На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


дипломная работа Институт защиты права собственности, историко-правовой анализа, опыт юридической практики.

Информация:

Тип работы: дипломная работа. Добавлен: 11.9.2014. Сдан: 2011. Страниц: 19. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


    ОГЛАВЛЕНИЕ

 

     ВВЕДЕНИЕ

 
    Экономические отношения собственности составляют основу любого общества, а правовое регулирование появляется и сохраняется, прежде всего, как система норм, закрепляющих, регламентирующих и охраняющих данные отношения. В условиях современной  России собственность имеет исключительное значение в связи с тем, что она является базисом политических и экономических коренных преобразований, источником демократии, непременным условием построения правового государства. Вот почему охрана существующих отношений собственности – важнейшая задача всякой правовой системы, её стержень, в конечном счёте. Именно по этому институт защиты права собственности и других вещных прав является столь значимым институтом гражданского права, а выбранная тема такой актуальной для современной России.
    Несмотря  на очевидную важность проблемы рассмотренной  в данной дипломной работе, на сегодняшний  день в цивилистической науке  очень мало работ по этой проблематике, что свидетельствует о новизне  исследования. Таким образом, тема дипломной работы обладает несомненной актуальностью, а само исследование – необходимой научной новизной, теоретической и практической значимостью.
    Одной из фундаментальных гарантий существования  в Российской Федерации права  частной собственности является ст. 8 Конституции, в которой закреплено, что в Российской Федерации признаётся и защищается равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности. Важно отметить что, частная собственность стоит на первом месте в этом списке.
    Согласно  Гражданского кодекса Российской Федерации в собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных его видов, которые определены законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности и никто не может быть лишен его иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Не ограничиваются ни количество, ни стоимость находящегося в собственности граждан и юридических лиц имущества за исключением случаев, установленных законом.
    Конституция гарантирует равную защиту всех форм собственности. В отличие от ранее  действовавшего законодательства, устанавливавшего преимущества в защите социалистической, и в особенности государственной собственности, в ныне действующем законодательстве реализуется принцип единства квалификации и санкций за преступления против собственности, чьей бы она ни была. Таким образом, Российское государство охраняет собственность в её различных формах на равных основаниях.
    Институт  права собственности возник еще  в глубокой древности, развивался в  течение многих веков и всегда имел огромное значение для каждого  человека в любом гражданском  обществе. Закон и обычай в различных  государствах устанавливают право собственности по-разному. Но в каждом обществе право собственности пользуется особым уважением: его называют священным, неприкосновенным и т.п. Даже такие государства, которые не слишком дорожат правами своих граждан, все-таки провозглашают неприкосновенность права собственности. Это происходит оттого, что господство человека над вещью необходимо для удовлетворения его потребностей, а желание удовлетворять им до того свойственно человеку, что он в высшей степени дорожит служащими к тому средствами. Существование потребностей, необходимость их удовлетворения сознаются одинаково во всех обществах, и вот почему право собственности везде признается особенно важным, считается неприкосновенным. И именно поэтому защите права собственности должно уделяться как можно больше внимания.
    В духе презумпции защиты права собственности  необходимо трактовать и п. 1 ст. 34 Конституции  Российской Федерации, устанавливающей право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещённой законом деятельности. Речь идёт о свободном и, соответственно, беспрепятственном использовании гражданских прав субъектами гражданского оборота. С указанной конституционной нормой связана и ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации: “Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права”.
    В целом можно сказать, что право  собственности, т.е. закреплённое законом  определённое состояние принадлежности (присвоенности) материальных благ, охраняется нормами едва ли не всех отраслей права: уголовного, устанавливающего ответственность за преступное посягательство на имущество государства, юридических лиц и граждан; административного, наказывающего мелкие проступки такого рода; трудового, регулирующего, например, материальную ответственность работников за причинённый ими работодателю имущественный ущерб; земельного, семейного и др.
    Но  центральное место занимает, безусловно, гражданское право, и в его  рамках – институт защиты права  собственности и других вещных прав, которому посвящена гл.20 Гражданского кодекса Российской Федерации.
    Нормы о защите права собственности  и других вещных прав содержатся во многих законах и подзаконных  актах, однако освещение данной темы в цивилистической литературе я считаю недостаточным, т.к. в учебниках гражданского права она раскрыта только в общих чертах и монографий по этой теме написано очень мало. Учитывая важность и значение института защиты права собственности и других вещных прав необходимо более полное и подробное его изучение. Именно поэтому мной была выбрана именно эта тема для написания дипломной работы.
    Проблемам защиты права собственности в  разное время были посвящены работы Братусь М.Б., Красновой С.А., Рахмилович В.А., Рыбакова В.А., Садикова О.Н., Сергеева А.П., Скловского К.И., Тарханова В.А., Толстого Ю.К. и др.
    Цель работы состоит в том, чтобы раскрыть и охарактеризовать институт защиты права собственности на основе историко-правового анализа, опыта юридической практики, широкого привлечения современной законодательной базы и научной литературы. Кроме этого в своей работе я постараюсь проанализировать действующее гражданское законодательство о защите права собственности и выявить противоречия и недостатки в законодательстве и правоприменительной практике.
    Для достижения указанной цели, определив  значимость данного института, необходимо решить следующие задачи:
      проследить историю возникновения и развития механизма защиты права собственности;
      раскрыть понятие и виды способов защиты права собственности;
      изучить различные способы защиты права собственности и их особенности;
      проанализировать  действующее на протяжении последних лет законодательство и, соответственно, выявить имеющиеся законодательные недоработки, их влияние на правоприменительную практику, а в результате – предложить возможные пути их устранения.
    Дипломная работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. В первой главе раскрываются общие положения о истории защиты права собственности, о понятии данного института, во второй и третьей речь пойдет о конкретных способах защиты права собственности, которыми могут воспользоваться собственники и не только они.
    Кроме того, при написании дипломной  работы были использованы материалы  судебной практики, таковой в основном является практика арбитражных судов и Конституционного Суда Российской Федерации по проблемам права собственности и защиты права собственности в частности.
 

