На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


доклад Развитие этической мысли Нового времени. Философия Ф. Ницше

Информация:

Тип работы: доклад. Добавлен: 18.05.2012. Сдан: 2011. Страниц: 4. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


9. Развитие этической  мысли Нового времени. Философия Ф. Ницше 

Фридрих Вильгельм  Ницше (1844 - 1900) свои этические мысли  изложил в трудах: "Человеческое, слишком человеческое", "По ту сторону добра и зла", "К  генеалогии морали", "Так говорил  Заратустра", "Антихристианин" и др. 

Ницше находился  под влиянием идей Шопенгауэра. Он утверждал  мораль через ее радикальное отрицание, поставил вопрос о ценности моральных  ценностей, сделал их предметом философского сомнения. 

Согласно Ницше  задача этики состоит в критике  морального сознания. Ницше утверждал, что существует много моралей, которые  можно разделить на типы. Среди  них - "мораль рабов". Она господствует в Европе, сформировалась под влиянием античной и христианской этики и  выражена в гуманистических традициях  человечества. 

Основной характеристикой  рабской морали, отмеченной Ницше, является претензия на безусловность, абсолютность. Мораль отождествляется с абсолютной, последней истиной. Ницше утверждал, что представления о недосягаемом абсолюте являются ложными, выдумкой, которая позволяет человеку примириться со своим ничтожеством, оправдать его. ("Водрузить идеал... "святого Бога" - и перед лицом его... быть уверенным в своей недостойности".) Рабская мораль является стадной, обезличивающей. Она: 

* отстаивает  интересы общности (стада), а не  личности; 

* направляет  солидарность, милосердие, сострадание  на поддержку больных, убогих  и неудачников; 

* требует отречения  от своих интересов, подавления  своего "я" ради служения  интересам большинства; 

* через нормы  морали уравнивает всех индивидов. 

Отчужденность морали выражается в ее самоценности, наградой добродетели является сама добродетель. 

Лицемерие рабской  морали является следствием ложности морали по отношению к реальной жизни. Мораль выступает от имени абсолюта, которого не существует, противостоит естественному эгоизму, свойственному жизни. 

Наиболее лживой, по мнению Ницше, является мораль в  чистом виде. Осуждая чужие пороки, она может прикрывать и оправдывать  зависть осуждающего, желание предаваться  тем же порокам, его неумение и  ограниченность. Осуждения самого себя также лживы, а угрызения совести - разновидность самодовольства. 

Феномен Ressentiment (фр. - вторичное переживание) был открыт Ницше в результате психологических исследований. Этот сложный психофизический комплекс Ницше считал мотивом морали. Составляющие этого мотива: 

* первичные неприятные  эмоции (злоба, стыд, обида), вызванные  унижением достоинства человека. Это унижение является постоянным  и закономерным, вытекает из положения  человека по отношению к другим  людям; 

* вторичное переживание  первичных эмоций (воспоминание), их  переосмысление, результатом которого  являются ненависть, чувство мести  и др.; 

* осознание невозможности  мести, то есть нанесенная обида  является следствием более высокого  положения (или превосходства)  обидчика; 

* чувство бессилия  и отчаяния; 

* жажда мести,  не имея возможности воплотиться  в адекватные поступки, трансформируется. 

Ressentiment получает идеальное воплощение, бессилие превращается в силу (например, человек верит в расплату за свои обиды на том свете), чувство отделяется от конкретных лиц, социального положения. 

Ницше определял  Ressentiment как воображаемую месть, месть бессильного, как вытесненную ненависть. 

Ressentiment существует в двух формах. 

* стадная мораль - она экстравертна (переносит чувство  вины наружу); 

* аскетический  идеал - он интровертен (переносит вину внутрь). 

Ницше утверждал, что Ressentiment, воплотившийся в европейскую мораль, является единственно доступной рабам формой сопротивления. Он препятствует возвышению человека и установлению искренних отношений между людьми. 

Мораль "сверхчеловека". Ницше критиковал мораль с позиций  морали: 

она ориентирована  на полезность стада и не может  содержать любви к ближнему. Мораль унижает человека, сострадание (христианское или социалистическое) бессмысленно, это сострадание того, кто сам страдает. Подлинным является сострадание сильных. 

