На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Космология Платона

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 30.04.2012. Сдан: 20 Н. Страниц: 6. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Нижегородский   государственный   педагогический     университет
  
 
 
 
 
 
 
 
 

                                          Реферат
    Тема: «Космология Платона». 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                                                                            Выполнила:
                                                                                            студентка 122 группы
                                                                                            Сапожникова Н.В.
                                                                                            Преподаватель:
                                                                                            Половинкина Л. 
 
 
 
 
 

                                            Н.Новгород
                                                  2011г.
                           

                              ВВЕДЕНИЕ

Исследование  космологического учения Платона имеет  существенное значение для понимания  его философской системы в  целом, а также для установления степени оригинальности космологических идей Платона и степени их зависимости от предшествующих представлений досократиков. Таким образом, изучение космологии Платона необходимо для того, чтобы найти путь к пониманию его философии человека, да и всей его философии. Приходится констатировать, что космология Платона остаётся всё ещё недостаточно изученной отечественными и зарубежными исследователями. Прежде всего, недостаточно изученными остаются вопросы, связанные с "происхождением" его космологии, то есть вопросы, посвященные поиску связи космологии Платона с предшествующими учениями и цели его учения о космосе вообще. Учение Платона о космосе является, с одной стороны, продолжением более ранней античной космологической традиции, идущей от досократиков, а с другой стороны, Платон разрабатывает особенное космологическое учение, во многом отличающееся от предшествующих досократических учений. Необходимо выделить влияние на Платона космологии пифагорейцев. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                    

                   ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

1. Космос – цельное  и нерушимое трехмерное  тело

 
Космос Платона есть живое существо, тело которого движется душой по законам разума. Самым интересным является вопрос о функциях космической души, потому что благодаря именно этим функциям возникает конкретная структура космоса. Речь идет не просто о сущности и не просто о том, что тождественно и различно, но о такой сущности, которая объединяется в одно целое и с тождеством, потому что космическая душа всегда тождественна сама с собой, и с иным, потому что душа является началом движения и благодаря ей все становится вечно иным и новым. Но какое же именно разделение космоса получается в результате таких функций мировой души? Именно из этой общей смеси сущности тождественного и иного Платон берет две такие последовательности чисел: 1, 3, 9, 27 и 2, 4, 8. Не давая никаких пояснений по этому поводу, и этим Платон ставит в тупик.  

Прежде  всего, необходимо иметь в виду, что  Платон завершает здесь двухсотлетнюю  пифагорейскую традицию в учении о числах и их космическом значении. В связи с этим единицу он понимает как нечто неделимое, как некую абсолютную единичность, о которой можно сказать, что она даже и не входит в числовой ряд, а стоит как бы вне его, поскольку каждое число тоже является абсолютной единичностью, хотя каждый раз и по-разному. Но что значит этот ряд 3, 9, 27? Двоица, как мы знаем из пифагорейских материалов, есть выход из неделимой единичности за ее пределы и переход в становление, в непрерывное возникновение все новых и новых чисел. Тогда получается, что первое определенное число уже не просто самозамкнутая единичность и не просто бесконечное и непрерывное становление, но – только 3. Зачем же Платону понадобился кроме этого числа 3 еще целый ряд чисел, возникающий из этой тройки, а именно ряд 3, 9, 27? Исследователи обычно принимают этот ряд чисел за некоторого рода курьез, если не просто глупость, не заслуживающую даже разъяснения. Тем не менее кажется, что тут Платон проводит одну очень важную идею, которая является не только пифагорейской, но и общеантичной, которая всегда старается даже самые отвлеченные построения понимать телесно или, точнее говоря, как трехмерное тело. Это касается и всех логических категорий, это касается и всех чисел. Что число есть тело, об этом имеются отчетливые данные в пифагорейской традиции. Но ведь трехмерное тело имеет длину, ширину и высоту. Поэтому, вознамерившись дать в конкретном виде категорию определенности, Платон понимает тройку примерно как сторону квадрата, и тогда само собой получается, что площадь квадрата, лежащая в его основании, будет равняться 9, а для получения трехмерного куба понадобится число 27. Итак, последовательность чисел 3, 9, 27 является не чем иным, как демонстрацией того, что категория всякой определенности (где бы то ни было, в пространстве, во времени, в мысли) есть тело.  