ГЛАВА 1. РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ ИНСТИТУТА  ЗАЩИТЫ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

    1.1 Механизм защиты прав собственности в Римской империи

 
     Механизм  защиты института права собственности  являлся центральным институтом в системе римского права, и охране этого института римское общество уделяло исключительно большое  внимание. Наиболее важными гражданско-правовыми средствами охраны права собственности были вещные иски. Римское право необходимо рассматривать как систему исков, но поскольку товарно-денежные отношения разнообразны и многогранны, то существовало большое количество исков, каждый из которых защищал то или иное право, но, несмотря на это, система исков представляла собой строго упорядоченную и иерархическую систему. На защиту права собственности был направлен ряд исков, как вещных, которых римское право знало несколько видов: виндикационный (rei vindicatio), негаторный (actio negatoria), иск Публициана (actio Publiciana)1, иск о воспрещении (actio prohibitiria), - так и личных.
     Виндикационный  иск. По мнению Новицкого, "виндикационный иск носил исторически процессуальное наименование rei vindicatio, регламентированное правом поведения собственника по розыску и возвращению своей вещи - где нахожу свою вещь, там и виндицирую ее (ubi rem meam invenio, ibi vindico)"2. Параллельно развивалось и материально-правовое понятие виндикации как требование невладеющего собственника к владеющему несобственнику о возврате ему вещи. Истцом в этом иске выступал собственник, утверждавший, что требует свою вещь. Ответчиком признавался всякий владелец вещи в момент возбуждения спора. Отношение между сторонами устанавливалось при содействии магистрата, позднее судьи, выяснявшего, кто из сторон владеет спорной вещью (независимо от основания владения) и, следовательно, кто явится ответчиком в процессе о собственности.
     Материальное  содержание виндикации было раскрыто при формулярном процессе, в так называемой петиторной формуле, которая выдавалась претором истцу и направлялась на реституцию вещи. Интенция этого иска прямо ставила вопрос о принадлежности предмета спора истцу на праве собственности, а также уточняла и индивидуализировала предмет, о котором идет спор. Истец должен был установить тождество принадлежавшего ему и отыскиваемого им предмета. Это доказательство могло иногда быть достаточным, чтобы избавить от дальнейшего видения процесса при безнадежности шансов ответчика. Вот почему юристы прибегали, прежде чем предъявить виндикацию, к личному иску против того, у кого находился предмет, с требованием предъявить его для осмотра истцом. Этот иск носил личный характер и назывался actio ad exhibendum3. Этим иском пользуется собственник для определения, является ли сторона, с которой он начнет петиторное производство, владеющей. Практически круг ответчиков по виндикации был очень расширен. Наряду с владельцами этот иск охватывал и простых держателей - нанимателей, арендаторов, поклажепринимателей и т.д., которые отвечали и по искам из-за заключенных ими договоров, и по искам собственника. По-видимому, это тяжело отразилось на их положении, так как понадобился специальный закон (начало IV в. н.э.), предоставивший держателям, у которых вытребовался участок, называть суду лиц, от имени которых они осуществляли держание, с тем чтобы тяжесть процесса легла на последних4.
     Ответчик  мог отказаться вступить в спор о  собственности, так как никто  против воли не принуждается отстаивать вещь. Наконец, упомянутая выше actio ad exhibendum в качестве личного иска не допускала уклонение ответчика. В праве Юстиниана к уклоняющемуся от выдачи предмета ответчику применялось принуждение. При вступлении ответчика в процесс за ним оставалась возможность оспаривать приводимые истцом доказательства своего права собственности. При договорных способах приобретения ответчик мог оспаривать основания и способы приобретения не только истца, но и всех предшественников, восходя до законного начала владения. Истцу приходилось воспроизводить всю историю переходов права собственности от начала завладения. Средневековые юристы называли по этому доказательство в виндикационном иске дьявольским. Правда, благодаря введению сроков приобретательной давности это доказывание законных переходов могло ограничиваться пределами законных сроков давности.
     Основной  целью иска было, как указывает  петиторная формула, возвращение вещи в соответствующем состоянии, со всеми плодами и приращениями, с обязанностью возмещения ущерба от гибели, повреждения, ухудшения, а также представление обеспечения на случай возможного ущерба. Однако при возвращении вещи истцу судья обязывал последнего возместить ответчику издержки, понесенные им на вещь. В соответствии с общей тенденцией формулярного процесса и формулы петиторного иска ответчик по виндикации мог быть присужден к уплате истцу определенной денежной суммы, а не к выдаче самой вещи. Поэтому важно было сделать из оценки предмета средство побудить ответчика к выдаче вещи. Истец давал оценку вещи под присягой. Таким образом создавалась конструкция процессуальной продажи объекта виндикации истцом ответчику, чтобы оправдать сохранение последним объекта спора за собой.
     Негаторный  иск. Он понимался как требование собственника, не утратившего обладание  вещью, об устранении препятствий в осуществлении права собственности. Таким образом, этот иск принадлежал владеющему собственнику и был направлен против всяких серьезных и реальных посягательств с чьей-либо стороны на его собственность в виде присвоения права сервитутного или сходного пользования (прохода или проезда через его участок, пристройки к его стене своих сооружений). Собственник отрицал за ответчиком такое право (почему иск и назывался негаторным). Истец должен был доказать свое право собственности и нарушение его ответчиком. Свободу своей собственности он не должен был доказывать, ибо это всегда предполагалось, а за ответчиком оставалось доказывать свое право на ограничение полноты прав истца. Истец при этом мог требовать гарантии своей собственности от нарушений в будущем. Связанные с нарушением выгоды ответчика и нанесенные убытки подлежали возвращению и возмещению истцом. В случае оспаривания размеров возмещения на помощь приходила оценка спора по аналогии с виндикацией.
     Прогибиторный иск. Параллельно негаторному иску существовал еще иск о воспрещении - actio prohibitoria. Здесь интенция выражена положительно в пользу истца, который требовал свободы своей собственности и доказывал только свое право воспрещения вмешательства со стороны ответчика. Последний мог выставлять возражение и доказывать свои полномочия подобно преторскому собственнику против иска квиритского собственника.
     Иск Публициана. Этот иск был создан в I в. до н.э. для защиты бонитарного  собственника и лица, добросовестно  приобретшего вещь от несобственника. Новицкий считал, что "это был петиторный иск, существенно отличавшийся от владельческих интердиктов. В последних допускались только возражения о порочности владения противника (но не об отсутствии у него права), в публициановском же иске ответчик, у которого требовали спорную вещь, мог доказывать свое право на нее"5. Поэтому классическая юриспруденция разделяла фигуры добросовестного владельца и публициановского собственника, ставя право последнего наряду с квиритской собственностью. Этот иск одинаково защищал бонитарного собственника и добросовестного владельца, получивших вещь, относившуюся к числу res mancipi, путем traditio. Классическая же юриспруденция расширила действие иска и на случай приобретения res nec mancipi. В публициановском иске допускалась фикция, что владелец провладел давностный срок. В остальном требовалось соблюдение тех же реквизитов, которые были установлены для давности. В частности, истец должен был быть добросовестным владельцем и основывать свое владение на законном основании, способном оправдать переход права собственности. Доказательство этих моментов (владение, bona fides, iustus titulus) дополнялось еще особым требованием относительно объекта добросовестного владения: он должен был быть вещью, годной к давностному владению (res habilis), которое не допускалось в отношении вещей ворованных или насильно отнятых. Значение этого иска для добросовестных владельцев и для собственников в деле охраны и возвращения им вещей от третьих лиц было велико. Таким образом, публицианов иск, наряду с виндикацией, служил делу охраны той же собственности.
     Кроме указанных выше исков, которые могли  предъявляться против любого нарушителя права собственности, она защищалась и рядом исков, направленных лично  против нарушителя в соответствии с особым характером его действий. Сюда относились многочисленные иски из правонарушений: actio furti, actio legis Aguiliae, actio iniuriarum и другие. Современный механизм защиты прав собственности, принятый в большинстве ведущих государств, строится на принципах трехтысячелетней давности, разработанных в Римской империи, и Российская Федерация здесь не является исключением. 
 
