На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Российская книжная палата

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 30.05.2012. Сдан: 2010. Страниц: 10. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Введение 

     Российская  книжная палата (РКП) – национальный центр государственной библиографии, статистического учета и международной  нумерации издательской продукции, стандартизации и научных исследований в сфере книжного дела, национальное фондохранилище обязательных экземпляров всех печатных изданий, выходящих в Российской Федерации.
     РКП основана в 1917 году. Палата осуществляет государственную регистрацию всех типов и видов отечественных изданий, распределяет обязательные экземпляры среди крупнейших библиотек страны, почти полностью обеспечивая их бесплатное комплектование отечественной издательской продукцией.
     Многообразие  издательской продукции нашей страны отражается в регулярно выпускаемых  Палатой государственных библиографических  указателях («Книжная летопись», «Летопись авторефератов диссертаций», «Картографическая летопись», «Летопись рецензий», «Летопись изоизданий», «Нотная летопись», «Летопись журнальных статей», «Летопись газетных статей»), статистических ежегодниках и иных информационных изданиях. Также Палата формирует электронные банки данных.
     10 мая 2007 г. исполнилось 90 лет  со дня основания РКП. Поздравительную  телеграмму прислал и сам Президент  Российской Федерации, в то  время еще Владимир Владимирович  Путин1.
     В данной работе будет рассмотрена история РКП, ее деятельность, а также издания Палаты. 

     1 ИСТОРИЯ РОССИЙСКОЙ КНИЖНОЙ ПАЛАТЫ
     Во  все времена были свои достижения и проблемы, которые неизбежно  отражал и фиксировал в своей  деятельности неутомимый «летописец»  нашего книжного дела – Российская книжная палата. В ее истории, как в зеркале, можно увидеть все основные этапы развития нашего книжного дела и книжной культуры.
     РКП основана в 1917 году в Петрограде. В 1920 году на основании декрета Совета Народных Комиссаров РСФСР переведена в Москву и реорганизована в Российскую центральную книжную палату; в 1936 году постановлением Президиума ЦИК СССР преобразована во Всесоюзную книжную палату. С 1992 года Книжная палата вновь стала именоваться Российской.  

     1.1 Петербургский период
     В начале XX века Россия была одной из самых крупных книгоиздающих стран мира. В 1913 г. на ее территории (в границах бывшего СССР) было выпущено более 30 тыс. названий книг и брошюр общим тиражом около 100 млн. экз. По количественным показателям российское книгоиздание уступало только Германии и значительно опережало такие страны, как Англия, Франция и США. Однако развитая книжная индустрия находилась в жестких тисках самодержавной цензуры, по рукам и ногам опутывавшей и литературный процесс, и издательское дело, и полиграфическое производство. Главное управление по делам печати в составе Министерства внутренних дел царской России «одержимое, – как писали современники, – одним стремлением – задушить всякую свободную мысль и занятое только тем, чтобы как можно меньше было в России печатного слова, оставляло в полном пренебрежении другие функции, которые не имели отношения к цензуре, но за которыми нельзя не признать огромного государственного значения». К ним относилась и регистрация произведений печати, которая при надлежащей постановке дела должна была давать картину культурного состояния страны.
     Вот почему одним из первых актов Временного правительства, пришедшего в марте 1917 г., стало упразднение Главного управления по делам печати как органа государственной цензуры. Созданная по этому поводу Особая комиссия под председательством комиссара Временного правительства графа Д.П. Капниста подготовила записку, в которой указывалось, что упразднение Главного управления не вызывает каких-либо сомнений, ибо «тяжелая опека, наложенная низвергнутым режимом на русскую общественную жизнь, была наиболее чувствительна и нетерпима в своих проявлениях по отношению к человеческой мысли и духовному творчеству народа».
     Комиссия  констатировала, что в этой области  борьба царизма с общественностью достигала крайнего напряжения, и деятельность организации, руководившей всеми цензурными учреждениями, вызывала к себе наиболее острую и нескрываемую ненависть.
