Здесь можно найти образцы любых учебных материалов, т.е. получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ и рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Понятие контекста юридической интерпретации

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 06.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 11. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


МИНОБРНАУКИ  РОССИИ
федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
 СЕРВИСА  И ЭКОНОМИКИ
 
 
Кафедра «ТЕОРИИ И ИСТОРИИ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА»
 
 
 
 
 
 
 
 
Реферат по дисциплине «Толкование права»
 
 
 
 
Тема:  «Понятие контекста юридической интерпретации»
 
 
 
 
 
                Выполнила магистрантка юридического института
                группы  № 030900.68
                заочной формы обучения
                Поликарпова Е.В.
 
 
 
 
 
 
 
 
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ 
2011
Оглавление
 
 
1. ВВЕДЕНИЕ  …………………………………………………………………….  3
2. Понятие  юридического толкования (интерпретации)………………………   6
3. Текст  и контекст нормативного акта…………………………………………  10
4. Способы  и виды толкования………………………………………………….  11
5. Методы  и правила толкования………………………………………………. 14
6. Юридические  термины и их интерпретация  ………………………………..  15
7. Результаты  толкования……………………………………………………….   24
8. Регулирование  процесса толкования……………………………………….    26
9. Список  использованных источников………………………………………..   27
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
ВВЕДЕНИЕ
 
