Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Государственное устройсво

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 04.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 15. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание 

Введение...................................................................................................................3
1 Теоретико-методологические аспекты понятия государственного
управления  и государственного устройства.........................................................5
1.1 Понятие  государственного управления.........................................................10
1.2 Понятие формы государственного устройства.............................................13
1.3 Унитарное государственное устройство.......................................................16
1.4 Федеративное государственное устройство и перспективы
развития..................................................................................................................101.5  Иные формы государственного устройства.................................................19
2 Особенности  исторического формирования федерализма  как формы государственного устройства  России..................................................................23
2.1 Понятие  федерализма в Конституции РФ....................................................23
2.2 Особенности  формирования российского федерализма..............................28
2.3 Проблемы  государственного устройства и  управления 
в современном российском государстве.............................................................36
3 Проблемы  государственного управления в  условиях российского 
федерализма и пути их решения..........................................................................48
Заключение.............................................................................................................51
Список  использованных источников информации…........................................54 
 

  
 

 

   Введение 

     Исследования особенностей и основных элементов государственного управления и форм государственного устройства определяется важностью последних для отдельных направлений организации государственного и муниципального управления, в соответствии с ее аспектами. Форма государственного устройства показывает, как организовано общество, каким образом и через какие политические учреждения осуществляется власть и управление. Форма государства тесно связана и, в конечном счете, определяется содержанием государства, его сущностью.
      Проблемы формы государственного устройства в соответствии с ее важностью и актуальностью для жизни любого государства довольно хорошо представлена в литературе. Однако, следует заметить, что вопрос о понятии формы государства является дискуссионным. Основное содержание дискуссии сводится к определению характера и числа элементов, составляющих форму государства. Здесь обозначилось несколько точек зрения:
    1. Первая заключается в отождествлении формы государства с другим, обычно более узким, а иногда и разноплановым явлением: формой правления, политическим режимом. По мнению болгарского ученого В. Цонева, форма государства тождественна форме правления, между этими двумя понятиями нет никакого различия.
     2. Другие авторы отстаивают узкий и широкий подход к понятию «форма государства». В узком смысле форма государства по существу отождествляется с формой правления, а в широком — рассматривается как совокупность формы правления и формы государственного устройства.
     3. Третьи (их большинство — В. С. Петров, Б. А. Стародубский, В. Е. Чиркин, венгр Халас, румынский ученый И. Четерки) под формой государства понимают совокупность трех элементов: формы правления, формы государственного устройства и политический режим.
      При этом определяющим аспектом является тот факт, что система государственного устройства во многом является определяющими моментом при выборе особенностей государственного управления.
     В соответствии с этим актуально исследование особенностей государственного устройства и влияние формы государственного устройства на систему государственного управления.
     Целью работы – изучить основные форм государственного устройства и их влияние на систему государственного управления.
      В соответствии с целью сформированы и задачи работы:
      1) дать определение и выделить существенные признаки государственного управления;
      2) выделить понятие формы государственного устройства;
      3) обозначить и охарактеризовать основные формы государственного устройства в соответствии с существующей классификацией;
      4) выделить проблемы функционирования и способы совершенствования функционирования современного государственного устройства в РФ;
      5) сделать выводы по всей работе.
      При подготовке работы были использованы источники, обозначенные в списке литературы. Основные вопросы и уровни организации государственного управления и форма государственного устройства в РФ определены на уровне конституционного законодательства. Проблемы понятия и составных элементов формы государственного устройства выделены в работах по конституционному праву РФ, в числе которых исследования Е.И.Козлова, О.Е. Кутафина, И.Е. Колюшина, В.В.Лазарева. Детальная классификация и описание основных форм государственного устройства и управления и их особенностей представлены в трудах М.В.Баглая, В.В.Лазарева, Г.Н. Манова, В.Г.Стрекозова. С точки зрения исследования и обобщения особенностей государственного устройства и государственного управления с учетом основных тенденций их построения в РФ особенно ценными оказались работы Н.А. Копелева, В.В. Лазарева, Г.Н. Манова, П.А.Федосова, И.Л.Честнова, В.Е.Чиркина.
     Структура работы: курсовая работа состоит из введения, формулирующего цели и задачи исследования, трех глав основной части, заключения, подводящего итоги работы, списка использованной литературы.
    Научно-практическая значимость исследования состоит в изучении и анализе одного из аспектов теории государства и права, а также возможности использования результатов работы в профессиональной юридической деятельности и дальнейших исследованиях по обозначенной проблеме. 

 

1 Теоретико-методологические  аспекты понятия     государственного управления и государственного устройства 

       Понятие государственного управления
 
     Содержание  административной деятельности государства  широко и значительно. В отличие  от правосудия задачей государственного управления является удовлетворение всех тех нужд народа и составляющих его общественных классов, какие только признаются в данный момент задачами государства. В этом отношении государственное управление тесно примыкает к законодательной, которая также стремится к удовлетворению нужд государства. Но государственное управление идет в этом направлении дальше и ближе соприкасается с действительной жизнью, чем деятельность законодательных органов. Эти последние лишь намечают, какие нужды государства должны быть удовлетворены, ассигнуют необходимые для этого средства, издают соответствующие законы, поручают удовлетворение намеченных нужд административным органам, определяя их взаимные отношения, права и обязанности. Но всего этого недостаточно для удовлетворения нужд государства [18, c. 6].
     Как бы обстоятельны и совершенны законы ни были, удовлетворить непосредственно  какую-либо нужду государства, например, потребность в медицинской помощи или в народном образовании, они  не в состоянии. Для этого необходимо провести законы в жизнь и не только наметить, но и осуществить желаемую реформу. А для этого, в свою очередь, необходимо, чтобы были назначены или выбраны соответствующие органы, которые позаботились бы о создании необходимых учреждений (напр., больниц, школ), пригласили бы нужных специалистов (врачей, учителей) и следили бы за тем, чтобы созданные учреждения и приглашенные служащие отвечали бы своему назначению [1, cт. 3].  

