На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Пацифистское движение во время I Мировой войны и в 20-30-е годы ХХ века. Создание Лиги наций - международного механизма безопасности, альтернативы войне и насилию. Движение за отказ от военной службы. Идейные платформы различных пацифистских организаций.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Политология. Добавлен: . Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


Многоликий пацифизм

Пацифистское движение, вышедшее на арену мировой политики на рубеже веков, властно заявило о себе во время I Мировой войны и главным образом в 20-30-е годы. Пацифизм, будучи плюралистическим идейно-политическим течением, впитавшим в себя гуманистические ценности либерализма и мировых религий, стремился к искоренению насилия и войн международно-правовым или этическим путем. Бурный подъем пацифистских движений был связан с резким обострением социальной напряженности, со взрывами военного и революционного насилия. Первая мировая война, социальные потрясения и прежде всего революция в России стали громадным импульсом стихийного распространения в массовом сознании пацифистских настроений, которые в конечном итоге представляли собой ненасильственную альтернативу военному насилию и революционному максимализму.
Широкие слои разделяли надежды на то, что мировая война и ее ужасы не только были искуплением, но и гарантией последующего мира. Вспоминая о той эпохе, Р.Роллан писал: «Потребовались годы долгого и мучительного опыта, преодоления иллюзий и ошибок, прежде чем мы поняли, что кумиры, к которым обращалась наша вера, давно прогнили, что ими стали пользоваться как орудием обмана...».
Антивоенное общественное мнение, определявшее «климат» и атмосферу международных отношений, исходя из исторического опыта Первой мировой войны, способствовало отрицанию ценностей, связанных с агрессией, и становлению новых, соотносящихся с ненасильственными и миролюбивыми тенденциями. Всеобщее распространение получили требования наказать виновников войны, свести счеты со спекулянтами и торговцами оружием, нажившимися на страданиях миллионов. Усилились чувства общей ответственности за судьбы человечества, антивоенное общественное мнение звало человечество к миру и требовало положить конец всем войнам и революционному насилию.
Революция в России была встречена пацифистами неоднозначно. Для некоторых Россия 1917 и первой половины 1918 г. ассоциировались с позитивным миротворчеством. Неслучайно известный советский историк М.Н.Покровский период российской истории с октября 1917 г. по август 1918 г. назвал «временем пацифизма», суть которого он видел в «переходе от иллюзий неизбежной формальной войны с империализмом... к иллюзии настоящего, хотя и непродолжительного, мира с империалистами». Революционное пораженчество, мирные инициативы Советской России, включая Декрет о мире и Брест-Литовский мир, вызывали симпатии в некоторых пацифистских кругах, вдохновляли их на активные выступления в целях заключения демократического и справедливого мира.
Подписанный В.И. Лениным в марте 1919 г. Декрет об освобождении российских религиозных пацифистов от воинской обязанности, первоначальная терпимость в отношении Объединенного Совета религиозных общин и групп не могли не вызвать одобрения в широких кругах западных пацифистов. С другой стороны, революционное насилие, сопровождавшее свержение старой власти, не могло не сказаться самым негативным образом на пацифистском восприятии Всеобщего Революционного мира. Хотя первые декреты Советской власти и отвечали демократическим устремлениям, однако их воплощение в жизнь вызвало безграничное насилие и террор. Более того, установки на мировую революцию, практику революционного насилия, разгул кровавой гражданской войны, преследование российской интеллигенции, православного духовенства и социалистов, особенно суд над эсерами в 1922 г. по делам четырехлетней давности, стали шоком не только для левой интеллигенции, но и тех пацифистов, которые приветствовали Октябрьскую революцию. Неслучайно Р.Роллан в 1920 г. вышел из коммунистической партии. В письме к А.И.Рыкову М.Горький указывал на бессмысленность и преступность истребления интеллигенции: «...если эсеры будут убиты -- это преступление вызовет со стороны социалистической Европы моральную блокаду России».
