На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Война и военное дело у крымских татар XVI

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 12.05.2012. Сдан: 2011. Страниц: 6. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


    1 Военный потенциал Крымских татар 

    Крымское  ханство, образовавшееся в середине XV в. как одно из наиболее значительных государственных объединений, возникших  на развалинах Золотой Орды, вызывало особый интерес европейских держав, с пристальным вниманием следивших за его внешней и внутренней политикой. В Крыму неоднократно бывали иностранные дипломаты, путешественники, купцы, да и вообще люди разного рода и звания, по тем или иным причинам посещавшие эти земли. Каждый, или почти каждый иностранец, побывавший в Крыму, стремился запечатлеть на бумаге все малейшие подробности, необычные ощущения, связанные с поездкой.
    Сообщения иностранцев не без основания  считаются важным материалом для  понимания истории Крыма. Иностранца по большей части поражает то, что  остается неприметным для местного жителя. Чаще всего в сочинениях путешественников и записках дипломатов дается характеристика отдельных аспектов жизни и деятельности населения Крыма. Большинство авторов освещают особенности природы, климата, истории городов, состава населения, характеризуют обычаи и нравы, придворную жизнь, занятия сельским хозяйством, ремеслом, торговлей. Обращая внимание на хозяйственную деятельность, путешественники и дипломаты отмечают, что главным занятием крымских татар в XV—XVIII вв. оставалось кочевое и полукочевое скотоводство. Земледелие не только оседлого, но и полуоседлого типа внедрялось среди татар поразительно медленно. Так, в мемуарах барона Тотта говорится о том, что «жители Крымского полуострова занимаются скотоводством... земледелием, которое при плодородии почвы и сравнительно теплом климате Крыма, требует от земледельцев очень небольшого труда». Он так характеризует земледельческую деятельность татар: «Избороздивши кое-как сохою свою ниву, он (земледелец) бросает на нее зерна хлеба или смесь из зерен дынь и арбузов с горохом и бобами, и не потрудившись даже прикрыть их землей, оставляет ниву на произвол судьбы». Урожаи были крайне низки, часто бывали недороды, сопровождавшиеся дороговизной, голодом.
    Содержание  громадного Крымского юрта, занимавшего степи от Дона до устьев Дуная, стоило несравненно больше, чем давал маленький Крымский полуостров, разведение стад в степях, а также земледелие. Мирные занятия не могли удовлетворить потребностей населения, которое искало иные способы для добывания средств к существованию, поэтому «...выход из хозяйственных затруднений татары находили не в развитии производительных сил... а в отыскании старинных источников средств, какими сделались для них беспрерывные войны с соседями и получение с них принудительных платежей...».
    Характеристика  военного дела татар, роли войны в  жизни ханства составляет значительную часть записок иностранцев. О  войне и военном деле татар  писали буквально все образованные люди,  посетившие Крым. Наиболее ценные сведения мы получаем из трудов, авторы которых длительное время жили в Крыму, изучали его всесторонне, основывались как на личном опыте, так и на компетентных источниках. О военном деле также писали Матвей Меховский, Михаил Литвин, Эвлия Челеби и Андрей Лызлов, Г.-Л. де Боплан, барон Тотт и многие другие. Далеко не все записки путешественников представляют одинаковую ценность при разборе столь специального вопроса. О военном деле упоминали чаще всего дипломаты и военные люди, хотя встречаются отдельные сведения по этому вопросу в сочинениях купцов (Христофор Берроу, Исаак Масса, Николас Клееман), миссионеров (Юрий Крижанич; не бывавший в Крыму, но изучавший его историю и видевший татар в бою). Люди некомпетентные давали, в основном, поверхностную характеристику, основанную на личных впечатлениях. Только сведущие в военном деле очевидцы могли охарактеризовать специфику организации татарского войска, его боевой порядок в походах, особенности ведения боя. Материалы из записок путешественников и дипломатов, касающиеся военного дела татар, использовались неоднократно как  в общих, так и в специальных трудах русских и советских историков. Наиболее часто цитируются записки Михаила Литвина, Г.