     Вот эта-то деятельность, осуществляющая предначертания законодательных органов и направленная к непосредственному удовлетворению нужд и потребностей государства, и составляет содержание государственного управления.
     Помимо  своего содержания административная деятельность отличается от законодательной и  судебной еще тем, что осуществляется особыми органами в особых формах. Законодательная деятельность осуществляется особыми специальными органами — в конституционных государствах, например, парламентом совместно с монархом или президентом республики.       Проявляется названная деятельность в издаваемых законах.
     Отправление правосудия также осуществляется особыми  органами — гражданскими и уголовными судами и проявляется в судебных приговорах.
     Наоборот, административная деятельность осуществляется самыми разнообразными органами и проявляется в не менее разнообразных формах.
Так, среди  административных органов имеются  и единоличные и состоящие  из многих лиц коллегиальные органы. Среди этих последних некоторые  органы носят бюрократический характер, т.е. состоят из назначаемых правительством. лиц и организованы так, что вся полнота власти предоставлена одному лицу, остальные же члены являются чисто совещательными или исполнительными органами. Но, наряду с бюрократическими органами значительная доля административной деятельности осуществляется в современных государствах органами самоуправления — земскими, городскими и общинными учреждениями     [1, cт. 4].
     Столь же многочисленны и разнообразны формы государственного управления. Прежде всего, администрация для  выполнения возложенных на нее задач прибегает к тем же приемам и средствам, какими пользуются и частные лица при ведении своих дел. При эксплуатации, например, казенных лесов, земель, горных богатств и т. п. администрация ведет хозяйство так же, как и частные предприниматели, нанимая рабочих, заключая с купцами и подрядчиками разного рода договоры и сделки. К таким же частноправовым действиям прибегает администрация и при постройке школ, больниц, сооружений путей сообщения и т. п. [1, cт. 6].
     Но  некоторые задачи государства столь велики и сложны, что разрешить их путем частных соглашений с отдельными лицами немыслимо. Взять хотя бы такую необходимую задачу, как обеспечение трудовому люду надлежащей помощи во время болезней, инвалидности, старости, в случае увечий и несчастных случаев. Для осуществления этой задачи необходимы, прежде всего, громадные средства, получить которые можно путем лишь обязательных, а не добровольных взносов. Обеспечить, далее, надлежащую помощь всем нуждающимся в ней можно опять-таки лишь в том случае, если сделать ее обязательной, т.е. если возложить на некоторые органы или учреждения обязанность оказывать ее всем нуждающимся. Необходимо, наконец, для осуществления рассматриваемой задачи управления, обязательное привлечение к ней всех заинтересованных слоев населения, т.е. предпринимателей и рабочих.
     Столь же неизбежно применение принуждения  в той или другой форме и  степени и при осуществлении  всякой сколько-нибудь сложной задачи управления. Вот почему государство  и прибегает при осуществлении  своих нужд к действиям, носящим принудительный, публично-правовой характер.
     Некоторые из этих действий по своему юридическому характеру походят на законы и  судебные приговоры. Указы или административные распоряжения, например, отличаются от законов лишь тем, что обязательная сила их распространяется на меньший круг лиц, или не на всю страну, а лишь на известную местность. Кроме того, административные распоряжения не должны противоречить законам и могут быть издаваемы лишь в том случае, если закон уполномочит к тому те или другие административные органы.
     Иногда  административным органам предоставляется  также право налагать наказания  на совершение мелких проступков или  за нарушение административных распоряжений. В подобных случаях деятельность администрации принимает в большей или меньшей степени судебный характер [3, cт. 11].
     Но  гораздо чаще администрация совершает  такие действия, которые ничего общего с законами и судебными приговорами  не имеют.
     К такого рода действиям относятся  издаваемые администрацией всевозможного рода приказы, которыми что-либо запрещается или требуется, выдача удостоверений и разрешений на производство какого-либо промысла или на отправление профессии. Наконец администрация уполномочивается на применение в известных случаях силы, что имеет место при производстве арестов, обысков, при высылке, при употреблении оружия.
     Таким образом, государственное управление как вид деятельности имеет определенные отличия и специфические признаки. Отмеченные нами различия между законодательной, судебной и административной деятельностью в действительной жизни несколько затемняются тем, что на одни и те же органы возлагается нередко осуществление самых разнородных обязанностей. Так, в конституционных государствах с целью предотвратить произвол администрации, в руках народных представителей сосредоточено не только издание законов, но и утверждение государственной росписи государственных доходов и расходов, надзор за управлением, проверка выборов и некоторые судебные функции. На судебные органы также возлагается нередко производство административных функций, в роде удостоверения заключаемых между частными лицами сделок и т. п. Наконец административным органам, как уже упоминалось, предоставляются некоторые полномочия, носящие законодательный и судебный характер. В виду этого в юридической литературе законодательству, правосудию и управлению придается обыкновенно чисто формальное определение. Под законодательством подразумевают всякую деятельность законодательных органов, под судебной деятельностью всякую деятельность судебных органов, и под государственным управлением всякую деятельность административных органов [2, cт. 12].  

