.Б. Формирование профессиональной субъектной позиции у будущих специалистов по физической культуре и спорту / Автореф. дисс. на соискание ученой степени кандидата педагогических наук. - Майкоп, 2007. «В обществах тоталитарного типа природно-генетические предпосылки субъектности не получают должного развития, поскольку блокируются социальными установками «быть как все», «от меня ничего не зависит - за меня все решат» и т.д.» Борытко Н.М., Мацкайлова О.А. Становление субъектной позиции учащегося в гуманитарном пространстве урока. Монография. - Волгоград, 2002. - 132 с. С. 11: человек, таким образом, становится объектом воздействий извне. Вот что пишет М.В. Ермолаева: «В развитие взрослого человека вторгается новая сила - духовная составляющая этого процесса, что делает человека более независимым в своей деятельности, избирательным в выборах, свободным в видении своего настоящего, прошлого и будущего, способным к действию по необходимости своей собственной природы, а не по принуждению Ермолаева М.В. Субъектный подход в психологии развития взрослого человека (вопросы и ответы): Учеб пособие. - М.: Издательство Московского психолого-социального института; Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2006. - 200 с. С. 14. Взрослым, здоровым и зрелым людям не требуются тираны - они нужны только массам!
Но мы наблюдаем повальную покладистость и отсутствие избирательности и ответственности. Сплошное принуждение, не поддающееся никакой критике и никакому сопротивлению. А. Назаретян с удивлением отмечает, что люди постсоветского времени, подвергшиеся принуждению проголосовать в поддержку какого-то кандидата, нисколько не возмущались сложившейся ситуацией, а скорее наоборот, радовались, что их избавили от ответственности выбирать и сделали все за них. Автор с сожалением говорит: «пока не только экономические, но и политические свободы не превратились у нас в самодовлеющую ценность» Назаретян А.П. Психология стихийного массового поведения: Толпа, слухи, политические и рекламные кампании. - М, 2005. - 160 с.. Б. Немцов приводит следующие данные, полученные американской организацией Freedom House: на вопросы «считаете ли вы, что материальное положение важнее личной свободы?», «считаете ли вы, что для наведения порядка необходимо передать власть одному человеку?», «считаете ли вы, что необходимы ограничения для печати, если того требуют интересы государства?» Россия по ответам оказалась худшей даже по сравнению с африканскими и латиноамериканскими странами Немцов Б. Исповедь бунтаря. - М.: Партизан, 2007. - 318 с. С. 20.. Не совсем оправдана позиция Немцова, согласно которой наши люди свободу не ценят потому, что не проливали за нее кровь, не боролись. Скорее наоборот, мы за нее не боролись, потому что не ценим. Немцов считает, что если народу перекрыть кислород - да так, чтоб он начал задыхаться, - он станет ценить свободу. Это уже было при Сталине, это есть сейчас при нынешней номенклатуре (понятно, что теперь кислород перекрывается менее явно и более хитро, но все же перекрывается) - и реакция незначительная. Теперь плохо работает ленинский циничный принцип «чем хуже - тем лучше» [а также марксово диалектическое пророчество о том, что аккумуляция все больших богатств в руках все меньшего числа владельцев-эксплуататоров и связанная с ним капиталистическая тенденция возрастания как богатства, так и нищеты, приведет к социалистической революции]. По-моему, русские - один из немногих народов, кого можно давить и душить - как идеологически, так и экономически, - а они в своем большинстве если и пикнут что-то в ответ, все равно серьезного сопротивления не окажут. Пружина, если на нее сильно давить, обязательно разжимается, прикладывая максимально большую силу, но всегда ли это так? Если на нее давят не просто сильно, но и хитро, едва ли она разожмется, а за давлением не последует контрреакция - она просто упадет в зияющие пустоты небытия.
А ведь если бы эти люди не составляли безликую массу, они могли бы действовать не в соответствии с приказами извне, а в соответствии со своими внутренними интенциями, то есть делать сознательный свободный выбор и тем самым детерминировать самих себя. «Одним из основных проявлений субъектной детерминации является способность людей действовать не так, как это диктуют силы внешнего окружения, а в ситуациях принуждения - сопротивляться ему», - пишет Леонтьев, анализируя теорию самоэффективности А. Бандуры Леонтьев Д.А. Психология свободы: к постановке проблемы самодетерминации личности / Психологический журнал, том 21, №1, 2000.. Но увы, им этого не дано, поскольку они сами пошли по пути наименьшего сопротивления и решили отказаться от ответственности за отстаивание собственной позиции и тем самым отреклись от личной свободы. «Внешняя свобода требует внутренней упорядоченности и определенности, а жизнь в условиях несвободы необходимо ведет к когнитивным нарушениям. С другой стороны, любые нарушения когнитивной иерархии должны быть компенсированы несвободой. Более конкретно: наша гипотеза состоит в том, что незрелость, деформации и распад когнитивной иерархии вызывают состояние неопределенности, которое может быть компенсировано опорой на внешние иерархические организованные структуры. Внутренний порядок может быть заменен только внешним порядком, идентичность - преданностью, когнитивная иерархия - социальной иерархией, вера в мудрость начальства и любовь к многоуровневым бюрократическим структурам компенсируют неопределенность, неуверенность и непонимание, которое вызывает во многих людях состояние свободы» Каган М.С., Эткинд А.М. Индивидуальность как объективная и субъективная реальность // Вопросы психологии №4, 1989. С. 5-15.. Описанный в этой большой цитате феномен безответственности и свойственную ему ориентацию на внешние (партия), а не на внутренние (Я сам) инстанции, авторы называют деиндивидуацией. По моему мнению, сейчас деиндивидуализированы практически все - население в преобладающем большинстве - все те, кто поддался единоросскому промыванию мозгов, кто отождествляет свою жизненную позицию с позицией этой дьявольской корпорации. К сожалению, таких действительно много. Много тех, кто надевает на себя маски, кто боится показать свою подлинную субъектную сущность. Е.В. Улыбина утверждает, что лицо и маска не должны совпадать, и в месте этого «зазора» формируется собственное активное «Я». «Личность человека не совпадает с маской, с социальной ролью, но определяется возможностью выбирать и исполнять эту роль. Если маска сливается с носителем, то можно говорить о потере личности» Цит. по [Ермолаева М.В. Субъектный подход в психологии развития взрослого человека (вопросы и ответы): Учеб пособие. - М.: Издательство Московского психолого-социального института; Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2006. - 200 с. С. 123].. Вот-вот, маска-то как раз и сливается с ее носителем… Как заметно по цитате, Улыбина в некотором роде отождествляет маску и социальную роль, чего я бы делать не стал. Все-таки маска - это не только социальная роль, но и любое интериоризированное предписание, не обязательно широкообщественное, которое человек склонен выдавать за «свое». Вот так у нас и происходит - избиратели называют «Единую Россию» «своей» партией, но откуда они это знают и с чего взяли, что политика этой корпорации действительно соответствует их личным взглядам и убеждениям?
«Позиция, предполагающая, что развитие таких личностных качеств, как рациональность, автономность и эффективность, саморегуляция, недостижимы для россиян, видимо, устроила бы сейчас многих - в первую очередь тех, кто якобы в силу отсутствия этих качеств у россиян отстаивает идею сильного внешнего управления, «сильной руки», - пишет А.П. Корнилов Корнилов А.П. Саморегуляция человека в условиях социального перелома // Вопросы психологии №5, 1995. С. 69-78. С. 72.. Да, господа правители могут оправдывать свою деятельность отсутствием в сознании народа качеств рациональности, ответственности и т.д., то есть выдумать оправдание, позволяющее им устанавливать диктат. Однако это не оправдание, а глупая отмазка. И если даже масса в своем большинстве не отличается развитостью подобных качеств, все-таки не стоит подвергать омассовлению все население нашей страны. Так что же делать с думающими несогласными? Ведь они создают помеху для реализации и оправдания такой власти. Остается лишь одно - ликвидировать этих «выскочек» дабы полностью санкционировать нынешнюю бесчеловечную командно-административную форму правления. Ведь без них остальному народу и промывать мозги становится как-то легче. Чем менее общество рационально, тем более это выгодно правителям. К. Поппер справедливо считает, что авторитаризм и рационализм непримиримы, так как основа рациональной деятельности - это процесс аргументации, предполагающий взаимную критику и способность прислушиваться к критике; развитие разума не должно контролироваться более высшим разумом, оно должно защищаться институтами, оберегающими свободу критики и свободу мысли Поппер, К. Открытое общество и его враги. Т. 2: Время лжепророков: Гегель, Маркс и другие оракулы. - М.: Феникс, Меж-дунар. фонд «Культурная инициатива», 1992. - 528 с.. Собственно, под этими институтами следует понимать [в том числе] средства массовой информации. Авторитаризм же скорее будет прибегать при своей аргументации к насилию, нежели к достойным рациональным ответам на критику, к битве мечей, а не слов - в этом одна из его основных особенностей, которая была свойственна не только прежним авторитарным и тоталитарным режимам, но и сегодняшнему. А.В. Юревич, обсуждая вопрос соотношения науки и паранауки, приписывает русскому народу иррационализм; «еще более иррациональны мы в своем поведении - как в политическом (устраивая революции, голосуя за личностей, за которых истинно рациональный человек не проголосовал бы ни при каких обстоятельствах и т.п.), так и в обыденном, совершая поступки, непонятные для представителей рациональных культур» Юревич А.В. Наука и паранаука: столкновение на «территории» психологии // Психологический журнал, 2005, том 26, №1. С. 79-87. С. 81. И хотя автор не называет конкретные имена личностей, за которых рациональный человек никогда бы не проголосовал, наверняка единороссов можно отнести к категории политиков, успех которых зиждется на общественном иррационализме.
