На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти готовые бесплатные и платные работы или заказать написание уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов по самым низким ценам. Добавив заявку на написание требуемой для вас работы, вы узнаете реальную стоимость ее выполнения.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Быстрая помощь студентам

 

Результат поиска


Наименование:


реферат Возможные сценарии развития России и их внешнеэкономические составляющие

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 25.06.2012. Сдан: 2011. Страниц: 4. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


ВОЗМОЖНЫЕ СЦЕНАРИИ РАЗВИТИЯ РОССИИ И ИХ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ
   Все, кто занимается исследованием будущего, ощущают недостатки частичных прогнозов и целесообразность комплексных оценок уровня общественного развития даже при проведении специализированных аналитикопрогнозных работ. Это касается и исследуемой нами проблематики, связанной со сценарными оценками внешнеэкономической стратегии России. В весьма обстоятельном научном докладе Б.Н. Кузыка и Ю.В. Яковца15, опирающемся на труды П. Сорокина, Н. Кондратьева и В. Леонтьева, подчеркивается, что учет человеческого фактора как такового сохраняет свою открытость для дальнейших исследований, поскольку «закономерности социогенетики (наследственности, изменчивости и отбора в динамике социально экономических систем) для большинства прогнозистов по прежнему остаются тайной за семью печатями. Между тем генетика выражает вершину познания любой отрасли науки, ядро и пределы происходящих и прогнозируемых в социальных системах перемен»16. Тем самым подтверждено, что наследие указанных ученых, прежде всего наиболее близко стоявшего к этой проблеме Н. Кондратьева, ждет своего дальнейшего развития. Не претендуя на специальное исследование социогенетических закономерностей в прогнозировании, попробуем, опираясь на них эмпирически, ответить на вопрос: Каким может быть будущее России?
   Над этим продолжают работать исследователи  как Российской академии наук, так  и других научных и политологических структур вне этой системы. При этом соревновательность позиций и оценок в отношении исходных положений и выводов дает богатейшую пищу для творческих размышлений и сопоставлений вариантного характера. Используя обширные наработки последних лет, мы для своего исследования остановили свой выбор на наиболее
близкой к этому по замыслу концепции и методике творческого коллектива под руководством Л.М. Григорьева17 в качестве отправной точки рассмотрения вопроса о будущем России. При этом данная проблематика нами рассматривается в развитии и корректируется с учетом того, что предвидение событий нереально, но вполне реальным является предвидение тенденций.
   Но  чтобы избежать технократических перекосов, которыми нередко грешат узкоспециализированные оценки, на первый план мы выдвигаем тезис, что первоочередным при социально экономическом прогнозировании является вопрос: в какой человеческой среде могут развертываться основные варианты событий. Это исходная посылка социогенетики, поскольку от нее зависит реакция на те или иные варианты принимаемых правительством решений и, следовательно, выбор из них наиболее осуществимых без серьезного нарушения стабильности развития, чего уже на генетическом уровне панически опасается большинство российского населения (память трех поколений ХХ в.).
   Так, наиболее активной возрастной прослойкой в 30$е гг. ХХI в. станут люди, рожденные в 1990$х — начале 2000 гг. Следует ожидать, что произойдет их гораздо более глубокое расслоение, в том числе не только по доходам, но и в рамках социальной стратиграфии, вследствие того, что часть поколения вырастет из среды беспризорников и детей из неблагополучных семей, и путь их в ряды среднего класса будет весьма тернист. То же касается соблюдения баланса интересов и стабильности в обществе. Главная задача здесь, образно говоря, — своевременно перебрасывать «мяч дискуссии» на сторону общественности с целью выяснения господствующих настроений. В этой связи в механизм регулирования общественных отношений и была встроена Общественная палата.
   В рамках разработки альтернативных вариантов  стратегических решений коллектив  указанных экономистов под названием «Сигма» разработал четыре сценария стратегии.
 

