На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


дипломная работа Ответственность за убийство и телесное повреждение, совершенное в состоянии аффекта

Информация:

Тип работы: дипломная работа. Добавлен: 07.05.2012. Сдан: 2011. Страниц: 18. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Министерство  образования и  культуры
Кыргызской  Республики 

Ошский  технологический  университет 

Кафедра: «Уголовное и процессуальное  право» 
 
 

ДИПЛОМНАЯ  РАБОТА 

Тема: «Ответственность за убийство и телесное повреждение, совершенное  в состоянии  аффекта» 

  
 
 

Дипломница:       Айдарова Г.     гр. ЮП-1-98 

Руководитель:      ст. преп. Истамкулов  Ж. 

Зав. кафедрой:                           

Рецензент: 

Ош - 2001 
Содержание
 

 

Введение

 
         Для того, чтобы иметь понятие о факультативных признаках субъективной стороны, необходимо дать объяснение самой субъективной стороны и ее элементов.
         Субъективная сторона  преступления – внутренняя характеристика преступления, состоящая в психическом  отношении преступника к содеянному. К признакам, образующим субъективную сторону преступления, относится вина, мотив, цель, а также эмоциональное состояние лица в момент преступления исходящие в психике лица, совершающего преступление.
         Психика (психическое) представляет собой внутреннее содержание жизни человека, его мысли, чувства, намерения, волю. Психические процессы обычно подразделяются на интеллектуальные (познавательные), эмоциональные и волевые. При этом надо иметь в виду, что такое деление является условным и в отдельности (сами по себе) такие процессы не существуют. Лишь в единстве, в тесном сплаве интеллекта (познания), чувства и воли и существует психика человека. Тем не менее для уяснения содержания и значения как субъективной стороны преступления в целом, так и образующих ее признаков, выделение составляющих психику элементов (процессов) является не только полезным, но и необходимым.
         Каждый из признаков, образующих субъективную сторону преступления, характеризует психическое содержание преступления, но характеризует его по-своему, с определенной стороны. Так, вина — это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию (действию или бездействию) и его последствиям в форме умысла или неосторожности. Вина — основной признак субъективной стороны преступления, хотя и не исчерпывает ее. При конструировании как умышленной, так и неосторожной вины законодатель использует лишь два элемента психики — интеллектуальный и волевой. Эмоциональное содержание психических процессов не учитывается в уголовно-правовой характеристике умысла и неосторожности (остается за их пределами). Напротив, мотив преступления как побудительная причина преступного деяния и признак субъективной стороны чаще всего носит отпечаток эмоциональных процессов, происходящих в психике лица, совершающего преступление. В отдельных случаях эмоциональное состояние лица, совершающего преступление, например состояние аффекта, приобретает самостоятельное уголовно-правовое значение.1 Цель преступления, как и вина, ограничивается интеллектуальным и волевым содержанием.
         Вина — обязательный признак субъективной стороны преступления. Без вины нет и не может быть; состава преступления. Это основной признак субъективной стороны, отграничивающий  преступное деяние от непреступного. Законодатель придает вине такое важное значение, что возвел виновную ответственность в принцип Уголовного кодекса. В соответствии с ч. 1. ст. 5 УК лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие вредные последствия, в отношении которых установлена его вина. В ч. 2 этой же статьи подчеркивается, что уголовная ответственность за невиновное причинение вреда не допускается.
         Принцип виновной ответственности  — обязательное, но не единственное условие правильной юридической и социально-нравственной оценки поведения человека.
         Теория уголовного права и судебная практика исходят  из того, что принцип виновной ответственности  не ограничивается лишь учетом психического отношения лица (в форме умысла и неосторожности) к совершаемому им общественно опасному деянию (действию или бездействию) и его последствиям. Любые обстоятельства совершенного преступления, в особенности отягчающие, могут быть вменены в вину лишь тогда, когда по отношению к ним суд установит виновное отношение, т. е. психическое отношение в форме умысла или неосторожности (в зависимости от особенностей конструирования законодателем этих обстоятельств в уголовно-правовой норме).
В отличие  от вины мотив, цель преступления и  эмоциональное состояние лица при  совершении преступления не являются необходимыми признаками состава преступления. Они включаются законодателем в число признаков состава не всех, а лишь некоторых преступлений, и в этих случаях они также превращаются в основание уголовной ответственности. Тем не менее,  даже не будучи признаками состава преступления, они могут оказывать существенное влияние на назначение наказания, выступая в качестве смягчающих или отягчающих обстоятельств. Но и тогда, когда эти признаки не имеют самостоятельного значения для уголовной ответственности и наказания, они нередко имеют важное значение для установления вины, для отграничения умышленной вины от неосторожной. Именно поэтому уголовное право не ограничивается принципом виновной ответственности, но стоит на позиции субъективного вменения. Это означает, что при решении вопроса об уголовной ответственности и наказании лица, совершившего преступление, не только принимается во внимание виновное отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию (действию или бездействию) и его последствиям, но и учитываются другие элементы субъективной стороны преступления —. его мотивы, цели и эмоциональное состояние лица в момент совершения преступления.
  Следует отметить, что для следственной и судебной практики из всех элементов состава преступления наиболее сложным является установление именно субъективной стороны. И это вполне понятно, так как проникнуть в мысли, намерения, желания и чувства лица, совершившего преступление, гораздо труднее, чем установить объективные обстоятельства преступления. Именно для этого необходимо правильно установить цель, мотив и эмоциональное состояние лица в момент преступления.
 

Глава I. Понятие аффекта. Психофизиологическая  и правовая  характеристика.

