На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Негативные черты конституционного права Англии по «Орудию Управления» 1653 года

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 24.04.2012. Сдан: 2011. Страниц: 5. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


     
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

СОДЕРЖАНИЕ 

 Введение  …….…………………………………………………..……………..……3
1  Сущность  «Орудия Управления» 1653 года………………………….………...4
2   Установление режима диктатуры Кромвеля – «протектората» по «Орудию Управления» 1653года .…………………………………………………………..…6
3   Проблемы и достижения Лорда-протектора по «Орудию Управления» 1653года…………….. …………………………………………………………….....8
4    Новая конституция и крах правления Лорда - протектора ……….…..…..…10
Заключение………………………………………………………………………….15
Список использованных источников…..………………………………….………16
Приложение А. Форма правления… Англии, Шотландии, Ирландии и владениями им принадлежащими (Орудие Управления) 13 декабря 1653 (извлечение)…………………………………………………………………….......17 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ВВЕДЕНИЕ

 
 
     Актуальность  настоящей работы обоснована той  ролью, которую конституционные  традиции Англии играют для развития конституционного строя во всем мире. Продолжительные традиции парламентаризма  в этой стране имеют самую обширную историю. Тем значительнее на их фоне выглядит проблема акта, который вошел  в историю под названием «Орудие  управления».
     Целью настоящей работы является рассмотреть  сущность акта «Орудие управления».
     Для ее решения поставлены следующие  задачи:
     - рассмотреть режим Оливера Кромвеля  в Англии и процесс принятия  Орудия управления;
     - рассмотреть сущность Орудия  управления
     Данная  тема широко изучена в трудах, посвященных  истории государства и права  зарубежных стран, научной и учебной  литературе.
      
 

    Сущность «Орудия Управления» 1653 года
 
 
     Орудие управления наделило протектора столь широкими полномочиями, что позволяет рассматривать её как прямую подготовку реставрации монархии. Кромвель разогнал 1-й (1654—55) и 2-й (1656—58) парламенты протектората, согласился в 1657 с восстановлением палаты лордов. Внутри страны он боролся как с роялистскими заговорами, так и с народными движениями [3, с.380].
     Согласно  новой конституции, высшая законодательная  власть была сосредоточена в руках  лорда-протектора и парламента. Парламент  был однопалатным. Участие в выборах  ограничивалось довольно высоким имущественным  цензом, который был в 100 раз больше существовавшего до революции. Высшая исполнительная власть вручалась лорду-протектору и Государственному совету, состоявшему  не менее чем из 13 и не более  чем из 21 члена. Назначение членов совета зависело от лорда-протектора. 
     В перерывах между сессиями парламента лорд-протектор командовал вооруженными силами, осуществлял дипломатические  сношения с другими государствами, назначал высших должностных лиц.
     Конституция прямо объявляла пожизненно лордом-протектором Кромвеля, таким образом, закрепив его личную диктатуру. Вскоре Кромвель перестал созывать парламент, членов Государственного совета он назначал по своему усмотрению. В 1677 г. была восстановлена верхняя палата. Местное управление было сосредоточено в руках генералов кромвелевской армии [4, с.354].
       «Орудие управления» содержало монархические начала, хотя этот конституционный акт отражал классовые интересы буржуазии, нового дворянства, заинтересованных в том, чтобы не допустить реставрации монархии. «Орудие управления» закрепило режим единоличной власти, по широте полномочий соответствующей монархической. С этого времени начинается движение вспять – от республики к монархии.
     По  существу, «Орудие управления», закрепив режим единоличной власти, определило обратное движение от республики к монархии. Смерть Кромвеля в 1658 г. ускорила эти события [4, с.355].
     Таким образом, негативными чертами «Орудия  управления» можно назвать санкционирование  передачи всей полноты власти в руки одному человеку  - Лорду-протектору. Устанавливалось, что на протяжении всей своей жизни эту должность  будет занимать Кромвель.  Тем  самым перечеркивались многолетние  парламентские традиции Англии. Парламенту принадлежали исключительные полномочия изменять, приостанавливать, вводить  новые законы, учреждать налоги или  подати. Еще одной негативной чертой Орудия управления стало попрание норм свободы совести. Хотя фактически ничего не говорилось о гарантированном преимуществе протестантизма над католичеством, порядок приведения государственных служащих к присяге, предусмотренной тем же документом. Главной опорой протектора оставалась армия. Для ее содержания и покрытия других издержек правительства вводился ежегодный налог, который не мог быть отменен или уменьшен парламентом без согласия лорда-протектора. Финансовые прерогативы лорда-протектора практически стали бесконтрольными, как у абсолютного монарха. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2  Установление режима диктатуры Кромвеля – «протектората» по «Орудию Управления» 1653года 
 

