На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа «Парад суверенитетов» и распад СССР

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 04.06.2012. Сдан: 2011. Страниц: 39. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Министерство  образования и науки Российской Федерации
 Рязанский  государственный университет имени  С.А. Есенина
Факультет социологии, экономики и управления
Кафедра национальной экономики 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Тема: «Парад суверенитетов» и распад СССР» 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                                                       Выполнила студентка 1 курса группа СО
                        Паничева С.С.
                                                  Проверил доцент Зайцев В.М. 
 

Рязань 2007 год
Содержание.
      Введение.                                                                                              3-5
      Основная  часть.          6-35
    1. Предпосылки распада Советского Союза:                                          6-16
§1 «перестройка» М.С. Горбачева и её кризис;      6-10
§2 ослабление и дезинтеграция КПСС;       10-12
§3 роль Запада в распаде.                                                                               13-16
    2. Процесс распада Союза Советских Социалистических республик. 16-26
§4 обострение межнациональных отношений;                                            16-20
§5 «парад суверенитетов» и «война законов»;      20-23
§6 противостояние личностей М.С. Горбачева и Б.Н. Ельцина.    23-26
    3. Августовский рубеж и финал в Беловежской Пуще:    26-35
§7 августовский путч;          26-29
§8 Беловежское соглашение.         29-35
      Заключение.          35-38
      Список  литературы.         39
          
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

Введение.
     Распад Союза Советских Социалистических Республик, огромного государства, просуществовавшего более 70 лет, большая трагедия не только для народа бывшего Союза, но и для внешних политических и экономических партнеров. Значение данной проблемы велико в мировой истории, о чем свидетельствуют многочисленные статьи в прессе. Вопрос о причинах гибели Советского Союза значим как для науки, политики, так и для миллионов людей, в жизни которых произошел разлом. Следствием распада стала пролитая кровь, межнациональные конфликты, термин «горячие точки», нищета, «теневая» экономика. Развал Союза на составные части, роспуск КПСС, главной силы, скреплявшей государственный аппарат, и страну в целом привели к хаосу и беспорядку.
      Актуальность  этой темы не утратила своего баланса  до настоящего времени. В современном  мире, когда мы ушли от социалистического строя, но какой ценой, многие до сих пор вспоминают с болью последствия произошедшего, из-за несовершенной программы государственного руководства, борьбы за власть, исчезло мощное государство всего за шесть лет, которое пережило последствие второй мировой войны. События 1985-1991 годов по сути дела государственный переворот с очень плачевными последствиями.  На мой взгляд, которые должны учитывать современные политики, не только России, но и всего мира, не повторяя горьких ошибок.
      В своей работе, я приведу выдержки из статей российских и западных историков. Цель заключается в освещении проблемы распада Союза Советских Социалистических Республик, трактовки причин приведших к кризису «горбачевской перестройки», краху КПСС, межнациональных конфликтов, «парада суверенитетов» и последовавших событиях, таких как августовский путч, в завершении всего Беловежское соглашение лидеров трех стран. Итог - августовские события ускорили распад Советского Союза, а Декларация о создании СНГ – окончательно прекратило существование СССР. В заключении изложу реакцию на распад когда-то мощного государства со стороны американский и русских ученых, плачевных последствиях данных событий и свою точку зрения на происходящее.
      Задачами  контрольной работы являются:
    первоначально раскрыть необходимость, этапы и значимость для Советского Союза горбачевской перестройки, а также причины, приведшие к её кризису;
    проанализировать проблему ослабления и дезинтеграции Коммунистической Партии Советского Союза, как одну из важных предпосылок распада СССР;
    исследовать отношение Западных стран к судьбе Советского государства,  их непосредственное участие и отношение к развалу Союза;
    раскрыть тему начавшихся сложных межнациональных отношений – как начало процесса распада СССР;
    охарактеризовать термины «парад суверенитетов» и «война законов», с чего начиналось и как происходило;
    проанализировать роль личностей: Президента СССР – М.С. Горбачева и Президента Российской Федерации – Б.Н. Ельцина в развале Союза, что было предпринято и на ком лежит большая вина;
    рассмотреть проблему «августовского путча», участников данного события и последствия «переворота»;
    проанализировать и дать характеристику «Беловежского соглашения», его цели и итог, а также последствие происходящих событий с 1985 по 1991 года.
