На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Реферат Анализ проблемы ближневосточного урегулирования в контексте отношений России и Соединенных Штатов Америки. Признание прав двух этнических общностей, проживавших в Палестине - евреев и арабов. Этапы советско-американских переговоров, позиции сторон.

Информация:

Тип работы: Реферат. Предмет: Междун. отношения. Добавлен: 03.01.2011. Сдан: 2011. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


3

Ближний восток в политике США и России на современном этапе

При анализе проблемы ближневосточного урегулирования в контексте российских отношений с США сразу же возникает вопрос: когда и в силу каких причин появлялись условия для конструктивного сотрудничества Москвы и Вашингтона в целях разрешения кризиса в этом регионе? Возможно ли такое сотрудничество в настоящее время и может ли оно помочь в поисках решения конфликтной ситуации на Ближнем Востоке в будущем?

До распада Советского Союза такое сотрудничество или, как минимум, параллельные действия наших стран на Ближнем Востоке, несмотря на их жесткое противоборство в годы "холодной войны", время от времени имели место, хотя и были весьма редкими. Интересно рассмотреть - не только в исторической ретроспективе, но и с позиций сегодняшнего дня, что лежало в основе действий руководства наших стран, направленных на сближение или даже согласование позиций по различным аспектам - нередко ключевым - положения на Ближнем Востоке, на разрешение кризисных ситуаций в этом регионе, зачастую создававших угрозу всеобщему миру, в негативном плане воздействовавших на мировую политическую атмосферу и вынуждавших Москву и Вашингтон подчас действовать "на грани фола".

Наша страна, равно как и Соединенные Штаты, обычно исходили из необходимости признания прав двух основных этнических общностей, проживавших в Палестине - евреев и арабов, - на создание ими собственных независимых государств.

В резко осложнившейся после "шестидневной войны" 1967 г. обстановке на Ближнем Востоке, когда под израильский военный и административный контроль попали многие исконно арабские территории, также предпринимались попытки наших стран выработать совместный подход к решению всего комплекса ближневосточного урегулирования. Серьезным осложняющим моментом в тот период был категорический отказ арабских стран от признания в какой-либо форме Государства Израиль; по сути дела этот отказ явился причиной безрезультатности V специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, созванной по нашему предложению для рассмотрения ситуации, возникшей на Ближнем Востоке в результате "шестидневной войны".

После единодушного одобрения Советом безопасности резолюции 242 от 22 ноября 1967 г. состоялось несколько раундов советско-американских переговоров, на которых рассматривались пути возможного выполнения этой резолюции.

Переговоры проходили в достаточно сложной для обеих стран обстановке. Для США она была сложной потому, что главной внешнеполитической заботой Вашингтона оставался вьетнамский конфликт, а для нас потому, что в конце 60-х - начале 70-х годов постоянно росла напряженность в советско-китайских отношениях, подчас принимавшая крайне опасные формы.

Советская позиция в тот период определялась "египтоцентризмом" нашего ближневосточного курса, который далеко не всегда был логичным (например, в вопросах признания Израиля - "незаконного сионистского образования", по официальной арабской терминологии, проведения прямых арабо-израильских переговоров и т.п.) Со временем "египтоцентризм" нашей политики на Ближнем востоке (замечу попутно, что в применении к нашей стране правильнее говорить о "политике на Ближнем востоке", чем о "ближневосточной политике", поскольку, таковой по существу, никогда не было) сменился "сириецентризмом", а затем, когда российскую дипломатию возглавил Козырев, - и "американоцентризмом".

В ходе советско-американских консультаций представители США уже тогда выдвинули довольно развернутое предложение по решению проблемы палестинских беженцев. В "13 пунктах США" говорилось, в частности, что для справедливого разрешения проблемы беженцев "необходимо определить и согласиться на процедуры и условия, при которых происходили бы репатриация и расселение (беженцев), а также на общее число лиц, подлежащих репатриации". Выдвигая такое предложение, представители США преследовали две цели - заранее снять остроту выходившей на передний план палестинской проблемы и откровенно затянуть решение вопроса о беженцах, что полностью отвечало бы интересам Израиля. Его позиция была четко сформулирована А. Эбаном: "Суверенное право решать Израилю, в какой мере он должен содействовать разрешению проблемы беженцев".

