На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Возникновение, программы партий Тори и Виги, их противостояние. Реформа избирательного права 1832 года в Англии. Парламентские выборы. Американские Тори и Виги, их отличия от английских. Влияние представителей этих партий на дальнейшее развитие Англии.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Политология. Добавлен: . Страниц: 3. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


3
СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3
1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПАРТИЙ ВИГОВ И ТОРИ 5
2. РЕФОРМА ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ПРАВА 1832 г.В АНГЛИИ. ПАРЛАМЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ 10
3. АМЕРИКАНСКИЕ ТОРИ И ВИГИ 29
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 31
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 32
ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы курсовой работы. Английский журнал Фригольдер от 25 июня 1716 г. пишет: «Едва ли не вся английская нация разделяется на вигов и тори, ибо немного найдется таких, кто держится в стороне, не приемля ни одного из сих именований. Казалось бы, мы вправе счесть, что всякий член сообщества, уверенно принимающий воззрения той или этой партии, глубоко их исследовал, обдумал и убедился в их превосходстве над принципами партии отвергнутой. Однако мы знаем, что большая часть наших сограждан послушна лишь предрассудкам, внушенным воспитанием, либо личным пристрастиям, либо уважению к тем, кто в сердце своем, быть может, и не разделяет мнений, прилежно внушаемых толпе. Более того, многие приверженцы одной из партий, несомненно, оказались бы согласными с противником, если бы им удалось выразить истинные свои чувства и высказать собственное мнение». Таким образом, в Англии в 17-19 веках велось постоянное противостояние между представителями двух партий - вигов и тори. Именно на эти две партии попеременно в течение двух столетий опирались руководители страны.
Тема курсовой работы: «Виги и тори».
Предметом исследования курсовой работы являются партии вигов и тори.
Цель исследования состоит в том, чтобы на основе полученных в ходе обучения знаний и изучения научной литературы, правильно, всесторонне и объективно раскрыть сущность темы курсовой работы.
Задачи исследования предопределяются целью исследования и состоят в том, чтобы:
- рассказать о возникновении и программах партий вигов и тори;
- показать отличие английских тори и вигов от американских;
- проанализировать, как повлияла деятельность представителей этих партий на дальнейшее развитие Англии.
Структура курсовой работы включает: титульный лист, введение, три раздела, заключение, список использованных источников. Курсовая работа выполнена на 32 листах компьютерного текста.
1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПАРТИЙ ВИГОВ И ТОРИ

Виги - английская политическая партия в 17-19 веках. Партия вигов начала складываться в конце 1660-х годов, как группировка противников абсолютной власти короля Карла II Стюарта . К этому времени сторонникам абсолютизма -- так называемой «партии двора» -- удалось значительно усилить властные полномочия короля. Лидером партии двора был фаворит короля граф Денби, которые и возглавлял правительство. В 1667 году сторонникам абсолютизма удалось отменить «Трехгодичный акт», обязывавший короля созывать парламент не реже, чем раз в три года.
Оппозиция королевскому правительству консолидируется в палате общин. В противовес партии двора оппозиционеры называли себя «партией страны». Они критиковали коррупцию и распущенность двора, внешнюю политику правительства, в частности, союз с абсолютистской Францией. Как и «партия двора», оппозиция состояла из аристократов, поддерживаемых частью английской финансовой элиты. В 1670-х годах «партии страны» во многом удавалось корректировать решения правящего кабинета.
Ряд неудач во внешней и внутренней политике, непопулярные войны с Голландией, вынудили уйти в отставку правительство графа Денби. На парламентских выборах 1679 и 1680 годов «партия страны» одерживала победу. Размежеванию политических сил способствовала парламентская полемика 1680-1681 годов вокруг «Билля об исключении» герцога Йоркского -- принца Якова Стюарта -- от престолонаследия и условиях созыва парламента. Именно тогда за представителями партий закрепились бранные клички, которыми обменивались оппоненты. Представителей «партии страны» называли вигами (Whig в Шотландии -- человек вне закона), а «партии двора» -- тори (Tory из ирландского - «грабитель»). На открытии парламента 1681 года виги появились с отрядами вооруженных сторонников, что напомнило англичанам об ужасах гражданских войн во времена Английской революции. Маятник общественных симпатий качнулся в сторону тори, участие вигов в ряде заговоров 1683 года дискредитировало их партию, многие ее лидеры были арестованы или эмигрировали и «партия страны» была дезорганизована.
