На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Возрастной аспект проблемы психомоторного развития ребенка

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 26.04.2012. Сдан: 2011. Страниц: 13. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ФУДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ
ГОУ ВПО  «НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕНЫЙ
ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ» 
 
 
 

Возрастной  аспект проблемы психомоторного развития ребенка  

 

СОДЕРЖАНИЕ
Введение 3
Глава 1. Понятие психомоторного развития 6
1.1 Понятие психомоторики 6
1.2 история развития психомоторики 8
1.3 Роль двигательной активности и психомоторики в жизни человека 20
Глава 2. Психомоторика как средство общения (речь, мимика, жесты) 25
2.1 Предпочтение в использовании одной из симметричных конечностей при осуществлении инструментальных действий 38
2.2 Соразмерность движений 42
Приложения 51
 
 

ВВЕДЕНИЕ
     Все многообразие поведенческих проявлений человека как в самых простых, так и в самых сложных формах выступает как его взаимодействие с объективным миром, опосредованное внешне двигательной активностью. Эта активность поведения, определяемого в широком смысле и как образ жизни, и как деятельность в ее различных видах, находит свое внешнее выражение через всевозможные движения, различные двигательные акты и действия.
     Двигательные  действия в составе различных видов человеческой деятельности выступают либо в качестве условий или средств их реализации либо как вспомогательный компонент, обеспечивающий саму возможность осуществления какой – либо деятельности. Кроме того, сочетания движений и двигательных действий могут быть направлены на достижение определенной моторной цели через решение ряда двигательных задач, представляя в этих случаях самостоятельный вид специфической человеческой деятельности – психомоторную деятельность. [10]
     Развитие  понятия «психомоторика» связано с именем великого русского физиолога И.М. Сеченова. Он впервые вскрыл важнейшую роль мышечного движения в познании окружающего мира. Идеи Сеченова сыграли решающую роль в понимании психомоторики как объективации в мышечных движениях всех форм психического отражения и в понимании двигательного анализатора, выполняющего гносеологическую и праксеологическую функцию, как интегратора всех анализаторных систем человека.
     Психомоторика непременно присутствует в самых различных проявлениях человеком активности:
    речи (сокращения мышц гортани и полости рта, жестикуляция)
    письма
    эмоциональной экспрессии (мимика, поза, экспрессивные движения)
    локомоции (ходьба, бег)
    инструментальных двигательных действий.
В психомоторике находят отражение состояния человека, его типические особенности (экстраверсия-интроверсия, свойства нервной системы), поэтому двигательные методики широко используются в психодиагностике.
     Закономерности  психомоторных процессов особенно важны в изучении и освоении таких производственных действий, где требуются высокая точность, соразмерность и координация движений. Чем сложнее, мощнее и подвижнее машины, которыми приходится управлять рабочему, тем выше требования к его психомоторике. Да и в других видах производственной деятельности она имеет немаловажное значение.[24]
 

Глава 1
ПОНЯТИЕ ПСИХОМОРНОГО РАЗВИТИЯ 

1.1. Понятие  психомоторика
     Понятие «психомоторное развитие ребенка» достаточно широко в него входят оценка функций зрения, слуха, остальных видов чувствительности; двигательная сфера начиная от оценки мышечного тонуса и способности держать голову у новорожденного и заканчивая осознанными движениями рук и тонкой пальцевой моторикой. Кроме того, к сфере психомоторного развития относятся всевозможные социальные контакты ребенка: узнавание материнского голоса, игры с ролевыми сюжетами.[25]
     Психомоторика или психомоторные процессы это  объективизация всех форм психического отражения определяемыми ими  движениями. Это понятие в психологию ввел И. М. Сеченов, хотя термин «психомоторные центры» существовал и раньше. Сеченов писал: «Жизненные потребности родят хотения, и уже эти ведут за собою действия; хотение будет тогда мотивом или целью, а движение действием или средством достижения цели. Когда человек производит так называемое произвольное движение, оно появляется вслед за хотением в сознании этого самого движения. Без хотения как мотива или импульса движение было бы вообще бессмысленно. Соответственно такому взгляду на явление двигательные центры на поверхности головного мозга называют психомоторными» [24. стр 516].
     Сеченову  принадлежат слова, ставшие классическими: «Смеется ли ребенок при виде игрушки, улыбается ли Гарибальди, когда его гонят за излишнюю любовь к родине, дрожит ли девушка при первой мысли о любви, создает ли Ньютон мировые законы и пишет их на бумаге везде окончательным фактом является мышечное движение» [24, стр 9]
     Иногда  говорят, что «психомоторика это  реализация психической деятельности
     Психомоторика - совокупность сознательно регулируемых двигательных актов. Совершенствуется и дифференцируется в течение всей жизни человека; состояние психомоторики отражает уровень физического и психического развития, развитие речи, особенности конституции и воспитания. Психомоторика является важным критерием оценки психического статуса, необходимым для диагностики заболевания.
     Изучение  характера психомоторики как конституционального свойства личности позволяет выделить четыре основных типа: циклотимически-пикнический, шизотимический, атлетический и лабильно-инфантильный. Для циклотимически-пикнического типа характерна естественная осанка, свободная выразительная мимика и жестикуляция, плавная ритмичная походка, способность к длительным физическим нагрузкам. Шизотимический тип отличается неравномерностью и угловатостью движений, особенностью походки (недостаточная ритмичность, чередование чрезмерной напряженности движений и расслабленности), невыразительностью мимики и быстрой истощаемостью. Атлетическому типу свойственна подтянутость осанки, твердость походки и высокая работоспособность. Лабильно-инфантильный тип характеризуется большой свойственной детям подвижностью, живой мимикой и жестикуляцией, при этом отсутствует точность движений и наблюдается повышенная истощаемость.
При различных  заболеваниях, прежде всего психических, могут возникать разнообразные общие или частичные нарушения психомоторики. К ним относится двигательный инфантилизм, недоразвитие (моторная дебильность), угнетение (гипокинезия и акинезия), усиление (гиперкинезия) и извращение психомоторики (паракинезия). Выраженные расстройства психомоторики возможны при психомоторном возбуждении и ступоре, при аффективных состояниях. Частным случаем нарушений психомоторики являются навязчивые движения и действия, пароксизмально протекающие, обычно с сумеречным помрачением сознания, психомоторные симптомы (например, оральные автоматизмы, сноговорение, сомнамбулизм). Выделяют также регрессивные расстройства психомоторики в виде возврата (временного или стойкого) к формам поведения, свойственным более ранним этапам нервно-психического развития (утрата навыков опрятности, самообслуживания, ползание вместо ходьбы, мутизм, двигательная расторможенность). Регрессивные расстройства психомоторики особенно ярко выражены при некоторых реактивных психозах (например, синдроме одичания и пуэрилизме). Распад психомоторики происходит при пресенильных и сенильных деменциях (например, болезни Альцгеймера, болезни Пика, старческом слабоумии) и других прогрессирующих органических заболеваниях головного мозга. [26] 

