На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Счастье и нравственность

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 22.06.2012. Сдан: 2011. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


СОДЕРЖАНИЕ 

Введение

     Актуальной  тема счастья и нравственности является потому, что постоянное расхождение между знаемыми или декларируемыми моральными нормами и принципами, с одной стороны, и реальной мотивацией поступков индивида — с другой, известно давно. При этом для обоснования своих поступков люди зачастую выбирают не те моральные ценности или этические принципы, которые находятся в их индивидуальном сознании на вершине идеальной иерархии (позиция «абсолютизма»), а те, которые в наибольшей степени оправдывают достижение целей, обусловленных доминирующими в данный момент потребностями (позиция «релятивизма»).
     Знание  нравственных норм чрезвычайно важно  для прогнозирования реального  поведения людей. Однако не менее, а, пожалуй, даже более значимыми, чем  изучение механизмов реализации моральных  позиций людей в конкретном поведении, являются сама феноменология данной сферы, сущностный анализ самих моральных норм, принципов и ценностей, выяснение вкладываемого в них содержания, их иерархической соподчиненности друг другу.
     Меня  привлекло в данной теме то, что  изучение нравственных аспектов и проблем  необходимо каждому человеку, особенно в современных условиях, когда ставится задача гуманизации общественной и государственной жизни, когда человек провозглашен Конституцией высшей ценностью и на первый план выдвигаются гарантии его прав и свобод. Кроме того, я женщина и будущая мать, поэтому мне важно   воспитать в моих будущих детях нравственные качества и, в то же время, сделать их счастливыми.
     Верное  понимание своего и всеобщего  счастья... Возможно ли оно? Для одних  путь к счастью усыпан розами, а для других - терниями. Для одних счастье — в соблюдении воздержаний, для других счастье - в нарушении воздержаний. Одни купаются в счастье с рождения, а для других счастье - борьба, но с переменным успехом. Одни мечтают о счастье, а другие праведными и неправедными путями добиваются заветных желаний.
     Повлекла  меня к изучению данной темы возможность  глубже изучить счастье и нравственность как общечеловеческие ценности, попытаться разобраться в истоках морали и понять, существует ли единая для всех мораль.
     Задача  работы – изучить соотношение  счастья и нравственных ценностей для более глубокого понимания природы счастья и определения для себя ключевых нравственных ценностей и понять возможно для для меня счастье в этой жизни.

1. Что такое нравственность?