Ницше выделял  этапы развития морали: 

* Аморальный - поступок  оценивается по его последствиям; 

* моральный - поступок оценивается по намерениям; 

* внеморальный - намерения поступков - лишь их "поверхность и оболочка". 

В развитии европейской  нравственности Ницше выделял два  направления, которые различаются  по ценностям, добродетелям, носителям  нравственности и пр.: 

* аристократическая  (рыцарская) нравственность; 

* мещанская нравственность, которая в результате синтеза  христианской морали и буржуазной  практики стала главенствующей. 

Ницше считал, что  новая мораль должна вернуться к  аристократизму. Аристократизм - синоним  всего благородного, высокого. Чаще встречается в среде аристократов, но не является их привилегией. 

Аристократические добродетели (особенности морали "сверхчеловека"), описанные Ницше: 

* "готовность  к огромной ответственности"; 

* "оторванность  от толпы... ее добродетелей"; 

* "защита того, чего не понимают и на что  клевещут"; 

* "почитание  правдивости, бесстрашия" и др. 

Также свойствами аристократизма является презрение  к: 

* человеку трусливому, малодушному; 

* "думающему об узкой пользе"; 

* "собачьей  породе людей, выносящих дурное  обхождение"; 

* "льстецам  и прежде всего льстецам". 

Основные особенности "сверхчеловеческого" типа людей: 

* осознание себя "не функцией", а "смыслом", мерилом ценностей; 

* самодостаточность  в своем величии; 

* способность  и готовность к великой ответственности; 

* врожденный  аристократизм, сочетающийся с  природной потребностью индивида  в самоутверждении. 

Добродетели аристократа, философа и др. - естественное следствие  его натуры, условий жизни, его  потребность, способ жизни. 

Ницшеанский "сверхчеловек" находится "по ту сторону добра  и зла". Согласно Ницше понятия "добро" и "зло" - результат  протеста рабов. Понятие "зло" первично, является персонификацией врагов, всего  того, что рабы не могли преодолеть. Понятие "добро" возникло как антипод  зла, это трансформированная зависть, неосуществленная месть. 

Ассоциации Ницше: добро - иллюзия добра, слабость, бездеятельность, нищета мужа; зло - ум, хитрость, разрушительная мощь. 

Преодолеть рабскую  мораль - значит становиться "по ту сторону  добра и зла", оставить под собой  иллюзию морального осуждения. ("Это требование вытекает из познания, сформулированного впервые мною: что не существует вовсе никаких моральных фактов". Ницше.) 

Ницше разграничивал  понятия "хорошее" и "плохое": 

* хорошее - это  высокое, знатное; 

* плохое - низменное,  в отличие от зла не является  предметом размышлений, объяснений, а просто игнорируется. ("...Врага не считают дурным он способен к возмездию... Не тот, кто причиняет нам вред, а тот, кто возбуждает презрение, считается дурным".) 

Ницше считал, что  позиция "сверхчеловека" не подрывает  мораль: "быть "по ту сторону добра  и зла"... - это не значит "по ту сторону хорошего и плохого". 

1. Современные  этические воззрения. Нигилизм  Ф.Ницше 

Вторая половина XIX - начало XX в. стали временем суровых  испытаний философских доктрин, мировоззренческих и нравственных принципов и самих социальных систем на их истинность и человечность. В целом эта эпоха стала  временем перелома, знаменовавшего собой  конец классической и становление  новой, современной философии и  этики. Это выразилось в отходе от основных принципов и установок, характерных для всей классической этики, или их переосмыслении в свете  новых реалий, появлении огромного  множества учений и школ, в изменении  самих способов и подходов к традиционным проблемам. 

Классическая  философия человека и морали традиционно  базировалась на культе разума и рациональности, на оптимистической уверенности  в закономерности и логичности устройства всего бытия и самого человека, способного к сознательному переустройству своей жизни на началах разумности, справедливости и человечности. Все  случайное, неподлинное, неразумное, несправедливое, эгоистическое рассматривалось  как временные характеристики бытия, через которые посредством прогресса  науки и просвещения, развития человеческой сознательности проторит себе дорогу Разум. 