         1.2 Понятие формы государственного устройства 

     Форма государственного устройства — территориальная  организации государственной власти, указывающая на характер взаимоотношений между как целым государством, так и его частями, между центральными и местными государственными органами, а также их взаимоотношение между собой [14, 93].
     Необходимость определенным образом построить  территориальную организацию государства вытекает из того обстоятельства, что любое государство расположено на ограниченной территории, там же проживают граждане (подданные) этого государства. Для выполнения своего социального назначения — организации экономической жизни, защиты граждан, создания страховых запасов и т.п. — государство ведет разнообразную деятельность. Например, финансовую (взимает и распределяет налоги, сборы, пошлины и т.п.), экономическую (регулирует в той или иной степени распределительные, рыночные, производственные отношения), военную (осуществляет организацию военной службы и т. д.). Но вести эту деятельность при значительной численности населения и больших размерах государства становится объективно невозможным.
       После определенного порога численности граждан и размеров территории возникает необходимость разделить территорию на округа, штаты, земли, области, края, кантоны, районы, губернии, уезды и т.д., а также создать на этих территориальных образованиях местные (территориальные) органы власти. Возникает потребность распределить полномочия между центральными и местными органами власти и управления [14, 94].
     Кроме того, население того или иного  государства может быть многонациональным. Каждая народность, нация может иметь  свои традиции, исторический опыт государственности, культурные, языковые и иные духовные потребности. Следовательно, приходится учитывать при устройстве государства и этот многонациональный  аспект населения.
     Наконец, субъективные и даже случайные факторы  — заимствования, политико-правовые подражания, колониальное воздействие, политические интересы и многое другое  — тоже влияют на территориальную организацию государства.
     Как и форма правления, территориальное  устройство также уходит своими корнями  в глубокую древность. Уже древние восточные деспотии — империи — делились на провинции, города, сатрапии, завоеванные территории и т.д. Имели эти территориальные образования и свои органы власти и управления [16, 128].
     Так оно, собственно, и должно было быть при переходе человечества в IV—III тыс. до н. э.  к государственной форме организации общества. Ведь именно возникновение первоначально городов-государств, а потом их различных форм привело к замене кровнородственных связей, которые были характерны для первобытного общества, территориальной организацией общества. Но эта территориальная организация объективно повлекла за собой членение государств на более мелкие образования, появление сложной структуры органов государства.
     Разумеется, государство — это не сумма  его территориальных образований, но без этой структуры государство функционировать не может.
     Теория  государства выделяет несколько  видов территориального (национально-государственного и административно-территориального)  устройства государства.
     В частности, по форме государственного устройства государство может быть: а) унитарным, б) федеративным, в) конфедерацией, г) содружеством.
     Таким образом, форма государственного устройства определяется соотношением большого количества факторов, которые определяются особенностями территориальной структуры государства, его размерами, исторической эволюцией. Охарактеризуем некоторые из этих форм подробнее. 

    1.3 Унитарное государственное устройство 

     К унитарным государствам относятся  те, которые представляют собой единое целостное государственное образование, части которого не обладают признаками государственного суверенитета. Унитарная форма государственного устройства имеет место во многих странах. Она характеризуется единой структурой государственного аппарата на всей территории страны. Парламент, глава государства, правительство распространяют свою юрисдикцию па территорию всей страны. Их компетенция (функциональная, предметная, территориальная) ни юридически, ни фактически не ограничивается полномочиями каких-либо местных органов [16, 129].
     Все административно-территориальные единицы  имеют одинаковый юридический статус и равное положение по отношению к центральным органам. Они могут иметь в своей основе юридические акты, определяющие и закрепляющие их правовое положение (например, уставы).
     Административно-территориальные  единицы не могут обладать какой-либо политической самостоятельностью. Однако в области хозяйственной, социально-культурной их полномочия могут быть достаточно широкими, позволяющими осуществлять управление территорией, учитывая при этом ее особенности.
     Далее — единое гражданство. Население  унитарного государства имеет единую государственную принадлежность. Никакие административно-территориальные образования собственного гражданства не имеют и не могут иметь [8, 142].
     Для унитарного государства характерной  является единая система права. Ее базу образует единая конституция — основной закон, нормы которого применяются на всей территории страны  без каких-либо изъятий или ограничений. Местные органы власти обязаны применять и все другие нормативные акты, принимаемые центральными органами государственной власти. Их собственная нормоустанавливающая деятельность имеет сугубо подчиненный характер, распространяется на соответствующую локальную территорию.
     Административно-территориальное  деление бывает разноуровневым (обычно два, три или четыре звена властной иерархии: области, губернии, провинции - районы, округа, уезды, гмины - общины, коммуны, волости).
     Административно-территориальные  единицы могут являться «естественными» (исторические сложившиеся, как правило низового уровня) и «искусственными» (образованными в единой структуре государственной власти, обычно среднего и высшего уровня). Это разделение важно для организации системы местного самоуправления. В естественных административно-территориальных единицах население, как правило, самостоятельно избирает органы местного самоуправления. В «искусственных», напротив, действуют органы местного управления, назначаемые из «центра». Система унитаризма, сочетающая оба эти компонента, называется смешанной. Также возможны централизованные унитарные государства (для них свойственно отсутствие избираемых органов местного самоуправления) и децентрализованные (с образование выборных органов на всех уровнях административного управления) [8, 143].
     Наряду  с административно-территориальными единицами в унитарных государствах могут существовать и другие территориальные  образования (например, исторические области  «кантоны» во Франции, используемые как департаментские избирательные округа). Особым видом территориальных образований являются автономии. Унитарные государства, включающие в свой состав автономии, называются сложными.
     Автономия в широком смысле - это предоставление, какой либо части государства той или иной формы самостоятельности, внутреннего самоуправления. Т.о. формирование автономий в своей основе представляет лишь определенное распределение властных функций между центром и регионами. Но автономия становится относительно замкнутым правовым пространством в составе унитарного государства. Целесообразность и особенности образования автономии носят всегда исключительно конкретный характер и связаны с исторической, религиозной, этнической, культурной, бытовой спецификой определенной части населения.
     В унитарном государстве действует  единая судебная система, которая осуществляет правосудие па территории всей страны, руководствуясь общими для всех государственных образований нормами материального и процессуального права. Судебные органы, как, впрочем, и все другие правоохранительные органы, представляют собой звенья единой централизованной системы.
     В унитарном государстве используется одноканальная система налогов. Как правило, налоги поступают в центр, а оттуда уже распределяются в разные регионы [12, 85].
     Таким образом, в унитарном государстве  осуществляется централизация всего государственного аппарата и вводится прямой либо косвенный контроль над местными органами.
     Присущая  всем унитарным государствам централизация может проявляться в разных формах и в разной степени. В некоторых странах вообще отсутствуют местные органы, и административно-территориальные единицы управляются назначаемыми представителями центральной власти.
     В других государствах местные органы создаются, но они поставлены под контроль (прямой или косвенный) центральной власти. В зависимости от того, какой вид контроля осуществляет центральная власть над местными. органами, различают централизованные и децентрализованные унитарные государства. В некоторых же унитарных государствах используется предоставление более льготного правового статуса одной или нескольким административно-территориальным единицам. Такое унитарное государство характеризуется наличием административной автономии для некоторых структурных территориальных подразделений. Указанная форма государственного устройства находит применение там, где требуется учет специфических интересов территориальных единиц (национальных, этнических, географических, исторических и др.). Права по самоуправлению у автономных образований несколько шире, чем у населения обычных административно-территориальных единиц. Однако самостоятельность автономий допускается только в пределах, установленных центральной властью. В унитарном государстве может функционировать и местное самоуправление, действовать муниципальные органы [12, 86].
     Унитаризм по сравнению с феодальным дроблением на уделы, княжества, иной партикуляризм— явление, безусловно, прогрессивное, способствует становлению единого рынка, развитию буржуазных экономических отношений. Однако с развитием капитализма, научно-технического прогресса, появлением глобальных экологических проблем и других факторов начинаются интеграционные процессы, которые приводят к созданию сложных государств и их образований: федераций, конфедераций, содружеств и т.д. 