       Государственный переворот был совершен с помощью генерал-майора Джона Ламберта (1619-1684), второго, после Кромвеля, лица в армии[8, с.148]. Именно Ламберт и его помощники составили новую конституцию английского государства (которая была принята 16 декабря 1653 года). Выработанный офицерами документ, известный под названием "Орудие Управления" (The Instrument of Government), был нацелен на сосредоточение исполнительной власти в одном лице. В соответствии с ней 16 декабря 1653 года Кромвель был провозглашен Лордом-Протектором Англии, Шотландии и Ирландии. В стране устанавливается режим единоличной власти.
       Идея писаной конституции была новой для Англии. Вышла она из армейской среды [3, с. 12].
       Еще в июне 1647 г. Совет армии предложил парламенту особую Декларацию с предложениями зафиксировать в письменном законе права и полномочия парламента, а также новую организацию исполнительной власти. Предложения, зафиксированные в протоколах совета, были возрождены и послужили основой для конструкции нового государственного порядка. «Орудие управления» устанавливало внешне республиканскую, а, по сути, диктаторскую систему власти.
       Законодательная власть «свободного государства Англии, Шотландии и Ирландии» сосредоточивалась в двойном институте - парламенте и  вновь учрежденном лорде-протекторе [3, с.16]. Парламенту принадлежали исключительные полномочия изменять, приостанавливать, вводить новые законы, учреждать налоги или подати. Он должен  был созываться регулярно (в течение 3 лет после закрытия предыдущего парламента) и самостоятельно, сессия продолжалась 5 месяцев. В парламент входили 400 депутатов от Англии и по 30 от Ирландии и Шотландии [7, с.324].
       Избирательное право устанавливалось на новых основах, где главными условиями были имущественный (в 200 фунтов стерлингов стоимости) и возрастной (21 год) ценз. Кроме того, все, принявшие участие в войне против парламента лишались избирательных прав на выборах в первые четыре парламента, католики лишались их совсем. Также имело место некоторое перераспределение избирательных округов за счёт уничтожения многих мелких округов, отнятия мест некоторых городов и передача их графствам.
      Рядом с парламентом учреждалась власть лорда-протектора. Выбор на этот
пост  производился Государственным советом (членов которого, в числе 15, в свою очередь, избирал парламент). Лорд-протектор  имел право утверждать или
откладывать законы парламента. Он пользовался  практически неограниченной
властью в делах управления («содействовал» ему в этом только Государственный совет численностью о 13 до 21 члена). Протектор считался главнокомандующим армией, ему полностью принадлежали права в сфере внешней политики (включая право вести войну и заключать мир, при согласии совета). От его имени проводились впредь все назначения должностных лиц. Он обладал также правом помилования. Только назначение высших правительственных чинов требовали согласия парламент или совета - так возродился отстаиваемый на первом этапе революции принцип ответственного правительства. И особой статьей конституции полномочия лорда-протектора закреплялись за Оливером Кромвелем. В речи после церемонии принесения присяги он обещал править таким образом, чтобы "Евангелие могло цвести в его полном блеске и чистоте, а народ мог пользоваться своими справедливыми правами и собственностью"[7, c.325].
                
  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

3   Проблемы и достижения Лорда-протектора по «Орудию Управления» 1653года                

 
 