Но космос не есть только определенность. Иначе  он был бы только чистой мыслью. Он есть также еще и определенность чего-нибудь, и притом, конечно, чего-нибудь неопределенного, так как иначе, если бы неопределенность уже сама по себе была бы чем-нибудь определенным, она не нуждалась бы в своем определении через что-нибудь другое, определенное. Следовательно, конструируя космос, Платон сталкивается с этой стихией сплошного становления, сплошной неопределенности, с самой категорией непрерывности. А поскольку пифагорейская двоица как раз и была символом такого неопределенно становящегося и вечно непрерывного иного, или инобытия, то Платон и здесь применяет обычный античный способ мышления. И эту категорию неопределенного становления он тоже хочет представить в виде тела. Отсюда само собою вытекает арифметический ряд 2, 4, 8.

2. Космические пропорции.

 
И с  точки зрения Платона и с точки  зрения всей античной эстетики космос не есть просто целое, но еще и пропорциональное целое. Это значит, что везде в космосе можно уловить такие соотношения, которые постоянно повторяются и потому делают пропорциональным весь космос. Для этого Платон хочет соответствующим образом заполнить те промежутки, которые у него получились между числами указанного семичлена. Здесь тоже помогли пифагорейцы. Они различали пропорции арифметическую, геометрическую и гармоническую. Как и у нас, арифметическая пропорция представляла у них собою равенство двух разниц или сумм: а – b = с – d (1,1 1/2, 2); геометрическая пропорция тоже, как и у нас, была равенством отношений: а/b = b/с (1, 2, 4). В гармонической пропорции на какую часть своей величины один член превосходит другой, на такую же самую часть третьего члена этот второй член меньше третьего. (1, 1 1/3, 2). Здесь же, и опять из той же пифагорейской традиции, Платон принимает количественные отношения музыкальных тонов, когда октава равняется отношению 1:2, кварта 4:3, квинта 3:4 и один тон 9:8. В применении к своему космическому семичлену Платон поэтому рассуждал так. Если возьмем отношение 1:2, это – октава. Беря отношение следующих двух членов 2:3, или, что то же, 3:2, получаем квинту; а соотношение 3:4 дает кварту. В дальнейшем отношении 4:8 (или 1:2) есть опять октава, отношение 8:9 – тон. И, наконец, отношение 8:27 вычислялось так. Отношение 8:16 есть октава, отношение 16:24 (или 2:3) – квинта. И отношение 24:27 (8:9) – тон. Таким образом, весь космический семичлен состоял из 4 октав и большой сексты. Однако во всей этой музыке Платона интересуют прежде всего пропорциональные отношения. Как же они у него получаются?  

Если  мы возьмем ряд 1, 1 1/2 (3/2), 2, то, очевидно, это есть арифметическая пропорция, но это же является и квинтой. Если мы возьмем ряд 1, 1/3 (4/3), 2, то это, очевидно, есть и гармоническая пропорция и кварта. Взявши же отношения 1:2:4:8 или 1:3:9:27, мы везде имеем здесь геометрическую пропорцию с указанным выше тональным значением. Таким образом, искомая пропорциональность разделения каждого тонального промежутка является достигнутой. Платон, однако, не останавливается на этих числах, но несколько их детализирует, что тоже требует комментария.  

Во-первых, Платон пробует заполнить его кварты целыми тонами, и так как сделать это невозможно, то Платон констатирует тот простой факт, что каждая кварта состоит из двух тонов и еще некоторого остатка, который он так и называет лиммой, то есть "остатком", и определяет этот последний как 256/243. Дело здесь прежде всегов том, что необходимо учесть то, что каждый тон в количественном отношении = 9/8 или, что то же, 8/9. Следовательно, если нужно от некоторого условного места, обозначенного через 1, пройти расстояние в тон, нужно 1 умножить на 8/9; а если нужно узнать, какое расстояние между концом первого и концом второго тона, то оно будет, очевидно, 8/9 ? 8/9 = 64/81.  