       1.4 Федеративное государственное устройство 

     Федеративная  форма государственного устройства является еще более многоликой, чем  унитарная. Каждая федерация обладает уникальными, специфическими особенностями. И все же можно при этом выделить черты, характеризующие все федеративные государства.
     Федеративное (союзное) государство состоит из нескольких государств или государственных образований, которые в той или иной мере обладают самостоятельностью. Эти государственные образования, составляющие единое государство, имеют свои органы власти и управления [20, 124].
       Так, в отличие от унитарного государства федеративное в политико-административном отношении не представляет собой единого целого. Оно состоит из территорий субъектов федерации и является союзным государством. Государственные образования, входящие в состав федеративного государства, могут не являться государствами в собственном смысле слова, поскольку они не обладают полным суверенитетом, т.е. самостоятельностью и независимостью по всем вопросам внутренней и внешней политической жизни. Степень суверенности может быть разной. Однако выделяется круг вопросов, которые не могут быть решены без участия центральной власти. Но, во всяком случае, субъекты федерации наряду с хозяйственной и социально-культурной самостоятельностью приобретают и определенную политическую самостоятельность, и это их отличает от административно-территориальных образований унитарного государства.
     Одним из формальных признаков федерации  является наличие двойного гражданства. Каждый гражданин считается гражданином федерации и гражданином соответствующего государственного образования. И это закрепляется конституциями государств. Это означает, что объем прав и свобод у каждого гражданина, независимо от того, на территории какого субъекта федерации он проживает, один и тот же.
     В федеративном государстве функционирует  правовая система, построенная на принципе централизации, единства. Но субъекты федерации могут создавать и свою правовую систему. Чаще всего, хотя и не всегда, им предоставляется право принятия собственной конституции [20, 125].
     Исторические  достижения мировой практики федеративного  строительства позволяют выделить следующие особенности федерализма:
     Во-первых, федерализм является естественным средством  обеспечения политической конкуренции, которая, как и в экономике, выступает важнейшим условием саморазвития общества. Многочисленные политические группы и организации в условиях реальной федерации получают возможность для выражения своих интересов и приложения их на разных этажах регионального уровня политики. Именно развитый федерализм позволяет отвести деструктивную политическую энергию в «мирное русло» на благо всего общества.
       Во-вторых, для разрешения конфликтов, возникающих в отдельных регионах, подлинный федерализм предлагает намного более широкую палитру инструментов. В условиях жесткой централизации и унитаризма все конфликты неизбежно требуют разрешения «сверху» со всеми вытекающими отсюда издержками. Федерация же позволяет включить целую серию компенсаторных механизмов, чтобы регион, самостоятельно и ответственно разрешая свои проблемы, мог подтвердить права на свою самостоятельность и избежать федерального вмешательства. Одним из важнейших механизмов согласования интересов в регионе является развитое местное самоуправление.
     В-третьих, только настоящая федерация способна обеспечивает систему сдержек и  противовесов, а равно оптимальное  разделение властей не только по горизонтали, но и по вертикали. Это является дополнительной и очень важной гарантией от угрозы узурпации власти и диктатуры.
     В зависимости от правовой основы федерации  могут быть конституционными (факт образования таких федераций и основные принципы федерального устройства определяются Основным законом страны) и договорными (правовой основой федерации является договор субъектов).
     По  внутренней структуре федерации  делятся на симметричные (члены федерации имеют одинаковый правовой статус) и асимметричные (с неравным правовым положением субъектов). Как правило, асимметрия образуется при закреплении в политико-территориальном устройстве национально-территориальной автономии национальных и этнических меньшинств (помимо федеративного устройства) или преимуществ определенных субъектов федерации, отражающих объективные исторические, экономические, политические, географические отличия различных регионов государства [15, 98].
     По  системообразующим основаниям федерации  делятся на административно - территориальные (образованные на основе территориального принципа) и национально - государственные (образованные по национальному признаку). Из современных федеративных государств лишь очень немногие являются национально-государственными (Россия, Югославия, Бельгия, Эфиопия, до 1993 г. - Чехословакия). Значительной особенностью обладает федеративной устройство Индии, основанное на национально-лингвистическом критерии. Большинство из существующих более чем 20 федеративных государств основаны на административно-территориальном принципе, который может допускать и существование национально-территориальной автономий, не обладающих суверенитетом субъектов федерации. Такое устройство присуще, в частности, Австрии, ФРГ, Малайзии, Пакистану, ОАЭ, Коморским островам, Нигерии, Танзании, Эфиопии, Аргентине, Бразилии, Венесуэле, Канаде, Мексике, США, Австралии, Папуа-Новой Гвинее. Федерацией является и Швейцария, несмотря на закрепление в ее конституции государственного названия «конфедерация» [15, 99].
        