Этот общественный иррационализм выглядит примерно так. Народ в принципе понимает, что путинизм не отвечает его требованиям, но при этом люди говорят, мол, лучше уж пусть будет Путин, чем Жириновский, чем Баркашов, чем Лимонов и т.д. Я не знаю, Жириновский, Баркашов, Лимонов или кто-то другой как президенты были бы лучше Путина или хуже, но логика подобных фраз как понятна, так и непонятна одновременно. Сравнивать плохое с худшим - стратегия неудачника, привыкшего, довольствуясь малым, смиренно склонять голову. Да, Путин лучше Пиночета, лучше Муссолини, лучше Гитлера. Но ведь это не повод его оправдывать и уж тем более поддерживать. Если бы вместо него у власти стоял новый Пиночет, люди бы сказали, что пусть будет он, нежели Муссолини. А если бы делами заправлял Муссолини, они бы сравнили его с более демонической фигурой - с Гитлером. Так что пускай будет Путин - он лучше их всех. Широко распространена идея о том, что при Ельцине воровали больше, чем сейчас, поэтому лучше уж Путин, чем Ельцин; на самом деле сейчас воруют больше, чем при прошлом президенте, сейчас криминала больше, чем в «криминальные» девяностые - разница только в том, что раньше о криминале говорили, а теперь о нем говорить и писать запрещено, раньше воровали все кому не лень, а теперь воруют представители власти, которые растаскивают больше, чем те самые «все кому не лень» девяностых.
«Многие люди утратили способность к самоопределению, они готовы позволить другим манипулировать собой, согласились быть пешками в чужой игре» Маслоу А. Мотивация и личность. / Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. и общая редакция А.А. Реана - СПб: Питер, 2000. С. 196, - замечает Маслоу. И далее психолог постулирует невозможность такого безволия в политике и экономике, так как там оно может вызвать «катастрофические результаты». «Члены демократического общества должны обладать способностью к самоопределению, к свободному волеизъявлению, они должны уметь взять на себя ответственность за принимаемые ими решения» Там же.. Хорошо сказано, но, глядя на нашу ситуацию, трудно осуществимо. Какая демократия! Какое волеизъявление! Наоборот, наша «демократия» всеми своими силами борется с самоопределением и волеизъявлением, а также с прочим «инакомыслием». Парадокс. Но, с другой стороны, если она ведет с ними борьбу, то видит в них угрозу для себя.
Если раньше термин «субъект политической жизни» имел широкое распространение и находил себе место в действительной жизни, в реальности, то теперь это понятие исчерпало себя, так как такового субъекта нет. А.В. Бузгалин, характеризуя политического субъекта, называет его марионеткой, которая подвергается политико-технологическим манипуляциям Бузгалин А.В. Постмодернизм устарел… // Вопросы философии №2, 2004. С. 3-15.. Вся политическая жизнь жестко детерминирована, и благодаря этой детерминации не находится места для реализации субъектных качеств.
Тоталитарные объединения пытаются лишить человека субъектной позиции. Это их цель - сделать человека безпозиционным, безоценочным. Отношение - вот то ключевое, что пытаются у нас отобрать, искоренить. «Понятие отношений отражает важнейший для понимания психики факт - взаимосвязь личности и среды» Трещев А.М. Субъектная позиция личности: Учебное пособие. - Калуга: КГПУ им. К.Э. Циолковского, 2001. С. 60. Проанализировав взгляды С.Л. Рубинштейна, А.М. Трещев приходит к следующему определению личности: это человек, имеющий свою позицию, свое отношение к жизни. По мнению основоположника теории отношений В.Н. Мясищева, высший уровень отношений характеризуется их сознательностью, а сами отношения - это целостная система индивидуальных, избирательных, сознательных и активных связей личности со всей окружающей действительностью в целом и с ее отдельными элементами Там же.. Где, ну где эти сознательность, индивидуальность, избирательность и активность? Где личность, наконец? Сознательности нет - ее давят прессингом красивой рекламной манипулятивности, действующей на бессознательное. Индивидуальности нет - ее давят прессингом повального коллективизма, используя термин «мы» вместо «я» и апелляцией к «грамотному и знающему» большинству. Избирательности нет - ее давят прессингом безвыходности и обязательности: нас не приглашают, а обязывают, мы не можем, а должны, нас везде встречают «богатой» перспективой «выбора без выборов». Ну и о какой активности может идти речь, когда господа единороссы приходят в государственное учреждение, только успевают заявить о себе, как все сотрудники оного учреждения моментально становятся на их сторону? Да, активность есть, но какая?! Безсубъектная, бессознательная и безизбирательная. А это уже не активность.
Они, эти мракобесы, пытаются забрать у нас самое ценное - нашу уникальность, состоящую из системы личных, индивидуальных отношений. А если человек не имеет никакой инаковости, уникальности, то он перестает быть собственно человеком и превращается в не имеющую возможность мыслить марионетку. «Послушная страна с послушными мольбами о третьем сроке, послушной партией власти, послушными политологами и телеканалами и послушными запредельными рейтингами президента нависла над пропастью неопределенности» Ганапольский М. Пропасть неопределенности // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=7496. Теперь все российское бытие - сплошная послушность. А именно послушность как следствие отсутствия самостоятельного критического мышления, по свидетельствам многих авторов См., напр., Поппер К. Открытое общество и его враги. Т.1: Чары Платона. - М.: Феникс, Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. - 448 с., - оплот тоталитаризма, его основание.
Информационный спам, которым единороссы бомбардируют общественность, незамедлительно съедается последней. Съедается безо всякой критики, безо всякого осмысления, безо всякой фильтрации, как нечто заданное априори, как не требующая доказательств аксиома. Этот спам просто интроецируется, представляя собой множественность внутриличностных инъекций, о существовании которых пациенты даже не подозревают. Но ведь мы не едим яйца вместе со скорлупой, не отправляем в свой желудок курицу вместе с костями. А вот спам охотно поглощаем вместе со всем несъедобным. Точнее, сам этот спам несъедобен - он и есть скорлупа и кости настоящей коммуникации, настоящей информации. Скорлупа и кости… и ничего более того.
Те требования к народу, которые предъявляют единороссы и представители других политических объединений, можно назвать некими конвенциями. Эти конвенции ограничивают поведение человека, и не только поведение, но и мышление, в угоду меркантильным интересам правящей верхушки. Причем эти требования, эти конвенции, как правило, не имеют ничего общего с моралью и этикой: более того, они даже идут вразрез с нормами морали и нравственности. А. Маслоу сравнивает в данном контексте нормального человека (обывателя) и человека самоактуализированного (находящегося на предельно высоком уровне своего развития). «Так называемое этическое поведение среднестатистического человека настолько конвенционально, что это скорее конвенциональное поведение, нежели по-настоящему этическое, такого рода поведение не основывается на внутренних убеждениях и принципах, это не более чем бездумное следование общепринятым нормам» Маслоу А. Мотивация и личность / Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. и общая редакция А.А. Реана - СПб: Питер, 2000. С. 191. Таким образом, весь этот гиперконформизм, это повально безоценочное следование за лидером-единороссом присуще именно обывателю, среднестатистическому человеку. Самоактуализированный человек, в отличие от него, способен восстать против условностей и невежества, не скрывая своего недовольства, и тем самым проявить свое Я, свою субъектную позицию. Его контакты с внешним миром, предъявляющим свои конвенции и правила игры, «определяются прежде всего желаниями и планами самореализующейся личности, а не давлением окружения» Маслоу А. Психология бытия / Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. и общая редакция А.А. Реана - СПб: Питер, 2000. С. 216. А «среднестатистический человек зачастую не имеет ни малейшего представления о том, что он представляет собой на самом деле, чего он хочет, что он думает, какова его точка зрения» Там же. С. 192.. Человек, которому такое значение придает Маслоу, способен отстоять свою автономность и независимость и никогда не стать пешкой в чужой игре: собственно, этим он и отличается от «нормального» человека, от бездумного конформиста, которыми мир полнится и благодаря численности которых безнравственные партии и политические объединения одерживают верх. А.А. Гусейнов говорит, что конформность, смирение и пассивность не оппонируют насилию, а только его дополняют и усиливают Гусейнов А.А. Этика ненасилия. // Вопросы философии. - 1992. - №3. С. 72-81.. Вообще, смирение, стоицизм редко приводят к успеху; слава и власть всегда доставалась уж явно не покладистым индивидам, но покладистые индивиды всегда были им нужны для укрепления власти. Господин не может существовать отдельно от раба, также как и раб не существует независимо от господина - они взаимозависимы. Покорность раба делает господина тем, кем он является. Так что люди, смиренно голосующие за корпорацию «Единая Россия», усиливают ее власть, за что должны понести ответственность, и понесут, когда эта власть по-настоящему обернется против них. Впрочем, она уже настроила свои силы против своего электората - иначе зачем она так директивно подходила бы к склонению его на свою сторону. А электорат-то и недоумевает, что является всего лишь средством для своих глубокоуважаемых избираемых. Корпоративщики используют народ ради расширения своей корпорации и усиления своей власти, народ для них - лишь средство, но никак не цель.
Эрих Фромм считает, что для современного капиталистического общества характерно следующее понимание термина «равенство»: это равенство автоматов, то есть потерявших свою индивидуальность людей. У этих людей одинаковые интересы и развлечения, отношения, чувства и мысли. Так разве не таких безиндивидуальных болванов пытается воспитать «Единая Россия»? «Современное общество проповедует этот идеал равенства без индивидуальности, потому что нуждается в человеческих «атомах», неотличимых друг от друга, чтобы заставить их функционировать всех в совокупности как единый механизм, без сбоев и без трения; чтобы все подчинялись одним и тем же приказаниям, но при этом каждый был уверен, что руководствуется своими собственными желаниями» Фромм Э. Теория любви. Любовь - разрешение проблемы человеческого существования / Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. и общая редакция А.А. Реана - СПб: Питер, 2000. С. 107.. Стандартизация, стандартизация человека, - вот как называет Фромм это равенство.
