На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Железный век

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 15.05.2012. Сдан: 2011. Страниц: 8. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


"ЖЕЛЕЗНЫЙ" ВЕК
Для Запада XIX век стал эпохой торжества индустриальной революции, которая одерживала одну победу за другой в большинстве стран  Европы, в США и в России. В  конце века индустриализация проникла и на Восток, охватив Японию. 
 
Рождение индустриальной цивилизации. С XIX в. начинается особый этап в развитии цивилизационного процесса, который историки называют индустриальным, или машинным. Это название указывает не только на то, что машины все более широко внедряются в производство и вытесняют ручной труд. Машины превращаются в некую самоценность, так как без постоянного изобретения и усовершенствования машин невозможно существование такой цивилизации. Машинная индустрия занимает едва ли не главное место в жизни общества, определяя его экономическое благополучие, военный потенциал, международный статус. 
 
В аграрных доиндустриальных цивилизациях важнейшее значение имела повторяемость, усвоение опыта предшествующих поколений, а орудия труда не менялись столетиями. Машинная цивилизация диктует необходимость непрерывного технологического обновления. Динамика, технический прогресс являются основой жизни цивилизации нового типа. Темп изменений становится катастрофически быстрым по сравнению с прежними временами. 
 
Такая скорость технического прогресса возможна только благодаря тесному союзу между машинной индустрией и наукой, ориентированной на практические цели. Заложенный в Англии во второй половине XVIII в., в XIX в. он оформился окончательно, создав огромные возможности для наращивания производства и для удовлетворения материальных нужд в масштабах, каких человечество еще не знало. 
 
Машинная цивилизация, как представлялось тем, кто стоял у ее истоков, должна была освободить людей, преодолеть зависимость человека от сил природы, устранить вечную угрозу неурожаев и голода, смертоносных эпидемий, стихийных бедствий. 
 
На самом деле зависимость от природы не исчезла, она просто стала иной. Одним из первых новые проблемы, грозящие человечеству бедами, осознал известный английский экономист Т. Мальтус (1766- 1834). Его книга "Опыт о принципе народонаселения", написанная в 1798 г., приобрела огромную популярность в следующем столетии. У теории Мальтуса было много поклонников и не меньшее число противников. 
 
По прогнозам Мальтуса, человечество, жизнь которого определяется двумя важнейшими "интересами" - влечением полов и добыванием пищи, ждет мрачное будущее. Улучшение уровня жизни большой массы людей приведет к снижению смертности и повышению рождаемости. Но со временем экономический рост не будет поспевать за ростом населения. А это обрекает человечество на голод и вымирание от перенаселения. Вывод экономиста получился весьма суровым: необходимо ограничить рост рождаемости, прежде всего - у низших классов. 
 
Чем же ограничиваются темпы экономического роста? И Мальтус, и другой выдающийся английский экономист Д. Рикардо (1772-1823) считали главным ограничением то, что развитие экономики зависит от одного неизменного фактора - земли. Можно, конечно, увеличить капиталовложения, усовершенствовать орудия труда, но все эти меры не изменят главного: наступит день, когда человек поймет, что производящие силы природы ограничены. 
 
В те времена, когда Мальтус и Рикардо давали свои пессимистические прогнозы, перспективы развития индустриальной революции были еще неясны. Земля являлась тогда единственным источником не только пропитания, но и сырья. Зависимость от земли ощущалась очень остро. Например, чтобы увеличить производство шерсти, нужно было все больше земли использовать под пастбища, а не под посевы. 
 
Не менее важным препятствием на пути развития цивилизации была ограниченность источников энергии, без которой невозможно использование машин. Главным же источником тепловой энергии являлись уголь и дерево, запасы которых отнюдь не бесконечны. Для того чтобы произвести одну тонну железа, требовалось сжечь четыре гектара леса. Исходя из этих цифр, разумеется, можно было сделать самые устрашающие выводы. 
 
Наука и технический прогресс. Однако человечество нашло выход, предсказать который заранее было невозможно. Были найдены новые источники энергии и новые, более экономичные способы ее использования. Во второй половине XIX в. резко возросло значение нефтяной промышленности. В 1870 г. во всем мире было добыто только 0,8 млн. тонн этого ценного топлива, а в 1900 г. - уже около 200 млн. тонн. 
 
Последняя треть XIX в. стала эпохой освоения электричества, которое дало производству новую энергетическую базу. Источником электроэнергии стал турбогенератор; позже был изобретен двигатель внутреннего сгорания, которому предстояло совершить настоящий переворот в сельском хозяйстве, транспорте и военной технике. Наиболее экономичная модель, работающая на жидком топливе, была предложена в самом конце века немецким инженером Р. Дизелем и быстро получила распространение во всех областях производства и на транспорте. В 1870- 1880 гг. французский ученый М. Депре и русские - Д. Лагинов и М. Доливо-Добровольский - проводили опыты, пробуя передавать электричество на расстояние. 1891 год, когда Доливо-Добровольскому удалось передать переменный ток на большое расстояние - 175 км, стал переломным в развитии электротехники. Возникли новые отрасли промышленности - электрохимия и электрометаллургия, стали использоваться электросварка, изменился городской транспорт: на улицах появились первые трамваи. 
 