     В соответствии с предложениями комиссии Капниста 27 апреля (10 мая) 1917 г. было принято сразу два постановления Временного правительства. В первом из них – «О печати» – декларировалась свобода печати и торговли печатной продукции, а также устанавливались правила регистрации и порядок выпуска изданий в свет. Во втором – «Об учреждениях по делам печати» – говорилось о том, что Главное управление по делам печати упразднялось, а взамен создавалось библиографическое учреждение совершенно иного толка, которое получило название «Книжная Палата».
     Раздел  III постановления «Об учреждениях по делам печати» гласил:
     «III. Учредить Книжную Палату на нижеследующих основаниях:
    На Книжную Палату возлагается регистрация всей текущей печати в России, как неповременных, так и повременных изданий, а также типографий, литографий, металлографий и иных подобных заведений.
    Книжная Палата ведет научную систематическую регистрацию всего печатного материала на русском языке.
    На Книжную Палату возлагается образование книжного фонда для снабжения книгами государственных учреждений, а равно и снабжение государственных книгохранилищ всеми выходящими в России произведениями тиснения».
     Наряду  с другими организационными и  экономическими мерами, призванными  обеспечить реализацию принятых решений, постановление от 27 апреля 1917 г. «Об учреждениях по делам печати»  содержало важнейший пункт, связанный со своевременной и полной доставкой обязательного экземпляра.
     «Х. Возложить на местных комиссаров Временного Правительства или на лица и установления, их заменяющие:
    Регистрацию типографий, органов повременной печати и неповременных изданий;
    Прием из типографий экземпляров произведений тиснения для государственных книгохранилищ и отправку этих экземпляров в Книжную палату;
    Наблюдение за выполнением типографиями и иными подобными заведениями требований закона».
     От  даты принятия данного постановления Временного правительства, подписанного Министром-Председателем князем Львовым и Управляющим делами Владимиром Набоковым, и ведет отсчет своей деятельности Российская книжная палата.
     На  пост директора Книжной палаты среди  нескольких достойных кандидатов был выбран профессор Семен Афанасьевич Венгеров – известный ученый, историк литературы и общественной мысли, библиограф, перу которого принадлежит ряд трудов в этой области знания. С образованием Палаты сбылась давняя мечта С.А. Венгерова о том, чтобы в России действовала мощная государственная структура библиографического направления.
     Директор  вновь созданного, как он сам говорил, «государственного научного института  – «Книжной Палаты» не только определил  ее цели, но и сформулировал средства, с помощью которых можно этих целей достичь. Прежде всего, он обратился к губернским и уездным комиссарам Временного Правительства с призывом установить контроль за сбором и отправкой обязательных экземпляров.
     С.А. Венгеров убедительно и умело  разъясняет важность присылки «всего, что выходит из-под печатного станка», и при этом делает упор на то, чтобы доставляемые экземпляры «были совершенно полны и находились в полной справности».
     С энтузиазм и патриотизм сотрудники Палаты с первых дней после ее учреждения стали добиваться наибольшей полноты поступления различных видов печатной продукции именно с позиций понимания значимости «своей трудной и сложной» задачи.
     Книжная палата довольно быстро прошла процесс  становления, превратившись в общепризнанный специализированный библиографический центр России. 

     1.2 Российская книжная  плата во время  революции 1917 г.
     К сожалению, реализовать все намеченное сразу не удалось, в связи со сложностями  межреволюционного периода лета – осени 1917 г. Коллектив Книжной  палаты не избежал и конфликтных ситуаций того времени, особенно первых послеоктябрьских дней, когда часть сотрудников объявила забастовку в знак протеста против захвата власти большевиками и ограничения свободы печати.
     Сохранились документы того периода, опубликованные недавно Г.В. Михеевой в журнале «Solanus» (1992 г.). В одном из них указывается:
     «23 ноября 1917 г. в два  часа дня, после ухода  большинства сотрудников, когда в помещении  Книжной палаты оставались только помощник секретаря  Палаты А. Шилов и картописательница А.Я. Одинец-Шилова, в сопровождении отряда красногвардейцев появился помощник комиссара по внутренним делам Дзержинский и потребовал удаления из Книжной палаты сотрудников на том основании, что работа может производиться только с разрешения Комиссара по внутренним делам и после признания власти Совета Народных Комиссаров. На требования помощника секретаря А.А. Шилова – выдать удостоверение, что работа Палаты прервана насильственно, помощник комиссара отказался это сделать, указав, что по имеющимся у него сведениям сотрудники Палаты только собирались, но не работали, и выдал удостоверение, что без разрешения Комиссара работа производиться не может. В виду того, что требование удалиться было подтверждено вооруженною силою, сотрудники Книжной палаты, уступая насилию, должны были прервать свою работу и удалиться из помещения Палаты.