 

1.2 Понятие защиты права собственности

 
     В настоящее время ни в теории гражданского права, ни в общей теории права  нет достаточной ясности, что следует понимать под защитой права собственности, каковы ее юридическая природа и содержание, роль в механизме правового регулирования и взаимосвязь с другими правовыми категориями и др.
     Для определения права на защиту собственности следует рассмотреть правовую природу права на защиту в его материально-правовом значении.
     Исследуя  в данном аспекте право на защиту, В.П. Грибанов уточняет, что под защитой  гражданских прав следует понимать возможность применения в отношении  правонарушителя мер принудительного воздействия6.
     Приведенное выше мнение поддержано Н.Г. Александровым7, С.С. Алексеевым8, А.Б. Венгеровым9, В.В. Лазаревым10, Н.И. Матузовым11, В.М. Сырых12 и др.
     В литературе указывается, что принудительный характер субъективного права есть неотчуждаемое качество дозволенного поведения13. Возможность прибегать в необходимых случаях к принудительной силе государственного аппарата существует не параллельно с другими закрепленными в субъективном праве возможностями, а свойственна им самим, так как без этого они не были бы юридическими возможностями14.
     Другие  цивилисты, соглашаясь с тем, что  способность к защите содержится в самом субъективном праве, рассматривают  ее диалектически, с позиций развития процесса осуществления субъективного  права, в которых защита является одним из этапов такого процесса. Иными словами, возможность требования предлагается воспринимать в качестве элемента содержания, отсутствующего в момент возникновения субъективного права и проявляющегося исключительно в результате состоявшегося посягательства. Способность правоохранительного характера является хотя и обособленной, но составляющей частью нарушенного права15.
     Так, О.А. Минеев пишет, что, рассматривая право  на защиту в качестве одной из возможностей собственника, мы вместо традиционной триады правомочий собственника: владение, пользование и распоряжение - получаем дополнительное четвертое правомочие - правомочие на защиту, что, по его мнению, недопустимо16.
     Представитель иной точки зрения - О.В. Иванов - полагает, что право на защиту не есть свойство самого субъективного права, а есть самостоятельное право, хотя и тесно связанное с субъективным правом17.
     А.И. Базилевич, придерживаясь аналогичного мнения, указывает, что право на защиту является самостоятельным субъективным гражданским правом, установленным Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами и международно-правовыми актами, и существует объективно, т.е. независимо от того, нуждается в нем носитель этого права в данный конкретный момент или нет18.
     Однако  нам представляется, что понятие  защиты права собственности в  материально-правовом смысле не вписывается  ни в одну из названных концепций  в силу следующего.
     Все вышеприведенные мнения противоречат общему понятию субъективного права, которое неизбежно включает два вида возможностей: "определять собственное поведение и требовать соответствующего поведения от обязанных лиц. При этом акцентируется внимание на единство этих двух сторон, но не на противопоставление с точки зрения приоритета одного из них"19.
     Следовательно, содержание субъективного гражданского права собственности с материально-правовой точки зрения представляет две группы возможностей:
     а) собственник может прикладывать определенные усилия для достижения позитивного интереса, то есть владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом в соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации;
     б) может защищать свое право самостоятельно как посредством самозащиты, так  и посредством применения мер оперативного воздействия, а также требовать защиты права собственности юрисдикционными органами путем применения мер принудительного воздействия.
     Таким образом, содержание права на защиту составляет второй элемент сформулированного  нами содержания права собственности.
     В свою очередь, те возможности, которые  включает в себя правомочие на защиту собственности, условно можно назвать  материально-правовыми и процессуальными20.
     Материально-правовое содержание права на защиту включает в себя:
     1. Возможность управомоченного лица  использовать дозволенные законом  средства принудительного воздействия  на правонарушителя, защищать  принадлежащие ему права собственными  действиями фактического порядка  (самозащита).
     2. Возможность применения управомоченным лицом в отношении обязанного лица так называемых мер оперативного воздействия или мер, близких к самозащите21.
     К процессуально-правовым возможностям относится возможность управомоченного  обратиться к органам государственной  власти и местного самоуправления либо общественным объединениям с требованием понуждения обязанного лица к определенному поведению22.
     В связи с изложенным логичен вывод  о том, защита права собственности  обеспечивается не только в форме  юрисдикционной деятельности соответствующих  органов, но и действиями самих заинтересованных лиц в правоотношении, то есть действиями управомоченного или обязанного лица. Защита права в этих случаях достигается в результате действий фактического порядка и протекает вне юрисдикционной (процессуальной) формы.
     Поскольку понятие защиты права собственности  в качестве составной части субъективного  права собственности является ключевым для проводимого нами исследования, следует сформулировать его определение. В науке гражданского права защитой  права называют меру дозволенного поведения управомоченного лица, выраженную в возможности самостоятельно или посредством юрисдикционных органов применить в отношении обязанного лица меры государственно-принудительного характера с целью устранения препятствий в осуществлении субъективного права либо восстановления его в прежнее положение или наказания за нарушение23. Полагаем, что данное определение в большей степени учитывает представление о праве собственности как самостоятельном субъективном праве, поэтому следует внести заметные коррективы, формулируя понятие защиты права собственности.
     Таким образом, по нашему мнению, под защитой  права собственности следует  понимать предоставленную в рамках права собственности возможность  самостоятельно либо посредством применения мер государственно-принудительного воздействия обеспечить беспрепятственное осуществление правомочий собственником. 

