На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Противоречие новшеств и традиций в лице Петра I и его сына

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 03.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 9. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание
Введение
Глава 1 Детство и юность Петра I и царевича Алексея
        Обстановка в семье
        Воспитание и образование
        Интересы и склонности
        Брак
Глава 2 Политические взгляды
        Сподвижники
        Борьба за власть. Политическая программа.
Заключение
Список  литературы 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение
    Последние годы в нашей стране наблюдается  подъём патриотизма: снимаются фильмы на историческую тему («1612»1, «Виват, Анна Иоановна!»2, «Адмиралъ»3, «Брестская крепость»4), написано немало книг о героическом прошлом русского народа («ВИВАТ, РОССИЯ!»5 , «100 великих побед России»6), активно ведутся интернет и теле- обсуждения (ТВ-шоу «Имя России»7).
    Имя Петра I известно каждому с детских  лет. Жизнь и деятельность этого  человека, насыщенная драматизмом, огромным напряжением нравственных в физических сил, привлекала и привлекает внимание как в отечественной, так и в зарубежной исторической науке. Мы черпаем сведения об этом императоре из художественной прозы и поэзии, скульптуры и живописи, художественных фильмов и музейных собраний.
    Изучение источников литературы при написании данной работы показало, что все крупнейшие ученые – историки, начиная с восемнадцатого столетия и до наших дней, так или иначе откликались на события петровского времени.  В отечественной историографии можно выделить три основные направления в оценке реформ Петра Великого:
    - «положительная революционная концепция», реформы были вызваны исторической  необходимостью и поэтому должны  рассматриваться как целиком  и полностью национальные. Русское  общество XVII века находилось в состоянии хаоса и распада, что и обусловило применение государственной властью радикальных мер - «точно так же, как серьезная болезнь требует хирургического вмешательства»8;9
    -  «реформы -  радикальный и полный  разрыв с прошлым», согласно этому  представлению реформы не имели почти ничего общего с предшествовавшим развитием страны;  петровский период - это эра ожесточенной борьбы между нововведениями и духом старой Руси, это радикальные преобразования, страшная революция, рассекшая историю России надвое, и означавшую переход из одной эпохи в истории народа в другую10;
    -  «нейтральный взгляд»: «17 столетие  не только создало атмосферу,  в которой вырос и которой  дышал преобразователь, но и  начертало программу его деятельности, в некоторых отношениях шедшую  даже дальше того, что он сделал. Петр в порядках старой Руси ничего кардинально не менял, он продолжал возводить постройку в развитие уже существовавших тенденций. Обновление же состояло лишь в том, что он переиначивал сложившееся состояние составных частей»11; историки, отстаивающие данную точку зрения, уверены, что если в реформах Петра и было что- то «революционное», то лишь насильственность и беспощадность использованных им методов.
       Мы же решили рассмотреть данную проблему на примере личного конфликта Петра I и его сына Алексея.  Актуальность темы нашей работы определяется в первую очередь возросшим в настоящее время интересом к деятельности Петра I не только в научной, но и широкой общественной среде.
     Выбор данной темы продиктован личной заинтересованностью петровской эпохой, вызванной неоднократным прочтением поэмы Пушкина «Медный всадник», великолепного романа Алексея Толстого,  просмотром фильмов, посвящённых первому российскому императору, а также посещением Санкт-Петербурга -  «Петра творение»12
     Её  новизна, на наш взгляд, заключается в том, что никто прежде не обращался к вопросу внутренних противоречий  России на примере внутрисемейного конфликта Петра Великого. А ведь отношения Петра со своим сыном Алексеем - едва ли не самый драматический момент в личной жизни царя.
     Столкновение  между напитанным духом реакции  сыном и быстро стремившимся вперед отцом было неизбежным, как и борьба между нововведениями и укоренившимися устоями…Объектом и целью исследования данного реферата является рассмотрение проблем преобразований, их последствий, изучая и сравнивая формирование и развитие личностей Петра и Алексея как олицетворения новой России, могущественной империи, и старой Руси, пропитанной национальными обычаями. 