Во-вторых, так как весь космический семичлен у Платона состоит из кварт и тонов, а каждая кварта состоит из двух тонов и лиммы, то мы получаем на протяжении всего семичлена вполне закономерное чередование целых тонов и лимм. Но, в-третьих, зачем понадобилось Платону делить все кварты на тоны и каждый раз наталкиваться еще на лимму? Это обычно остается без комментария. Однако становится ясным понимание тона как минимальной определенности, так сказать, нормы всего тонального деления. Для чего же тогда нужна лимма? Эту платоновскую лимму очень хорошо объяснил Прокл. Согласно этому философу она является у Платона знаком крайнего расслабления монады и потемнения ее конструирующих космос функций. Это – результат истечений каждой сферы, образовавшихся в виде устоя от смешения стихий и несущих с собой беспорядок и затемнение, хотя вместе с тем и восполняющих всеобщую гармонию и строй. 

Наконец, для уяснения всей космической пропорциональной единораздельности, по Платону, необходимо обратить внимание еще и на то, что Платон пользуется не чем иным, как законом золотого деления, который хотя часто и приписывается пифагорейцам и Платону, но о котором тоже нет ясного и общепринятого представления у исследователей. Если этот закон золотого деления заключается в том, что целое так относится к большей части, как большая часть к меньшей, то, очевидно, всякая геометрическая пропорция является формулой закона золотого деления. И, следовательно, взяв первый ряд чисел, 2, 4, 8 или 1, 2, 4, 8, мы получаем, идя от 8 к 1, деление согласно выставленному у нас сейчас закону. То же самое необходимо сказать и о втором ряде 3, 9, 27 или 1, 3, 9, 27, потому что и здесь целое (27) так относится к большей части (9), как эта большая часть относится к меньшей (3); та же операция и в ряде 9, 3, 1. Таким образом, когда Платон захотел конструировать в числах свое понятие непрерывности (начиная с двоицы), он эту непрерывность понимал как построенную по законам золотого деления; и когда он то же самое делал с прерывностью, у него тоже получался закон золотого деления. Восхождение от 1 к 27 происходит не только музыкально, не только определенными тональными группами, но и равномерно ритмично, по закону золотого деления.  

Такова  общекосмическая пропорциональность того цельного космического тела, символом которого явился у Платона его числовой семичлен, и такова пропорциональность у него и всех отдельных прерывных моментов внутри космоса.  
 

3. Историческое происхождение  теории космических  пропорций.

 
Вся эта  очень подробно разработанная пифагорейско-платоновская система космических пропорций  обычно находит то глупое объяснение, что она есть курьезный результат  безудержной и дикой фантастики. Мало того, что подобного рода объяснение базируется на некотором вполне определенном состоянии мышления как на последней инстанции и потому является субъективно-идеалистическим, оно и по самому существу своему настолько широко и абстрактно, что ровно ничего не дает для объяснения именно данного историко-эстетического феномена.  

Объективно-исторически  тысячелетняя история пифагорейского платонизма базируется на особого рода общественном бытии. Мы часто говорим  и пишем, что общественное бытие  определяет собою общественное сознание, но фактически проводим этот принцип довольно редко; и многие даже не владеют этим объективно-историческим методом объяснения фактов общественного сознания, особенностей лежащего под ними общественного бытия.  

Общественное  бытие, как оно развивалось в  античном мире, было основано на ограниченности человеческого труда непосредственно физическими возможностями человеческого организма. Это часто приводило к рабовладению, почему и вся античная общественно-экономическая формация обычно именуется рабовладельческой, несмотря на чрезвычайную пестроту античного рабовладения, доходившего не раз до полного его аннулирования. Но так или иначе, античная общественно-экономическая формация в основном все же была коренным образом связана с указанной нами особенностью человеческого труда в те времена, и это накладывало неизгладимую печать на все формы общественного сознания, хотя часто они и были совершенно далеки от всякой экономики.  

Эта основная физическая, вещественная, телесная интуиция определяла собою и все формы  философского мышления, равно как  и всю мифологию и религию античного мира. С этой точки зрения весь мир, или, как говорили греки, космос, обязательно представлял собою живое трехмерное тело. Грек не мог представить себе бесконечной вселенной, не имеющей никаких границ ни во времени, ни в пространстве; а если он и мыслил себе физическую бесконечность, то вся она вращалась для него в пределах трехмерно понимаемого и физически ощущаемого космоса. Миров могло быть и очень много, и кое у кого из греческих философов их существует даже целая бесконечность. Но в таких случаях всегда вступала в свои права идея вечного возвращения, которая сводила необозримую бесконечность на ряд вполне обозримых и вполне конечных космосов.  