     1.1. Нравственность: сущность и подходы

     Нравственность  – это «личностная характеристика, объединяющая такие качества и свойства, как доброта, порядочность, честность, правдивость, справедливость, трудолюбие, коллективизм, регулирующие индивидуальное поведение человека». В ходе исследования были раскрыты такие понятия, как мораль («обычай, нрав, правило»), этика («привычка, обыкновение, обычай», «философская наука, изучающая мораль»), нравственные нормы («правило, требование, определяющее, как человек должен поступить в той или иной конкретной ситуации»), а также определены пути исторического развития проблемы1.
     Очевидно, что во все времена общество рассматривало  поведение человека в соответствии с требованиями морали. В зависимости  от того, в какой мере человек соотносит убеждения и поведение с действующими моральными нормами и принципами, можно судить об уровне его нравственности.
     Немалое влияние на формирование этического учения Лосского оказали нравственная философия М.Шелера и Н.Гартмана, исходивших, как и Лосский, из интуитивистской теории познания. В своей работе «Условия абсолютного добра» (1949) Лосский поясняет, что предпосылкой христианской теономной (заповедованной Богом) этики служит «аксиологический опыт, непосредственное восприятие объективных абсолютных ценностей в связи с высокими чувствами, интенционально направленными на них»2. Русский философ, как видим, опирается на «эмоциональный интуитивизм» М.Шелера для построения нормативной теономной этики. Лосский характеризует свою нравственную философию как этику Абсолюта. Абсолютного добро как верховная нравственная ценность, стоящая на вершине всей пирамиды ценностей, есть Царство Божие. Теономная этика Лосского отличается от автономной этики Канта тем, что ее нормы соответствуют воле Божией и строю мира, им сотворенному. По своему характеру теономная этика есть этика любви, а не долга; как Шелер, Лосский ставит «законы сердца» выше законов разума, хотя никогда резко не противопоставляет их. Аскетические мотивы кантовской этики долга Лосский считает важными для любого варианта христианской этики; более того, он видит положительное значение кантовской критики гетерономной этики, подчеркивая, что и теономная этика не является гетерономной.
     Чтобы аргументировать этот не вполне очевидный  тезис, Лосский приводит такой довод: содержание нравственных заповедей «есть нечто ценное само по себе и потому достойное исполнения даже и с точки зрения того существа, которое, заблуждаясь, отвергает бытие Бога…»3. Отсюда ясно, что теономная этика включает в себя ценные стороны автономной этики, отбрасывая соблазн гордыни, кроющийся в понятии автономии как «самозаконодательства»: строго говоря, тут нет самозаконодательства, потому что нравственные нормы не творятся моей волей, а содержат в себе усмотрение объективной ценности должного. При этом свобода моя сохраняется: я могу высказать норму, признать ее обязательной и все же не исполнить ее.4
     Как вид социальных норм, моральные установления характеризуются общими родовыми признаками и являются правилами поведения, определяющими отношение человека к человеку. Если действия человека не касаются других людей, его поведение с социальной точки зрения безразлично. Поэтому не все ученые считают нормы нравственности явлением исключительно социальным5.
     Со  времен Канта существует убеждение, что сфера нравственности охватывает сугубо внутренний мир человека, поэтому оценить поступок как нравственный или безнравственный можно лишь по отношению к лицу, которое его совершило. Человек как бы извлекает из себя нормы своего поведения, в себе, в глубине своей “души”, дает оценку своим действиям. С данной точки зрения человек, взятый отдельно, вне его отношений к другим людям, может руководствоваться нравственными правилами.
     Гусейнов  расматривал нравственность во взаимосвязи  с религией. Безрелигиозная нравственность действительно автономна, потому что она прежде всего зависит от самого человека. Религиозная мораль навязывает нормы, они приобретают характер постулатов, аксиом, которым необходимо следовать неуклонно и человек только тогда морален, когда следует этим нормам, причем в том контексте, который предлагает ему та или иная религия, конфессия6. Человек, нравственность которого не подчинена индивидуальным религиозным убеждениям имеет возможность реализовать свою свободу выбора. Религия этого выбора не дает. Она ограничивает этот выбор религиозными догматами которые и являются теми границами, в рамках которых только и разрешен выбор. Но за это выбор человек несет ответственность которая уже чуть ли не заранее расписана7.
     Существует  и компромиссная позиция в оценке нравственного регулирования. Согласно ей нормы морали имеют двоякую природу: одни имеют в виду самого индивида, другие—отношение индивида к обществу. Отсюда деление этики на индивидуальную и социальную.

     1.2. Нравственность  в жизни человека

     Нравственность  Современного общества основана на простых  принципах:
        Разрешено все, что не нарушает непосредственно прав других людей.
        Права всех людей равны.
     Моральные принципы по-разному работают в различных  исторических ситуациях, и задача науки - показать относительную истинность того, что обыденное сознание может считать абсолютным. Философия сегодня рассматривается как единство научного и вненаучного знания. Было бы ошибочно умалять и недооценивать форму научности, присущую философии, но философия включает и учения, не ориентированные на результаты научного исследования, а отражающие многообразие интересов и потребность различных культур, социальных групп, потому содержит и вненаучные компоненты. На наш взгляд, именно философия, в основе которой лежит научная рациональность, способна подвергать системному историческому анализу формирующиеся в культуре нравственные принципы, направлять их по правильному пути8.
     И все-таки многие размышляют над тем, возможно ли объединить науку, этику, образ  жизни человека, далекого от мира науки. Нам представляется интересной идея известного профессора философии нью-йоркского государственного университета в Буффало П. Куртца, автора более 30 книг, ведущего американского гуманиста. Он выдвигает идею секулярного гуманизма и создания соответствующих социальных институтов, которые бы решали проблемы развития широкого научного образования, в основе которого бы лежала способность критического мышления по отношению и к религиозной ортодоксии и к другим иррациональным претензиям, в том числе паранормальным и оккультным явлениям. Секулярные гуманисты ориентируют свою деятельность на развитие ответственного морального поведения, они верят в рациональный контроль желаний и устремлений. Для более широкого воздействия на общество секулярные гуманисты занимаются проблемами этического образования, прежде всего выработкой характера, в основе которого лежала бы забота о других людях: жертвенность, участие, терпимость и т.д. Куртц предлагает создавать и уже создал немало секулярных гуманистических центров, которые объединяют три компонента: секуляризм, гуманизм, науку. Это центры дружбы, поддержки, глубокого понимания человека.
     Но, как отмечает П. Куртц в своей новой работе "Искушение потусторонним", секулярный гуманизм до сих пор не смог завоевать широкого общественного признания. С ростом образованности населения была надежда, что место религиозности, парануки займёт зрелое научное мировоззрение, мораль, устанавливающая ответственность самих людей за мир, в котором они живут, социальная философия, основанная на естественном объяснении человеческой жизни. Но эти надежды не оправдались. Искушение трансцендентным, как основательно доказывает П.Куртц, скрывается в самом сердце человека. Оно постоянно существует, соблазняя людей картинами сверхъестественных реальностей, разрушая силу критического мышления и заставляя принять рационально необоснованные системы мифов. И все же человечество остро нуждается в том, чтобы восторжествовал новый адекватный эпохе философский, нравственный и научный взгляд9.
     Но  это может произойти только в  том случае, если место старых мифов  о спасении займут новые идеалы и  цели, в которых будет достаточно грандиозности и силы, чтобы они  могли вдохновлять и укреплять  величие человека, не аппелируя к  потустороннему. Для этого надо помочь человеку развить нравственные идеалы и добродетели, выдерживающие суровое испытание разумом.