 
 

Глава I. Детство и юность Петра I и царевича Алексея.
Пётр
     Петр  Великий родился в Москве 30-го мая 1672 года, ночью, и был крещен 29-го июня того же года в Чудовом монастыре. С младенца сняли мерку и по повелению отца, государя Алексея  Михайловича, иконописец Симон Ушаков написал на кипарисной доске такого же размера икону.13.
     Он  был четырнадцатое дитя многосемейного царя Алексея и первый ребенок  от его второго брака - с Натальей Кирилловной Нарышкиной. Его появление  на свет было приветствуемо родителем  с особенною радостью. Три дня  кряду служили благодарственные молебны, стреляли из пушек — так по традиции отмечалось прибавление семейства в царском роду.
     Даже  в народных великорусских песнях осталось воспоминание о всеобщей радости  и торжестве при рождении царевича, которому впоследствии суждено было стать первым русским императором.14
     На  четвертом году Петр лишился отца. До смерти своего отца, царя Алексея, Пётр жил баловнем в царской семье, составляя предмет любви нежных забот своих родителей. Назначая царем Феодора, умирающий царь Алексей  Михайлович наказал своему преемнику быть «отцом малому Петру», и царь Феодор Алексеевич строго соблюдал завет отца.
     Смерть  родителя вызвала большие перемены не столько в жизни маленького царевича, сколько в положении  его матери, ее родственников и друзей, так как Царь Алексей был женат два раза, следовательно, оставил после себя две клики родственников и свойственников.
     Складывались  напряженные отношения между мачехой и многочисленным потомством от первой жены царя Милославской, ранее смягчаемые главой семьи, которые теперь, никем не сдерживаемые, быстро вылились наружу. От двора были отстранены люди, близкие ко второй супруге Алексея Михайловича — царице Наталье Нарышкиной, и прежде всего воспитатель ее боярин Артамон Сергеевич Матвеев, первый министр в прежнем правительстве и ближайший советник царицы после смерти супруга.
     Царь  Федор умер 27 апреля 1682 г. За смертью  его последовали известные бурные события: провозглашение Петра царем  мимо старшего брата Ивана, интриги  царевны Софьи и Милославских, вызвавшие страшный стрелецкий мятеж в мае того года, избиение бояр, потом установление двоевластия и провозглашение Софьи правительницей государства, наконец, шумное раскольничье движение с буйными выходками старообрядцев 5 июля в Грановитой палате.
     Петр, бывший очевидцем кровавых сцен стрелецкого мятежа, вызвал удивление твердостью, какую сохранил при этом: стоя на Красном крыльце подле матери, он, говорят, не изменился в лице, когда стрельцы подхватывали на копья Матвеева и других его сторонников. Но эти минуты оказали печальное влияние на его характер: они, без сомнения, положили в эту гениальную, гигантскую натуру зародыш жестокости, свирепости. Отсюда берут начало и известная нервность, и его ненависть к стрельцам.
     Целое лето жил он в страхе стрелецких насилий, целую осень со своими родными странствовал кругом Москвы и жил в стенах Троице-Сергиева монастыря, боясь, как и Софья, въехать в беспокойную Москву. Пережитые им ужасы он не мог забыть во всю свою жизнь и никогда не любил жить в московском дворце, залитом кровью его близких. Когда в конце 1682 г. Софья водворилась в Москве, для Петра и его матери страхи и опасности не прекратились.