 
  Деяния,  совершаемые в состоянии  так называемого  и умышленное  подразделяются  на  два  вида  преступлений: убийство  и умышленное  тяжкое  или менее  тяжкое  телесное  повреждение, предусмотренных  соответственно  статьями 8  Уголовного Кодекса  Кыргызской Республики. Их   объединяет  очень многое  и прежде  всего  субъективная сторона  составов  преступления.
  Состояние  внезапно  возникшего   сильного  душевного  волнения (правовой эквивалент аффекта) по Кыргызскому  Уголовного Законодательству считается  смягчающимся  ответственность   обстоятельством. Основанием  для  отнесения  указанных  преступлений  к так называемым  привилегированным   составом   является  меньшая по сравнению  с деяниями  предусмотренными  статьями 98 и 106УК КР, общественная  опасность, которая  объясняется  исключительными, свойственными  лишь  этим преступлениям  мотивам и обстоятельствам  их совершения.
  Оценивая  особенности  указанных  деяний, законодатель  установил  значительно более мягкие  наказания. Относительно определенные  санкции  статей  без указания  минимального  размера лишения свободы  позволяет  судам  с учетом  индивидуальных  особенностей  конкретного  дела и личности  виновного  назначать  наказания в пределах,  соответственно   ст. 98 УК КР – до 3 лет и ст.106 УК КР-до 3 лет. Обе статьи  предусматривают  также  возможность  назначения наказания в виде  исправительных  работ до 2-лет.
  Наибольшее число ошибок при квалификации по  статьям 98 и 106 УК КР следственные и судебные  органы  допускают  из-за неправильного  понимания термина   "внезапно возникшее  сильное  душевное  волнение", которое  является  обязательной  предпосылкой  вменения  названных статей. В связи  с этим  возникает    необходимость  рассмотреть  вначале  теоретические  вопросы, имеющие    отношения к данной проблеме.
  Рассматриваемый вопрос  в теории уголовного права  еще  недостаточно  хорошо  изучен. Однако  большинстве     ученных  и практических  работников, сталкивающихся  с ним, считают, что    преступления, совершенные  в состоянии аффекта, являются, во-первых, умышленными, во-вторых,    умысел возникает  внезапно и приводится  в исполнение   немедленно. В-третьих, данные  преступления являются     следствием  противоправного  поведения  потерпевшего  и в-четвертых,  они направлены  на тех, кто  создал  конкретную  конфликтую  ситуатцию.
  Правовому понятию "внезапно возникшее   сильное  душевное  волнение" соответствует   психологическое- "физиологический  аффекта".
  Согласно Большой Советской  энциклопедии, аффект –эмоциональное    состояние, характеризующееся  кратковременностью, бурность  протекания и переживания (гнев, переходящий в ярость, страх,  доходящий до ужаса). Для аффекта  свойственно  существенно  ограничение  возможности руководить         своими  действиями, крайнее  сужение сознания, в отдельные  моменты  доходящее др помрачнения, до полного отключения2. Проф. Шавгулидзе  считает аффект "критической точкой  переживания"3,   а известный психолог Рубнштейн подчеркивает такую черту как способность "дать  неподчиненною сознательному волевому контролю разрядку  в действии".4
  С психофизиологической стороны  объясняя  поведение человека в состоянии     аффекта, необходимо  вспомнить  связи  коры  головного    мозга  с другими  отделами  нервной  системы, ее роль  и значение  для человека. Кора  головного  мозга  обеспечивает  целостность  организма, контроль  и координации  его поведения, согласованность деятельности  всех  отделов  нервной  системы.   
  Если поставить вопрос: в чем  главная  особенность   человека то без сомнения можно   ответить –в его  социальной  сущности  т.е. она  определена  тем  обществом,  в котором  он живет.
Социальная  сущность-главная  детерминанта  поведения  человека. Сознание, убеждения, нравственность  отодвинули на второй план  биологические  начала. В  его  поведении  наличествуют такие качества, как целеустремленность, содержательность  результативность. Прежде  что-либо  сделать, он обдумывает  будущее действие, сопоставляет,             проигрывает все варианты    и этапы, предполагает  предвидит конечный  результат и только  потом  приступает  к выполнению  поставленной   перед  собой  задачи. Во всем  этом заключается роль  и значение  коры головного мозга.
  В состоянии аффекта  происходит как бы "бунт подкорки"5  Подкорковые образования приобретают относительную  самостоятельность  ослабевает контроль  со стороны  коры  головного  мозга, выявляются  бурные и резкие  действия   незаторможенных реакции.
  В некоторых случаях "внешние  воздействия  столь   велики, что в высшей  нервной     системе  происходит  перерыв связи между корой и подкоркой". Именно  поэтому И.П. Павлов считал аффект  психическим состоянием   наиболее  связанным с инстинктивной деятельностью, « сложнейшим  безусловном рефлексом»
   Аффект в отдельные моменты  ведет к тому, что кора головного  мозга  перестает  руководить  поведением человека,  перестает регулировать  работу нервной системы и она  полностью       начинает  подчиняться  подкорковым  образованиям. Можно, с известной  долей аналогии, сказать, что психическая деятельность человека  в состоянии  аффекта становиться  подобной  психической деятельности  высших животных.  Человек хотя и не теряет     сознание  и оно продолжает в основном фиксировать  изменение  внешней среды, но  сознания становиться не способным  влиять на поведение человека,  вследствии  как перерыва  «обратной связи»  мозг реакции, так и неадекватности, искаженности         отражения, что проявляется в отрыве непосредственного объекта воздействия от окружающего мира.
  Возникает естественный  вопрос:  должно ли в  таком случае   лицо совершившее   убийство  в состоянии аффекта, нести уголовную ответственность?   Тщательное изучение  данного явление приводит к утвердительному ответу: да, должно.
  Если взять любой процесс, происходящий  материальном мире и рассмотреть   его развитие,  то в нем всегда можно будет выделить несколько этапов, периодов, причем на различных этапах интенсивность      течения напряженности объекта окажется различной. Каждый процесс имеет начало, конец,  подъемы и спады развития.
  Аффект  - явление  материальное в своей  основе, следовательно он не является  исключением. Как   бы он не был короток,  быстротечен, он временен, он развивается и во времени и пространстве. Ученые выделяют но крайней мере три этапа в его течении:
  Начало аффективного процесса - стадия эмоциональной напряженности;  собственно аффекта  - стадия аффективной разрядки;
изживание аффекта  - стадия спада  аффективной  напряженности.  Причем  как оказалось,  при их сопоставлении о фазами  развития патологического аффекта, первая и третья стадию   могут служить факторами разграничения. Если при патологическом аффекта  первую стадию дочти невозможно выделить, то  при аффекте  физиологическом ее разделение от основной стадии довольно четко.