-Л. де Боплана, Б. де Виженера, С. Герберштейна. Сведения этих авторов  стали почти хрестоматийными. Они кочуют из одного исследования  в другое. Пользовались свидетельствами иностранцев Н. С. Голицын, А. Крымский, Е. И. Дружинина, В. В. Каргалов, И. Б. Греков и прочие русские и советские историки. Не стремясь опровергать сложившуюся традицию, автор попытался привести в определенную систему разрозненные сведения иностранных путешественников, чтобы определить, достаточно ли этих данных для характеристики военного дела татар; выяснить, какую роль играют данные источники в характеристике военного искусства татар и определении значения и роли войны в жизнедеятельности населения Крымского ханства. Большинство записок иностранцев носит субъективный характер. Иногда – это гиперболизация значения и всех видов деятельности татар, стремление идеализировать или объяснить даже   очевидные промахи, жестокости, происходящие во время войны (барон Тотт). В других случаях дается резкая негативная характеристика крымских татар (Юрий Крижанич). Но встречаются и документы, в которых авторы пытаются дать объективную характеристику (М. Литвин, Аноним XVII в.). В записках иностранцев почти не встречается систематизации фиксируемого материала. Военное дело описывается обобщенно. Крымская орда, отправлявшаяся в тот или другой поход, у большинства авторов характеризуется в общих чертах. Такую характеристику можно встретить и в летописях (Самоила Величко, Самовидца, Грабянки). В «Трактате о двух Сарматиях» М. Меховского говорится: «Прекопские татары часто бросаются на Валахию, Руссию, Литву, Московию. Ногайские... татары вторгаются в Московию, предавая ее убийствам и разграблению... прекопские татары не потеряли своей прежней хищности и дикой жестокости, присущей скорее зверям, живущим в полях и лесах, чем жителям городов и сел». Подобные этому высказывания встречаются и у других авторов. Так, Б. де Виженер говорит: «Они не признают иного занятия, кроме войны, т.е. внезапных набегов, сопровождаемых убийствами и грабежами, так как ни осады, ни обороны замков у них не бывает. Тот же М. Меховский отмечает: «Разбоем и граблением кормятся». Поэтому интересы всех государств одинаково сходятся на уничтожении дикой системы грабежа.
    Более обстоятельную характеристику военному делу татар давали дипломаты. Выполняя задания своих правительств, они  стремились не только к налаживанию  контактов с ханами, но и старались детально ознакомиться с организацией военного дела, так как часто и дипломатические миссии проводились с целью изучения военного потенциала Крымского ханства. Вассальная зависимость ханства от Турции зачастую не воспринималась ими всерьез, поэтому нередко бывали случаи, когда политика Крыма рассматривалась изолированно от Порты и расценивалась как самостоятельная деятельность Крымского ханства, что значительно облегчало Турции решение ряда международных проблем, а между тем, направляющая рука Порты всегда ощущалась в действиях Крымского ханства. Турция смотрела весьма благосклонно на военную политику Крыма и не стремилась вносить свои коррективы в военную организацию ханства. Воспринимая себя наследниками Золотой Орды, крымские татары сохранили почти без изменений ордынские традиции, связанные с организацией войска, спецификой военных действий. В Крымском ханстве основную роль играл военно-родовой принцип организации населения для осуществления военных действий. Поскольку население страны объединялось по родам, а войска возглавлялись главой государства  – ханом, то каждый глава рода должен был выставлять во время похода определенное количество войск, снаряженных на его средства. Существовало строгое подчинение военачальникам, обязательным  условием  было соблюдение воинской дисциплины. Но никто из татар не призывался к вооружению против воли его бея или мурзы. Султанская Турция регулировала  военную деятельность Крыма, ханы которого по требованию султана выставляли определенное количество войск во время военных действий, за что «Порта посылает потребные суммы за некоторое число татар, в которых ей будет нужда».