2. Счастье как философская  категория

     2.1.  Эволюция взглядов  на счастье

     В корпусе философско-этической проблематики одно из виднейших мест по праву занимает проблема человеческого счастья. В реестре имен ярчайших звезд научной, философской и богословской мысли вряд ли можно обнаружить хотя бы одного мыслителя, который не высказался бы каким-либо образом на этот счет10.
     Действительно, со времени выделения философии, морали и религии в самостоятельные формы общественного сознания попытки осмысления феномена счастья стали неотъемлемым моментом рефлексии по поводу того, что является смыслообразующим началом человеческого бытия. Более того, довольно часто, во многих случаях тема счастья становилась даже лейтмотивом всей философской системы того или иного мыслителя.
     Многие  философы, учителя этики и религиозные  реформаторы древности были увлечены попытками вывести своего рода "формулы" счастья, найти рецепты его изготовления, указать пути к нему, алгоритмы его достижения. К сожалению, мы очень мало знаем о том, что думали древние мыслители по поводу того, каким должен быть человек, чтобы стать счастливым, и начинаем "открывать Америку" заново. Не лучше ли обратиться к опыту прошедших веков?11
     Анализ  большого числа сентенций великих  мира сего позволяет прийти к выводу о том, что стремление к счастью  генетически заложено в каждом человеке и составляет неотъемлемую часть  его природы. Осуществление же этого  стремления вручено человеку как дар его свободной воли.
     Итальянский мыслитель эпохи Возрождения  Пьетро Помпонацци (1462-1525) считал, что ...человеку естественно стремиться к счастью  и избегать несчастья...
     Французский философ, теолог, физик и математик  Блез Паскаль (1623-1662), стоявший у самых истоков философии Нового времени, выразил свои мысли на этот счет в следующем высказывании: Все люди стремятся к счастью — из этого правила нет исключений; способы у всех разные, но цель одна... Счастье — побудительный мотив любых поступков любого человека, даже того, кто собирается повеситься.12
     Людвиг  Фейербах (1804-1872), великий антрополог, представитель "золотого века" немецкой философской мысли, посвятивший  много сил познанию человеческой природы, утверждал, что ...где нет стремления к счастью, там нет и стремления вообще и что стремление к счастью — это стремление стремлений. По его мнению, первая обязанность человека заключается в том, чтобы сделать счастливым самого себя. Если ты сам счастлив, — говорил Фейербах, — то ты сделаешь счастливыми и других. Счастливый может видеть только счастливых кругом себя.
     Философское осмысление темы счастья нашло свое отражение и в русской литературе. Многие произведения русской прозы  и поэзии являются своеобразными  философскими сочинениями, облеченными в литературную форму. Выдающийся русский писатель В.Г. Короленко говорил, что общий закон жизни есть стремление к счастью и все более широкое его осуществление.13
     Таким образом, значимость в жизни того, что люди называют словом "счастье", вряд ли вообще можно ставить под сомнение, и чтобы осознать это, не обязательно быть выдающимся моралистом, философом, богословом. Само по себе стремление человека к счастью — явление более чем очевидное. Приведенные же выше высказывания относительно данного предмета понадобились нам для того, чтобы высветить антропологический корень этого стремления — само существо человеческой природы.