   Данные  физиологии показывают,  что на этапе эмоциональной напряженности как бы сильна не была интенсивность переживания человек остается существом социальным. Принципы и убеждения еще довлеют над животными инстинктами, хотя и не столь сильно. Человек еще способен осознавать свое положение в общественной  среде, сознание еще продолжает контролировать его действия. Об этом говорил А. Ф. Кони: "Весьма редкие из подсудимых, совершивших преступление под влиянием аффекта, в состоянии  изложить подробности решительного момента. но это не мешает им помнить быструю смену и перекрещивание в их душе мыслей, образов, чувств - до сделанного ими удара, до выстрела, до расправы ножом".
     И если человек имеет достаточно  сильную волю, он еще способен,  оценив  обстановку,.обдуматься и  остановиться. Не случайно поэтому практика показывает, что эмоции  чаще всего закуют на стадии эмоциональной  напряженности, превращаясь в более  или менее  стойкие  отрицательные   настроения.
     Однако если  человек не нашел   в себе силы  подавить  гнев  или ярость, он,  образно  говорят  теряет  голову. Эмоциональная  напряженность перерастает  в собственно "аффект", в основную  и решительную стадию. Происходит резкое торможение сознательной  деятельности  и чем  интенсивнее  аффект, тем большее. В отдельные  моменты это состояние приобретает черты патологического, т.е. невменяемого характера.
         Динамические элементы начинают преобладать над смысловым  содержанием и изобретательной  направленностью действий.   Человек      принимает решение, которое в  обычном  состоянии   он  посчитал бы диким.  Заторможенность сознательной   деятельности   в состоянии внезапно  возникшего  сильного  душевного   волнение приводит  к тому, что происходит  концентрация  внимания субъекта  на эмоционально  значимых  переживаниях, восприятие действительности становится неадективной самой действительности. Существенно   затрудняется, а иногда, в зависимости от силы  аффекта, исключается правильный  выбор поведения. Действия «как бы у человека  не вполне  не вполне регулируются им». Сознаются     лишь  те цели, которые  находятся в непосредственной связи  с побуждениями. Причем  сила  производимых  движений обратно  пропорциональна  степени их  сознательности.
       В этот  момент,  человек совершает убийство, «забывает о противоправности  своего  поведения.  
      В  обычном состоянии человек отчетливо представляет общественную  опасность м наказуемость убийства или причинения телесных повреждений. При аффекте  же осознание правовых моментов  большей  частью исключается.  Сознательные   социальные ориентации, нравственные убеждения и  принципы в этих  условиях перестают быть тормозом  биологических   инстинктов в поведении    человека,  перестает оказывать решающие  влияние  на мотивацию и выбор деятельности. 
      В аффективном  состояние психика  расстроена и личность, вследствие отсутствия контролирующего и координирующего действия коры головного мозга,  больше  не представляет собой единого целого. «Поэтому аффективное  поведение, - пишет Б.В. Сидоров, -отличает не осмысленность  непродуманность в деталях,   отсутствие дальновидности и  предварительного плана, некоторая хаотичность и нестройность движения, их автоматизм, стремительность  порывистый  характер». Причем    чем выше интенсивность аффекта, тем сильнее проявляются выше перечисленные признаки в поведении виновного.
   Третья  стадия  аффективного процесса- спад эмоциональной напряженности. Она  характеризуется настроением. без  различным до полной  отрешенности,  новым переживанием.
   Правильное  установление признаков последнего этапа может показать вид аффекта, и ее  силу и интенсивность.  Так если у лица  совершившего преступления установилось  резкое и стойкое   истощение сил, физических  и психических,  сопровождавшееся  вегетативными резкими нарушениями после бурного аффективного разряда, то можно говорить о патологическом аффекте, исключающей вменяемость.
Никакой тип темперамента, никакие индивидуально-психологические свойства человека не исключают возможности возникновения аффекта при определенных обстоятельствах. Поэтому нельзя признать убедительным вывод суда об отсутствии аффекта у подсудимого на том основании, что он по характеру был мягкий.
     Вместе с тем любой человек в состоянии аффекта сохраняет в большей или меньшей степени возможность осознавать свои поступки, может взять себя в руки “Чем больше у него развиты волевые качества, о тем о большем трудам возникает состояние аффекта и тем слабее он про. икает.
   Внезапно  возникшее сильное душевное волнение - объективная категория. Его наличие, продолжительность и сила могут быть установлены по специфическим физиологическим и психологическим показателям.
     Внешне состояние аффекта по наблюдениям психиатров и  психологов проявляется по-разному в зависимости от многих условий, в том числе индивидуальных особенностей человека.
     У одних сильный гнев, ужас, ярость проявляется в усиженной иннервации, учащении сердцебиения и расширении периферических сосудов. В результате человек приходит в состояние крайнего возбуждения, суетится, повышает голос до крика, багровеет, много и не к месту жестикулирует. В более редких случаях аффект может иметь и прямо противоположные внешние проявления. Человек, как говорят, цепенеет от страха” гнева, горя, отчаяния. Он бледнеет, теряет дар речи и способность к движению.
     По  этим  внешним признакам, залеченным очевидцами преступления   либо свидетелями, которые видели виновного сразу после совершения преступления, следователь может получить некоторые исходные данные о наличии и степени душевного волнения у субъекта в момент совершения убийства иди причинения телесных повреждений “Но глубокое и аргументированное заключение о наличии  или  отсутствии физиологического аффекта у конкретного лица могут дать только специалисты. Однако в юридической литературе нет единого мнения по этому поводу”
        Одни авторы / Рогачевский Л. А и др./ считают судебно-психологическую экспертизу обязательной, другие /.Дагель П.С..Дубинин Н.П./ полагают. что ее проведение лишено целесообразности. Последняя точка зрения, очевидно, не состоятельна, так как противоречит огромному опыту, накопленному советскими органами предварительного следствия, судом, судебно-психологической и судебно-психиатрической экспертизой,