    Как же организуется татарское войско, каким образом осуществляются их походы? В Крымском ханстве не было регулярного войска, а в военных походах фактически принимали участие все мужчины, способные носить оружие, так как война против «неверных» считалась священной. Татары не обучались правилам ведения войны в соответствии с существующими в то время такткой и стратегией военного искусства. Уже с младенчества они готовят детей к тяготам походной жизни, для чего купают в рассоле, чтобы закалить их от холода, жары и простуды. С семи лет от рождения дети спят под открытым небом, в возрасте 12 лет их начинают обучать военному делу, и многие из мальчиков на 12 году выступают в походы. Ханских детей мужского пола отправляют расти на Кавказ, откуда они возвращаются в родительский дом уже парнями, получив навыки военного дела, изучив неписаные «уставы» доблести и воинской чести.
    Авторы не дают точной характеристики татарского войска: колеблются цифры, указывающие общее количество войск. Так, в трактате Михаила Литвина – военного и политического деятеля Великого княжества Литовского – «О нравах татар, литовцев и московитян» отмечается, что хан в состоянии послать на войну 30тыс. всадников, ибо каждый мужчина, способный оседлать коня, является воином. Эта цифра не окончательная, так как в разных источниках она колеблется от 4 до 200 тыс. человек (мемуары барона Тотта). В зависимости от целей и задач военных действий войска татар возглавлялись ханом, калгой или нуреддин-султаном. От того, кто руководил войском, зависело его количество. «Если ханы отправляются в какой-либо поход, то впереди становятся в качестве ведущих двенадцать от-аг, а войско выстраивается по двенадцать лошадиных голов в ряд, т. е. воины образуют строй в двенадцать колонн и... все кони, связанные за хвосты, вынуждены идти голова к голове. В среднем с ханом в поход отправлялось, таким образом, около восьми-десяти тысяч человек. А когда калга-султан идет в поход, пятьдесят тысяч человек образуют восемь колонн. Если же в поход выступает нуреддин-султан, то идет сорок тысяч его воинов шестью колоннами. Если в поход отправляется ханский визирь, вольные султаны, прибрежные аги, то бывает тридцать тысяч воинов, которые образуют строй в пять колонн», –  так характеризовал организацию войска турецкий путешественник Эвлия Челеби. В военном деле у татар можно выделить два вида организации: 1) боевой поход, когда татарское войско принимало участие в боевых действиях воюющих сторон и 2) грабительский набег – беш-баш («за одеждой» – по выражению Э. Челеби), который осуществлялся зачастую мурзами и беями со сравнительно небольшими воинскими отрядами с целью получения добычи и захвата пленных. Именно этот вид военной деятельности чаще всего характеризуется в записках иностранцев, в документах, в исторических исследованиях. Особого различия ни в организации войска ни в способах ведения войны почти не было, так как в обоих случаях тактика татар была очень похожей, лишь с небольшими изменениями.
    Имелись сборные пункты, откуда войско отправлялось в поход: «Ферах-Керман... был сборный  пункт для ханских полчищ перед  выступлением их в поход и розстань отрядов их, где ханы делали первые военные распоряжения, где происходили предварительные военные совещания. Вместе с крепостью Ором, Ферах-Керман был первым сторожевым пунктом на пути из Крыма на материк», – отмечал В. Д. Смирнов. Большую роль в военных операциях татар играла разведка. Специальные лазутчики отправлялись заранее вперед, выясняли обстановку, а затем становились проводниками наступающей армии. Властители Татарии обычно воевали дважды в год или, по крайней мере, хоть один раз, но подобные предприятия следовало бы скорее назвать разбоем, чем войной. Шли на войну летом, когда кони отъедались на вешних травах, и зимою, но непременно в ту или другую пору, направлялись либо в Польшу, либо в Московию или в Черкассию, несколько раз ходили даже Венгрию. «Перед началом похода делают смотр войску», – отмечал  инженер де Боплан. Аналогичные сведения встречаются в записках Б. де Виженера и Анонима XVII в. Экипировка, фуражирование были очень скудными. «Татары не запасаются в дорогу овсом для коней, чтобы не обременять себя, – отмечает Дортелли д'Асколли. «Они никогда не стесняют себя в походе ни обозами, ни какою-либо другою ношею, кроме небольшого количества проса или истертого сыра», – замечает Михаил Литвин. Если поход осуществляется с целью получения добычи, то, не доходя до границы несколько миль, татарское войско в скрытом месте становится на отдых, отдыхает 3–4 дня, а затем начинает организовывать войско, разделив его на три отряда – 2/3 составляют главный корпус, 1/3 образует крылья — левое и правое. Каждое крыло состоит из 8 или 10 тыс. всадников и делится на 10 и 12 пятисотенных или шестисотенных отрядов, которые рассыпаются по деревням, окружают селения со всех четырех сторон и грабят, уничтожая все на своем пути. Захватив богатую добычу, татары возвращаются в Крым но идут уже другой дорогой из боязни преследования. Поэтому Э.Челеби и констатирует, что для неверных этот татарский народ – словно чума. Такое войско не испытывает никакой жалости к неприятелям. Для гяуров по этой причине татарский народ – не что иное, как армия морового поветрия.