Был получен новый материал, имеющий огромное производственное значение, - сталь. Она открывала большие возможности для увеличения скорости, прочности и мощности машин, а потому стремительно вытесняла железо и дерево. Уже в 1870-х гг. выплавка стали являлась важнейшим показателем промышленного потенциала страны. 
 
Успехи в области химии сделали возможным быстрое развитие химической промышленности, которая производила красители, искусственные удобрения, резко повышавшие урожайность, синтетические (каучук, искусственное волокно и др.) и взрывчатые вещества. 
 
Уже в конце XIX в. появилась очень важная тенденция, которая в XX столетии будет определять практически всю индустрию: от использования органических веществ перешли к минералам, которые стали основной базой для промышленного производства. 
 
Научные открытия, большая часть которых приходилась на последнюю треть XIX и начало XX в., изменили облик цивилизации: электрическое освещение, радио, телефон, телеграф, воздухоплавание, кинематограф, автомобиль - это еще далеко не полный перечень всех изобретений, которыми была так богата эпоха. 
 
"Железный", машинный век преобразил облик городов, быт человека и его труд, изменил представления людей о расстояниях благодаря транспорту и системам связи, расширил поток информации. 
 
Человечество, обладающее важнейшей способностью - изобретать, успешно справилось с очередным вызовом природы. Но все-таки это не означает, что проблемы, которые английские экономисты поставили почти два столетия назад, ушли в прошлое. Пусть их выводы спорны, но они уловили основную особенность индустриальной цивилизации - ее зависимость от энергетической базы, которая нуждается в постоянном обновлении. 
 
В XIX в. появилась еще одна проблема, которая и в наши дни не потеряла своей остроты. Машины изменили характер труда, роль человека в производстве и отношение людей к своей деятельности. Безвозвратно миновало время средневековых мастеров, любовно и неторопливо создававших вещи, на которых лежала печать индивидуальности. Новое производство, с одной стороны, требовало изобретений, мобилизации всех творческих возможностей человека, его освобождения от цеховых и корпоративных связей. С другой стороны, поточное, массовое производство превращало работника в придаток машины. Это стало очевидным в самом начале промышленного переворота, а особенно ярко проявилось в начале XX в., когда Г. Форд ввел конвейер на своих автомобильных заводах в США (1912-1913). Уровень производительности труда резко вырос, но труд был до предела механизирован, обезличен. 
 
Индустриализация и монополистический капитализм. Большие изменения происходили и в организации производства. Сама природа производительных сил в ту эпоху требовала большой концентрации производства и капиталов. В последней четверти XIX в. мелкие и средние предприятия стали поглощаться крупными компаниями. Зарождался монополистический капитализм. Формы слияния были различны: возникали картели, которые определяли цены и делили рынки сбыта; синдикаты - объединения, созданные для совместной продажи товаров; тресты, в которых происходило полное объединение собственности для совместного производства и сбыта; концерны - объединения трестов или предприятий на основе финансовой зависимости от какой-либо монополистической группы. 
 
Результаты этого процесса были очень неоднозначны. Монополии давали возможность осуществить централизованное управление множеством компаний и предприятий, усовершенствовать техническую базу, снизить затраты по производству и обуздать стихию рыночной конкуренции. Вместе с тем в образовании монополий таились и свои угрозы, в том числе политического характера. В руках небольшой кучки людей, владельцев гигантских промышленных империй, концентрировалась финансовая власть, которой могли бы позавидовать короли. Монополистическая олигархия могла влиять на внешнюю и внутреннюю политику страны. И не случайно уже в 1870- 1880-е гг. в США, где процесс монополизации шел очень быстро, в этом увидели угрозу демократии. 
 
В конце 1880-х гг. президент Кливленд заявил, что корпорации, которые должны находиться "в строгих рамках закона и служить интересам народа, вместо этого быстро превращаются в средство владычества над ним". Обуздание монополий, превратившихся в огромную экономическую и политическую силу, стало одной из важнейших проблем, не потерявшей актуальности и в наши дни. 
 
Монополия - в буквальном переводе с греческого "продаю один". Исключительное право производства или торговли, принадлежащее одному человеку, или группе лиц, или государству. Капиталистическими монополиями называют объединения капиталистов, которые сосредоточивают в своих руках производство или продажу какого-либо товара для того, чтобы установить свое господство в той или иной отрасли экономики. 
 
Итак, уже в XIX в. достаточно резко обозначилась грань между двумя большими цивилизационными периодами в истории человечества - доиндустриалъным и индустриальным. Вслед за изобретением машин стали происходить качественные изменения, затронувшие практически все стороны жизни: от организации производства и трудового процесса до быта и психологии человека. Эти изменения принесли и положительные, и отрицательные результаты, но главное - поставили перед человечеством новые проблемы, неизвестные прошлым поколениям.

СТРАНЫ "СТАРОГО  КАПИТАЛИЗМА"
Развитие  капитализма в XIX в., как и прежде, шло неравномерно, несинхронно в разных регионах Запада. В конкурентной борьбе крупных держав постоянно менялась расстановка сил. На мировую арену вышло "второе поколение" капиталистических стран, оттеснявших на задний план державы, где капитализм и промышленный переворот начались гораздо раньше: Россия, Германия и США. 
 
Сложные экономические процессы, определявшие место той или иной страны в мире, были неразрывно связаны с политической жизнью. В большинстве государств Европы модернизация еще не была завершена, и ликвидация остатков феодализма или самой феодальной системы оставалась неотложной задачей. 
 