По сути, виги выступали за ограничение прерогатив королевской власти, усиление позиций парламента. В религиозной политике они поддерживали диссидентов, членов протестантских сект, не входивших в англиканскую церковь, и выступали за наделение их гражданскими правами. В тоже время виги были решительными противниками предоставления равных прав католикам. Среди лидеров вигов были бывшие королевские министры граф Шефтсбери и герцог Бекингем-младший .
Поддержка тори обеспечила в 1685 году восшествие на престол короля-католика Якова II Стюарта. Однако проводимая новым королем политика расширения прав католиков вызывала протест, как вигов, так и тори -- в большинстве своем приверженцев англиканской церкви. Союз тори и вигов позволил в 1688-1689 годах сравнительно легко осуществить Славную революцию и свергнуть Якова II с престола. Виги считали, что парламент в праве передать престол кому угодно, но тори настаивали на соблюдении принципа легитимности. В результате компромисса престол был передан в 1689 году дочери Якова II -- Марии II Стюарт и ее супругу Вильгельму III Оранскому. По настоянию вигов королевская власть была ограничена «Биллем о правах», который послужил основой для становления парламентской монархии.
Среди тори оставалось немало приверженцев свергнутого короля и особенно его сына принца Уэльского, которого после смерти отца называли Яковом III Стюартом. Поэтому Вильгельм III в годы своего правления Англией (1689-1702) опирался на вигов. Такое же положение сохранялось при королеве Анне Стюарт (1702-1714), хотя по своим политическим и религиозным убеждениям она была близка тори. В этот период большинство министров подбирались так называемой «Вигской хунтой» в палате лордов .
Виги выступали за активную внешнюю политику Англии, целью которой было обеспечение ее торговых интересов. Они были сторонниками вмешательства Англии в войну за испанское наследство (1700-1713) и поддерживали в парламенте предложения о выделении военных субсидий; один из лидеров вигов, герцог Мальборо, командовал английской армией во Фландрии и Германии. Но война затянулась, и военные тяготы вызвали недовольство в стране. На волне этого недовольства в 1710 году на выборах в парламенте победили тори, выступавшие за скорейшее заключение мира.
Но пребывание тори у власти оказалось недолговечным. К этому времени вновь обострился вопрос о престолонаследии -- королева Анна была бездетна. Тори выступали за передачу трона находившемуся в изгнании брату королевы -- принцу Уэльскому, при условии его отказа от католичества. Виги настаивали на соблюдении парламентского акта 1701 года, согласно которому престол Великобритании должен был перейти дальнему родственнику Стюартов -- ганноверскому курфюрсту Георгу Людвигу. Отказ принца Уэльского отречься от католичества предопределил победу вигов и падение правительства тори.
Первые короли Ганноверской династии -- Георг I (1714-1727) и Георг II (1727-1760) -- слабо ориентировались в английской политике и даже плохо владели языком своих британских подданных. Гарантию сохранения престола они видели в вигах и полностью доверили им формирование правительства. В первой половине 18 века кабинет министров неизменно возглавляли виги, среди которых выделялись Роберт Уолпол (премьер-министр в 1724-1742) и Уильям Питт-старший. За эти годы правления Великобритания добилась значительных успехов во внешней политике, вела успешную колониальную экспансию. Ей удалось нанести поражение Франции в войне за австрийское наследство (1740-1748) и Семилетней войне (1755-1763), остановить французскую экспансию в Европе, вытеснить французов из Индии и Северной Америки. Рост промышленности и господство в мировой торговле сделали Великобританию одним из самых могущественных государств своего времени.