      Для написания контрольной работы использовалась следующая литература: монографии В.В. Журавлева «Советское общество», Джеффри Хоскинга «История Советского Союза (1917-1991)», статья Карена Брутенца «Развал Союза» из журнала «Свободная мысль 21», 2005 год № 1, статья Ф.Н. Клоцвога «К дискуссии о природе социально-экономической системы СССР и причинах ее разрушения» из журнала «Отечественная история» 2005 год № 3, статья Стивена Коэна «Почему распался Советский Союз?» из  журнала «Свободная мысль» 2006 год № 9-10. Труды В.В. Журавлева и Джеффри Хоскинга написаны на основе  исследования многочисленных архивных материалов, последовательно и непредвзято трактуются события и факты советской истории от возникновения двоевластия в марте 1917 года после краха самодержавного режима до распада СССР в результате Беловежских соглашений декабря 1991 года. Эти работы отличаются тем, что в «Истории Советского Союза» Дж. Хоскинга много внимания уделяется советским лидерам, взаимодействию с различными социальными слоями, религиозными и этническими группами, которыми они управляют, но ничего не говориться о внешней политике и международных делах. Из вышеперечисленных трудов взяты описания исторических событий и фактов, произошедших в истории СССР в период с 1985 по 1991 года, с момента  избрания  генеральным секретарем Политбюро Михаила Сергеевича Горбачева до подписания Беловежского соглашения.
      В статье Карена Брутенца «Развал Союза» раскрывается актуальность вопроса о причинах гибели Советского Союза. Описываются предпосылки распада СССР, придается огромное значение национальному вопросу, ослаблению и дезинтеграция КПСС, отводиться не малая роль запада в политических вопросах (прежде всего США в период активизации сепаратизма).
      В статье Ф.Н. Клоцвога «К дискуссии о природе социально-экономической системы СССР и причинах ее разрушения» раскрывается характер социально-экономической системы, существовавшей в СССР и причинах её разрушения. Из этой статьи для контрольной работы взяты описания ошибок, допущенных советским руководством, которые привели к консервации общественных отношений раннего социализма, и, в конечном счете, обусловили поражение советской политической системы.
      В статье Стивена Коэна, профессора русистики и русской истории Нью-Йоркского университета «Почему распался Советский Союз?» Отводиться значительная роль противостоянию личностей М.С. Горбачева и Б.Н. Ельцина, оценке данного вопроса с точки зрения американских и российских ученых. 

Предпосылки распада Советского Союза.
    §1
    «Перестройка» М.С. Горбачева и её кризис.
     Столкнувшись  с экономическим застоем в  СССР и с внешней политикой, которая  окончательно зашла в тупик, в  марте 1985 года Политбюро впервые  избрало генеральным секретарем самого молодого своего члена 54 летнего  Михаила Сергеевича Горбачева. В  системе партийной иерархии покровителем и ментором Горбачева был Андропов, и около года Горбачев продолжал проводить ту же политику. Он пустил в ход лозунг «ускорение», укрепил трудовую дисциплину и начал заклинать рабочих легендарными подвигами Алексея Стаханова, создал государственную инспекцию контроля качества, госприемку, которая имела право отвергать некачественную продукцию и наказывать тех, кто был ответственен за это. Он продолжил расследование дел о коррупции, увольнения и преследование по закону коррумпированных чиновников, начал кампанию против «нетрудовых доходов», резко сократил продажу спиртных напитков, что противоречило традициям русского гостеприимства, заработав прозвище «минеральный секретарь». [2, с.443]
     В конце 80-х годов большинство экономистов, хозяйственников, партийных руководителей признали необходимость широкого развития рыночных отношений. Закон о государственном предприятии, 1987 г. широкими правами наделял предприятия,  Законом «Об общих началах предпринимательства в СССР» и постановления Верховного Совета СССР «О концепции перехода к регулируемой рыночной экономике», 1990 г.  разрешалась индивидуальная трудовая деятельность и создание кооперативов по производству нескольких видов товаров. Но реформирование экономики в период перестройки не привело к значительным позитивным результатам.
     Весной  и осенью 1986 года начались перемены. «Переломным моментом стал взрыв на Чернобыльской атомной электростанции в апреле 1986 года. Он выявил смертельно опасные недостатки централизованной административно-экономической системы, обладавшей устрашающими техническими возможностями и бывшей при этом совершенно секретной, неряшливой и абсолютно безответственной».[1, с. 444]
     Под воздействием перестройки произошли  значительные идеологические, политические, экономические, социальные перемены, изменившие сверху до низу совокупность государственных и экономических структур, утвердившихся после Октября 1917 г. в России. У политиков, ученых и публицистов существуют различные точки зрения на этот процесс. Одни видят в перестройке контрреволюционный переворот и предательство по отношению к Октябрю и социализму; другие – возможность развития России в русле мировой цивилизации; третьи – наступление «смутного времени» и гибель огромной страны; четвертые – возможность возврата на естественноисторический путь, прерванный в 1917 году.