     Хотя Петр и носил  царский титул, однако он не царствовал на самом деле; мало того, он был опальным человеком, которому не было места в Москве. Мать Петра была вынуждена жить с сыном вдали от большого двора, в некотором пренебрежении и унижении от Софьи. Она постоянно опасалась московского правительства и ожидала от него зла себе и своему сыну. Немудрено, что и сам Петр боялся и не любил всего того, что окружало Софью и служило ей. Он стал чужд и враждебен той обычной дворцовой обстановке, в которой росли и жили его старшие братья и сестры; он не знал и не желал знать обычного «чина» («порядка») московской придворной жизни.
     В течение семи лет правления Софьи Пётр вместе с матерью, царицей Натальей, жил в подмосковных селах Воробьеве, Коломенском, Преображенском. При дворе ему, как и Ивану, отводилась декоративная роль: он участвовал в церковных церемониях, посещал вместе с двором московские и загородные монастыри, присутствовал на приемах иностранных послов. Для царствующих братьев изготовили двойной трон, за спинкой которого скрывалась правительница, чтобы подсказать им, как вести себя во время приема послов.
Алексей
     Сын Петра I - Алексей родился в подмосковной царской резиденции — селе Преображенском 18 февраля 1690 года, через год с небольшим после свадьбы царя и его первой жены Евдокии Лопухиной. Первые годы своей жизни царевич оставался на попечении бабушки, Натальи Кирилловны, и матери, Евдокии Федоровны.
     С самого своего рождения Алексей Петрович воспитывался без внимания со стороны  отца и, как он сам впоследствии признавался, «со младенчества моего несколько  жил с мамою и с девками, где ничему иному не учился, кроме  избных забав, а больше научился ханжить, к чему я и от натуры склонен»15.
     По  смерти Натальи Кирилловны (в 1694 г.) в жизни царевича главное место  заняла мать его, что имело влияние  на те дружеские отношения, в каких  он находился к ней и в позднейшее время. Ему было лишь два года, когда у Петра начался роман с дочерью торговца Анной Монс, с которой он познакомился в Немецкой слободе, и всего четыре — когда тот окончательно оставил Евдокию. А в 1698 году царевич фактически лишился матери: Петр, вынужденный прервать поездку по Европе из-за известия о стрелецком бунте, вернулся в Москву необычайно раздраженным и, помимо прочего, немедля отослал жену в Суздальский Покровский монастырь, приказав постричь ее в монахини. Воспитанием Алексея занялась тетка царевна Наталья Алексеевна, которую он не особенно любил. Лишенный матери и отданный в чужие руки, Алексей очень горевал и даже тайком ездил в Суздаль, чтобы повидаться с ней.
     Петр  не любил старшего сына как напоминание о неудачном браке, и царевич не вошел в новую семью царя, женившегося на Екатерине Алексеевне. Он жил рядом, но особняком, без ласки и внимания. Екатерина также не привечала пасынка. В сотне писем Петра и Екатерины Алексей упомянут лишь два-три раза, и ни в одном из писем ему нет даже привета. Письма же самого Петра к юноше холодны, кратки и бесстрастны - ни слова одобрения, поддержки или ласки.
     Пётр  и Алексей – две стороны  одной медали, сын -  зеркальное отражение отца. Насколько их судьбы похожи, настолько они и отличаются.
     Пётр  был долгожданным и горячо любимым  ребёнком царя Алексея и царицы Натальи  Кирилловны. День его появления на свет стал праздником для всего народа, недаром сохранилось множество  легенд о пышности торжеств, организованных в честь новорождённого царевича. С детства Петра окружали вниманием, теплом и заботой.
     Алексей же представлял собой результат неудачного брака, который был заключен по политическим соображениям. О первых годах жизни царевича информации практически не сохранилось. Известно лишь, что с самого младенчества Алексей не знал отцовской ласки, однако получал её от матери и бабушки. Этим и объясняется его привязанность к Евдокии, которую он сохранял на протяжении всей жизни.
     В возрасте четырёх лет Пётр лишился отца, который скоропостижно скончался. Но подле него по-прежнему находилась Наталья Кирилловна, опекая и защищая от врагов, главным среди которых была его сестра Софья.