Взрыв сталинского террора, тотальное насилие в построении нового общества, лавина репрессий стали для пацифистов еще одним важным подтверждением того, что насилие рождает только насилие и поэтому не может стать позитивным фактором социального прогресса. Великий индийский гуманист и писатель Р. Тагор, посетивший в 1930 г. СССР, восхищенный борьбой «за освобождение тех, кто был мал и унижен», заклинал советское правительство «не сотворить зла, которое повлекло бы за собой бесконечную цепь насилия и жестокости... Ваш идеал велик, и поэтому я прошу вас о совершенстве в служении ему, создания широкого поля свободы для закладки его неизменной основы».
Война и революция привели к изменению социальной основы пацифизма и разработке многообразных миротворческих и ненасильственных альтернатив в целях сохранения мира. Неоднородность пацифизма определялась, с одной стороны, различием социальной природы отдельных его направлений, эволюция которых в большой мере проходила в русле либеральных, религиозных и ряда социалистических установок в подходах к проблемам войны и мира; с другой -- они разделялись на многочисленные течения и автономные организации, отличавшиеся по вопросу о методах борьбы с войной и степени применения насилия.
Альтернатива войне и насилию заключалась в глазах большинства пацифистов в создании международного механизма безопасности, который политическими и моральными методами смог бы регулировать международные отношения и предотвращать этим военное влияние. Поэтому идея, а затем создание Лиги наций, провозгласившей мирные методы урегулирования конфликтов, отвечали антимилитаристской атмосфере военных и послевоенных лет. Лига наций создавалась на уверенности в поддержке общественным мнением, которое рассматривалась как резервная сила для содействия арбитражным решениям, моральным осуждениям и международно-правовым решениям. Эти предложения были настолько сильны, что один из ведущих политиков-пацифистов, Р. Сесил, активный сторонник Лиги наций в Англии, заявлял, что Лига наций -- детище общественного мнения. Поэтому пункт о Лиге наций фигурировал во всех внешнеполитических программах послевоенного устройства международных отношений.
Большинство пацифистов считали, что «Лига народов», о которой они мечтали несколько десятилетий, наконец возьмет в свои руки международные отношения, основными принципами которых станет арбитраж, третейские суды и моральные внешнеполитические методы. Это доминирующее направление в пацифизме развивало традиционные идеи ряда либеральных политиков, стоявших у истоков Версальской системы и называвших себя пацифистами.
В центре идеологических позиций была национальная и международная политика, направленная на устранение агрессивной войны или сведения ее к минимуму, и предусматривавшая применение при необходимости силы (санкций международной организации).
Этот либеральный пацифизм, называемый американскими историками «интернационализмом», а английскими -- «пацифицизмом», выдвигал на передний план дипломатию «морального принципа», ненасильственные методы разрешения международных конфликтов и предотвращения войны которые декларировала Лига наций. Что касается международных договоров, то пакт Бриана-Келлога (1928 г.) явился кульминационной точкой пацифистской дипломатии. Зафиксированный в нем тезис отказа от войны как орудия национальной политики налагал моральные обязательства на политику государств.
Идейно-политическая платформа этого направления включала ряд внешнеполитических доктрин. Исходной позицией международно-правовых (легалистских) концепций стал тезис о доминанте международного права, при котором главными факторами международных отношений считались Лига наций, Международный суд, арбитраж, санкции против агрессора, разоружение. Другая концепция выдвигала на первый план роль моральных методов предотвращения войны. Достижение политической консолидации мирового сообщества на основе универсальной гуманистической морали, методами дискуссий, убеждений, третейских судов, добровольного морального и материального разоружения составляло ее характерную черту. Многие сторонники этого направления отвергали возможность военных санкций. Можно выделить и космополитическую (мондиалистскую) концепцию, основанную на идеях мирового права, всемирного федерализма и международного парламентаризма. Отвергая государственный и национальный суверенитет, эти пацифистские идеологи мечтали о создании «Всемирного правительства» как гарантии мира и альтернативы войне.