2.1. Стратегия «рантье»

   Суть  данной стратегии сводится к централизации  и перераспределению ренты от природных ресурсов через государственный  бюджет (главным образом в форме  социальных трансфертов) с целью улучшения материального компонента жизнедеятельности граждан. Данный вариант предполагает увеличение обслуживаемых социальных обязательств государства и увеличение государственных расходов (в том числе на социальные нужды и государственное управление) в процентном отношении к ВВП.
   Источником  средств выступают доходы, получаемые от экспорта первичных ресурсов — как текущие, так и накопленные. Поскольку основные бенефициары социальной политики — нетрудоспособные граждане и работники бюджетной сферы, наиболее пострадавшие в ходе трансформационного спада 90х гг. ХХ в. — движение в этом направлении получит поддержку власти этими слоями населения и укрепит социальную стабильность в первых двух десятилетия текущего столетия.
   Этот  вариант может быть активно использован в среднесрочный период, который потребуется для становления пока еще слабого среднего класса. Активная перераспределительная политика государства должна обеспечить повышение жизненного уровня низкодоходных групп граждан, но при этом сохранится вечный для современной России вопрос о социальном неравенстве, о воспроизводстве которого мы уже упоминали.
   Вместе  с тем повышение доходов малообеспеченных групп населения увеличит внутренний спрос на отечественные товары, даст импульс к развитию отраслей потребительского сектора, прежде всего малого и среднего бизнеса, и при сохранении нынешнего спроса в мире на естественные ресурсы в обозримом периоде не содержит угроз для внутренней стабилизации, хотя и не сулит особых инновационных прорывов без принятия специальных мер.
 

2.2. Стратегия мобилизации

   Суть  этой стратегии сводится к масштабному  перераспределению государством финансовых ресурсов и концентрацииих на отобранных приоритетных направлениях (инфраструктура, энергетика, высокотехнологичное машиностроение, нано и биотехнологии и т.п.). Базовыми секторами донорами в рамках этой стратегии для рассматриваемого периода явятся добыча углеводородного сырья, металлургия и оборонно промышленный комплекс.
   Перераспределение ресурсов в секторы, объявленные приоритетными, неизбежно будет означать относительное сокращение средств, направляемых на рост реальных доходов населения, занятого в бюджетном секторе, а также неработающих граждан.
   Обращение к рассматриваемой стратегии  вряд ли может стать произвольным во имя реализации указанных приоритетов. Оно может сложиться при неблагоприятной геополитической обстановке (ощутимая внешняя изоляция России) и серьезных внутриполитических осложнениях, заставляющих искать явно выраженную поддержку силовых структур.
   К ключевым способам достижения результатов  в данной стратегии можно отнести не только высокий уровень вмешательства государства в хозяйственную жизнь, но и доминирование в экономике государственных корпораций, ответственных за отдельные «направления прорыва» (государственное предпринимательство), а также государственно частное партнерство в форме полупринудительной ориентации частного бизнеса на достижение сформулированных государством приоритетов на условиях, установленных последним.
 

2.3. Стратегия инерции

   По  мнению экономистов «Сигмы» инерционный  сценарий представляет собой тактическое  маневрирование между группами интересов, у которых достигнутая экономическая  стабильность имеет приоритет над  дальнейшим развитием. В рамках инерционного варианта задачи повышения уровня благосостояния и сокращения социального неравенства решаются по мере их обострения (в режиме «тушения пожаров») без систематического использования механизмов раннего предупреждения и реагирования. В результате социальная стабильность достигается путем разовых решений.
   Инерционный вариант основан на сознательном уходе от радикальных экономических изменений и социальных инноваций, трактуемых политическими и экономическими элитами как «нежелательная дестабилизация». Особенностью данного сценария является отсутствие резких изменений в положении всех групп и слоев населения при стремлении создать позитивные синхронные изменения для всех их одновременно.
 