    1.3 Способы защиты права собственности

 
    Различают две основные формы защиты - юрисдикционную и неюрисдикционную. Юрисдикционная форма защиты есть деятельность уполномоченных государством органов по защите нарушенных или оспариваемых субъективных прав.
    В рамках юрисдикционной формы защиты, в свою очередь, выделяют общий и  специальный порядок защиты нарушенных прав. По общему правилу, защита гражданских прав (в том числе права собственности) осуществляется в судебном порядке. Судебную власть осуществляют суды общей компетенции, арбитражные и третейские суды.
    В качестве средства судебной защиты гражданских  прав выступает иск, т.е. обращенное к суду требование об отправлении правосудия, с одной стороны, и обращенное к ответчику материально-правовое требование о выполнении лежащей на нем обязанности или о признании наличия или отсутствия правоотношения, с другой стороны. Судебный или, как его нередко называют, исковой порядок защиты, применяется во всех случаях, кроме тех, которые особо указаны в законе.
    Специальным порядком защиты гражданских прав и  охраняемых законом интересов, в  соответствии со ст.11 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует признать административный порядок их защиты. Он применяется в виде исключения из общего правила, т.е. только в прямо указанных в законе случаях. Средством защиты гражданских прав, осуществляемых в административном порядке, является жалоба, подаваемая в соответствующий управленческий орган лицом, права и законные интересы которого пострадали в результате правонарушения.
    В некоторых случаях, в соответствии с законом, применяется смешанный, т.е. административно-судебный порядок  защиты нарушенных гражданских прав. В этом случае потерпевший, прежде чем предъявить иск в суд, должен обратиться с жалобой в государственный орган управления.
    Неюрисдикционная  форма защиты охватывает собой действия граждан и организаций по защите гражданских прав и охраняемых законом  интересов, которые совершаются ими самостоятельно, без обращения за помощью к государственным и иным компетентным органам. В ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные действия объединены в понятие «самозащита гражданских прав».
    Защита  гражданских прав и охраняемых законом интересов обеспечивается применением предусмотренных законом способов защиты.
    Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации называет одиннадцать способов защиты гражданских прав. К ним относятся:
    признание права;
    восстановление положения, существовавшего до нарушения права и
         пресечение действий, нарушающих  право или создающих угрозу  его      нарушения; 
    признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки;
    признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления;
    самозащита права;
    принуждение к исполнению обязанности в натуре;
    возмещение убытков;
    взыскание неустойки;
    компенсация морального вреда;
    прекращение или изменение правоотношения;
    неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону.
    Кроме того, допускается возможность использовать и другие методы защиты, кроме названных в ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, если на этот счет есть прямое указание в законе.
 

     ГЛАВА 2. ЮРИСДИКЦИОННЫЕ ФОРМЫ  ЗАЩИТЫ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