     2.2. Счастье как процесс

      Счастье часто связывают либо с процессом  достижения значимой цели, либо с его  результатом. Важно, конечно, и то, и другое, но индивидуальные характеристики различных людей часто определяют их "ставку" на что-то одно. Многие, например, горят нетерпением немедленно получить желаемый результат, всеми силами стремятся ускорить процесс достижения, негативно переживая любое его замедление. Другие, напротив, стараются затянуть процесс, поскольку (осознанно или бессознательно) боятся разочарования при достижении цели14.
      Действительно, предвкушение иногда оказывается приятнее осуществления, особенно для людей с развитым воображением. Кроме того, радость от реализации существенной для нас цели может быть омрачена слишком большими потерями на долгом пути к ней или отсутствием следующей цели, способной активизировать нашу жизненную энергию. Некоторые люди вообще не задумываются над стратегическими целями жизни (либо в силу примитивности своей духовной организации, либо из-за восприятия жизни как процесса, в котором постановка цели лишена смысла, и т.п.).15
      Выбор ориентации в этом вопросе - дело добровольное, однако нужно быть готовым принять последствия своего выбора, а они могут оказаться достаточно печальными. Определенной страховкой от будущих разочарований может служить хорошо продуманная "целевая иерархия", позволяющая создать смысло-жизненную перспективу. Тем не менее, как бы хитроумно не строили мы свою жизненную стратегию, избежать мучительных переживаний, горя и бед нам не дано. Как же соотносятся страдания и удовольствия в контексте проблемы счастья?
     Счастье всегда связано с ощущением необыкновенного подъема духовных и физических сил, стремлением к переживанию всей многомерности бытия, а состояние счастья прямо противоположно состоянию пассивности, равнодушия, инертности16.
     Правда  если понимать счастье лишь как чувство  удовлетворения, то придется признать равноценность любых переживаний удовлетворенности, а значит, и счастья: и в случае совершения добра, и в случае совершения зла. Поэтому существует множество «моделей» счастья — общепризнанных и личных, в рамках которых счастье соотносится с благом — с обладанием им или созиданием его. Однако и здесь «возможны варианты».
     В гуманистической этике существует мнение: для того чтобы человек  был счастлив, он должен не иметь, а  быть (Э. Фромм) — быть нравственно  автономной, самодостаточной личностью, отличающейся определенными моральными качествами. Поэтому счастье — это осуществление внутренней свободы, процесс реализации глубочайшего личного «хотения». Необходимые условия счастья:
     Объективные — удовлетворение основных жизненных  потребностей человека. Поэтому материальное благополучие и жизненный комфорт — еще не счастье, а лишь норма человеческого существования, условие счастья.
     Субъективны — внутренняя готовность и способность  личности к счастью — своего рода талант, в котором проявляется  глубина и яркость личности, ее внутренняя энергия. В конечном счете это — нормальное состояние человека. И поэтому отказ от счастья есть предательство личности, подавление в себе собственной индивидуальности, а утрата способности к счастью – показатель деградации личности, душевного хаоса, неспособности найти главную линию в жизни.
     Итак, для счастья необходимы следующие  условия:
    оптимальное удовлетворение материальных потребностей;
    самореализация личности через профессиональную деятельность и бескорыстное общение. Некоторые особенности и «законы» счастья
     Счастье можно обрести только в процессе самоосуществления, самореализации личности. Оно невозможно при пассивном  образе жизни.17
     Счастье не есть непрерывное состояние радости. В нем нельзя пребывать, как в  некоей «зоне непрекращающихся удовольствий». Это миг, «звездный час» человека, наиболее яркие точки его жизни.
     Предчувствие, предвкушение счастья, его ожидание часто значительнее, острее и ярче, чем его осуществление.
     Счастье существует только во взаимном общении, во взаимодействии людей. Им нельзя владеть, обособившись ото всех. Для счастья всегда нужны другие: только тогда, когда другие приобщены к «моему» счастью, а я к счастью других — только тогда счастье сохраняет свою полноценность, наполненность.