     1.2.История развития психомоторики
     Проблема  моторики и движений с давних пор  интересовала исследователей. Термин «психомоторика» был введен в психологию И.М. Сеченовым, раскрывшим роль мышечного движения в познании окружающего мира. Сеченов впервые связал двигательные функции с высшими отделами центральной нервной системы, предпринял попытку целостного описания психики человека через характеристики поведения. Большое значение он придавал изучению многообразных импульсов, поступающих в органы чувств, отмечая, что «нервная система представляет собрание разнообразных регуляторов деятельности» [24, стр. 21]Это изменило и существовавшее до него представление об исполнительной функции двигательных центров коры, называвшихся психомоторными.
     С развитием эксперимента в психологии в конце ХIХ века возрос интерес к изучению психомоторики. Это было обусловлено возможностью и относительной легкостью точной фиксации двигательной активности человека и ее соотнесения с психической деятельностью. Именно поэтому быстрота и точность реагирования на внешний стимул явились первыми психомоторными характеристиками, используемыми в психологическом исследовании . Необходимость подобных исследований детерминировалась, как развитием науки, так и запросами практики, поскольку двигательный ответ на тот или иной сигнал является составляющим элементом почти любой трудовой деятельности.
     История показала, что становление передовых  направлений в русской и советской  психологии было связано с развитием  и углублением идей, лежащих в основе учения И.М. Сеченова. Созданные в конце XIX – начале XX веков в России психофизиологические лаборатории сыграли большую роль в реализации сеченовской программы.
     После октябрьской революции в 20-е годы в качестве общенаучной методологии и основания объединения различных течений психологии выступила марксистская философия. Материалистически ориентированные направления в отечественной психологии были представлены рефлексологией В.М. Бехтерева, реактологией К.Н. Корнилова и рядом других направлений.
       Вслед за Сеченовым, Бехтерев внес большой вклад в обоснование необходимости использования для изучения психических процессов объективных экспериментальных методов исследования. Основной единицей анализа нервно-психической деятельности у него выступает рефлекс, рассматриваемый как универсальный динамический механизм, лежащий в основе всех реакций человека. Рефлекс, по его мнению, – «жизненный атом», элементарный акт поведения. Деятельность человека, сколь бы сложной она ни была, представляет собой, по мнению Бехтерева сумму рефлексов, различающихся по сложности, характеру, особенностям организации. Исходя из этого, сущность и задачи рефлексологии Бехтерев видел в изучении актов поведения личности (т. е. всех ее рефлексов) в их опосредованности, во-первых, внешними раздражителями и, во-вторых, нервно-психическими процессами, протекающими в организме.
     Согласно  К.Н. Корнилову, психология должна заниматься изучением реакций живого организма, охватывающих все формы его проявления в отношении окружающей среды. Жизнь есть ни что иное, как совокупность реакций, а каждая реакция представляет собой ту или иную форму взаимодействия живого организма с окружающей средой.
     Прикладной аспект изучения реакций Корнилов видел в их рассмотрении применительно к трудовым процессам и воспитанию человека. Трудовая жизнь и все трудовые процессы человека определялись им как частный вид реакций вообще, а психотехника – как научная дисциплина о трудовых реакциях человека [13]
     Трудовые  процессы человека, также как и  реакции, сводятся Корниловым к семи основным типичным формам:
     1) «натуральный тип» трудовых процессов, к которому относятся профессии, не требующие интенсивной мыслительной деятельности и интенсивного мускульного напряжения (каждый представитель такой профессии естественным образом реализует природную склонность к ускоренному или замедленному темпу своей работы, проявляя разную степень затраты энергии в действиях);
     2) «мускульный тип» трудовых процессов  характеризуется большим мускульным  усилием (требующимся в профессиях  шахтера, кузнеца, молотобойца и т. п.);
     3) «сенсорный тип» трудовых процессов  характерен для профессий, требующих длительной концентрации внимания (токаря, портного, часовщика и т. д.);
     4) образцом трудового процесса  «типа различения» является профессия, предполагающая распределение внимания на большее число объектов (например, наборщика в типографии); 5) трудовые процессы «типа выбора» характерны для деятельности шофера или вагоновожатого; 6) при трудовых процессах «типа узнавания» движения совершаются на раздражения, заранее неизвестные (например, корректор должен узнать ту или иную погрешность в печатном тексте); 7) трудовые процессы «типа ассоциаций» требуют проведения логических операций над предъявляемым материалом (так называемые «интеллектуальные» профессии).
     Таким образом, работами этих ученых в психологию вводилось новое понимание предмета психологии – поведение (или внешне выраженные реакции и рефлексы человека в ответ на внешние воздействия). [13]
     В начале XX века изучение психомоторики  было направлено, прежде всего, на описание конституциональных свойств личности. Особенности «двигательного облика» субъекта сопоставлялись с его телосложением и характером, в первую очередь, с конституциональными типами Кречмера. Соответственно трактовался и сам термин: «Термин «моторика” мы применяем в смысле структуры двигательных функций, подобно тому, как характер является структурой психических функций. … Моторика является, таким образом, конституциональным свойством личности и ее рассмотрение имеет особое значение в соотношении с другими конституциональными особенностями индивидуума» [9 стр 5]. Научное изучение двигательных функций осуществлялось путем установления их связей с анатомо-физиологическим субстратом.
     Одним из наиболее известных отечественных  исследователей психомоторики Н.И. Озерецким для изучения двигательной активности человека было предложено понятие «моторная одаренность». Точное, быстрое и последовательное «приспособление» к новому движению, по его мнению, позволяет говорить о «моторной одаренности», или, если этого не происходит, о «психомоторной недостаточности» человека. Синтез моторных компонентов, складывающихся в определенный «моторный характер», в котором проявляется способ двигательного реагирования субъекта на внешние раздражители, определяет «моторный облик» индивида, характеризующий индивидуальную структуру моторики и являющийся тесно связанным с конституциональными свойствами организма [19]
     Появляются  и первые попытки системного описания моторной сферы человека: схемы Н. Гамбургера, М.О. Гуревича, Н.И. Озерецкого, Д.А. Смирнова. Так, например, М.О. Гуревич классифицировал движения по пяти группам:
     1) по механизмам, управляющим движениями (простые, рефлекторные, ассоциированные,  автоматические, автоматизированные, волевые, сознательные);
     2) по отношению к внешней среде (запретные рефлексы, выразительные, сопутствующие, целевые, лишние, рабочие и продуктивные движения);
     3) по существу (энергия, сила, точность, последовательность, ритмичность, плавность, грациозность);
     4) по количеству (богатство или бедность движений, длительность, непрерывность, одновременность выполнения нескольких движений);