Критика агрессивной внешней политики, стремление к поддержанию мира средствами, бывшими в распоряжении Лиги наций, содействие мирному улаживанию конфликтов, заключению договоров, кодификации международного права, разработке принципов арбитража и санкций были характерными для деятельности пацифистских организаций, примыкавших к этому направлению. К ним относились Федерация обществ Лиги наций, Межпарламентский союз, Международная ассоциация права, Международная лига арбитража, Международное бюро образования, Международная федерация университетов для содействия Лиги нации и др., имевшие национальные организации практически во всех государствах -- членах Лиги наций.
Федерация обществ Лиги наций, объединившая к концу 20-х годов более 40 национальных ассоциаций содействия Лиге наций и провозгласившая в 1919 г. целью «проводить политику, независимо от правительств», не играла серьезной роли. Ее деятельность принималась во внимание лишь в тех случаях, когда соответствовала планам официальных делегатов Лиги наций. Решения ее конференций, направляемые в Ассамблею Лиги, по словам английского историка Д. Бирна, отличались «официальным штампом, сводившим на нет ее роль как голоса общественного мнения в поддержку Лиги». В 1923 г. глава отдела информации при Совете Лиги Бартлетт писал, что надо «что-то предпринять, чтобы Федерация стала не просто отделением Лиги, а более независимым движением».
Федерация обществ Лиги наций постоянно пребывала в состоянии противоречий. Французские представители настойчиво выдвигали идею Европейского федерального союза, в то время как английские считали этот план угрозой единству Лиги. В 1928 г. генеральный секретарь Лиги наций Э.Друммонд заявлял даже о «пути раскола», по которому идет федерация. Что касается национальных обществ Лиги наций, наиболее крупными и влиятельными они были в Англии, США и Франции.
Межпарламентский союз, Международная лига арбитража и другие национальные организации занимались кодификацией международного права, вопросами арбитража, безопасности, парламентской системы и т.д. Однако при всей важности ставившихся проблем деятельность их во многом имела академическую направленность.
Многие пацифистские организации этого направления восходили к Международному бюро мира и женскому Международному союзу мира. Они координировали деятельность национальных Обществ мира, организовывали ежегодные Всеобщие конгрессы мира (с 1921 по 1939 гг.), которые, хотя и ориентировались на Лигу наций, но в 20-е годы с недоверием относились к санкциям против нарушителя мира, возлагая основные надежды на ненасильственные акции. На всеобщих конгрессах мира, объединявших пацифистов различного толка, актуальные внешнеполитические проблемы обсуждались с большей свободой, чем на межпарламентских конференциях и в обществах Лиги наций. Являвшиеся до первой мировой войны крупными координационными центрами общества мира после войны либо оставались таковыми (в Швеции, Германии, Австрии), либо в силу стечения обстоятельств потеряли главенствующую роль, передав свои функции новым организациям (в США, Франции, Канаде, Англии).
Другое, значительно усилившееся после воины направление в пацифизме имело своим источником широкие средние слои и часть рабочего класса. Здесь также имелись существенные различия. Обогащение и усиление этих слоев в странах Антанты, сужение их экономической базы в Германии и Италии предопределили национальную пестроту и многослойность, политическую неустойчивость и противоречивость этой части пацифистского движения. Увеличение полупролетарских и пролетарских элементов соответственно изменяло партийно-политическую ориентацию многих пацифистских обществ, где значительно усилились или возобладали позиции социалистов.