         1.5 Иные формы государственного устройства 

     Конфедерация  является своеобразным «государственным союзом суверенных государств». Эта форма государственного устройства отличается от федеративного иной правовой природой и отсутствием развитой системы центральных органов власти. Конфедерации образуются, как правило, на основе договора, а не конституции. Каждый субъект конфедерации при этом полностью сохраняет свой суверенитет, а на конфедерацию полный государственный суверенитет, напротив, не распространяется. Субъекты конфедерации обладают правом выхода из конфедерации на основе юридически обоснованного одностороннего волеизъявления. Выход из состава конфедерации может сопровождаться полной отменой действия актов конфедеративных органов конфедерации на территории данного субъекта [14, 122].
     Конфедерации  создаются для достижения определенных политических, военных, экономических  целей. Оформление системы конфедеративных  органов и определение их компетенции  отражает специфику этих целей. Как  правило, в составе конфедерации не существует единых законодательных органов, единой судебной системы, единого гражданства, единой армии, единой системы налогов, бюджета, денежной единицы. Таким образом, конфедеративные органы выполняют преимущественно координирующие функции. Эта особенность сближает конфедерацию с устойчивыми межгосударственными объединениями, образуемыми на основе международного права.
     В современном мире конфедеративные  государства классической формы  отсутствуют. Историческими примерами  конфедеративного устройства являлись Северо-американские штаты до 1787 г., Германский союз в 1815-1867 гг. В 1815-1848 г. конфедерацией являлся Швейцарский союз, превратившийся затем в федерацию [10, 87].
     К сложным формам государственного политико-территориального устройства относятся также унии и империи.
     Уния  (от лат. «unio» - единство) - это династическое объединение двух или нескольких монархических государств, образующееся при воцарении в них одного монарха. От унии следует отличать сложные по внутреннему устройству межгосударственные монархические объединения, где глава государства делегирует свои полномочия главе исполнительной власти в подчиненном государственном образовании. Примером может являться Британское Содружество наций, главой которого является английский король. В большинстве стран Содружества исполнительная власть осуществляется от имени короля генерал-губернатором, в компетенцию которого отнесены и многие реальные функции главы государства. Прерогативы короля носят в основном церемониальный характер. Причем, при осуществлении всех этих полномочий английский король выступает не в качестве монарха Соединенного Королевства, а как государь каждого отдельного королевства в составе Содружества. Соответственно, генерал-губернатор является представителем короля, выступающего в роли монарха данного государства, а не главы Содружества или Соединенного королевства, и не обязан получать каких-либо инструкций от британского правительства [10, 89].
     Империя (от лат. «imperium» - власть) представляет собой одну из исторических форм монархических государств. Понятие имперской власти трактовалось как сосредоточение государственного суверенитета, "высшее" политическое единство. Имперская политика ассоциировалась с высокой централизацией власти в больших государствах, независимых от какого-либо внешнего политического влияния. Первые европейские империи - империя Карла Великого и Священная Римская империя, при всей аморфности этих образований в «государственном», властном смысле, являлись важными символами с точки зрения политической психологии и идеологии. В период укрепления в Европе национальных государств имперская идея была возрождена для обозначения особой формы государственного устройства с наднациональным, интегрированным характером. Такими государствами являлись Россия, Франция (при Наполеона Бонапарте), Австро-Венгрия, Германия. Правда, несмотря на декларируемую наднациональность, титульная (государствообразующая) нация или народ обладали в составе империй огромным политическим и правовым преимуществом [11, 93].
     Особой  формой империализма стало образование в XIX в. колониальных империй крупнейшими европейскими государствами. Каждая из таких метрополий обладала всей полнотой законодательной, исполнительной и судебной власти в колониях, но сохраняла и собственную автономную структуру государственного управления. Использования термина "империя" для сферы колониальной политики первоначально было связано с традициями британской государственности. Британское государство еще до начала колониальной эпохи, в период присоединения Шотландии и Ирландии (складывания Великобритании, а затем и Соединенного королевства Великобритании и Северной Ирландии) основывалось на политической философии статусного политического сообщества, объединенного суверенитетом Короны. Тот же принцип был распространен англичанами и на отношения с колониями [11, 94].
     Выше  упоминалось об унитарных государствах, в составе которых имеются  автономные образования. Однако в последние  десятилетия, сначала с принятием  конституции Италии в 1947 г., а затем  Испании в 1978 г. и, наконец, с принятием особой, 15-й поправки к конституции Шри-Ланки в 1987 г., появилась новая форма государства, вся территория которого, а не отдельные части, состоит из автономных образований. Эти автономии могут представлять собой территориальную автономию (большинство из 20 областей Италии), строиться с учетом бытовых особенностей населения и географических факторов (пять областей Италии) или создаваться на основе некоторых этнических, лингвистических, бытовых, исторических характеристик населения (Страна Басков, Андалузия и др. в Испании), но могут быть образованы и по смешанному - этническому и территориальному - признаку (одна из провинций, населенная тамилами, и девять других, сингальских провинций в Шри-Ланке). В Испании в более крупные автономные образования входят более мелкие автономные единицы [11, 95].
     Обычно  эти государства рассматривают  в качестве унитарных, но на деле они  имеют особенности, которые отличают их от сложных унитарных государств, имеющих отдельные автономные образования, и одновременно от федераций. В литературе такие государства иногда называются регионалистскими (от слова регион) и рассматриваются как начальная стадия перехода от унитарного государства к федеративному. В регионалистском государстве автономные образования своих конституций не имеют, но в конституциях государств за ними закреплены определенные полномочия, для осуществления которых они издают местные законы. Автономные образования имеют также особые документы - статуты об автономии, которые утверждаются общегосударственным парламентом/статуты пяти областей в Италии утверждаются в форме конституционного закона) [11, 96].
     Наряду  со своими местными представительными  органами автономии имеют также  местные органы исполнительной власти, формируемые местными законодательными органами. Однако наряду с ними в автономные образования назначаются представители центра - комиссары, губернаторы. Их полномочия неодинаковы, в Италии они невелики, в Шри-Ланке - очень обширны и включают право вето по отношению к законам, принимаемым представительными органами; законодательного органа автономии. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2 Особенности исторического  формирования федерализма как формы государственного устройства России 