2.4. Стратегия модернизации

   Складывается  впечатление, что наибольшие симпатии у группы «Сигма» вызывает наиболее подробно разработанная ею модернизационная стратегия, в которой содержатся подробные рекомендации по комплексным институциональным преобразованиям общества, государства и экономики. Таким образом эта стратегия как бы поднастроена на реализацию многих уже озвученных или подготовленных к озвучению задач политического тандема Путина и Медведева. Весьма важным является один из тезисов о препятствиях I
для реализации модернизационной стратегии, а именно разнонаправленность интересов  основных общественных групп. Результаты проводимых в последние годы социологических исследований неизменно показывают, что интересы ключевых групп российского общества крайне дифференцированы и часто противоречивы. Даже в рамках одной группы наблюдается значительная неоднородность интересов (например, бедные слои населения и региональные элиты в «богатых» и «бедных» регионах внутри них могут иметь абсолютно взаимно противоречивые мотивы поведения).
   В связи с этим жизнеспособность различных  сценариев, выдвинутых группой Л.М. Григорьева в качестве вариантов выбора для будущего руководства страны, будет зависеть от степени поддержки со стороны различных социальных групп, которые по превалирующим в них тенденциям к предпочтению можно условно подразделить на сторонников таких стратегий, как стратегия «страны рантье» (1), «мобилизационной стратегии» (2), «стратегии инерции» (3) и «стратегии модернизации» (4), и, естественно, от способности их к самоорганизации.
   Рост  равнодушия и безразличия к политическим лозунгам, наблюдаемый в последние годы в массовом порядке в российском обществе, приведет постепенно к тому, что три основных социальных слоя будут концентрироваться не столько вокруг партийных программ, сколько вокруг предвыборных платформ тех или иных социально политических течений (движений), выколачивая из них обязательства по важным для этих слоев законодательным инициативам. Это будет означать, что активность политических партий в межвыборный период будет затухать, ограничиваясь аналитической и идеологической работой, резко активизируясь в предвыборные периоды для создания межпартийных коалиций.
   Стратегия «рантье», вероятно, в наибольшей степени  будет востребована семьями, где  существенную роль играют доходы пенсионеров и инвалидов и различные пособия на детей. Эти люди в большинстве относятся к нижней цедильной группе, а ее существование будет вечным, меняться будут лишь подушевые количественные критерии потребления. Указанная прослойка может рассчитывать на постоянную поддержку духовенства различных конфессий.
   Мобилизационная стратегия, видимо, будет соответствовать  представлениям о развитии экономики  и государства среди низкоквалифицированных работников, в части армейской среды и рядовых гражданских служащих, особенно региональных учреждений (субъектов федерации и муниципалитетов), а также большинства работников государственных унитарных предприятий.
   Стратегия инерции может найти сторонников  прежде всего среди представителей топливно сырьевого бизнеса, начиная от рядовых работников добывающих и перерабатывающих отраслей и завершая корпусом менеджеров в этих и сопутствующих отраслях (банковские и страховые компании). Это касается также компаний в продовольственном, торговом и строительном комплексах, где сравнительно высока доля иностранного капитала. По своему финансовому влиянию это наиболее мощный слой общественных сил.
   Стратегия модернизации найдет сторонников среди  нестоль многочисленных, но весьма влияющих на общественное мнение групп  населения, в том числе ученых, конструкторов, преподавателей вузов  и учителей школ, квалифицированного лечебного персонала и служащих силовых структур, имеющих дело с применением высоких технологий, выступающих зачастую в качестве экспертов общественных институтов. Поддержка им может быть оказана частью студенчества, работниками предприятий ВПК и той частью работников аграрного сектора, которые осознают необходимость коренных преобразований в своей отрасли. Главная проблема в реализации данной стратегии — построить такую схему перераспределения финансовых потоков, которая бы устраивала и сторонников других стратегий.
 