Позиция нашей страны в этом вопросе определялась известным положением резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 194/III от 11 декабря 1948 г., в которой говорилось: "беженцам, желающим вернуться к своим очагам и мирной жизни со своими соседями, такая возможность должна быть предоставлена в кратчайший срок, с уплатой компенсации за имущество тех, кто предпочтет не возвращаться, и за пропажу и ущерб имущества, каковые должны быть компенсированы соответствующими правительствами или властями, согласно принципам международного права"5.

У меня, как у непосредственного участника указанных советско-американских консультаций, уже тогда сложилось впечатление об их оторванности от жизни, об их некоем излишнем "академизме". В тот период продолжалась египетско-израильская "война на истощение", ежедневно велись длительные артиллерийские дуэли, заметно активизировалась вооруженная и политическая борьба палестинцев за свои попранные права, усиливались израильские "акты возмездия", что ежедневно приводило к человеческим жертвам и разрушению материальных ценностей. Но все это было как бы фоном, невидимым подтекстом вполне дружественных бесед неких сытых, хорошо выглядевших "Авгуров", которых отделяли от места событий, о которых они вели свои неторопливые беседы, тысячи и тысячи километров.

Американская сторона в ходе указанных консультаций возражала против создания демилитаризованных зон по обе стороны арабо-израильских границ, аргументируя свои соображения недостаточной для организации таких зон глубиной израильской территории. Действительно, в районе так называемая Латрунского выступа от иордано-израильской границы до израильского побережья Средиземного моря - всего 12 миль.

Явно по согласованию с израильской стороной американцы предлагали включить еще один пункт в совместный рабочий документ: "Окончательная договоренность будет предусматривать, что реальное нарушение этой договоренности одной стороной дает право другой стороне использовать это нарушение в качестве основания для прекращения выполнения этой договоренности в целом или в отдельной ее части до тех пор, пока нарушение не будет исправлено".

Американцы в ходе двусторонних консультаций всячески вели дело к выработке сокращенного документа, откровенно пытаясь переложить разработку некоторых его положений на стороны конфликта, подведя их к пониманию важности и необходимости непосредственных, прямых переговоров между ними. Нормальная логика говорила, безусловно, в пользу прямых переговоров. Но слишком свежими и болезненными были для арабов воспоминания о недавнем военном поражении в "шестидневной войне", слишком велика была степень упоминавшегося выше "египтоцентризма" в нашем подходе ко всем аспектам урегулирования, чтобы можно было легко поломать устоявшийся и, скажем откровенно, мешавший делу стереотип о нежелательности прямых арабо-израильских переговоров; руководством к действию для нас служила в этом вопросе четкая формулировка, высказанная (естественно, после согласования с Москвой) послом А.Ф. Добрыниным: "Относительно формы обмена мнениями между арабскими странами и Израилем Советское правительство исходит из того, что точки зрения сторон должны доводиться до взаимного сведения через посла Ярринга. Постановка же вопроса о прямых переговорах может лишь осложнить достижение урегулирования"6.

Конфиденциальные советско-американские переговоры весной, летом и осенью 1969 г. попеременно в Москве и Вашингтоне оказали определенное воздействие на американскую сторону, активность которой в деле поисков сбалансированного ближневосточного урегулирования в дальнейшем на некоторое время заметно усилилась. Конечно, вряд ли есть смысл переоценивать значение этих переговоров в плане подталкивания Вашингтона на некие новые инициативы - побудительных мотивов здесь вполне хватало. Несмотря на безрезультатность, эти переговоры, несомненно, сыграли позитивную роль, они убедили американских представителей в высокой степени советско-египетского согласия по ключевым аспектам ближневосточного урегулирования. Кто бы мог тогда подумать, что меньше чем через год не станет Насера, начнется период явного охлаждения советско-египетских отношений, а США в конечном итоге станут практически единственными посредниками в отношениях между Египтом и Израилем.