2.1 Понятие федерализма  в Конституции  РФ 

     В Конституции Российской Федерации  подчеркнута федеративная природа российского государства (ст.1), закреплено верховенство законов Российской Федерации на всей территории страны (ст.4) (Конституция Российской Федерации). По-новому выстроена система федеративных отношений, которая в Федеративном договоре 1992 г. давалась в трех вариантах. Различая между собой статусы субъектов федерации, исходя из учета их исторических и этнокультурных факторов, Конституция РФ вместе с тем однозначно подчеркивает равноправие субъектов Федерации по отношению к федеральным органам власти (ст.5), единство экономического (ст.8) и правового (ст.4 и ст.15) пространств [1].
     Деление субъектов Российской Федерации  на типы – не формальный момент, оно  вытекает из сложившегося на практике их различного статуса. Это закреплено в Конституции Российской Федерации, где статус конкретных типов субъектов Федерации определяется строго очерченными видами нормативных правовых актов. Так, в случае республик – это Конституция Российской Федерации и конституции республик. Статус края, области, города федерального значения, автономной области, автономного округа определяется Конституцией Российской Федерации и уставом края, области, города федерального значения, автономной области, автономного округа. Кроме того, есть особый качественный статус субъекта Федерации – «автономный округ», входящий в состав края или области. Разностатусность субъектов Федерации – факт, но одновременно Конституцией закрепляется и равноправие субъектов Федерации [1].
     В гл. 3 Конституции Российской Федерации  решается целый ряд фундаментальных политико-правовых проблем федерализма, касающихся взаимоотношений центра и субъектов. В этой главе четко зафиксировано, что суверенитет Российской Федерации распространяется на всю ее территорию, и что Конституция Российской Федерации и федеральные законы имеют верховенство на всей территории Российской Федерации. В то же время в Конституции РФ, в отличие от Федеративного договора, не упоминается о суверенитете республик. В конституциях же республик (исключение составляют лишь Степное Уложение Калмыкии и Конституция Республики Марий Эл) такие положения содержатся [3; 3].
     Как относиться к этой коллизии, особенно с учетом того, что о своих суверенных правах ставят вопрос также субъекты федерации, не являющиеся республиками (государствами), ссылаясь на конституционное равноправие субъектов федерации?
     По  этому вопросу Конституционный  Суд РФ в Постановлении от 7 июня 2007 года №10-П и определении от 27 июня 2007 года №92-О изложил следующую  правовую позицию: «Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации. Суверенитет Российской Федерации, в силу Конституции Российской Федерации, исключает существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью, т.е. не допускает суверенитета ни республик, ни иных субъектов Российской Федерации» [2].
     Теория  федерализма определяет федерацию  как добровольное объединение двух и более суверенных государств, делегирующих такому объединению значительную часть  своих суверенных прав. При этом часть классиков федерализма (Г. Елинек, П. Лабанд, В. Уиуллоуби) исходила из того, что суверенитетом обладает только федерация в целом, другие (М. Зайдель, Д. Кальхаун) считали, что, наоборот, суверенитет принадлежит составным частям федерации, особенно в тех случаях, когда субъекты федерации наделялись конституционным правом свободного выхода из союза.
       Признание у субъектов современных  федеративных систем ограниченного  суверенитета в мировой науке  не подвергается сомнению, поскольку  нормальное функционирование федерации предполагает наличие относительно независимых друг от друга уровней власти, обладающих собственными полномочиями [23, 23].
     Российская  Федерация в этом смысле отличается от общепринятого в мире определения  федерации, учитывая, что она образована не «снизу», а «сверху», путем децентрализации. И все же суверенные права субъектов федерации (естественно речь идет об ограниченном суверенитете) в Конституции РФ 1993 г. подразумеваются, хотя она и не повторяет в этом вопросе содержание Федеративного договора в его первой части.
     По  своему содержанию статья 73, а также  части 1 и 2 статьи 3, части 2 и 3 статьи 5, части 2 и 3 статьи 11, статьи 67, 71, 72, 76 и 77 Конституции Российской Федерации  признают наличие у субъектов  Российской Федерации ограниченного суверенитета, понимаемого как «вся полнота государственной власти в пределах своей компетенции». И это вовсе не означает умаления или разделения суверенитета Российской Федерации, а является необходимым признаком федеративного государства и федеративной организации государственной власти [1].
     Становление российского федерализма имеет  ряд конкретно-исторических особенностей, определяемых тем, что Российская Федерация  находилась в составе Советского Союза, образованного на основе национального принципа государственного устройства, который стал одним из доминирующих факторов, способствовавших распаду страны в 1991 г.
     Впервые Россия, объединившая «в неразрывном  союзе народы и области», провозглашена  в качестве федеративного государства  Учредительным собранием в 1918 г.; но уже на основании Договора об образовании СССР от 30 декабря 1922 г. она приобрела статус одной из союзных республик. В Декларации провозглашались принципы добровольности объединения, равноправия республик и их свободного выхода из СССР [23, 24].
     Дальнейшее  становление российского федерализма  связывается с принятием Декларации о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 г., провозгласившей государственный суверенитет РСФСР в составе СССР.
     Декларация  объявляла суверенитет РСФСР  естественным и необходимым признаком государственности (ст. 2); многонациональный народ — носителем суверенитета и источником государственной власти (ст. 3); верховенство воли народа связывалось с целостностью территории (ст. 8), гарантиями гражданам РСФСР обеспечивать их защиту и покровительство за ее пределами (ст. 11), предоставлением всем гражданам, политическим партиям, общественным организациям, массовым движениям и религиозным организациям равных возможностей участия в управлении государственными и общественными делами (ст. 12) [24, 46].
     Но  для фактического (а не формально-юридического) признания РСФСР федеративным государством оснований не было: республика не имела  собственных субъектов федерации, реализация федеральных полномочий обеспечивалась за счет СССР и главное — у республики отсутствовал необходимый конституционный институт федерации — абсолютный государственный суверенитет, что, естественно, придавало ограниченный характер суверенитету РСФСР и не создавало необходимых условий для естественного (поэтапного) развития российского федерализма.
     После приобретения в 1993 г. Российской Федерацией полного государственного суверенитета возник ряд научно-практических проблем  становления федеративного государства  и преодоления последствий противоречивого развития теории и практики конституционно-правового регулирования государственного устройства Советского Союза.
     Федеративный  договор от 31 марта 1992 г. между Российской Федерацией и ее республиками именовал эти субъекты «суверенными республиками в составе Российской Федерации». В то же время Конституция РФ (ч. 2 ст. 5) определяет субъекты Федерации как «республики (государства)» безотносительно к полноте объемов суверенитета Российской Федерации и суверенитета ее субъектов и, предоставляя им равные права во «взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти» (ч. 4 ст. 5), в ч. 1 и ч. 2 ст. 66 закрепляет различные их конституционно-правовые статусы, а равно и положение республики, края, области, автономной области, автономного округа, городов федерального значения в структуре субъектов Федерации. Противоречивое развитие в данном конституционно-правовом поле федеративных отношений усиливает неопределенность самого конституционно-правового статуса Российской Федерации, которая из конституционной республики все больше превращается в договорно-конституционное государство, что, собственно, и привело к усилению сепаратистских тенденций, о чем предупреждали еще передовые русские мыслители XVIII—XXI вв. [24, 47].
     Соблюдение  принципов верховенства Конституции РФ, с одной стороны, и равноправия субъектов РФ — с другой, предполагает организацию такой структуры взаимоотношений центра и регионов, которая бы характеризовалась наличием стабильно действующей законодательной базы, определяющей не только основы организации власти на местах, но и механизм контроля и ответственности во взаимоотношениях Российской Федерации и ее субъектов.
     В целях обеспечения реализации принципов  федерального устройства государственной  власти следует принять Федеральный  закон «О гарантиях государственной целостности Российской Федерации и ответственности органов государственной власти за нарушение Конституции Российской Федерации, федеральных законов и решений суда», предмет регулирования которого преодолеет ограниченность ст. 11 Федерального закона «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации» в части регламентации ответственности сторон договора, соглашения не только за неисполнение или ненадлежащее исполнение положений договора, соглашения, но и за нарушение порядка разграничения предметов ведения и полномочий при заключении данных договоров [24, 51].  