Европейская "периферия" и модернизация. XIX век был бурной эпохой революций: они превратились как бы в норму западноевропейской жизни. Пожалуй, именно в XIX в. стало очевидным, что революции далеко не всегда решают все проблемы сразу, а потому могут повторяться, производя все новые и новые корректировки социально-политических и экономических структур. Франция после Великой буржуазной революции 1789 г. пережила еще три - в 1830, 1848 и 1871 гг. Причем только последняя революция положила конец монархическому строю. 
 
В 1820-1821 и 1848 гг. революции произошли в Италии. Целая серия революционных взрывов вплоть до 1870-х гг. сотрясала Испанию, однако страна по-прежнему оставалась полуфеодальной. В 1848 г. началась революция в Германии, но и она не решила всех проблем: наследие феодализма продолжало сказываться в самых разных областях жизни. 
 
В ту эпоху проявилась и еще одна любопытная черта революций - их синхронность. Роль лидера революций играла Франция. В 1830 г. почти одновременно с французской вспыхнула и бельгийская революция, начались восстания в русской Польше, Италии и некоторых государствах Германии. Революция 1848 г. вслед за Францией охватила Германию и Италию. 
 
В жизни периферийных государств многое изменилось в эпоху наполеоновских войн. Захватнические войны Наполеона сыграли не только отрицательную, но и положительную роль. Страны, ставшие частью огромной империи, разумеется, испытали на себе материальные и моральные тяготы побежденных. Но продвижение наполеоновской армии по Европе сопровождалось отменой феодальных привилегий, секуляризации церковных земель, установлением свободы печати и гражданского равенства. Одним словом, победители пытались воплотить то новое, что принесла Французская революция. Правда, разрушение основ феодального общества в Италии, Германии, Испании осуществлялось в насильственной форме, что вызвало в этих странах национально-освободительные движения. И все-таки положительные результаты преобразований были столь значительными, что их не смогла полностью перечеркнуть даже реставрация старых порядков после развала империи Наполеона. 
 
Таким образом, в развитии стран периферии наступил перелом, хотя его результаты были далеко не одинаковы. Германия к концу XIX в. совершила грандиозный скачок, заняв лидирующее положение в Европе. 
 
Раздробленная Италия по-прежнему заметно отставала от крупных держав, и только после 1870 г., когда было завершено ее объединение, для модернизации открылись более широкие возможности; темп развития ускорился. В Северной Италии создавались крупные капиталистические хозяйства, росла промышленность. Аграрный Юг отставал - и из-за слабой промышленной базы, и из-за того, что там дольше сохранялись помещичьи хозяйства и полуфеодальные формы зависимости крестьянства. Тем не менее к концу XIX в. Италия окрепла настолько, что смогла принять участие в борьбе за колонии. 
 
Более печальной была судьба Испании. Несмотря на целую серию революций, абсолютистская монархия не уступала своих позиций; либеральные завоевания революций либо вообще упразднялись во время реставрации, либо сохранялись в крайне усеченном виде. 
 
Растерявшая большую часть своей огромной колониальной империи Испания оставалась полуфеодальной страной. Промышленность развивалась крайне медленно. Хотя в начале XX в. появились первые монополистические концерны, страна так и не создала своего машиностроения. Ключевые позиции в экономике занимал иностранный капитал. Испания, в сущности, превратилась в сырьевой придаток крупных капиталистических держав. 
 
Европейский центр: перераспределение сил. Страны, составлявшие в XVIII в. центр, вынуждены были отступать под натиском молодых капиталистических стран, где индустриализация началась позднее, но прошла на более высоком техническом уровне. 
 
Англия, родина промышленного переворота, начиная с 1870-х гг. утрачивает свое первенство, уступает его США, производившим больше стали и чугуна. В опасного конкурента превратилась и Германия. В 1890-е гг. дешевые немецкие товары проникали уже не только в Англию, но и в ее колонии. В последней трети XIX в. страна пережила первые тяжелые промышленные кризисы. Одним из последствий, еще более ухудшивших экономическую ситуацию, был отток капиталов: деньги стало выгоднее вкладывать в строительство железных дорог и фабрик в колониях или в других странах Европы. 
 
Франция, революционизировавшая всю Европу, продолжала развиваться весьма медленно и в результате к концу века оказалась на четвертом месте в мире, в то время как еще в 1870-е гг. она занимала второе место (после Англии). Собственное машиностроение было развито слабо, станки в основном ввозились из-за границы. Уровень концентрации производства оставался низким: в стране сохранялось множество мелких и средних предприятий, на которых работало не более 100 человек. Многие из них специализировались на производстве предметов роскоши. 
 
В деревне большинство хозяйств (71%) были мелкими, и их владельцы не могли использовать технические и агрокультурные усовершенствования. По урожайности пшеницы, например, Франция стояла на одном из последних мест в Европе. 
 
В этой ситуации в стране расцветал банковский капитал. По его концентрации Франция шла впереди других стран. К концу века 3/4 финансов держали в своих руках несколько крупных банков. Финансовая верхушка быстро богатела на займах, которые предоставлялись иностранным государствам, в том числе и России. Но история Голландии показала, насколько опасен для страны путь финансового капитализма. Во Франции стал распространенным особый тип буржуа - не труженика-предпринимателя, а рантье. 
 