    Толкование - это деятельность, направленная на уяснение и разъяснение истинного  смысла правовых норм.  Предметом  толкования выступают правовые нормы, изложенные в текстах нормативных  правовых актов, в других источниках права. Правильное понимание смысла норм обеспечивает наиболее полную и эффективную их реализацию. Фактически, толкование является повседневной деятельностью тех лиц, которые связаны с реализацией права в разных формах. В самом понятии толкования отражены два аспекта толкования: 1. Уяснение - это мыслительный процесс, в ходе которого познается смысл нормы лицом, которое изучает содержание правовой нормы. 2. Разъяснение - другая сторона толкования, когда уясненный для себя смысл правовой нормы доводится либо до конкретного лица, либо до индивидуально-неопределенного круга лиц. Следует отметить, что обычно достаточно уяснить смысл правовой нормы, чтобы вынести правильное решение по конкретному делу. К разъяснению прибегают тогда, когда в процессе уяснения правовой нормы обнаруживается, что воля законодателя не получила в ней точного словесного выражения либо когда норма требует дополнительной конкретизации и необходимо обосновать возможность ее применения к данной категории дел или реализации в данной конкретной жизненной ситуации. Приемы, способы и виды толкования: При толковании правовой нормы следует установить: содержание правовой нормы; ее взаимоотношение с другими нормами и принципами права; связь нормы с другими общественными явлениями; действие в пространстве, во времени и по кругу лиц. С этой целью используют следующие приемы и способы толкования: Грамматическое толкование - для этого способа характерно использование правил грамматики того языка, на котором закон написан. Например, обращают внимание на роль союзов "и", который обычно употребляется как соединительный ("лишение свободы и конфискация"), "и/или", который обычно употребляется как разделительный ("лишение свободы или конфискация"). Обращают внимание также на форму глаголов. Например, возвратные глаголы означают, что юридическое значение придается только состоявшимся действиям ("лицо, давшее взятку"). Систематическое толкование предполагает анализ текста конкретной статьи во взаимосвязи с текстами других статей данного нормативного акта, или других нормативных актов, которые связаны общим предметом. Устанавливается место правовой нормы в правовом институте, отрасли права, правовой системы в целом. Исторический прием используется тогда, когда для уяснения смысла нормы важно знать те исторические обстоятельства, при которых данная норма была принята. На этой основе уясняются мотивы ее принятия, а также цель, на достижение которой она направлена. Телеологическое толкование направлено на уяснение цели, которые ставил перед собой законодатель, принимая норму. Логическое толкование означает использование приемов формальной логики для выявления структурных элементов самой правовой нормы. Анализируется соотношение объемов понятий, правильность суждений. Существует точка зрения, что логическое толкование не является самостоятельным приемом, поскольку правила логики используются во всех способах и приемах толкования, зато, в некоторых работах, оно выделяется в качестве самостоятельного. Исторически, еще со времен Рима, сложился ряд конкретных приемов логического толкования: 1) a pari - "сравнение определенного конкретного случая с частным случаем, подобным ему во всех отношениях"; 2) a fortiory - "кто управомочен или обязан к большему, тот управомочен или обязан к меньшему; кому воспрещено меньшее, тому воспрещено большее"; 3) de eo quod persumque fit - "законодатель предусмотрел случаи, которые являются наиболее частыми, но не исключает случаи, которые являются менее частыми"; 4) ad absurdum - доказывание того, что "определенное толкование закона приводит его в противоречие с общей системой законодательства или другими законодательными актами, или подобное его толкование вообще не может быть проведено в жизнь"; 5) argumentum a contrario - вывод о неприменимости данной нормы к данному случаю делается на основе противопоставления их тем случаям, которые прямо в норме не предусмотрены. Применяют такой способ толкования, как толкование по объему. В этом случае решается вопрос - нужно ли понимать текст, его ключевые слова буквально, или же их можно толковать ограничительно, либо расширительно. По общему правилу, нужно следовать буквальному смыслу текста, но в отдельных случаях допускаются другие способы толкования по объему, поскольку сам законодатель имел это в виду. Например, положение "дети обязаны содержать своих нетрудоспособных родителей" толкуется ограничительно. (Имеются в виду не все "дети", а только достигшие трудоспособного возраста). А положение "суд действует в соответствии с федеральным законом" должно толковаться расширительно, ибо имеется в виду не только собственно закон, но и все иные , в том числе подзаконные нормативно-правовые акты. В науке и в практике применяются следующие основные принципы толкования: - всякое сомнение при толковании закона должно разрешаться в пользу подсудимого (in dubio pro reo); - исключительные законы подлежат ограничительному толкованию; - законы, устанавливающие смягчение ответственности, могут быть толкуемы расширительно; - законы, усиливающие ответственность, подлежат ограничительному толкованию; - изъятия из общих правил подлежат ограничительному толкованию. Следует подчеркнуть, что все указанные выше приемы и способы толкования вовсе не исключают друг друга. Как правило, их применяют одновременно для того, чтобы полностью избежать неправильного и неполного понимания смысла правовой нормы. В качестве субъекта толкования (уяснения и разъяснения) может выступать любое лицо. Но юридические последствия толкования при этом будут различными. Они зависят от правового положения субъекта, толкующего норму. Отсюда по субъектам толкования и с точки зрения юридических последствий толкования оно подразделяется на два вида: официальное и неофициальное. Неофициальное толкование юридических последствий не имеет, то есть необязательно для следования ему. Оно осуществляется, например, научными учреждениями, адвокатами. юрисконсультами и т.п. Это толкование носит характер советов, рекомендаций. Убедительность такого толкования зависит от авторитета субъекта, обоснованности и аргументированности даваемой им интерпретации. Разновидностью неофициального толкования является доктринальное толкование. Оно дается учеными-юристами в монографиях, статьях, комментариях к закону. Достоинство этого толкования в том, что оно основано на глубоком научном знании правовых явлений, обосновывается широкой аргументацией. Правда, в Древнем Риме, начиная с принцепса Августа, наиболее выдающимся юристам было предоставлено право давать официальные консультации. Заключения юристов, наделенных этим правом, приобрели на практике обязательное значение для судьи. Официальное толкование - это такое толкование, которое является обязательным для тех лиц, к которым оно обращено. Официальная, порождающая юридические последствия деятельность по разъяснению нормативных актов может классифицироваться по разным основаниям. С точки зрения того, к кому обращено это толкование, оно делится на нормативное и казуальное. Нормативное - обращено к персонально неопределенному кругу лиц, и поводом к такому толкованию служит необходимость единообразного понимания смысла конкретной нормы права. Казуальное толкование обращено к конкретному органу государства в связи с применением им правовой нормы в конкретном деле. Такое толкование обязательно только для этого органа, и не для кого больше. Для других лиц и органов результаты такого толкования могут послужить только в качестве модели, как необязательный образец для подражания. Другим основанием классификации является отношение органа государства, толкующего норму, к источнику ее создания. Если орган государства дает официальное толкование нормативного акта, принятого другим органом государства, то такое толкование называется легальным. Если орган государства, в силу предоставленного ему права, толкует свой собственный нормативный акт, то такое толкование называется аутентическим. Результаты официального толкование излагаются в особом виде юридического акта (документа), который принято называть интепретационным актом. Он может быть обращен к конкретному лицу или органу, либо к индивидуально- неопределенному кругу лиц. Официальное толкование может быть также включено в тексты законов тем органом, который принял данный закон. Например, в некоторых законах специальный раздел посвящен разъяснению смыслу понятий, терминов, которые используются в его текстах. Наряду с этим, в самом тексте используются нормы - определения, которые также раскрывают смысл некоторых понятий.  То есть результаты официального толкования могут быть изложены как в специальном интерпретационном акте, либо в самом тексте закона.  На результаты официального толкования можно и нужно ссылаться органам, и лицам, применяющим правовую норму.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
2. Понятие юридического толкования (интерпретации)
 