    2.1 Виндикационный иск

 
     Среди гражданско-правовых средств защиты права собственности особое место занимают иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения – виндикационные иски (ст.301 Гражданского кодекса Российской Федерации).
     Под виндикационным иском понимается внедоговорное  требование невладеющего собственника к фактическому владельцу имущества о возврате последнего в натуре.
     Объектом  права собственности являются индивидуально-определенные вещи. Поэтому защита права собственности  сводится, в конечном счете, к защите права собственника осуществлять полномочия владения, пользования, распоряжения в отношении конкретной вещи, состоящей в его собственности. Защиту права собственности следует отличать от защиты имущественных интересов собственника, которая может производиться различными способами, например, путем признания сделок недействительными, возмещения убытков и т.п.
     Защита  права собственности непосредственно  осуществляется способами, применимыми  в отношении конкретной индивидуально-определенной вещи, именно эти способы составляют предмет регулирования гл.20 Гражданского кодекса Российской Федерации. К способам защиты права собственности относятся истребование имущества из чужого незаконного владения, которое принято именовать виндикационным иском (ст.ст.301-303 Гражданского кодекса Российской Федерации).
     Например: Комитет по управлению муниципальным имуществом города Уфы (далее истец) обратился в арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к ООО "Производственно-коммерческая фирма "Белый голубь" (далее ответчик) об истребовании имущества из чужого незаконного владения (об освобождении занимаемого нежилого помещения). Стороны подписали договор аренды нежилого помещения, срок был определен в 4 года. В соответствии с п. 2 ст. 609, п. 2 ст. 651 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды недвижимого имущества, заключаемый на срок не менее одного года подлежит государственной регистрации. Согласно п. 3 ст. 433, п. 2 ст. 651 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации. Однако ответчик государственную регистрацию не произвел, от регистрации уклоняется. При таких обстоятельствах дела суд считает договор незаключенным. Исковые требования доказаны материалами дела и в силу п. 2 ст. 609, п. 2 ст. 651, п. 3 ст. 433 и ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат удовлетворению24.
     Виндикационным  иском защищается право собственника в целом, т.е. все правомочия собственника, поскольку он предъявляется в  тех случаях, когда нарушены права  владения, пользования и распоряжения одновременно.
     Собственник временно лишен возможности осуществлять все три правомочия, однако право  собственности за ним сохраняется  и служит основанием для предъявления иска об изъятии вещи у незаконного  владельца.
     Объект  виндикации - всегда индивидуально-определенная вещь, сохранившаяся в натуре. Поскольку содержание виндикации составляет требование о восстановлении владения вещью, а не о замене ее другой вещью того же рода и качества, виндикационный иск нельзя предъявлять относительно вещей, определенных только родовыми признаками, либо не сохранившихся в натуре (например, когда спорная вещь обезличена, или строение капитально перестроено, а не просто отремонтировано новым владельцем). При отсутствии предмета виндикации можно предъявить лишь обязательственно-правовое требование о возмещении убытков.
     В подтверждение можно привести следующий  пример. В Арбитражный суд Республики Башкортостан обратилось ОАО "Уфаагропромсервис" с иском к ОАО "Уфимский промкомбинат" об истребовании имущества из чужого незаконного владения, которое истец передал ответчику на ответственное хранение. Письменного договора стороны не заключали. В этом споре истец не смог доказать свое право собственности на истребуемое имущество (не предоставил оригиналы документов подтверждающие право собственности). Поэтому суд решил в иске отказать25.
     Истцом  по виндикационному иску может быть собственник вещи, притом собственник, который вещью не владеет в  момент предъявления иска.
     Однако  практика, в соответствии со смыслом  закона, установила из этого правила изъятие. Если имущество является государственной собственностью, то виндикационный иск предъявляет от своего имени юридическое лицо, в оперативном управлении которого находится имущество и которое наделено правомочиями владения, пользования и распоряжения (ст.214 ч.3 и ст.125 Гражданского кодекса Российской Федерации). Это находит свое подтверждение в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по делу об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Там сказано, что согласно статьям 301, 303 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения и при этом вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения.
     Права, предусмотренные приведенными статьями Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на другом вещном праве либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором (статья 305 Кодекса)26.
     Если  незаконно владеющее лицо к моменту  предъявления иска передало вещь другому  лицу (продал, подарил и т.п.), то иск должен быть предъявлен к тому лицу, у которого фактически эта вещь находится. Притом такой владелец должен быть незаконным.
     Незаконным  владельцем следует считать не только лицо, самостоятельно завладевшее вещью (например, похищение или присвоение), но также и того, кто приобрел вещь у лица, не управомоченного распоряжаться ею. Но в таких ситуациях иногда заявляются иски о признании сделки недействительной. Президиум Высшего Арбитражного суда по этому поводу придерживается однозначной позиции. Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
     В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.98 N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случае, когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество27.
     Если  в такой ситуации собственником  заявлен иск о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, и при разрешении спора будет установлено, что покупатель отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю (статья 302 Гражданского кодекса Российской Федерации), в удовлетворении искового требования о возврате имущества должно быть отказано28.
     К лицу, владеющему имуществом на законном основании, хотя и не являющемуся  собственником, виндикационный иск  не может быть предъявлен (например, к нанимателю).
     Незаконное  владение означает, что лицо владеет имуществом без какого-либо основания или владеет им по порочному основанию, не охраняемому законом. Незаконным владельцем является и лицо, ранее владевшее имуществом на законном основании, если это основание в дальнейшем отпало (истечение срока договора имущественного найма).
     Незаконным  владельцем является лицо, похитившее вещь, присвоившее находку, приобретшее  вещь у лица, не управомоченного  на ее отчуждение и т.п. При этом не требуется, чтобы лицо, приобретшее  вещь, было виновным (хотя бы в форме неосторожности). Достаточно, чтобы основание владения было объективно незаконным.
     Объектом  виндикационного иска является только индивидуально-определенная вещь, которая  должна существовать в натуре к моменту  предъявления иска. Если индивидуально-определенная вещь погибла (или родовая вещь смешана с другими вещами того же рода), то цель виндикационного иска не может быть достигнута. Поэтому виндикационный иск не может быть предъявлен, поскольку вещи в натуре нет. Если предмет взыскания погиб или уничтожен после предъявления иска, к моменту рассмотрения дела, то виндикационный иск также не может быть удовлетворен. В указанных случаях отсутствуют основания в силу того, что право собственности прекращается вследствие уничтожения его объекта.
     Имущественные интересы собственника могут быть защищены с помощью других правовых средств, в частности, иском по обязательству  из причинения вреда. Вопрос о возможности  изъятия индивидуально-определенной вещи, подвергшейся изменениям, переработке, должен решаться в зависимости от характера таких изменений, их существенности. Если вещь изменила свое первоначальное назначение в результате переработки, следует признать, что оснований для виндикации нет, возникают последствия, аналогичные гибели вещи, собственник имеет право лишь на возмещение убытков.
     Если  вещь сохранила свое хозяйственное  назначение, судьба произведенных улучшений  должна быть решена в соответствии с правилами ст.303 Гражданского кодекса Российской Федерации.
     Добросовестный  приобретатель (владелец) вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждений вещи. Если такое отделение невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости вещи.
     Как уже было сказано выше, предмет  виндикационного иска незаменим, и  ответчик обязан возвратить собственнику именно ту вещь, на которую последний  имеет право собственности. И, по общему правилу, возвращение в натуре вещи полностью отвечает интересам собственника, является основным требованием виндикации. Но в отдельных случаях собственник может предпочесть возврату вещи в натуре возмещение стоимости ее в деньгах, поскольку изъятие вещи по тем или иным причинам оказывается нецелесообразным. Подобные расчеты владельца вещи с собственником не противоречат закону и допускаются судебными органами.
     Виндикационный  иск относится к тем способам защиты гражданских прав, когда присуждается исполнение в натуре. При присуждении  взыскателю определенных предметов, указанных в решении суда, судебный пристав-исполнитель производит изъятие этих предметов у должника и передает их взыскателю. Вместе с тем предъявление виндикационного иска не исключает предъявление иска о возмещении убытков, причиненных лишением владения.
     Виндикационный  иск следует отграничивать от исков, тоже направленных на индивидуально-определенную вещь, но основанных на обязательственных  отношениях, уже существовавших между  сторонами требованиях. Последствия  неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь (ст.398 Гражданского кодекса Российской Федерации) исходят из того, что право собственности на вещь еще не перешло к истцу, а потому виндикационный иск не может быть предъявлен. В информационном письме Высшего Арбитражного Суда от 28 апреля 1997 г. № 13 в п. 17 говорится, что виндикационный иск может быть предъявлен лишь при отсутствии обязательственных отношений между сторонами или после того, как обязательственные отношения прекратились (до их прекращения владение вещью опирается на законное основание)29.
     Огромное  значение в деле защиты права собственности  имеет ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая закрепляет изъятие из общего правила, установленного ст.301 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривая случаи, когда собственник не может истребовать свою вещь из чужого владения. Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также уточняет, при применении статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен30.
     Исключение  из общего принципа устанавливается, когда  кроме интересов собственника имеется  другой, заслуживающий внимания интерес - интерес добросовестного приобретателя, и законодатель отдает ему предпочтение. Он устанавливает, что, как правило, подлежит защите интерес добросовестного приобретателя. Защита производится по принципу ограниченной виндикации. Ограниченная виндикация применяется лишь в отношении добросовестного незаконного приобретателя, который возмездно приобрел имущество у лица, не имевшего права его отчуждать.
     Законодатель  решает вопрос об истребовании вещи у  добросовестного приобретателя  в зависимости от того, как приобретена  вещь - возмездно или безвозмездно. Согласно ч.2 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации, при безвозмездном приобретении имущества от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях. Нередко указанное правило закона истолковывается в литературе и на практике в том смысле, что вещь может быть изъята собственником у любого безвозмездного приобретателя, например, у одаряемого, к которому вещь поступила от добросовестного возмездного приобретателя. С этим, конечно, нельзя согласиться. По сути дела такое расширительное толкование закона лишает добросовестных возмездных приобретателей, ставших собственниками имущества, права дарить имущество, передавать его по наследству и т.д., т.е. вводит не основанные на законе ограничения права собственности. Сторонники этой точки зрения не учитывают того, что правило ч.2 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации рассчитано на случаи, когда отчуждатель не управомочен на отчуждение вещи. Если же сам отчуждатель стал собственником вещи, уже не имеет значения, на каких условиях он передает вещь третьему лицу. Не безупречен и положенный в основу предлагаемого решения принцип распределения материальных убытков. Приводимая обычно ссылка на то, что добросовестный безвозмездный приобретатель в случае отобрания у него вещи ничего не теряет, весьма относительна, поскольку любое изъятие имущества из владения представляется вполне реальной утратой. Поэтому интересы приобретателя, к которому имущество поступило безвозмездно от неуправомоченного отчуждателя, подлежат юридической защите.