Никто не оспаривает, что окончательную  оценку состояния обвиняемого в момент совершения преступления дает только суд.Н0 он исходит из всех собранных по делу материалов, учитывая и заключения различных экспертиз.  Проведение  которых было необходимо, в том числе и судебно-психологической. Причем заключение эксперта психолога настолько важны. что суд обязан принимать их во внимание, ибо они касаются экстраординарного состояния психики человека. Однако перед экспертами нельзя ставить такие вопросы, на которые он не в состоянии ответить. Например,  он не может со всей определенностью сказать, что обвиняемый в момент совершения преступления находился в состоянии физиологического аффекта, но он способен отметить его предрасположенность к аффекту, его возможность пребывания в этом состоянии. Точный ответ” очевидно, не возможен. До экспертизы проходит достаточно продолжительное время, что конечно уносит о собой прошедшие переживания, условия возникновения аффекта.  А вызвать его вторично практически    невозможно, как невозможно создать аналогичную аффектогенную    ситуацию и конечно не только по этическим соображениям.
      С другой стороны определить предрасположенность к физиологическому  аффекту может только  психиатр и психолог,
и следователь не должен его поменять.
      Аффект является объективным явлением, не зависящим от правосознания применителей права. Он имеет определенные признаки, диагностику и правильное истолкование которых может дать только лицо, обладающее специальными познаниями, специальными методами и формами работы - эксперт.
   Однако  эксперт обязательно опирается  на материалы дела, поэтому важным становится правильное ведение следствия,  особенно такого следственного действия, как допрос обвиняемого потерпевших, свидетелей, соседей, сослуживцев, Следствие должно выявить не только объективные критерии тяжести и внезапности насилия, оскорбления, но и признаки течения психических процессов. развитая психического состояния обвиняемого. Это даст возможность с учетом его индивидуальных психо-физиологических особенностей в совокупности о другими доказательствами оценить, в какой м-ре то иди иное действие потерпевшего могло привести обвиняемого в состояние сильного душевного волнения.
   На  следствии должно быть выяснено, какие  изменения проявлялись в движениях виновного (потеря гибкости поведения, автоматизм. Несоответствие ответной реакции, хаотичность, нарушение координации, какие наблюдались вегетативные нарушения )покраснение или побледнение  кожных покровов лица, дрожание, потливость рук, резкий упадок сил после аффективного разряда/” какие проявлялись нарушения речи /непоследовательность, прерывистость, заторможенность, отсутствие смысла в словах/. При- чем большое внимание необходимо обращать не только на то. чту он говорил, но и как говорил, каким голосом.
  Кроме того следствие должно признать существование    аккумулированного физиологического аффекта. Действительно, трудно порой поверить в то, что незначительное оскорбление или насилие способно вызвать аффективное состояние “Если к тому же учитывать, что раньше обвиняемый не обращая особого внимания на подобные выпада потерпевшего. Для правильной оценка действий  обвиняемого нужно учитывать не только конкретную конфликтную  о ситуацию, находившуюся в непосредственной связи с преступлением, но и предшествующие ему другие конфликты “Практика до” называет 1 что при систематическом проявлении неуважения к личности человека происходит не привыкание к эмоциональным раздражителям, а наоборот аккумуляция "не выплеснутых во вне " отрицательных эмоций организма. В конце концов становится необязательным очень тяжкое  оскорбление, чтобы наступил эмоциональный взрыв”
  На основе всех собранных предварительным следствием материалов, эксперт-психолог, исследовав свойства темперамента, восприятия, мышления, особенности реагирования обвиняемого на неблагоприятные факторы, изучив доведение в других конфликтных случаях приходит к определенному выводу о состоянии обвиняемого в момент совершения преступлена. т. о. проведение судебно-психологической экспертизы представляется обязательны - для выяснения реальных событий, приведших к преступлению.
  По  нашему мнению перед экспертом необходимо ставить следующие вопросы:
    Могли обвиняемый быть в момент совершения преступления в состоянии физиологического аффекта”.
    Возможен ли аффект в случае длящейся конфликтной ситуации,
    Возможен ли аффект при сложных действиях  обвиняемого
    Может ли быть аффект  сдвинут во времени по отношению к провокации,
    Как долго у этого лица может длиться аффект,
    Насколько была значима для обвиняемого конкретная конфликтная ситуация
     Тщательно подготовленные ответы эксперта-психолога позволят следователю и суду дополнить имеющуюся у них информацию об индивидуально- психологических особенностях обвиняемого, помогут глубже исследовать механизм преступления, вскрыть причины и условия, способствующих его совершению.
  Но  мы повторяем: не целесообразно ставить перед экспертом конкретный вопрос - был ли обвинявший в момент совершения преступления в состоянии сильного душевного волнения..
  так как подобное состояние исключительное и экстраординарное, что отрицает эксперимент. Каким бы ни  был  ответ: положительным или отрицательным, он  может завести следствие в полное русло Поставить под удар его объективность.
  3аключние экспертов суд оценивает наряду с другими доказательствами по делу. В случае сомнения в правильности выводов суд может назначить повторную экспертизу с привлечением более квалифицированных специалистов.
  Верховный суд КР, подчеркивая важность критической оценки судом всех доказательств, в том числе и заключение эксперта, в одном из определений  указал: "Никакие доказательства. в том числе и заключение эксперта, не имеют для суда  заранее установленной силы и должны оцениваться на основании всестороннего, полного и объективного рассмотрения всех обстоятельств дела в их совокупности, по делу  Пуршаева Верховный суд КР еще раз подтвердил эту позицию, отметив, что эксперты-- психиатры, давая заключение о наличии у Пуршаева состояния аффекта, руководствовались не медицинскими критериями, а своей личной оценкой обстоятельств дела...Оценка показаний обвиняемого находится в попытки некоторых судов рассматривать понятие сильного душевного волнения в качестве только юридической категории и решать вопрос о его наличии или отсутствии без проведения экспертизы приводит в одних случаях к необоснованному расширительному пониманию его, а в других - к отказу от отягчения при наличии к тому оснований. В отдельных случаях суды, разграничивая простое воз бурение и физиологический аффект, не указывают, какими критериями они при этом руководствуется, в связи о чем вывод об отсутствии аффекта у лица. совершившего убийство, звучит неубедительно.
     Стегунов, вынося вечером ведро к. мусорному ящику, был остановлен не известным, К ним бежали еще двое. Неизвестный ударили Стегунова кулаком в левый глаз, причинив легкий телесные повреждения с кратковременным расстройством здоровья.