Если использовать теорию Фромма, то взаимоотношения между правящей элитой и простым народом можно назвать как симбиотические, садо-мазохистские, где первая выступает садистом, а второй - мазохистом. А один без другого, как известно, жить не может. Но, естественно, мы не можем наделить термином «мазохист» представителей всего народа, на сознание которых оказывает влияние политическая пропаганда, но лишь тех, кто безоценочно и абсолютно покорно интериоризирует эту извне идущую пропаганду внутрь себя. «Мазохистская личность избавляется от невыносимого чувства одиночества и отчуждения, становясь неотъемлемой частью другого человека, который направляет его, руководит им, защищает его; частью того, который становится для него как бы его жизнью, его воздухом. Сила того, кому он покорился, будь это человек или божество, невероятно преувеличивается; он - все, а я - ничто, я значу что-то лишь постольку, поскольку я - его часть. И, будучи его частью, я тем самым становлюсь причастен к его величию, его силе, его уверенности» Там же. С. 110. Это настоящее идолопоклонство, только в качестве идола здесь выступает не человек, не божество, а политическое объединение. Садист живет за счет того, что включает в себя как часть того, кто его боготворит.
В любом обществе есть социальный слой, который можно назвать субъектом мыслительной деятельности. Его представители, образующие этот субъект (или полисубъект), - это люди, занимающиеся умственным трудом, в результате которого посредством появления новых идей они способны оказывать влияние на развитие социума. Также выделяется субъект воления - государственные структуры, реально влияющие на общественное развитие. И если бы существовала единая система моральных ценностей, то с ее помощью можно было связать воедино интересы обоих субъектов. При отсутствии такой системы имеют место два варианта событий: «субъекты либо находятся в состоянии конфронтации друг с другом, либо субъект воления подчиняет субъект мышления и последний, в соответствии с инстинктом самосохранения, занимается мыслительной деятельностью, направленной на обслуживание первого» Гопко В.В. Воля в массовой культуре / Дисс. на соиск. степени канд. филос. наук. - Омск, 2006. С. 27. Естественно, у нас имеет место второй вариант развития событий, когда интеллектуалы в страхе за свою свободу, карьеру и благополучие в целом «работают» на правительство, хотя в глубине души в корне не согласны с его политикой: директора государственных учреждений, ректора и проректора университетов с тяжестью на сердце призывают своих подопечных вступать в корпорацию. И такое подавление направлено не только на поддержание молчания людей (внешний аспект), но и на активизацию у них страха это молчание нарушить (внутренний аспект). Хотя, если выбирать из двух зол меньшее, более предпочтительной, конечно, была бы реализация первого варианта, при котором интеллигенция все-таки представляла бы хоть какую-то оппозицию и могла проявлять себя в соответствии со своими принципами и ценностями.
Обращаясь к истории человечества вообще - в самом широком смысле, - мы обнаружим сравнительно малое количество режимов, основанных на личных и гражданских свободах, и, соответственно, найдем огромное количество систем, основа которых - насилие, рабство, подавление и т.д. В том числе эти системы опираются на философский фундамент, защищающий насилие и бунт против свободы и разума, вследствие чего их существование приобретает этакую научную обоснованность и оправданность. Так, антигуманность рабовладения и тоталитаризма в целом были санкционированы некоторыми великими философами; например, Платоном и Аристотелем, которые считали, что рабство - естественное и справедливое явление (некоторые люди рождаются рабами), что работающие классы не должны править [и быть допущены к правлению], а правящий класс не должен работать См. об этом Поппер, К. Открытое общество и его враги. Т. 1: Чары Платона. - М.: Феникс, Меж-дунар. фонд «Культурная инициатива», 1992. - 448 с.; Поппер, К. Открытое общество и его враги. Т. 2: Время лжепророков: Гегель, Маркс и другие оракулы. - М.: Феникс, Меж-дунар. фонд «Культурная инициатива», 1992. - 528 с.. Но даже потуги великих античных мыслителей легитимировать рабовладение и делегитимировать демократию совершенно не указывают на действительную необходимость легитимации рабовладельческого строя и делегитимации демократических систем. Поэтому, упоминая Платона и Аристотеля, я, естественно, упоминаю идеологических противников, а не союзников. К. Поппер также - помимо античных мыслителей - в качестве философов, защищающих тоталитаризм и выступающих врагами открытого общества, называет Гегеля и Маркса. Первого он именует отцом современного историцизма и тоталитаризма за его идеи о том, что все личностные [и международные] отношения основываются на диалектике господина и раба, господства и подчинения, что индивид обязан государству всем; согласно Попперу, как крайне левые марксисты, так и крайне правые фашисты основывают свою политическую философию на гегельянстве. Второго он обвиняет в опустошающем воздействии историцистского (с перегибом в экономизм) метода мышления на людей, которые хотели защищать принципы открытого общества, в ошибочном понимании капитализма и несостоятельности прогнозов на будущее, а также в коллективизме, согласно которому общество превосходит индивидуума; вместе с тем Поппер называет Маркса освободителем человечества, гуманистом, что говорит о двойственности оценки. Однако, как и в случае с Платоном и Аристотелем, стремление великих философов (в первую очередь Гегеля) оправдать тоталитарные формы правления не должно определяться как действо достойное только потому, что они великие: безоглядное следование за авторитетом - не совсем разумное поведение. Кроме того, по моему глубокому убеждению, тоталитаризм ни при каких условиях не стоит оправдывать, и любая попытка его легитимации - интеллектуальное надувательство и пустозвонство.
Историческое существование тоталитарных обществ и их философское оправдание не могут убедительно показать гуманность этих обществ. Там, где пренебрегают человеческой свободой, где манипулируют сознанием целых народов, где льется кровь и скрипят тюремные засовы, скрывая политических «преступников», нет места человеку гуманному. Там есть место человеку естественному, человеку нормальному (если мы всегда так жили, то это естественно и нормально), но не человеку гуманному. То есть собственно ЧЕЛОВЕКУ.
2. Право на насилие, теракты, партия бездумной толпы, политическая игра, отсутствие социального, выборность

В один прекрасный солнечный день ко мне, прогуливающемуся по улице, подошла девушка, проводящая социологический опрос (по крайней мере она назвала это социологическим опросом). Первое, что она спросила, было следующее: «скажите пожалуйста, почему вам нравится политика партии «Единая Россия»?». Удивительная формулировка, не правда ли? Обратите внимание на то, как сформулирован вопрос - он просто изначально не предполагает критического ответа в адрес единороссов, и вместе с тем ответ подсказывается вопросом, пресуппозируется. На языке НЛП такая лингвистическая конструкция называется «выбор без выбора». С таким же успехом можно спросить: «за что вы любите шоколад Alpen Gold?», где совсем неважен ответ, а важно постулирование факта того, что вы его любите (звучит как изначальная заданность, не подлежащая никакому сомнению, как априорное утверждение, как факт).
И что я должен был ответить на заданный мне вопрос? Конечно, я выразил свое недовольство политикой единороссов. Но интервьюерша сказала, что не может внести мой ответ в список, так как он, в сущности, является ответом, для которого там просто нет места. Под самим вопросом размещались три варианта ответа, но каждый из них представлял собой аргумент, рекламирующий деятельность «партии». Естественно, ни один из них я выбрать не мог, поскольку ни с одним не был согласен. Нетрудно догадаться, что инициатором этого опроса были представители «Единой России», а само это мероприятие носило совсем не исследовательский характер (оно не преследовало цели зафиксировать количество симпатизирующей этой корпорации лиц), а рекламный, где ответы предопределены, зарегистрированы и легитимированы определенным политическим кодом, любая декодировка которого неприемлема. Система «вопрос / ответ», провоцирование «мнения», стимулирование галочки, поставленной под «нужным» ответом - одна из репрессивных мер, которая на первый взгляд не представляется репрессивной. Просто радостная игра в обратную связь, в коммуникацию, во всеобщую вовлеченность…, но лишь игра. Игра, где ультиматум сменяется симуляцией заботы, где твердость предписаний и приказов сменяется мягкостью намеков на них. Ее репрессия заключена в не-репрессивности (как бы парадоксально это ни звучало), в добродушном стимулировании, в вызове улыбки, в нескрываемой вежливости, и вместе с тем в аннигиляции выбора, в предоставлении квазивыбора, предполагающего и предлагающего два-три-четыре… - N ответов, каждый из которых является «нужным», но при этом список не исчерпывает все возможные ответы на подобные вопросы. Другие ответы помещаются за пределами рациональности, они не «нужны», они маргинальны и не достойны артикуляции, они просто вычеркнуты из списка не только артикулируемых, но и мыслимых ответов; они не ответы, а фразы (или крики) антидискурса, бреда. Сказать, что мне не нравится политика единороссов - все равно что говорить бред.
«Скажите пожалуйста, почему вам нравится политика партии «Единая Россия»?» - разве такие нагло-манипуляционные формулировки вопросов могут присутствовать, например, в научных исследованиях? Конечно, нет. Они не призваны активировать в реципиенте механизмы ответа по стереотипу. «Исследования», проводимые СМИ, - в данном случае исследования мнения самих СМИ, ангажированных властью. А методы статистики, с помощью которых выявляется общественное мнение, служат инструментом формирования этого мнения. Потом - стоит добавить - люди из газет и телевидения с нескрываемым удивлением узнают о собственном мнении. Вот такое абсурдное шоу. В нашей авторитарной стране опросы общественного мнения не отражают общественное мнение, а формируют его. Проправительственные «социологи» выясняют общественное мнение, но этого мнения не было бы, если бы они его не выясняли. Сама процедура опроса, сам факт зондирования порождает мнение.