       Но концентрация власти в одних руках не могла не вызвать однозначной реакции, особенно среди приверженцев республики. Жаркая борьба разгоралась между Кромвелем парламентом и армией, так как Кромвель все дальше и дальше уходил от сорока двух статей «Орудия Управления» и приближался к образцу старой, им же уничтоженной монархии. Сущность его протекторства вначале сводилась к тому, что «верховная и законодательная власть Англии сосредоточивается в одном лице и в народе, собранном в парламенте». Одно лицо и было зародышем начинавшейся монархической реакции. Кромвель сильно ускорил ее приход[2 c.16].
       Конституционный акт предоставлял частью одному ему лично, частью при содействии Государственного совета, от него же зависевшего, почти все атрибуты королевской власти. Он поспешил воспользоваться этим. Судьям и всем высшим государственным чиновникам велел он тотчас выдать рескрипты, им самим подписанные. Все публичные акты, административные и судебные, совершались его именем; он торжественно установил свой Государственный совет и подчинил его рассуждения большей части тех правил, которым издревле следовал парламент [2, с.17]. Дом его принял всю пышность и все формы двора. В сношениях с иностранными посланниками он ввел правила и этикет, существовавшие при первоклассных монархических дворах. И всюду носился слух, что он скоро будет королем, что он уже король и коронован тайно. Но он не был им и никогда не принял этот титул. Зато, совершил он многие из тех реформ, на которые Долгий парламент и парламент Бэрбоновский потратили столько слов. Управление финансами, поправка, содержание дорог, положение содержавшихся под стражею за долги и внутреннее управление тюрем - все было установлено в видах доброго порядка. Дуэли были запрещены. Новый устав, тщательно обработанный, ввел в разумные и гуманные границы судебную расправу. Христианские проповеди и разумное управление приходами были поощрены. Улучшены школы и положение школьных учителей, а 12 апреля 1665 года было, наконец, издано повеление о присоединении Шотландии к Англии.
       Внешняя политика Кромвеля была удачна и преисполнена национального достоинства. Перед протектором принуждены были склониться многие страны Европы. Англия предписала Голландии условия мира, отомстила пиратам, победила испанцев на суше и на море, завладела Ямайкой и приобрела на фламандском берегу крепость (Дюнкерк), утешившую национальную гордость за потерю Кале[2, c.18].
       Однако все внешнеполитические успехи меркли по сравнению с напряжённейшей ситуацией внутри самой Англии. Перед протектором стояла дилемма: либо упрочить свою власть до той степени, когда она станет выше всяких посягательств, либо рано или поздно отправиться на эшафот. Казнь Карла I была сожжением мостов. После нее возвращаться назад было невозможно. Примирение с Карлом II, которое в идее соблазняло многих дипломатов, задумавших даже бракосочетание младшей дочери протектора, леди Франциски, с наследником Стюартов, принадлежало к области утопий. «Карл, - говорил Кромвель, - никогда не простит мне смерти отца, а если бы он простил, то был бы недостоин короны». Чтобы поддерживать свою власть, Кромвелю надо было постоянно усиливать ее. Ведь его власть, в сущности, не признавали, ей только подчинялись. Ему не прощалось ничто. Многие с нетерпением ждали, когда же, наконец, счастливая звезда изменит ему, когда его зарежет нож заговорщика, разобьют испанцы, взорвут паписты или сектанты? Кромвель отличался слишком проницательным умом, чтобы удовлетвориться внешней покорностью и почить на лаврах[6, c.249].
«Кромвель, - говорит Гизо, - вовсе не был философ. Он действовал не по предварительно обдуманному и систематически расположенному плану, но руководствовался в деле управления высоким инстинктом и практическим смыслом человека,  которому Божий перст назначил править народом».
«План Кромвеля, - пишет Маколей, - с самого начала имел значительное сходство с древней английской конституцией, но через несколько лет он счел
возможным пойти далее и восстановить почти все части прежней системы под
новыми  названиями и формами. Титул короля не был возобновлен, но королевские прерогативы были вверены лорду верховному протектору. Государь был назван не величеством, а высочеством. Он не был коронован и помазан в Вестминстерском аббатстве, но был торжественно возведен на престол, препоясан государственным мечом, облачен багряницей и наделен драгоценной Библией в Вестминстерском зале. Его сан не был объявлен наследственным, но ему было дозволено назначить преемника, и никто не мог сомневаться, что он назначит сына»[6, c.250].
      