    Толкование (интерпретация) права — это интеллектуальный процесс, направленный на, во-первых, выявление смысла норм права самим интерпретатором (уяснение) и, во-вторых, доведение этого смысла до сведения других заинтересованных лиц (разъяснение). Уяснение и разъяснение правовых норм — два важнейших результата процесса толкования, но при этом процесс толкования права нередко ограничивается уяснением, то есть познанием смысла нормы «для себя», без сообщения этого результата другим субъектам. Толкование — важнейшая составляющая процесса применения права, более того, без толкования нет и не может быть правоприменения.
    Это – деятельность по установлению содержания правового акта для его практической реализации.
    Главное значение в праве имеет толкование нормативных юридических актов. Оно и будет в основном рассмотрено.
    Исходное  в толковании нормативных актов  состоит в том, чтобы познать, выявить и тем самым установить тот смысл, то содержание, которые  заключены в нормативных юридических предписаниях.
    Вместе  с тем толкование (интерпретация) – это не само познание, а деятельность по установлению содержания нормативных предписаний[1]. Эта деятельность, как и вообще юридическое толкование, складывается из двух основных – элементов: а) уяснения содержания нормативного предписания и б) его разъяснения.
    Уяснение – первый и обязательный элемент толкования, выражающий его познавательную функцию. Здесь лицо раскрывает содержание нормативного предписания для себя. В полной же мере значение толкования как деятельности проявляется в разъяснении, когда лицо в той или иной форме внешне выражает свое понимание содержания нормативного правового предписания, определенным образом интерпретирует его.
    Такой характер толкования в праве обусловлен тем, что правовой акт интерпретируется для его практической реализации. Это не только определяет объем познания и особенности его содержания, но и приводит к тому, что сам процесс познания выражается в виде деятельности, а его результаты так или иначе проявляются вовне, т.е. выступают в виде разъяснения.
    Каковы  основания, вызывающие необходимость толкования?
    Эти основания заключены в особенностях непосредственного предмета толкования – формы права, правовых актов. В  отношении нормативных юридических  актов таким непосредственным предметом  выступает нормативное юридическое  предписание. Последнее представляет собой государственно-властное веление, существующее только в таком виде, когда оно формально выражено и закреплено в нормативном юридическом акте. Следовательно, для того чтобы практически реализовать нормы права, необходимо раскрыть содержание нормативного предписания. Необходимо как раз потому, что оно существует лишь в определенной форме – в нормативном юридическом акте. Значит, нужно как бы проникнуть внутрь формы права. Это и достигается путем юридического толкования.
    Необходимость толкования органически связана с использованием при выработке правового акта средств и приемов юридической техники, в свою очередь обусловленных обоими аспектами внешней формы права, а именно: и формой внешнего, словесно-документального изложения содержания правовых предписаний, и нормативным, специально-юридическим выражением этого содержания.
    Обусловленность толкования словесно-документальным изложением правовых предписаний в нормативном  акте. Необходимость толкования правового акта продиктована прежде всего теми же причинами, которые обусловливают необходимость уяснения любой формы речи. В частности, уяснение любого документа требует определенной мыслительной деятельности, связанной с пониманием данной знаковой системы –  слов, предложений, их логической связи и т.д. В указанном отношении толкование в значительной степени универсально; оно широко используется в литературоведении, истории, этнографии и других науках, имеющих дело с документами и иными формами письменной речи.
    Обусловленность толкования особым (нормативным, специально-юридическим) выражением правовых предписаний в нормативном акте. Так как в нормативном акте государственная воля выражена на языке права, то для обеспечения реального действия юридических норм нужен, условно говоря, обратный перевод. Ведь воля, содержащаяся в нормативном правовом акте, выражается с использованием средств и приемов юридической техники-терминологии, юридических конструкций и т.д. Полное и точное уяснение содержания правовых актов нуждается в применении юридических знаний, требует в ряде случаев разъяснения смысла терминов, своеобразия тех или иных норм, их специфического нормативного и системного построения и т.п.
    Указанные основания, вызывающие необходимость  толкования, носят, так сказать, естественный характер. При уяснении любого нормативного акта интерпретатор имеет дело с определенной знаковой системой – со словесно-документальной, языково-логической формой изложения воли законодателя, которая к тому же получила особое юридическое выражение.
    К рассмотренным основаниям надо добавить и такую причину толкования, как истечение подчас значительного времени после издания акта. Формулировки, выражающие нормативные предписания, нередко ориентированы на фактические ситуации, которые в той или иной степени конкретности может предвидеть законодатель. Между тем при длительном действии нормативного акта возникают новые факты и обстоятельства, которые хотя и охватываются предусмотренной нормой ситуацией и, следовательно, сообразовываются с волей законодателя, но не подпадают под буквальные формулировки акта.
    Кроме этих естественных оснований, необходимость  толкования обусловлена в ряде случаев известным несовершенством изложения воли законодателя. При выработке правовых актов не всегда удается достигнуть адекватного использования средств юридической техники, ясного и точного стиля, понятного языка. Отсюда – неясности некоторых формулировок, расплывчатые, а иногда и двусмысленные выражения, термины.
    Толкование  является необходимым (хотя и не основным) элементом МПР. Его значение как элемента МПР состоит главным образом в том, чтобы обеспечить полное и точное раскрытие функций правовых актов как источника и формы существования юридических норм, других содержательных элементов правовой системы (11.32.2.).
    Особо должна быть выделена роль в МПР толкования нормативных актов. Здесь отчетливо проявляется связь юридического толкования с режимом законности. Если в эксплуататорских обществах толкование нередко служит корректированию и исправлению смысла действующих норм в соответствии с интересами господствующего класса, то в социалистическом обществе цель толкования – обеспечить действие и эффективность нормативной основы МПР в условиях строгой социалистической законности,
    Толкование  нормативных актов завершает  процесс регламентации общественных отношений. В результате толкования нормативные юридические предписания готовы к реализации, к практическому осуществлению.
    В то же время своеобразие толкования состоит в том, что это –  деятельность, которая, реально завершая процесс регламентации общественных отношений, является одним из начальных элементов процесса реализации юридических норм,
    Толкование  правовых актов способствует устранению (точнее, смягчению) недостатков в  их форме. Неправильное или неполное использование средств и приемов  юридической техники, недостатки стиля правовых актов могут быть устранены путем толкования. Под известным углом зрения толкование можно рассматривать в качестве своеобразного продолжения юридической техники, направленного на достижение тех же задач – обеспечить полноту и точность выражения воли, содержащейся в актах, ее полное раскрытие, надлежащую эффективную реализацию.
    Вопросы толкования относятся к числу  тех общетеоретических проблем, которые имеют непосредственно  практическое значение. Один из секретов высококачественной работы юриста состоит в такой подготовке и уровне профессионального мастерства, которые позволяют ему полно, точно и быстро толковать нормативные и иные правовые акты. Поэтому весьма примечательно, что в последние годы советская юридическая литература сконцентрировала внимание не только на общих вопросах толкования, но и на разработке приемов и правил, полезных для практической работы.
 