В начале XX в. в промышленности Франции наступило оживление, поскольку успешно стало развиваться производство автомобилей, но общее отставание было очень заметным, особенно от Германии. 
 
Конечно, страны "старого" капитализма - Англия и Франция, несмотря на все вставшие перед ними проблемы, продолжали входить в число сильнейших стран Запада, занимали ключевые позиции в международных отношениях. Но их полное и безусловное лидерство было поколеблено. Индустриальная эпоха требовала постоянного обновления технической базы, и в этом смысле промышленный переворот нельзя было "завершить" - этот процесс можно сравнивать с линией, уходящей в бесконечность. Любые промедления и задержки на пути технического прогресса грозили самыми тяжелыми последствиями.

ГЕРМАНСКИЙ  ПУТЬ К МОДЕРНИЗАЦИИ
Страны "молодого" капитализма - Россия, Германия, США - были поставлены в достаточно жесткие  условия конкурентной борьбы между  великими державами, а потому были вынуждены  избрать ускоренный, "догоняющий" темп развития. Однако их задача состояла не только в наращивании капиталистического производства: только США вошли в XIX в., не обремененные грузом феодальных пережитков. России и Германии предстояло решить более сложную задачу: ликвидировать остатки феодализма. От решения этой задачи зависела дальнейшая судьба страны. 
 
Германия, подобно Испании и Италии, в начале XIX в. была завоевана наполеоновскими войсками. Немецкие государства на время утратили независимость, получив взамен либеральные реформы и отчасти преодолев свою раздробленность. После Венского конгресса из 360 государств осталось только 38. Священная Римская империя закончила свое существование, и на ее месте возник Германский Союз, в котором роль лидера играл австрийский канцлер Меттерних, беспощадно подавлявший любые оппозиционные движения. 
 
Реформы, проведенные Наполеоном, разумеется, были недостаточны для того, чтобы уничтожить остатки феодализма и осуществить глубинную модернизацию. После падения наполеоновской империи во многих государствах Германии были восстановлены абсолютистские порядки. Только в южных и западных государствах - в Бадене, Баварии, Вюртемберге, где сильнее сказывалось влияние Французской революции, был введен конституционный строй. 
 
В 1848 г. Германия, как и некоторые другие страны Западной Европы, была охвачена революцией, но ее последствия были сравнительно невелики: Германия по-прежнему оставалась полуфеодальной страной. Тем не менее, начиная с 1850-х гг. для развития капитализма открылись более широкие возможности. В это же время определились и его основные особенности. В 1870-1880-е гг. при "железном канцлере" Отто фон Бисмарке (1815-1898) окончательно сформировался германский вариант капитализма. 
 
В эту эпоху почти вся Германия была объединена под властью Пруссии - самого могущественного из немецких государств. Для промышленного роста были созданы благоприятные условия, но при этом буржуазия фактически не получила доступа к политической власти. Рейхстаг (парламент) обладал весьма ограниченными полномочиями, а система выборов нарушала принцип равноправия. 
 
В деревне еще в 1850-е гг. были проведены реформы, но они уничтожили безвозмездно лишь второстепенные феодальные повинности. Другие же, самые доходные для помещиков (например, барщина), подлежали выкупу. Таким образом, в Германии шел долгий и мучительный процесс разорения крестьянства, которое не могло сразу избавиться от пут полуфеодальной зависимости и теряло землю. 
 
Между тем помещики, сохранившие за собой большую часть земли, создавали на ней крупные капиталистические хозяйства, в которых применялись машины, химические удобрения и другие новшества. 
 
Во внешней политике прусский путь проявлялся в активном милитаризме, который Бисмарк называл политикой железа и крови. Огромные средства из бюджета страны тратились на перевооружение, значительно увеличилась численность армии. В военных кругах разрабатывались планы одновременных операций против Франции и России. Хотя Германия очень поздно включилась в борьбу за колонии, тем не менее к 1914 г. ее колониальные владения уже занимали площадь 2,9 млн. кв. км. 
 
Стремительный рывок вперед примерно за полвека превратил Германию в сильную капиталистическую державу. В начале XX в. она выдвинулась на первое место в Европе по уровню промышленного производства, в котором ведущие позиции занимали черная металлургия, машиностроение и химическая промышленность. Несмотря на сохранившиеся пережитки крепостничества, помещичьи хозяйства капиталистического образца давали высокую урожайность. В стране росли гигантские монополистические союзы, тесно связанные с крупнейшими банками. За короткий срок Германия создала свою - правда, сравнительно небольшую - колониальную империю, одновременно развивая экономическую экспансию в Османскую империю, Китай, Южную Америку. 
 
Одним словом, Германия к началу XX в. превратилась в грозную силу, оставаясь при этом полумодернизрованной милитаристской страной, в которой едва пробивались слабые ростки демократии, где жизненный уровень народа был намного ниже, чем, например, в Англии, а шовинистические настроения охватывали очень широкие слои населения.

РОССИЯ  И МОДЕРНИЗАЦИЯ
К началу XX в. Россия входила в число крупнейших капиталистических держав мира. Темп ее развития был, в общем, достаточно высоким. Тем не менее, Россия заметно отставала по многим показателям и от США, и от Германии. 
 