Пусть господа (не сказать что уважаемые) единороссы хоть немножко считаются с населением, с интеллектом граждан. Понятно, что большинство этого населения - бездумная толпа (в наличии которой адепты «Единой России» заинтересованы), но все же… Нельзя ведь таким низким манипуляционным средством искать сторонников. Ведь это до глупости пошло и до пошлости глупо - использовать такие формулировки в надежде на их эффективность при зомбировании масс. Методы, подобные описанному, рассчитаны на дебилов и прочих богом обиженных в умственном смысле. Так что корпорацию можно поздравить в многочисленности, где количество недоразвитых во много раз превышает число развитых - и этот вывод я делаю, естественно, не исходя из приведенного метода рекламы корпорации, а исходя из общения со многими единороссами, которые, мягко говоря, не блещут. Партия глупого большинства - такое название им подходит. Партия серой массы, лишенной хоть какой-то свободы выбора. Партия, нагло приносящая человека в жертву своим корыстным целям. Если коммунисты жертвовали одним человеком ради всего общества (что, конечно, крайне негуманно), то нынешние политиканы - только ради самих себя. «Принесение человека в жертву организационным механизмам является основным злом современного мира» Цит по. [Тихомиров О.К. Большевизм и психология // Вопросы психологии №5, 1992], - пишет Б. Рассел.
В философской научной мысли сформировалась целая традиция рассмотрения насилия как категории. А. Гжегорчик, помимо прямого насилия (убийство, кража и т.д.) выделяет «непрямое», которое пронизывает интеллектуальную и психологическую силу и имеет свойство незаметного навязывания Гжегорчик А. Духовная коммуникация в свете идеала ненасилия // Вопросы философии. - 1992. - №3. С. 54-64.. Автор отождествляет понятия насилия и принуждения, принуждения к принятию каких-то условий или поведения под угрозой. А.А. Гусейнов также связывает между собой эти понятия, рассматривая принуждение как узурпацию свободной воли индивидов, а власть как насилие, основанное на внешнем принуждении; насилие достойно осуждения Гусейнов А.А. Моральная демагогия как форма апологии насилия // Вопросы философии. - 1995. - №5. С. 5-12.. Власть - это принятие решение за другого, а насилие - способ обеспечения власти одного человека над другим Гусейнов А.А. Понятия насилия и ненасили. // Вопросы философии. - 1994. - №6. Единороссы же активно принуждают народ вступать в их партию и угрожают увольнением с работы в случае неповиновения; они принимают решение за нас. Разве это не насилие? Используя такие методы, они заведомо противопоставляют свои интересы и интересы граждан, рассматривая их не как партнеров, сообщников и контролирующих власть субъектов, а именно как противников, которых следует подавить. Теперь государство обладает исключительным правом на насилие, оно его приватизировало и монополизировало, равно как истина и знание теперь тоже принадлежат государству. Их действия санкционированы ими же, их действия правильны и истинны; ведь такое государство присваивает само себе все права, кроме одного - права на ошибки (оно не ошибается априори). Для осуществления ненасильственной акции ее сторонникам необходимо отказаться от монополии на истину А.А. Гусейнов, помимо этого, приводит несколько положений, следуя которым, осуществляется ненасильственная акция. См. [А.А. Гусейнов. Этика ненасилия // Вопросы философии. - 1992. - №3. С. 72-81], чего власть держащие никогда не сделают по собственной воле. Раньше было широко распространено мнение, согласно которому знание должно принадлежать лишь посвященным, и, проникая в невежественную толпу, оно становилось орудием разрушения. Не являлась ли такая позиция всего лишь моральным оправданием «посвященных»? Тех самых «посвященных», которые как раз благодаря своим знаниям и безграничному самолюбию актуализировали деструктивные силы против «непосвященных». А благодаря монополизации знания они делали «непосвященных» «непосвященными», то есть стимулировали процесс омассовления и одновременно спекулировали на невежестве толп, лоббируя «нужные» массовые настроения и создавая определенные «полезные» идеи. Эти же процессы происходят и сейчас. Знание должно быть доступно всем, и это аксиома!
Журналистики в стране нет, «объективность» судебной систему под каблуком власти. Кто может судить саму власть? Никто! Абсолютно никто. Когда в 2003-м году Путин заявил, что в результате операции в «Норд-Осте» ни один заложник не пострадал, что газ был безвредным, возмущенные бывшие заложники и их родственники подали на Путина в суд, но российские суды не приняли иска. О чем это говорит? Несмотря на то, что представители власти призывают подавать иски в суд в случае уличения какого-либо высокопоставленного лица в преступлениях, суды открещиваются от этих исков. Уличать чиновников в преступности - все равно что уличать власть в преступности. И как можно ее судить, если суды парализованы этой властью? В 30-е годы абсурдно было подавать иск на Сталина или Берию, а сейчас абсурдно судить единороссов. В Интернете есть множество страниц, где опубликованы материалы о преступлениях чиновников или сотрудников милиции - преступлениях, санкционированных режимом См. compromat.ru/page_15325.htm, d-zubov.livejournal.com/31587.html.. Иногда авторы подобных материалов адресуют просьбы разобраться президенту и премьер-министру, не подозревая, что последние не только не заинтересованы в проведении следствия, а скорее наоборот, заинтересованы в его отсутствии. Авторы не понимают, что резонанса не будет. В лучшем случае он будет нулевым, а в худшим он обернется против них же. В modern Russia честный человек, жалующийся на нечестного, рискует навлечь обвинения на самого себя. Наша власть столько совершила преступлений, что ей уже никогда не отмыться и ни стоит от нее ничего хорошего ожидать. Если мы уберем из списка ее античеловеческих деяний самые известные и самые тяжелые (например, приказ об уничтожении террористов вместе с заложниками в Беслане), этот список не особо укоротится. Вот такой получается парадокс: тех, кто ворует вагонами и убивает штабелями, не судят, поскольку они принадлежат к клану, которым позволено творить все что угодно. А голодный, укравший в магазине булку хлеба, может несколько лет в тюрьме провести.
Суды, будучи управляемыми, не принимают иски на единороссов. Однако они с радостью заводят дела на всяческих неугодных и несогласных. Я знаю случай, когда молодому человеку, который в одной из своих статей не совсем лестно отозвался о власти, пытались пришить кражу сотовых телефонов. Нигде не прописано, что критика господствующей власти карается расстрелом, но, несмотря на отсутствие такой статьи, существует огромное множество других статей - от мелких краж до убийств. Так почему бы не пришить или хотя бы не попытаться (в целях просто помотать нервы и деморализовать) пришить любую из них. Выбор широк. А на самом деле судят по несуществующей статье, также как многих предпринимателей судят за то, что они отказываются платить дань единоросским генералам. Независимая судебная власть, как и журналистская власть, именуемая четвертой, видна лишь на бумаге.
В Омске суд удовлетворил иск губернатора Л. Полежаева к матери погибшего солдата А. Бухарбаевой за плакат с надписью «Путин и Полежаев - убийцы наших детей. Будьте прокляты! Убейте и нас, матерей!», который Бухарбаева держала на митинге, прошедшем 3-го июня 2010 года. Полежаев требовал признать первую часть надписи недействительной и порочащей его честь и достоинство. Присутствующие на суде граждане проклинали судью и губернатора См. Губернатор Полежаев доказал, что он не убийца // Газета «Коммерсантъ»   № 155 (4455) от 25.08.2010 (В сети:    kommersant.ru/doc.aspx?fromsearch=e3b0db23-6504-4c28-8ba1-6d74da1b6f4b&docsid=1492471).. Может быть, надпись на плакате действительно выглядит слишком «далеко идущей», но косвенное отношение к убийствам солдат - особенно погибшими насильственной смертью от «своих же» - номенклатура уж точно имеет. Я считаю, что суды достойны проклятий, равно как - в еще большей степени - их достойна нынешняя власть. Да и вообще, насколько колкими и болезненными выступают смелые фразы, написанные на плакатах отчаявшихся граждан, по сравнению с огромным массивом антинародных действий власти, которые и вызывают негодование, отчаяние и ненависть.
Самое расхожее обвинение, которое любят нынче «лепить» оппозиционерам, основано на статье об экстремизме. Юридически считается, что экстремизм (политический) - это в первую очередь попытка свержения конституционного строя. А властный строй и конституционный - в наше время вещи во многом отличные друг от друга, если не прямо одно другому противоречащие. Но власть, не признающая эту противоречивость, попирающая Конституцию, обвиняет в экстремизме и в попрании Конституции тех, кто попирает власть. Экстремистом в наше тяжелое время скорее назовут законопослушного гражданина, которому свойственна активная гражданская позиция. Экстремист и провокатор в современной учиняемой властью терроросреде - это смелый гражданин, публично отстаивающий Конституционные права. Здесь проявляются такие же двойные стандарты, как и при толковании термина «политкорректность». Термины трактуются по-разному - в основном в угоду трактующему субъекту. Политики специально запутывают или вовсе выхолащивают значение терминов, создают терминологические двусмысленности, что впоследствии формирует легитимную основу для преследования тех, кто якобы не вписывается в дискурсивный порядок - «экстремистов» и всяких «неполиткорректных»… Так что давление, учиняемое властью, в качестве своего орудия использует не столько боевые инструменты, сколько идеологические, юридические и судебные. Хотя боевым тоже находится место.
