На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Анализ теоретических положений и взглядов ученых, определяющих основные положения теории солидаризма. Характеристика политических и правовых взглядов П. Леру, Л. Бужуа, Л. Дюги, Т. Грина, Г. Гинса на теорию солидаризма. Социальное право Англии и России.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Политология. Добавлен: . Страниц: 2. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


28
Министерство образования Республики Беларусь
Учреждение образования
“Гродненский государственный университет имени Янки Купалы”
Юридический факультет
Специальность 1-240103 - экономическое право
РЕФЕРАТ ПО КУРСУ «ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ»:
ТЕОРИЯ СОЛИДАРИЗМА


Выполнила студентка 2 курса,
2 группы, дневного отделения
Зубрик Ольга
Научный руководитель
кандидат юридических наук,
доцент Седельник В.В.
Гродно, 2009
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. П. ЛЕРУ О ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТАХ
ГЛАВА 2. ТЕОРИЯ КВАЗИ-КОНТРАКТА Л. БУРЖУА
ГЛАВА 3. ОБЪЕКТИВНОЕ УЧЕНИЕ О ПРАВЕ Л. ДЮГИ
ГЛАВА 4. КРИТИКИ ОБЪЕКТИВНОГО УЧЕНИЯ О ПРАВЕ
ГЛАВА 5. СОЦИАЛЬНОЕ ПРАВО В АНГЛИИ И РОССИИ
ГЛАВА 6. УЧЕНИЕ Г. ГИНСА О ПРАВЕ
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
ВВЕДЕНИЕ

Идеи солидаризма получили значительное распространение в конце XIX -начале XX вв. Солидаризм - от французского solidaire - “действующий заодно”. В общих чертах, солидаризм - “система согласования свободных устремлений людей и постоянного преодоления неизбежных общественных противоречий путем соподчинения противоположных интересов в процессе солидарного сотрудничества”.
Солидаризм -- социально-политическая концепция, получившая широкое распространение в буржуазных общественных науках с переходом капиталистического общества в стадию империализма. Создатели этой теории, как и либералы, ставили во главу угла человеческий индивид и его личные права, но, в отличие от последних, считали, что личность не может существовать сама по себе, ибо своими знаниями, культурой, налаженным бытом, своим благополучием, в конце концов, она обязана усилиям других людей.
Цель исследования является анализ теоретических положений и взглядов ученых, касающихся теории солидаризма. Данная цель обусловила постановку следующих задач:
1. Рассмотреть учение о правовых институтах Пьера Леру.
2. Раскрыть сущность теории квази-контракта Буржуа.
3. Охарактеризовать объективное учение о праве Леона Дюги и рассмотреть критические взгляды на данную теорию.
4. Описать учения о социальном праве России и Англии.
5. Раскрыть сущность учения о праве Г. Гинса.
Объект исследования: политико-правовые взгляды таких ученых как П. Леру, Л. Бужуа, Л. Дюги, Т. Грин, Н. Коркунов, Г. Гинса на теорию солидаризма.
Предметом исследования данной работы являются работы вышеупомянутых ученых: «Курс позитивной политики» Леру, «Солидарность» Буржуа, «Трактат о конституционном праве» Дюги, «От либерализма к солидаризму» Гинса и др.
Краткая информация о структуре работы: работа состоит из введения, основной части: шести глав, заключения и библиографического списка. В первой главе раскрывается сущность учения Пьера Леру о правовых институтах. Во второй главе характеризуется теория квази-контракта Леона Буржуа. В третьей главе отражается объективное учение о праве Леона Дюги. В главе четвертой изложены критические взгляды на теорию обективного учения. В пятой главе рассмотрены учения некоторых ученых о социальном праве в Англии и России. О учении Г. Гинса о праве говорится в шестой главе.
Методологической основой работы явились достижения отечественной юриспруденции, в частности труды ученых по проблемам теории права. При анализе текстов использовался диалектико-материалистический метод познания объективной действительности, а также специально-научные методы (исторический, логический, функциональный, системный, сравнительный) и частно-научные методы (формально-юридический и сравнительно-правовой).
Эмпирическую базу исследования составили труды отечественных ученых, таких как В. Н. Кудрявцев, В. П. Малахов, А. Ходов, А. Ф. Черданцев, В. С. Нерсесянц, Р. Т. Мухаев и др.