Вся классическая этика была пронизана гуманистическими установками, а различия между течениями  и школами касались в основном лишь средств обоснования и утверждения  идеалов гуманизма и справедливости, свободы и достоинства человека. Эти идеалы в категориальной форме  выражались в понятиях "природы  человека", его "сущности" и "назначения" и в конечном счете носили абстрактно-обобщенный характер. Они как бы нависали над отдельным индивидом с его неповторимо личной судьбой и случайными эмпирическими интересами, требуя подчинения разумно-всеобщему началу. 

В целом можно  сказать, что классической философии  человека была присуща уверенность  в гармонии истины, добра и красоты как в самом бытии, так и в его познании. Отдельные "отщепенцы" историко-философского процесса - скептики, пессимисты, агностики, индивидуалисты - своей исключительностью лишь подтверждали общее правило. Нравственность мыслилась как выражение истинной сущности человека, его предназначения как разумного существа. Далее, если в своем эмпирическом бытии он был далек от нее, Разум должен был открыть и сформулировать принципы устройства мира на началах человечности, добра и красоты, и эта истина своей убедительной привлекательностью должна была вдохновить людей на ее осуществление. 

Современная буржуазная этика отошла от прогрессивных этических  традиций прошлого. Она, если рассматривать, разумеется, ее специфические тенденции, ушла в иррационализм, пессимизм, воинствующий индивидуализм. Непосредственно этот поворот, означавший вместе с тем  начало деградации буржуазной этики, выразился  в отказе от самой сокровенной  мысли домарксистской этики, согласно которой добродетель есть знание, а нравственным поведением движет разум. 

Этику, сопряженную  со знанием, и мораль, сопряженную  с разумом, наиболее последовательно  и остро, как нам представляется, атаковали Киркегор и Ницше. 

Согласно Киркегору, нужно отказаться от разума, чтобы обрести бога. Отстранив разум, он отстраняет и этическое в его общепринятом понимании; нормы морали, по его мнению, не должны сковывать человека, который призван бесстрашно идти навстречу абсурду, парадоксу, невозможному, идти во тьму, где, собственно, и скрыта истина. Поворот в духовной истории, который обозначил Киркегор, этот кумир современной буржуазной философии, хорошо символизируется тем фактом, что он от профессора философии Гегеля идет назад, к "частному мыслителю" библейскому Иову. 

Ницше ставит задачу переоценки ценностей, смысл которой  состоит в том, чтобы проникнуть "по ту сторону добра и зла", обосновать безграничную власть сильной  личности, в том числе и в  первую очередь ее право попирать нравственные законы, традиционную мораль, или, как предпочитает выражаться Ницше, "мораль рабов". Он считает, что  человеку незачем возвышать себя над зверем, лучшее в нем, прежде всего вседозволенность,- от зверя. 

Своей концепцией радикального нигилизма Ницше продолжил  и развил линию иррационализма в  философии XIX в., связанную с именами  Шопенгауэра, Кьеркегора, Штирнера. Эта линия зародилась как реакция на неоправданный оптимизм классической философии в разумности устройства мира и совершенствовании общества, где на смену "неразумным" и "противоестественным" отношениям феодализма пришел капитализм с присущими ему социальными противоречиями, порождающими все новые столкновения, пороки и язвы общественной жизни, отнюдь не способствовавшие благодушным иллюзиям о прогрессе разума в истории. Человечество боится лишиться этих иллюзий, с которыми ему легче жить, однако вера в разумность происходящего и его гуманистическую направленность способна лишь углубить кризис, из которого оно не может выйти. 

Поэтому в рационализме и традиционном гуманизме, в его  оптимистической вере в возможность  переустройства жизни на принципах  человечности эти философы увидели  безжалостную издевку, забвение отдельного человека и его личной свободы, превращение его в частицу всеобщего процесса, подчиненного закономерной необходимости. 

Тезису о закономерности и необходимости устройства мира они противопоставили утверждение, что мир неразумен, познание человека ограничено, а движут им инстинктивные  жизненные стремления, слепая воля, страх и отчаяние от конечности, бессмысленности и обреченности собственного существования. 