Бытует мнение, что теракты, которые называют «чеченскими», на самом деле осуществлялись ФСБ ради оправдания продолжения войны в Чечне, отворота страны от демократического развития, отвлечения внимания от кремлевских махинаций и повышения рейтинга Путина как освободителя российского народа от внешнего терроризма. Российские власти никак не могли допустить независимости Чечни, но и войну надо было оправдать перед общественностью. А лучший способ ее легализации - организация «чеченских» взрывов Информацию о том, что теракты в России инициированы силовиками, см. в: Литвиненко А., Фельштинский Ю. ФСБ взрывает Россию: 2-е изд. -- New York : Liberty Publishing House, 2004. -- 456 с. Поскольку русскоязычные печатные издания данной книги преданы уничтожению, оставляю здесь адрес сайта, где можно с ней ознакомиться: terror99.ru/book.htm..
Но некоторые теракты все-таки не удалось окончательно завуалировать. Самый яркий случай - попытка взрыва жилого дома в Рязани, когда все подозрения пали именно на офицеров ФСБ. Неизвестные были замечены закладывающими странные мешки в один из домов жителем этого же дома, который незамедлительно позвонил в РОВД. Прибывшая милиция обнаружила мешки из-под сахара, в которых находилось электронное устройство, состоящее из часов и обмотанных изолентой проводов. Экспресс-анализ содержимого мешков показал, что это был гексоген, взрыв которого должен был произойти в 5:30 утра; никаких сомнений на этот счет не было. Сразу объявили план «Перехват», который не дал результатов. Сначала ФСБ молчали, но как поняли, что запахло жареным, начали утверждать, будто в мешках находился… сахар. По их словам, ситуация представляла собой не попытку теракта, а обычные учения. Однако они не сделали заявлений об учениях сразу, что указывает на серьезный прокол. Если бы действительно проводились учения, мировые СМИ (и в том числе Путин) не кричали о предотвращенном теракте. Если бы Путин элементарно не знал об учениях, ему пришлось бы уволить директора ФСБ Н. Патрушева, не доложившего вовремя, однако этого не произошло, значит, версия о незнании Путина несостоятельна. Наоборот, Патрушев вскоре получил Героя России, и ни один сотрудник ФСБ не был уволен из-за ситуации в Рязани! Удивительно то, что об «учениях» в Рязани не был осведомлен В. Рушайло, который возглавлял комиссию по борьбе с терроризмом. Учения так не проводятся - о них обязательно должно заранее извещаться местное начальство, они должны проходить с привлечением наблюдателей, они не могут проводиться на угнанной машине, они не должны нарушать общественный порядок (а эти все нарушения имели место в данной истории), учения не требуют создания сложного механизма взрывчатки и использования такого большого количества взрывчатого вещества [расфасованного по трем 50-килограммовым мешкам]. Собственно, действия Патрушева в любом случае противозаконны и преступны, но, поскольку он директор ФСБ, а значит, возвышенный над всеми простыми смертными, он получает награды, а не обвинения. И где же грань между органами защиты и террористами? Предположив, что спецслужбы не хотели взрывать дом, а стремились, например, припугнуть общественность угрозой терроризма, мы все равно убеждаемся в лицемерии, лживости и наглости этой организации, которая устраивает совершенно незаконные мероприятия и при этом не берет на себя никакой ответственности.
Как только улики - мешки со взрывчаткой - доставили в Москву в руки Патрушева (и тем самым лишили рязанских оперативников вещественных доказательств), он объявил происшедшее в Рязани учениями, а несоответствие объяснил тем, что местная экспертиза дала неправильное заключение. Позже телефонистка АО «Электросвязь» зарегистрировала подозрительный звонок в Москву («Выезжайте по одному, везде перехваты», - ответил голос). На удивление местных оперативников, московский номер, на который звонили террористы, принадлежал одному из служебных помещений столичной ФСБ. Когда готовилось задержание террористов, из златоглавой пришел приказ их не задерживать, так как никаких террористов при учениях нет. Однако их все равно задержали, после чего передали в Москву, и дальше расследование зашло в тупик, а возбужденное в УФСБ РФ по Рязанской области засекречено.
Московские фсбэшники не только оказывали давление на своих рязанских коллег (и особенно на журналистов) после возбуждения ими уголовного дела, не только конфисковали результаты экспертизы, но имели наглость грозиться возбудить уголовное дело на сотрудников рязанской милиции за «халатность» при проведении экспертизы. Согласно статье 7 закона РФ «О государственной тайне», оказание давления на следствие и засекречивание дела незаконны. Концы в воду… Позже из пресс-службы московского ФСБ поступило сообщение, что мешки вывезли на полигон и попытались взорвать, но взрыва не произошло. Так если проводились учения, зачем же пытаться взрывать эти мешки? Это уже не признак наглости, а признак дебильности.
На этом история злополучных мешков не закончилась. Осенью 1999-го года солдат А. Пиняев с товарищами на рязанском складу с оружием и боеприпасами нашли мешки с надписью «Сахар» и попробовали чайку с их содержимым. Вкус им не понравился, и они доложили начальству о находке. В результате после многочисленных допросов фээсбэшники заставили Пиняева отказаться от своих слов, после чего на него завели уголовное дело за кражу со склада с боеприпасами кулька с сахаром. Однако, ФСБ - настолько многофункциональная организация, что имеет отношение даже к мелким кражам продуктов питания! Судя по всему, именно с этого склада были получены те самые мешки, заложенные в подвале дома.
Позже по НТВ показали передачу Николаева, где проходили открытые дебаты сотрудников ФСБ, военных, адвокатов и жильцов дома, который пытались взорвать. Присутствующие специалисты, то есть военные, высмеивали версию об учениях, в то время как фсбэшники в открытой «схватке» ничего толкового в свою защиту сказать не смогли. Сотрудники ФСБ путались в показаниях и говорили совершенно неубедительные истории. И хотя собравшиеся люди были совсем не на стороне силовиков, последние, ввергаясь в бред и путаницы, до конца отнекивались от всех обвинений. В общем, федералы позорно провалились, после чего отказались выступать в открытых дебатах с населением. Лишь те, кому есть что скрывать, боятся открытости… И над НТВ как независимом каналом нависла серьезная угроза. А генеральная прокуратура России просто отказала рязанцам в возбуждении уголовного дела против сотрудников ФСБ.
А. Литвиненко и Ю. Фельштинский в своей книге пишут о том, что незадолго до взрывов в других городах, вследствие некоторой утечки информации, в ФСБ поступали сигналы о готовящихся терактах, но служба их просто игнорировала. Также авторы приводят многочисленные показания журналистов и даже сотрудников спецслужб, которые оспаривают версию чеченского следа в терактах. До проведения терактов с Невинномысского химкомбината было похищено шесть тонн гексогена,… но никакого расследования по факту такого крупного хищения не проводилось. Все это, несомненно, наводит на мысль…
21 августа 1999 года был произведен теракт в торговом комплексе на Манежной площади, который официально списали на чеченцев, несмотря на то, что генеральным директором этого комплекса был чеченец. Вообще, взрывы начались до предвыборной компании Путина и закончились [на время] после избрания Путина президентом и начала полномасштабной войны с Чечней (как раз тогда чеченским боевикам было выгодно мстить). Все это тоже наводит на мысли…
Бизнесмен А. Гочияев снял несколько складов для коммерческой деятельности. Его крупно подставили, заложив в них взрывчатку. После взрыва на двух складах Гочияев сам позвонил в милицию, скорую помощь и службу спасения, предположив, что на других арендованных им помещениях также может находиться взрывчатка. Когда правоохранительные органы по его наводке обнаружили склад со взрывчаткой на Борисовских Прудах, вместо того, чтобы устроить там засаду и задержать преступников, которые явились бы за таймерами, они объявили по телевизору о находке, то есть предупредили преступников. Такое поведение органов как минимум странно. Самого же Гочияева просто выставили крайним, обвинив в организации терактов; в его отношении была команда не задерживать, а уничтожить. Сестру Гочияева пытали спецслужбы, прибегая к недозволенным методам дознания в надежде выбить из нее показания против брата.
13-го сентября 1999 года Геннадий Селезнев выступил с заявлением о взрыве в Волгодонске. Взрыв на самом деле произошел, но тремя днями позже выступления Селезнева. Как это можно объяснить? И когда Селезневу задали вопрос о том, как он в понедельник узнал о взрыве, случившемся в четверг, спросившему - В.В. Жириновскому - в ответ просто выключили микрофон. Однако…, самим Нострадамусу и Ванге далеко до спикера по части предсказаний…
На адвоката семьи жертв московских терактов М. Трепашкина было сфабриковано уголовное дело, согласно которому он уличается в связи со спецслужбами Великобритании по компрометации ФСБ путем обвинений спецслужб в организации взрывов домов в российских городах. Трепашкин планировал собрать пресс-конференцию, на которой он хотел представить доказательства причастности спецслужб к терактам, но непосредственно перед ней он был арестован. Странное совпадение, которое указывает на вполне разумную стратегию силовиков не столько посадить «преступника», сколько помешать ему публично выступить против «защитников российского народа», поскольку подобные выступления представляют собой угрозу не только высокопоставленным лицам из спецслужб, но и Путину.
Когда официальные органы отказались расследовать обстоятельства взрывов, заинтересованными лицами была создана Общественная комиссия, занимавшаяся расследованием терактов. Основной ее движущей силой были С. Юшенков и Ю. Щекочихин. 17 апреля 2003 года был убит Юшенков, а 3 июля - Щекочихин. После их смертей деятельность комиссии фактически прекратилась.