     При применении ч.2 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает и другой вопрос. Вполне возможна ситуация, когда безвозмездный приобретатель имущества от лица, не имевшего права на его отчуждение, реализует это имущество путем возмездной сделки. Допустима ли виндикация в этом случае? Буквальное толкование ч.2 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации означает, что если имущество безвозмездно перешло от неуправомоченного отчуждателя, то, независимо от его последующей судьбы, оно может быть виндицировано во всех случаях. Такое толкование, однако, представляется не соответствующим истинному смыслу закона. Добросовестный возмездный приобретатель имущества, прошедшего через руки безвозмездного приобретателя, ничем, по существу, не отличается от неуправомоченного отчуждателя. Поэтому следует признать, что ч.2 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется лишь тогда, когда безвозмездный приобретатель от неуправомоченного отчуждателя выступает в качестве ответчика по иску.
     Незаконный  приобретатель вещи считается добросовестным, если он не знал и не мог знать, что  лицо, которое передало ему вещь (имущество), не имело на это право. Если же он об этом знал или по обстановке должен был знать, что он приобрел вещь не у собственника, то он признается недобросовестным приобретателем31. По господствующему в литературе мнению, для признания приобретателя недобросовестным недостаточно простой неосмотрительности, а требуется умысел или грубая неосторожность.
     От  добросовестного приобретателя, которому вещь была отчуждена возмездно, собственник  не вправе истребовать свою вещь. В  этом случае закон защищает добросовестного  приобретателя даже по отношению  к собственнику. При отсутствии такого решения вопроса гражданский оборот был бы невозможен, люди опасались бы отчуждать вещи и приобретать их. Защита добросовестного приобретателя имеет важное практическое значение. Конституционный суд Российской Федерации в постановлении № 6-П от 21.04.2003 г. говорит, что собственник может истребовать свое имущество от добросовестного приобретателя, если оно приобретено от лица, которое не имело права его отчуждать только в случае, когда это имущество выбыло из владения собственника помимо его воли32.
     В соответствии со ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя лишь в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
     Если  более подробно говорить о добросовестных приобретателях то в первую очередь необходимо указать на постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда от 25 февраля 1998 года № 8 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»33. В п.25 этого документа отмечается, что если по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, и в такой ситуации собственником заявлен иск о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, а при разрешении спора будет установлено соответствие покупателя требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю (ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации), то в удовлетворении исковых требований о возврате имущества должно быть отказано, и если право собственности подлежит государственной регистрации, решение суда является основанием для регистрации перехода права собственности к покупателю.
     Таким образом, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, по существу, квалифицировал отказ в удовлетворении виндикационного иска в качестве основания возникновения права собственности у ответчика (добросовестного приобретателя) и, соответственно, прекращения права собственности у истца (собственника). Таким образом, сложилось положение, в котором попытка собственника защитить свои права посредством предъявления виндикационного иска или иска о возврате исполненного по недействительной сделке могла повлечь обратный эффект – полную утрату истцом права собственности, если приобретатель докажет, что имущество было приобретено им хотя и у неуправомоченного отчуждателя, но добросовестно и возмездно, а собственник не сможет доказать, что истребуемое имущество выбыло из его владения помимо его воли.
     В 2003 году вопрос о соотношении требований о возврате исполненного по недействительной сделке и виндикационного иска оказался и в поле зрения Конституционного Суда Российской Федерации. В п. 2 постановления от 21 апреля 2003 года № 6-П Конституционный Суд отметил, что по смыслу ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с другими конституционными нормами права владения, пользования и распоряжения имуществом обеспечиваются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота, поэтому в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица – владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся, по мнению Конституционного Суда Российской Федерации, и права добросовестных приобретателей.
     Подытоживая эту часть постановления, Конституционный  Суд Российской Федерации сделал вывод о том, что федеральный законодатель, осуществляя регулирование оснований возникновения и прекращения права собственности и других вещных прав, а также оснований и последствий недействительности сделок, должен предусматривать такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота, так как в противном случае для широкого круга добросовестных приобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск неправомерной утраты имущества.
     То  обстоятельство, что истребование имущества  у добросовестного приобретателя  может оказаться невозможным  вследствие применения правил ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, вовсе не означает, что с момента вступления в силу судебного решения у приобретателя возникает право владения или право собственности (хотя Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, как уже упоминалось, придерживается прямо противоположного мнения: «… если право собственности подлежит государственной регистрации, решение суда является основанием для регистрации перехода права собственности к покупателю (добросовестному приобретателю)). Точно также отказ в виндикационном иске по мотивам пропуска истцом срока исковой давности влечет оставление имущества во владении ответчика, что не придает владению законного характера и не превращает фактическое владение в право владения или право собственности. Интересы такого незаконного фактического владельца в случае нарушения владения третьими лицами защищаются по правилам п. 2 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.
     Важно также обратить внимание, что защиту интересов добросовестного приобретателя, по мнению Конституционного Суда Российской Федерации, может обеспечить  только федеральный законодатель (а не высшие судебные органы) и только при осуществлении правового регулирования оснований возникновения и прекращения права собственности, а также оснований и последствий недействительности сделок (а не каких-либо иных отношений).
     В п. 3.1 постановления Конституционный  Суд Российской Федерации практически дословно воспроизводит п. 25 постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации № 8, а также указывает, что «из ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, следует, что на сделку, совершенную с нарушением закона, не распространяются общие положения о последствиях недействительности сделки, если сам закон предусматривает «иные последствия» такого нарушения». Поскольку добросовестное приобретение в смысле ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является, по мнению Конституционного Суда Российской Федерации, не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Отсюда Конституционный Суд Российской Федерации делает имеющий принципиальное значение вывод о том, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пп. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а допустимой является лишь защита путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого есть те предусмотренные ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).
     Также Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что иное истолкование положений пп. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, то есть требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет о первой сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих сделок, чем нарушались бы вытекающие, по мнению суда, из Конституции установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.
     Оценивая  обоснованность доводов Конституционного Суда Российской Федерации, следует отметить, что правило п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможности предъявления требования о применении последствий недействительности сделки любым заинтересованным лицом не предусматривает каких-либо изъятий, в том числе возможность применения таких последствий не ставится в зависимость от возможности удовлетворения виндикационного иска. Отказ в удовлетворении виндикационного иска в соответствии со ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации – это вовсе не последствие нарушения закона при совершении сделки, а последствие наличия совокупности совершенно других юридических фактов – возмездности и добросовестности приобретения имущества и его выбытия из владения собственника по воле последнего. По тем же причинам нет ни каких оснований считать отказ в удовлетворении виндикационного иска и «иными последствиями» в смысле п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть иными последствиями недействительности сделки.
     Поэтому существующее состояние гражданского законодательства позволяет собственнику предъявить более удобный для  него виндикационный, то есть вещно-правовой, иск с расчетом на его удовлетворение лишь в случае, если для отказа в  таком иске нет оснований, предусмотренных ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если же рассчитывать на удовлетворение виндикационного иска ввиду наличия указанных оснований не приходится, собственник вправе прибегнуть к более сложному способу защиты своих интересов – последовательному предъявлению требований о возврате спорного имущества каждому из отчуждателей вплоть до возврата самому собственнику.
     Конечно такая ситуация не способствует стабильности гражданского оборота, и здесь Конституционный  Суд Российской Федерации был прав. Дело в том, что согласно п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности может прекращаться лишь по основаниям, предусмотренным законом. Ни ст. 302, ни какая-либо иная норма Гражданского кодекса Российской Федерации так и не легитимировали отказ в удовлетворении виндикационного иска в качестве основания прекращения права собственности на спорное имущество у собственника и возникновения этого права у добросовестного приобретателя. Между тем, как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации, придать стабильность гражданскому обороту в рассматриваемом аспекте могло бы лишь внесение соответствующих дополнений в Гражданский Кодекс Российской Федерации.
     В качестве примера можно привести Германское гражданское уложение, ст. 932 которого содержит специальное указание на возникновение у приобретателя права собственности на приобретенное у неуправомоченного отчуждателя имущество, если приобретатель является добросовестным. Следует обратить внимание на то, что это основание возникновения права собственности действует лишь применительно к движимому имуществу. Оно является вполне самостоятельным и не зависит от предъявления собственником виндикационного иска к добросовестному приобретателю, то есть такой приобретатель вправе сам предъявить иск о признании права собственности на имущество по указанному основанию. Приобрести по такому основанию право собственности на недвижимое имущество невозможно, поскольку применительно к недвижимости ГГУ аналогичного правила не содержит34.