     5) с точки зрения целевой установки  (физиологические реакции, бытовые, трудовые) [8]
     Одновременно  проводятся достаточно масштабные исследования по выявлению корреляций моторных и нейродинамических характеристик с телосложением, с соматическими преобразованиями и т. д. (М.Я. Басов; И. Боровиков; В. Гориневская; А .Дернова-Ярмоленко; М. Минкевич; М. Серебровская, и др.).
       В качестве исследуемых двигательных  характеристик выделялись ходьба и походка, темп и ритм, особенности почерка. Активно разрабатывались схемы изучения движений и шкалы моторных коэффициентов быстроты, силы, ловкости и выносливости движений. В этих исследованиях учитывались возрастно-половые изменения и индивидуальные отклонения от стандартов. Предметом исследования являлись также особенности психомоторики умственно отсталых людей (Е.А. Осипова; С.А. Райвичер; Г.Е. Сухарева и др.).
     Несомненным достижением отечественной психологии в области изучения психомоторики является созданная Н.А. Бернштейном первая теоретико-эмпирическая концепция построения движений, содержащая обоснование уровневой регуляции и сенсорной коррекции движений, во многом предвосхитившая кибернетические концепции управления. Н.А. Бернштейн выделяет неврологические «уровни построения движения», отличающиеся друг от друга по их ведущей афферентации. Разнообразные системы обратных связей, по его мнению, обеспечивают возможность формирования, изменения и развития движений, перевода их с одного уровня регуляции на другой, координации различных уровней в осуществлении движения, коррекции по ходу этого осуществления
     Бернштейн писал о том, что моторика человека может и должна оказаться превосходным индикатором для изучения процессов, происходящих в центральной нервной системе. Как показали дальнейшие исследования, выполненные после 1935 года, «чисто внешняя феноменологическая сторона движений» может служить индикатором не только процессов ЦНС, но и высших психических функций ([4]
     В годы Великой Отечественной войны разработка проблем психомоторики становится особенно актуальной, что было связанно с необходимостью обеспечения процесса восстановления нарушенных психических функций у раненых, в том числе и двигательных функций. В фундаментальной монографии А.Н. Леонтьева и А.В. Запорожца «Восстановление движений» авторы дают научно-обоснованную теорию функциональной двигательной терапии, в которой ведущее значение отводится трудотерапии. Исследования движений в процессе их восстановления у раненых бойцов, проведенные в восстановительных госпиталях, отчетливо показали взаимосвязь между изменением задачи, разрешаемой движением, и неврологическими механизмами движений [14].
     Основой исследовательского подхода к восстановлению утраченных функций стала идея о возможности их функциональной перестройки. В работах Б.Г. Ананьева, П.К. Анохина, Э.А. Асратяна, Н.А. Бернштейна, С.Г. Геллерштейна, А.Р. Лурии и других были получены доказательства высокой «пластичности» нервной деятельности, выражающейся в ее способности перестраивать функциональную систему, компенсируя тот или иной дефект. Было дано обоснование принципа системной, а не локальной представленности психических функций в коре головного мозга; обоснован вывод о том, что любая сложная приспособительная функция мозга представляет собой целую функциональную систему; показана возможность не только элементарной перестройки функциональной системы при выпадении определенного звена, но и замещение его другим, сохранным.
     Итоги изучения проблемы функционального ограничения движения, возникающего вследствие полученной травмы, привели к утверждению принципа специального восстанавливающего обучения движению на основе лечебной физкультуры. Опираясь на эти исходные положения, психологами были выработаны соответствующие лечебно-восстановительные методики и процедуры, направленные на устранение различных двигательных дефектов (нарушений структуры действий, парезов, мышечного тонуса, координации движений и т. д.) [5].
     Полученные  факты и установленные закономерности использовались также в целях обучения в нормальных условиях. Так, впервые в 1922 году А.К. Гастевым был применен термин «биомеханика» и поставлен вопрос о необходимости научной разработки этой проблемы.
     Полученные  в этой области данные начинают активно  использоваться в сценической практике. В понимании В.Э. Мейерхольда, биомеханика должна помочь актеру не делать лишних, непроизвольных движений, наделить его ритмикой и устойчивостью – в физическом понимании этого слова. В докладе «Актер будущего и биомеханика» была развита мысль о необходимости «физического благополучия» артиста, о важности в каждом движении «задействовать» все тело, дабы выразительнее представить внутреннюю сущность роли [12]. Обобщая сценический опыт, К.С. Станиславский пришел к выводу, что лишь живая задача и подлинное действие, втягивая в работу саму природу, способны в полной мере управлять мышцами, правильно напрягать и ослаблять их.
       Проблема управления движениями явилась особенно актуальной для физиологии спорта. Данный раздел физиологии занимается не только вопросами спортивного совершенствования, но также обоснованием физического воспитания людей различного возраста и разных профессий, для чего необходимо знание о процессах, лежащих в основе начального обучения спортивным движениям.
       Многочисленные научные работы, выходившие в 50 – 70-е годы, затрагивали разнообразные аспекты психомоторной организации спортсменов: выработки двигательных навыков, изучения механизмов управления движениями, нахождения путей сознательного управления мельчайшими характеристиками отдельных параметров движений. Так, например, большое число работ было посвящено изучению образования навыков стильного плавания, технике ударов и защитных действий в боксе, координации движений (В.П.Назаров; Ю.Б. Никифоров; И.Г. Сафарян; В.С. Фарфель). Исследования конца 50-х годов, посвященные проблеме управления движениями, касались, в частности, таких вопросов, как автоматизация навыков, способы получения и обработки информации о параметрах движений, управление дыхательными движениями, возрастное особенности управления движениями, особенности управления движениями в различных видах спорта (Д.П. Букреева; А.П. Тамбиева; В.С. Фарфель и др.).
     Важнейшим видом деятельности на всех этапах исторического развития человека была и остается трудовая деятельность. В процессе эволюции человечества развивались орудия труда, а вместе с ними развивалась и совершенствовалась функциональная система рук, увеличивалось количество движений, действий, которые совершал человек, повышалась степень их произвольности.
     Одной из главных проблем явилось изучение механизмов, обеспечивающих высочайшую точность действий человека в условиях строгого дефицита времени, и анализ систем, участвующих в ее реализации. При исследовании двигательных характеристик особое внимание уделялось природе сенсомоторных функций рук. Именно поэтому многочисленные работы были посвящены исследованию общих механизмов сенсомоторных функций рук [1], изучению руки как органа познания и формирования его гностических функций (Б.Г. Ананьев; Ю.П. Лапе; Б.Ф. Ломов и др.). В этих работах показано многообразие сенсомоторных функций рук в дифференцировке пространственных отношений, в восприятии направления, протяженности, пространственных форм и величин.