  Забежав домой. Стегунов взял охотничье двуствольное ружье, находившееся в чехле в  разобранном виде. Собрал его, забежал  в другую комнату. взял из патронташа два патрона, зарядил ружье и  выбежал из дома. На улице недалеко от дома, он увидел трех парней. Считая, что это те, которые навали на него. Стегунов погнался за ними, пробежав около 70 метров. Сделав один предупредительный выстрел, другим смертельно ранил несовершеннолетнего Густова. не имевшего никакого отношения к нападению. Народный суд осудил Стегунова по ст-106 УК КР за умышленное убийство, совершенное в условиях  фактической ошибки в личности потерпевшего. Убийство в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения предполагает непосредственную реакцию виновного на неправомерные действия потерпевшего, когда виновный находится под влиянием вызванного ими внезапно возникшего сильного душевного волнения. Из дела видно, что Стегунов совершил раяд обдуманных действий, целенаправленных и подготовительных. Забежав домой, он рассказал жене о нападении, по просил ее сходить за шубой, брошенной им во дворе дома, собрал ружье, зарядил его, вышел из дома. несмотря на возражения и уговора жены. На улице Стегунов искал   обидчиков  затем гнался за ними 70м.  И хотя на эти действии, согласно проведенному следственному эксперименту по просьбе защиты ушло всего 23 с. Условие внезапности душевного волнения как непосредственная реакция на поведение потерпевшего отсутствует. При такой ситуации действия Стегунова, хоть и совершенное в состоянии душевного волнения, должны быть квалифицированы по ст.106 УК КР,
   Справедливым  представляется мнение. Высказанное  по данному делу Л. Рогачевским: если совершение преступления непосредственно предшествовали сложные действия, создавшие видимость их  полной осознанности /например, заряжение ружья, преследование/. то необходимо поставить вопрос о психологической трактовке этих действий в свете аффективного состояния". Отмеченное психофизиологами свойство центральной нервной системы - медленно приходить вдвижение и медленно успокаиваться - позволяет допустить.строго говоря. какой то промежуток во времени между противозаконными и неправомерными действиями потерпевшего и возникшим под их влиянием аффектам виновного. Важно. чтобы этот промежуток находился в допустимых границах, свидетельствующих о непосредственном воздействии внешнего повода, который и явился бы толчком к возникновению аффекта: иными словами. чтобы между нанесенной обидой и аффектом виновного существовала действительно непосредственная связь. Допустимый промежуток здесь должен служить показателем и быть следствием нормального развития аффективного
   процесса, после непосредственного внешнего воздействия,
а это  зависит не  от одной длительности промежутка При решении вопроса о том, являлось ли сильное душевное волнение внезапно возникшим. то есть имело ли место аффект виновного в смысле ст. ст 98.106 УК  КР, необходимо исходить из совокупности конкретных обстоятельств :непосредственного повода. взаимоотношений между виновным и потерпевшим. особенностей характера и темперамента виновного  вида  аффекта и др.
  Большой теоретический и непосредственный практический интерес представляет решение вопроса об  уголовно-правовом значении  действий, совершенных виновным  до причинения  вреда  потерпевшему. Совершение подобных действий создает какой-то разрыв во времени между обстоятельствами, возбудившими аффект,  и убийством или телесным повреждением, а также между возникшим аффектом  и преступление. Важно. чтобы этот разрыв не был значительным, а преступление  было задумано и выполнено  в  пределах  того времени, в течении которого может длиться  аффективное  состояние (не свыше  нескольких минут). Внезапность нельзя понимать только как  ответную реакцию  на  неправомерные действия потерпевшего. Как пишет Б.В.  Сидоров :"Нельзя согласиться о мнением тех криминалистов, которые  считают, что действия, производимые виновным до совершения им
преступление, служат подтверждением отсутствия  аффекта и исключают квалификацию  деяния по ст. ст. 104,110 УК КР. Нередко подобные действия является результатом аффективного состояния виновного.
  В судебной практике можно встретить немало случаев, когда виновный в преступлении, предусмотренными ст. ст, 98,106 УК КР. непосредственно под влиянием нанесенной ему обиды бежит в дом, соседнюю комнату за оружием или орудием преступления, догоняет обидчика  и т.п.
  Поглощенность и захваченность виновного своими действиями, направленными на предмет  обиды. неправильность движения, их лихорадочность и одержимый  характер и т.п. могут служить показателями возникшего и продолжаемого аффекта. Роль своебразных доказательств аффекта виновного в этом случае выполняют объективные признаки, так или иначе проявившиеся в особенностях  его поведения, В принципе не сами действия а отсутствие таковы. или действия. непосредственно не связанные с вызвавшим состояние сильного  волнения поводом, могут свидетельства об успокоении виновного после бурной эмоциональной вспышки или об  отсутствии  состояний внезапно возникшего сильного душевного волнения у него с начала неправомерных действий потерпевшего до совершения преступления.
   В некоторых случаях под влиянием неожиданных изменений в условиях  конфликтной ситуации стрессовое состояние лица ослабевают, частично или полностью нейтрализуется вновь возникшим  мыслями, что  непосредственно отражает в его изменившимся поведении: более уравновешенном и разумном, чем в состоянии аффекта.
      Так, П. и И., проживая в одной коммунальной квартире, систематически ссорились между собой. Во время очередной ссоры  происшедшей  на обшей кухне по инициативе.  И., они подрались. и избытый П. в состоянии сильного  возбуждения бросился в свою комнату. Он сорвал со стены двухстволное охотничье ружье. зарядил его и побежал за И. который зашел в свою комнату, Последний успел схватиться  за ствол ружья, которое П. просунул  дверь, и стал его вырывать из рук  П. В завязавшейся борьбе кто то из них нечаянно нажал на спусковой крючок, и последовавшим вслед за этим выстрелом И.  был ранен в пятку. Выбежав в подъезд, он стал у стены на лестничной клетке, а П через раскрытую дверь следил за ним, нацелив на него ружье и приказывая  не двигаться с места. И постоял некоторое время неподвижно, а затем сделал шаг вперед, после чего П. выстрелил в него, но промахнулся.
   Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда КР квалифицировала содеянное П. по ст. и 104 УК КР, чем по нашему мнению, нельзя согласиться.
В рассмотрением случае поведение П., характер его действии после неожиданного выстрела которым ранило потерпевшего, говорят о том, что в психике  виновного наступил перелом, определенное успокоение, переход от состояния аффекта к более спокойному состоянию, поэтому совершенное им преступление следует квалифицировать по ст. 106 УК КР ст. 20 УК КР. 