Безусловно, наиболее заметной и яркой фигурой в  этом ряду был Ф. Ницше, чье творчество оказало сильнейшее влияние на развитие философии, культуры и массового  сознания в XX в. Это не в последнюю  очередь было следствием его творческой одаренности, яркого и образного, броского и афористического стиля его  произведений, сознательного отказа от тяжеловесной "научности" официальной  философии в пользу своей "веселой  науки". Но несравненно в большей степени его влияние было обусловлено содержанием и идейной направленностью его творчества. 

Свою задачу Ницше видел именно в том, чтобы  разбудить человечество, развеять его  иллюзии, пребывая в которых, оно  все глубже погружалось в состояние  кризиса и вырождения. Для этого  требовались сильнодействующие  средства, способные эпатировать, взбудоражить публику. Поэтому Ницше не скупится на хлесткие высказывания, резкие оценки, философские парадоксы и скандалы. Свои произведения он считал настоящей "школой мужества и дерзости", а себя - подлинным философом "неприятных", "ужасных истин", низвергателем "идолов", под которыми он понимал традиционные ценности и идеалы, и разоблачителем заблуждений, коренящихся даже не в слабости познания, а прежде всего в человеческой трусости! 

Множество раз  называет он себя "первым имморалистом", настоящим "безбожником", "антихристом", "всемирно-историческим чудовищем", "динамитом", призванным взорвать болото устоявшихся представлений. 

Ницше стремится  за обыденными представлениями культурного  сознания, за "ценностями" цивилизации  и культуры - религии, морали, науки, постичь подлинную сущность бытия - инстинктивное стремление жизни  к самоутверждению. Жизнь понимается им как неупорядоченное и хаотичное  развертывание внутренне присущей бытию энергии хаоса, ниоткуда не выводимым и никуда не направленным потоком, подчиняющимся безумию  оргиастического начала и полностью  свободным от всяких нравственных характеристик  и оценок. В античной культуре символом такого понимания жизни Ницше  считал экстаз бога вина, удалого разгулья и веселья Диониса, символизирующего для человека чувство силы и могущества, блаженство восторга и ужаса от своего раскрепощения и полного слияния с природой. 

Однако энергии  жизни присуще проходить в  своем развертывании периоды  подъема и спада, созидания и  разрушения жизненных форм, усиления и ослабления инстинктивного стремления к самоосуществлению. В целом  же это суровая и беспощадная  борьба различных проявлений жизни, отличающихся наличием в них "воли к жизни" и "воли к власти" над другими ее проявлениями. 

Поэтому, по Ницше, "сама жизнь по существу своему есть присваивание, нанесение вреда, преодоление  чуждого и более слабого, угнетение, суровость, насильственное навязывание  собственных форм, аннексия и... эксплуатация". 

Эксплуатация, угнетение, насилие не есть поэтому принадлежность какого-то несовершенного, неразумного общества, а есть необходимое проявление живой жизни, следствие воли к власти, которая именно и есть воля к жизни. 

Более сильная  воля к жизни и власти подавляет  ослабленную волю и господствует над нею. Это закон жизни, однако он может искажаться в человеческом обществе. 

Человек - одно из несовершенных проявлений жизни, который  хотя и превосходит других зверей хитростью и предусмотрительностью, своей изобретательностью, но безмерно уступает им в другом отношении. Он неспособен жить полностью непосредственной инстинктивной жизнью, подчиняясь ее жестоким законам, ибо под воздействием сознания и его иллюзорных представлений  о своих "целях" и "предназначении" его жизненные инстинкты слабеют, а сам он превращается в неудавшегося, больного зверя. 

Сознание, разум  стремятся упорядочить жизненную  энергию бытия, оформить и направить  жизненный поток в определенное русло и подчинить его разумному  началу, символом которого в античности был бог Аполлон, и если это  удается, то жизнь ослабевает и устремляется к самоуничтожению. 

Общественная  жизнь и есть борьба дионисического и аполлоновского начала в культуре, первое из которых символизировало торжество здоровых инстинктов жизни, а второе - переживаемый Европой декаданс, т. е. доведенное до крайности ослабление воли к власти, приведшее к доминированию в европейской культуре противоестественных ценностей, подрывающих сами источники жизни. 