Доминирование вигов на внутриполитической арене закончилось с приходом к власти нового короля Георга III (1760-1820), который считал, что виги умаляют права монарха. Опираясь на тори, королю удалось устранить вигов от власти и в 1770 году сформировать новый кабинет министров. Фактическим главой этого правительства был сам Георг III. Неудачи английских войск в попытках подавить Американскую революцию 1775-1783 годов привели к падению королевского правительства. Но Георг III отказывался сотрудничать с вигами, в 1783 году он призвал к власти так называемых «умеренных» или «новых» тори во главе с Уильямом Питтом-младшим. В результате перегруппировки политических сил часть вигов перешла в правящую партию тори. Конец 18 -- начало 19 века стали временем гегемонии тори в британской политике, виги отошли на второй план, играя роль оппозиции его величества. Во время Великой французской революции часть вигов во главе с Эдмундом Берком решительно поддерживали войну с Францией, но другая часть во главе с Чарльзом Фоксом осуждала антифранцузскую политику. Войны с революционной и наполеоновской Францией длились четверть века и завершились полной победой Великобритании.
В этот период Великобритания пережила промышленный переворот, бурный рост экономики, кардинально изменилась социальная структура британского общества. Рост городского населения, усиливавшееся влияние на социальную жизнь буржуазии, интеллигенции, наемных работников вызвал усиление либерального крыла партии вигов, побудил ее занять более радикальные позиции, прежде всего в вопросе о парламентской реформе.
К этому времени британская избирательная система превратилась в архаичный, оторванный от реалий жизни институт. Однако он обеспечивал лендлордам -- основной опоре тори -- значительное количество мест в парламенте. Проводя умеренные реформы в интересах развития британской промышленности и торговли, тори были решительными противниками изменений в избирательной системе.
Хлебные законы 1815 года и репрессивная политика кабинета Роберта Каслри подорвали политическое влияние тори. Даже в их рядах росло понимание необходимости перемен. Либерально настроенные тори (Дж. Каннинг, Р. Пиль) начали поиск компромисса с оппозицией, требующей парламенской реформы. На этом фоне в конце 1820-х годов в Великобритании были приняты законы уравнивающие в правах последователей всех религиозных конфессий.
2. РЕФОРМА ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ПРАВА 1832 г.В АНГЛИИ. ПАРЛАМЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ

Реформа 1832 г. была первой реформой избирательного права в Англии. Она положила начало переходу от средневекового избирательного принципа равного представительства от корпоративных единиц к новому демократическому принципу представительства от количества населения.
Суть реформы свелась к перераспределению мест в палате общин и увеличению электората. Палата общин насчитывала 658 членов, до реформы представлявших: 188 мест от 114 графств, 465 - от 262 местечек, 5 - от университетов. Общее количество депутатов сохранилось, но было ликвидировано 56 "гнилых" местечек, которые посылали по 2 депутата. 32 "карманных" городка с населением до 4 тысяч человек вместо 2 стали посылать по 1 депутату. Освободившиеся 144 места в парламенте перераспределили между графствами и городами. 42 города получили право посылать депутатов (среди них крупные торгово-промышленные центры - Бирмингем, Лидс, Манчестер, Шеффилд). Было создано 22 новых избирательных округа, 14 из них - в индустриальных районах на севере Англии.
Хотя избирательный ценз не был снижен, как это предполагалось по первому варианту билля, количество электората увеличилось за счет того, что активное избирательное право было предоставлено фермерам и тем арендаторам, которые уплачивали 10 фунтов стерлингов в год арендной платы. Таким образом, количество избирателей значительно увеличилось в основном за счет сельского населения. Например, в Шотландии их количество выросло с 4 тысяч до 65 тысяч человек.
Однако наряду с плюсами, в проведении реформы были и существенные минусы. Во-первых, сохранение высокого имущественного ценза не давало возможности представителям средней и мелкой буржуазии, а также рабочим быть избранными в парламент и получить политическую власть. Во-вторых, городки и поселки по-прежнему оставались "представленными" в новой избирательной системе. Имелось 5 местечек с электоратом менее 200 человек, а 115 депутатов представляли округа с населением менее 500 человек. В-третьих, все еще сохранялась диспропорция между городскими и сельскими округами. Парламент 1833 г. состоял из 399 депутатов от городских избирателей, и 253 депутата были избраны от сельских округов (в предыдущем парламенте эти показатели были еще хуже и составляли соответственно 465 и 188). Это несмотря на тот факт, что по данным переписи 1831 г. 56% населения Англии проживало в городах. Правда, указывая на этот недостаток избирательной системы, необходимо учитывать процесс урбанизации, активно проходивший в английском обществе в первой половине XIX в. и постепенно нивелировавший разницу между количеством городского и сельского населения.