    Существовали определенные тактические приемы, применяемые обычно татарами. Атака начинается организованно. Сигналом к началу атаки был бой цимбал. Татары не покидают лагерной стоянки, пока не двинется сам командир. По первому же сигналу бросаются как поток. В начале атаки они стараются всегда обойти левое крыло неприятеля для того, чтобы удобнее выпускать стрелы. Часто, уже обращенные в бегство, они останавливались, поворачивались на врага, преследовавшего их и рассыпавшегося в погоне и почти уже побежденные вырывали победу из рук победителей. «В открытые военные действия с противником вступают только в случае своего явного численного превосходства. Если же чувствуют силу противника, то стараются избежать сражения. Сражение признают в открытом поле, избегают идти на осаду крепостей, так как у них нет осадной техники, что не дает возможности вести правильную осаду. Участвуя в военных действиях с союзническими целями, часто вероломно нарушают соглашения, переходя на сторону противника, если тот прельстит их богатыми дарами. Ханы имеют обыкновение предлагать свои услуги другим государствам, суля им золотые горы, лишь бы самим получить от них какой-нибудь подарок», – отмечал Дортелли д'Асколи. Вероломство татар особенно проявилось в период освободительной войны украинского народа, о чем достаточно подробно рассказано в летописи Самовидца и «Сказании о войне казацкой с поляками» Самуила Величко. К нарушению клятвенных обещаний часто побуждали крымцев то польские, то московские послы, дававшие крупные суммы денег за нарушение в нужный момент шерти (договорной грамоты), данной ханом их противнику и за набег на его владения. Поэтому совершенно обоснованно звучат слова, что никто так не тревожит людей, как крымские татары, так как они «люди самые хищные... и всегда готовые поживиться на чужой счет, грабят и уводят людей, которых или продают туркам и другим или отпускают за выкуп».
    Как уже говорилось, в поход татары не брали особого имущества в  надежде на добычу, захваченную в  чужих землях. Зато серьезное внимание они уделяли лошадям. Лошади у них особой низкорослой породы, но очень выносливые и неприхотливые. «Сии животные не боятся ни холоду ни жару и всегда бегают рысью. Нет ни рек, ни болот, которые бы могли их остановить»,— сообщал граф де Марсильли. М. Литвин указывает, что, «отправляясь в поход, каждый татарин имеет с собой от двух до четырех заводных лошадей: устанет одна, он вскакивает на другую, а лошадь бежит за хозяином, как собака, чему она приучается очень рано. Поэтому они очень быстро совершают путь во время набегов, благодаря тому, что часто меняют лошадей, они с большою легкостью убегают от преследования неприятелей... и при том наводят страх численностью оставляемых ими следов». Особое внимание обращали все авторы на способ форсирования татарами рек. «Приближаясь к реке, они связывают вместе поводья и хвосты обеих лошадей, на которых сами становятся, привязав сделанные из тетевы и дерева луки к спине, чтобы не замочить их и не ослабить; и став таким образом на лошадей, чрезвычайно быстро переправляются». «При переправах через реки татары используют сделанные из тростника или других болотных трав луки, на которые они кладут худое свое платье, саблю, дабы всего того не помочить»,— констатирует де Марсильли. Оснащение воинов довольно скудно. Они используют легкое седло, покрытое попоной, а иногда овечьей шкурой, на лошадь не надевают узду, используя сыромятный ремень. Незаменимой для наездника является и плеть с короткой рукояткой. Вооружены татары саблею, луком и колчаном с 18 или 20 стрелами, ножом, имеют огниво для добывания огня, шило и 5 или 6 сажен ременных веревок для связывания пленников. Любимым оружием татар были сабли. Изготовлявшиеся в Бахчисарае, ятаганы и кинжалы брались про запас Г.