2.5. Вариантные сценарии места России и ее статуса в глобальном сообществе

   Эти сценарии вряд ли в данном контексте  целесообразно рассматривать самостоятельно, хотя, например, это может быть предметом подготовки внешнеэкономической стратегии. Все они становятся производными от выбора того или иного сценария развития российского общества в целом и не могут быть предложены (навязаны) ему вне связи с наиболее вероятными общественными процессами. Так, при сценарии «рантье» явный упор будет сделан на расширение экспорта природных ресурсов. Это совсем не означает отставания в развитии производительных сил. При сужении специализации в международном разделении труда имеется возможность сконцентрировать финансовые и материальные средствана развитии поиска, разведки, добычи и переработки возобновляемых и невозобновляемых природных ресурсов, в том числе и на основе высоких технологий. Конечно, есть риск зависимости от внешней нефте газовой конъюнктуры, но он существует и в странах, специализированных на продукции обрабатывающих отраслей. К тому же не исчерпанные резервы роста экспорта у России имеются в лесном хозяйстве и рыболовстве. Следовательно это вариант, как показывает опыт Канады, Австралии, Новой Зеландии, имеет право на существование.
   Мало  чем во внешнеэкономической сфере  может отличаться от предыдущего  инерционный сценарий. Возможно он будет иметь большую ориентированность на традиционные связи с Евросоюзом, чем с другими геоэкономическими направлениями. В то же время этот сценарий, исходя из складывающихся тенденций, может стать для России в перспективе весьма конфликтоемким.
   Мобилизационный сценарий отражает линию на усиление государственного вмешательства во внешнеэкономическую политику. Он может  быть связан с реализацией крупномасштабных проектов (международные транспортные коридоры, инфраструктура для кроссполярных полетов и арктических навигаций, переоснащение армий дружественных стран новой военной техникой, освоение космоса и мирового океана).
   Модернизационный  сценарий во внешнеэкономической стратегии также может иметь производный характер от своего базового сценария и в нем найдут наиболее емкое выражение внешние связи, опирающиеся на интеллект и научно технический потенциал российского сообщества и результаты сотрудничества в данной области с другими странами.
   В любом случае выбор государственным  руководством России того или иного сценария или же их сочетаний будет зависеть не столько от личных воззрений, сколько от надежности материальных и финансовых ресурсов по их реализации и ожиданий большинства общества. Последние также имеют количественные оценки на основе опросов общественного мнения.
   Теперь  о главных финансовых источниках экономической трансформации. Россия по сравнению с другими странами и даже континентами располагает огромными преимуществами в запасах основных видов природных ресурсов в расчете на душу населения. Об этом свидетельствует нижеследующая таблица, приводимая из книги академика Д.С. Львова.
Таблица 1
Запасы  основных видов природных ресурсов в расчете на душу населения
Страны  и континенты Нефть с учетом конденсата, т на на чел. Приро дный газ
тыс. т 
на чел.
Уголь, т на чел. Желез ная руда
т на чел.
Пашня, га на
чел
Пресная вода,
тыс. м3
на чел.
Лес, га   на чел.
Россия 141,58 32,2 1 364,5 388,7 0,86 28 6,11
Европа 4,06 1,8 86,4 52,0 0,29 4,9 0,23
Азия 27,09 17,0 131,3 8,5 0,13 3,7 0,10
Африка 13,17 11,9 167,3 28,3 0,22 4,8 0,55
Северная Америка
34,16 28,0 1 724,8 94,2 0,65 14,6 1,31
Южная и Центральная  Америка
26,8 13,0 49,6 42,0 1,18 40,7 2,98
Австралия и Океания 19,0 20,9 393,3 624,7 2,26   30,83 2,23
Всего в мире 26,1 23,5 244,6 36,1 0,24 7,42 0,96
 