 

ГЛАВА  II. ВОПРОСЫ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ  В  СОСТОЯНИИ АФФЕКТА.

 
  Наиболее сложным по нашему  мнению вопросом, требующим специального изучения, касающимся преступлений, связанных с физиологическим аффектом, является вопрос вины обвиняемого.
      Принцип виновности лица подозреваемого в совершении преступления - один из основных принципов  советского уголовного права. Данный принцип  означает, что только виновное в совершении общественно опасного деяния лицо подлежит уголовной ответственности м несет наказание в соответствии отеле ни его вины   Признать лицо виновным - значит установить :умышлено или неосторожно совершил данное лицо общественно опасное деяние. Вывод суда о наличии вины подсудимого для того. чтобы он выражал объективную истину, должен базироваться на строго определенных фактах, твердо установленных доказательствах.
      Установление  вины лица есть установление определенного  характера субъективной стороны совершаемого им деяния.
      Субъективная  сторона преступления представляет собой отражение /возможность отражения/ в сознании субъекта объективных  признаков содеянного и характеризует  отношение к   ним субъекта.
      Установление  истинного субъективного отношения обвиняемого к преступлению - исключительно важная и вместе с тем трудная задача.
О том  настолько сложно определить психическое  отношение
лица  совершающее общественно опасное  деяние, к своим действиям и наступающим результатам говорит юридическая практика. Более 13  ошибок от числа дело с  ошибочной квалификацией допускаемых следователями составляют  ошибки в определении
формы вины. мотива и цели.
  Это говорит о том, что необходим  о особой внимательностью подходить.. решению вопроса о виновности лиц, совершающих преступлении, ибо за этим наступает уголовная ответственность.
  Вышесказанные слова для изучения аффективных  преступлений  приобретают особую важность, так  как они исключительны  и именно с этой позиции.
  В первой главе мы рассмотрели три взаимосвязанных этапа развития аффективного процесса и сделали вывод о том, что
преступление, совершенное в состоянии внезапно возникшего  сильного душевного  волнения не исключают  вины. Отметили также, что она присутствует  именно на первой стадии эмоциональной  : напряженности ; на втором этапе,  и решающем    основном, винв, как сознательное субъективное  отношение лица к совершаемым  действиями, либо  полностью   исключается  (патологическая  форма), либо крайне сужается.
  Форма вины - умысел. На стадии эмоциональной напряженности человек осознает свое положение  как члена  общества, осознает общественную  опасность создавшейся ситуации и своих противоправных действий, предвидит наступление  вредных последствии  и желает их,  хотя точно и не представляет каких.
    В этом специфика  виновности лица, повергшегося аффекту. Необходимо еще раз отметить, что умысел на совершение преступления, причинения  физического  вреда потерпевшему, возникает  в тот момент, когда  субъект уже  находиться  в состоянии  аффекта. Следовательно, для того, чтобы вменить лицу  уголовную ответственность по стст.98,106 Ук Кир. ССР, необходимо реализовать данный умысел именно в этот  момент. Таким образом не должно быть разрыва между внезапно возникшим сильным душевным волнением и совершенным в этом состоянии умышленным убийством во времени.
  Судебная практика в целом придерживается указанного мнений и квалифицирует действия по ст.104 УК КР лишь при  отсутствии разрыва во времени  либо о интервалом в несколько секунд. Однако данное утверждение с нельзя смешивать с другим, когда данный разрыв времени ищут между провоцирующим актом поведения  потерпевшего и действием обвиняемого. К. К. Семернева по этому поводу пишет:"...имеются случаи, когда состояние  аффекта  возникает (и объективно подтверждаются )  через  определенный  времени после  провоцирующих  это  состояние  обстоятельств. Таких примеров не много, но много, но  даже  один случай  аффекта, окинутого во времени относительно провоцирующего поведения  потерпевшего, обязывает научных работников объяснять подобный феномен, а судебный органы выносить правосудный приговор.
    Ленинградский областными судом переквалифицированы  действия У?; РСФСЕР на ст. 104 ^.признав, что он действовал в состоянии  внезапно возникшего сильного душевного волнения,   хотя с момента провокационного поведения  потерпевшего Е пытавшегося совершить с К. насильственный акт  мужеложства, до  момента убийства прошло 10-30 мин.
      Аналогичное решение но конкретным  делам (с меньшим  временным   разрывом) иногда  принимает и Верховный Суд КР. 
 