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

4   Новая конституция и крах правления Лорда - протектора 
 

        В начале 1657 года группа правоведов и гражданских лидеров предложила заменить военную диктатуру конституционной монархией (королем должен был стать Кромвель) и создать государственную пуританскую церковь. Кромвель вынужден был отказаться от предложения, поскольку эта идея встретила резкое неприятие его старых армейских друзей и соратников. Тем не менее, была принята новая конституция, по которой восстанавливалась палата лордов; в палату общин допускались все, кроме явных роялистов; место Государственного совета занял Тайный совет; кроме того, вводились некоторые ограничения власти лорда-протектора и свободы совести. Новая конституция, известная под названием "Покорнейшая петиция и совет" (The Humble Petition and Advice) вступила в силу в июне 1657 (принята 25 мая 1657 года). Была сформирована верхняя палата (палата лордов – 63 человека), однако в палату общин вошли теперь ранее исключенные члены парламента, и в то же время ее покинули друзья Кромвеля, назначенные им членами палаты лордов. В тщетных попытках обезопасить спою власть от всяких поползновений, Кромвель настойчиво искал для нее таких опор, которые не исходили бы прямо из его личного величия. Оттого-то так настойчиво уподоблял он себя королю, где только это было возможно; оттого-то задумал он восстановить палату лордов. Это было очень трудное дело. Кромвель застал уже существовавшее дворянство, богатое, весьма уважаемое и настолько популярное между другими классами, насколько какое-нибудь дворянство когда-либо бывало. Если бы он как король Англии повелел пэрам собраться в парламент согласно древнему обычаю государства, многие из них без сомнения повиновались бы призыву. Но этого он не мог сделать. Он только предложил главам знаменитых фамилий занять места в своем новом сенате. Те отказались. С их точки зрения согласие было бы равносильно унижению достоинства, как своего, так и родового. Они тоже спрашивали ежеминутно: «Ваши полномочия. Ваше Высочество? Покажите нам их!»[4, c.17]
      Протектор поэтому был принужден наполнить свою верхнюю палату новыми людьми, успевшими в течение последних смутных времен обратить на себя внимание. Это было наименее удачное из его предприятий, не понравившееся всем партиям[4, c.20].
«Будь он, - говорит Маколей, - жестоким, своевольным и хищным государем,
нация могла бы почерпнуть отвагу в отчаянии и сделать судорожное усилие освободиться от военного деспотизма. Но тягости, какие терпела страна, хотя
и возбуждали серьезное неудовольствие, однако не были такими, которые побуждают огромные массы людей ставить на карту жизнь, имущество и семейное благосостояние против страшного неравенства сил. Налоги, правда, более тяжкие, чем при Стюартах, были не тяжелые в сравнении с налогами соседних государств и ресурсами Англии. Собственность была безопасна. Даже кавалер, удерживавшийся от нарушения нового порядка, наслаждался в мире всем, что оставили ему гражданские смуты. Уничтоженные Долгим парламентом последние следы крепостничества, конечно, не возобновлялись. Отправление правосудия между частными лицами совершалось с точностью и безукоризненностью, дотоле неслыханными. Ни при одном английском правительстве со времен Реформации не было так мало религиозных преследований...»
       Но это слишком важный пункт, чтобы говорить о нем мимоходом. Всякий желал бы, конечно, чтобы этих религиозных преследований не было совершенно [6, с.25]. К сожалению, ничто не распространяется так медленно, как веротерпимость. Если мы спросим себя, кто в описываемую нами эпоху был искренне и действительно на стороне свободы совести, то во всей Англии едва ли насчитаем десяток-другой человек. Кромвеля надо поставить во главе их. Но и ему приходилось делать уступки духу времени, и ему надо было казнить и вешать, чтобы не разойтись с теми, кто был опорой его власти, его жизни. Католиков ненавидели, и теперь более чем когда-нибудь. Исторические и политические мотивы присоединились к мотивам религиозным. Даже такие люди, как Мильтон, разделяли эту ненависть: стоит лишь припомнить, с каким грозным негодованием, с какой злобой и местью говорит он о папизме.
      Папизм - порождение дьявола. Это один из догматов английского миросозерцания половины XVII века, быть может, самый упорный и настойчивый. После Кромвеля он продержался еще более 160 лет, и позорное пятно английской конституции - Test-Act, запрещавший католическим подданным Британского величества занимать какие бы то ни было государственные или общественные должности, был уничтожен лишь в 1824 году. Полной веротерпимости не могло быть и при протекторе. Но в этом отношении он сделал все возможное. Основным государственным законом было провозглашено, что католики и епископы нетерпимы[4, c.27].