В декабре 1969 г., все еще находясь под влиянием только что закончившихся советско-американских конфиденциальных переговоров, США выступили с так называемым планом Роджерса, названным по имени тогдашнего государственного секретаря. Выступая 9 декабря 1969 г. в вашингтонском отеле "Шератон-парк", Роджерс изложил некоторые соображения республиканской администрации по вопросам ближневосточного урегулирования7. Констатировав, что "призывать к выводу израильских войск, как предусмотрено в резолюции 242 (Совета Безопасности), без достижения соглашения о мире означало бы быть на стороне арабов, а призывать арабов к миру без вывода израильских войск означало бы быть на стороне Израиля", государственный секретарь ратовал за взвешенный, сбалансированный подход. С этой целью он попытался сформулировать некоторые общие принципы ближневосточного урегулирования. В вопросе установления мира между сторонами Роджерс справедливо указывал, что "мирное соглашение между сторонами должно основываться на ясно и открыто провозглашенных ими намерениях и готовности внести существенные перемены в позиции и условия, характерные сегодня для Ближнего Востока". Отметив, что "США - не сторонник экспансионизма, он подчеркнул: "Хотя признанные политические границы должны быть установлены и согласованы между сторонами, всякие изменения в ранее существовавших линиях не должны отражать результаты захвата и должны ограничиваться несущественными изменениями, требуемыми интересами взаимной безопасности". Характеризуя общую обстановку на Ближнем Востоке, Роджерс заверил, что США "готовы действовать вместе с другими в этом районе и во всем мире, пока и если другие действительно стремятся к той цели, к какой стремимся мы: к справедливому и прочному миру".

Прежде чем принять решение о согласии с планом Роджерса, покойный Насер проконсультировался с советским руководством. Если бы в Москве считали, что все, исходящее от Соединенных Штатов - зло, то у нашей страны в тот период было достаточно возможностей и надежных способов, чтобы сорвать принятие Египтом этого американского плана. Но Москва подчеркнуто не пошла по такому примитивно-конфронтационному пути; мы всегда исходили из того, что любые шаги, направленные на уменьшение опасной напряженности на Ближнем Востоке, как-то приближающие достижение ближневосточного урегулирования на сбалансированной основе, не должны отвергаться "с порога", откуда бы они не исходили.

Кратковременное сближение позиций Советского Союза и США, имевшее место на базе одобрения обеими странами резолюции 242, сменилось длительным периодом откровенного дипломатического маневрирования, во время которого Москва и Вашингтон внимательно следили за "ходами" друг друга и проявляли откровенную "ревность", если кто-то из них получал хоть малейшую возможность "переиграть" партнера. Позиции двух стран опять существенно разошлись. Более того, советско-американские переговоры на высшем уровне в мае 1972 г. и в июне 1973 г. показали, что положение на Ближнем Востоке не являлось приоритетным направлением во внешней политике США, что негативное воздействие израильской оккупации арабских территорий на внутриполитическое положение в ряде арабских стран расценивалось американской стороной как реальная возможность оказания давления на эти страны в желательном для Запада направлении.

В период, последовавший сразу же за окончанием Октябрьской войны ("войны Судного дня"), по инициативе СССР и США и в результате переговоров в Москве государственного секретаря Киссинджера с советскими руководителями было принято еще несколько важных резолюций по Ближнему Востоку, в том числе резолюция Совета Безопасности 338. Одним из ее пунктов был призыв к незамедлительному созыву международной конференции по Ближнему Востоку. В ходе визита Киссинджера в Москву была достигнута и договоренность о "соответствующей эгиде", под которой должно было проходить ближневосточное урегулирование и, в частности, МКБВ, которая вскоре собралась в Женеве. Смысл "соответствующей эгиды", т.е. в данном случае советско-американского сопредседательствования на МКБВ, заключался в том, что СССР и США взяли на себя обязательство и проявили готовность влиять на развитие ближневосточной ситуации и на ход женевской конференции совместными и параллельными усилиями с тем, чтобы стороны в конфликте смогли достигнуть разумного, сбалансированного, взаимоприемлемого решения всего комплекса вопросов ближневосточного урегулирования.

Сближение позиций Советского Союза и США в ходе Октябрьской войны и на ее завершающей стадии было недолгим, уже в январе 1974 г. были сделаны первые шаги киссинджеровской "дипломатии шаг за шагом", что было расценено Москвой как откровенная попытка исключить Советский Союз из числа участников ближневосточного урегулирования. Такие попытки предпринимались всегда, но они усилились в последний год пребывания Никсона на посту президента, хотя именно Никсон говорил в сентябре 1970 г. в своей речи на юбилейной, XXV сессии Генеральной Ассамблеи ООН: "Существенно важно, чтобы мы и Советский Союз объединили наши усилия для того, чтобы избежать войны на Ближнем Востоке и чтобы установить атмосферу, в которой государства ближнего Востока смогли бы научиться жить вместе и давать жить другим"8.