Разложение и  деградация европейской культуры обусловлены, по Ницше, ее краеугольными основаниями - христианской моралью человеколюбия, непомерными амбициями разума и  науки, "выводящими" из исторической необходимости идеи социального  равенства, демократии, социализма и  вообще идеалы оптимального устройства общества на началах справедливости и разумности. На эти ценности традиционного  гуманизма Ницше и обрушивается со всей своей силой, показывая их противоестественную направленность и нигилистический характер. Следование им ослабляет человечество и направляет волю к жизни на Ничто, на саморазложение. 

Именно в ценностях  христианской морали, идеалах разума и науки Ницше разглядел "мошенничество  высшего порядка", обличением которого он без устали занимался всю жизнь, выдвинув лозунг "переоценки всех ценностей". 

Христианство  представляет собой "чудовищное заболевание  воли" и возникает из страха и  нужды, среди самых слабых и убогих носителей ослабевшей воли к жизни. Оно пронизано поэтому ненавистью и отвращением к здоровой жизни, маскируемой верой в "совершенную небесную жизнь", которая изобреталась только для того, чтобы лучше оклеветать эту, земную. Все христианские фантазии являются признаком глубокого истощения и оскудения жизни настоящей, ее болезни и усталости, так что само христианство живет наркотизацией человеческих бедствий. 

Однако, оставаясь  проявлением, хоть и больной, но все  же воли к жизни, христианство, чтобы  выжить среди сильных и жестоких, изобретает узду для сильных и  бесстрашных посредством самого необузданного морализаторства, отождествления себя с моралью. Через культивирование моральных ценностей христианства больная жизнь улавливает здоровую и губит ее, причем тем вернее, чем глубже распространяются идеалы самоотречения, самопожертвования, милосердия и любви к ближнему. 

Такая традиционная человеколюбивая мораль трактуется Ницше как "воля к отрицанию  жизни", "скрытый инстинкт уничтожения, принцип упадка, унижения". Христианская мораль изначально пронизана жертвенностью, она вырастает из рабского состояния  и стремится распространить его на своих поработителей, изобретая для этого Бога. Вера в Бога требует сознательного принесения ему в жертву своей свободы, гордости, достоинства, открытого самоуничижения человека, обещая взамен небесное блаженство. 

Ницше очень  тонко обыгрывает основные положения  христианской морали, вскрывая ее лицемерный и лживый характер. "Кто унижает  себя, тот хочет возвыситься", - исправляет он проповедь Христа. 

Требование самоотверженности  и бескорыстия, "не искать выгоды" он расшифровывает как моральный  фиговый листок для выражения  бессилия - "я уже не умею найти  своей пользы..." 

Невыносимое для  слабой воли сознание: "я ничего не стою", приобретает в христианской морали вид "все ничего не стоит, и жизнь эта тоже ничего не стоит". Аскетический идеал святости, культивирование  бесстрастия и страданий есть для него попытка придать смысл  бессмысленности страдания, когда  от него из-за собственной слабости невозможно избавиться, ибо любой  смысл лучше полной бессмысленности. Бесстрастие есть лишь духовная кастрация  человека и, подрывая корень человеческих страстей, можно только уничтожить саму жизнь. 

Сострадание и  любовь к ближнему есть лишь оборотная  сторона болезненной ненависти  к себе, ибо эти и другие добродетели  явно вредны самому их обладателю, а  полезны и поэтому лицемерно  восхваляемы они его конкурентами, стремящимися с их помощью связать  их обладателя. Поэтому, заключает Ницше, "если у тебя есть добродетель, значит, ты ее жертва!" 

Кроме того, посредством  милосердия и сострадания христианская мораль искусственно поддерживает слишком  многое из того, что должно было бы погибнуть  и дать дорогу более властным проявлениям  жизни. 

Существенным  в морали является, по Ницше, одно - что  она всегда есть "долгий гнет" и проявление стадного инстинкта  в отдельном человеке. 

И хотя религия  и проповедуемая ею мораль являются необходимыми и полезными для  подавляющей массы, для стада, для  людей сильных и независимых, представляющих господствующую расу, все это становится лишним. Тем  не менее они могут пользоваться этим лишним средством своего господства над стадом, чтобы лучше принудить его к повиновению, не делаясь сами пленниками убогой морали. Ибо наряду с этой убогой моралью, требующей принесения человека в жертву Богу, есть и другие высшие "морали", в которых в жертву приносится сам Бог! 