Итак, космос есть живое трехмерное тело – вот  первый тезис платоновской космической эстетики. 

Непосредственно функционирующее и ограниченное своими собственными физическими возможностями  человеческое тело не признавало никаких  абсолютов выше себя, так как, доведенное до степени космоса, оно само для  себя уже было абсолютом и решительно во всем само определяло себя. Но в таком случае объяснение телесного бытия должно базироваться на тех формах, которые существенны и характерны для него же самого. Объяснить тело из него самого – значит найти в нем те его наглядно видимые формы, которые и делают его истинным, прекрасным и правильным. Правильность космоса есть правильность вообще самостоятельно взятого, отдельного тела; и те правильные формы, которые и определят собою его истину, его красоту и соразмерность, его правильность и законченность.  

Но что  можно находить правильного в  телах, которые вечно меняются и  переходят от одного состояния к  другому и в которых часто  бывает трудно уловить хоть что-нибудь устойчивое? В этих условиях греческая мысль должна была разыскивать какую-то особую правильность тел, не зависимую ни от какой их изменчивости. Тут-то и столкнулась греческая мысль с геометрией, которая была достаточно закончена и структурна и обладала такой точностью, чтобы удовлетворять нужды научного сознания, стремившегося в окружающем хаосе явлений найти устойчивые закономерности. Отсюда и появилось учение о пяти правильных многогранниках; они вместе с шаром и стали для тысячелетней пифагорейско-платонической мысли наглядным образцом строгой науки, которая тем не менее воспринималась чисто телесно.  

Вот почему этими пятью многогранниками  пифагорейский платонизм наполнил весь космос, толковал по их типу все  виды материи и все области  космической жизни, рассматривал их как вечный образец вечной и нетленной красоты. Все это совершенно противоречит не только научным данным, но даже и чувственным ощущениям. Однако, общественное бытие больше и сильнее всякого общественного сознания, и перед велениями общественного бытия всякое общественное сознание замолкает и отказывается от всяких претензий на самостоятельность.  

Общественное  бытие требовало, чтобы материальное чувственное тело было построено абсолютно правильно, пусть хотя бы не с внешнего вида, но зато, уж во всяком случае по своей внутренней сущности. Поэтому, хотелось ли того общественному и личному сознанию или не хотелось, но земля во что бы то ни стало должна была трактоваться как куб, вода как легко катающийся икосаэдр, воздух как направленный в разные стороны октаэдр и огонь – как остро разящая в разных направлениях пирамида. А что весь космос, как совершенное бытие, должен был обладать и максимально совершенной формой шара, то это было учением уже не только одного Платона. Без всякого преувеличения можно сказать, что об этом учила почти вся античность. Додекаэдру тоже нашлось свое место. У Платона он оказался приближенной формой космоса, так как считалось, что из всех правильных многогранников додекаэдр по своей форме был ближе всего к шару.  

В подобного  рода теориях наглядно виден примат общественного бытия над всяким сознанием. Если правильные многогранники  оказывались максимально правильно  организованными материальными  телами, то разговаривать дальше было нечего. Значит, и весь космос организован по типу правильных многогранников, хотите вы этого или не хотите.  

Для слухового  ощущения такой же правильностью  обладали уже давно установленные  в Греции числовые отношения тона, кварты, квинты и октавы. Значит, и  они тоже должны были трактоваться как закономерности физического космоса. Казалось бы, что общего между правильными многогранниками и числовыми отношениями тонов в акустике? Однако ставить такой вопрос – значит совершенно не понимать в античной эстетике самого главного. Телесная интуиция правильности требовала во что бы то ни стало правильных многогранников, так как, действительно, нельзя себе представить ничего такого, что было бы наглядно-материально и в то же самое время еще более точно и правильно. Расстаться с акустикой никак не позволяла слуховая данность внешнего мира в сознании; и представить себе здесь что-нибудь еще более точное не было никакой возможности. Значит, ясно: правильные многогранники – это и есть правильные соотношения тонов, известные из акустики.  