     Алексей потерял мать, когда ему было восемь: она была насильно обращена в монахиню и заточена в монастырь. Отец занимался благоустройством государства, забыв о существовании сына. Царевич остался сиротой при живых родителях.
     Во  время правления Софьи Пётр с  матерью находился в опале. Он пережил множество ужасных моментов, которые наложили отпечаток на его характер и породили ненависть ко всему «старому».
     Алексей был чужим в своей семье. Он рос в окружении людей, пропитанных духом старины, которые отрицали все петровские реформы и преобразования.  

Воспитание  и образование Петра I и Алексея.
Пётр
     Воспитывался  Петр по исстари заведенному обычаю. До пяти лет он находился под надзором многочисленных женщин — повивальной  бабки и кормилицы, мамки и  прочих прислужниц.16
     Покои царевича были заполнены игрушками: деревянными лошадками, барабанами, пушечками, изготовленными по специальному заказу музыкальными инструментами, луками, стрелами, колокольцами. 17
     Как только Петр стал помнить себя, он был  окружен в своей детской иноземными вещами; все, во что он играл, напоминало ему немца. Некоторые из этих заморских игрушек особенно обращают на себя наше внимание: двухлетнего Петра забавляли музыкальными ящиками, «цимбальцами»18 и «большими цимбалами» немецкой работы; в его комнате стоял даже какой-то «клевикорд»19 с медными зелеными струнами. В детской Петра довольно полно представлена была московская артиллерия, встречаем много деревянных пищалей и пушек с лошадками.
     Рассказывают, будто бы на третьем году его возраста, когда в день именин его, между прочими подарками, один  купец подал ему детскую саблю. Царь пожаловал купца гостем, а Петра, при  прочтении молитвы духовником, сам тою саблею опоясал. При сем случае были заведены потешные.20
     Вместе  с отцом и матерью в сопровождении  многочисленной свиты Петр совершал неторопливые выезды в монастыри, а также в подмосковные резиденции — Измайловское и Преображенское, где царь развлекался соколиной охотой. У трехлетнего Петра была маленькая, крашенная под золото карета, в которую его усаживали во время торжественных выездов. В карету впрягались крошечные лошади, сопровождали ее пешие и конные карлики. Для игр к царевичам приставили сверстников, но карлы тоже непременно присутствовали в детской — они забавляли царевичей своими несуразными выходками и кривляниями.21
     По  старорусскому обычаю Петра начали учить с пяти лет.  Учителем его  
был Челобитного приказа дьяк Никита Моисеевич Зотов, человек учёный, но любящий выпить. Впоследствии Петр назначил его князем-папой шутовской коллегии пьянства.

     Началом учения было - «словесное учения»: прошел с Петром азбуку, часослов, псалтырь, даже евангелие и апостол; все пройденное по древнерусскому педагогическому правилу взято было назубок. «Впоследствии Петр свободно держался на клиросе, читал и пел своим негустым баритоном не хуже любого дьячка; говорили даже, что он мог прочесть наизусть евангелие и апостол»22. Так учился и царь Алексей; так начинали учение и его старшие сыновья.
     Царевич учился охотно и бойко. На досуге он любил слушать разные рассказы и рассматривать книжки с «кунштами», картинками. У Петра собралась коллекция «потешных тетрадей», в которых изображены были золотом и красками города, здания, корабли, солдаты, оружие, сражения и «истории лицевыя с прописьми», иллюстрированные повести и сказки с текстами. Все эти тетради, писанные самым лучшим мастерством, Зотов разложил в комнатах царевича.
