На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Социология религии и другие социологические исследования

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 21.05.2012. Сдан: 2011. Страниц: 9. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


     ведение 

     1. Жизнедеятельность М. Вебера 

     2. Теория познания и методология 

     3. Основные социологические понятия 

     4. Экономическая социология 

     5. Социология власти 

     6. Социология религии и другие  социологические исследования 

     Заключение 

     Список  использованных источников 
 

     Введение 
 

       Макс Вебер (1864—1920) — немецкий  юрист, историк, экономист, социолог. Он один из основоположников  социологического стиля мышления, нашедшего воплощение в «понимающей  социологии» и социологической  «теории действия». Не без основания считая себя пионером новой науки, Вебер стремился наряду с разработкой материальной социологии экономической, политической и религиозной жизни дать первое систематическое описание гносеологических, методологических и теоретических основ социологии. 

       Формирование социально-политических воззрении и теоретической позиции Макса Вебера во многом определялось общественно-политической ситуацией в Германии последней четверти XIX века, а также состоянием науки того времени, прежде всего политической экономии, истории и социальной философии.  

       Несмотря на десятки написанных  монографий и исследований о  М. Вебере и его трудах, несмотря  на то, что современная социология  уже ушла далеко вперед, актуальность  этой теме не вызывает сомнений. Во-первых, потому что, как и всякий крупный ученый, М. Вебер многогранен, он был не только гениальным социологом, но и вдумчивым историком, смелым экономистом и мудрым политиком. Его творчество в полной мере можно назвать энциклопедичным, ведь он использовал наработки всего комплекса гуманитарных наук. Поэтому каждое новое поколение сможет увидеть в трудах М. Вебера не только классическую социологическую теорию, но и что-то новое, современное и апеллирующее к непреложным и неизменным законам, по которым живет социум. Многие тезисы М. Вебера из области социологии политики и государства актуальны для современной России. 

     1. Жизнедеятельность М. Вебера 
 

       Первые работы Вебера - «К истории  торговых обществ в средние  века» (1889), «Римская аграрная  история и ее значение для  государственного и частного права» (1891; рус. пер.: «Аграрная история древнего мира» - 1923), сразу поставившие его в ряд наиболее крупных ученых, свидетельствуют о том, что он усвоил требования исторической школы и умело пользовался историческим анализом, вскрывая связь экономических отношений с государственно-правовыми образованиями. Уже в «Римской аграрной истории...» были намечены контуры его «эмпирической социологии» (выражение Вебера), теснейшим образом связанной с историей Вебер рассматривал эволюцию античного землевладения в связи с социальной и политической эволюцией, обращаясь также к анализу форм семейного уклада, быта, нравов, религиозных культов и т. д. 

       Интерес Вебера к аграрному  вопросу имел вполне реальную  политическую подоплеку: в 90-х  годах он выступал с рядом статей и докладов, посвященных аграрному вопросу в Германии, где критиковал позицию консервативного юнкерства и защищал индустриальный путь развития Германии. В то же время Вебер пытался разработать новую политическую платформу буржуазного либерализма в условиях уже наметившегося в Германии перехода к государственно-монополистическому капитализму. 

       Таким образом, политические и  теоретико-научные интересы были  тесно переплетены уже в раннем  творчестве Вебера. 

       С 1904 года Вебер (вместе с  Вернером Зомбартом) становится редактором немецкого социологического журнала «Архив социальной науки и социальной политики», в котором выходят наиболее важные его произведения, в том числе ставшее всемирно известным исследование «Протестантская этика и дух капитализма» (1905). Этим исследованием начинается серия публикаций Вебера по социологии религии, которой он занимался вплоть до своей смерти. Свои работы по социологии Вебер рассматривал как полемически направленные против марксизма. Одновременно Вебер размышлял над проблемами логики и методологии социальных наук: с 1903 по 1905 год вышла серия его статей под общим названием «Рошер и Книс и логические проблемы исторической политэкономии». 

       Круг интересов Вебера в этот  период был необычайно широк:  он занимался античной, средневековой и новоевропейской историей хозяйства, права, религии и искусства, размышлял над природой современного капитализма, его историей и его дальнейшей судьбой; изучал проблему капиталистической урбанизации и в этой связи историю античного и средневекового города: исследовал специфику современной ему науки в ее отличии от других исторических форм знания, живо интересовался политической ситуацией не только в Германии, но и за ее пределами, в том числе в Америке и в России (в 1906 году опубликовал статьи «К положению буржуазной демократии в России» и «Переход России к мнимому конституционализму»). 