Конечно, нельзя себе и представить, чтобы тогдашнее сознание и тем более тогдашняя научная мысль не замечали полной несовместимости стереометрии и акустики, акустики и физики, физики и априорной арифметики. Несомненно, все это виделось, замечалось, учитывалось, критиковалось, а научному или даже просто логическому сознанию иной раз представлялось просто даже нелепостью. Но рассуждать так – значит опять забывать определяемость сознания общественным бытием. Вообще, когда начинают говорить о платонических пропорциях в космосе, тут сразу все историки философии становятся последовательными идеалистами. Тут сразу у всех слабеет память относительно общественного бытия; и тут все, бессознательно для себя и незаметно для других, сосредоточивают свое внимание только на имманентном содержании самой теории пропорции. Однако, объяснение какого бы то ни было сознания его глупостью вовсе не есть материализм. Материалистически же с точки зрения объяснения фактов сознания соответствующим общественным бытием в платоновской теории космических пропорций нет ровно ничего удивительного и ничего курьезного. Так оно и должно быть, если всерьез объяснять платоновскую теорию космических пропорций указанным выше характером общественного бытия, как оно развивалось в античной общественно-экономической формации. Но ограничиваться в характеристике платоновского учения о космических пропорциях только одними указаниями на глупость и курьез – это уж является совсем антиисторическим и даже антинаучным методом.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 

4. Космический геометризм.

 
Платон  вовсе не был специалистом по астрономии и нигде не ставил себе задачи дать астрономически точную картину космоса. Однако с историко-эстетической точки зрения Платон все-таки любопытен тем, что свой космос он, во всяком случае, мыслил в виде какого-нибудь геометрического тела. Для истории эстетики это является фактом первостепенной важности.  

Земля кругла и находится посредине  космоса. Космос тоже кругл или, по крайней  мере, физически ограничен. Пространство внутри космоса является силовым  полем, которое заставляет Землю находиться именно в центре и препятствует ей как падать вниз, так и взлетать наверх. Конкретный геометризм космоса высказан здесь в не допускающих никакого сомнения выражениях. Это – чрезвычайно конкретная эстетика, основанная на художественно-геометрических представлениях.  

Таким образом космос уж во всяком случае является шаром. Поверхность этого шара состоит из двенадцати разноцветных полос, которые Платон представляет себе, по-видимому, максимально суженными на полюсах и максимально широкими на экваторе космоса. Следовательно, здесь мыслится какая-то ось мира, вокруг которой происходит суточное движение неба, наиболее доступное человеческому глазу. Выражаясь максимально понятно, представим себе стержень, к нижней части которого прикреплено пустое полушарие. Внутри этого полушария вставлены еще другие полушария, символизирующие собою планетные сферы, так что наибольшее полушарие является миром неподвижных звезд. Земля находится в центре всех полушарий, через нее и проходит стержень. Платон много толкует о взаимных расстояниях одного полушария от другого, отчасти использует тогдашнее представление о космических сферах и старается понимать эти расстояния пропорционально. Общий стержень, к которому прикреплено восемь полушарий, находится между коленями Необходимости, которая, следовательно, и мыслится как источник движения всего космоса.  

Воображение Платона разыгрывается, и именно для истории эстетики оно дает весьма любопытный материал. Оказывается, на каждом из концентрических кругов веретена сидит Сирена, издающая особый тон, и все восемь тонов составляют определенного рода гармонию.
У Платона масса интереснейших подробностей. Общая картина космоса не только телесна, а еще и геометрична и что перед нами здесь какая-то художественная геометрия или геометрическое художественное произведение. 

Платон  повествует о соединении тождества и различия, так что становится ясной единораздельная цельность и тождественная сама себе и различная сама с собою в своих отдельных моментах. Из этой-то единораздельной цельности Платон и образует систему космоса. Тождественная стихия сущности вытягивается в одну линию или в какую-то ленту, из которой образуется замкнутый круг. Другой такой же круг образуется из стихии различия. Оба круга соединяются так, что круг тождества является внешним обручем, а круг различия – внутренним обручем, и оба эти обруча скрепляются под известным углом друг в отношении друга. Круг тождества образует собою сферу неподвижных звезд; а круг различия делится еще на семь кругов, образующих известные тогда пять планет, включая Солнце и Луну и включая еще Землю, остающуюся посредине.  
 
 
 
 

5. Звезда  пяти элементов  Платона.