     Заметив, когда Петр начинал утомляться книжным  чтением, Зотов брал у него из рук  книгу и показывал ему эти  картинки, сопровождая обзор их пояснениями. При этом он, как пишет Крекшин23, касался и русской старины, рассказывал царевичу про дела его отца, про царя Ивана Грозного, восходил и к более отдаленным временам, Димитрия Донского, Александра Невского и даже до самого Владимира. Впоследствии Петр очень мало имел досуга заниматься русской историей, но не терял интереса к ней, придавал ей важное значение для народного образования и много хлопотал о составлении популярного учебника по этому предмету.
     За обучением у  Зотова должна была следовать схоластическая наука, с которой знакомились  старшие братья и даже сёстры Петра под руководством киевских монахов. Ему предстояло изучить грамматику, пиитику, риторику, диалектику и философию, латинскую и греческую грамоту и, вероятно, польский язык.
     Но  едва минуло Петру десять лет, как  начальное обучение его прекратилось, точнее, прервалось. Умер царь Фёдор, который был также крёстным отцом своего маленького брата и очень любил его.
     При Софье же воспитание царевича было совершенно заброшено. Учителя, Никиту Моисеевича Зотова, от него удалили: другого  ему не дали. Таким образом, Петр в годы обучения не прошел даже того курса, который обычно преподавали царевичам в XVII веке.
     Петра ничему не учили, но не могли убить  в нем врожденной любознательности. Несмотря на все сложности и преграды, Петру удалось самому подыскать  себе нужных учителей, с помощью которых он и стал восполнять пробелы своего образования.  Самообразование в какой-то степени отвлекло его от военных забав, расширило его кругозор и обогатило ум, что очень пригодилось в дальнейшей практической деятельности.
     По  рассказу самого Петра, в 1687 г. князь  Я. Ф. Долгорукий, отправляясь послом во Францию, в разговоре с царевичем  сказал, что у него был инструмент, которым «можно брать дистанции или расстояния, не доходя до того места»24, да жаль - украли. Петр просил князя купить ему этот инструмент во Франции, и в следующем году Долгорукий привез ему астролябию. Под его руководством Петр «гораздо с охотою» принялся учиться арифметике, геометрии, артиллерии и фортификации.
     До  нас дошли учебные тетради Петра, из этих тетрадей видно, до какой степени предшествовавшее воспитание Петра было запущено. Учась на шестнадцатом году четырем правилам арифметики, он не умел правильно написать ни одной строки и даже не знал, как отделить одно слово от другого, а писал три-четыре слова вместе, с беспрестанными описками и недописками: всегьда, сьтьрелять, вьзяфь25. Он плохо вслушивается в непонятные ему математические термины: сложение (additio) он пишет то адицое, то водицыя.26 
     Эти же тетради, однако, дают видеть степень  охоты, с какой Петр принялся за математику и военные науки. Он быстро прошел арифметику, геометрию, артиллерию и фортификацию, овладел астролябией, изучил строение крепостей, умел вычислять полет пушечного ядра.
     Благодаря  собственной одаренности, неутомимой тяге к знаниям и готовности всегда учиться, Пётр уже в зрелые годы обнаруживал глубокие познания и в истории, и в географии, и в кораблестроении. Впрочем, не все пробелы в образовании царю удалось заполнить — он был не в ладах с орфографией до конца жизни и допускал ошибки, от которых грамотный канцелярист был свободен.
Алексей.
     Шести лет Алексея начали учить грамоте, для чего призван был Никифор  Вяземский, могший заслужить славу  отличного грамотея уменьем писать широковещательно, т. е. по-тогдашнему очень красноречиво. Вяземский оправдал свой выбор в письме к Петру о том, как начал преподавать азбуку царевичу: «Приступил к светлой твоей деннице, от тебя умна солнца изливающе свет благодати, благословенному и царских чресл твоих плоду, светло-порфирному великому государю царевичу, сотворих о безначальном альфы начало, что да будет, всегда во всем забрало благо».27
     Учитель остался  при царевиче, когда мать была удалена  в суздальский Покровский монастырь. Петр, который всю жизнь тужил  о том, что не получил в молодости  прочного образования, хлопотал о средствах дать его сыну; эти средства легко можно было найти за границею, и Петр хотел отправить сына в Дрезден, но Северная война, как видно, помешала исполнить это намерение. Между тем к царевичу приставили иностранного наставника Нейгебауера28, который и должен был ехать с ним за границу. Мы видели, как честолюбивый и вспыльчивый немец враждебно столкнулся с окружавшими царевича кавалерами - Вяземским, Алексеем Ивановичем Нарышкиным - и был вследствие этого удален в 1702 году. Преемником ему был также уже известный нам барон Генрих Гюйссен (Гизен).