     2.3 .Счастье как владение

      Счастье можно рассматривать как сложное  взаимоотношение объективного и субъективного, которое имеет различные формы проявления. Любое индивидуальное представление о счастливой жизни, насколько бы своеобразным оно не было, не свободно от социальных влияний, накладывающих существенный отпечаток на всю систему ценностных ориентаций личности. Наличие социальной, т.е. объективной по отношению к индивиду, детерминации личностных представлений о счастье и их практической реализации не означает, конечно, фатальной предопределенности человеческой судьбы. Разные люди, как известно, по-разному ведут себя даже в сходных социальных условиях, проявляя способность (либо неспособность) к поддержанию    своей    личностной    автономии,    независимости. (Активный, волевой человек способен преодолеть даже неблагоприятное для него стечение обстоятельств, слабый же даже в относительно приличных условиях находит основания для сетований на судьбу).18
      Ответ на вопрос: "Может ли быть счастлив человек, личные интересы которого противоречат общественным?", - не так прост, как может показаться на первый взгляд. Опыт показывает, что эгоистическая ориентация только на собственные интересы, наиболее эффективно, как представляется индивиду, ведущая его к счастью, на самом деле уводит от него. Эгоцентризм - неверно выбранное направление жизнедеятельности, поэтому он опасен не только своими последствиями для других людей, но и наносит существенный вред своему "носителю". Удовлетворенность жизнью предполагает ее социальную значимость, связана с утверждением своего "я" в социальной связи. Для счастья, вероятно, необходимо жить "для себя" и вместе с тем жить "для других". Эта мысль хорошо выражена А.Толстым: "Счастье есть ощущение полноты физических и духовных сил в их общественном применении"19.
      Преодоление себя (негативных особенностей своей "природы") - способ самореализации личности, способ благодарный, но трудный, поэтому известная с давних пор истина (брать - значит терять, отдавать - значит приобретать) является ценностью далеко не для всех людей. Ориентация "на других" не должна, разумеется, становиться самоцелью, препятствующей сохранению индивидуальности и превращающей существование человека в непрерывное "самообуздание". Идеальный вариант - гармония объективного и субъективного, личного и общественного, однако даже при наличии такой установки в сознании Индивида вряд ли можно ожидать ее простого, безболезненного утверждения в практике. Различные варианты дисгармонии, препятствующие, как правило, достижению счастья, определяются, конечно, не только особенностями личности, но и неблагоприятными социальными обстоятельствами ее бытия. История этики, кстати говоря, оставила нам различные рекомендации по достижению счастья в условиях дестабилизированной среды20. Многие из них вполне актуальны сейчас. Принципиально и немедленно изменить их вряд ли возможно индивидуальными усилиями, а вот осознание их сути и определение в этом контексте своей жизненной позиции - задача достижимая. В любом случае очень важно ставить перед собой следующие вопросы: "Что я из себя представляю? Не являюсь ли я сам причиной своего несчастья?"