     Помощник  секретаря А. Шилов, А. Одинец-Шилова».
     Подлинный текст «удостоверения», которое  Ф.Э. Дзержинский все-таки оставил, гласил:
     «Сим  удостоверяю, что  без согласия Народного Комиссара по Внутренним Делам никто не может работать в Книжной палате (Морская, 61), находящейся в ведомстве Народного Комиссара. Член Коллегии при Народном Комиссаре по Внутренним делам Ф.Дзержинский.
23.Х1.1917 г.».
     На  заседании Совета Книжной палаты 3 декабря 1917 г. С.А. Венгеров сообщил, что «придя в Книжную палату 23 ноября, после того, как все сотрудники были принуждены покинуть ее, он был арестован находившимися в Палате красногвардейцами, заявившими о том, что он должен быть препровожден в Совет Народных Комиссаров. Только после настойчивого требования от красногвардейцев ордера на арест и переговоров их по телефону с одним из народных комиссаров, С.А. Венгеров был отпущен».
     После вмешательства в дело А.В. Луначарского, считавшего, что Книжная палата лишь по недоразумению числилась за Министерством внутренних дел, она по взаимной договоренности была передана в ведение Народного комиссара по просвещению. «Мне прекрасно известно то настроение – писал Луначарский Венгерову, – которое царит в Книжной Палате, и та классовая враждебность, с которой ее члены относятся к Рабочему и Крестьянскому Правительству. Однако, стараясь отвлечься от политического ее направления, считаясь лишь с ее культурной и научной ценностью, решаюсь открыть вновь Книжную палату как учреждение автономное».
     30 июня 1920 г. было принято постановление Совета Народных Комиссаров «О передаче библиографического дела в РСФСР Народному Комиссариату Просвещения» («Ленинский декрет»).
     В документе провозглашалась новая  программа развития библиографического дела в стране, были сформулированы новые организационные принципы, касающиеся и обязательного экземпляра. В сущности, все последующие постановления Советской власти в данной области являлись углублением и развитием этого декрета. В документе подчёркивалось, что настоящую базу для государственной регистрационной библиографии может обеспечить лишь система обязательного экземпляра. Для реализации этого декрета Народный комиссариат просвещения издал 3 августа 1920 г. постановление «Об обязательной регистрации произведений печати», которое предусматривало при Государственном издательстве создание библиографического органа – Российской центральной книжной палаты.
     С этого момента начался московский период деятельности Палаты, а Книжная  палата в Петрограде была преобразована в Российский институт книговедения.
     С тех пор Российская, а потом  Всесоюзная и вновь Российская, книжная  палата не раз меняла адреса, названия, выполняла нелегкие обязанности, возложенные  на нее государством и книжным  сообществом, причем условия ее деятельности редко бывали легкими. 

     1.3 Всесоюзная книжная палата в годы ВОВ
     Мало  кто, даже в самой России, знает  об огромных потерях, которые понесла  Книжная палата, лишившись крова  уже в первые недели Великой Отечественной  войны. Утрата многих уникальных книг и каталогов невосполнима.
     Великая Отечественная война изменила повседневную жизнь  
Всесоюзной книжной палаты (ВКП) и само содержание государственной библиографии: палата разделила все суровые испытания, выпавшие на долю народа и страны, с максимальной добросовестностью выполняя встававшие перед ней задачи. С первых же дней войны коллектив мобилизовался на служение фронту: активно изучалось стрелковое дело, организовались кружки по подготовке медсестер и сандружинниц, сформировались группа самозащиты и пожарная команда. Сотрудники, без различия пола, возраста вступили в ряды местной противовоздушной обороны.