   Поэтому сама постановка вопроса о переходе России от сырьевого к интеллектуальному будущему19, получившая широкое распространение в российской политологической литературе, на наш взгляд, не вполне корректна, ибо она теоретически отметает возможность и необходимость опоры на одну из наиболее весомых составляющих конкурентных преимуществ нашей страны в международном разделении труда, а практически в обозримый период трудно реализуема с учетом огромных долговременных обязательств о поставках нефти и газа перед другими странами.
   Пока  существует длительный и стабильный спрос на эти ресурсы, мы должны активно использовать его, подобно Норвегии, для получения доходов, направляемых на рост жизненного уровня населения и техническое переоснащение экономики на основе закупок технологий и оборудования для перехода к новым технологическим укладам. Другое дело, что возникла угроза отставания в динамике выполнения наших долговременных обязательств передстранами ЕвроАтлантического блока и АТР из$за слабого освоения шельфа и отдаленных северовосточных районов.
   «Конечно, — отмечает известный российский политолог К.В. Симонов, специализирующийся на глобальной энергетической проблематике, — идеальный выход из сложившейся ситуации для России — резко нарастить производство углеводородов, чтобы иметь возможность поставлять их на все ключевые региональные рынки. Но реальность может оказаться более жесткой... Нельзя исключать, что российских нефти и газа на всех просто не хватит». Для такой оценки, на наш взгляд, имеются самые серьезные основания.
     Прежде всего это существенное отставание динамики прироста запасов добычи нефти и газа, которые сегодня и в обозримой перспективе остаются главным экспортным ресурсом России, от динамики добычи. Как отмечалось на научной сессии Общего собрания РАН в декабре 2005 г., начиная с 1993 г. детальная разведка новых запасов нефти и газа не восполняет их добычу.21 Более чем в 2 раза были уменьшены объемы глубокого параметрического, поискового и разведочного бурения — с 4,5 млн куб. м до 1,2 млн в 2003 г. Резко сократились научноисследовательские, геофизические, геологические и геохимические работы, а также поиски новых перспективных объектов. К тому же за эти годы, без серьезных обоснований, в погоне за высокой рентабельностью было изъято из государственного баланса (списано) более 5 млрд т разведанных запасов нефти, на подготовку которых затрачены огромные средства. Несмотря на все более широкое привлечение зарубежных геофизических, буровых других так называемых «сервисных» инжиниринговых фирм, на весьма низком уровне остаются вложения в технологию. Так, инвестиции в основной капитал на 1 т добытой нефти в ведущих российских кампаниях ТЭКа в 2 раза меньше, чем в зарубежных компаниях.22 Согласно оценкам Министерства промышленности и энергетики России, заполнение второго этапа нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан (ВСТО) потребует расходов на геологоразведку в размере 102 млрд долл.
   С учетом того, что ресурсная база нефти и газа в нашей стране сегодня все же находится под жестким контролем государства, а акционерные общества по добыче и переработке также подвержены контролю с его стороны, если речь идет о способах расчета за поставки оборудования и техническое содействие, было бы целесообразно рассмотреть возможности привлечения зарубежных специализированных фирм (норвежских и др.) к широкому сотрудничеству в данной области. Это вполне вписывается в рамки глобальной энергобезопасности, которая по инициативе российской стороны стала ведущей темой саммита «восьмерки» 2006 г. Продолжить эту линию в рамках экономической дипломатии (зондажа в отношении потенциальных участников), а затем перевести ее в21. плоскость разработки конкретных программ, проектов и соглашений под руководством соответствующих федеральных служб настоятельно необходимо, иначе Россия не справится со своими обязательствами по поставкам указанных ресурсов ни в западном, ни в восточном геоэкономических направлениях. И дело даже не в объемах финансирования, поскольку Россия перенасыщена сегодня финансовыми ресурсами, а в быстром наверстывании накопившегося за 15 лет отставания российских геологопоисковых и геологоразведочных служб в методах, оборудовании и сопутствующей инфраструктуре с помощью авторитетных западных фирм (прежде всего норвежских, канадских и австралийских). Особенно это касается шельфа северных морей российской части Арктики и других труднодоступных газо и нефтеперспективых районов.