Идеи пацифизма были взяты на вооружение социалистическими партиями, Рабочим Социалистическим Интернационалом (РСИ), Международной федерацией профсоюзов (Амстердамский Интернационал, МФП). В разработке идейно-политической платформы социалистического пацифизма важную роль сыграли решения II и III конгрессов РСИ 1925 и 1928 гг., Международной конференции профсоюзов в 1919 и 1922 гг., где социал-демократические лидеры объявили себя «реальными» пацифистами. Идеологической основой этого течения были известные теории «ультраимпериализма» К. Каутского и «организационного капитализма» Р. Гильфердинга. Возлагая на капитализм ответственность за войну и полагая, что пацифизм является частью классовой борьбы пролетариата, лидеры социал-пацифизма (Д.Р. Макдональд, А. Тендерсон, Л. Жуо, А. Тома, П. Фор, Л. Блюм, Э. Вандервельде, К. Гиманс, Ж. Дестре, К. Брантинг и др.) ориентировались на Лигу наций как инструмент примирения империалистических противоречий, считая, что мир и безопасность «должны быть основаны на всеобщем и полном разоружении».
Международная федерация профсоюзов залогом прочного мира считала международное социальное законодательство, демократическую Лигу наций как гарантию мирного урегулирования и разоружения, экономическую реконструкцию Европы.
Для пацифистской политики социалистов характерна была боязнь сотрудничества с коммунистами, вызванная установками Коминтерна на мировую революцию, что рассматривалась как «серьезная угроза мировой войны». Ориентация на западные демократии в связи с сектантской политикой Коминтерна и обвинением социал-пацифизма в социал-фашизме объективно приводила к ослаблению антивоенного потенциала рабочего движения в целом.
Особой разновидностью социалистического пацифизма стал «радикальный» пацифизм некоторых левых социалистов, анархо-синдикалистов и Международной федерации профсоюзов. В качестве доступного и главного инструмента антивоенной борьбы всеобщая международная забастовка, международный бойкот правительства Хорти в Венгрии, предпринятый МФП, а главное, поставок оружия Польше в ходе советско-польской войны в 1920 г., оказались по существу единственным результатом подобного рода. После уничтожения немецких профсоюзов в 1933 г. появились сомнения относительно концепции всеобщей забастовки. Они еще более усилились в результате итальянской агрессии в Эфиопии в 1935 г. В связи с уничтожением профсоюзов в странах-агрессорах использование всеобщей забастовки в государствах, которым угрожала агрессия, становилось абсурдным. Поэтому начиная с 1936 г. МФП более не призывала к международной забастовке.
На различия в идейных установках влияли и настроения рядовых членов ряда социал-демократических партий, участвовавших в пацифистских организациях. Антивоенная борьба этой части трудящихся нередко выходила за рамки официальных установок. Но такие выступления, особенно совместно с коммунистами, были немногочисленны.
Синтез идей «радикального» и христианского пацифизма привел к формированию христианско-социалистического пацифизма, составлявшего, правда, меньшинство движения. Группы социалистов религиозного толка и либерально-протестанских теологов выдвигали на первый план нравственные принципы христианства как движущую силу в борьбе за достижение мира и социальной справедливости. Элемент персональной этической ответственности был главным в их взглядах. В Англии направление было связано с именами Д. Лансбери, А. Понсонби, в Германии -- Э.Фукса, Э. Эккерта, в США -- А. Маста, К. Пейджа, Р. Нибура и др. В США «радикальный» пацифизм составил ядро социального христианства.
Христианско-социалистический пацифизм заметно повлиял на идейно-политические установки ряда пацифистских объединений, таких, как Международное братство примирения, Интернационал противников войны и др.
Так, Интернационал противников войны, действовавший в 68 странах, выпускавший еженедельник «Противник войны», пропагандировал борьбу против расовых, религиозных, классовых и национальных предрассудков как социального источника войн, а в качестве средства предотвращения войны предлагал создание широкого братства людей, основанного на взаимной поддержке. Целью этой организации являлись, говоря языком социалистов, свобода, равенство, братство, а по-христиански -- правда, красота, любовь. В качестве практических методов борьбы с войной предлагался прежде всего отказ от воинской обязанности, от поддержки каких бы то ни было военных акций и т.п.