-Л. де Боплан замечает: «Если во время похода татары ветретятся с польским войском, то тогда бросаются в рассыпную и пускают из луков тучи стрел, к чему такой имеют навык, что в расстоянии 100 шагов всегда попадают в цель». О великолепной стрельбе из лука сразу двумя и даже тремя стрелами сообщал Эвлия Челеби. Но у татар есть и вооруженное ружьями войско — отряд ханской гвардии каны-кулы, которая вступает в сражения в редких случаях. Многие авторы отмечают, что татары не употребляют копья, так как стараются не встречаться с неприятелем лицом к лицу в сомкнутом строю и боевом порядке. Их тактика — иная: стремительное яростное нападение или внезапное обращение в бегство, что является наиболее опасным тактическим приемом. Поддавшись на этот прием, неприятель начинает преследование, татары же в это| время вновь смыкают ряды, стремясь как можно теснее оцепить неприятеля. Осадной техники у татар нет, поэтому они редко осаждают города и крепости. Но в сообщении X.Берроу, английского купца, мы встречаем сведения о том, что крымцы 7 марта в 1580 г. подступили к Астрахани и решили взять крепость и город приступом и заготовляли вязанки тростника для этой цели.
    Одежда  в походе у них непритязательна: «...Только знатные носят кольчуги, остальные отправляются на войну  в овчинных тулупах и меховых  шапках, которые зимою носят шерстью  вниз, а летом и во время дождя шерстью наружу. В еде татары неприхотливы. Питаются хлебом, кониной, однако татарин решается зарезать только больную лошадь, либо когда она падает сама, что бывает очень часто. Но самая обыкновенная их пища состоит из простой ячменной и гречневой каши. Они отличаются на войне умением переносить жажду, голод, труд, бессонницу, жару, холод и вообще все лишения и невзгоды климата».
    Легкая  нажива на войне не способствовала развитию производительных сил в  государстве, тормозила его экономику. «Ничего мы не желаем, как токмо войны. Сия есть наш прямой элемент и источник всего нашего богатства. Но как скоро мир высушивает сей источник... мы паки становимся бедны»,— так цинично определял направленность политики Крыма один из его ханов. Грабительские походы крымских татар наносили огромный урон населению русских, украинских, польских земель, а также народам Северного Кавказа. Русское государство несло огромные потери от набегов крымских татар. Только за первую половину XVII в. татарские отряды увели в плен до 200 тыс. русских людей. Помимо методов военных — набегов, войн правители Крыма часто прибегали к сбору дани с близлежащих территорий в форме больших и малых «поминков». Ю. Крыжанич сообщал: «Платят жалование ильти подарки: немецкий царь, ляшский король, Седмиградски Вугры, Влахи, Моровлахи и, полагаю, горски черкасы.
    Постоянные  набеги на соседние земли давали огромные прибыли не только ханству, но и стоявшей за его спиной Османской империи, которая проводила с помощью татар политику, направленную на сохранение относительного равновесия сил в Восточной Европе, выгодного Порте, т.е. на недопущение усиления ближайших ее соседей. Поэтому вполне обоснованной можно считать характеристику тяжелого положения славянских народов, данную К. Марксом в «Тайной дипломатии XVIII в.», более раннему периоду татарского господства: «Татары установили режим систематического террора: разорение и массовые убийства стали обычным явлением». Эти слова как нельзя более совпадали с положением дел у крымских соседей и в эпоху ханства.