   Что касается использования фирм из северозападной части АТР (Китай, Япония, Тайвань, Южная  Корея, северозапад Канады, Аляска), то здесь просматривается возможность  их специального, по особым соглашениям, привлечения к работе по месторождениям Якутии и Чукотки, где имеются признаки наличия существенных запасов углеводородного сырья. К тому же указанные регионы ДФО России особенно нуждаются в развитии современной транспортной инфраструктуры и практическом осуществлении проекта межконтинентального сообщения через Берингов пролив.
   Если  же Россия не сможет инвестировать  в самое ближайшее время огромные финансовые ресурсы в перспективные  проекты извлечения углеводородов, то тогда, как пишет К. Симонов, нам придется делать выбор между Западом и Востоком. И этот выбор может быть весьма принципиальным для российского государства.
   За  последние 15 лет внешнеэкономическая  политика России претерпела серьезные  изменения. Унаследованные от СССР великодержавные  амбиции, натолкнувшись на постсоветские реалии и оценки мирового сообщества, быстро сменились переориентацией российского руководства на западные стратегические ценности.Большое влияние при этом оказало падение курса рубля к доллару и последовавший в 1998 г. дефолт, которые в глазах россиян и всего зарубежья привели по сути к обесценению всех показателей российской экономики, кроме объемов экспорта и импорта.
   Для этого периода были особенно характерны снижение внимания к обеспечению национальной экономической безопасности, что нашло отражение: в принятии ряда законодательных и подзаконных актов в интересах зарубежных партнеров, но в ущерб России; отсутствии какой-либо внешнеэкономической стратегии, кроме экспорта топлива; полной идентификации вывоза (экспорта) капитала с его бегством; резком переносе центра тяжести связей на европейском направлении с ЦВЕ на страны Западной Европы (геополитический просчет). Подражание западным эталонам оценки эффективности национальных внешнеэкономических связей привело к некритическому восприятию рейтингов Всемирного экономического форума и других западных институтов, которые среди других стран ставят Россию на 50$е — 60$е места. Лишь с 2002 г. российская официальная статистика прекратила их публикацию как недостаточно достоверных. В связи с вышеизложенным представляется необходимым усилить аргументацию целесообразных шагов при выстраивании стратегических ориентиров внешнеэкономической политики на длительную перспективу. И прежде всего это касается опережения темпов роста экспорта по сравнению с динамикой ВВП.
   По  мнению ряда западных экспертов и  политологов, на долговременную перспективу у России есть ряд объективных проблем, диктуемых особенностями ее положения. Ситуация, когда 2,5% населения земного шара владеют 14% суши и примерно 50% природных ресурсов, по их мнению, противоестественна и с течением времени будет растущим раздражителем для внешнего мира и источником широкого спектра постоянных угроз и беспокойств для самой РФ, причем эти опасности могут обыгрываться извне во многих интересах и целях.25 При этом возникает альтернатива либо самим поделиться имеющимися территориальными и природными ресурсами цивилизационным путем, сделав их международным достоянием, либо повысить свой международный престиж иным способом, — заметно увеличив долю своей экономики в мировом экспорте. Так, чтобы с Россией считались как с мировой державой, ее суммарный экспорт (товары, услуги, инвестиции) должен быть увеличен примерно впятеро. Но, даже по теоретическим оценкам, это достижимо не ранее 2030 г.