Как готовность американской стороны к совместным с Советским Союзом поискам выхода из кризисной ситуации в указанном регионе могло быть расценено совместное советско-американское заявление по Ближнему Востоку, инициированное американцами 1-го октября 1977 г. по результатам переговоров в Вашингтоне Громыко с президентом Картером и государственным секретарем Вэнсом. Но администрация Картера предпочла отступить перед израильским давлением и официально дезавуировать содержание указанного документа через четыре дня после его появления.

Многие эксперты по Ближнему Востоку отмечали, что, начиная с весны 1977 г., в американской позиции по вопросам ближневосточного урегулирования появились два новых момента, которые свидетельствовали о медленном "дрейфе" в сторону сближения с советской позицией: стремление к возобновлению Женевской конференции и постепенная подготовка американского общественного мнения к согласию с тем, что Организация освобождения Палестины является вполне подходящим партнером на возможных переговорах о создании "отечества" для палестинцев, что палестинская проблема должна быть "решающим элементом" на любых переговорах по ближневосточному урегулированию. Правда, "холодным душем" для американской стороны явился официальный комментарий результатов переговоров Вэнса и главы израильского правительства Бегина в августе 1977 г., с которым выступил советник главы израильского кабинета по вопросам информации Кац. Он открыто заявил, что "если американская сторона будет настаивать на участии ООН в Женевской конференции, то никакой Женевской конференции просто не будет"9.

Именно после августовского (1977 г.) визита Вэнса в Израиль у президента Картера возникла мысль подготовить совместное заявление, в целом приемлемое для советской стороны и не расходящееся с "новыми идеями" американской администрации в вопросах урегулирования, которые, однако, не воспринимались, по свидетельству израильской прессы, двумя третями израильского общества. Картер счел подготовку совместного советско-американского заявления по Ближнему Востоку своевременным шагом и оправданным риском, но он явно недооценил масштабы израильского влияния на официальную ближневосточную политику Вашингтона, что в конечном итоге оказалось решающим фактором для судьбы совместного заявления. После того, как этот документ "приказал долго жить", в советско-американских усилиях по достижению ближневосточного урегулирования долгое время не было никакого проблеска хотя бы потому, что самих усилий (совместных) в этом вопросе предпринято не было, советско-американские контакты, в том числе и на высоком уровне, по вопросам положения на Ближнем Востоке не принесли сколько-нибудь весомых результатов.

Завершение "холодной войны", процесс улучшения советско-американских отношений давали основание надеяться на прогресс в деле урегулирования конфликтной ближневосточной ситуации, на успешность поисков компромиссной и сбалансированной основы такого урегулирования. Внешне могло создаться впечатление, что и американская сторона преследует те же цели. Однако содержание переговоров Горбачева и Дж. Буша на Мальте и ряд других советско-американских, а позднее и российско-американских встреч и переговоров аналогичного характера показали, что американская сторона готова к согласованию позиций двух стран, в том числе и по вопросам ближневосточного урегулирования, исключительно на американских условиях и под американскую диктовку. США считали и считают, что ими одержана полная победа в "холодной войне", и этого, по их мнению, достаточно для того, чтобы Россия "спрятала подальше" свои амбиции и перестала претендовать на проведение на Ближнем Востоке самостоятельной политики.

Как по команде, авторитетные американские СМИ стали в благожелательном тоне комментировать те внешнеполитические действия, предпринимавшиеся нашей страной в последние месяцы существования СССР, равно как и последующие акции России как правопреемницы СССР, которые отвечали интересам США; равным образом нарочито замалчивались, искажались и показывались в ложном свете те действия России, которые "не одобрялись" Вашингтоном. Американская сторона откровенно стремилась представить дело так, что Советский Союз (Россия) проявляет полную солидарность с США в отношении их действий в кувейтском кризисе, в их стремлении "примерно наказать" Ирак. Об этом, в частности, публично заявил Дж. Буш после его хельсинкской встреч и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.