       2.2 Особенности формирования российского федерализма  

       Федерализм в России формировался скорее сверху, чем снизу. Конечно, после революции наблюдался процесс самоопределения народов, чьи требования вынудили коммунистов пойти на уступки в виде учреждения федеративного государства, но большевики на это смотрели, как на тактический ход. К 30-м годам им удалось справиться с «националами» и установить жестко централизованное государство с декларативной Конституцией федеративного государства.
     Исторически не было ситуации, когда бы империя  превратилась в Федерацию. Османская, австро-венгерская, британская, французская  и другие распались. Это не значит, что Россию должна постигнуть та же участь. Сдерживающим фактором от распада для нее является то, что многие нерусские народы являются коренными. Те же татары как народ формировались не просто в Татарстане, а преимущественно там же, где проживают и сегодня, т.е. на Волге, на Урале, Сибири. Вместе с тем, переход от империи к Федерации означает создание прецедента, а для этого нужна политическая воля. Случай с Россией уникален, но это не является основанием для пренебрежения опытом других стран. Скорее наоборот, создание прецедента требует самое внимательное изучение всего разнообразия федеративных государств, которые существуют в мире [27, 101].
     Таким  образом, история федерализма в  России коротка. Обе попытки сформировать федеративную систему предпринимались в качестве мер аварийного реагирования. Первая из них состоялась в 1917-1922 годах и закончилась реставрацией де-факто унитарного правления. Начавшаяся в 1990-е вторая попытка вполне может разделить судьбу первой, хотя принцип федерализма закреплен в действующей Конституции РФ. К сожалению, попал он туда не в результате самоопределения новой России, а скорее в качестве советского наследства. Поэтому и рассматривается зачастую как дань формальному приличию, а не как базовая ценность.
     Когда-то советская федерация оказалась единственной формой государственного устройства, способной остановить распад страны и одновременно направить энергию «национальных окраин» в русло революции. При этом провозглашение «права на самоопределение вплоть до отделения» и довольно произвольный отбор так называемых «титульных наций» «запрограммировали» наличие проблемы территориальной целостности [7, 102].
     Двухуровневая система советского федерализма - союзные  республики и включенные в их состав автономии - также несла в себе изначальный логический изъян. Предполагалось, что, благодаря историческому прогрессу, 15 «титульных наций» уже достигли собственной государственности, пусть и в составе СССР, а несколько десятков этнических групп, названных «титульными» в автономиях союзных республик, - еще нет. «Младшие», как и следовало ожидать, подросли и на рубеже 1980-1990-х годов заявили о себе в полный голос. В России это вызвало к жизни так называемый «парад суверенитетов», который и привел ко «второму изданию» федерализма.
     Третья  большая проблема советской федерации - расчлененное самосознание ее граждан. Несмотря на широкую пропаганду интернационализма, коммунистическое руководство придавало  немаловажное значение этнической идентичности и даже исключительности «титульных наций», наполнив эти категории формально-юридическим содержанием. Между тем «многонациональная общность советских людей» оставалась смысловым мыльным пузырем [24, 35].
     Специальные исследования и попытки сформировать общность людей по признаку лояльности государству без этнических и конфессиональных границ начались только в последние полтора - два десятилетия существования Советского Союза. Шли они с переменным успехом, то и дело отступая в тень стремления усовершенствовать унитарное управление, а иногда и напрямую русифицировать национальные республики.
     Идеологамы «пролетарского интернационализма» повсеместно опровергались повседневной практикой советских учреждений и общественных организаций. Бытовая ксенофобия, ставшая ныне огромной проблемой для российских городов, серьезно не рассматривалась. Меры миграционного регулирования нередко заимствовались из репрессивного арсенала, будь то тотальные сталинские депортации или постепенное перемещение нескольких сотен тысяч русских рабочих в республики Прибалтики. Программы адаптации приезжих к местной социальной среде, преодоления этнических рамок в общении и общественной жизни практически отсутствовали.
     Из  многонационального СССР так и не получилось ни «плавильного тигля», ни «этнического салата», ни «новой исторической общности - советского народа», отчего «развод» на рубеже последнего десятилетия XX века протекал сравнительно легко. Советский Союз проиграл не только холодную войну, но и битву за формирование гражданского общества. В критический момент он оказался территорией с населением, но без граждан. Аналогичная проблема встает и перед Россией [24, 35].
     На  рубеже 1980-1990-х сложилась ситуация жесткого противостояния между руководящими органами России и Советского Союза. Во взаимной «игре на понижение» использовались и весьма рискованные политические методы. Союзный центр предложил автономиям уравнять их статус с союзными республиками, в составе которых они находились.