С чем это было связано? Как правило, всю вину возлагают на силу и прочность феодальных устоев. Но такого ответа явно недостаточно - ведь Германия тоже выстраивала капитализм на полуфеодальной основе, однако ее успехи были гораздо заметнее. Конечно, традиционные структуры тормозили развитие России. Но важным было и другое: отношение различных общественных сил и центральной власти к модернизации, степень их активности. 
 
Русское общество и проблема модернизации. Победив в войне 1812 г., Россия избежала унизительной участи многих европейских стран - она не оказалась под властью иноземных захватчиков. Но и не испытала воздействия либерально-буржуазных реформ Наполеона. Идеи Просвещения и Французской революции в то время были распространены лишь среди небольшой части русской дворянской интеллигенции. Буржуазия (в Западной Европе - самая заинтересованная в модернизации сила) была еще сравнительно немногочисленна, неконсолидирована и слишком зависима от государственной власти, чтобы претендовать на политическое лидерство и добиваться уничтожения феодальных устоев. В крестьянской среде росло число людей, занимавшихся торговой и предпринимательской деятельностью. Но в общей своей массе крестьянство, остававшееся до 1861 г. в крепостном состоянии, жившее патриархальной общинной жизнью (даже после реформы), было скорее противником модернизации, а не ее сторонником. 
 
В результате на протяжении всей первой половины XIX в. - в то время, когда страны Западной Европы переживали буржуазные революции, - в России произошел только один всплеск осознанной борьбы за модернизацию - восстание декабристов в 1825 г. Не буржуазия, а дворянская интеллигенция поставила цель ликвидировать крепостное право, установить конституционную монархию или республику, поощрять предпринимательство и торговлю. 
 
Поражение восстания, конечно, не уничтожило общественного движения за преобразования в России. Наоборот, число его участников росло - особенно с 1840-1850-х гг., когда серьезной силой стала разночинная интеллигенция. Общественное движение во второй половине века стало более сложным по структуре; в нем появлялись новые группировки, отличающиеся друг от друга по своим программам, - от радикалов до умеренных либералов, но опять-таки оно развивалось без активного участия буржуазии. 
 
Уже в эту эпоху среди участников общественного движения появились острые идейные разногласия по поводу того, какие именно преобразования нужны в России и как их следует осуществлять. Вопрос о самобытности России разделил нашу интеллектуальную элиту на два лагеря - славянофилов и западников. Спор их последователей не утихает и в наши дни. 
 
Интерес к национальным историческим традициям, попытки определить, в чем состоит уникальность России, что сближает ее с другими цивилизациями и что отличает от них, - все это было проявлением очень важного процесса: роста национально-исторического самосознания. Но в результате для большей части русского образованного общества понятия "модернизация" и "европеизация" слились в одно. Модернизация воспринималась как насильственное внедрение чужеродной западной модели в русскую цивилизацию, как утрата национальных традиций. 
 
Между тем уже в 1850-1860-е гг. опыт некоторых восточных стран (Турции и особенно Японии) показал, что модернизация не является уникальной особенностью Западной Европы. Европеизацию и модернизацию нужно отличать друг от друга. Ориентация на западноевропейскую модель - временное явление в процессе модернизации и не может разрушить национальную самобытность. 
 
Идеи славянофилов были очень сильны: они оказали влияние на революционных демократов, в том числе и на западника А. И. Герцена, который после 1848 г. разочаровался в демократизме буржуазного общества и стал рассматривать русскую общину как главную основу будущего справедливого строя. При этом Герцен отстаивал мысль о том, что капитализм - совершенно необязательный этап в развитии России. Начиная с 1870-х гг. преемниками славянофилов и Герцена в этом отношении стали народники, организовавшие знаменитые хождения в народ с целью подготовить крестьян к революции. Делая ставку на патриархальную общину, критикуя отрицательные стороны западноевропейского капитализма, народники не считали задачу модернизации России актуальной. 
 
К концу 1870-х гг., когда хождение в народ потерпело крах, движение оказалось в ситуации глубокого кризиса и распалось на разные группировки. "Народная воля" встала на бесплодный путь политического террора; организация "Черный передел" продолжала вести малоуспешную пропаганду среди крестьян; лишь часть народников, оценив роль политики малых дел, стала активно работать в земствах и сблизилась с либералами. 
 
Создание в 1883 г. группы "Освобождение труда" ознаменовало поворот части русской интеллигенции к социал-демократическим учениям. В России стала завоевывать популярность наиболее радикальная западная идеология - марксизм, возникший как ответная реакция на противоречия и проблемы развитых капиталистических стран. Его глашатаями были члены Союза борьбы за освобождение рабочего класса (1895) во главе с В. И. Ульяновым (Лениным), которые отстаивали марксистскую идею непримиримой классовой борьбы, социалистической революции и установления диктатуры пролетариата. Таким образом, и эта группировка, довольно популярная в среде молодого и немногочисленного рабочего класса России, была противницей постепенных буржуазно-либеральных реформ, ибо буржуазия объявлялась классовым врагом наряду с помещиками и системой самодержавия в целом. 
 
Конечно, кроме радикалов разного толка в России были и сторонники мирных средств борьбы. К ним принадлежала часть народников, разочаровавшихся в терроре и попытках подвигнуть крестьян на революцию, и часть социал-демократов ("легальные марксисты" во главе с П. Струве и М. Туган-Барановским, "экономисты" во главе с Е. Кусковой и С. Прокоповичем). Все эти группировки в конечном счете сближались с либералами. Число их постепенно росло, но роль в политической жизни страны и влияние на народ были не слишком значительными. 
 