    Итак, записки путешественников и дипломатов позволяют сделать следующие  выводы: 1. Очевидцы подчеркивают, что  военное дело у крымских татар  было основным видом деятельности, ведшим к обогащению аристократии. 2. Авторы записок дали лишь общую характеристику военным силам крымских татар, поэтому большинство документов подобного рода носят поверхностный характер: а) в изучаемых источниках отсутствуют или фрагментарны материалы, позволяющие выяснить особенности военного воспитания и обучения, военной подготовки в мирное время; б) мало сведений об изготовлении оружия, о военных поставках во время походов; в) недостаточно сведений о характере ведения боя, о военной тактике в сражениях в составе регулярной турецкой армии, либо в боях, где татары выступали как союзническая сила; г) мало сведений о содержании крепостей, крепостном строительстве; д) отсутствуют данные о начале применения татарами огнестрельного оружия.
    Для всестороннего освещения вопроса  о военном деле крымских татар необходимы сведения не только письменных мемуарных источников, но и официальной документации, археологических и нумизматических материалов, а этот объем работы требует иного подхода к решению проблемы.
 

     2 Военный потенциал  Ногайской орды  в 16 веке 

    Ногайская Орда - средневековое кочевое государство, возникшее на территории разрушенной  Аксак-Тимуром (Железным Хромцом) Золотой  Орды. История его возникновения  и развития (первая половина XV в. - 1783 г.) тесно переплетается со становлением других государств Восточной Европы и Азии: узбекского и казахского, Сибири, Большой Орды, Астрахани, Крыма, Казани и в дальнейшем Калмыцкой Орды, Московского княжества и Польско-Литовского королевства.
    Предыстория будущей Ногайской Орды тесно  связывается с переводом по воле Тохтамыш-хана в 1380-х годах большого количества кочевых татар бывшего Ногайского улуса (из Причерноморья и Крыма) на земли между Волгой и Уралом.
    Орда  во главе с Кара-беком вышла  из Турок(Крыма), перекочевала на р. Сакмар, далее на Белую, Каму, овладела Булгаром в дальпнейшем перебрались из Булгара в район Казанки, основали г. Казань, и затем их подданные овладели землями по реке Вятка (Нукрат).
    Организаторами  будущей Ногайской Орды выступили  мангытские племена, расположенные  в Хорезме. Они в прошлом были союзниками Аксак-Тимура во время его похода на Золотую Орду. Мангыты были одним из крупных и сильных племен среди татар. Основная масса их находилась в подчинении Идегея, который во время отхода Аксак-Тимура из Восточной Европы своих подчиненных привел в Хорезм. Здесь они после смерти Идегея в 1420 г. попали в зависимость от кочевых узбекских ханов. Лидером мангытов после Идегея стал его внук - Ваккас-бей, у узбеков он занимал должность беклербека и участвовал во всех военных походах узбекского хана Абулхайра. Мангыты составляли правое крыло узбекской дружины.
    Приемник  Ваккаса Муса-бея стал вести борьбу с казахскими и узбекскими ханами за самостоятельность и добился  при этом достаточно больших успехов. Столицей Мангытского Юрта при нем  стал город Сарайчик.
    В конце XV века Мангытский Юрт в русских  источниках стал упоминаться как  государство ногаев. Муса-бей, усиливаясь в эти годы, стал вмешиваться во внутренние дела Большой Орды, Астраханского, Казанского и Сибирского ханств. Он возглавил в союзе с сибирским ханом Ибаком поход против Астраханского ханства. В 1496 году совместно с сибирским ханом Мамуком ногайские войска ходили походом на Казань.
    Литовский князь Александр Казимирович, признавая  силу ногаев, пытался склонить их в  антимосковскую коалицию.
    В дальнейшем Крым и Москва сумели привлечь на свою сторону Ногайскую Орду против Большой Орды со столицей Сараем.
    Коалиционные  силы Крыма, Москвы, Казани и ногайцев в 1502 г. разгромили Большую Орду в  низовьях Волги, тем самым поставили  на грань гибели Астраханское ханство, которое стало целиком зависимым от Ногайской Орды. Однако значение этого погрома не ограничивается лишь исчезновением Большой Орды, был выполнен первый пункт плана Москвы по уничтожению всех татарских независимых государств.
    Падение Большой Орды служило временному усилению Ногайской Орды. Большинство населения разрушенного государства вошло в состав последнего. На севере границы
    Ногайской Орды по левому берегу Волги расширились  далеко на север, до бассейнов рек  Камы и Белой.