       С 1916 по 1919 год он издавал одну  из основных своих работ - «Хозяйственная  этика мировых религий» - исследование, над которым он работал до  конца своей жизни. Из наиболее важных последних выступлений Вебера следует отметить его работы «Политика как профессия» (1919) и «Наука как профессия» (1920). В них нашли отражение умонастроения Вебера после первой мировой войны, его недовольство политикой Германии в Веймарский период, а также весьма мрачный взгляд на будущее буржуазно-индустриальной цивилизации. 

       Умер Вебер в 1920, году, не успев  осуществить всего, что задумал.  Уже посмертно были изданы  его фундаментальная работа «Хозяйство  и общество» (1921), где подводились итоги его социологических исследований, а также сборники статей по методологии и логике культурно-исторического и социологического исследования, по социологии религии, политики, социологии музыки и др. 
 

     2. Теория познания и методология 
 

       В ряде трудов по понимающей социологии в начале своих социологических исследований Вебер изложил некоторые методологические и гносеологические принципы социологии, что было вполне уместно по отношению к находящейся в становлении науки. Он занимался методологической рефлексией в русле философских идей Дильтея и Риккерта в той мере, в какой это было необходимо для разработки социологических категорий. При этом речь шла не о фундаментальном философском обосновании социологического знания и не о методах конкретных социологических исследований, но скорее о предварительной разработке основ социологического стиля мышления, необходимом методологическом обеспечении социологии как самостоятельной науки, имеющей свой особый взгляд на мир и методы его познания. В этом смысле Вебер назвал конструирование идеальных типов - основной - метод своей социологии — «временным пристанищем до той поры, пока не научатся ориентироваться в безбрежном море эмпирических фактов» и ставил вопрос о том, станет ли социология когда-нибудь «зрелой наукой», которая сможет преодолеть стадию предварительной работы с преходящими идеальными типами или же ей, как всем историческим дисциплинам, суждена «вечная молодость». Академическая социология, в том числе, ссылающаяся на Вебера, позднее шла различными путями в поисках ответа на этот вопрос. 

       Основные принципы своей социологической  теории познания Вебер изложил  в 1904 г. в программной статье  «Объективность» социально-научного  и социально-политического познания»  в журнале «Архив социальной  науки и социальной политики». Ключевым является представление о социологии как «эмпирической науке о культуре или культурной жизни», ибо, по Веберу, социальная жизнь и окружающая нас социальная действительность суть культура. При этом культуру он толкует в духе неокантианской философии Риккерта и связывает не столько с материальными субстратами и технологиями, сколько со смыслами, значениями-идеями и ценностями, которые следует раскрыть в ходе научного анализа: «Социальная наука, которой мы собираемся заниматься, — это наука о действительности. Мы стремимся понять окружающую нас действительность жизни, в которую мы включены, в ее своеобразии: с одной стороны, взаимосвязь и культурную значимость отдельных ее явлений в их нынешнем облике, с другой — причины того, что они исторически сложились именно так, а не иначе». 

       Гносеология Вебера вращается  вокруг экспликации методологической  операционализации понятия «действие»  и программно фиксируется в  максиме: «Всякое размышление  о последних элементах осмысленных  человеческих действий связано, прежде всего, с категориями «цели» и «средства»». Нельзя не заметить, что понятия «цель» и «средство» взяты из философского и культурного багажа Западной Европы, где они нашли свое наиболее полное социальное воплощение. Вебер работает с теми же понятиями, в которых описывает себя западное общество, но, генерализируя их, придает им характер европоцентричной научной идеологии. 

       Социальная действительность предстает  у Вебера в виде культурно  обусловленной взаимосвязи действий  большого числа индивидов, не обязательно находящихся в непосредственном индивидуальном контакте. Действия каждого из них можно понять, т.е. объяснить с помощью понятий «цель» - «средство» и метода «идеальных типов». Различение между пониманием и объяснением проводится в том смысле, что поведение можно объяснить, а действие, сверх того, можно понять. «Объяснению» придается, таким образом, значение, обычное для естествознания, не имеющего, как правило, дела со смысловым и субъективным. «Понимание» рассматривается в духе идей философии жизни и неокантианства как специфический метод познания в социальных науках. Но в отличие от своих учителей-философов Вебер не разграничивает природу и общество как онтологически чуждые друг другу сферы и отказывается от метода непосредственного вживания, интуиции, поскольку этот метод не дает общезначимых результатов. Он стремится соединить общенаучное объяснение через закон с объяснением через мотив в особом, социологическом, типе объяснения-понимания. 