Более серьезной проблемой являлось то обстоятельство, что многие населенные пункты, имевшие статус городов, были на самом деле тесно привязаны к сельской местности и по существу являлись сельскохозяйственными территориями. Например, городок Хантингтон, где число избирателей в 1832 г. составляло всего 390 человек, был описан в "Избирательных фактах" как "совокупность населения, занятого производством зерна, шерсти, солода, мягких сыров". Хотя "города-собственности", которые фактически являлись вотчинами лендлордов и могли быть проданы или куплены, к этому времени исчезли, в "сельскохозяйственных" городках земельная аристократия по-прежнему сохраняла преобладающее влияние (около 70 депутатов-лендлордов было избрано в парламент от этих территорий).
Реформа имела скромные практические результаты по двум причинам: во-первых, из-за жесткого противодействия тори, во-вторых, вследствие того, что она проводилась правым, умеренно настроенным крылом либерального движения - вигами, которые стремились, сохранив политическое господство земельной аристократии, допустить к власти тесно связанную с ней банковскую олигархию. Но виги, укрепив свое влияние в парламенте союзом с финансовыми магнатами, не желали делиться властью с представителями среднего класса и тем более с рабочими.
Однако, несмотря на это, политическое значение реформы было огромным. Она показала возможность политических перемен под влиянием общественного мнения и подтвердила правоту либералов, отстаивавших реальность поэтапного осуществления демократической избирательной реформы. Ее следствием также стало изменение соотношения сил между палатами и короной в пользу палаты общин, кабинет министров теперь стал формироваться из представителей парламентского большинства. Нужно отметить, что именно поляризация мнений в парламенте по вопросу о парламентской реформе 1832 г. положила начало новому партийному размежеванию: делению на либералов (реформистов) и консерваторов - и созданию викторианской двухпартийной системы.
Выборы в новый пореформенный парламент начались осенью 1832 г. Они принесли успех представителям либерального направления. В первой половине XIX в. говорить об английских либералах как о партии неправомерно. Либерализм тогда являлся общественно-политическим движением, представленным в парламенте несколькими группировками. В первую очередь это были так называемые "новые" виги (или "либеральные" виги), то есть пробуржуазно настроенная часть вигов - сторонников избирательной реформы. К 30-м годам XIX в. они составляли большинство среди вигских парламентариев.
Второй группировкой в новом парламенте стали "классические либералы" (или "философские радикалы", как они именовали себя сами). Представители этой группировки, такие как И. Бентам, Дж. Милль, Д.С. Милль, Д. Рикардо, Р. Кобден, наиболее полно и подробно сформулировали политические и экономические либеральные доктрины, ставшие основой классического либерализма. В состав "классических либералов" вошли фритрейдеры, последовательно отстаивавшие экономические интересы торгово-промышленной буржуазии, и тесно связанная с фритрейдерами либеральная интеллигенция.
Третьей либеральной парламентской группировкой были так называемые радикалы. Они выражали интересы мелких собственников и социально ущемленных слоев английского общества (рабочих, католиков, нонконформистов). Обращаясь к нуждам трудящихся, и в первую очередь рабочего класса, они боролись за проведение социальных реформ. Вместе с тем взгляды и деятельность английских радикалов можно охарактеризовать как либеральные, поскольку они протестовали против насильственных методов борьбы и предлагали только реформистский путь решения политических и социальных проблем. В реформированном парламенте радикальная группировка была представлена в основном ирландскими католиками и нонконформистами.
По итогам парламентских выборов 1832 г. либералы получили в общей сложности 66,7% голосов (554719) против 29,4% (241284) избирателей, проголосовавших за тори.
Самой большой либеральной группировкой, представленной в парламенте, были виги, занявшие 320 мест в палате общин. "Классические либералы" получили 50 мест. Радикальная группировка - 42 места, полученных ирландскими депутатами, 71 место заняли диссентеры. Таким образом, избиратели отдали предпочтение тем либеральным группировкам, деятельность которых ассоциировалась с осуществлением парламентской реформы, в первую очередь вигам. Электорат новых промышленных округов проголосовал за либералов.