В запрещенном к показу на телевидении (что совершенно неудивительно) фильме «Покушение на Россию» (и в выступлениях некотрых ученых) данная концепция - идея связи терактов с деятельностью спецслужб - хорошо раскручивается. В фильме «Система Путина» также говорится о причастности спецслужб к взрывам. Конечно, я не стану заходить так далеко, чтобы утверждать ее бесспорность, но интересным выступает тот факт, что фильм «Покушение на Россию» и некоторые другие, близкие к нему своим содержанием, запретили для показа на российском телевидении. Не является ли этот запрет (как и многие другие) символом сокрытия чего-то? Этот запрет, возможно, стоит принимать как косвенное доказательство состоятельности идеи об ответственности спецслужб за взрывы. Косвенным доказательством также выступает нежелание правительства расследовать эти дела; если спецслужбы невиновны, они наоборот должны бросить силы на [открытое] расследование - подозрение ведь падает на них. А вместо этого дела просто закрываются, ФСБ не только не подвергается никаким проверкам, но ее полномочия стремятся с инициативы правительства к еще большему расширению. Так, в июне 2010 г. Партия «Яблоко» собирала подписи против принятия нового антинародного закона, согласно которому ФСБ наделяется правом арестовывать любого из нас на 15 суток См. yabloko.ru/zakonfsb/492/. Основание этого закона - все та же борьба с экстремизмом и терроризмом, хотя совершенно непонятно, каким образом такой закон может способствовать этой борьбе. Вот борьбе против несогласного народа он очень даже способствует. Государство с сильными службами безопасности необязательно бывает сильным в хорошем смысле этого слова. Скорее наоборот, чем больше полномочий у служб безопасности, тем меньше прав у народа. В этом смысле наибольшая опасность исходит не от беспорядка, а от чрезмерного порядка См. Закария Ф. Возникновение нелиберальных демократий // Логос 2 2004 (42). С. 55-70.. Чрезмерный, избыточный порядок - враг справедливости и либерализма. И возникает вопрос: борется ли власть с терроризмом или сама, путем продвижения антинародных законов, учиняет террор?
Версия «внутренних» терактов близка к идее о том, что американское правительство (или мафия, называемая мировым правительством) само устроило взрывы 11 сентября для того, чтобы, в свою очередь, оправдать ввод американских войск в Ирак; сама же «Аль-Каида», равно как и широко распиаренный бедуин Бен-Ладен, вполне возможно, не имеют отношения к данному теракту. В некоторых источниках мы находим предположение о том, что «Аль-Каида» - порождение американских (!) спецслужб См., напр., Жижек С. Добро пожаловать в пустыню реального. - М.: Фонд «Прагматика культуры», 2002. - 160 с.; Овчинский В.С. Противостояние США, Китая и России в условиях глобального кризиса // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/4068/. В других работах говорится о внезапности сокрытия улик от независимых экспертов, о запоздалости проведения расследования по делу крушения зданий Всемирного торгового центра и вообще о слабых местах официальной версии Боллин К. Необъяснимый обвал зданий всемирного торгового центра и «черные технологии» // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/3738/; Боллин К. Не верю! // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», rikmosgu.ru/publications/3559/4259/, что неизбежно наталкивает на мысль о ее несостоятельности. Вообще, ряд независимых экспертов [которым все-таки, несмотря на серьезные препоны, удалось провести экспертизу] решительным образом опровергают официальную версию. Однако идеи о мусульманской агрессии намертво крепко засели в головах западоидов, а реальные факты, по законам информационной войны, менее важны, чем содержание массового сознания. И даже, поверив версии о мусульманском вторжении, мы с неизбежностью - вслед за некоторыми аналитиками постмодернизма - придем к мнению, согласно которому Америка сама [пусть даже не осознанно] породила эту угрозу; учитывая ее агрессию в странах третьего мира, ее бескомпромиссную империалистическую экспансионистскую политику, ислам просто не может не ответить такой же агрессией - и вполне оправданной. То, что Голливуд снимал в своих фильмах-катастрофах, США получили в реальности; кинематографический фантазм сбылся.
Может быть, и у нас и в Америке решили указать общественности на внешнего врага (не мнимого ли?), переложить ответственность с себя на него и тем самым попытаться сплотить народ вокруг того правительства, которое он имеет, а уж совсем не против него. К тому же, как в нашей стране, так и в США, запрещается лоббировать контрверсии, связывающие с терроризмом не указанного правительством внешнего врага, а само правительство. Так, многим американским журналистам, выдвигавшим альтернативные версии событий 11 сентября, пришлось искать новую работу. А некоторым русским писателям типа А. Литвиненко пришлось уйти в мир иной.
Вполне возможно, Путину нужно было найти контрверсию, и он использовал подозрительность населения к чеченцам, продолжив войну с Чечней. Конечно, данные концепции не подтверждены исчерпывающими доказательствами, и это не удивительно - вряд ли им дадут возможность стать «доказательными». Но далеко не все идейные оппозиционеры путинского режима указывают на состоятельность версии причастности ФСБ к терактам. Среди них Ю. Латынина, утверждающая, что война с Басаевым началась еще до взрывов, и это говорит об отсутствии необходимости Путину в поиске предлога для вторжения в Чечню, и что слух о причастности Путина ко взрывам был распространен Березовским, затаившим злость на Путина (олигарх помог Путину прийти к власти, а тот его выгнал) Латынина Ю. Спустя десять лет, или О взрывах домов в Москве // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=9486. Однако эти слова, по моему убеждению, не оправдывают премьера и силовые структуры, поскольку другие авторы - А. Литвиненко и Ю. Фельштинский - приводят свидетельства того, что ФСБ было вовлечено в преступную деятельность задолго до прихода к власти Путина, еще в начале первой чеченской войны. Кроме того, они весьма подробно описывают случаи конца 90-х замешанности федералов не только в «политически необходимых» взрывах, но и в обычном махровом разбое, похищениях и мокрухе, которые спокойно с них списывались (в случае их разоблачения честными сотрудниками милиции) или же вообще ход расследованию не давался, а его инициаторов ждали увольнение или даже физическая расправа.
Я же, естественно, не претендую на знание истины в последней инстанции, поэтому указываю сейчас лишь на версии - вполне распространенные и во многих местах оправданные. Для окончательного вывода насчет терактов данных явно не хватает. Нельзя приписывать своему недругу все возможные и невозможные преступления только потому, что он недруг. Истина и объективность - дороже всего. Если существуют две [или несколько] противоречащие друг другу версии относительно одного события, каждая из которых не подкреплена достаточной доказательной базой, я могу только представить их на суд читателя, не навязывая ему строгих выводов в поддержку одной и, соответственно, в убыток другой. Хотя читатель может заметить, что я все-таки предпочитаю придерживаться неофициальной версии - слишком уж много черных пятен на полотне представленных правительством концепций и одновременно слишком уж явно проявляется запрет на альтернативы, что не может не заставить задуматься. К тому же, как я думаю, А. Литвиненко и Ю. Фельштинский в книге «ФСБ взрывают Россию» дали если и не совсем полную и свободную от дискуссий доказательную базу в поддержку своей концепции (многие сведения трудно или почти невозможно проверить), по части обоснованности официальная версия ей значительно уступает. Как практики так называемых террористов покрыты пеленой таинственности, так и государственные «антитеррористические» меры держатся в строжайшей секретности…
Иногда кажется, что власть, погрязшая в клевете, заслуживает очернения любыми способами, но это не так. Поступать подобным образом - значит сознательно принимать и использовать грязную методологию врага, против которой как раз мы и выступаем. И далеко не всегда получается, что если одна сторона конфликта обманывает (сторонники власти), то другая (оппозиция) с неизбежностью говорит правду. Обе стороны могут врать, и уж не все враги диктатуры отличаются честностью и духовной непогрешимостью. Но если мы считаем себя противниками черного пиара, то не имеем никакого морального права брать его же на вооружение. Вообще, даже если бы мы были не противниками, а сторонниками обмана любой ценой, такая идеологическая позиция все равно не давала бы нам права его использовать. Только не все это понимают и не все этому категорическому императиву следуют. И как это ни парадоксально, к власти приходят не герои, а антигерои, использующие весь арсенал тяжелой артиллерии - черный пиар, подкупы, убийства, теракты. Именно они - коррупционеры, хамелеоны-подлизы, лицемеры-перевертыши и откровенные преступники - получают «заслуженный» respect. Герои современности - не «верхи» спецслужб типа генералов Здановича и Патрушева, не Путин и Медведев, не толпы послушных и угодливых рабов, готовых ради своего счастья и успеха пойти по головам. Герои - как раз те, у кого находятся силы и смелость противостоять им.
Если на время отсечем идею о причастности силовиков к взрывам в России и признаем общепринятую версию, согласно которой виноваты служители Аллаха, то все равно отчасти упремся в вину не только шахидов, но и силовиков. Так, Ю. Латынина утверждает, что в России самые дешевые теракты потому, что террористам (выходцам из исламского мира) помогают сотрудники милиции за мешок сахара. В Америке, например, спецслужбы в этом смысле не настолько коррумпированы, а потому там устроить теракт будет значительно сложнее Латынина Ю. В России самые дешевые теракты в мире // Ежедневный журнал. ej.ru/?a=note&id=9984. Следовательно, если власть напрямую непричастна к взрывам, она прилагает к ним руку косвенным путем. Не искореняя, а только множа коррупцию как в своих верхних, так и нижних эшелонах, она неспособна бороться с внешней угрозой. Повторимся, что взрывы вполне могут быть результатом не внешней, а внутренней угрозы. И не просто внутренней, а локализованной в самой власти.