     Автономии, входившие в состав РСФСР, охотно переименовались в республики и  приняли декларации о государственном суверенитете. Самые впечатлительные намеревались даже принять участие в новоогарёвском процессе, дабы реконституировать СССР с помощью нового союзного договора. Этому воспрепятствовала попытка государственного переворота в Москве в августе 1991 года.
     После окончательного демонтажа Советского Союза (декабрь 1991) российскому руководству  пришлось пойти на подписание Федеративного  договора, который закрепил новые  правила взаимоотношений центра и регионов. Среди последних отдельной  группой выступали два десятка республик - бывших автономий. Авторы договора попытались воспроизвести в масштабах России то, что не удалось сделать в Новоогарёве в масштабах СССР: сохранить единство страны, сформировав основы федерации с четким разделением объемов реальных, а не фиктивных полномочий. В декабре 1993-го на общероссийском референдуме была принята федеративная Конституция, в которой осталось слово «самоопределение», но уже не было слов «вплоть до отделения» [24, 36].
     Разделение  объемов полномочий, в соответствии с которым регионам делегировался невиданный ранее объем власти, гарантировалось не только Конституцией и Федеративным договором, но и самой сущностью сделки, оформленной с помощью этих законодательных актов: единство в обмен на права регионов. Однако по мере стабилизации нового федеративного образования обнаружилось, что центр не прочь пересмотреть распределение полномочий, а Конституция и Федеративный договор написаны так, что даже коренной пересмотр порядка взаимоотношений не требует внесения поправок.
     Последовательные  унитаристские меры начала принимать  администрация Владимира Путина. Отчасти они диктовались обстоятельствами ее прихода к власти. В конце  лета 2008 года боевые действия вспыхнули  на административной границе между  Чечней, которая после Хасавюртовского мира (1996) жила в состоянии так называемого «отложенного статуса», и Дагестаном, статус которого определялся исключительно Конституцией и Федеративным договором.
     Факт  открытия боевых действий сразу на трех театрах в республике, до сих пор считавшейся мирной, не на шутку встревожил Москву. Назначенный премьером Владимир Путин принял решительные меры, чтобы сохранить Дагестан в составе России, а затем и силовым способом урегулировать статус Чечни. Эти шаги отнюдь не предполагали демонтажа федеративного устройства, но сформировали имидж нового российского руководства как «собирателя земель».
     В последующие семь лет Москва поддерживала этот имидж сообразно своему пониманию государственного единства, постепенно отбирая у регионов завоеванные ими привилегии. Институт полномочных представительств президента России в семи федеральных округах стал, несмотря на весьма скромные права полпредов, промежуточным, по сути унитаристским, звеном управления между регионами и центром. Возникшие и отчасти реализованные проекты укрупнения регионов, сократили, пусть и незначительно, число «контрагентов» федерального центра.
     В начале 2000-х Генеральная прокуратура и юристы президентской администрации проделали колоссальную работу по анализу и редакции региональных законодательств. Ни о какой атаке на принципы федерализма речи, конечно, не было. Но при этом довольно четко прослеживалось стремление центра выровнять асимметрию федеративных отношений, то есть разницу статуса республик и прочих субъектов. Такая унификация, в общем, характерна скорее для отношений внутри унитарного государства, которое конструируется не из правомочных субъектов, а из подчиненных центру административных единиц [27, 19].
     Несколько десятков договоров об особом порядке  разграничения полномочий, заключенных Москвой с отдельными регионами после подписания общего Федеративного договора 1992 года, оказались расторгнуты. В эти документы региональные элиты пытались «упаковать» реальный суверенитет, предложенный им в свое время Борисом Ельциным: бюджетные льготы, преференции в использовании недр и прочие особые условия.
     Одновременно  изменению подвергся порядок  формирования верхней палаты Федерального собрания - Совета Федерации. Раньше членами  этой палаты по должности являлись губернаторы и главы региональных законодательных собраний, теперь же остались лишь их представители, назначение которых неизбежно согласуется в Кремле. Наконец, с 2004-го губернаторы больше не избираются жителями их регионов, а утверждаются местными парламентами по предложению главы государства. Введение такого порядка выглядело ответом на террористическую акцию в Беслане (Северная Осетия). И лишний раз подтвердило, что обеспечение безопасности населения руководство страны видит не столько в повышении гражданской бдительности, сколько в том, чтобы совершенствовать управляемость и взаимодействие всех частей властного механизма.
     Две республики, воспользовавшись приглашением Бориса Ельцина, взяли суверенитета больше, чем остальные. В 1992 году под  Федеративным договором отсутствовали подписи президента Чечни Джохара Дудаева и президента Татарстана Минтимера Шаймиева. Этнические движения именно в Чечне и Татарстане приобрели самый массовый характер, в течение всего десятилетия энергетика «взрыва этничности» оставалась одним из ключевых факторов в политике этих регионов [27, 19].
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.