   В этих условиях первостепенное значение имеет наращивание экспортного потенциала нашей страны как основного фактора приобретения реального статуса мировой державы по мирохозяйственным критериям. Это означает постепенный рост совокупного объема экспорта наиболее значимых видов товаров, услуг и инвестиций впятеро к уровню 2005 г. с тем, чтобы основные их виды занимали около 10% мирового экспорта. В настоящее время превышение этого показателя свойственно только для нефти и газа, что и характеризует Россию как гегемона лишь в области экспорта углеводородов. В то же время имеются ощутимые резервы для движения в отмеченном направлении по ряду товаров: более глубокой переработки (например, алюминиевые сплавы и полуфабрикаты), оборудования для атомной промышленности, авиакосмического оборудования, различных плавсредств, энергетического оборудования, исследовательских приборов (все насыщены высокими технологиями), некоторых видов услуг (ГЛОНАСС, космический мониторинг окружающей среды, новые средства транспорта); по техническому содействию развивающимся странам в поиске, разведке и создании мощностей по добыче и переработке природных ресурсов с учетом высоких экологических требований.
   По  оценкам ЦВЭИ ИЭ РАН увеличение экспорта впятеро будет означать сумму 1 341 млрд долл. в ценах 2005 г. Среднегодовой темп роста за 2006—2015 гг. (10 лет) составит 6,8%. Рост впятеро может быть достигнут при таком темпе за 22 года, т.е. к 2030 г. В 2015 г. вероятно будет достигнуто чуть более половины этого уровня, причем в значительной степени за счет внутренней структурной перестройки в составе товаров и услуг в пользу более наукоемких и, соответственно, более дорогостоящих.
   В связи с этим заслуживает внимания иная постановка вопроса: как нарастить  экспортные ресурсы нефти и газа за счет разумного сокращения их потребления внутри страны и замещения этого сокращения рядом других, в том числе нетрадиционных энергоресурсов (наряду с углем малая и среднемасштабная гидроэнергетика без затопления пойм, плавучие АЭС, размещаемые по периметру морей Северного Ледовитого океана и на крупных сибирских реках близ новых очагов освоения природных ресурсов севера Сибири и Дальнего Востока, производство биотоплива на основе технологий зарубежных стран (Бразилия), размещение установок по преобразованию энергии ветра и солнца в электрическую в небольших сельских поселениях, что также широко распространено за рубежом).
   Таким образом мы как бы убиваем сразу  двух зайцев. Во первых, сокращаем нашу национальную технологическую зависимость от потребления нефтегазовых ресурсов и внешнего ценового давления на отечественных потребителей. Во-вторых, открываются более широкие возможности для национальной науки и техники по освоению лучших образцов зарубежных технологий и созданию собственных в такой важнейшей области современного развития как снижение энергоемкости производства и общественной жизни в целом за счет перехода, в основном, на возобновляемые источники энергии. Одновременно решаются такие важные для России задачи, как улучшение экологии и снижение региональных и межрегиональных транспортных расходов. Такой подход может кардинально изменить представление в мире о нашей стране как о вечном топливно-сырьевом придатке остальной части планеты, поскольку происходит четкое разделение в развитии российского ТЭК на два направления — экспортное и обеспечивающее национальные потребности. Если раньше мы жаловались на рост без развития, характерный для начала 2000 гг., то не пора ли в новых условиях поставить задачу качественного развития с минимальным ростом, осознанно сохраняющим ноосферу.
   Тогда можно более осмысленно рассматривать  и другие вопросы, связанные с участием России в процессе глобализации и регионализации. Среди них: основные критерии участия России в международном разделении труда — доля в общемировом объеме ВВП, доля в мировом экспорте важнейших изделий и видов услуг (свыше 2,25% в течение двух лет подряд), инновационная емкость экспортных товаров; оценки Всемирного экономического форума в отношении России как критерий ее цивилизационного уровня на сегодня; возможности изменений критерия в перспективе; региональная сбалансированность геоэкономических и геополитических направлений связей как средство избежания стратегических конфронтации в будущем мире и обеспечения национально государственной безопасности.
   В этой связи было бы весьма важно проведение систематических анализов сопоставительного характера на тему: какой хотели бы видеть Россию ее граждане, ближайшие соседи и международные политические блоки.


и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.