Человеку, привыкшему черпать информацию из экрана телевизора и газетных страниц, дико не просто принимать на веру описанную выше концепцию терактов, но даже думать о ней как возможной. Действительно, предположить, что спецслужбы, призванные охранять гражданский покой, способны не только не обеспечивать его безопасность, а объявлять ему войну, обывателю непомерно трудно. Убеждение «этого не может быть» оказывает очень хорошее психологическое давление на сознание «простого человека», хотя кроме субъективизма в нем по сути ничего нет. Наконец, чисто психологически почти любой человек, будучи привязанным к какой-то референтной группе или этносу, будет кривиться при каждом услышанном обвинении в адрес этой группы или этноса и искать повод оспорить подобные обвинения, затронувшие СВОЕ - сослуживцев, приятелей, друзей, родственников и т.д. Свое - оно всегда свое, и поэтому оно и предстает в более хорошем свете. Приятней и комфортней «увидеть» неточности и ошибки в идеях, критикующих меня и мое окружение, чем согласиться с критикой. Приятней и комфортней отрицать критику, направленную на мое близкое или дальнее окружение, но все равно МОЕ. Такая вполне нормальная и понятная позиция является барьером для объективности Уместно провести пусть и отдаленную параллель с описанным Т. Куном догматизмом в научной среде (см. Кун Т. Структура научных революций / Структура научных революций. - М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. С. 9-268). Если даже наука не бывает чистой и лишенной догматизма, то что тогда говорить о массовом сознании…. Другое дело - оправдано ли воспринимать то правительство, которое мы имеем сейчас, в качестве референтной группы? Я уверен, что нет. Разве есть какие-то доводы, опровергающие известный факт войны НКВД или КГБ против собственного народа? Разве можем ли мы найти достоверные сведения, ставящие крест на многочисленных репрессиях, имевших места в не столь уж далеком прошлом? Так почему же следует современность рассматривать через призму этого пресловутого «не может быть», когда есть много доказательств (пусть не совсем полных) для поддержки концепта «это вполне возможно»?
Если взрывы организовали они, то есть спецслужбы, то чудовищность этого преступления не имеет никаких мыслимых границ. Кто-то погиб под обломками зданий, а кто-то положил себя в Чечне, война в которой легитимировалась якобы чеченскими терактами. И к чему эти смерти? Ради чего? Ради величия России или ради величия тех, кто у ее руля? Скорее всего именно второе. Обвинения в адрес спецслужб были обнародованы - и почти никаких гражданских возмущений не последовало! Почему? Не только потому, что основной массе все равно, кто за этим стоит. А еще и потому, что массы в обмен за безопасность потребовали фашизма, то есть дали внегласное разрешение властям творить все что угодно, ввергая Россию в пучину бесправия. Однако наведение порядка в стране и борьба с преступностью не должны ограничивать гражданских прав, так как в ином случае это противоречит самой идее порядка и борьбы с преступлениями.
К. Уилбер, рассуждая о различиях между естественной и патологической иерархиях, говорит о холоархии, согласно которой то, что является целым (холон) на одном этапе эволюционного процесса, становится частью (субхолон) целого на следующем этапе. Так, атомы - части молекул, молекулы - части клеток, клетки - части организма. Но когда какой-то холон, какой-то элемент вместо нормального превосходства и осознания себя частью чего-то большего оказывает подавление и нежелание становиться частью, хочет господствовать над своими собратьями по иерархическому уровню, «власть заменяет общность, господство заменяет общение, угнетение заменяет взаимность» Уилбер К. Интегральная психология: Сознание, Дух, Психология, Терапия. - М.: ООО «Издательство АСТ» и др., 2004. - 412 с. С. 203. И когда люди объединяются в многочисленные группы для достижения каких-то целей, эти группы людей находятся на одном уровне социальной иерархии, пока одна из них не начинает диктовать свои условия и правила, нисколько не учитывая интересов других групп и объединений. Она разрастается, как раковая опухоль, и в меру своих возможностей поражает все остальное, не желающее вступать в нее как часть в целое. В истории было множество случаев, когда какая-либо часть политической арены, забыв о том, что она - всего лишь часть, - начинала диктовать правила игры, и, ввязываясь в борьбу и побеждая, праздновала свое господство над всеми остальными, жестко ею подавленными, политическими силами. Тогда понятие законности утрачивало для нее всякий смысл, она ставила себя над законом, в качестве единственного субъекта (автосубъекта, чья воля сводилась к саморазвитию и самообеспечению) политического воления. Иначе говоря, она не только диктовала нормы и правила, но и обеспечивала [при помощи насильственных методов, в основном] выполнение этих норм другими политическими силами [при условии, если они остались], фактически находясь не под законом, а над ним. Именно так рождаются новые тоталитаризмы, у которых нет никакой законной легитимности. Именно такое положение у «Единой России», стоящей выше закона, выше Конституции, а потому позволяющей себе навязывать своим конкурентам и всему народу правила, выполнение которых обеспечат рост и процветание только корпорации - этого моносубъекта (или сверхсубъекта) политического воления - и только его.
М. Фуко, анализируя понятия безумия, монструозности и преступления, связывает воедино властителей и преступников, считая, что преступник - это тот человек, который пытается навязать общественному телу свой собственный интерес, противоречащий общесоциальным законам, тем самым разрывая общественный договор, под которым когда-то подписывался. «И преступление, являясь своеобразным расторжением договора, то есть утверждением, предпочтением личного интереса наперекор всем остальным, по сути своей попадает в разряд злоупотребления властью. Преступник - в известном смысле всегда маленький деспот, на собственном уровне деспотически навязывающий свой интерес» Фуко М.?Пылающий разум // Матрица безумия / М. Фуко, К. Г. Юнг. -- М. : Эксмо, 2006. -- С. 137-382. С. 184.. А значит, «преступник и деспот оказываются родственниками, идут, так сказать, рука об руку, как два индивида, которые, отвергая, не признавая или разрывая фундаментальный договор, превращают свой интерес в своевольный закон, навязываемый ими другим» Там же.. И далее Фуко отмечает, что «своеволие тирана является примером для возможных преступников или, в своем фундаментальном беззаконии, разрешением на преступление» Там же.. Так что современная политическая система практически не отличается от антиобщественных структур и индивидуумов, - они все преступны в равной степени. И ее преступность заключена в стремлении любыми средствами установить собственную политическую гегемонию, «убрав в сторону» любые другие политические дискурсы и идеологии, которые представляются неугодными.
Власть инвестирует себя в общественное тело, в массовое сознание. Оно воздействует посредством приказов, распоряжений и т.д. Но - что важно отметить - стоит только власти усилить свое воздействие, как внутри объекта воздействия «неизбежно появляется притязание на свое тело против власти <…> И сразу же то, чем была сильна власть, превращается в средство нападения на нее… Власть проникла в тело, но оказалась «подставленной» в самом теле…» Фуко М. Власть и тело // Фуко М. Интеллектуалы и власть: Избранные политические статьи, выступления и интервью. - М.: Праксис, 2002. С. 161-171. С. 162.. В продолжение этой мысли скажем, не без тени иронии, что исследования, подобные данному, созданы той властью, которое критикуется в настоящей работе. Да и все акции протеста, митинги и вообще дискурс несогласия возникли благодаря той инстанции, против которой они направлены. Таким образом, заигравшаяся с террором власть столкнулась с создаваемыми ей же антителами, что и требовалось доказать. Проводя некую параллель с психоанализом, отметим, что концепт «бессознательное» в науке появился не сам собой, возникнув из ниоткуда, а в том числе благодаря следующему наблюдению: несмотря на приказы, строгие моральные, этические и прочие нормы, предписания и всякого рода императивы, люди во многих случаях ведут себя по-другому, не в соответствии с ними. Коммунизм как целостное течение оформился не сам по себе, путем просто кумулятивного прироста идей, в результате которого появилось цельное и внутренне непротиворечивое (парадигмальное) мировоззрение; его появление обязано набиравшему обороты капитализму. Таким же образом оппозиция появляется не только благодаря мягкости власти, когда ничто не подавляется, а значит, цвести позволено всему, что угодно. Как это ни парадоксально звучит, в некоторых случаях оппозиция возникает, наоборот, как ответ на предельную жесткость эксплуататоров, как бунтарь, восставший против тирана; тирания сама (бессознательно) создает бунтарей против себя же - такая вот диалектика. Тезис рождает антитезис. Поэтому какой бы избыточной и жестокой власть ни была, все равно она не сможет контролировать все - и в любом случае за пределами пространства контроля останется внеконтрольная оппозиционная дискурсивность.
Однако хитрость власти заключена в том, что она ради своего самосохранения и ликвидации очагов несогласия стала не только подавлять, но и стимулировать, заигрывать, поощрять, использовать вместо кнута пряник. Если бы власть действовала только по образцу подавления, то ее хрупкость была бы налицо. Отсутствие поведенческой и мыслительной гибкости приводит к саморазрушению. Как можно любить власть, которая только подавляет и цензурирует? Только мазохист может хорошо к такой власти относиться См. похожие мысли о власти: Фуко М. Мишель Фуко. Ответы философа // Фуко М. Интеллектуалы и власть: Избранные политические статьи, выступления и интервью. - М.: Праксис, 2002. С. 172-192; Фуко М. Политическая функция интеллектуала // // Фуко М. Интеллектуалы и власть: Избранные политические статьи, выступления и интервью. - М.: Праксис, 2002. С. 201-209.. Ее сила заключена в том, что она производит влияние посредством рождения у масс желания, желания этой власти. На производство желания работает все - от имиджмейкеров, придающих Медведеву и Путину облик компетентных, добрых, серьезных, рассудительных людей до разного рода телевизионных ток-шоу и рекламы (песни о Путине, кириешки под названием «Путинки», лозунги типа «все путем!» и многое другое). Но от этого заигрывания с массами сущность власти не изменилась, власть не стала более гуманной, а просто расширила свою методологию. Насилие осталось, но в мимикрированном виде.
К. Шлегель дает нам прогноз развития ситуации насилия. «Тоталитарное насилие заканчивается только поражением или внутренним разложением. Лишь когда это происходит, наступает делегитимация культа насилия. Цена демистификации культа насилия в Европе в этом веке была высока: она была оплачена ценой полного истощения ее народов и их культуры. Это загадка истории, что после крушения тоталитарных режимов его носители и сообщники оказываются «невинными» и «соблазненными» Шлегель К. Новый порядок и насилие. Размышления о метаморфозах насилия. // Вопросы философии. - 1995. - №5. С. 12-19.. Да, они останутся невинными - возможно, виновным будет народ, совокупность людей, не обладающих правом выбирать свою судьбу.