Социальный состав парламентариев также был еще далек от пропорционального демократического представительства от разных слоев общества. Три четверти депутатов происходили из аристократического сословия, остальные представляли финансовую и торгово-промышленную буржуазию. Правительство по-прежнему было выразителем интересов земельной аристократии. Из 103 членов кабинета министров (с 1830 по 1866 г.) только 14 были представителями буржуазии. При этом самые известные из "буржуазных" министров Р. Пиль и У. Гладстон, будучи выходцами из семей торговцев, получили традиционное аристократическое образование, окончив Оксфордский университет (каждый с отличным дипломом сразу по двум специальностям). Исключением из общей тенденции господства аристократии в правительстве можно считать состав кабинетов лорда Дж. Мельбурна 1834 и 1835 гг., где представители буржуазии численно преобладали, но и в них ключевые министерские посты оставались за министрами-аристократами.
Имелось две важные причины сохранения влияния земельной аристократии в парламенте после реформы 1832 г. Во-первых, наличие парламентской традиции, согласно которой неподготовленный к политической деятельности и не имевший практического политического опыта человек лишался шансов стать не только членом правительственного кабинета, но и парламентарием. Во-вторых, сохранение высокого избирательного ценза ограничивало приток новых лиц в политику, поскольку профессионально заниматься политикой могли себе позволить только очень обеспеченные люди. По данным журнала "Экономист" даже в 1864 г. карьера политического деятеля была доступна в английском обществе узкому кругу лиц, насчитывавшему не более 5 тысяч человек.
Именно этими причинами во многом можно объяснить наличие большого числа избирательных округов, где кандидатов выбирали на безальтернативной основе. Так, за период с 1832 по 1852 г. из 501 кандидата, зарегистрированного в 67 избирательных округах Англии и Уэльса, 62% не имели соперников на выборах. Однако существование безальтернативных выборов было связано также и с политической апатией со стороны части избирателей, заранее уверенных в невозможности политических перемен или не интересующихся политикой; и с предварительной договоренностью между кандидатами от вигов и тори. Часто за день до выборов соперники договаривались, и одна из сторон, согласившись на поражение, снимала свою кандидатуру. Это делалось для того, чтобы избежать затрат на проведение процедуры выборов. В отчетах подобный политический сговор именовался "неоспоримым выбором" избирателей.
В ряде округов по-прежнему значительным оставалось влияние местных лендлордов, что отражалось на ходе выборов. Например, на юге Линкольншира на выборах 1841 г. в 32 из 44 избирательных округов, принадлежащих одному землевладельцу, голоса всех избирателей были отданы ему. Если земельная собственность в избирательных округах распределялась примерно поровну между землевладельцами - кандидатами от вигов и тори, то претенденты от противоборствующих партий заключали между собой так называемый мир округа, сводившийся к дележу представительных мест от данных округов.
В силу всех этих причин избирательная реформа 1832 г. не привела к существенным изменениям как в процедуре избрания, так и составе избранных. В принципе, такая ситуация устраивала обе противоборствующие стороны, поскольку виги, как и тори, совсем не стремились к усложнению системы выборов и увеличению затрат на избирательную кампанию (они возникли бы при наличии сильных и многочисленных конкурентов). Привлечение большого числа новых лиц в политику грозило не только подрывом влияния действующих в то время политиков, но было невыгодно и по материальным соображениям. Виги решились на проведение парламентской реформы не потому, что они стремились к демократизации избирательной системы, а потому в первую очередь, что хотели прийти к власти, заручившись симпатией и поддержкой как общественного мнения, так и различных группировок парламентской оппозиции, которые им удалось сплотить в борьбе за избирательную реформу. Ликвидировав наиболее анахроничные элементы избирательной системы, виги тем не менее сохранили представительство от "гнилых" местечек, которое обеспечило преобладание в палате общин сыновей пэров и баронов.
Поэтому всплеск активности в период избирательных кампаний 1831 и 1832 гг. быстро сменился рутинной политикой "необходимого выбора" и партийного сговора. Так, перед выборами 1831 г. в Нортгемптоншире имелось два места, которые были поделены между кандидатами от вигов и тори. После реформы 1832 г. количество выборных мест увеличилось до четырех. За два новых места начала развертываться предвыборная борьба, причем виги имели реальные шансы опередить своих соперников, но лидер вигской партии виконт Олторп выступил против соперничества с кандидатами от тори в этих избирательных округах, предложив поделить новые места на паритетных началах. Он не желал "идти на траты из-за того, что некоторые заблуждающиеся люди будут настаивать на одном из кандидатов, часто вопреки всем причинам и здравому смыслу".