     В истории перестройки некоторые  исследователи выделяют четыре периода:
     1) с марта 1985 г. по январь 1987 г.  – проходящий под лозунгом  «больше социализма»;
     2) 1987 – 1988 гг. – «больше демократии»;
     3) 1989 – 1991 гг. – ставшие периодом  размежевания и расколов в лагере перестройки;
     4) августовский путч и отстранение  от власти М.С. Горбачева, резкое  изменение соотношения сил в  пользу радикальных реформаторских  группировок, приход к власти  и начало соединения идейно-политической революции с радикальными антисоветскими преобразованиями. Октябрьские события 1993 года завершили перелом в истории России. «Несмотря на их насильственный, кровавый характер, эти события можно считать концом четвертого этапа перестройки, но уже без активного участия ее главного архитектора и многих его сторонников». [1, с. 446]
     Исключительно сложной и динамичной стала структура  общественных потребностей, включавшая в себя как многообразные конечные потребности общества в целом, так и сложную систему производственных потребностей в средствах производства. По мере роста уровня жизни, уровень удовлетворения потребностей людей в пище, одежде, топливе и т.д. породил  быстрый рост  новых потребностей на высококачественные товары, комфортные условия жизни, многообразные культурные и духовные запросы. Технический прогресс порождал потребности в новых высококачественных видах сырья и материалов, высокоточной технике. В этих условиях централизованное определение всего многообразия быстро меняющихся потребностей становилось все более затруднительным. «Неразвитость форм социалистической общенародной собственности, директивная система управления, отсутствие достаточной хозяйственной самостоятельности предприятий – все это сдерживало возможность проявления хозяйственной инициативы».[5, с.179] Госаппарат слабее справлялся с возложенными на него функциями. Усилилась бюрократизация, увеличился отрыв от реальных нужд широких слоев населения, острее ощущается ограниченность существующих форм народовластия. Партийные органы постоянно и не всегда компетентно вмешивались в текущую хозяйственную деятельность органов государственной власти. В самой партии крайне недостаточно развита внутрипартийная демократия, что приводило к отрыву партийного руководства от партийной массы и превращало рядовых коммунистов в простых исполнителей решений, принятых руководством.
     Новый уровень производительных сил общества требовал перехода от общественных отношений  раннего социализма к новой, более  высокой ступени социалистических общественных отношений, адекватных достигнутой ступени развития производительных сил. «Но общественные отношения раннего социализма оказались искусственно законсервированными и стали превращаться во все более мощный тормоз дальнейшего развития общества». [5, с.180] Эти причины являлись следствием долговременных стратегических ошибок советского руководства:
       1. отсутствие целенаправленного курса на демократизацию общественных отношений (сохранялась огромная масса изживших себя форм руководства, искусственно сдерживавших свободу волеизъявлений людей);
     2. сохранение в руках государства  всех правомочий собственности  в условиях развитой экономики  возлагало на государственные  органы такое количество конкретных  функций и обязанностей, с которыми  они уже физически  не могли справиться;
     3. усилению социальной напралености в обществе препятствовала чрезмерная милитаризация советской экономики, советское руководство стремилось любой ценой обеспечить поддержание военного паритета, отвлекая громадные средства от решения задач научно-технического и социального развития.
     Одной из важных причин консервации отношений раннего социализма стал застой в общественных науках. Использование примитивных методов официальной пропаганды без учета возросшего интеллектуального и культурного уровня людей вызывало большее отторжение населения от идеалов социализма и коммунизма, порождало тяготение к различным формам диссидентства.
     «Горбачевская «перестройка» проводившаяся в начале под лозунгом «Больше социализма!», превратилось в демонтаж системы социалистических общественных отношений. Начав с курса «ускорения» в течении 1986 г. Горбачев вынужден был ухватиться за идею «перехода к рынку», означавшую на деле возврат страны на путь капиталистического развития.» [4, с.181] Перестройка закончилась в 1991 г. открытой антисоциалистической контрреволюцией. Основу внутренних антисоциалистических сил составляли дельцы теневой экономики. В обстановке дефицита росли спекуляции, подпольные цехов, валютная махинация. Другой составляющей этих сил явилась часть верхушки партийно-государственного аппарата, попавшего под влияния дельцов теневой экономии и западной идеологии. Третей составляющей антисоциалистических сил явилась «элитарная» интеллигенция, которая отгородилась от основной массы населения, замкнулась в собственных интересах и ориентировалась на ценности западного мира. Эти силы постепенно прибрали к рукам ключевые позиции в политической, экономической и духовной жизни советского общества. Запад активно их поддерживал. В итоге социализм в СССР потерпел поражение.
     В моем понимании, анализируя данную проблему, могу пояснить, что вначале своего правления М.С. Горбачев выбрал правильный путь, начав «перестройку», страна нуждалась в преобразованиях. Но в таких резких масштабах и противоречиях от «ускорения» в социалистическом строе, а затем переходе к рыночным отношениям (задатки капиталистического строя) государство и народ привыкшие жить 74 года  по определенной схеме не были готовы к таким преобразованиям. Первопричиной «кризиса» перестройки явилась демократизация общества, привыкшего жить при старых формах руководства, которая впоследствии привела и к межнациональным конфликтам.