     В исследованиях Н.А. Розе, одной из известных современных отечественных специалистов по проблеме психомоторики, было выявлено закономерное уменьшение макродвижений рук при переходе от более простых к более сложным, технически оснащенным действиям. Розе отмечает: «На смену грубым силовым движениям приходит масса тонких высокодифференцированных микродвижений» [23.c.124]
     Формирование  микродвижений автор связывает  с появлением качественно новой формы регуляции движений, осуществляемой высшими отделами двигательных центров коры головного мозга, его аналитико-синтетической деятельностью. Н.А. Розе был обоснован подход к изучению моторики как проявлению общей двигательной активности человека, в которой решающая роль отводится кинестетическому анализатору. Одной из главных проблемой исследования при этом выступала проблема организации действия.
     Начиная со второй половины 50-х годов, в центр внимания ученых выдвигается проблема информационного взаимодействия человека с современными техническими устройствами. Исследования слежения человека-оператора за разнообразными входными сигналами, изменяющимися с различными скоростями при различной структуре контуров управляемых систем, раскрыли механизмы регуляции движений человека-оператора и позволили разработать практические рекомендаций по увеличению эффективности слежения. Проведены исследования с целью предсказания качества деятельности операторов по показателям состояния оператора. В качестве исследуемых характеристик при этом выступали: частота пульса, острота зрения, величина динамического усилия, а также параметры двигательной деятельности. В результате исследований была разработана портативная методика, позволяющая оценить общее состояние оператора и предсказывающая ожидаемое качество его работы [15].
     В рамках инженерно-психологических  исследований Б.Ф. Ломовым была предложена оригинальная концепция уровней процессов антиципации. В частности, проводилось экспериментальное изучение вопросов антиципации на уровне сенсомоторных процессов: в простых и сложных реакциях, реакциях на движущиеся объекты, в задачах перцептивного слежения и моторных актах, требующих зрительно-двигательных координаций [16].
     Многочисленные  исследования последних десятилетий  были посвящены проблеме психомоторной эволюции взрослого человека в связи с общей теорией развития психофизиологических функций. Интенсивно изучались закономерности онтогенетического развития двигательных характеристик в зависимости от степени развития самого двигательного анализатора (Д.П. Букреева; Р.Е. Мотылянская; А.П. Тамбиева; В.С. Фарфель и др.).
     Важные  результаты для дальнейшего изучения психомоторики были получены в лонгитюдном исследовании, проведенном под руководством Б.Г. Ананьева в 70-е годы. Его результаты показали, что кинестетический анализатор играет роль внутреннего канала связи между всеми анализаторными системами человека и, в силу этого, занимает особое место среди других анализаторов.
     Развивая  идею о «моторной одаренности», отечественные  ученые (Л.Ф. Евсеева; Е.П. Ильин; А.М. Мехреньгин; Н.П. Фетискин и др.) провели анализ особенностей психомоторики с учетом так называемых «двигательных способностей». Под двигательными способностями при этом понимаются «такие психологические и психофизиологические особенности, которые способствуют успешной двигательной [17с. 5]. Структура двигательных способностей исследовалась не только в связи с естественным возрастным развитием человека, но и в условиях их целенаправленного формирования (в процессе спортивной и профессиональной тренировки).
     Особое  место в изучении психомоторики  в 70-е годы занимала проблема взаимосвязи развития двигательных качеств и психических процессов. Конкретные исследования по данному вопросу не столь многочисленны и к ним, в первую очередь, относится изучение влияния систематических занятий физической культурой и спортом на умственную работоспособность, а также исследование взаимосвязи физического и психического развития (В. Волков; Г.Д. Горбунов; Г. Гримм; Н.Б. Стамбулова и др.).
     Ряд исследователей сосредоточил свое внимание на изучении простых двигательных реакций  нервной системы (Е.П. Ильин; М.Н. Ильина; В.А.Сальников; В.П. Умнов; Н.П. Фетискин и др.). В ходе исследования подтвердилось предположение об обусловленности связей между различными психомоторными функциями общей нейродинамической основой. Было установлено, что особенности проявления свойств нервной системы (силы, подвижности, уравновешенности) обуславливают, в совокупности с иными параметрами, степень проявления других более сложных психофизиологических факторов. Совокупность общих (психофизиологические особенности личности, аэробные и анаэробные возможности организма) и специфических (морфо-функциональные особенности строения различных звеньев двигательного аппарата и т. д.) факторов определяет в каждом конкретном случае структуру той или иной двигательной способности – силы, быстроты, или точности движений.
     К.К. Платонов характеризует психомоторику  или психомоторные процессы как «объективацию всех форм психического отражения определяемыми ими движениями» [20].В процессе психомоторных движений происходит объективация субъективной реальности. С учетом того, что сущность психики, в свою очередь, выражается в беспрерывных переходах объективного в субъективное, и обратно, открывается путь для объективного изучения психических явлений. Согласно его взглядам, элементарные ощущения и эмоции у животных через уже имеющиеся нервные механизмы оказываются сразу же включенными в психологическую структуру моторики, которая, благодаря этому, приобретает форму сенсомоторных реакций. «Если бы субъективное не проявилось вовне в форме движений, оно было бы лишено биологической целесообразности» [20, с. 49].
     Одной из главных особенностей исследований, выполнявшихся в русле психологической  теории деятельности, явилось изучение и описание внешних и внутренних форм поведения и деятельности, а основным понятием стало понятие «действие». Многочисленные работы по изучению различных познавательных действий (сенсорных, мнемических, перцептивных, умственных) и их связей с предметно-практическими действиями (Л.А. Венгер; А.В. Запорожец; В.П. Зинченко; А.Р. Лурия; А.Г. Рузская и др.) послужили объективными предпосылками для исследования психического действия как такового, включая его исполнительные, моторные и эмоциональные акты. При этом выдвинуто предположение, что любое идеальное умственное действие содержит в себе в явном или скрытом виде реальное движение: «Необходимы знания о внешних и внутренних формах одного и того же действия… знания об его предметно-временном, исполняющем рисунке и об его внутренней картине, об источнике его движущих сил» [6]. Предложены различные схемы и модели, описывающие управление и регуляцию двигательных актов и построение движений (Н.Д. Гордеева; В.М. Девишвили; В.П. Зинченко; О.А. Конопкин; А.И. Назаров и др.).
     Анализ  многочисленных моделей, описывающих  процессы моторного исполнения и двигательного поведения, свидетельствует о том, что современная наука очень далеко ушла от стимульно-реактивных, реактологических, рефлексологических схем. Микроструктурный и микродинамический анализ, лежащий в основе построения современных исследований, позволяет проникнуть в функциональную структуру двигательного акта, раскрыть законы взаимодействия компонентов в целостном действии, динамику их развития в разных условиях осуществления действия [7] 