Защитников буржуазного строя и связанного с ним процесса модернизации в России было очень мало. И, в общем, это неудивительно: борьбу за преобразования и споры о том, какой должна быть новая Россия, вела в основном интеллигенция. Буржуазия, которая в Западной Европе играла роль главной ударной силы, в нашей стране безмолвствовала; до 1905 г. она не имела даже своей партии. 
 
На пороге буржуазных революций в России складывалась совершенно уникальная расстановка сил: радикальным силам, выступавшим с лозунгом уравнительности, практически не была противопоставлена сила, отстаивавшая буржуазный строй. 
 
Царизм и модернизация. Как же относилась к модернизации центральная власть, которая в России часто играла роль катализатора цивилизационных процессов? В целом позицию государства можно назвать непоследовательной на протяжении всего XIX и начала XX в. 
 
Либеральный царь Александр I (годы правления: 1801-1825) ограничился лишь небольшим кругом демократических преобразований, так и не решив главных вопросов - об отмене крепостного права и о конституции. Указ о вольных хлебопашцах был очень робким шагом в сторону ликвидации основного зла России, которое прогрессивное дворянство не без оснований именовало рабством. 
 
Политика Николая I (годы правления: 1825-1855) была явным отходом от умеренно либерального курса его предшественника. Кроме того, при Николае I мало внимания уделялось экономическому развитию страны. Правительство практически не субсидировало тяжелую промышленность, к 1851 г. была выстроена только одна железная дорога - Николаевская, соединившая Москву и Петербург. Между тем необходимость преобразований ощущалась все острее. Слабость России в сравнении с мощными модернизированными западноевропейскими державами с трагической наглядностью проявилась в Крымской войне (1853-1856). 
 
1861 год стал переломным в истории России: крепостное право было отменено. Александр II (годы правления: 1855-1881), открывший новую эпоху либеральных реформ, предпринял решительную попытку устранить одно из самых серьезных препятствий на пути к модернизации. Но удалась эта попытка лишь отчасти. Реформа 1861 г. обрекла русскую деревню на мучительно долгий путь развития капитализма, сохранив полуфеодальные формы зависимости крестьян. Проникновению буржуазных отношений в сельское хозяйство по-прежнему мешала община, которая не только была сохранена, но даже усилена властями: ведь она представляла собой низовую ячейку в государственной системе налогообложения и с ее помощью было легко осуществлять административный контроль над крестьянами. 
 
Демократизация политической жизни тоже реализовывалась в усеченной форме. В 1864 г. были созданы органы местного самоуправления в уездах и губерниях - земства. Но возможности этих выборных представительных органов были невелики, а главное - земства не влияли на политику центральной власти. Лишь в конце царствования Александр II дал согласие на учреждение Земского собора - всероссийского представительного органа. Но расправа над царем, учиненная в 1881 г. народовольцами, положила конец эпохе демократических преобразований. 
 
Правительство Александра III, напуганное горсткой экстремистов, предприняло враждебные действия против земств, которые были центрами притяжения всех либеральных сил. В результате усилилось отчуждение либералов от властей, не сумевших использовать себе во благо растущую активность общества. 
 
Правда, в этот период в экономической жизни России был сделан значительный рывок (в частности, благодаря политике С. Витте - министра финансов). На рубеже XIX-XX вв. в стране успешно развивалось машиностроение, в 5 раз увеличилась выплавка чугуна, в 6 раз - добыча угля в Донбассе, протяженность железных дорог достигала 60 тыс. км. К 1913 г. Россия занимала 4-5-е место в мире по объему производства и стала главным экспортером зерна. 
 
И все-таки Россию рубежа XX в. нельзя назвать в истинном смысле модернизированной страной. Демократизация так и не была осуществлена. Промышленный переворот практически не затронул сельского хозяйства; 50% крестьян по-прежнему обрабатывали землю сохой, а не плугом. Крестьянство страдало от малоземелья, так как из-за роста населения наделы сокращались. Крупные фермы капиталистического образца были очень немногочисленны. Несмотря на быстрое развитие промышленности, Россия по-прежнему оставалась преимущественно аграрной страной: 76% населения были заняты в сельском хозяйстве. Уровень жизни народа был в 4 раза ниже, чем в Англии, и в 2 раза ниже по сравнению с Германией. 
 
Наиболее решительный поворот к модернизации был сделан только в начале XX в.; его началом явилась буржуазная революция 1905 г. Народ получил наконец гражданские свободы, право представительства своих интересов в новом центральном государственном органе - Думе. Образовались политические партии, в том числе буржуазные (самой сильной среди них был Союз 17 октября, которым руководил А. Гучков). Несмотря на то, что монархия сохранилась, на пути демократизации был сделан огромный шаг вперед. 
 
Революция дала процессу модернизации мощный импульс. С 1909 по 1913 г. промышленность в России переживала подъем. Вставший во главе правительства П. Столыпин попытался своей реформой нанести удар общине - причем без массового обезземеливания крестьян, которое в странах Западной Европы проходило подчас в очень жестокой форме. 
 
Однако все эти преобразования требовали времени, которого у России уже не было: европейские державы готовились к первой мировой войне, масштабы которой превзошли все прежние войны. 
 