       Вебер выдвигает методологическое  требование использовать в социологии лишь такие объяснения, которые позволяют рассматривать общество и различные социальные образования в качестве производных от форм социальных действий индивидов: «Если в социологии речь идет о «государстве» или «нации», об «акционерном обществе» или о «семье», о «воинском подразделении» и других «образованиях» такого рода, то имеется в виду только определенный тип поведения отдельных людей, конкретный или конструированный в качестве возможного». «Для понимающей социологии, интерпретирующей поведение людей, эти образования — просто процессы и связи специфического поведения отдельных людей, так как только они являют собой понятных для нас носителей осмысленных действий». Упрощая, можно сказать, что «методологический индивидуализм» противостоит подходам, в рамках которых части объясняются из целого, действия индивидов — из социальных контекстов. Но рассмотрение позиции Вебера только в таком ключе будет догматазацией. Он отдает себе отчет в том, что «социология также часто вынуждена пользоваться подобными коллективными понятиями (нередко совершенно одинаково обозначая их), для того чтобы вообще обрести понятную терминологию», что при толковании поведения необходимо принимать во внимание тот «основополагающий факт», что «эти коллективные образования имеют огромное, подчас решающее каузальное значение для поведения людей» и т.д. 

       Принципиально важно зафиксировать  то, что теоретико-методологической  предпосылкой, исходной реальностью  и элементарной клеточкой социологии  Вебера является представление о целерационально действующем индивиде и производном характере всех форм коллективности типа «народ», «общество», «государство» и т.д. Так, он пишет, например: «Современное государство в значительной степени функционирует как комплекс специфических совместных действий людей потому, что определенные люди ориентируют свои действия на представление, что оно существует или должно существовать; потому, следовательно, что юридические ориентированные установления сохраняют свою значимость». Такого рода утверждения, призваны помимо прочего, подчеркнуть то, что о коллективном субъекте в социологии можно говорить только в метафорическом смысле. 

       Идеальные типы — это особые  понятийные инструменты социологического  анализа, в которых проявляется  приверженность Вебера неокантианскому пониманию культуры. Идеальный тип «создается посредством одностороннего усиления одной или нескольких точек зрения и соединения множества диффузно и дискретно существующих единичных явлений, которые соответствуют этим точкам зрения и складываются в целостный мысленный образ. В реальной действительности такой мысленный образ в его понятийной чистоте нигде эмпирически не обнаруживается; это — утопия. Задача исторического исследования состоит в том, чтобы в каждом отдельном случае установить, насколько действительность близка или далека от такого идеального образа». Примерами идеальных типов у Вебера являются понятия «средневековое городское хозяйство», «капитализм», «бюрократическое господство» и т.д. Пользуясь современной социологической терминологией, можно сказать, что речь здесь идет о теоретических конструкциях, которые отличаются от обычных, например, в политэкономии, моделей тем, что они менее произвольны, менее абстрактны, в большей степени связаны с исторической действительностью. Вместе с тем эти конструкции нельзя смешивать с самой действительностью, так же как нельзя «подводить» под них явления действительности как экземпляр — под схему. В отличие от номологических (формулирующих общие закономерности) и дедуктивных форм научного объяснения по образцу естественных наук идеальные типы относятся к идеографическим (индивидуализирующим) методам познания, которые не могут быть поняты без рассмотрения действительности в культурологическом ключе. Вебер утверждает, что социально-научное познание социального действия должно быть «свободно от оценок» в отличие от самого социального действия, которое свободным от оценок быть не может. При этом он уходит от обсуждения особенностей социально-научного познания в культорологический анализ и сообщает, что в вопросе о «свободе от оценок» речь идет о тривиальном, по сути, требовании, согласно которому исследователь должен жестко разводить между собой констатацию факта и свое отношение к этому факту. «Речь идет исключительно о том, по сути, в высшей степени тривиальном требовании, что исследователь и интерпретатор при установлении эмпирических фактов (включая выявленное им оценочное поведение исследуемого эмпирического человека) и его практическая оценка... непременно должны разводиться, так как здесь речь идет о гетерогенных проблемах». Но сложности появляются вновь при обсуждении вопроса об объективности социологического познания. «Не существует абсолютно «объективного» научного анализа культурной жизни или... «социальных явлений» независимо от специальных и «односторонних» точек зрения, согласно которым они — явно или неявно, вольно или невольно — избираются, анализируются и расчленяются при изложении. Все дело в специфике любого социально-научного исследования». Эта специфика заключается, по Веберу, в том, что мир человека организован смысловым образом, и познание культурных явлений может осуществляться лишь «на основе значения, которое имеет для нас всегда индивидуально конституированная действительность жизни...». Одним из следствий этого является то, что «эмпирическая наука не может никого учить, что он должен, но лишь что он может и — при случае — что он хочет». 