И кто же выбирает за нас нашу судьбу? Вопрос не требует ответа. Когда американцы спрашивали Путина об отсутствии гражданских прав у населения России, он по сути отвечал вопросом на вопрос, апеллируя к тому, что в США ущемляются права негров - мол, кто бы говорил, на себя посмотрите. И вот тебе раз! В Америке появился черный президент. Так американцы утерли нос Путину и прочим нашим «борцам за народные права»… Нос-то утерли, понимающие люди посмеялись, однако в России ситуация остается прежней.
Только выбирающего человека - В. Мухина и О. Дембицкая называют личностью и гражданином Мухина В., Дембицкая О. Психологические проблемы молодежи как электората России. // Развитие личности №2, 2000.. Исследователям выбор представляется в образе результата рефлексии и проявления своей внутренней позиции по отношению к жизненным и социальным явлениям. Выбор - это деятельность, совершаемая по личной воле, требующая знаний и сформированной субъектной позиции. Однако часто выбор человека толпы происходит помимо его сознательной воли. Исследователи считают, что личность - это одновременно носитель социальных отношений и индивидуальной свободы. Но «партия элиты» совсем не учитывает никакой свободы личности, никакой позиции и воли. Поэтому электорат, отдающий свой голос за авторитарную «Единую Россию», можно без всякого преувеличения назвать толпой, бездумной массой. Человек не имеет выбора, и даже этого не замечает. Он действительно думает, что волен выбирать, в то время как перед ним стоит всего лишь иллюзия выбора. У него просто есть примитивное понимание того, что делать можно, а чего - нельзя, но это понимание принадлежит не ему (как он сам думает), а тому, кто ему его навязал. То есть, благодаря корпорациям типа «Единой России» исконно человеческая сознательная деятельность заменяется на бессознательную. Еще Г. Лебон описал основные характеристики толпы: исчезновение личности, преобладание бессознательного, прекращение деятельности мозговых полушарий и т.д. Сознательная личность исчезает, а чувства и идеи единиц, образующих целое, именуемое толпой, принимают одно и то же направление. Формируется коллективная душа, имеющая временный характер и определенные черты Лебон Г. Психология народов и масс. Изд. «Макет». - СПб, 1995. -- 316 с.. В общем, толпа, масса, представляет собой «человеческое, слишком человеческое» явление в его бездумии и невежестве.
Недаром говорят, что в толпо-элитарном обществе каждый в силу своего понимания работает на себя, а в силу своего непонимания - на человека, который понимает больше. Массы понимают минимум, интеллигенция понимает значительно больше, но, естественно, далеко не все, так как власть умело скрывает огромную часть знания. В обществе, где есть только два класса - толпа (масса) и элита, - нет принципиального различия между интеллигенцией и массой; это различие кроется только в сфере интеллектуального, но не более того. В сфере социально-экономического, статусного едва ли можно нащупать какие-либо различия: сантехник может зарабатывать больше преподавателя вуза (я не хочу сказать, что сантехников всегда и везде стоит высокомерно причислять к категории масс, а преподавателей - к категории интеллектуалов), тот и другой находятся примерно на одинаково удаленном расстоянии от власти, оба в равнозначной степени не имеют возможности влиять на властные решения, обоим закрыт путь в элитарное сообщество. Так что социально-экономический и политический статус интеллектуала массирован.
Ж. Делез вслед за Ф. Ницше критикует так называемого философа-послушника, хранителя общепринятых ценностей, «публичного профессора», прислушивающегося к неразумным требованиям разума - государству, религии и расхожим ценностям Делез Ж. Ницше. - СПб.: Axioma, 2001. - 184 с.. То есть, государство выступает неразумной силой, к которой не следует прислушиваться. Сказать бы это тем, кто со знанием дела и с пеной у рта, стоя за университетскими кафедрами, просто брызжит сантиментами в адрес «избранных народом», а на самом деле избранных в первую очередь собой же.
Ф. Ницше крайне критически подходит к утверждению ценности государства как высшей цели человечества и к утверждению служения государству как самой высокой обязанности человека. Это утверждение, по Ницше, есть возврат к глупости. «Может быть человек, который видит в государственной службе свой высший долг, действительно не знает никаких более высоких обязанностей, но из этого не следует, чтобы не существовало еще иных людей и обязанностей; и одна из этих обязанностей, которую я по крайней мере считаю более высокой, чем государственная служба, состоит в том, чтобы разрушать глупость во всех ее видах, и в том числе, стало быть, и эту глупость» Цит. по [Делез Ж. Ницше. - СПб.: Axioma, 2001. - 184 с. С. 74].. Как отмечает С.Л. Фокин в работе «Делез и Ницше», сила философа заключена в сопротивлении всякой власти Фокин С.Л. Делез и Ницше / Делез Ж. Ницше. - СПб.: Axioma, 2001. - 184 с..
Античный мыслитель Аристипп сказал: «если все законы отменятся, то только философы будут жить по-прежнему…». Философами он называл тех людей, которые живут не по данным свыше императивам, зачастую абсолютно безнравственным, а по совести, в соответствии с личной моралью и этикой. И в случае совершенно противоположной наступлению беззакония ситуации - в случае наделения «философов» властью - они не потеряют свое человеческое лицо и либо отрекутся от властных полномочий (самодостаточный человек не испытывает вожделения к власти), либо будут ими пользоваться так, чтобы воплотить в жизнь принципы либерализма, а не навязать свой волюнтаризм подвластным. Не зря ведь говорят: хочешь проверить человека - дай ему власть. Это отличный тест на проверку нравственности, который наши политики явно не прошли. Парадокс власти заключен в том, что те, кто ее достоин, к ней не стремятся, а те, кого к ней подпускать вообще нельзя, вполне успешно ее получают, не гнушаясь ради достижения этой самоцели использовать весь арсенал тяжелой артиллерии в виде доносов, интриг, лжи и даже убийств. Г.Е. Васильев называет этот парадокс основным управленческим противоречием Васильев Г.Е. Личностная философия власти и управления. Часть 1. Власть // Вопросы культурологии №11, 2009. С. 40-44..
Политики часто бросаются говорить об обязанностях, основанных на какой-то нравственной философии. Из уст безнравственных людей исходит моральный дискурс, по сути являющийся ханжеством и фарисейством. Но всегда находятся те, кто желает усвоить это фарисейство и последовать его «светлой» лучине. И тот, кто желает быть орудием какой-либо партии, без стыда подчиняется всяким патетическим принципам безусловного долженствования Ницше Ф. Веселая наука. Злая мудрость. - М.: Эксмо, 2007. - 528 с.. Ах, эти принципы, все эти категорические императивы, которые на руку лишь политическим корпорациям и больше никому. Хотя нет, если вы хотите быть не подлинным человеком, субъектом своего жизненного пути, а лишь средством, способствующим достижению корпоративной цели, - чтите эти нормы, чтите эти принципы и склоняйте головы. Но вряд ли те, кому вы отдаете свою душу и тело, ответят взаимностью. Но ведь они, активные приверженцы корпорации, даже не задумываются об этом, о такой несправедливости. А зачем им об этом задумываться? Зачем вообще думать? Надо делать. Надо жить во благо партии родной. И чувствовать себя вечным по отношению к ней должником.
Люди, наделенные безмерной властью, по преимуществу нерефлексивны. Многие из них действительно верят в гуманизм творимых ими дел, многие уверены в том, что работают на благо нации. Поэтому они однозначно не согласятся со некоторыми изложенными положениями, даже с теми, против которых, как говорится, не попрешь. Но эта личная уверенность в свою народно-спасительную функцию, неспособность дать себе и своей деятельности объективную оценку, не освобождает от ответственности и не дает возможности пересмотреть их деяния под более позитивным углом. По замечанию Г.Е. Васильева, если бы властный человек был рефлексивен, он бы сошел с ума от осознания чудовищности своих поступков. Оппонируя этой позиции, скажем следующее: если у этого человека совершенно нет внутреннего морального императива (а такое часто бывает с представителями «элитарной» прослойки, что мы замечаем и сейчас), то способность к рефлексии и самосознанию не приведет к такому саморазрушительному результату. Любой внутриличностный конфликт - это противостояние между двумя реалиями. В данном случае между бесчеловечностью своей политики и личной моралью. Но аморальный политик не только не сойдет с ума, но и не будет испытывать никаких фрустраций в ситуации такого диссонанса в случае внезапно вспыхнувшей рефлексии, поскольку его личная мораль распространяется только на его личность и не выходит за ее пределы, а, следовательно, можно считать ее вообще отсутствующей, из чего, в свою очередь, следует вывод о том, что и диссонанса никакого нет. Поэтому среди них есть действительно умные люди, способные вполне зрело оценивать себя и свои поступки, но лишенные каких бы то ни было внутренних качеств, которые принято называть человеческими. Так что терзаться муками совести - не их привилегия.
Этический позитивизм (прежде всего гегельянский) исходит из той предпосылки, что все действительное есть разумное и благое, а значит, моральная критика действительности невозможна, поскольку сама действительность - инстанция, определяющая моральные нормы. Такая позиция оправдывает все что угодно, но, на мой взгляд, сама - именно из-за этого - не заслуживает оправдания. Не все действительное разумно. Не все действительное морально. Далеко не все…
Корпорация путем рекламы самой себя принижает достоинства своих конкурентов. Верен принцип: если хочешь подняться выше оппозиции, унизь ее, и тогда поднимешься автоматически. И путем склонения народа к себе корпорация автоматически обращает этот народ против своих конкурентов. Хороший пиар-шаг, не правда ли? Вот только насколько честный и нравственный? и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.