     Делая вывод по §1 хочу сказать, что правительство  не в совершенстве отработало программу  реформирования, мало поддержки оказывалось М.С. Горбачеву. Воплощая постепенно в жизнь «перестройку» и исключая некоторые ошибки возможно СССР существовал и до сих пор. 

     §2
     Ослабление  и дезинтеграция КПСС.
     Решающую  роль в развале Союза, если говорить обо всем процессе, а не только его завершающих стадиях, сыграли ослабление и дезинтеграция КПСС. При всех своих слабостях и пороках партия была главной силой, скреплявшей и государственный аппарат, и страну в целом - силой интернациональной, наднациональной и надреспубликанской. Последним и роковым шагом стала федерализация партии. Хотя при обсуждении ее платформы по национальному вопросу Горбачев подчеркивал: «Мы прямо должны сказать, что партия незаменима. Она интегрирующий фактор, и мы должны сохранить ленинский принцип построения партии» [3, с.169], за включением в Политбюро всех руководителей республиканских компартий стояли не только тактические интересы, но и искреннее стремление Горбачева расширить демократические и интернациональные основы КПСС. Но здесь он ошибся. Усиливая или возрождая федеративный принцип в государственном строительстве, тем важнее было сохранить унитарное построение партии как гаранта единства государства, страны, общества.
     «Конечно, Горбачев действовал в стесненном политическом пространстве, не имея полной свободы рук, и это нельзя не учитывать». [3, с.170] Недоставало рычагов, с помощью которых можно было проводить правильную политику, даже если бы она существовала. При всей неоднородности аппарата в национальном вопросе он был, пожалуй, более всего консервативен и менее всего пластичен. Слишком укоренилась и привычка к традиционной («сталинской») национальной политике, которая воспринималась как совершенно естественная, и готовность отвечать силой на проявления националистических настроений.
     Со  второй половины 1988-го на всех пленумах ЦК Горбачева критиковали за бездействие в национальных делах и требовали от него административно-репрессивных мер по «наведению порядка» (но он, и это нужно подчеркнуть, нажиму не поддался). А таким реалистически настроенным руководителям прибалтийских компартий, как А. Бразаускас или В. Вялас, буквально не давали слова. Центр и в самом деле вел себя пассивно, предостережения были вполне обоснованными, а применение силы иной раз действительно требовалось. Но программа большинства критикующих этим фактически и исчерпывалась. Февраль 1987 года. Г. Колбин на Пленуме ЦК заявил: «У нас нет роста национализма, а есть ослабление работы по борьбе с проявлениями национализма. Недавно опять подняли голову. Мы вынуждены были дать строгие партийные взыскания и даже исключить из партии некоторых работников массовой информации...» Апрель 1990-го, Г. Разумовский (горбачевец и, по характеристике Р. Гартхоффа, «либерал») на Секретариате ЦК, где обсуждается вопрос об отношениях с компартией Эстонии: «Надо исключить термин "переговоры" (с эстонцами), я к нему себя не готовил». [3, с.170], Как видно, настрой руководящих кадров за эти годы практически не изменился.
     Превращение КПСС на XXVIII съезде в федерацию партий тем более ускорило дезинтеграцию СССР, что это была федерация не идейно сплоченных единомышленников, а бюрократических верхов, большей частью уже озабоченных тем, как забрать в свои руки всю власть, не деля ее ни с кем. «По их собственным признаниям перед иностранными корреспондентами. Горбачев им «надоел». Характерно, что никто даже не позвонил Горбачеву «ни в день ухода с президентского поста, ни после — за три с лишним года» (М.С. Горбачев говорил это в 1995 году).» [3, с.170]
     Перед лицом явно слабеющего центра политический, экономический и культурный истеблишмент союзных республик включался в национальные движения, преследуя собственные цели. Возник своеобразный национал-карьеризм, причем за оружие национализма схватились все: и демократы — как Петросян в Армении или Шушкевич в Белоруссии; и коммунисты — как Каримов в Узбекистане; Алиев в Азербайджане или Кравчук на Украине, спешно конвертировавшие партийную идеологию в националистическую.
     Дезинтеграция КПСС, на мой взгляд, являлась ошибкой руководства, так как партия была главной силой, скреплявшей и государственный аппарат, и страну в целом. Расширив демократические и интернациональные основы КПСС, создав многопартийность, усилилась власть Горбачева. В связи с этим ему все меньше стали оказывать поддержку партийно-коммунистические структуры, терявшие эту власть, а народ в сложившейся атмосфере самостоятельно принимать решения не привык. В связи с этим сплотились бюрократические верха, большей частью уже озабоченных тем, как забрать в свои руки всю власть, не деля ее ни с кем.