     3. Основные социологические понятия 
 

       Веберовское понимание социологической  теории четко концентрируется  на разработке понятий и в  значительной степени отождествляется с определением их содержания. Социология, по Веберу, — это «наука, стремящаяся, истолковывая, понять социальное действие и тем самым каузально объяснить его процесс и воздействие». Тогда можно сказать, что задачей социологии, по Веберу, является объяснение социального действия посредством образования понятий. 

       Таким образом, видны основные  элементы теории, с которой работает  Вебер: разработка понятий, конструирование  идеальных типов и понимание  как особый подход социологии к объяснению социальных явлений (в отличие от естественнонаучного объяснения, не имеющего дела с действиями субъекта и пониманием). К другим вариантам теоретического объяснения Вебер относится сдержанно или отрицательно. Так, он отклоняет, например, как неподходящее социологии функциональное объяснение, хотя надо заметить, что Вебер имел при этом в виду понятие функции современного ему естествознания. 

       Ключевая идея социологии Вебера  состоит в конструировании понятия  «действие» с помощью понятия  «смысл». «Действием», по Веберу, следует называть «действие человека (независимо от того, носит ли оно внешний или внутренний характер, сводится ли к невмешательству или терпеливому приятию), если и поскольку действующий индивид или индивиды связывают с ним субъективный смысл. «Социальным» мы называем такое действие, которое по предполагаемому действующим лицом или действующими лицами смыслу соотносится с действием других людей и ориентируется на него». Это определение социального действия содержит понятия «действие», «смысл» и «ориентация на другого». Недостает лишь понятийной пары «цель - средство», которые Вебер также относит к основам анализа социального действия. Поведение, обладающее свойством иметь субъективный смысл, называется действием. Действие, обладающее свойством быть ориентированным на действия других людей, называется социальным действием. 

       Общее понятие социального действия  Вебер специфицирует с помощью  четырех идеальных типов рационального  действия, при этом каждый модус  рациональности можно рассматривать как разновидность осмысленности социальных действий больших групп людей. 

      1) Целерациональное действие (позднее  называлось также инструментальным) — это действие, структурированное  в категориях цели и средства, когда внешние объекты и действия  других людей выступают в качестве ориентиров. Ключевым здесь является модус целевой рациональности, характерный, например, для хозяйственной деятельности участников рынка. 

      2) Ценностно-рациональное действие  основывается на вере в самодостаточную  ценность самого действия и его смысла независимо от его успеха и является характерным модусом ориентации, например, религиозных или культовых действий. 

      3) Аффективное действие — это  действие, направляемое аффектами  и чувствами, не подчиненное  какой-либо внешней цели, служащее скорее удовлетворению непосредственных побуждений и желаний; охватывает также религиозные аффекты (созерцание, экстаз, восхищение). 

      4) Традиционное действие (или действие  по привычке) — это действие, ориентированное  на традицию, обычай, предание, обряд. Смысл такого действия состоит в том, что действующие ставят себя в положение продолжателей социокультурной традиции. 

       Дальнейшей понятийной спецификации  категории социального действия  служат понятия социального порядка  и легитимности, относящиеся к большим социальным образованиям в рамках некоторого культурного сообщества. Первое понятие вошло в широко употребляемые в современной социологии понятия социальной структуры или социальной организации. Понятие легитимности дало импульс дискуссии о мотивах подчинения власти, в ходе которой наряду с индивидуальными мотивами подчиненных рассматривались надындивидуальные основания — политические, конституционные, юридические, мировоззренческие, идеологические и т.п. 