Развитие России, ставшей одной из сильнейших держав мира, отличалось неравномерностью. Неравномерность - явление обычное для стран молодого капитализма, но в России она приобрела слишком затяжной характер, что привело к трагическим последствиям в первой мировой войне.

США: ПУТЬ К ЛИДЕРСТВУ
Среди стран "молодого" капитализма США  были единственной сильной державой, где высокий темп развития достигался в первую очередь за счет использования  потенциала демократической системы. В США, практически не испытавших на себе влияния феодализма, гораздо  легче решались многие проблемы, связанные  с модернизацией. Но это не означает, что проблемы отсутствовали вообще. 
 
Два центра цивилизации: Север против Юга 
 
Традиционализм в своеобразной форме существовал и в США, причем представлял собой достаточно серьезную силу. Завоевание независимости было лишь первым шагом, облегчавшим путь к модернизации. Прошло лишь несколько десятилетий после американской революции, как появилась новая проблема, грозившая стране разрушением государственного единства или отходом от завоеваний демократии. Эту проблему создавало растущее противоречие между городским, индустриальным, демократическим Севером и Югом, который по-прежнему оставался рабовладельческим и сельскохозяйственным. После революции многие политические деятели, в том числе и Дж. Вашингтон, думали, что рабство, запрещенное в северных штатах, постепенно, само собой будет исчезать и на Юге. Однако ход событий был совсем иным. 
 
В XIX в. рабство получило новый стимул к процветанию, ибо стало еще более выгодным. Юг, гораздо более отсталый по сравнению с Севером, переживал не экономический спад (как можно было бы ожидать), а, напротив, подъем. Это объяснялось тем, что в южных штатах выращивали хлопок, сахарный тростник, табак - ценные сельскохозяйственные культуры, которые требовали организованного труда большого количества людей. Рабовладельческие плантации, конечно, не были в полном смысле рабовладельческими, как, скажем, в Древнем Риме. По сути, они представляли собой крупные капиталистические хозяйства, работавшие - и весьма успешно - на рынок, но с использованием самой грубой формы внеэкономической зависимости. Рабовладение было признаком отсталости, оно придавало развитию капитализма на Юге извращенный вид. Но тем не менее на определенном этапе было весьма выгодным. 
 
Экономический расцвет южных штатов усиливал их позиции в стране. По мере того как США расширяли свои границы, присоединяя или осваивая новые территории, Юг поднимал вопрос о распространении рабства на вновь образовавшиеся штаты. Между Севером и Югом вспыхивали острые конфликты из-за штатов Миссури, Канзас, Калифорния и Нью-Мексико. Постепенно все более реальной становилась возможность политического отделения южных штатов. Северянам же не менее реальной казалась опасность распространения рабства по всей стране. 
 
Приход к власти А. Линкольна (1809-1865) - непримиримого противника рабства и тем более его распространения на новые территории - ознаменовал начало давно назревавшей гражданской войны. Военные действия длились с 1861 по 1865 г. и нанесли стране огромный урон. Помимо людских потерь были и потери экономические. Некоторые города (Колумбия, Ричмонд, Атланта) были сожжены до основания, многие заводы и железные дороги разрушены; особенно сильно был опустошен и разорен Юг. По стране бродили тысячи бывших невольников, потерявших привычную работу. Штаты сохранились как единое государство, но взаимная ненависть на долгие годы разъединила южан и северян, не забывших о недавних кровопролитиях. Рабство было уничтожено, но расовые проблемы не потеряли своей остроты. 
 
И все-таки победа модернизации принесла свои плоды. США получили стимул для мощного рывка вперед. Наибольший подъем переживал Север: за 10 лет, с 1860 по 1870 г. число промышленных предприятий выросло на 80%, а общая стоимость продукции - на 100%; за это время было проложено 20 тыс. км железнодорожных путей. 
 
Юг по-прежнему отставал, сохраняя свою специфику сельскохозяйственного региона. После разрушения плантаций на Юге распространилась система аренды. Мелкими арендаторами становились прежние рабы-негры, а позднее и белые. Как правило, запутавшиеся в долгах, они практически не имели возможности внедрять новшества и вести хозяйство на уровне, которого требовала эпоха. Врастание Юга в промышленный переворот происходило долго и с большими трудностями, но все-таки процесс выравнивания северных и южных штатов развивался. 
 
К началу XX в. США шли впереди всех других государств по уровню промышленного производства. К 1913 г. продукция черной металлургии и угледобывающей промышленности превышала то, что выпускали в этих отраслях Англия, Германия и Франция вместе взятые. 
 
Что же создало основу такого быстрого расцвета? Причин было много. Американские историки считают, что важную роль сыграли богатые сырьевые ресурсы; большой приток иммигрантов, которые обеспечивали растущую промышленность рабочей силой; хорошо налаженная система водного и железнодорожного транспорта; протекционистские пошлины, защищавшие американскую промышленность от иностранной конкуренции. 
 
Свой вклад внесло и бурное развитие научно-технической мысли: между 1860 и 1900 гг. в США было запатентовано 676 тыс. изобретений. Наиболее сенсационные среди них - теория электрического телеграфа С. Морзе, телефонный аппарат А. Белла, лампа накаливания Т. Эдисона, пишущая машинка. Хлопкоочистительная машина Э. Уитни, новая конструкция плуга Т. Джефферсона, жатка О. Гасси и С. Маккортика, которую в 1880-х гг. сменил комбайн, произвели переворот в сельском хозяйстве: земледелие стало механизированным. 
 