     Дезинтеграция КПСС сыграла значительную роль в  распаде Союза Советских Социалистических Республик. Увеличилось число противников  перестройки, не принимавших нововведения последних лет из старой партийно-коммунистической структуры, а отсутствие политического единства создавали условия для разложения системы в целом.
     §3
Роль  Запада в распаде.
     Политика Запада, прежде всего США, в период активизации сепаратизма не была лишена колебаний и противоречий. В геополитическом отношении Вашингтон был кровно заинтересован в устранении с международной арены СССР — идеологического антагониста и основного препятствия на пути к мировому доминированию — и вместе с тем опасался хаоса в стране, нашпигованной атомным оружием. Некоторое время давали о себе знать и личные симпатии к Горбачеву, и желание урегулировать с ним на выгодных для себя условиях некоторые оставшиеся внешнеполитические вопросы. Поэтому заверения Дж. Буша и Г. Коля в том, что они против сепаратизма союзных республик, исключая прибалтийские, отчасти были искренними.
     «Однако в целом основная стратегия, направленная на ослабление и «сокращение» СССР, не менялась. Это была «двухъярусная» политика — развития отношений с СССР и одновременно политической игры с сепаратистами и с оппозиционными кругами». [3, с.171] США к тому времени располагали возможностями и каналами серьезного воздействия не только на руководство страны, но и на часть общественности, особенно демократическую оппозицию, находившуюся в постоянном контакте с американским посольством. Именно сюда пришел Г. Попов с сообщением о готовящемся заговоре против Горбачева. Именно в США в конце 1990 года большая группа депутатов и специалистов повезла на экспертизу, подготовленную Г. Явлинским и С. Шаталиным экономическую программу «500 дней». «Представители оппозиции, можно сказать, просто не вылезали из США и других западных стран». [3, с.171] Их приглашали туда, обеспечивая щедрые гонорары, разнообразные фонды и научные учреждения, за которыми нередко действительно стояли спецслужбы. 15 марта 1991 года Горбачев заметил Дж. Бейкеру: «Мы недавно проанализировали, кто из нашей страны часто бывает в США, ездит туда за счет американских долларов. Этот список производит очень одностороннее впечатление. В основном это члены межрегиональной депутатской группы». [3, с.171]
     Еще в июне 1990-го Р. Хасбулатов, в ту пору заместитель Председателя Президиума Верховного Совета РСФСР, информировал посла США в Москве Дж. Мэтлока о намерениях Ельцина и его окружения добиваться ликвидации Советского Союза». И еще один красноречивый факт: 6 декабря 1991 года, - за два дня до Беловежья, - в 10 утра К. Брутенцу поступила телеграмма относительно того, что руководство США располагает информацией о предстоящей в Белоруссии встрече глав ряда республик (поскольку телеграмма ушла из США в 2 часа ночи, речь идет о данных, которые Вашингтон имел уже 3-4 декабря). Эта информация оказалась абсолютно точной, вплоть до места расположения органов будущего сообщества — Минска.
     3 декабря в телефонном разговоре  Л. Кравчук информировал Буша о предстоящей встрече в Минске. В стремлении завоевать благорасположение Вашингтона он соревновался с Ельциным, который сообщил о беловежском пакте в первую очередь президенту США и лишь затем — президенту СССР, «Сегодня, — сказал Ельцин Бушу ("хвастливым тоном", записал у себя в дневнике американский президент), — очень важное событие произошло в нашей стране, и я хотел информировать Вас прежде, чем Вы узнаете об этом из прессы... Горбачев о нем еще не знает... Дорогой Джордж! Я закончил. Это чрезвычайно, чрезвычайно важно. Согласно существующей между нами традиции я не мог и десяти минут подождать, чтобы не позвонить Вам». [3, с.172] По словам самого Буша, положения зачитанного ему текста соглашения «звучали так, будто и написаны были для того, чтобы заручиться поддержкой США сделанному, поскольку прямо отвечали условиям для признания, которые мы выдвинули». Позвонивший 10 минут спустя Горбачеву Шушкевич уже ссылался на «поддержку Буша». В результате Бейкер смог сделать заявление о том, что «Советский Союз так, как мы его знали, более не существует», за два часа до того, как соответствующее коммюнике было опубликовано в Минске. Это фактически означало согласие США с антиконституционным актом, признание провозглашенного «тройкой» образования до выяснения отношения к происшедшему наших органов законодательной и исполнительной власти и тем самым существенно сужало возможности Горбачева, если предположить, что он был готов противодействовать.