     1.3 Роль двигательной активности и психомоторики в жизни человека
     Прежде чем рассматривать вопросы, традиционно относящиеся к психомоторике (двигательные умения и качества), представляется необходимым остановиться на роли двигательной (психомоторной) активности в развитии человека (в том числе и психическом) и обеспечении его нормальной жизнедеятельности, поскольку эта роль действительно велика. Люди, как и животные, живут, прежде всего, потому, что дышат, а дыхание осуществляется благодаря расширению и сужению грудной клетки, которые невозможны без сокращения и расслабления грудных мышц. Потребление пищи также не обходится без участия не только жевательных мыщц, но и мышц рук. Познавая окружающую среду, мы переводим взгляд с одного объекта на другой, а это становится возможным благодаря работе глазных мышц. Общаясь друг с другом, мы разговариваем, и появляющиеся при этом звуки обязаны сокращению мышц рта и голосовых связок. Большинство поведенческих актов человека реализуется в произвольных двигательных реакциях. И даже такой психологический феномен, как социальный статус в группе сверстников, казалось бы, весьма далекий от рассматриваемой проблемы, тоже может зависеть от психомоторики. Выявлено, что физические качества и умения, свободное владение своим телом представляют одну из трех наиболее престижных областей в среде сверстников, влияя на восприятие и социальный статус подростков, особенно мальчиков [27]. Поэтому без преувеличения можно сказать, что жизнь — это движение. И неслучайно одной из важнейших потребностей человека является потребность в двигательной активности.
     Движения — это почти единственная форма жизнедеятельности, путем которой организм не просто взаимодействует со средой, но активно воздействует на нее, изменяя или стремясь изменить ее в потребном ему отношении. 