     В июне 1941 г. ушли на фронт многие сотрудники палаты: более 20 человек были призваны в армию, в том числе главный редактор палаты В. Корнилов, технорук типографии М.П. Галкин. Добровольно стали бойцами и политработниками 8-ой дивизии народного ополчения Краснопресненского района Москвы 18 человек, среди них ведущие научные сотрудники палаты: М.А. Годкевич (зам. директора), П.С. Гуревич, А.А. Мансуров, К.Ф. Ухик-Тарасов, Н.В. Рябков (научные сотрудники, главные библиографы), А.Т. Тарарухин (зав. отделом обязательного экземпляра),  П.Ф. Коногоров (редактор «Картографической летописи), П.А. Эпштейн (главный бухгалтер), П.В. Аперчева, В.М Дайховский, Т.В. Борисова и др.
     Ушли  на фронт рабочие типографии во главе  с директором А.Г. Климовым и заменявшим его Б.М. Архиповым. Многие из них отдали свою жизнь, защищая Родину.
     Участвуя  в строительстве оборонительных сооружений, местной противовоздушной обороне, санитарной службе, сотрудники палаты немедленно начали и работы по сохранности фондов, каталогов, библиографических материалов в основном здании и книгохранилищах палаты.
     В подвалы основного здания на Новинском  бульваре были спущены генеральный алфавитный каталог и наиболее ценные издания книговедческой библиотеки. Меры для обеспечения сохранности обязательного экземпляра принимались летом и осенью 1941 г. во всех книгохранилищах палаты (по Большой Коммунистической улице, 15 и Армянскому переулку, 13). В книгохранилище на Большой Коммунистической улице, располагавшемся в соборе Мартина Исповедника, в ноябре 1941 г. часть фонда (на случай пожара) поместили в глубокие каменные «колодцы», расположенные в куполе здания. Работа велась при почти не прекращающихся воздушных тревогах, при температуре около минус 200С.
     В подвальном помещении отдела обязательного экземпляра по Армянскому переулку, 13 тщательно производилось «захоронение» обязательных экземпляров, предназначенных для библиотек временно-оккупированных районов.
     Несмотря  на участие всего коллектива в  этих работах и на подлинно военные  темпы, укрыть все ценности не успели. Уже через месяц после начала войны на территорию Книжной палаты были сброшены зажигательные бомбы. Пожар удалось ликвидировать усилиями группы дежурных палаты во главе с её директором Н.С. Коробовым2.
     На  следующую ночь (на 23 июля 1941 г.) здание ВКП вновь было осыпано зажигательными бомбами и погибло, охваченное пожаром, несмотря на все усилия дежурных, жильцов прилегающих домов и прибывших пожарных команд.
     Здание  на Новинском бульваре было построено  в 1817 г. знаменитым архитектором О.И. Бове и представляло собой выдающийся памятник русской архитектуры в  стиле ампир. Трагическое зрелище пожара в Книжной палате описано очевидцем события М. Белкиной «Очень страшно горела Книжная палата, одно из красивейших зданий Москвы начала XIX века. Ночью. Уже сорвана крыша. Горят готовые рухнуть стропила. Пламя мечется, кидается на деревья, стелется по земле... Но стеклянная галерея ещё не горит, только охвачена вся огненным светом изнутри откуда-то явлена взору в целостности своей, в мельчайшей подробности... Стеллажи – книга к книге, и каждый корешок виден отдельно. Лесенка у стеллажа, и каждая ступенька  
– отчетливо в глаза. Ящики с картотекой... Все на месте, не тронуто огнем, нигде ни одного языка пламени, все в сохранности своей, недвижимости, как отпечатано... Огонь не вовне еще, но внутри уже. Внутри стен, стеллажей, внутри книг... И все лишено уже вещественности своей, земной плоти – одна оболочка. Еще секунда, еще... Взрыв огня! И все рухнуло в пламени, распалось... И вдруг вопль: «Книги!..» Из огня, из туго наблюдаемых стеллажей в ночное небо выстреливают книги... Не горящие – огневые! И там, под самыми звездами, раскрываются... И ветер шевелит огневыми страницами, и на страницах видны даже черные прочерки строк... Мгновение... горстка искр осыпалась вниз... А в небо еще книги, еще... И потом огневые листки – картотека...»3.