     Впрочем, американцы и прежде действовали  порой бесцеремонно, не считаясь с дипломатическим этикетом. В середине марта 1991 года Бейкер. будучи с официальным визитом в Москве, пригласил на ужин в Спасо-Хауз президентов и председателей Верховных Советов всех союзных республик (кроме прибалтийских), включая Звиада Гамсахурдиа, фактически уже не признававшего центральную власть. Горбачев не был даже извещен американцами об этом мероприятии. Узнав о нем, он по свидетельству помощника, «пришел в бешенство». Только после внушения Мэтлоку это «партсобрание - удалось отменить. Но и советское руководство само давало повод Вашингтону поступать именно так. Оно, например, не возражало против того, чтобы администрация Буша выступила посредником между Москвой и Вильнюсом.
     Западное, точнее американское, воздействие имело тем больший эффект, что к этому времени многие руководители республик, как бы вступая на тропу, проложенную самим Горбачевым, искали понимания и благосклонности Вашингтона. «В моих встречах, - пишет Дж. Бейкер о своих визитах на Украину и в Центральную Азию в декабре 1991-го, — одна тема была стандартной: интенсивное желание удовлетворить Соединенные Штаты». [3, с.173]
     Правда, летом 1991 года, когда дело шло уже  к развалу Союза, США заколебались - видимо, из-за стремления Буша поддержать Горбачева, чье положение резко осложнилось, и боязни хаоса в распадающейся сверхдержаве. Но колебания были недолгими. 27 ноября (еще до референдума на Украине, назначенного на 1 декабря) Буш принял лидеров украинской общины США и заявил, что США «ускорят признание... украинской независимости». [3, с.173] Более того, спустя два дня, все еще до голосования, Белый дом допустил утечку, сообщив, что после референдума пошлет на Украину специального эмиссара (то есть независимость заранее объявлялась свершившимся фактом).
     Все это невозможно расценить иначе, как грубое вмешательство во внутренние дела СССР и поддержку сепаратизма. Сам Горбачев в беседе с председателем правительства Испании Ф. Гонсалесом 30 октября 1991 года дипломатично заметил: «Бушу представляется, что будь СССР поменьше, уйди, например, Украина, США станет еще легче с нами говорить...» [3, с.173] Он ошибался: мысли Буша шли много дальше. Еще в сентябре 1990-го он рассуждал со своими помощниками: «Соблазнительно сказать: не было ли бы великим делом, если бы Советская империя распалась». По мнению Карена Брутенца: «Если бы это отвечало американским целям, Белый дом вполне мог оказать «убедительное» воздействие на Ельцина и скорректировать его поведение». [3, с.173]
     Политика  запада внесла свою лепту в развал Союза.  Западным странам было выгодно устранить такую сверхмощную державу со своего пути, да еще с большим арсеналом вооружения. Но в то же время политические деятели западных стран осознавали опасность последствий, хаоса в стране с атомным оружием. Поэтому на мой взгляд они завязали дружбу с Б.Н. Ельциным, оказывали ему всяческую поддержку, чтобы держать на контроле и влиять на события в стране.
     Выводом является то, что в целом основная стратегия политических деятелей западных стран, была направлена на ослабление и сокращение Советского Союза. Действовали они в своих интересах, чтобы устранить с политической арены мощного противника.
    Процесс распада Союза  Советских Социалистических республик.
    §4
    Обострение  межнациональных отношений.
      Горбачев, хотя вырос и работал в многонациональной среде и вынес оттуда практический интернационализм, в национальной проблематике разбирался не слишком хорошо, не видел ее огромного взрывного потенциала, недооценивал роль и специфику национальных чувств и психологии. В сфере национальных отношений Горбачев больше, чем во многих других, придерживался традиционных представлений: национальный вопрос решен, Советская власть столько сделала для всех народов, что они навсегда сплотились в рамках Союза.
     Занимая в национальном вопросе демократическую позицию, он, тем не менее, вместе с очень многими полагал, будто русский элемент достаточно силен, чтобы «держать» Союз, и на вопрос М. Раковского (29 октября 1988 года), «не опасается ли Горбачев того, что ход «перестройки» может серьезно осложнить национальные взаимоотношения», ответил: «Спасает славянская ось нашей страны. Русские, украинцы, белорусы доказали свой интернационализм. Россия подняла окраины». [3, с.165] С таким концептуальным багажом Горбачев и встретил нарастание напряженности и участившиеся конфликты в национальных республиках. Он подходил к ним скорее как администратор, а не политик, объясняя происходящее «перекосами» и «недоработками», интригами мафиозных групп, что-то не поделивших между собой, ошибочной позицией интеллигенции, порочной практикой руководителей. Почти до самого конца руководство страны не осознавало, что в межнациональной сфере накапливается горючий материал, способный взорвать и «перестройку», и сам Союз.