Каждый вступивший в Интернационал противников войны подписывал Декларацию, в соответствии с которой обязывался «не принимать участия ни в какой войне, будь она международной или гражданской, работать в целях общего разоружения, устранения всех источников войны и создания нового социального и международного порядка на основе пацифистских принципов».
Движение за отказ от воинской службы стало заметным в пацифистских кругах. К нему примкнули многие пацифистские организации анархо-синдикалистского толка. Его поддержали известные деятели науки и культуры, такие, как Б. Рассел, А. Барбюс, Р. Роллан, А. Энштейн, Р. Тагор, М. Ганди, Г. Уэллс и др., подписав в 1926 г. Манифест против воинской обязанности. Еще до его публикации пацифист-лейборист А. Понсонби в 1925 г. опубликовал заявление «Настало время», где провозглашался «отказ от воинской службы любому правительству, которое прибегнет к войне». Полагая, что открыл новый вид «пацифизма здравого смысла, неопровержимого в своей основе», в декабре 1927 г. он вручил петицию (128.770 подписей) премьер-министру С. Болдуину с отказом от воинской службы. В этом же году кампания за отказ от воинской службы развернулась в Германии. В 1931 г. в США опрос видных протестантских деятелей об их отношении к воинской службе, проведенный религиозно-пацифистским журналом «Мир завтра» показал, что из 19.372 опрошенных 12.076 ответили, что церковь никогда более не одобрит никакую войну.
Даже в Советской России вплоть до конца 20-х годов Объединенный совет религиозных общин и групп во главе с соратником Л.Н. Толстого -- В.Г. Чертковым, включавший кроме толстовцев и другие религиозные группы, успешно защищал пацифистов, отказавшихся от военной службы по религиозным мотивам. Так, только за 1919-1920 гг. с помощью уполномоченных Объединенного совета от воинской службы было освобождено до 10 тыс. российских пацифистов. Однако после декрета Советского правительства от 14 декабря 1920 г. ходатайства Объединенного совета официальными лицами в расчет не принимались, а российские пацифисты столкнулись лицом к лицу с набиравшей обороты сталинской репрессивной машиной.
Движение за отказ от воинской службы стало главным методом антивоенной борьбы в международном братстве примирения, отделения которого имелись почти во всех странах. В качестве главного метода «Министерство примирения» (как назвали его активисты общества) выдвигало широкую пропаганду идей христианского примирения, отказа от воинской обязанности, морального убеждения с позиций «послания Христа о всепобеждающей любви».
Участники движения за отказ от военной службы к концу 20-х годов во многих странах, особенно во Франции, Бельгии и СССР, подвергались репрессиям, что вызывало в западных странах новую волну антивоенных кампаний протеста.
Индивидуальный или коллективный отказ от воинской службы и в целом движение «отказников», или противников войны по мотивам совести, способствовало усилению атмосферы антимилитаризма, хотя реализация этого метода антивоенной борьбы в 20-е годы не имела серьезных результатов. Наивные предположения «отказников» о том, что если хотя бы 20% населения заявит о своем отказе участвовать в войне, то судьба международных конфликтов окажется в их руках, вызывали сомнения.
Наряду с отказом от военной службы в некоторых пацифистских организациях в 20-е годы пытались реализовать идеи гандистского ненасильственного сопротивления в качестве метода борьбы против войны. Развернулась дискуссия о возможности применения в Европе и Америке ненасильственных акций гражданского неповиновения, сторонниками которых выступали последователи М. Ранди. Наиболее известным был американский квакер Р. Грегт, который, побывав в Индии (1925-1929 гг.), проповедовал теорию ненасильственного противления. Многие приверженцы этих идей, например, известный английский писатель-пацифист О. Хаксли, утверждали, что акции гражданского неповиновения представляют собой единственную оптимальную возможность борьбы угнетенных. А американский пацифист ДжВ. Хюгген, один из лидеров американской Лиги противников войны, предполагал, что эта тактика может успешно противодействовать вовлечению США в войну.