      Богослужение и пропаганда были, конечно, воспрещены им. Были даже преследования. В июне 1654 года, например, один бедный католический священник, тридцать семь лет назад изгнанный за свое звание, решился вернуться в Англию, но был схвачен сонный с постели и отправлен в Лондон, где его судили, приговорили и повесили. Но Кромвель делал немало усилий, чтобы избегать подобной жестокости; он желал, чтобы преследуемые давали ему возможность уклониться от нее, соблюдая наружное приличие. Но когда их горячая вера или энергический характер отвергали эти маленькие слабости, тогда он, не колеблясь, предавал их всей строгости законов. Однако и тут надо отдать справедливость Кромвелю: преследования при нем были, но не было инквизиции, не было беспутного вторжения в чужую человеческую душу, преднамеренного выискивания жертв для костров и виселицы. Стоило не быть энтузиастом, чтобы спокойно исповедовать какую угодно веру. Свобода культа, правда, была ограниченная, и в 1655 году 24 ноября епископам было запрещено находиться при частных семействах в качестве духовников и наставников, как это часто бывало[4, c.43].
       Сектантов, анабаптистов, милленариев, квакеров Кромвель не преследовал совсем, разве на политической почве. Мало того, он решился привлечь к себе другой класс людей, всеми гонимый и презираемый. Это были евреи. Кромвель, не давая им публичного права гражданства, которого они домогались, позволил некоторым из них жить в Лондоне. Они выстроили там синагогу, приобрели участок земли для кладбища и втихомолку образовали род корпорации, преданной протектору, терпимость которого служила единственной гарантией их безопасности.
       После роспуска последнего своего парламента, сделавшего было попытку ограничить его самовластие, и после удачной войны с Испанией в Индии и Европе, Кромвель достиг высшей степени могущества; он пользовался огромным влиянием в Европе и высшим авторитетом в Британии... Но - странная ирония судьбы - чем выше поднимался он по ступеням славы и могущества, тем все более становился одиноким. От него отворачивались его старые боевые товарищи, которые служили под его началом, когда он был еще простым капитаном: они не могли понять, в чем тут может заключаться преступление, если палату, состоящую не из лордов, не называть палатою лордов. Но Кромвель требовал безусловного повиновения. Республиканские и анабаптистские мнения затрагивали его власть в самом корне, он не хотел терпеть их, по крайней мере, в армии[4, c.32].
«Я служил ему пятнадцать лет, - говорил после  смерти протектора Паккер, суровый и честный офицер-республиканец, - с той поры, как он сам командовал
еще кавалерийским эскадроном, до момента его высшей власти; я семь лет командовал полком и теперь одним дыханием его, без всякого суда, я выброшен вон. Я лишился не только места, но и старого лагерного и боевого товарища, и пять подчиненных мне капитанов, все честные люди, были исключены вместе со мной за то, что не хотели сказать, что у нас есть палата лордов»[4, c.34].
       Недовольные офицеры задумали даже заговор и пытались собраться возле находившегося в немилости Ламберта - тоже когда-то товарища и друга Кромвеля[8, с.148]. Полковник Гетчинсон узнал об этом. Искренний христианин и республиканец, он со времени изгнания Долгого парламента оставил армию и
политику: его возмущала тирания Кромвеля, но еще больше возмущала тирания
злой, безумной посредственности, которая хотела занять его место. «Кромвель,
- говорит  его жена, - был смел и велик,  а Ламберт — только полон  глупого и
нестерпимого тщеславия». Гетчинсон предупредил протектора, и заговор был
потушен в самом начале.
       Но на его месте, да и на месте любого раскрытого заговора немедленно возникал другой. Это заставляло задумываться. Общество, все целиком, не замедлило дать почувствовать Кромвелю все свое неудовольствие его ссорами с парламентом[4, c.35].
       Протектор требовал у  муниципального  совета  ссуды, но Сити, который всегда доставлял деньги парламенту, нашёл их для Кромвеля так же мало, как некогда для Карла I. Дело дошло даже до задержек в уплате пошлин, утвержденных в последнюю сессию. На какой же успех можно было рассчитывать при взимании податей, никем и никогда не утвержденных?
Будущее в таких обстоятельствах не предвещало ничего доброго. Большинство
сторонников Кромвеля уже настойчиво задавали себе вопрос, сформулированный его же сыном Генри: «Не зависит ли все от одной только личности отца, от его искусства, от привязанности к нему армии и не возгорится ли кровавая война, когда его не будет?»