    В Ногайской Орде сложилась своя государственная система. Во главе Орды стоял бей. Вторым лицом после бея был нурадин. Должность нурадина означала охрану улусов от возможных нападений с правобережья Волги. Третьим лицом в Орде был кековат, который отвечал за безопасность восточных границ.
    Сыновья бея назывались мурзами. После смерти бея его место занимал старший  сын.
    Имеется еще и должность тайбуги, возникновение  которой, видимо, связано с шайбанидами.
    Во  времена войн в Ногайской Орде выдвигались в качестве руководителей отрядов должности батыров. Батырами становились люди, признанные в обществе за храбрость как умелые и смелые руководители.
    При бее в Ногайской Орде существовали должности карачиев, своего рода министров, ответственных по определенным направлениям государственного механизма. При надобности они исполняли посольские обязанности, могли быть военными руководителями и т.д.
    В Ногайской Орде в государственном  отношении господствовал ислам. Ритуалы ислама выполняли сеиты, абызы, шаехы, суфии, государственным языком служил татарский литературный язык, который был менее засорен арабо-персидски заимствованиями. В канцелярии бия и в переписке употреблялась арабская графика.
    Московское  княжество в отношении Ногайской  Орды при Иване Грозном стало  проводить коварную дипломатическую политику. Путем подкупов и интриг московское правительство сначала изолировало Ногайскую Орду от других татарских государств, посеяло между ними вражду в отношении прежде всего к Большой Орде, а после к Крыму, Казани, Сибирскому ханству, возбуждалось чувство недоверия к соседям. В 1556 году в Ногайской Орде случился большой голод: сухое, жаркое лето, в результате чего погибло много скота. Москва приказала своим воеводам не продавать хлеба и продуктов татарам и не пропускать их к местам рыбной ловли на Волге. Десятки, сотни тысяч татар Ногайской Орды погибли на берегах Волги голодной смертью. После этих потрясений Ногайская Орда не смогла восстановить свою бывшую мощь и единство. Однако татары Ногайской Орды продолжали оставаться на своих прежних землях в Поволжье и Приуралье.
    Земли, занимаемые теперешним Альметьевским  районом Республики Татарстан, с  конца XIV по XVII века являлись основными  кочевьями татарских племен Ногайской  Орды. Далее, первая Закамская засечная линия, построенная в 1652-1656 годах, больше половины земель оставляла вне пределов границ охраняемого региона. Поэтому история Ногайской Орды непосредственно имеет отношение к Альметьевскому региону в целом.
    По  мере все более быстрого ослабления Ногайской Орды Московское княжество, нарушая суверенитет татар, не церемонясь, стало строить крепости на его землях по Волге, например, крепость Уфа (1586 г.) на Белой, на Яике три городка и т.д.
    На  территории Большой Ногайской Орды в последней четверти XVI в. стали  орудовать казаки, платное военное сословие Московского княжества. Чего тогда не могла регулярная военщина Московского государства, доводили до конца эти разбойники. Они нападали на кочевья татар, убивали, грабили, уводили в плен и продавали в рабство татар. Казаками была разгромлена в 1586 г. столица Большой Ногайской Орды Сарайчик. Конечно, без военной поддержки Москвы этим преступникам трудно было бы устраивать такие глубокие рейды внутрь Ногайской Орды. Эта политика для Московского государства была не новой. Накануне завоевания Казанского ханства даже в сравнительно мирные годы русские ушкуйники устраивали нападения на татарские селения Заказанья, чтоподтверждается сведениями татарских эпитафийных надписей XIV - XVI вв.
    Далее, в XVII веке исполнителем коварных преступных заказов Москвы против татар Ногайской Орды и Крыма стала Калмыцкая Орда. За исполнение своих преступлений она получала от московского правительства оружие: пушки, порох, свинец, ружья и разные льготные поощрения.
    Появление Калмыцкой Орды на юге Восточной Европы в 1630 году еще более усугубляло положение татар. Часть татар Ногайской Орды уже подчинялась казахскому хану, часть стала рабами калмыков. Часть татар Ногайской Орды, под руководством Казы-мирзы основали Малую Ногайскую Орду между Кабардой и Азовом. По-другому это государство называлась Казыев Ордой. Сюда позже перебралось много перебежчиков из Большой Ногайской Орды. Татары на новом месте получили определенную передышку.