Клерикально-пацифистское движение в тот период было в основном протестантским. Весьма влиятельной организацией стал Мировой союз за международную дружбу через Церковь, созданный в конце войны. В 1928 г. на Женевской конференции более чем 190 представителей мировых религий, не стремясь создать «Лигу религии», приняли решение пропагандировать учение по вопросам войны и мира в каждой религии и выработать меры, с помощью которых каждый верующий мог бы найти путь к миру. Показательно, что все упоминания о Лиге наций были исключены. 3 5 американских организаций, участвовавших в конференции, заявили в манифесте, что их церкви будут особое внимание уделять экономическим факторам, являющимся «главными причинами международной подозрительности, враждебности и войны». В Англии большинство протестантских церквей (баптисты, конгрегационалисты, пресвитериане, три методистские церкви, квакеры) в 1929 г. объединились в Совет Христа и мира во главе с епископом Чичестером, который заявил, что «никогда не поддержит никакую войну и военную службу своих соотечественников». В целом Мировой союз, действовавший в 30 странах, способствовал сближению различных церквей и проповедовал на страницах своих еженедельников решение проблем мира путем «христианской дружбы».
Наиболее влиятельной религиозной международной организацией оставался старейший квакерский Международный комитет Друзей, имевший центры во всех странах. Цель комитета состояла в том, чтобы «помочь друзьям мира» выявить свою антивоенную позицию и наладить сотрудничество с другими миролюбивыми движениями. Английское общество Друзей на Международной конференции Друзей мира в 1921 г. призвало к «жертвам в пользу мира» с тем, чтобы «сотрудничество заменило господство, место страха и подозрения заняло доверие».
Из числа других организаций можно упомянуть Рыцарей мира, Всеобщий христианский совет за жизнь и работу, Антивоенную ассоциацию служителей церкви, Всемирную ассоциацию студентов-христиан. Католические организации, кроме «Паке Кристи», в эти годы так и не приобрели серьезного значения. Основываясь на «католической христианской морали», «Паке Кристи» отвергала идею «незаконности любой войны» и считала возможным использование в отдельных обстоятельствах силы, ставила целью распространение учения «традиционного христианства о единстве человечества, сущности и границах патриотизма, определенной пользы войны». В конце 30-х годов она определила надвигающуюся войну как «настолько большое зло, что она стала несправедлиюй».
Основные черты пацифистских идей в различных сочетаниях и модификациях прослеживались в программах и деятельности многих других национальных и международных женских, молодежных, профессиональных и прочих пацифистских объединениях. Социально-политический спектр их был чрезвычайно широк. Идейные платформы ряда пацифистских организаций были достаточно аморфными. Если же учесть и эволюцию во взглядах в зависимости от быстро менявшейся ситуации, то определение их принадлежности к тому или иному направлению в значительной степени условно. Одной из наиболее крупных являлась Международная лига женщин за мир и свободу, имевшая отделения почти во всех странах. Созданная в 1919 г. известной американской пацифисткой Д. Адаме, Лига отвергала войны и насилие, выступала за постепенную перестройку международных отношений на началах морали.
В целом женское антивоенное движение было достаточно влиятельным, особенно в США и Англии. Некоторые историки считают, что основу пацифистского движения в США составляли женщины. Один из американских пацифистских лидеров, Ф.Либби, отмечал, что «женщины составляют костяк движения мира в Америке». Когда президент США Рузвельт объявил в 1935 г. закон о нейтралитете, один из политиков, Ф.Сиссон, предупреждал Белый дом, что тысячи и тысячи голосов женщин теперь потеряны. Не впадая в драматическое преувеличение роли женских организаций в США, отметим, что американская секция Международной женской Лиги за мир и свободу была действительно достаточно влиятельна. К 1937 г. у нее имелось 120 местных отделений, объединявших до 13 тыс. членов, ее лидеры были причастны к деятельности конгресса.