ГЛАВА  III. Противоправное поведение  потерпевшего - обязательное  условие применения статей 98 и 106 УК Кыргызской Республики

 
   Аффект как необходимый элемент состава  преступлении   предусмотренного ст.ст. 98 и 106 УК КР непосредственно связывается с определенным  поведением потерпевшего: насилие, тяжкие оскорблением   или иными противоправными  законным действиями, если  они  повлекли  или  могли  повлечь  тяжкие последствие для виновного   или  его  близких.
  Если внезапно возникшее   сильное душевное волнение вызвано иными обстоятельствами, оно не может  рассматриваться  как признак субъективной стороны  аффективных преступлении. По  смыслу   закона  действия  потерпевшего  должны быть, во- первых,  достаточно сильными  раздражителями, способными вызвать   в состоянии аффекта; во- вторых не правомерными, свидетельствующими о  в некоторый степени оправдывающим характере   возникшего аффекта; в третьих, обстоятельствами, выступающими  в качестве   непосредственного  повода возникновения  аффекта       и совершения  при этом  состоянии  преступления.
  Чисто внешне состояние аффекта и последующие  действие   виновного выглядят лишь как ответная  реакция на соответствующая  поведение потерпевшего.  На самом  деле последнее играет  роль  своеобразного  «спускового механизма», воздействующего  на высшую  нервную систему человека на  его поведение, личность виновного, от нравственных, психических и иных  особенностей  которого зависит его реакции  на внешней  раздражитель. Воздействия  внешних  раздражителей  каждом человеком силу его личных качеств воспринимается я по разному.
" Подверженность  тем или  иным внешним воздействиям  обусловлена внутренними   условиями   того, на  кого  оказывается воздействия.
   Вывод о совершении действий в состоянии аффекта может быть сделан только в результате комплексного исследования конкретных отрицательных действий потерпевшего и оценки субъективных свойств виновного, степень реагирования на соответствующую обиду, нанесенную потерпевшего  в момент  совершения преступления.
  В качестве  не посредственного  повода рассматриваемых  преступлений  чаще всего   выступает,  неожиданные,  глубоко затрагивающие  психику виновного  неправомерные действии  потерпевшего   и это понятно, поскольку, как отмечает  психологии,  контраст  между ожидаемым  и реальной действительности   является  одним из основным условии,  благоприятствующих  появлению  особо  интенсивных эмоции, которые   всего определяет аффект.   Например, по мнению  Н.Д. Левитова, «гнев переживается  как  аффект  при неожиданных обидах  и оскорблениях.
   В месте с тем длительная  травмирующая обстановка  накануне преступления (ссора,  неправильное  оскорбленное поведение  потерпевшего и т.п.) «располагают к аффекту» Ю, и  иных   случаях  достаточным  в смысле  ст.ст 98 и 106 УК КР непосредственным поводом  для его  возникновения     могут  оказаться  очередное или  повторное  насилие, тяжкое  оскорбление или иные  противозаконные  действия потерпевшего. В  этом  случае  сказывается  воздействие  истощающих   психику  факторов  вследствие  затяжки разрешение конфликта, которые отрицательно влияют на сдерживающую   силу  коры  головного мозга  и облегчают  возникновение аффективного  состояния. По мнению  психологов, «неблагоприятные  условия, особенно  если  они  принимают  длительный  затяжкой  характер  либо  следующее  один за другим  обстоятельства,  вызывающие  отрицательные  эмоции,  способны  вывести  из строя  любую  до этого  вполне   здоровую  нервную  систему. В том  числе  принадлежащую  сильному  типу. Если неправомерные  действия потерпевшего  продолжались  непрерывно  в течении какого  то промежутка времени  до возникновения аффекта, оценка   характера  и серьезности  и непосредственного повода, взывавшего это  состояние, не может  даваться  в отрыве  от предшествующего поведения потерпевшего, хотя  это и не  освобождает  суд   от обязанности выделить и оценить в первую очередь те конкретные  действия, за которым последовал срыв психики виновного.
  А. был  осужден  народным  судом  по 101 УК КР Суть дела такова.    А. возвратился  из дома  отдыха, куда  уезжал  без  согласия  жены. Утром  супруги поссорились: жена оскорбляла А, подозревая  го  в неверности. Ссора  на  протяжении дня  несколько  дома  с ребенком  на руках. К нему  подошла жена, отобрала  у него ребенка  и стала  оскорблять, а уходя в дом, крикнула  что он не отец  ребенка (родившегося      во время брака). В соседней  квартире  куда  зашла жена, а за ней и А., супруги продолжали  ссориться, жена вновь стала упрекать. А. в неверности, а затем в присутствии соседей повторила, что он не  является отцом ребенка. После этих слов А. поднял лежащий тут же топор и ударил   им жену  в область правой  половины грудной клетки, причинив ей  тяжкие телесные  повреждения.
  Областной  судя  отметил    приговор  народного суда  и определение судебной  коллегии областного «суда натом основании, что оскорбление, нанесенное  А., не был для него  новым и неожиданным и, следовательно, по мнению  судии, не могло вызвать внезапно возникшего  сильного душевного волнения.
   С таким выводом коллегии областного суда  согласиться  нельзя. Повторное  тяжкое  оскорбление  виновного  произошло  в присутствии  посторонних  и в  атмосфере,  чрезвычайно накаленной продолжительной  ссорой   и предшдствущими оскорблениями  со стороны  потерпевшей. Отрицание того, что повторность  неправомерных  действий   потерпевшего  при определенных  обстоятельствах  может  вызвать  аффект, в принципе   неверно  и противоречит  данным психологической  науки   и сложившейся  судебной  практике. Так, Судебная  коллегия по  уголовным делам  Верховного суда  КР  в определении  по  делу. С, отметил, что хотя  в момент   происшествия  поведения  потерпевшего  не было   неожиданностью  для виновной, это  обстоятельство  не влияет  на субъективную  сторону  состава   преступления  и квалификацию действий С. по  ст 98 УК КР
  При квалификации преступлений по ст.ст 98 и 106 УК КР, особенно в тех   случаях, когда  его совершение предшествовала  ссора  между  виновным  и потерпевшим, важно  установить  зачинщика, инициатора возникшего конфликта. Если  ссора  или  драка   спровоцирована  виновным,  явились  результатом  его  недостоинство поведения, ответные   действия потерпевшего, совершенные  в такой   обстановке, не могут  рассматриваться    как  неправомерные и достаточные, что  вызвать  внезапно  возникшее  сильное душевное  волнение. Провокации  конфликта  выражается, как  известно, в преднамеренных  действиях, поэтому  психологически  в сферу сознания виновного  включается  ожидание каких  то  ответных  действии  со стороны потерпевшего (в вид  насилия, оскорбления, любой другой форме). Действия потерпевшего в  подобной  ситуации не могут  вызвать   состоянии аффекта  и не должны  рассматриваться  в качестве  непосредственного  повода, указанного  в статьях  98 и 106 УК КР.
  Действительность  и непосредственность  применяемых  в отношении виновного  неправомерных  действии  потерпевшего столь  же   необходимо  предполагает непосредственность  ответных  действии, их  направленность  на обидчика, на  конкретного  причинителя зла.
  Нельзя, Например, признать  правильной  квалификацию  по ст.ст 98 и 106 УК КР  насильственных действии  действии, применяемых в отношении человека, желающего   предотвратить      ссору или драку, спасти  человека и т.п. даже  если  виновный  к данному моменту находился  в состоянии   физиологического аффекта.
  Состояние  аффекта, -как пишет В. Н. Кудрявцев, - может быть  вызвано  совместными   действиями  нескольких  лиц, даже  если  оно  и следовало  непосредственно  за конкретными действиями одного из них.
  Лицо, совершившее убийство  или причинившее    телесные  повреждения какому либо  участнику и такой  группы, несет уголовную  ответственность по ст. ст. 98 и  106  УК КР, если  виновный  воспринимал их как  единомышленником.
  Обычно  в качестве  непосредственного  повода  возникновения аффекта в случаях предусмотренных ст.ст.98 и 106 УК КР, выступает насилие. Среди указанных в законе  поводов насилие занимает   особое  место, поскольку оно наиболее  остро, глубоко и болезненно действует на психику человека, задевая в нем  нравственные,  социальные  качества  индивида и его  биологическую  природу.
  Под  насилием, в смысле ст.ст. 98 и 106 УК КР, надо  понимать  посягательства на жизнь, телесную  неприкосновенность, здоровье и личную  свободу человека (покушение на убийство, телесные  повреждения, побой, истязание, изнасилование, неправомерные лишение свободы и т.п.)