 
Пятиконечная  система символов встречается в  геометрическом символизме Платона. Четыре фигуры представлены в виде пирамиды, куба, восьмигранника и двадцатигранника; пятый элемент, символизирующий Космос (Эфир), представлен в форме двенадцатигранника (додекаэдра). Пятый элемент, символизирующий в системе представлений Платона Космос, западная магия определила как Дух, властвующий над четырьмя стихиями Бытия и обозначенный вершиной пятиконечной звезды. 

Каждому из пяти элементов соответствуют  астрологические знаки-символы, являющиеся отдельными элементами гексаграммы. Так  четыре базовых элемента, обозначающих Огонь, Воздух, Воду и Землю, являются производными от двух треугольников, составляющих гексаграмму.

Треугольник и перевернутый треугольник символизируют  Отца и Мать других элементов, причем женское начало представлено "подчиненным" треугольником с основанием наверху. Воздух обозначается треугольником Огня, перечеркнутым линией; аналогично образуется знак Земли, являющийся производным от перевернутого треугольника Воды. Параллельные линии, пересекающие треугольники, являются продолжением прилегающих элементов гексаграммы. Пятый элемент, символизирующий Бессмертный Дух, представлен в виде колеса с восемью спицами.  

Элемент Огонь Воздух Земля Вода Эфир (Космос)
Фигура Четырех- гранник
Восьми- гранник
Куб Двадцати- гранник
Двенадцати- гранник
Грани Четыре треугольника Восемь треугольников Шесть квадратов Двадцать треугольников Двенадцать  пятиугольников
Вершины Четыре Шесть Восемь Двенадцать Двадцать
Стороны Шесть Двенадцать Двенадцать Традцать Тридцать
 
 
 
 
 
 
                          
 
 
 
 
 

                                   ВЫВОДЫ:

 
Рассматривая  космологическое учение Платона, необходимо отметить, что он пытается "примирить" или даже объединить учения "ионийских" философов, в большей степени Гераклита, с космологическим учением пифагорейцев, которое, как мы считаем, послужило основным источником космологических воззрений самого Платона, сделавшего изучение основ Вселенной, одной из целей своей философии. Однако взгляды Платона не в полной мере соответствуют этому учению пифагорейцев. Космос Платона является управляемым. В то же время Платон рассматривает предшествующее учения досократиков, и, с трудом пытается примирить учение пифагорейцев с представлениями физиков и атомистов о вещественном основании Вселенной. Принципиальным отличием досократической космологии и космологии Платона является то, что Платон в отличие от досократиков, считает, что космологическое и физическое может быть лишь вторичным по отношению к истинному, вечносущему бытию, которое находится за пределами человеческого чувственного опыта и не может быть достижимо не иначе как в форме чувственного созерцания. Космологическое учение может быть только "правдоподобным мнением" о предметах чувственного мира. В то же время Платон не отрицает того, что космос как живое существо является самым совершенным живым существом, созданным согласно умопостигаемому первообразу. 

    Космос  – цельное и  нерушимое трехмерное тело. Космос оказался единораздельным телом, содержащим в себе нерушимую цельность, несмотря на бесконечные различия возможных его проявлений. Разгадка непонятного ряда семи чисел заключается в том, что он есть символ космоса как трехмерного тела, данного в виде нерушимой единораздельности и целостности.
 
    Космические пропорции. Пропорциональность всех делений внутри космоса конструируется у Платона с таким же упорством, как и пропорциональность всего космоса в целом. При этом нетрудно заметить, что закон золотого деления обеспечивает для Платона равенство всех соотношений в космосе в том случае, когда мы будем нисходить с космоса как неделимой цельности к отдельным его моментам и ступеням, содержащимся внутри него самого.
     
    Историческое происхождение теории космических пропорций. Платоновское учение по его содержанию конструктивно-методологически оно является вполне закономерным продуктом античной общественно-экономической формации.
 
    Космический геометризм. Земля по Платону кругла и находится посредине космоса. Космос тоже кругл или, по крайней мере, физически ограничен.
 
     Звезда  пяти элементов Платона.  Платон выделил пятиконечную   
           систему символов. Четыре фигуры представлены в виде: пирамиды,   
           куба, восьмигранника и двадцатигранника; пятый элемент,
           символизирующий Космос (Эфир), представлен в форме
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.