     1.4.Потребность человека в двигательной активности
     Потребность человека в двигательной активности, как и у животных, является врожденной. В каждом ребенке таится заложенная природой неуемная потребность движения. Для детей бегать наперегонки, скакать на одной ноге, толкаться столь же естественно и необходимо, как дышать. Недаром в одной задорной ребячьей песенке поется: «А у меня внутри есть вечный двигатель, вечный бегатель, вечный прыгатель». Однако на протяжении онтогенеза двигательная активность изменяется волнообразно.
     Достигнув первого пика в 2-3 года, двигательная активность постепенно снижается, причем у девочек быстрее, чем у мальчиков. По данным Н.М. Ледовской, среднесуточный объем локомоций у детей 5-7 лет составлял у мальчиков 7,1-9,0 км, а у девочек — 6,4-7,7 км. Аналогичные данные получены Д.М. Шептицким на дошкольниках 6-7 лет, Н.Т. Лебедевой и Р.А. Ахундовым — на школьниках младших классов. Однако впоследствии у школьников 8-9-х классов двигательная активность увеличивается. Объем среднесуточной двигательной активности у учащихся 13-15 лет составляет 13,9-15,8 тысячи шагов. В старших классах, по данным А.С. Чеснокова, двигательная активность вновь снижается. Так, среднесуточный объем локомоций учащихся 10-го класса составляет 10,4-12,3 тысячи шагов, что на 19-28% ниже уровня объема, наблюдавшегося у учащихся 7-го класса.
     Ю.Н. Чусов и В.А. Сковородко установили, что у взрослых с возрастом двигательная активность продолжает снижаться. У лиц умственного труда, по данным А.Я. Гапона и К.М. Смирнова с соавторами среднесуточный объем локомоций составляет: от 30 до 40 лет - 8,6-11,8 тысячи шагов, от 41 до 50 лет - 5,8-13,4 тысячи шагов, от 51 до 61 года — 8,5-9,8 тысячи шагов. Таким образом, потребность в двигательной активности изменяется с возрастом волнообразно. Периоды увеличения (2-3 года и 8-9 лет) сменяются периодами снижения этой потребности.
     Потребность в двигательной активности выражена у разных людей одного и того же возраста по-разному. Уровни этой потребности могут отличаться друг от друга в два-три раза и зависят они от многих факторов, в том числе — от типологических особенностей проявления свойств нервной системы, что подтверждает генетический характер потребности в движениях. У лиц с преобладанием возбуждения по «внутреннему» балансу двигательная активность значительно выше, чем у лиц с преобладанием торможения по этому виду баланса. Выявлено также, что потребность в двигательной активности у лиц мужского пола выше, чем у лиц женского пола. Это видно из приведенных выше данных, а также из данных исследования Е.А. Сидорова, который выявлял на уроках физкультуры учащихся с высокой, средней и низкой двигательной активностью. Во всех классах (с 1-го по 10-й) высокоактивных было больше среди мальчиков, а низкоактивных в ряде классов значительно больше встречалось среди девочек. Большая потребность мальчиков в двигательной активности приводит и к своеобразию их поведения в школе по сравнению с девочками. Они чаще ерзают и отвлекаются на уроках (более непоседливы), более шумно ведут себя на перемене, что приводит к увеличению нарушений ими дисциплины.
     Учет индивидуальной выраженности потребности в двигательной активности требует дифференцированного подхода к определению оптимальных объемов двигательных нагрузок, необходимых каждому человеку для его нормальной жизнедеятельности и хорошего самочувствия. К сожалению, предлагаемые некоторыми авторами возрастные и суточные нормативы двигательной активности не учитывают этого фактора.[17]
     Конечно, подобные нормативы весьма относительны, поскольку потребность в активности зависит от сезона года (летом возрастает, а зимой снижается), профессии (уменьшение двигательной активности в зимний период больше выражено у лиц, занимающихся в основном сидячей работой — студентов, служащих, работниц швейной промышленности), а также от климатических условий, биологических ритмов и т. д. Поэтому скорее надо полагаться на механизм саморегуляции активности: человек должен двигаться столько, сколько ему требуется для удовлетворения потребности в движениях в каждый конкретный временной цикл. На этот механизм саморегуляции указала Н.Т. Лебедева: если дети по каким-либо причинам не смогли удовлетворить свою суточную потребность в двигательной активности, этот дефицит они восполняют в последующий день, двигаясь больше, чем обычно. Тот же факт среди взрослых выявлен К.М. Смирновым с соавторами. Однако это возможно лишь в том случае, если человек свободен в выборе режима своей жизни. К сожалению, условия жизни и деятельности такую возможность предоставляют человеку далеко не всегда. Так, например, школьные занятия, связанные в основном с сидячим образом жизни, приводят к нарастанию потребности в движениях к концу каждой четверти учебного года, которая снижается лишь после каникул.
     Низкая двигательная активность в детстве к зрелому возрасту переходит в привычку, и такой человек находит множество причин, чтобы не повышать свою двигательную активность путем, например, занятий физической культурой
 