Своей "философией жизни" он страстно стремился разрушить  представления о человеке как "твари", как объекте и средстве для  достижения чуждых ему целей и  помочь самосозиданию в нем "творца", свободного деятеля. Ницше старался преодолеть представление о морали как объективной системе понуждений, норм и запретов, не зависящих от человека, отчужденных от него и подавляющих его, и представить ее как сферу свободы. 

Своим творчеством  он защищал жизненную силу и ценность индивидуализма, с которым связывал новое понимание гуманизма, однако с неизбежностью приходя на этом пути к абсолютизации субъективизма  и относительности моральных  ценностей, к противопоставлению аристократической  морали ("все позволено") и морали низших существ. 

Ницше сумел  теоретически предвидеть и выразить существенные характеристики моральной  практики социалистического переустройства общества, но не увидел внутреннего  родства своего "нового порядка" с тоталитарными общественными  системами. Ибо права и свободы  морали избранных у Ницше компенсировались бесправием и безжалостным подавлением  плебеев. Мораль "сверхчеловеков" оказалась сверхчеловеческой моралью, свободной от моральных обязанностей перед человечеством и пронизанной презрением к общечеловеческим ценностям. 

И Киркегор и Ницше как будто бы хотят избавить человека от рабства перед абстрактной, фетишизированной моралью, помочь ему сбросить те бессилие и дряблость, которые сполна обнаружились в философии Нового времени, выйти из состояния буржуазного декаданса, но они при этом, что называется, выплескивают вместе с водой и ребенка - вообще отбрасывают идею нравственной суверенности личности, отрицают саму способность человека провести различие между знанием и заблуждением. 

Современная буржуазная этика отступила от основополагающих принципов этики прошлого, в особенности  классической буржуазной этики. 

Это признает, в  частности, один из глубоких исследователей истории этики - А. Швейцер. В своей книге "Культура и этика" он пишет, что начиная с античности этика пыталась сформулировать основной принцип нравственности, незыблемый закон, обозначающий границу добра и зла, но все ее усилия оказались безрезультатными. Этот отрицательный итог, по его мнению, связан с ложностью основных теоретических и нормативных установок этической науки. Речь идет о трех "предрассудках", без преодоления которых этика якобы не сможет проникнуть в тайну нравственной жизни. 

Во-первых, этика  всегда ставила мораль в зависимость  от познания, в то время как на самом деле она - цветок, произрастающий на почве мистики. 

Во-вторых, этика  видела в морали выражение и продолжение  естественного процесса в человеке, а фактически она представляет собой  бесконечный энтузиазм, произрастающий из мышления. В-третьих, этика рассматривала  мораль как выражение общественной воли, хотя общество - исконный и постоянный враг морали; этика может быть только этикой личности. 

Так рассуждает А. Швейцер, довольно точно обнажая самые существенные устои классических этических систем; в особенности примечательно, что он усматривает внутреннюю связь между ориентацией этики на разум, познание и ее нормативным идеалом, утверждающим благо общества за счет блага личности. Можно согласиться со Швейцером, что устоявшиеся в течение многих столетий ориентации этической теории нуждаются в критическом преодолении. 

В самом деле, этика чаще всего просто санкционировала  результаты познания, не умея отнестись  к ним критически. Она во многих случаях была апологией эмпирического  бытия индивидов, теряла долженствовательный характер. Верно также то, что этика гипертрофировала роль общезначимых норм, не умела благо общества соединить с самоцельностью человеческой личности. Швейцер, однако, далек от того, чтобы развить, углубить, дополнить, придать новую - более научную и гуманистическую - перспективу основным целям историко-этических поисков. Он их отбрасывает полностью, подтверждая результатами своих исследований ту истину, что современная буржуазная этика выпадает из многовековых прогрессивных традиций философской этики. Речь, конечно, не идет о полном разрыве. 

Современная буржуазная этика сохраняет связь с этикой прошлого; свидетельством тому может  быть большой интерес к историко-этической  проблематике в странах Запада (кстати заметим, работ по истории этики там выходит несравненно больше, чем в социалистических странах).
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.