     Как известно недавно в Гражданский кодекс Российской Федерации были внесены изменения, в том числе касающиеся последствий отказа в удовлетворении виндикационного иска по мотивам добросовестности приобретателя. Речь идет об изменениях, внесенных в п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации. По общему правилу п.1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации (определяющей момент возникновения права собственности у приобретателя по договору) право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Такое «иное» правило предусмотрено, в частности, в п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации (таким случаем является отчуждение недвижимого имущества), право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Федеральным законом от 30 декабря 2004 года №217-ФЗ (ст.1) п.2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации был дополнен правилом, согласно которому недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя35.
     Внесенное в п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации дополнение весьма неоднозначно. Грамматическое и логическое толкование п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в его новой редакции возможно путем принятия во внимание того обстоятельства, что сама ст. 223 не устанавливает основания возникновения права собственности, а лишь определяет момент возникновения такого права у приобретателя имущества по договору. Однако при таком варианте толкования правило ст. 223: «недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя» - приводило бы к абсурдному выводу о том, что в случаях, когда имущество не может быть истребовано у добросовестного приобретателя, оно признается принадлежащим ему с момента государственной регистрации права собственности, а в случаях, когда имущество может быть у него истребовано, оно признается принадлежащим ему на праве собственности с какого-то другого момента.
     Неясность п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации связана также с возникающей неопределенностью понятия "добросовестный приобретатель" применительно к недвижимому имуществу. Дело в том, что в ст. 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет об истребовании имущества из чужого незаконного владения. После заключения договора об отчуждении недвижимого имущества (а в случае отчуждения жилого помещения или предприятия - после регистрации такого договора) недвижимое имущество может поступить во владение приобретателя как до, так и после регистрации перехода права собственности к приобретателю. Виндикационный иск может быть предъявлен как к приобретателю, которому имущество фактически передано, но право собственности которого на приобретенное имущество еще не зарегистрировано, так и к приобретателю, чье право собственности на переданное ему имущество уже зарегистрировано к моменту предъявления иска. Если в обоих случаях считать фактического владельца имущества добросовестным приобретателем в смысле ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, то при таком понимании добросовестного приобретателя отказ в удовлетворении виндикационного иска был бы возможен в каждом из этих случаев. Если же под приобретателем в смысле ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации понимать лишь второго из указанных приобретателей, то отказ в удовлетворении виндикационного иска возможен лишь во втором случае.
     Представляется, что правильным следует считать второе понимание добросовестного приобретателя. Такой вывод можно сделать на основании  п. 2 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. По отношению к неуправомоченному отчуждателю и добросовестному приобретателю собственник является третьим лицом. Если считать, что после передачи имущества приобретателю истребование собственником этого имущества стало невозможным, это означало бы изменение отношений между приобретателем и собственником вследствие передачи имущества, что противоречило бы п. 2 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации.
     Кроме того, следует учесть, что в п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет об имуществе, которое возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать. Именно поэтому в ст. 302 ГК РФ речь идет о добросовестном приобретателе, а не о добросовестном владельце. В силу п. 2 ст. 223 и п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может считаться отчужденным продавцом и приобретенным покупателем лишь с момента государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость. Поэтому новое правило п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть рассчитано лишь на случай, когда виндикационный иск предъявлен собственником к приобретателю после государственной регистрации перехода к нему права собственности (поскольку лишь с этого момента можно говорить об имуществе как о приобретенном) и поступления недвижимого имущества во владение приобретателя в соответствии со ст. 556 Гражданского кодекса Российской Федерации (до этого момента имущество остается во владении собственника, поэтому нет оснований для предъявления виндикационного иска).
     Как представляется, условия ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых имущество не может быть истребовано от добросовестного приобретателя, применимы не к любому недвижимому имуществу. Из правила ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможности истребования имущества из чужого незаконного владения существует изъятие. Оно установлено в п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации для случая, если нарушение права владения собственника связано с возмездным приобретением спорного имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, добросовестным приобретателем, то есть таким приобретателем, который не знал и не мог знать об отсутствии у отчуждателя правомочий на отчуждение имущества. При таких обстоятельствах собственник вправе истребовать имущество от добросовестного приобретателя лишь в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
     Отсюда  следует, что для целей применения установленного в п. 2 основания отказа в удовлетворении виндикационного иска факт нахождения отчуждаемого имущества во владении отчуждателя должен являться значимым условием для признания приобретателя добросовестным. Чтобы счесть отчуждателя управомоченным на отчуждение имущества, на момент заключения договора должны отсутствовать очевидные препятствия на стороне отчуждателя не только к заключению договора, но и к его исполнению. Любой договор купли-продажи или мены предусматривает обязанность продавца передать вещь (товар) покупателю (п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если передача вещи состоит во вручении ее приобретателю, то есть поступлении вещи в его владение (п. 1 ст. 224 Гражданского кодекса Российской Федерации), то для исполнения этой обязанности вещь должна находиться в непосредственном или опосредованном владении отчуждателя. Отсутствие такого владения у отчуждателя является достаточным основанием для того, чтобы усомниться в его способности передать вещь не только во владение, но и в собственность приобретателя.
     Момент  перехода права собственности на движимую вещь, согласно общему правилу п. 1 ст. 223 и п. 1 ст. 224 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется моментом поступления вещи во владение приобретателя. Именно это обстоятельство позволяет считать добросовестным поведение приобретателя, который предполагает владельца движимой вещи ее собственником.
     Применительно к недвижимому имуществу переход  права собственности к приобретателю  происходит в момент регистрации  отчуждения имущества (п. 2 ст. 223, п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому первостепенное значение для приобретателя имеет наличие у отчуждателя зарегистрированного права собственности на отчуждаемое имущество. Вместе с тем согласно п. 1 ст. 556 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность продавца передать недвижимость покупателю считается исполненной после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче. Поэтому нахождение недвижимого имущества во владении отчуждателя (насколько можно говорить о владении недвижимостью) служит дополнительным обстоятельством, убеждающим приобретателя в наличии у продавца правомочий на отчуждение имущества.
     Однако  передача недвижимого имущества  не всегда сопряжена с вручением  его приобретателю. Так, для передачи предприятия достаточно только подписания передаточного акта обеими сторонами (п. 2 ст. 563 Гражданского кодекса Российской Федерации), что по общему правилу п. 2 ст. 564 Гражданского кодекса Российской Федерации предшествует регистрации перехода права собственности на предприятие. Поэтому факт владения предприятием никак не влияет на возможность его отчуждения, в связи с чем предприятие всегда может быть истребовано от добросовестного приобретателя.
     От  правильного решения вопросов применения ст. 223, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации зависит и применение ст. 31.1 Федерального закона “О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним”36. Согласно п. 1 ст. 31.1 этого Закона собственник жилого помещения, который не вправе его истребовать от добросовестного приобретателя, а также добросовестный приобретатель, от которого было истребовано жилое помещение, имеют право на разовую компенсацию за счет казны Российской Федерации. Это правило может применяться лишь во взаимосвязи со ст. 223, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, если от добросовестного приобретателя имущество может быть истребовано, то это означает, что право собственности у него не возникало (п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому компенсацию в этом случае вряд ли можно называть компенсацией за утрату права собственности, к чему, казалось бы, обязывает название ст. 31.1 Закона – “Основания выплаты Российской Федерацией компенсации за утрату права собственности на жилое помещение”.
     Условия выплаты этой компенсации определены в п. 2 ст. 31.1 закона, в соответствии с которым она выплачивается в случае, если по не зависящим от собственника и добросовестного приобретателя причинам в соответствии с вступившим в законную силу решением суда о возмещении им вреда, причиненного в результате утраты права собственности на жилое помещение, взыскание по исполнительному документу не производилось в течение одного года со дня начала исчисления срока для предъявления этого документа к исполнению. При этом размер компенсации ограничен размерами реального ущерба (то есть стоимостью утраченного жилого помещения), но не может превышать один миллион рублей. Порядок ее выплаты должен быть установлен Правительством РФ, а сама ст. 31.1 Закона применяется лишь в случае, если государственная регистрация права собственности добросовестного приобретателя на жилое помещение была проведена после 1 января 2005 г. Для применения ст. 31.1 Закона необходимо, чтобы утрата права собственности была следствием не виновных действий регистрирующего органа (в этом случае причиненный вред, согласно ст. 31 Закона и ст. 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается за счет казны РФ в полном объеме), а неправомерных действий третьих лиц. Например, сделка купли-продажи жилого помещения и регистрация перехода права собственности на него совершены арендатором этого помещения, действующим в качестве представителя собственника на основании изготовленной арендатором по сговору с нотариусом подложной доверенности. В силу выбытия жилого помещения из владения собственника по его воле (добровольной передачи жилого помещения арендатору), возмездности приобретения имущества и добросовестности приобретателя собственнику будет отказано в удовлетворении иска к покупателю об истребовании жилого помещения. Однако собственник будет вправе предъявить иск о возмещении вреда к арендатору и нотариусу. После вступления в силу судебного решения об удовлетворении иска о возмещении вреда взыскателю выдается исполнительный лист, который предъявляется к исполнению.
     Вероятно, законодатель хотел видеть смысл  п. 2 ст. 31.1 Закона в том, что если в  течение года взыскание присужденной суммы в полном объеме не произведено, то оставшаяся невзысканной ее часть  выплачивается за счет казны Российской Федерации. Однако правило п. 2 ст. 31.1 Закона, согласно которому компенсация выплачивается в случае, если “взыскание по исполнительному документу не производилось”, по его буквальному смыслу означает, что право на компенсацию не возникнет, если в течение года по исполнительному документу будет взыскана хотя бы ничтожная часть присужденной суммы.
     Таким образом, проведенный выше анализ лишь некоторых вопросов, связанных с  применением ст. 223, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации и норм Закона о регистрации прав на недвижимость, показывает, что существует настоятельная и неотложная потребность в квалифицированном изменении и дополнении указанных норм. 