ГЛАВА 1. П. ЛЕРУ О ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТАХ

Пьер Леру (1791-1871), первый французский солидарист, получивший техническое образование, и его намерением было провести трудовую жизнь инженера, к которой он и готовился. Будучи, однако, человеком широко начитанным и интересующимся общественными проблемами, он поневоле стал задумываться над противоречиями современной ему жизни послереволюционной Франции. С одной стороны, законодательство, основанное на Кодексе Наполеона, требовало формального применения принципов свободы и равенства (братство никогда не получило юридического оформления), а с другой стороны, экономическая жизнь явно вела к классовой борьбе, которую этот Кодекс не только не предотвращал, но как будто, наоборот, поощрял. В то же время появился целый ряд крайних течений, требовавших уничтожения всех современных общественных и политических институтов и фактического уравнения всех граждан. Обстоятельства, не давшие возможности Леру закончить свое техническое образование, натолкнули его на усиленное занятие политикой. Можно по-разному относиться к его политической карьере, сделавшей его в конце концов первым министром социальной политики Французской Республики, где он не проявил ни достаточной прозорливости, ни достаточного организационного таланта, но нельзя не отдать ему пальмы первенства в тех новых идеях, которые легли в основу солидаризма.
Уже в своей первой книге “О Человечестве” Леру впервые проанализировал связь между юридическими институтами (собственность, семья и т.д.) и общественным развитием. В ней он призывает не уничтожать эти институты, а подчинять их общественной пользе, придавать им ту форму, которая в данный период развития общества принесет наибольшую пользу для общественного прогресса: “Если семья, государство и собственность причинили до сих пор столько зол, это, еще раз будь сказано, не потому, что это дурные вещи, а потому, что они вместо того, чтобы быть организованы таким образом, чтобы служить неограниченному общению человека с ему подобными и миром, были в действительности повернуты против этого общения. Семья, родина и собственность -- конечные вещи, которые должны быть организованы с оглядкой на бесконечность. Потому что человек существо конечное, которое стремится к бесконечности. Абсолютно конечное -- для него зло. Бесконечное -- его цель, непредвиденное -- его право. Пусть это непредвиденное, в котором заключен прогресс, будет от него отнято; пусть семья, государство и собственность будут организованы с расчетом на конечность, -- и зло воцарится на земле...”.
Леру, таким образом, не отрицает юридических норм, но требует, чтобы они были увязаны с перспективами общественного развития. Впервые право сближалось с учением об обществе. Идея была настолько нова и необычна, что, когда ее подхватил Конт и сделал дальнейшую попытку сближения нормативных идей (т.е. права) и социологии, началось общее возмущение среди его учеников. Новые идеи “Курса позитивной политики” стали даже приписывать душевной болезни отца социологии, не понимая, что в сущности это был совершенно здоровый и важный шаг вперед. Весь этот неразумно поднятый шум не мог, однако, остановить дальнейшее сближение правоведения и социологии, и стык был достигнут на пороге XX века главным образом благодаря усилиям солидаристов второго периода развития этого учения, к которому мы и переходим.
ГЛАВА 2. ТЕОРИЯ КВАЗИ-КОНТРАКТА Л. БУРЖУА

Если солидарность должна стать основой жизни более совершенного человеческого общества, то она должна, прежде всего создать для такого общества твердый юридический фундамент. Биологическая солидарность сама по себе такого фундамента не создает; нужны были дополнительные основания из области человеческой психологии, общей теории права, традиций человеческой цивилизации. Такова исходная точка той теории юридического солидаризма, которую создал известный французский политический деятель Леон Буржуа.
Леон Виктор Огюст Буржуа родился в Париже в 1851 году, получил солидное юридическое образование и является автором многочисленных работ по вопросам права, социологии и экономики. Он был депутатом парламента, сенатором, занимал должности министра народного просвещения, юстиции и иностранных дел. В 1895 году был председателем Совета министров Франции. Буржуа всю свою жизнь боролся за те социальные мероприятия, которые в настоящее время считаются необходимой частью общественного устройства каждого культурного государства, но которые в его время почти отсутствовали, что вело к постоянным конфликтам между разными слоями европейского общества.