Наука была обязана многими своими успехами политике правительства: начиная с 1840-х гг. росли государственные ассигнования на создание сельскохозяйственных колледжей с большими земельными фондами и опытных станций, на научно-исследовательскую деятельность. 
 
Но помимо всех этих причин, влиявших на быстрые темпы роста, нужно назвать еще одну, хотя, казалось бы, она не имеет прямого отношения к области экономики. Это демократическая система США, возбуждавшая удивление и восхищение в Старом Свете. Ее основы складывались еще до завоевания независимости, а в XIX в. американская демократия усиливалась и совершенствовалась. Демократия давала широкий простор для инициативы личности и вместе с тем позволяла эту свободу контролировать. 
 
Демократия в действии. Важным стимулом для развития политического строя была Гражданская война, которая велась под лозунгами защиты демократии и равенства людей разных рас. Конечно, война Севера и Юга шла не только во имя освобождения негров; она, как и всякая война, была обусловлена сложным переплетением различных, в том числе и экономических, причин. Но многих политических лидеров и людей, отдавших свои жизни в сражениях, вдохновляли идеи свободы личности. 
 
Эти настроения начали проявляться еще до войны, в 1850-е гг., когда многие северные штаты приняли законы о личной свободе для беглых рабов в нарушение общего, федерального закона. В Бостоне, например, чтобы поймать одного невольника, потребовалось вмешательство полиции и частей национальной армии, так как на помощь негру пришли видные городские деятели и толпы возмущенного населения. Не случайно, что в самые тяжелые для страны дни, накануне Гражданской войны, когда окончательно решался вопрос о взаимоотношениях Севера и Юга, на президентских выборах победил А. Линкольн, который выступал за ограничение рабовладения и единство страны и - в отличие от некоторых своих соперников - не шел на компромиссы в этих вопросах. 
 
Демократическая система выборов в США давала большей части населения возможность участвовать в политической жизни страны. А это, разумеется, влияло на политику тех, кто приходил к власти. Среди американских президентов не все были такими яркими личностями, как Дж. Вашингтон, Т. Джефферсон или А. Линкольн. Но важно, что такие люди могли встать во главе государства. 
 
Многие президенты выходили из низов общества. Таким, например, был Э. Джексон, много сделавший для развития демократии в стране. Родившийся в нищете, он перепробовал множество занятий (торговал лошадьми, был и плантатором, и адвокатом, воевал с индейцами); жена Джексона, курившая трубку, сделанную из початка кукурузы, так и не научилась правильно писать слово "Европа". Даже в самых демократических странах Старого Света такого рода люди не могли занять столь высоких постов. Для XIX в. американская демократия была - без преувеличения - явлением уникальным. 
 
Означает ли это, что она была совершенна? Разумеется, нет. США, которые в Европе называли "надеждой рода человеческого", отнюдь не были раем. 
 
Несколько раз на протяжении второй половины XIX в. США потрясали экономические кризисы, среди которых самый страшный произошел в 1892 г. Монополии, быстро развивавшиеся в стране с 1870-х гг., превращались в своего рода государства в государстве. Уровень жизни рабочих был достаточно низок, а условия их труда тяжелы, хотя американские рабочие жили лучше европейских. Расходы фермеров на перевозки, на покупку машин и других необходимых для хозяйства товаров порой превышали доходы, так как перепроизводство сельскохозяйственной продукции приводило к снижению цен. Социальные контрасты ярко проявлялись в городах, где прекрасные современные здания соседствовали с мрачными трущобами, много раз описанными журналистами. 
 
Однако и правительство, и общество проявляли достаточно большую активность, чтобы устранить или по крайней мере сгладить эти недостатки. Так, уже в 1880-е гг. по стране прокатилась волна возмущения против злоупотреблений монополий. В ответ на это правительство начало принимать меры по обузданию трестов и корпораций. В начале XX в. особенную активность проявил президент Т. Рузвельт. Нельзя сказать, что с произволом монополий было покончено, но он был существенно ограничен антитрестовскими законами. Прошли шумные судебные процессы, на которых применялась тактика "беспощадной огласки". 
 
В 1880-е гг. развернулась борьба рабочих, создавших свои организации (Благородный орден рыцарей труда, Американская федерация труда, социалистические партии). Рабочий класс США, ставивший перед собой, как правило, "ближайшие" экономические цели, к началу XX в. добился основных прав (на организацию союзов и проведение забастовок, на заключение коллективных договоров с работодателями). 
 
Не меньшую активность проявляли и фермеры, объединившиеся в эти годы в ассоциации и союзы фермеров, из которых в 1890-1892 гг. родилась мощная Народная партия. "Народники", пользовавшиеся огромной популярностью в стране, критиковавшие коррумпированность правительства, оказали большое влияние на политическую жизнь. Под давлением общества в начале XX в. начинается время реформ, или эпоха разгребания грязи, как называли ее сами американцы. 
 
Превращение страны в самую сильную индустриальную державу в мире, при всех издержках и противоречиях этого процесса, произошло в значительной мере благодаря результативному диалогу между государственной властью и обществом.

ДУХОВНАЯ  КУЛЬТУРА ЭПОХИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.