    2.2 Негаторный иск

 
     «Собственник  может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения» (ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации).
     Нарушение прав собственника, не связанных с  лишением владения, касаются двух других его правомочий - права пользования  и права распоряжения. Защита этих прав от нарушений, устранение препятствий к их осуществлению производятся с помощью негаторного иска.
     Если  нарушение прав собственника не повлекло прекращения владения имуществом, собственник  вправе предъявить негаторный иск.
     В арбитражный суд обратилось общество с ограниченной ответственностью с иском об устранении нарушения права собственности на нежилое помещение, не связанного с лишением владения.
     Из  представленных в арбитражный суд  документов следовало, что спорное  нежилое помещение принадлежит истцу на праве собственности. Указанное помещение соприкасается с помещением, арендуемым акционерным обществом. Акционерное общество установило металлическую дверь, которая на день рассмотрения спора замурована, чем закрыла доступ в помещение обществу с ограниченной ответственностью.
     Арбитражный суд исследовал представленные истцом доказательства, подтверждающие, что  вход в помещение возможен только из помещения акционерного общества.
     В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
     Поэтому в данной ситуации арбитражный суд  иск удовлетворил, обязав ответчика  устранить имеющее место препятствие  в пользовании нежилым помещением обществом с ограниченной ответственностью37.
     Примером  такого рода требований являются споры  по осуществлению прав владельцев соседствующих  строений и земельных участков (когда, в частности, один из них своими действиями создает помехи для осуществления прав другого, например, возводит строение или сооружение, закрывающее доступ света в окна соседа и т.п.).
     Наряду  с требованием об устранении уже  имеющихся препятствий в осуществлении  права собственности, негаторный иск  может быть направлен и на предотвращение возможного нарушения права собственности, когда налицо угроза такого нарушения. Например, с помощью негаторного иска собственник может добиваться запрета строительства того или иного сооружения уже на стадии его проектирования, если оно будет препятствовать пользоваться имуществом.
     Субъектом права на предъявление такого иска является собственник, сохраняющий  вещь в своем владении. Субъектом  обязанности становится нарушитель прав собственника, причем действующий  незаконно. Если препятствование в осуществлении правомочий собственника создается правомерными действиями, предъявлять негаторный иск нельзя. Придется либо оспаривать законность таких действий (но не с помощью негаторного иска), либо претерпевать их последствия.
     Объектом  требования по данному иску является устранение длящегося правонарушения (противоправного состояния), сохраняющегося к моменту предъявления иска. Поэтому правоотношение по негаторному иску не подвержено действию исковой давности. Негаторное требование можно заявить в любой момент, пока сохраняется правонарушение.
     Негаторный  иск может быть предъявлен в отношении  прекращения сервитута (ст.276 Гражданского кодекса Российской Федерации).
     По  требованию собственника земельного участка, обремененного сервитутом, сервитут может быть прекращен ввиду отпадения оснований, по которым он был установлен. Также в случаях, когда земельный участок, принадлежащий гражданину или юридическому лицу, в результате обременения сервитутом не может использоваться в соответствии с назначением участка, собственник вправе требовать по суду прекращения сервитута.
     Необходимо  также отметить, что виндикационный и негаторный иски в защиту своих  прав и интересов могут предъявлять  не только собственники, но и субъекты иных прав на имущество - все законные владельцы.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.