     В октябре 1988 года, когда уже загорелся Карабах, втягивались в противоборство Азербайджан и Армения, возникли очаги напряженности в Прибалтике, Киргизии, Казахстане, Молдавии и на Украине, выражение «горячие точки» на карте Союза вошло едва ли не в повседневный быт. Горбачев говорил на Политбюро: «В общем, положение не такое уж кризисное, чтобы бить в колокола... Оснований для паники, для "караула" нет». [3, с.166]
     Свой  излюбленный, казалось бы, уместный, но на деле наркотически усыпляющий рефрен «не нужно паниковать», «не нужно драматизировать» и т. п. Горбачев повторял и иностранным собеседникам. 19 ноября 1990 года в Париже он уверял президента США Дж. Буша, будто «в последнее время положение в этих республиках (в Прибалтике.) изменилось. Позиции нынешних властей оказались под угрозой. Люди говорят властям: при коммунистах было лучше». 12 февраля 1991-го Горбачев заявил министру иностранных дел Франции Р. Дюма, что «прибалты, похоже, ищут форму ассоциации с будущей федерацией. Они хотят полностью сохранить экономические связи, единую оборону в форме присутствия войск и военно-морских баз на границах с другими государствами». [3, с.167] Горбачев, вообще, говорил много правильных слов. О том, что «правительства республик гвоздь забить не могут без спроса в Москве... Недопустимо так обращаться с членами нашей федерации» (заседание Политбюро 28 апреля 1988 года). Но все это не сопровождалось эффективными практическими шагами, позволяющими удержать политическую инициативу. Руководство страны политически не «опережало» национальные движения (это было возможно, пока их еще возглавляли не экстремисты), а отступало под их давлением: от тезиса «сильного центра» - к формулам «сильный центр - сильные республики», а затем  - «через суверенные республики - к конфедерации» (нежизнеспособность которой до этого всячески доказывалась). Но при всей словесной активности реформа союзной федерации все откладывалась и откладывалась.
      Еще в феврале 1988 года Горбачев говорил  на Пленуме ЦК о необходимости посвятить специальное заседание национальному вопросу. Однако прошло более полутора лет, состоялись восемь пленумов ЦК (и это на фоне разгоравшегося пламени Национальных движений), прежде чем вопрос был поставлен на обсуждение в сентябре 1989 года. Причем сам этот пленум назначался и откладывался дважды. Зато Совет Национальной Безопасности США под председательством президента уже в марте 1989-го, полугодом раньше, обсуждал перспективы национального вопроса в СССР. Но ни материалы пленума, ни опубликованная за две недели до него платформа КПСС «Национальная политика партии в современных условиях» не дали заметного эффекта. И не только потому, что концептуально отставали от размаха национальных движений». Для партийной инициативы было уже непоправимо поздно.
     Эстонские коммунисты буквально молили ЦК КПСС: сделайте хоть какую-нибудь уступку, хотя бы шаг навстречу, чтобы мы могли показать, что с нами считаются, что мы хозяева положения. Но Горбачев повторял: «Нет, вы должны пересилить настроение». [3, с.168]
      Между тем в 1988 году в той же Прибалтике большинство населения даже и не говорило о независимости (что отмечают и западные эксперты"), и это было не только тактическим приемом: привычка жить в великой державе и плюсы такого положения, действительно, еще перевешивали. Но люди так и не получили возможности ощутить те обновленные отношения с центром, о которых так долго и пространно говорилось.
      Везде проливается кровь, происходят столкновения, внешне имеющие признаки межнациональных. Начавшийся 1990 год отмечен особо  масштабными драматическими событиями в Баку. На митингах, созываемых лидерами Народного фронта, звучали призывы к насильственному свержению советской власти и выходу Азербайджана из СССР. Союзные власти объявили чрезвычайное положение в ряде районов Азербайджана, а в Баку ввели войска.
     Тем временем экономическая ситуация ухудшалась. При сохранявшейся старой системе  и рвущихся хозяйственных связях местное руководство мало что  могло сделать. Оно стало винить Москву в экономических трудностях, что стало способом не только самооправдания перед населением, но и завоевания реальной власти. Иначе говоря, оно увидело выход и выигрыш для себя в отдалении от Москвы. Это понимал и Горбачев: «В связи с ухудшением экономического положения в стране, - говорил он на Политбюро 9 сентября 1989 года, - у прибалтов появился новый мотив: "Мы не хотим погибнуть в общем хаосе» [3, с.168]; о том же сказал в телеинтервью по поводу референдума о независимости Украины: «Газеты и ТВ киевское подавали этот вопрос перед референдумом, чтобы народ, так сказать, ориентировать: вот, мол, цены в Москве, а вот цены в Киеве»; а в беседе с М. Тэтчер, возвращавшейся из Токио примерно в те же дни, напомнил ремарку де Голля о том, как трудно управлять страной, которая производит более 120 сортов сыра: «Представьте, насколько труднее править страной, где более 120 национальностей». «Да», вмешался присутствовавший зам. премьера, Л. Абалкин: «Особенно если нет сыра». [3, с.168] Как ни странно на первый взгляд, отчасти содействовало сепаратизму и введение в СССР института президентства. Незамедлительно скопировав его, местные руководители использовали это для укрепления своих позиций. Нередко можно слышать, что пойди Горбачев на «нормальные» всенародные выборы, все могло сложиться иначе. Действительно, приобретенная таким путем легитимность могла бы в какой-то мере укрепить его позиции. Но, во-первых, такие выборы надо было еще выиграть, а во-вторых, и выигранные выборы вряд ли существенно изменили бы ситуацию в стране.