     По  плану воспитания, составленному  новым наставником, царевич прежде всего должен был приобресть необходимое  средство образования, изучить французский  язык, как самый легкий и наиболее употребительный, и, когда станет понимать французские книги, начать преподавание наук, истории и географии, как истинных оснований политики, потом математики и т. д.
     Но  одним учением Петр не ограничивался  и в 1703 году вызвал сына в поход, в  котором тот участвовал в звании солдата бомбардирской роты. По возвращении из похода, в Москве, царь сказал Гюйссену: «Самое лучшее, что я мог сделать для себя и для своего государства, - это воспитать своего наследника. Сам я не могу наблюдать за ним; поручаю его вам». 29
     Общий же надзор за Алексеем должен был осуществлять назначенный обер-гофмейстером любимец  царя Александр Меншиков. Но светлейший князь не слишком обременял себя непривычными обязанностями. Рассказывали, что он обращался с царевичем  весьма грубо и жестоко, драл его за волосы.
     Царевич упрекал Меншикова в том, что  он нарочно развил в нем склонность к пьянству и к праздности, не заботясь о его воспитании; упрек  этот был повторяем неоднократно и разными современниками.
     В 1704 году царевич был в Нарве  по взятии этого города. Здесь Петр высказал сыну свои отношения к нему, дал страшную программу, от которой не отступил: «Мы благодарим бога за победу. Победы от него; но мы с своей стороны должны употреблять все силы для их получения. Я взял тебя в поход показать тебе, что я не боюсь ни труда, ни опасностей. Я сегодня или завтра могу умереть; но знай, что мало радости получишь, если не будешь следовать моему примеру. Ты должен любить все, что служит к благу и чести отечества, должен любить верных советников и слуг, будут ли они чужие или свои, и не щадить трудов для общего блага. Если советы мои разнесет ветер и ты не захочешь делать того, что я желаю, то я не признаю тебя своим сыном: я буду молить бога, чтоб он наказал тебя в этой и в будущей жизни»30.
     Царевич, целуя руки отца, клялся, что будет подражать ему. Неизвестно, по какому побуждению сказал Петр эти грозные слова, дали ли ему знать, или сам он заметил в четырнадцатилетнем сыне отвращение от физического труда, от подвигов.
     Петp пытался приучить своего сына любить то, что сам любил, и посылал eго по разным поручениям, например, наблюдать за постройкой судов в Ладоге: но царевич повиновался нехотя, из-под палки, и не показывал ни малейшего расположения следовать туда, куда направлял ею отец. Алексей боялся родителя: сам родитель впоследствии объявлял, что, желая приучить сына к делу, не только бранил его, но и бивал палкой.
     Как видно, уже в то время вместо мягких, ласковых отношений между отцом  и сыном господствовали, с одной  стороны, строгость, с другой — страх. К тому же воспитание царевича оставалось отрывочным, неполным, случайным. Наставник его Гюйсен по желанию Петра уже в начале 1705 года отправился в Берлин и Вену в качестве дипломата; в то самое время, когда Алексей, как 15-летний юноша, нуждался в полезном наставнике, в систематическом учении.