Виконт Олторп выражал позицию "старых" вигов - консервативно настроенной части вигской партии, тесно связанной родственными и экономическими интересами с лендлордами. "Старые" виги считали, что принятие парламентской реформы 1832 г. завершило борьбу за либерализацию избирательной системы. Причем, закончилась эта борьба самым выгодным для них образом. Наличие в парламенте представителей крупной буржуазии обеспечивало вигам преимущество в борьбе с консерваторами, поскольку депутаты-буржуа поддерживали более либеральные законопроекты вигов. Вместе с тем малочисленность представителей буржуазии в парламенте давала вигам возможность контролировать их действия и не допускать проведения самостоятельной политики со стороны буржуазных группировок. Поэтому главной своей задачей "старые" виги считали сохранение выгодной им ситуации, ради чего они были готовы пойти на существенные политические компромиссы с тори.
Готовность виконта Олторпа разделить или даже отдать политическую власть торийской оппозиции показывает, что виги и тори были больше связаны экономическими и родственными интересами, чем разделены политической конкуренцией. Их соперничество носило во многом чисто внешний характер. Недаром видный английский публицист Уильям Хезлитт сравнивал эти две партии с "двумя грохочущими каретами, которые двигаются по одному и тому же пути, к одному и тому же месту назначения, обрызгивая друг друга грязью".
Влияние, которым пользовались лендлорды во многих (чаще всего сельских) избирательных округах, было вызвано не только их финансовыми доходами. Очень важным для осознания английских политических реалий первой половины XIX в. является то обстоятельство, что земельная аристократия пользовалась традиционным уважением в английском обществе. В глазах английского обывателя, особенно сельского жителя, а количество сельских избирателей значительно увеличилось в результате парламентской реформы, лорд или сквайр, владевший обширным поместьем, заслуживал большего доверия как политик, чем банкир или фабрикант. Это обстоятельство часто лишало выборы парламентариев их политического содержания. Для типичного сельского арендатора первой половины XIX в., голосование было функцией, связанной с принадлежностью его к земельному объединению, но не с персональной ответственностью. Ответственность арендатор нес перед землевладельцем, а не перед своей совестью. Поэтому "его политическая лояльность была лояльностью по отношению к землевладельцу, а не к политической партии".
Основу того, что можно назвать "политическим уважением" в отношении лендлордов со стороны арендаторов, составляли традиция, имущественная зависимость и совпадение мнений по многим политическим вопросам. Так, по вопросам сохранения привилегий англиканской церкви или защите прав земельной собственности интересы лендлордов и арендаторов совпадали. Именно существование "политического уважения" позволяло земельной аристократии в течение длительного времени воздействовать на избирателей. Однако приоритет происхождения и клановость на выборах в сельских округах, а также отсутствие у арендаторов возможности реально участвовать в политической жизни, приводили к тому, что последние, как правило, не имели политических мнений вообще. Это часто способствовало возникновению политической апатии у сельских избирателей. Именно она обусловила поражение тори на выборах 1831 и 1832 гг.
Вообще, говоря о жителях сельских округов, трудно выявить систему в их политическом поведении и непосредственные причины, по которым уважение, проявляемое к аристократическому кандидату на выборах, сменялось полным равнодушием к нему и неучастием в выборах. Вероятней всего, одной из главных причин было существование определенной политической зависимости сельских избирателей от землевладельцев. Вместе с тем имелась возможность преодоления этой зависимости. Либеральные кандидаты вряд ли могли уговорить селян, связанных с лендлордами и джентри имущественными и традиционными отношениями, голосовать против них, но подтолкнуть сельских избирателей к игнорированию выборов им иногда удавалось. Можно предположить, что определенную (но, видимо, не определяющую) роль в этом процессе играла публицистическая кампания по пропаганде либеральных идей и кандидатов, представляемая фритрейдерской прессой как позиция "общественного мнения", т.е. мнения большинства, что всегда было значимо для консервативных селян. Но вместе с тем и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.