     В конце концов от прекрасного особняка, более ста лет украшавшего Москву, осталась груда почерневших развалин. В феврале 1942 г. в ВКП был составлен примерный перечень убытков, понесенных палатой, в связи с бомбардировкой немцами и пожаром 23 июля 1941 г., в котором, помимо самого здания, оцененного в 1 млн. 200 тыс. руб, в качестве материальных потерь перечислены: старинная художественная роспись потолков, лепные работы, барельефы и т.д. (1 млн. руб.), старинные стенные зеркала в рамах, антикварные люстры, старинные шкафы и мягкая мебель. Позже разрушенное основное здание палаты было оценено в сумму около 4,6 млн. руб.
     Огонь уничтожил большинство оперативных  материалов палаты – каталогов и  картотек: полностью сгорел основной систематический каталог (свыше 3 млн. карточек), включавший систематический каталог книг на русском языке; каталог книг на языках народов СССР и на иностранных языках; географический каталог; систематические каталоги журнальных и газетных статей. В «Примерном перечне убытков…» общий объём картотек систематического каталога был определён в 6 млн. карточек. Погибли или были сильно повреждены: единственный в стране алфавитный каталог журнальных и газетных статей; алфавитный каталог рецензий; систематический каталог журналов; алфавитные каталоги газет и журналов на национальных языках народов СССР; издательский каталог; картотеки предметного каталога и ретроспективной библиографии. По свидетельству специалистов, ни денежная стоимость этих каталогов, ни их объемы недостаточны для представления об их культурной ценности: сгоревшие каталоги были единственными в СССР как по полноте, содержанию, особенностям построения, так и по целевому их назначению и представляли собою огромное достижение библиографической культуры.
     Помимо  каталогов и картотек, были уничтожены рукописи, подготовленные к печати. Среди них методические пособия и указатели.
     Погибло немало ценных архивных документов, около 15 тыс., книг и журналов из фонда книговедческой библиотеки, значительная часть материалов кабинета библиографического источниковедения и истории библиографии. Наибольший ущерб, который причинил пожар 22-23 июля 1941 г., – это гибель материалов Реrsonalia и краеведческой библиографии. Восстановление этих материалов возможно, т.к. они являлись копией с печатных источников, но при условии развёрнутой работы кабинета.   
     Сгорела часть фондов обязательного экземпляра за 1940 и 1941 гг. Погибли материалы  по репертуару советской книги.
     Остались  невредимыми лишь генеральный алфавитный каталог и наиболее ценные рукописи и книги (около 5 тыс. редких изданий из фондов книговедческой библиотеки), заблаговременно спущенные в подвалы. Сохранился и каталог советской периодики с 1917 г. – основа будущего репертуара.
     Сильно  пострадала типография Книжной палаты, которая лишилась части оборудования наборного цеха и, главное, шрифтов для набора текстов, бумаги и других материалов для издания, не говоря о готовой продукции, рукописях, подготовленных к печати, и рукописей государственных библиографических указателей, статистических сборников. Пожар уничтожил и все бухгалтерские документы издательства.
     Потери  от пожара были настолько значительны, что гибель центрального здания ВКП  была зафиксирована директором палаты Н.С. Коробовым в акте от 3 февраля 1942 г., который опубликован в сборнике документов о злодеяниях немецко-фашистских оккупантов на советской земле.
     Архивные  материалы гласят, что последствия  пожара, усугубленные и осложненные  общими условиями войны, подорвали  всю работу Книжной палаты. Для  возобновления и продолжения  работы Палаты надо было создать хотя бы временную базу и, прежде всего, срочно обеспечить сохранность уцелевших от пожара библиографических фондов.
     Редакции  и отделы ВКП в 20-х числах июля 1941 г. разместились в частных квартирах  во дворе сгоревшего здания, затем  в конце августа палате были выделены несколько комнат Главлита в доме № 5 на Смоленском бульваре.