    Ногайские мирзы в начале XVII века стали заниматься восстановлением своей независимости. Они стали сближаться с Крымским ханством. Однако татары НогайскойОрды быстро разочаровались в своих новых союзниках. Крым не смог им предоставить кочевий для ведения традиционного хозяйства. Они должны были вернуться к донским степям. Здесь уже хозяйничали подданные Москвы - донские казаки, которые разбойничали здесь с середины XVI века. Начались стычки ногайских татар с казаками. Московский царь послал грамоту с угрозой татарам в защиту донских разбойников. Татары вынуждены были идти кочевать под Астрахань по требованию Москвы.
    В 1634 году калмыки еще раз нанесли  сильный удар по Ногайской Орде. Татары Большой Орды были вынуждены  перебраться на правый берег Волги  и там, преодолевая сопротивление  донских казаков, пробились через  Дон и объединились с Крымским ханством. После этого случая Москва натравила на Казыевский улус (Малую Ногайскую Орду) донских казаков с целью уничтожения татар до конца. Положение татар Малой Ногайской Орды на левой стороне Дона стало невыносимым. Однако осенью 1635 года часть из них сумела переправиться на крымскую сторону. Между тем на востоке калмыки целиком заняли левобережье Волги, вытеснив оттуда всех татар Большой Ногайской Орды.
    В 1642 году часть улусов Большой Орды возвратилась под Астрахань под  русское подчинение, часть улусов осталась в Крымском ханстве.
    Астраханские  воеводы также проводили коварную политику в отношении татар Большой  Ногайской Орды. Они заставили  их переехать на левый берег Волги, где хозяйничали калмыки. Калмыки  со своей стороны устраивали разбойничьи нападения на улусы ногаев.
    Калмыки пытались подчинить своей власти и Малую Ногайскую Орду, но в 1644 году потерпели сильное поражение. Почуяв ослабление калмыцкой власти, многие улусы Большой Ногайской  Орды перекочевали из-под Астрахани  на Терек. Возникла возможность объединения двух Орд. Этого боялось московское правительство и требовало возвращения из-под Терека. Выполняя этот наказ, часть улусов возвратилась под Астрахань.
    Во  второй половине XVII века положение  татар Большой Ногайской Орды только ухудшилось. Они становились данниками то калмыков, то крымцев.
    В Крымском ханстве ногайские улусы  проживали на Кубани, в Буджанской области и частично в степном  Крыму. Они часто поднимали восстания  против Крымского ханства, откочевали под власть кабардинцев, буджакские татары подстрекались извне выйти из подчинения Крыму.
    Улусы татар Большой и Малой Ногайских  Орд после разрушения их административных систем и единоначалия были разбросаны на Северном Кавказе от Терека до Кубани. Они подчинялись то русским воеводам, то кабардинским князьям, то крымским ханам.
    Сравнительно  многочисленная их группа осела на берегах реки Кубань. Это была буферная зона между владениями Турции, Крыма, Кабарды и России. Татары, проживающие  на Кубани с 1730-х годов, как административно-политическая единица подчинялись Кубанской Орде. Последняя по разным причинам была зависима от Крымского ханства, однако не признавала себя холопами России.
    Другая  группа ногайских татар на Дунае - едисанские и буджакские, хотя и  подчинялись власти Турции, стремились также к самостоятельности, что отразилось во время их восстания в 1758 - 1759 годах. Проблема независимости ногайских татар была неотделима от судьбы Крымского ханства.
    Вопрос  о судьбе ногайских татар для  России представлялся одной из основных мер для ослабления Турции. В то же время (1769 -1770 гг.)Россия всячески пыталась мобилизовать ногайских татар для укрепления своих позиций на Кавказе и на Дунае, используя демагогические заявления пропагандистского толка.
    В 1771 году представители Буджакской и  Едисанской Орд послали свою делегацию  для представления декларации о  своей независимости от Турции в  связи с победами России.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.