Изложение идей Буржуа--отрывки из его книги “Солидарность” и его трех лекций из международной конференции солидаристов в 1901-02 гг.: “Живая материя стремится перейти из состояния гомогенного (однородного) в состояние гетерогенное (неоднородное). Происходит функциональная дифференциация органов, приспособление к разным задачам. И устойчивое равновесие достигается солидарной ассоциацией отдельных частей, стремящихся в общей цели. Эта ассоциация -- основное условие успеха в борьбе за существование. Кант сказал: “То, что составляет организм, -- это взаимность его частей”. В этом смысл всей биологии. Однако заметим, что у природы свои цели и эти цели не всегда совпадают с нашими. Цель, которую стремится постичь человек, живущий в обществе, это достижение справедливости, но она не содержится в природе. Природу нельзя назвать несправедливой, она попросту вне этого понятия. Нет, таким образом, ничего общего между целью природы и целью общества. Природа не интересуется справедливостью, но для людей она важна; они не могут обойтись без нее. Нет устойчивого общества, мира и прогресса там, где справедливость не считается основной целью. Когда она нарушается, наступают конфликты, войны, революции... Откуда эта идея явилась или откуда она выведена, неважно; главное, она существует. Идеи, как говорят, являются фактами: я отмечаю этот факт -- идею справедливости... Справедливость не реализуется в обществе, члены которого не признают себя должниками (общества). Ни один результат интеллектуальной, моральной или физической деятельности человека не может быть достигнут собственными его силами, его собственной персоной... Человек, живущий в обществе и не могущий жить без него, является должником по отношению к нему... Все знания, которыми я обладаю, -- результат огромной работы, произведенной в течение веков; язык, на котором я говорю, выработан бесчисленными поколениями людей... Ни один акт производства невозможен без орудий производства, которые кто-то изобрел, и т.д. Я всем этим пользуюсь; как могу я заявить себя независимым от общества, которому я должен. Ввиду всего этого я фактически, вольно или невольно, принял на себя долг, который я не имею права отвергнуть, не ставши несостоятелным должником... Обязательства по отношению к другим людям не являются результатом произвольного решения; они попросту оплата тех преимуществ, которые каждый получает от общества, цена тех услуг, которые общество предоставляет своим членам. Там где сила обстоятельств ставит людей в такие отношения, которые они не имели возможности предварительно обсудить, законы должны определить сущность их отношений таким образом, чтобы это было лишь интерпретацией и оформлением таких условий договора, которые бы они сами приняли, если бы они могли действовать как свободные и равные договаривающиеся стороны. Квази-контракт есть не что иное, как договор, принятый ретроактивно...”.
Такова теория социального квази-контракта, одна из основных теорий французского солидаризма. Если между всеми людьми существует договор или, как выражается Буржуа, квази-контракт, то это ставит законодательство, особенно социальное, на новое твердое основание. Исходя из факта договора, можно логически вывести не только все обязанности человека и гражданина по отношению к обществу, но и обязанность общества по отношению к его членам. Программа социальных реформ, которую в свое время предложил Буржуа и которая в настоящее время является общепринятой во всем культурном мире, была выведена из теории квази-контракта.
Брюно, один из учеников и последователей Буржуа, задался целью показать, каким образом следует строить систему права, основанную на квази-контракте. В своем исключительно ценном труде “Солидарность как основа закона” (1903) он, проектируя целую систему права, основаную на квази-контракте, обязательном не только для отдельных граждан, но и для публичной власти.
ГЛАВА 3. ОБЪЕКТИВНОЕ УЧЕНИЕ О ПРАВЕ Л. ДЮГИ

Дюги (Duguit) Леон (1859- 1928)- известный французский юрист, декан юридического факультета в Бордо (с 1886 г.). Один из авторов теории "надклассового" корпоративного государства (солидаризма). В основу теории права Д. были положены достижения французских социологов - научный позитивизм О. Конта и разработанный Э. Дюркгеймом тезис о том, что по мере углубления общественного разделения труда социальная сплоченность в обществе возрастает, так как общие и индивидуальные потребности людей могут быть удовлетворены только за счет взаимопомощи и обоюдного обмена услугами.
Прежде всего, Дюги анализирует современное учение о государстве, которое считается субъектом права, как бы особым коллективным лицом, имеющим “права”, аналогичные правам отдельных граждан. Источником этих прав государства считается так или иначе выраженная воля народа. Так, например, среди юристов пользуется популярностью определение Блунчли: “Государство есть политически организованная личность нации, живущей на данной территории”. Некоторые юристы считают сущностью государства коллективную волю “моральной личности”. “Все это, -- говорит Дюги, -- является метафизической теорией государства, идущей прямо от Руссо и в наиболее чистом виде выраженной в конституции французской революции... Для других государство -- это организованное общество, биологическая реальность, такое же живое существо, как любой организм, огромный организм, состоящий из личностей... Оно мыслится как организм и воля; организм как опора этой воли”.