     В этих условиях палата продолжала свою деятельность: в течение многих дней после пожара работники Книжной  палаты, не щадя сил, занимались спасением  из пепелищ пожара уцелевшего имущества  и материалов, подбирая каждую каталожную карточку, каждую печатную страницу. Только благодаря этим усилиям удалось, например, спасти коло 15 тысяч книг, 15 тысяч журналов, 30 тысяч издательских каталогов из фондов книговедческой библиотеки. В 1945 г. за участие в борьбе с пожаром и спасение ценностей были награждены медалями «3а оборону Москвы» многие работники палаты, в том числе: директор Н.С. Коробов, вахтёр А.В. Андреев, старший библиограф Е.В. Василюк, библиограф Т.И. Головачёва, заместитель директора Я.М. Пайкин, старший редактор Е.В. Пархоменко, главный библиограф М.С. Пилипенко.
     Как можно более тщательно оценив потери, все  подразделения ВКП  немедленно начали работы по обеспечению  сохранности уцелевших фондов, восстановлению разрушенной материально-производственной базы и справочно-библиографического аппарата, возобновлению основных процессов оперативной работы в возможных границах. В  архиве Книжной палаты хранятся различные служебные  документы, датированные концом июля – августом 1941 г., свидетельствующие о стремлении сотрудников найти выход из сложившейся ситуация и продолжить работу.
     Ведущий методист и предметизатор палаты В.П. Кругликова направила 4 августа 1941 г. Н.С. Коробову, возглавлявшему палату в начале войны, докладную записку, в которой говорилось, что «пожаром уничтожена целиком и полностью вся база централизованной предметизации» и, следовательно, в настоящее время невозможно осуществить ведение централизованной предметизации до создания хотя бы основного ядра такой базы. Поэтому первой и основной задачей… в данный момент является создание такого ядра, восстановить которое возможно только на основе широкого использования опыта и материалов предметных каталогов, как универсальных, так и специализированных отраслевых (технических, сельскохозяйственных, медицинских и др.), пользовавшихся печатной карточкой ВКП»4.
     В июле же было принято решение о  перенесении основной работы Книжной  палаты за пределы столицы. Значительная часть ведущих сотрудников выехала  в Чкалов. В эвакуацию были вывезены и все сотрудники, имевшие маленьких детей. 31 июля 1941 г. в Чкалов был отправлен генеральный алфавитный каталог в составе 1 450 ящиков (1 350 тыс. карточек), каталог изъятой литературы, охватывающий всю литературу, вышедшую до июля 1941 г., и наиболее ценная часть книговедческой библиотеки (около 3000 книг и рукописей на русском и иностранных языках), сохранившиеся после пожара.
     В Москве была оставлена оперативная  группа (33 человека), принявшая на себя всю тяжесть борьбы за возобновление  жизни разрушенной, обескровленной Палаты, одновременно участвуя в строительстве баррикад, рытье окопов и т.д. В первую очередь были предприняты меры для нормализации самих поступлений обязательного экземпляра – основы полноты и планомерности изданий государственной библиографии, пересмотра плана редакционно-издательских работ, сужения системы изданий государственной библиографии.
     Сотрудники, оставшиеся в Москве, выполняли производственную работу упорно и самоотверженно. Бесперебойно работали редакции Книжной палаты. Были законсервированы «Летопись газетных статей республиканских, краевых, областных газет», «летопись изобразительного искусства», «Летопись рецензий», «Бюллетень медицинской литературы», «Бюллетень литературы по транспорту». Специалисты сосредоточили свои силы на обеспечении выпуска основных печатных органов государственной библиографии – «Книжной летописи», «Летописи журнальных статей, «Летописи газетных статей», а также библиографических карточек централизованной каталогизации. О том, каких усилий стоил выпуск этих изданий в начале войны, свидетельствуют материалы архива: из-за ненормальных условий работы транспорта уже с первых дней войны в редакции летописей перестали поступать обязательные экземпляры, и тогда работники редакции, преодолевая огромное пространство, нередко пешком, почти ежедневно ходили в отдел обязательного экземпляра (в Армянском переулке) и на месте описывали книги как для карточек централизованной каталогизации, так и для «Книжной летописи». Немченко – библиограф, активно участвовала в работе по эвакуации и по охране ценнейших фондов и материалов палаты.