        Но и эта единственная опора была уже надломлена. Одно из близких к Кромвелю лиц старается доказать, что попытка управлять государством без парламента надорвала его жизненные силы. Несомненно, что неудача его планов болезненное возбуждение. Он по целым неделям перестал показываться даже в кругу своей семьи. А ведь он любил ее и прежде все свое время проводил с нею[4, c.12].
       Семейство Кромвеля было центром и главным элементом его двора. Он вызвал в Лондон сына Ричарда и сделал его членом парламента, тайным советником и членом Оксфордского университета. Второй сын его, Генри, управлял Ирландией и часто навещал отца. Зять, Джон Клейпол, человек аристократических нравов, любивший удовольствия роскошной жизни, был так же, как и сам Ричард - будущий протектор - в коротких отношениях со многими кавалерами. По выходе замуж последних двух дочерей Кромвеля за лорда Оральконбриджа и Рича вокруг него собрались четыре юные семейства, богатые, стремившиеся наслаждаться и услаждать приближенных людей блеском своей жизни[4, с.13].
       Сам Кромвель любил общественное движение, блестящие собрания, особенно музыку, и находил удовольствие в привлечении к себе артистов. Вокруг дочерей его образовался двор многолюдный и одушевленный. Только одна из них, леди Флитвуд, пламенная и строгая республиканка, мало принимала участия в этих пирах и скорбела о «монархическом» и светском увлечении, которое преобладало как в доме, так и в политике протектора.
       Но все это было и прошло. Кромвель стал мрачен, стал избегать людей. В немразвилась мучительная подозрительность, не дававшая ему покоя ни днем, ниночью. Он постоянно был вооружен и имел на себе латы; выезжая, брал с собою в карету несколько человек и окружал себя конвоем; ездил очень скоро, часто изменял направление и никогда не возвращался домой той же дорогой, по какой ехал из дому. В Уайтхолле у него было несколько спален и в каждой из них - потайная дверь. Он выбрал из своей кавалерии 160 человек, вполне ему
известных, назначил им офицерское жалованье и  образовал из них восемь взводов, которые по двое постоянно составляли вокруг него охранную стражу. Та ясность и самостоятельность ума, та страстность и смелость чувства, которые были так привлекательны в Кромвеле, по-видимому, совершенно исчезли. Вокруг него теснились уже призраки смерти[4, c.15].
       В 1654 году он лишился своей матери, Елизаветы Стюарт, женщины умной и доброй, к которой постоянно испытывал глубочайшее уважение. Она не доверяла положению сына и делила с ним его величие не иначе, как с чувством
скромности  и даже сожаления о прежней  тихой деревенской жизни. Он с трудом убедил ее поселиться во дворце. Она жила там в непрерывной тревоге, каждый день ожидая какой-нибудь катастрофы и вскрикивая всякий раз, когда слышала выстрел: «Убивают моего сына!»... Зимою 1658 года дочь Кромвеля Франциска в конце третьего месяца замужества лишилась мужа Роберта Рича, которому было не более 23 лет. Спустя три месяца умер граф Варвик, близкий друг Кромвеля.
       Едва прошло затем несколько недель, и новый, еще более жестокий удар уже готов был поразить его. Его любимая дочь леди Клейпол уже давно слабела и страдала: она поселилась в отдаленном дворце, чтобы там пользоваться воздухом и деревенским спокойствием. Замечая, что ей становится все хуже и
хуже, Кромвель сам переехал туда, чтобы заботиться о ней лично и постоянно.
Но сложная  и неопределенная болезнь леди Клейпол развивалась быстро, с ней
начались  нервные припадки, во время которых  она перед глазами отца то обнаруживала свои жестокие страдания, то не могла сдержать детской тоски и
грусти  по ним. Перед смертью страшные галлюцинации тревожили ее, ей виделась окровавленная фигура короля, требующая мщения.
       Сила Кромвеля была сломлена. Он перестал заниматься государственными делами[4, c.45].
       Дела мирские, политические вопросы, даже интересы самых близких лиц пропадали из поля его зрения по мере того, как сходил он со сцены жизни. Его
душа  обратилась на самое себя и, приближаясь к той стране, откуда никто не
возвращался, задавала себе другие вопросы, а не те, которые волновали людей
у его  постели. 2 сентября 1658 года после сильнейшего пароксизма, сопровождавшегося бредом, он пришел в сознание; его капелланы сидели вокруг.
«Скажите,—  обратился он к одному из них,—  может ли человек утерять надежду  на милосердие?» — «Это невозможно». «В таком случае, я спокоен,— сказал Кромвель,— потому что раз испытал на себе милосердие». Он отвернулся и стал молиться вслух. «Господи я — ничтожное создание. Ты сделал из меня орудие воли Твоей; этот народ желает, чтобы я жил: они думают, что им оттого будет лучше, и что это обратилось бы во славу Твою! Другие хотят, чтобы я умер. Господи! Прости им всем и, каково бы ни было Твое Соизволение обо мне, ниспошли на них свое благословение... Тебе же честь и слава во веки веков... Аминь!..»
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.