На аналогичных позициях стоял Международный союз пацифистов, Международная лига борцов за мир, Всенародная ассоциация, Международная переписка. К такой же идейно-политической платформе примыкали многие другие организации, в программах которых фигурировал тезис сохранения мира. Развитию «духа дружбы и мира путем помощи при стихийных бедствиях» содействовала Гражданская служба. Ряд организаций специализировался на развитии туризма, культурных, профессиональных обменах, книгообмене, обмене пластинками, на организации «библиотек мира», книжных магазинов «в пользу мира» и др. Практически все крупные организации создавали молодежные отделения -- Международная лига дружбы, Международная служба студентов, Международное молодежное движение, Движение всемирного молодежного конгресса и др.
Различия в пацифистском движении 20-х годов, острота дискуссий свидетельствовали о том, что дифференциация носила скорее идейный, а не практический характер, так как речь шла пока что о поддержании мира политическими и моральными ненасильственными средствами. Поэтому в эти годы существовал определенный консенсус, связанный с двумя крупнейшими внешнеполитическими проблемами -- Локарнскими соглашениями 1925 г. и разоружением, которые воспринимались как важные шаги в поддержании мира. Нет нужды пересказывать многочисленные документы пацифистских организаций и резолюций конгрессов и конференций с одобрением Локарнских соглашений.
Западные дипломаты широко пользовались пацифистской риторикой, что обеспечивало им позиции в пацифистски настроенном общественном мнении. Характерно высказывание коллеги Г.Штреземана по фракции в рейхстаге Штольберга-Вернигероде накануне вступления Германии в Лигу наций: «Именно в нашем теперешнем положении мы должны включать в свой лексикон фразы о мире, примирении народов и т.д., не поддаваясь, однако, подобно фантазерам-пацифистам, этому обману».
Одной из центральных во всех пацифистских организациях была проблема разоружения. Считая, что рост вооружений является причиной войны, многие организации вместе с тем по-разному подходили к методам разоружения, количественным и качественным его аспектам. Пацифистским организациям были созвучны предложения о всеобщем и полном разоружении, выдвинутые Советским Союзом в 1927-1932 гг. Дж. Лансбери заявлял в 1927 г.: «Я считаю советскую декларацию самым крупным событием в борьбе за мир». Одна из руководительниц американской Лиги женщин за мир и свободу в своих воспоминаниях отмечала: «Никогда еще... ни одна страна не разрабатывала столь всеобъемлющего плана достижения мира. И это было трагедией мира, что... русское предложение было отвергнуто».
Активно включились в кампанию по разоружению и социалистические пацифисты, хотя их предложения зачастую не выходили за рамки политики кабинетов. Цюрихская сессия исполкома РСИ в 1930 г., специальная комиссия Социалистического Интернационала по разоружению в 1930-1931 гг. пыталась оказать давление на Лигу наций в вопросах разоружения.
Многие крупные пацифистские объединения на международном и национальном уровне разворачивали широкие кампании с требованиями решения проблемы разоружения. Их форумы, как например, 29-й Венский Всеобщий конгресс мира, Гренобльский конгресс Международной лиги женщин за мир и свободу в 1923 г. и др., направляли многочисленные петиции, послания правительствам, парламентам, Лиге наций, во многих из которых фигурировало предложение о всеобщем и полном разоружении.
Разоружение стало важной стороной деятельности Международной федерации профсоюзов, Федерации обществ Лиги наций, особенно в 1931-1933 гг. Так, последняя предложила сократить на 25% мировые вооружения на принципах равенства победителей и побежденных, отменить все вооружения, запрещенные для побежденных стран, установить контроль над частным производством оружия. В 1932 г. федерация опубликовала материалы в помощь делегатам Конференции по разоружению; ее резолюция неоднократно вручалась президенту конференции специальной делегацией.
Активная деятельность в пользу всеобщего разоружения была характерна и для пацифистских протестантских организаций. Например, Международный комитет Друзей и его национальные отеления в начале 30-х годов проводили обширные кампании под девизом «Мир без оружия», которые были обращены «ко всем христианским народам».