Есть и третья теория, принадлежащая Еллинеку, которую Дюги также цитирует: “Личность (государства) -- не основа, а результат правового общества... Понятие о личности государства подтверждено фактом, что только оно может дать удовлетворительное юридическое обоснование системе публичного права”.
Каковы бы ни были авторитетность и талантливость авторов всех этих доктрин, продолжает Дюги, все это только набор фикций и гипотез. Любая наука, в том числе и юридическая, должна заниматься реальными вещами, иначе она не может быть наукой. Юридические же системы, основанные на фикциях, построены на зыбком песке и не смогут долго просуществовать. Сторонники “государственной личности” утверждают, что государство не может просуществовать без системы публичного права, а последняя без теории, что государство это особого рода личность, также без теории, что каждая личность имеет присущие ей права. Всего этого они никогда не смогли доказать и вертятся в заколдованном круге. “Столетиями, -- говорит Дюги -- утверждалось, что люди, как индивидуумы, имеют права, и все правовые теории были построены на этой гипотезе.
В начале XVIII века эта доктрина естественного права окончательно утвердилась... Эта доктрина впервые провозгласила, что государство ограничено законом, и это будет вечным вкладом Французской Революции... Но, базируясь на естественном принципе, они (делегаты Генеральных штатов) не смогли завершить свою работу... Особенно следует отметить, что хотя власть государства может быть ограничена теорией естественных прав, положительные обязанности государства не могут быть определены из этого принципа”.
В своей критике юридических фикций Дюги также отрицает и ряд других привычных современной цивилизации понятий -- учение о суверенитете, особенно о единстве суверенитета и единстве государственности, а также о чьем бы то ни было праве на власть. Все это он объявляет фикциями, возникшими для практических целей, но не применимыми для строго научного анализа.
В заключение своего критического разбора юридических понятий Дюги говорит следующее: “Мир права не есть замкнутый в себе мир, как стараются показать нам некоторые юристы, идеальный мир, далекий от реальности; на самой деле это -- мир конкретных фактов, которые должны быть объяснены и классифицированы, мир человеческих воль, которые должны быть поняты в их конкретных проявлениях: необходимо определить и оценить социальный эффект, который эти воли производят, материальную силу, которую они приводят в движение. Наши усилия были всегда устремлены, а этом направлении”.
В противоположность всем фикциям и предрассудкам современного права стоит один основный факт чисто объективного и научного значения -- факт солидарности. Школа Буржуа, как известно, различала два вида солидарности -- солидарность как факт и солидарность как норму. Первый вид солидарности известен также под названием “взаимозависимость”, или “взаимность”, особого рода функциональная связь между членами любого общества. Дюги имеет в виду только этого рода солидарность, когда говорит о “факте солидарности”. Солидарность, согласно Дюги, -- не моральная норма, но если человек хочет жить, а жить он может только в обществе, он должен сделать соответствующие выводы из факта солидарности. Таким образом, косвенно, солидарность все-таки является фундаментом человеческого поведения, хотя и не обладает характером чего-то абсолютного или императивного.
Далее Дюги переходит к анализу солидарности. Начинает он этот анализ с разбора некоторых фактов, относящихся к индивидууму: “В основе всех явлений, где фактором является человек, лежит несводимый (элементарный) факт индивидуального себя самого сознающего сознания... “Я сознаю, значит я существую” -- не есть декларация принципа индивидуализма, а утверждение бесспорной реальности, единственной бесспорной реальности... “Вещь в себе” немецкой философии есть не что иное, как индивидуальная мысль... Это сознание может быть подвержено внешним влиянием, все его содержание, может быть, целиком пришло извне... Оно может быть исключительно социальным; может быть, как мы это сами писали, человек думал общественно раньше, чем научился думать индивидуально; может быть, человек только потому и думает, что живет в обществе; может быть, даже, что единственным объектом реальности является общество. Что все это меняет? Индивидуальное, себя сознающее сознание -- это факт, стоящий выше и вне всякого философского или социального учения”.
Вторым фактом, согласно Дюги, является стремление индивидуума воздействовать на внешний мир; это воля как фактор и действие как проявление этого фактора. Свободна эта воля или нет, нас в данном случае совершенно не интересует, так как наша задача состоит в настоящее время только в собирании бесспорных фактов. Факт существования воли состоит в стремлении к достижению определенных целей, которые ставит себе личность. Это стремление есть факт, сами же цели могут быть совершенно не реальными, воображаемыми. Эта сторона дела нас тоже в данном плане не должна интересовать.