       «Обобщинивание» и «обобществление»  — понятийные типы, которые Вебер использует для характеристики становления различных форм, социальных связей. «Обобщинивание» основывается на субъективном восприятии людьми своего единства, своей принадлежности друг к другу (аффективное или традиционное действие). «Обобществление» основывается на мотивированном согласовании интересов (целерациональное или ценностно-рациональное действие). Так Вебер получает еще одну группировку типов действия по линии традиция—современность, что послужило основой разработки его представлений о процессах рационализации и бюрократизации, имело большое значение для дальнейшего развития социологии. Современное общество, по Веберу, является плодом христианской европейской культуры. В основе его лежит модус целерациональности, наиболее ярко проявившийся в современном капитализме с его разрушительным воздействием на все традиционные связи. Здесь Вебер следует представлению об историческом развитии, имевшемуся уже у теоретиков эпохи Просвещения и связанному с идеей договорных отношений субъектов хозяйственной деятельности. 

       Согласно Веберу, современный капитализм, бюрократическое управление и  научно-технический прогресс равно  («равно-первоначально») участвуют  в продвижении долгого, охватывающего  различные общественные формы,  направленного процесса, который он называет рационализацией. В описании универсального исторического процесса рационализации находит выражение идея, позднее сформулированная в терминах «эволюция» и «модернизация». Описание включает историко-философские посылки и диагноз современности. Вебер описывает процесс в тезисной форме, что отражает его стремление уйти от историко-философских спекуляций: процесс рационализации надлежит еще подтвердить эмпирическим материалом социологических исследований. 

       Вебер исходит из того, что универсальный исторический процесс рационализации находит окончательное развитие в современном капитализме. При этом он подчеркивает важную особенность процесса рационализации: образец социальных отношений, характеризуемых тезисом рационализации, обнаружен только в современном капитализме и пока в истории человеческой культуры больше нигде в качестве структурно-определяющего противоречия процесса рационализации не встречался. Само явление — продукт случайного стечения обстоятельств: в одном месте встретились античная наука, получившая экспериментальное развитие и внутренне связанная с техникой, рациональное римское право и рациональный способ хозяйствования, связанный с количественным измерением труда.  

       По Веберу, традиционные общества отличаются от современных тем, что в них нет господства формальной рациональности. Формальная рациональность хозяйствования определяется мерой технически для него возможного и действительно применяемого им расчета. Материальная рациональность, напротив, характеризуется степенью, в какой снабжение определенной группы людей жизненными благами осуществляется путем экономически ориентированного социального действия с точки зрения определенных ценностных постулатов. По линии традиция - современность движение этих идеальных типов рациональности идет от преимущественно материальной рациональности (содержательные цели которой лежат вне экономики) к преимущественно формальной рациональности (целью которой оказывается сама рациональность). 

       Формальная рациональность постепенно проникает во все поры жизни современных обществ. Вебер фиксирует этот процесс в социологии власти в тезисе «бюрократизации» и в социологии религии в тезисе «расколдовывания». Расколдовывание религиозной картины мира и опредмечивание отношений господства являются для него свидетельствами направленности исторического процесса. Вопрос о построении научной теории этого процесса им не ставится. Вебер считает, что здесь наука выходит за рамки социологического анализа и попадает в область философских оценок и спекуляций. 
 

     4. Экономическая социология 
 

       Ключевое понятие экономической  социологии Вебера — экономическое  (хозяйственное) действие (а не  труд, как это было, например, в  классической политэкономии, или  полезность — в неоклассической  политэкономии). Абстракция «экономическое действие», охватывающая такие разные формы индивидуальной и коллективной деятельности, как производство, распределение, потребление, накопление, воспроизводство и т.д., соответствует исходному представлению о социальном действии. Это понятие не обнаруживает прямого родства с такими «системными объектами», как капитал, рынок, способ производства и т.д., но позволяет анализировать экономическую систему через определенные формы действий хозяйствующих субъектов (или в более поздних терминах — через роли, например, потребителя, производителя, собственника и т.д.). Экономическое действие или хозяйствование, по Веберу, - это такое действие, когда некоторой «потребности противостоит ограниченный, по оценкам действующего, запас средств и возможных действий, направленных на ее удовлетворение, что является причиной специфического поведения с учетом этого обстоятельства». 

       Общее понятие капитализма не  подкрепляется у Вебера фундаментальным  теоретическим анализом развития  экономических структур. Основанием для соответствующих обобщений служит представление об экономическом субъекте, для которого характерна ориентация на сопоставление оцениваемого в деньгах успеха и оцениваемых в деньгах затрат. Капитализм в веберовском понимании существует во всех культурных странах земного шара: в Китае, Индии, Вавилоне, Египте, в средиземноморских государствах античности средних веков и нового времени. Ограниченность такого подхода становится очевидной при анализе особенностей индустриального капитализма, который, согласно Веберу, предполагает «организацию труда в целях массового сбыта и зависит от возможностей надежных расчетов». Надежные расчеты предполагают наличие бюрократического управления. 