Большинство пацифистских организаций пытались оказать давление на правительства своих стран в целях проведения активной политики в области разоружения. В Англии, например, действовало до 40 комитетов по разоружению, которые выпускали в огромных тиражах специальную литературу. Брошюра «Разоружение. Февраль 1932 -- февраль 1933 гг.» была распространена в 40 тыс. экземплярах. В 1932 г. прошла широкая кампания по оказанию давления на правительство: около 100 тыс. почтовых открыток было направлено различным группам электората, чтобы они отослали их «своим» членам парламента. В ноябре 1933 г. представительная делегация во главе с архиепископом Кентерберийским на встрече с премьер-министром потребовала от правительства немедленных действий в области разоружения.
Американский национальный совет за предотвращение войны проводил митинги, направлял петиции президенту США, в Конференцию по разоружению, распространял антивоенную литературу. Только в 1932 г. 14 организаций собрали свыше 1 млн. подписей под петицией с требованием разоружения. В 1932-1934 гг. по инициативе Женской лиги за мир и демократию была предпринята широкая кампания под девизом «Изъять прибыли из войны», направленная на обуздание фабрикантов оружия,^ которой приняли участие многие пацифистские организации.
Большинство пацифистских организаций Франции также выступали за всеообщее разоружение и боролись с «националистическим духом» за моральное разоружение. 49 картелей мира, созданных в 30 департаментах, включавших в свои программы «всеобщее прогрессивное и постоянно контролируемое разоружение», были объединены в «Международное демократическое действие в пользу мира».
Однако единственное, чего смогли добиться пацифисты -- это постановки проблемы о моральном разоружении в Лиге наций. Правда, доктрина морального разоружения, сводившаяся к «духовному замирению народов», не выходила за рамки дискуссий в пацифистских кругах о первичности или вторичности морального разоружения. Тем не менее, эти идеи получили конкретное воплощение в конце 1932 г. в проекте Конвенции о моральном разоружении, разработанном в Комитете морального разоружения Лиги наций.
Хотя к началу 30-х годов пацифизм и достиг определенной степени признания в глазах мировой общественности, но в правящих кругах мало кто придавал ему серьезное значение.
Хотя пацифистская альтернатива и открыла, как говорили, эру пацифистской дипломатии, однако силовая политика при разрешении ряда конфликтов оставалась решающей.
Более того, зачастую пацифизм отождествляли с экстравагантным чудачеством, фанатизмом и другими причудами. Одни, например, считали, что все пацифисты должны быть вегетарианцами, другие -- эсперантистами, третьи полагали, что женщины-пацифистки все без исключения исповедуют феминизм. В качестве примера одного из чудачеств приводилась конференция Ассоциации вегетарианцев (Болгария, 1927г, где все ее участники объявили себя противниками войны.
К тому же пацифистские организации оставались немногочисленными. Хотя, по нашим подсчетам, в Европе и Северной Америке к началу 30-х годов действовало более 40 международных, более 60 -- американских, более 65 -- английских, около 20 -- французских, более 23 -- бельгийских, 22 -- шведских, около 35 (до 1933 г.) -- немецких крупных пацифистских организаций, численность их членов варьировалась от нескольких десятков до нескольких сот тысяч.
Кризис идейных позиций пацифизма в начале 30-х годов имел в своей основе изменение международных отношений, обусловленных мировым экономическим кризисом 1929-1933 гг., победой фашизма в Германии, выходом Германии и Японии из Лиги наций, крахом надежд на разоружение. К тому же в политическую жизнь вступило новое поколение, которое не испытало ужасов войны.
Пацифистское движение было поставлено перед выбором: либо применение хотя бы в минимальных размерах насилия, средствами, которыми обладала Лига наций, либо использование исключительно ненасильственных методов морального воздействия. Эту ситуацию в пацифистском движении можно проиллюстрировать статьей Р.Роллана «Пацифизм и революция», и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.