      ГЛАВА 2 

     Психомоторика как средство общения (речь, мимика, жесты) 

     Психомоторика участвует как в вербальных, так и в невербальных средствах общения. Речь является вербальным средством общения и с точки зрения психомоторики - это целая последовательность отдельных движений языка, губ и голосовых связок, объединенных общим смыслом (экспрессивная речь в отличие от сенсорной речи, связанной с пониманием чужих слов). От этих движений зависят произношение, интонация, высота голоса и другие акустические характеристики речи, т. е. артикуляция. Экспрессивная речь регулируется центром, названным по имени французского ученого П. Брока. Этот центр находится в задней трети нижней лобной извилины левого полушария. Учеными показана тесная связь развития речи с развитием ручной моторики. Еще В.М. Бехтерев в 1929 году отмечал стимулирующее влияние движений руки на развитие речи. В исследовании [28]было показано, что движения пальцев рук стимулируют нервные центры и ускоряют развитие речи ребенка. Поэтому неслучайно серьезные нарушения артикуляции наблюдаются у детей с тяжелыми поражениями функций верхних конечностей. К исполнительным отделам речевого механизма, прежде всего, относится артикуляционный отдел, обеспечивающий человеку возможность артикулировать (произносить) разнообразные речевые звуки. Артикуляционный отдел, в свою очередь, состоит из гортани, гортанной части глотки, ротовой и носовой полости, голосовых связок, генерирующих звук с помощью тока воздуха, идущего из легких. Чем больше разнообразных речевых звуков способна создать артикуляционная система человека, тем больше у него возможностей для обозначения разных объектов и явлений действительности с помощью фонетическитх средств (с греч. phone — звук). В русском языке достаточно богатая система фонетических средств — 41 самостоятельный звук-тип с выделением мягких и твердых согласных, сонорных, произносимых с участием голоса (М, Н, Л), шипящих. При произношении русских звуков практически не задействованы гортань и гортанная часть глотки (сравните специфику кавказских языков) и зубно-губные сочетания, типичные для английского языка, а также звуки-дифтонги, двойные гласные, среднее между А и Е (например, типичные для прибалтийских языков). Впрочем, если учесть, что есть языки с очень лаконичной системой речевых звуков (например, 15 звуков в языках некоторых африканских народов), то русская фонетическая система может считаться достаточно богатой.
     Следует отметить, что овладение навыками артикуляционных движений составляет довольно большую часть общего речевого развития. Иногда, особенно при врожденных физических аномалиях, например при заячьей губе или короткой уздечке языка, требуется помощь со стороны медицины, иногда достаточно проведения коррекции с помощью дефектологов, логопедов. Некоторые же особенности навыков произношения остаются на всю жизнь в виде акцента, по которому так легко определить доминантный язык, так называемый mother language — материнский язык.
     Невербальными средствами общения являются жесты, позы, мимика. Им при общении людей друг с другом придавали большое значение еще в Древней Греции. Например, большое значение придавалось осанке. Мужчине полагалось держать голову высоко поднятой, в противном случае его могли принять за гомосексуалиста. Женщинам и детям, наоборот, не полагалось смотреть собеседнику прямо в глаза. Отведенный в сторону взгляд свидетельствовал о положительных для них качествах — стыдливости, скромности, покорности.
     Большой палец, поднятый вверх или опущенный вниз как знак одобрения или неодобрения, был известен еще древним римлянам. Таким образом император давал знать после окончания гладиаторского поединка, оставляет он побежденному бойцу жизнь или нет.
     В риторике начиная с Цицерона один из ее разделов посвящался внешнему выражению в поведении оратора.
     Во времена Эразма Ротердамского сидеть, положив ногу на ногу, означало выказывать неуважение к собеседнику. «Руки в боки» толковались как мужественный жест, допустимый в обществе военных. Гражданским же лицам подобного жеста следовало избегать. Ученый советовал остерегаться тех, кто покашливает во время разговора: он считал их лжецами.
     На протяжении многих веков полагалось, что если человек в чьем-то присутствии чешет голову или теребит одежду, то тем самым он выказывает к собеседнику пренебрежение. Даже случайное соприкосновение с собеседником могло быть истолковано как грубое нарушение приличий.
     Неслучайно поэтому в XVII-XVIII веках в западных странах издавались книги, посвященные правилам хорошего тона. Например, в 1735 году вышла в свет книга С. Ван Пара «Большая церемониальная книга о добронравии» объемом 500 страниц.
     В России первой работой, посвященной языку тела, было сочинение С. Волконского, где автор излагает свою точку зрения на семиотику жестового общения как выражение внутреннего состояния человека.
     В 1939 году вышла трехтомная монография И.А. Соболевского, в которой автор изложил свой взгляд на невербальное общение. По И.А. Соболевскому, структуру кинетической речи составляют: а) кинесинтагмы (кинетическое предложение), б) кинелексемы (кинетическое слово) и в) кинемы (простейший элемент кинетической речи). Учение о кинесинтагме составляет синтограмматику; учение о кинелексеме входит в лексикологию; учение о кинеме составляет кинетику (ан-тропокинетику). Автор распространяет свою схему на искусственно создаваемую кинетическую речь, используемую, например, на производстве, когда звуковая речь затруднена из-за избыточного шума. Изучение значения различных жестов человека продолжается, свидетельством чему являются международные конференции и сборники научных докладов, например, вышедший в Англии сборник «Жесты и умонастроения от глубокой древности до наших дней». Особую значимость приобретает изучение жестов у различных народов, так как одни и те же жесты могут означать различное отношение к человеку. Например, прикосновение указательным пальцем к нижнему веку для флорентийца означает нечто лестное, а для жителя Саудовской Аравии этот жест оскорбительен. Девушка же из Южной Америки воспримет подобный жест как ухаживание. Для русских движения головой вправо-влево означает отрицание, несогласие, а для болгар, наоборот, согласие. В нашей стране постукивание пальцем по виску означает «ты что, ненормальный?», а в Дании такой жест воспринимается в качестве комплимента интеллекту собеседника. Увидев соединенные в кольцо указательный и большой пальцы, в США подумают, что это означает выражение согласия, «о'кей», во Франции - «ноль», в Японии- «деньги», а в Тунисе - «я тебя убью». Потирание мочки уха в средиземноморских странах имеет 5 различных значений. Например, для испанцев, греков, мальтийцев и итальянцев этот жест будет оскорбительным, а португалец, заметив его, окажется польщенным. Жест из указательного и среднего пальцев, обозначающий букву V- победа - в Европе воспринимается однозначно, но только не у англичан. У них имеет значение, какой стороной кисть повернута к собеседнику. Если этот жест сопровождается поворотом ладони к говорящему, он означает «ззамолчите».
     Результатом исследования моторной невербальной коммуникации на Западе стало формулирование Р. Бердвистлом [29] новой научной дисциплины - кинесики, посвященной изучению поведения человека в его невербальных проявлениях, к которым относятся мимика (движение мышц лица), пантомимика (движения всего тела), «вокальная мимика» (интонация, тембр, ритм, вибрато голоса), пространственный рисунок (выразительность, сила проявления чувств, переживаний). «Кине» - мельчайшая единица движения, как бы буква движения тела, считывая которую можно интерпретировать передаваемые через жесты или другие движения тела сообщения. По Р. Бердвистлу, все символические взаимодействия между людьми имеют один и тот же ограниченный репертуар, состоящий из 50-60 элементарных движений, жестов или поз. Поведение, считает он, складывается из кинем — элементарных единиц, точно так же как звуковая речь организуется из последовательности слов и предложений.
     Самые простые элементы телодвижений («кины») он обозначил символами. Начиная с глаз, он счел, что «О» является лучшим символом для открытого глаза, а «-» наиболее подходит для обозначения закрытого глаза. Подмигивание правым глазом обозначается так: (—О), подмигивание левым глазом: (О—). Открытые глаза обозначаются знаком (00). Бердвистл создал символы для туловища и плеч, руки и кисти, ладони и пальцев, бедра, стопы и шеи, а также использовал особые знаки для указания направления движения (вверх, вниз, вперед и назад).
     Разработанная этим ученым система фиксации жестов и мимики полезна многим профессионалам, так как позволяет регистрировать и анализировать состояние другого человека, целесообразность использования определенных жестов и т. п. Проведенный с их помощью анализ публичных выступлений преподавателей, политических деятелей может помочь улучшить эффективность их последующих выступлений. Врач может лучше понять пациента, учитывая, что он сказал не только на словах, но и телом. Эта система может быть полезна актерам и бизнесменам, ведущим переговоры.
     Другим направлением изучения невербального общения является постулированная Э. Холлом [30] «пространственная психология», или «проксемика», которая изучает закономерности пространственной организации общения, влияние на общение расстояния между людьми и их пространственной ориентации.
     Невербальные жестовые проявления, как произвольные, так и непроизвольные, первоначально, в довербальный период эволюции человека, были самостоятельным средством коммуникации (G. Hewes, A. Kendon, С. Hockett,), а в вербальном периоде развития закрепились в качестве полусознательного выразительного средства, сохранив функции предыдущего этапа: защиты (неприятия, отторжения), нападения (приятия, присвоения), сосредоточения (ожидания, ритуалов и переходных состояний). Для наблюдателя жесты предстают в качестве символов специфического языка образов.
     Первая попытка классификации жестов была предпринята Д. Эфроном. Он выделил две группы жестов: употребляемые совместно с речью и символические жесты, или эмблемы. В свою очередь, первые жесты он разделил на подгруппы: 1) идеографические жесты, которые схематически изображают логическую последовательность высказывания, структуру аргументации и находятся в сравнительно неконкретном отношении к содержанию высказывания; 2) указательные жесты, показывающие на предмет высказывания; 3) изобразительные жесты, схематически обрисовывающие форму или размер предмета обсуждения, как бы иллюстрирующие содержание высказывания; 4) дирижирующие жесты, совершаемые в такт речи. [31]