     ВС. Чеснокова – библиограф, сумела обеспечить непрерывный выход журнала  «Книжная летопись», ценою больших  усилий восстановила рукописи сгоревших  оригиналов №№ 28  и 29 журнала за 1941 г. и активно содействовала охране фондов Палаты в дни войны.
     «Ничто  не служило препятствием для упомянутых работников редакции: ни вражеские  налеты, ни тревоги. Мало того: в отделе обязательного экземпляра засиживаться над книгами нельзя было (книги  спешно упаковывались для «захоронения» или эвакуации). Но это не останавливало работников редакции. Регистрация книг производилась ими со всей тщательностью и полнотой: книги описывались, предметизировались, классифицировались.
     Возобновились и статистические работы, отдел статистики печати во главе с К.И. Пропиной, сократив объем аналитических разработок, поставил перед собой задачу обеспечения полной преемственности и непрерывности в системе показателей развития печати.
     В октябре в Чкалов уехала вторая группа из 25 сотрудников, а на строительство оборонительных сооружений ушло ещё столько же. Многие сотрудники уходили на строительство оборонительных сооружений добровольно.
     В основном аппарате палаты в Москве осталось всего 33 человека. Осенью 1941 г., когда враг реально угрожал столице, общие условия работы московской группы Книжной палаты резко усложнились. Вместе со всеми москвичами работники палаты строили баррикады, рыли окопы, дежурили в учреждениях и домоуправлениях, но в тоже время выполняли и свою непосредственную работу, требовавшую зачастую настоящей самоотверженности.
     В целом условия, в которых оказались  эвакуированные сотрудники палаты, были вполне сносными для военного времени: все были обеспечены жильем, получили пропуска в столовую Верховного суда с дешевыми ценами и удовлетворительными по качеству обедами, достаточно регулярно работники получали керосин и талоны на уголь и дрова. Конечно, рабочие и жилые помещения были достаточно тесными, мало приспособленными, холодными, но работать было можно.
     К январю 1942 г. в Чкалове было скопировано 63 934 карточки.
     Полная  эвакуация научной книговедческой библиотеки ВКП г. Чкалов не состоялась, но было сделано все, чтобы сохранить  тесную связь с оставленным в  Москве фондом, который оказался в  очень тяжёлом положении.
     Находясь  в эвакуации, сотрудники Книжной палаты не ограничивались только выполнением непосредственных служебных обязанностей: они составляли разнообразные библиографические справки и давали консультации, читали лекции по истории русской библиографии и вопросам библиографирования, в областной библиотеке описали собрание редких книг и даже мобилизовывались на строительство. Наряду с местными научными работниками «чкаловская» группа Книжной палаты участвовала в составлении ряда актуальных библиографических указателей на военно-исторические темы. Особое значение в военное время приобрела краевая библиография.
     Нелегкой  и подчас героической была повседневная работа десятков и сотен сотрудников  палаты, которые даже в эвакуации, не останавливаясь перед трудностями, выполняли поставленными перед ними задачи.
     Реэвакуация сотрудников палаты в Москву началась уже в январе 1942 г. и закончилась  в основном в первое полугодие  того же года. Протекала она сложно: массовое возвращение эвакуированных в Москву ещё не было санкционировано правительством.
     Эвакуированные  сотрудники ВКП окончательно вернулись  в Москву только в декабре 1943 г., доставив доверенные им библиографические ценности в образцовом порядке.
     В 1942 г. руководство Книжной палаты не прекращает попыток добиться предоставления нового постоянного помещения, эта деятельность активизируется в связи с началом реэвакуации сотрудников из Чкалова.
     В середине лета 1942 г. Книжной палате предоставляется, наконец, новое здание, которое станет основным на многие годы.
     Именно после этого периода в истории палаты началась стабилизация практически всех сфер ее многогранной деятельности. Организация обрела, наконец, надежное пристанище и избавилась от угрозы постоянных переездов с места на место.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.