     2.4. Счастье как  переживание

      Счастье как эмоциональное переживание  чрезвычайно "многоцветно". Основываясь  на положительной (в целом) оценке человеком своей жизни, оно включает в себя разнообразные эмоциональные состояния, в том числе и отрицательные. Отождествление счастья с непрерывно длящимся    наслаждением   дезориентирует   человека,   установка   на "сплошное блаженство" (выраженная на современном молодежном сленге девизом "все - в кайф") искажает систему ценностей и порождает, как правило, разочарование жизнью.
      Погоня  за удовольствиями, в процессе которой  легко прививается моральный релятивизм и даже цинизм, приводит к пресыщению (если погоня оказывается "успешной") или к остро ощущаемой неудовлетворенности своим существованием (если нет возможности утолить жажду наслаждений). В любом случае человек, ориентированный подобным образом, оказывается не в состоянии противостоять неблагоприятным обстоятельствам, достойно переживать неминуемые огорчения и страдания.
      Сложность, противоречивость, многоаспектность человеческой жизни является основой разнообразия ее эмоционального восприятия, в котором причудливо переплетаются радость и грусть. "Изъять" страдание из жизни невозможно, поэтому стремление к счастью предполагает, вероятно, готовность к страданию, формирование правильного к нему отношения. Поскольку страдание многолико, нам позволительно классифицировать его, выделяя, например, деструктивное и конструктивное. Названия эти, возможно, не совсем удачны, но они позволяют поставить реальную проблему. В самом деле, деструктивное страдание разрушает самые важные для субъекта ценности, делает невозможной (на время или даже навсегда) положительную оценку им своей жизни. Конструктивное, напротив, может усиливать и обогащать ощущение счастья. Формы того и другого вида страдания и его мера существенно определяются индивидуальными особенностями. Тонко чувствующие, ранимые натуры, например, глубоко переживают малейшие нюансы в человеческих отношениях, непонятные и недоступные другим людям, с более грубой душевной организацией.
      Еще на заре становления этической рефлексии  мудрецы зафиксировали истину, выведенную из житейских наблюдений: избыток  удовольствий неизбежно приводит к страданию, а вот страдание от отсутствия удовольствия (правильно дозированное, конечно), воздержание дает возможность достигнуть впоследствии высшей степени наслаждения. Предвкушение удовольствия, отмечал Эпикур, способно облегчить наши страдания и даже, можем добавить мы, вызвать желание страдания. Последнее, правда, характерно для особо изощренных натур (примеры такого рода можно найти в произведениях Ф.Достоевского) и чревато  патологией: упоением страданием, культом страдания21.
      Кстати  говоря, физиологические исследования состояний остpoгo наслаждения показывают, что при нем в работу вовлекаются две системы: парасимпатическая, связанная с положительными эмоциями, и симпатическая, являющаяся одним из нервных коррелятов отрицательных эмоций22. Не случайно, поэтому, отрицательные эмоции (слабой степени интенсивности) могут оказаться притягательными для индивида, который стремится (чаще всего бессознательно) утолить свой "эмоциональный голод".
      Проблема  счастья, конечно, не исчерпывается обрисованными здесь аспектами. Нужно отметить, что у счастья есть определенные количественные, если можно так выразиться, параметры. В различные моменты своей жизни человек может чувствовать себя или очень счастливым, или абсолютно несчастным, или находиться где-то посредине между этими крайними состояниями. Даже "первое приближение" к изучению проблемы счастья позволяет нам увидеть, что понятие это обозначает чрезвычайно сложное, многогранное переживание, в котором в противоречивом единстве сплетаются тончайшие оттенки индивидуального мировосприятия. Тем не менее можно говорить и о некоторых основаниях этого индивидуализированного жизнеощущения или, другими словами, об условиях счастья.

     2.5. Стремление к  счастью

     Большинство людей, если не все, хотят быть счастливыми. Существуют вполне конкретные данные, подтверждающие этот тезис. Кинг и Нала (King & Napa, 1998) на двух выборках респондентов-американцев показали, что счастье и смысл жизни значат гораздо больше для «хорошей жизни», чем деньги, или нравственная добродетель, или даже возможность попасть в рай23 (обследования проводились на Среднем Западе). Хотя студенты не расценивали деньги как нечто важное, взрослые отмечали это как один из факторов благополучия. Скевингтон, Мак-Артур и Сомерсет (Skevington, MacArthur, & Somerset, 1997) изучили несколько фокус-групп в Англии и обнаружили, что счастье признается как важнейшая составляющая качества жизни — более значимая, чем, например, деньги, здоровье или сексуальная жизнь. Энтузиазм, вызываемый участием в лотереях и телевизионных шоу, где можно выиграть большую сумму денег, говорит о том, что многие люди верят в способность денег решить проблемы и сделать их счастливыми.24
     Иногда  можно услышать, что невозможно или  не нужно стремиться к счастью, что оно производное от усердного труда или каких-то иных аспектов хорошей жизни. С другой стороны, психологам удается ослаблять депрессию у человека, добиваясь того, чтобы сделать его счастливее. Позже мы обсудим, как можно осчастливить себя и других, да и все общество в целом.25
     Считается, что само понятие счастья весьма расплывчато и невразумительно. Но большинство людей отдает себе полный отчет в том, что это  такое. Когда проводились опросы на эту тему, оказалось, что под  счастьем люди подразумевают либо состояние, когда человек испытывает радость или другие позитивные эмоции, либо удовлетворенность жизнью26.
     Два указанных компонента часто изучаются  в различных исследованиях счастья, и мы увидим, что причины их несколько  разнятся. Достаточно часто рассматривается и еще одна составляющая — отсутствие депрессии, тревоги и других отрицательных эмоций27. Иногда в масштабных исследованиях счастье измеряется по ответам на один вопрос, но это привело к некоторым совершенно невероятным результатам, что особенно заметно, если сравнить данные, полученные в разных странах. Предпочтительнее было бы использовать более подробные шкалы. В главе 2 мы рассмотрим аспекты измерения счастья.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.