     Базируясь на этой классификации, П. Экман и В. Фризен создали свою классификацию жестов:
     Экман и Фризен описали степень, в которой каждый из знаков является панкультурным, т. е. используется многими народами независимо от особенностей их культуры. Те знаки, которые имеют панкультурную основу, выражают преимущественно аффекты. Жесты-эмблемы, иллюстративные жесты, жесты-регуляторы обычно специфичны для культуры и представляют собой результат индивидуального обучения.[32]
     Н. Фридман и В. Буччи [33]придерживаются другой классификации жестов. Они выделяют объектные движения (общеизвестные коммуникативные жесты) и жестовую самостимуляцию. Объектные движения делятся ими на доречевые жесты (при задерживающемся или несостоявшемся речевом высказывании); движения, которые возникают с началом речи и сопровождают высказывание (как дополнение и избыточность); движения, ограничивающиеся разъяснением одного слова.
     По М. Аргайлу жесты по своим функциям делятся на пять групп: иллюстративные и другие связанные с речью знаки; ковенциальные жесты; движения, выражающие эмоции; движения, выражающие личность; ритуальные жесты.
     Эмблемы-жесты являются особой группой жестов, так как имеют двойную природу. С одной стороны, они относятся к классу жестов, с другой — функционируют в качестве языка и этим уподобляются слову. В связи с этим они изучаются и систематизируются как специфические коммуникативные единицы данной культуры. При этом составляются словари жестов, содержащие сведения об особенностях употребления эмблем, о методах их исследования и пр.
     Семантическое поле эмблем ограничено. Круг значений жестов, описанных Д. Моррисом с соавторами, в основном исчерпывается выражением физического или душевного состояния, регуляцией межличностных отношений и оценочной реакцией себя и других людей. В эти три области значений входит 80 % и более всех жестов. При этом эмблемы, относящиеся к контролю межличностных отношений, находятся в списке значений на первом месте.
     Особенности жестов-эмблем: одна эмблема может иметь несколько значений сразу; они не имеют эмблем-синонимов; не происходят от других эмблем; возникают как заместители слова или действия; эмблемы с одним и тем же значением могут употребляться на достаточно обширных территориях, населенных разноязычными народами. Выступая в качестве своеобразного языка-эсперанто, они функционируют не как простые заместители слов, а в качестве самостоятельных носителей значений.
     Жестикуляция - это сложная и интенсивная кинетическая активность говорящего человека. Она возникает только тогда, когда человек активно разговаривает с другими людьми. Речи соответствует определенный паттерн кинетического действия. Различные речевые единицы внутри реплики соотносятся с различными движениями рук. Таким образом, процесс речевого выражения осуществляется одновременно в двух формах активности: речевых органов и движений тела. При этом фразы жестикуляции предшествуют соответственным речевым отрезкам, в связи с чем А. Кендон предполагает, что процесс речевого выражения (возникновение внутриречевого звена конкретного отрезка громкой речи) начинается одновременно с жестовым. Отмечается и определенная связь интонация высказывания с кинетической организацией поведения.
     Жестикуляция становится более интенсивной в случаях эмоционального подъема или волнения говорящего, а также при его доминировании в процессе общения. Она усиливается и тогда, когда «обратная связь» со слушателем «не замыкается» на говорящем или он сам испытывает затруднения в объяснении чего-нибудь[32]. Жестикуляция спонтанна и непосредственна, и человек обычно едва ли осознает, что он жестикулирует (в этом ее отличие от жестов лем, которые произвольны и мотивированы).
      Самостимулирующие жесты отражают кинетическую фильтрацию [33]. Фильтрация определяется как внутренняя активность поиска и формирования образа. Она может быть связана с ограничением и исключением информации и с выбором, сопоставлением, упорядочением ее. Эти процессы ограничения и сопоставления находят выражение в кинетической активности говорящего. При этом стратегиям ограничения и сопоставления соответствуют разные формы самостимуляции.
     Постоянная самостимуляция и описательные движения рук говорящего на некотором расстоянии от своего тела служат компенсаторным механизмом саморегуляции, обеспечивающим говорящему определенную направленность мыслей в тех случаях, когда зрительные, слуховые и другие сенсорные сигналы недостаточно интенсивны или вообще отсутствуют.
     При ряде психических заболеваний наблюдается изменение характера самостимулирующих жестов. Активная продолжительная самостимуляция свойственна больным с депрессивными состояниями; интенсивные прикосновения к руке собеседника отличают больных шизофренией. Для больных с агрессивными состояниями характерны короткие, сфокусированные и соритмичные паузам движения (у здоровых людей эти движения наблюдаются обычно в самом начале реплики и сопутствуют, вероятно, процессам планирования лексических и динтак-сических аспектов речи. [34]
     Жесты-эмблемы, жестикуляция и самостимулирующие движения образуют вместе с громкой речью речекинетический комплекс, развитие которого заканчивается в юношеском возрасте. До этого возрастного периода различные жесты используются не одинаково. Так, самостимулирующие жесты предшествуют речи во всех возрастных периодах (4,10 и 14 лет), объектные движения предшествуют речи только у детей 4 лет, в других возрастных группах эти жесты могут совпадать с началом речи.
     С переходом к общению на неродном языке наблюдается видоизменение активности речекинетического комплекса (S. Grand, 1976). Интенсифицируются все формы объектных жестов и более всего акцентирующие речь движения. Количество самостимулирующих жестов при этом уменьшается. У людей, слепых от рождения, в общении преобладают не объектные движения, а разные формы самостимулирующих жестов (особенно часто — совместные движения кистей, что помогает сузить фокус внимания). Высказывается предположение, что структура речи и жестов фило- и онтогенетически обусловлена.
     Значение жестов:- они дают дополнительную к вербальной информацию о психическом состоянии партнера по общению, о его отношении к участникам общения и обсуждаемому вопросу, о желаниях, выражаемых без слов
     - как правило, выражают отношение не к любой, а к эмоционально значимой информации; ритмически согласованные с интонацией, ударениями и паузами жесты помогают сосредоточить внимание слушающего на тех или иных «ударных» частях высказывания;
     - могут провоцировать состояния и отношения партнеров по общению, так как способны оказывать на человека большее влияние, чем речь;
     - они могут быть использованы как в тех случаях, где употребление речи неудобно или запрещено, так и параллельно с речевым общением;
     - один жест может быть эквивалентен нескольким словам и требует меньшего времени для планирования и выражения; он удобен для выражений, которые могут производиться мимоходом, походя;
     - могут лучше восприниматься на расстоянии по сравнению с речью, особенно в условиях сильного шума;
     - не требуют ответа.
     Не все жесты выполняют информативную функцию. Имеются и жесты-сорняки, не несущие никакой смысловой нагрузки: «ломание» рук, кистей, пальцев, одергивание одежды, непроизвольное раскачивание, притоптывание ногой и т. п. В настоящее время появилось большое количество книг по психологии, в которых рассматривается значение различных жестов как сигналов состояний, желаний, намерений, отношений человека к партнеру по общению и его предложениям. Создаются словари жестов, в которых каждый жест связывается с каким-нибудь одним проявлением поведения человека. Такой путь представляется не вполне продуктивным, так как часто одни и те же жесты могут означать различные вещи. Например, наклон головы вперед и взгляд исподлобья могут говорить как об осуждении со стороны партнера по общению, так и о его смущении; мелкие движения пальцев могут отражать и беспокойство, и скуку; позиция прямо друг против друга, лицом к лицу, - интимность или агрессию; касание или потирание носа, век, уха-отрицание или нетерпеливость, желание что-то добавить; пускание курильщиком дыма вверх- самодовольство или согласие. Поэтому для психолога важнее знать комплекс жестов, характеризующих различные состояния субъектов. Именно по их сочетанию можно составлять прогноз об этих состояниях, настроениях, намерениях людей.
     Важно учитывать и то, что жесты имеют не только национальные различия, но и классовые. Бердвистл, например, признает, что в культуре США не существует единого языка тела. Он отмечает, что выявленный им язык тела американцев среднего класса может отличаться от такового у людей из рабочей среды. Слабым местом кинесики, отмечает Дж. Фаст - является неумение отделить значащее движение от незначащего, случайного. Почесывание носа, пишет он, может свидетельствовать о сомнениях человека. Но не исключено, что у него в этот момент просто зачесался нос. Когда женщина сидит в определенной позе («поза леди»), это может свидетельствовать о складе ее ума. Однако не исключено, что подобная поза — результат тщательной подготовки на курсах хороших манер, где учат производить благоприятное впечатление на людей. Поэтому Дж. Фаст считает, что подходить к кинесике следует осторожно и изучать каждое телодвижение и каждый жест лишь с точки зрения всей структуры движения. И все же, очевидно, существуют общие трактовки жестов для людей близких культур. В связи с этим ниже приводится характеристика различных состояний человека, проявляемых в общении через различные жесты. Мимика — это сокращение различных мышц лица для выражения своих перживаний и отношения к чему или кому-либо. Для понимания состояния намерений собеседника важно следить за его мимикой. Мимика является одним из средств экспрессивного проявления эмоций. Особенно экспрессивны губы и глаза человека. Последние, например, могут характеризоваться широкой раскрытостью или суженностью, блеском или тусклостью (что зависит от количества слезной жидкости, кровенаполнения сосудов слизистой оболочки), величиной зрачка. «Брови и рот по-разному изменяются при различных причинах плача», — говорил Леонардо да Винчи, а Л. Н. Толстой описал 85 оттенков выражения глаз и 97 оттенков улыбки.[34]
     Например, если человек допустил ошибку, он может виновато улыбаться, как бы прося извинения. При заискивании может проявляться чрезмерная улыбчивость.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.