  Термин «насилие» по  общему  правилу  охватывает любое    физическое  либо  психическое воздействие как на самого человека против его воли, так и на  его  родных  или близких.
  Кроме того, термин «насилие»  в принципе   должен  охватывать и угрозу  применить  выше  возникщего   названные  противоправные действия.
  Состояние внезапного возникшего  сильного  душевного  волнения может  вызвать  любой  по   тяжести  вид   насилия, однако в судебной практике  обычно встречается  физическое  насилие, которое  влечет за собой тяжкие  или менее  тяжкие телесные повреждения либо по  способу причинения телесных повреждений представляют собой истязания.
  Характерной  особенностью  насилия  является  его  противозаконность, неправомерность. Поэтому  нельзя  считать  таковым, например, насилие, примененное   в состоянии необходимой  обороны, при задержании  преступника, крайней  необходимости или  выполнении приказа.
  Асанов, находясь в  сапожной мастерской  и Васильева  за то, что  они  не  выполнили задание жены. Асанов, сидя  на своем  рабочем  месте, сказал, чтобы Розахунов  не кричал, так как  он на начальник. Розахунов  подбежал  к Асанову и ударил  его. Асанов ответил   тем же. Попытка Розахунов, оттащить     мужа от Асанова не удалась. Розахунов, навалившись на Асанов, стал его душить. Вырвавшись Асанов  схватил сапожный нож и нанес Розахунову сильный удар  в грудь, от которого  тот скончался на месте.
  Суд  осудил  Асанова  за убийство  в обоюдной  драке. Верховный Суд Кр не согласился  с  такой  квалифиикацей и, ссылаясь на материалы дела, указал, что Розахунов  совершил  неправомерные   действия, оскорбляяи избивая Асанова.
Убийство  совершенное  в состоянии сильного душевного волнения,  вызванного  противозаконными насилием со стороны потерпевшего. С  учетом  этих  обстоятельств Верховный Суд  переквалифицировал действия Асанова на ст. 98 УК КР.
  Однако здесь необходимо  отметить  следубщее  обстоятельство. Асанов в момент  ссоры находился  в состоянии опьянения,   так же как и Розахунов, что не учел Верховный Суд  КР. Сильное  душевное  волнение, вызванное  противозаконными  действиями   потерпевшего,  многократно было  усилено  именно  алкогольным  состоянием Асанова, что и привело   к убийству Розахунова. Поэтому в данном случае аффект  по   нашему  мнению  не может  служить  обстоятельством  смягчающим  уголовную ответственности   за умышленное убийство по ст 97 УК КР однако учитывая  при этом  своеобразное психическое состояние в котором
он находился.
           В этом отношении был прав  городской суд г.Оша,когда квали
Фицировал деяние Ахмедова по ст.97 УК КР.Ахмедов  Р с Шамновым
А возвращался  домой с ресторана, где они  вместе со своей коллегой «обмывали» премию. ПО дороге они встретили знакомого Ахмедова Сариева М., который не поздоровавшись стал громко требовать у Ахмедова долг 100 сомов. Шаменов попросил прекратить кричать и спокойно поговорить. Зариев  на это оттолкнул Шаменова и ударил Ахмедова кулаком в лицо. Завязалась драка, при которой Сариев стал оскорблять обвиняемого и его жену, называя ее проституткой. Последнее вывело Ахмедова из себя и тот схватив, бежащий на дороге камень, ударил  Сариева им по голове. От полученных ранений потерпевший сканчался по пути в больницу.
  Судебная психиатрическая экспертиза установила возможность у Ахмедова состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения. Однако, судебная коллегия по уголовным делам областного суда города Оша квалифицировала действия Ахмедова как «обычного» умышленное убийство, учтя то немаловажное обстоятельство, что в момент совершения преступления обвиняемый  находился в состоянии опьянения средней степени, что способствовало возникновению у последнего состояния аффекта.
         Насилия признается в судебной  практике наиболее тяжким и.
Как правило, более оправданным непосредственным поводом, способным  вызывать состояние  физиологического аффекта. Однако нельзя во всех абсолютно случаях отдавать предпочтение этому виду неправомерных действий потерпевшего перед другими; тяжким оскорблением или иными противозаконными  действиями.
       Под тяжким оскорблением понимается  унижение чести и достоинства  лица путем неприличного с  ним обращения.
        К тяжким оскорблениям можно отнести,в частности, унижение
Чести и достоинства личности путем  клеветнического обвинения в  совершения тяжкого преступления, унижения чувства национального Достоинства, надругательство над любовью  к супруге, циничное оскорбление  женщины, насмешка над физиолагическими недостатками человека и.т.п.
  В  судебной практике признак тяжкого оскорбления чаще всего встречается при убийстве одного из супругов,причем оскорбительными признаются безнравственное поведение одного из них, супружеская неверность.Верховный суд  Кыргызской  Республики ориентирует   суды необходимость  глубокого и всестороннего анализа обстоятельств убийства, выяснения поведения потерпевшего за продолжительный период времени, обоснованно считая, что единственный факт тяжкого оскорбления,
 Зафиксированный непосредственно перед убийством,не всегда может дать достаточно полное представление о наличии или отсутствии сильного душевного волнения у лица,виновного убийстве.
  Тяжесть оскорбления - понятие оценочное.Оно может породить известный субъективизм  при его определении виновным  и о потерпевшим.Критериям  степени тяжести оскорбления суд обычно считает нормы морали и нравственности (объективный критерий) и  индивидуальные психолого-возрастные особенности оскорбленного (субъективный критерий), позволяющий установить способность лица осознавать и оценивать как оскорбление действия или слова вообще и их степень в частности.Нельзя оскорбить малолетнего,невменяемого,которые не способны понимать слова и действия, объективно оскорбительные для них Необходимо   также учитывать тип темперамента оскорбляемого.Лицо с повышенной нервной возбудимостью более остро реагирует на действия или высказывания в его адрес.Следовательно вывод о наличии и тяжести оскорбления органы суда и следствия должны делать на основе учета объективного фактора.
  Тяжкое оскорбления  может быть нанесено как разовым действием,так и рядом поступков,среди которых последний был чем-то новым в цели действий,»переполнившим чашу терпения « виновного в убийстве.
  В том случае.когда совершению преступления предшествовала длительная психотравмирующая ситуация.и может возникнуть необходимость    выяснить влияние типа темперамента на возникновение физиологического аффекта.
             По иному решил Верховный суд  вопрос о квалификации действий Шилова,убившего свою жену по тем же мотивам и при сходной ситуации.
              Шилова имея двух   малолетних  детей,вступила в интимные отношения  с Бирманом,работавшим с ней  в одном магазине. Ее муж Шилов   пригласил домой Бирмана и  просил его не разрушать их семью.От жены он потребовал изменить поведение,Через три недели Шилов увидел на улице свою жену с Бирманом и вновь просил ее прекратить встречи. На следующий день,придя вечером с работы,он не нашел жены дома.Из квартиры Латиловой,проживавшей в одном доме с Шиловыми,он услышал голоса и смех Бермана,своей жены. Шилов несколько раз  звонил по телефону в квартиру Латиловой  и просил жену вернуться домой.но она отказалось, продолжая выпивать в компании.Домой она ушла лишь после того,как муж по телефону сказал,что заболел младший сын.Войдя в  квартиру,и убедившись, что дети спят,Шилова  стала оскорблять мужа, заявила,что жить с ним не будет, пыталась уйти в квартиру Латиловой, где ее ждал Бирман.
  Последний акт поведение жены на фоне длительный психотравмирующей ситуации вызвал у Шилова сильное душевное волнение, в результате которого он нанес потерпевший кухонным ножом восемь ранений, повлекших смерть.
  Суд, оценив поведение потерпевшей за весь период в совокупности, пришел к обоснованному выводу, что в момент совершения преступления Шилов  находился в состоянии выраженного возбуждения, достигшего степени аффекта.Тяжкие оскорбление как повод возникновения аффекта встречается значительно реже, чем насилие а нередко и одновременно с насилием.
  Оскорбление должно быть объективно  тяжким и также субъективно воспринято виновным, только тогда оно может  «оправдывать» внезапно возникшее сильное душевное волнение. Как конструктивный элемент состава преступления. Во всяком случае бесспорно, что тяжким может признаваться такое оскорбление, которое содержит состав преступления или находиться в глубоком противоречии  моралью и способно вызвать глубокое унижение человеческого достоинства.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.