       Классовый анализ у Вебера  носит предварительный характер и продиктован стремлением противопоставить классовому анализу Маркса методологически обоснованный аналитический понятийный инструментарий. Здесь он, явно с оглядкой на Маркса, выделяет три главных социальных класса: класс владельцев, класс предпринимателей (Erwerbsklasse) и «социальный класс» (Soziale Klasse). Деление носит аналитический характер: один и тот же индивид может принадлежать ко всем трем классам. «Социальный класс» характеризуется только в том смысле, что любой принадлежащий к нему может покинуть его (с изменением индивидуальных обстоятельств, в том числе, например, по возрасту). Главным классообразующим признаком оказывается, в конечном счете равнонаправленность экономических интересов: классы — это группы людей «в одинаковом (или похожем) типичном положении в отношении интересов». 

       Попытка Вебера связать генезис  капитализма с утверждением принципов  протестантской этики иногда  ложно трактуется как религиозно-социологическое  объяснение капитализма. Вебер  не утверждает того, что при  объяснении капитализма следует исходить из идеальных, а не из материальных факторов или что в основе капитализма лежит религиозная мотивация. Хотя по времени эпоха Реформации практически совпадает с эпохой стремительного развития капитализма, это еще не объясняет связи религиозной рационализации с экономическим развитием. 

     5. Социология власти 
 

       Основные понятия социологии  власти Вебера — «власть» и  «господство» — задаются просто, но их применение вплетено  в сложную сеть социальных  связей. Вебер предпочитает «аморфному» понятию «власть» (Macht) понятие «господство» (Herrschaft). «Власть» определяется им как возможность навязать свою волю. «Господство» рассматривается как социально регулируемое отношение и определяется как «шанс встретить повиновение определенных лиц приказу определенного содержания». Он различает три чистых типа господства по мотиву подчинения и форме реализации господства: традиционное, харизматическое и легальное, или бюрократическое, господство. Традиционное господство основано на вере «в святость издревле существующих порядков и властей». Чистейшим типом здесь является патриархальное господство, тип начальника — «господин», штаб управления — «слуги», подчиненные — «подданные». Повинуются господину в силу освященного происхождением достоинства: пиетета. Этому типу господства соответствуют, прежде всего, феодальные системы. 

       Харизматическое господство основано  на «аффективном преклонении»  перед персоной господина, в  особенности перед его божьим  даром (харизмой). Магические способности,  пророческий дар или героизм, сила духа и слова, вечно новое, необычное, небывалое и связанная с этим эмоциональная одержимость являются здесь источником личной преданности. Чистейшими типами здесь являются господство пророков, героев, великих демагогов. Союз господства образуется путем обобщинивания приверженцев. Тип начальника — «вождь». Тип подчиненного — «ученик, последователь».  

       Легальное господство основано  на нормативном регулировании.  «Чистейшим типом здесь является  бюрократическое господство. В его  основе лежит представление, что путем формально корректного принятия нормативных положений можно создать и изменить любое право. Союз на основе господства образуется путем выборов или назначения, он сам и все его части являются предприятиями. ...Штаб управления состоит из назначаемых руководителем служащих, подчиненные являются членами объединения («граждане», «товарищи»)».  

       Бюрократическое господство —  самая современная форма господства  — находит наибольшее развитие  в XX в. и вытесняет другие  формы легального господства. Вебер показывает это на примере государственных инстанций, капиталистических предприятий, армии, церкви и университетов. 

       Идеальный тип бюрократического  господства относится к числу  наиболее известных конструкций  социологии Вебера, он вошел в  современную социологию организаций. В послевеберовский период — вследствие неверного толкования или сознательного игнорирования идеально-типического подхода Вебера к образованию понятий — тип «бюрократия» превратился в модель, которую стали использовать в прикладных эмпирических исследованиях. Впоследствии это понятие было вытеснено из социологии организаций, которая в большей степени стала опираться на понятия «формальная организация», «роль», «формализация ожиданий поведения», которые разрабатывались, прежде всего, в американской социологии и лишь в 60— 70-е гг. через труды Р. Майнтц и Н. Лумана вернулись в немецкоязычную социологию организаций.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.