В продолжение  нескольких лет Петр и Алексей  встречались лишь в исключительных случаях; между ними не существовало каких-либо близких отношений; в  то время, когда Петр был занят  самыми смелыми предприятиями в области восточного и балтийского вопросов, трудился над самыми сложными задачами преобразования России и обеспечения ее будущности, царевич оставался дома в Москве, в кругу людей, не любивших Петра, недовольных его образом действий,
     Петр  в 1709 году отправил сына в Германию, где Алексей должен был продолжить обучение. Царевич выполнял наказ отцовский, учился в Дрездене – как, неизвестно; по крайней мере Трубецкой и Головкин писали Меншикову из Дрездена 30 декабря 1710 года: «Государь царевич обретается в добром здравии и в наказанных науках прилежно обращается, сверх тех геометрических частей (о которых 7 сего декабря мы доносили) выучил еще профондиметрию и стереометрию и так с божиею помощью геометрию всю окончил»31.
     В 1713 году царевич вернулся в Россию, где ему предстояло держать перед Петром экзамен. Боясь, что отец заставит его в своем присутствии делать чертежи, он пытался прострелить себе ладонь правой руки. Но выстрел оказался неудачным: ладонь лишь сильно опалило порохом. Отец увидел обожженную руку сына и допрашивал его, что это значит. Алексей чем-то отолгался, но избавился от угрожавшего ему испытания.
     Как известно из многих письменных источников, Пётр I получил весьма посредственное образование по причине того, что во время правления Софьи его воспитание было совершенно заброшено. Царица Наталья заботилась, по-видимому, исключительно о физической стороне развития своего сына. Пётр, как сам позже сознавался, не приобрёл в отроческих летах тех сведений, которые необходимы были для прочного образования.
     Алексей Петрович  также, как и отец, не получил систематического образования, хотя свободно владел иностранными языками: немецким и  отчасти французским, знал основы математики и фортификации. Будучи от природы человеком  достаточно способным, он вместе с тем был ленив, в чем сам признавался: «труда никакого понести не могу». Эти черты царевича в полной мере проявились, когда отец стал приобщать его к государственным делам.
     Если  бы царь мог заботиться о воспитании царевича, если бы последний  вырос в политической и военной школе отца, под непосредственным его наблюдением, он, быть может, развился бы иначе и соответствовал бы более требованиям грозного родителя.
 
Интересы  и склонности.
Пётр.
     Большую часть времени Петр был предоставлен самому себе. Три увлечения поглощали его энергию.
     С ранних лет он проявлял привязанность  к ремеслам. В Преображенское ему  доставляли инструменты каменщика  и плотника, столяра и кузнеца. Будучи взрослым, Петр в совершенстве владел по меньшей мере дюжиной ремесел, причем особенной виртуозности достиг в работе топором и на токарном станке, орудовал мастерком каменщика или молотом кузнеца.
     Еще больше Петра увлекало военное дело. Увлечение выросло на почве его  детских забав. Со временем деревянные пушки стали заменяться боевыми, появляются настоящие сабли, протазаны, алебарды, пищали и пистолеты.
     Но  ни с чем не может сравниться страсть  Петра к мореплаванию и кораблестроению. Петр, вместе с Брантом, заложил верфь  при устье реки Трубежа, впадающего в Переяславльское озеро, и тем положил начало своему кораблестроению.
     Бояре хотели внушить ему  любовь к другим забавам  и пригласили его  на охоту, но он сказал им: "знайте, что царю подобает быть воином, а охота есть занятие холопское".32
     Энергии у царя было в излишестве. Петру нравились те развлечения, в которых он сам мог деятельно участвовать, и он оставался равнодушен к тем из них, в которых ему отводилась роль зрителя или неподвижно сидящего соучастника.
Алексей.
     Однако  царевич не был лишен дарований, как может показаться на первый взгляд. Сам он говорил о себе: «природным умом я не дурак, только труда никакого понести не могу»33. Отец его в одном из писем тоже писал: «бог разума тебя не лишил»
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.