Говоря об обществе, следует, прежде всего, предостеречь против отрицания единственного реального факта, что сознание может быть только индивидуальным, другого сознания мы не знаем. Сознание, однако, растет с увеличением своего содержания, оно растет, прежде всего, с сознанием своей связи с другими. Поэтому, чем больше человек понимает человеческую солидарность, тем больше он ее желает, тем больше он стремится к ее реализации, тем больше растет его личность.
“Противопоставление социализма и индивидуализма, в современном значении этих слов, не имеет разумного основания, -- говорит Дюги. -- Когда человек становится более социальным, он делается более индивидуальным; и если он становится более индивидуальным, он делается более социальным”.
Третьим фактом является сама солидарность. Она бывает двух родов: солидарность по сходству и солидарность из-за разделения труда. Относительно первой следует прежде всего указать, что большинству из людей очевидно, что жизнь в обществе отдаляет смерть и уменьшает возможные страдания человека, а эти страдания -- это уже такой “объективный факт", что с его существованием никто спорить не станет. С другой стороны, существование общества во все времена человеческой истории, жизнь человека в обществе, а не изолированно, -- тоже внушительный научный факт. Он влияет на человеческое сознание в течение всей жизни человека, а потому влияет и на человеческую волю. Дюги отмечает, что было бы неправильным подходить к социальной жизни только с физической или биологической точки зрения, что факт сознания неотъемлем от социальной жизни, и последняя не может изучаться без признания этого факта. Воля к жизни, чувство самосохранения диктуют нам, что в обществе мы находим приют и защиту, и ведут к развитию чувства солидарности. Это чувство спаивает общество, делает его возможным, хотя само это чувство и остается личным, не коллективным. Это, однако, не означает, что следует принять теорию общественного договора. Люди никогда не жили раздельно, а потому и не могли “потом договориться”. Теорию квази-контракта следует также отбросить как пережиток устаревшей юридической техники. Солидарность и общество -- явления естественные, хотя и понятие “естественного” и следует включить такие факты, как индивидуальное сознание, человеческая воля, солидарность.
Солидарность по сходству есть солидарность сознательная; люди знают, что она у них имеется и как соображение выгоды, и как подсознательное чувство. Следует еще отметить, что солидарность началась как солидарность в определенной, небольшой группе и только постепенно развивается в общечеловеческую солидарность. В основе солидарности из-за разделения труда лежит неравенство людей. Люди имеют разные потребности и разные способности, и эти разности увеличиваются с ходом человеческой истории. Идея “равенства перед законом” ничем не противоречит этим фактам, эгалитарные же идеи вообще появились с ростом дифференциации людей и являются одним из видов выражения второго вида солидарности. Правильно понятая идея равенства есть не идея полной одинаковости людей, а идея их равноценности, связанности, взаимозависимости. Разделение труда есть признак высокой степени развития высокодифференцированных индивидуумов и, вместе с тем, высокой степени развития общества. Чем больше люди специализируются, тем меньше они могут прожить изолированно, вне общества; степень социальной интеграции есть функция степени индивидуализации.
Право и государство должны быть построены на признании фактов. Они, т. е. право и государство, имеют служебное, функциональное значение; они должны быть внешним проявлением солидарности, соответствовать ей. Дюги говорит в этом смысле об объективном праве и придает ему прагматический, целеустремленный характер. Государство должно не только защищать личность, но и способствовать ее развитию, государство должно иметь право интервенции в жизнь общества, но в то же время на него должны быть наложены и обязанности которых оно до сих пор не имело. При всем этом должна соблюдаться формула -- социальное и индивидуальное развитие идут рука об руку и друг без друга невозможны.
В своих многочисленных трудах Дюги показывает, как на основании принципов объективного права следует приступать к законодательству, которое обеспечило бы прогресс человека и общества, содействовало бы солидаризации людей и наказывало бы за нарушение солидарности. Объективное право стоит выше законодательных палат; закон делается таковым, только если он соответствует принципам солидаризма, в противном случае это только узаконенное бесправие. Имущественные права отдельных лиц подлежат защите, только поскольку это соответствует их социальной функции.
Дюги, однако, не только юрист, но и теоретик политического напра и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.