      Теперь стало ясно, что следовало в одних случаях - как в республиках Балтии - идти на упреждающие уступки (что могло предотвратить цепную реакцию), а в других — как в Закавказье и Центральной Азии, где начала литься кровь - четко обозначить своеобразную «красную линию» и продемонстрировать, что союзная власть — отнюдь не «бумажный тигр». Но не было сделано ни то, ни другое. Страна вступала в полосу жестоких социальных потрясений.
      Межнациональные конфликты в период распада СССР, на мой взгляд кажется самой острой и больной проблемой. И большой минус в этой проблеме отводится на долю правительства, которое во время не распознало последствия этих конфликтов и не принимало своевременные меры. Тлевшие десятилетиями конфликты в период экономического кризиса, демократизации общества разгораются и вспыхивают, последствия – пролитая кровь, гибель людей. Кровавые события в Закавказском регионе: Нагорный Карабах, Фергана, Сумгаит, Новый Узень, Баку, Душанбе, Сухуми, Тбилиси, унесли жизни многих людей.
      Обострение  межнациональных отношений показало неспособность центральной власти защитить Союз. Разгорание конфликтов вело к процессу суверенизации республик и неизбежному распаду СССР.
     §5
     «Парад суверенитетов» и «война законов».
     Весной 1990 г. началось формирование высших законодательных  органов власти союзных и автономных республик и местных Совет. Это  дало старт заключительному этапу  распада  СССР. По действующей Конституции СССР союзные республики и без того являлись формально суверенными, но в принимаемых декларациях говорилось о верховенстве республиканских законов над союзными, что вело к фактической ликвидации Союза как единого государства.
     Серия этих актов получила образное название «парад суверенитетов» и породила неизбежное следствие – «войну законов». [1, с.434] Начало положила Эстонская ССР, приняв в ноябре 1988 г. Декларацию о суверенитете, провозглашавшую верховенство ее законов на своей территории. Были внесены поправки в республиканскую Конституцию, дававшие возможность приостанавливать или ограничивать действия союзных законов. Президиум Верховного Совета СССР указал на это Верховному Совету Эстонии. Принятые им документы были признаны не действующими, но первые залпы «войны законов» прозвучали. Сепаратистские тенденции в республиках Прибалтики нарастали.
     «В марте 1990 г. Верховный Совет Литовской ССР объявил «о восстановлении независимости литовского государства», отменив действие не только Конституции СССР, но и Конституции Литовской ССР на территории республики. ? Съезд народных депутатов СССР квалифицировал эти решения как односторонние, не имеющие юридической силы, с опозданием был принят закон, устанавливающий порядок выхода союзных республик из состава СССР, но маховик  развала Союза начал неумолимо раскручиваться». [1, с.434]
     Принятая 12 июня 1990 года Декларация о суверенитете РСФСР фактически открыла «парад суверенитетов» и дала сигнал другим республикам. Тем же летом Хасбулатов «шокировал» Мэтлока, пересказав «с удовольствием, что Советский Союз скоро исчезнет и будет заменен «просторной» организацией типа Организации Объединенных Наций». [3, с.175]. Своим «суверенным» поведением и прямым подталкиванием к этому других республик российское руководство стимулировало центробежные тенденции». Существовал и действовал союз между возглавляемыми Ельциным радикальными «демократами» и сепаратистами, нацеленный на разрушение союзного государства. Экс-премьер Литвы К. Прунскене рассказывала на сессии Совета взаимодействия в Пекине в мае 1993-го о договоренности между Ельциным и Ландсбергисом: в обмен на поддержку последний обещал максимально обострить взаимоотношения Литвы с Кремлем и не идти на серьезные переговоры с Горбачевым (чтобы тот, не дай бог, не пошел бы на уступки). Этой же тактики российский президент придерживался при подготовке Союзного договора, раз за разом, меняя точку зрения и отказываясь от уже согласованных позиций: «Ельцин успешно маневрировал с целью ликвидации Советского Союза».
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.