Вместе  с тем ряд вопросов толкования нуждается в дальнейшей разработке. Наряду с более широким использованием достижений современной (нормативной) логики, теории языка, лингвистики и других неюридических наук представляется в высшей степени важным осмыслить толкование как своеобразное юридическое явление и под этим углом зрения увязать проблематику толкования с фундаментальными выводами нашей юридической науки, в том числе выводами, касающимися применения права и внешней формы права (различая при этом внешнее, словесно-документальное изложение предписаний и, что особо важно, их нормативное, специально-юридическое выражение).
     Некоторые авторы толкование правовых актов анализируют  примерно в том же плане, в каком  вообще возможно говорить о толковании документов (необходимость толкования обосновывается известным несовершенством  языка; в .качестве приемов толкования указываются грамматический, логический и другие, имеющие, в принципе, общий характер, и т.д.). Конечно, при толковании любых документов возникают общие вопросы, которые существенны и в юридической науке. Однако толкование правовых актов имеет и особые черты. Они же определяются, в частности, тем, что воля в правовых актах юридически оформлена, т.е. выражена с помощью средств и приемов юридической техники. А это означает, что одна из задач юридической науки состоит в том, чтобы, рассматривая вопросы толкования, не упускать из поля зрения указанные своеобразные черты и видеть в толковании специфическое правовое (именно – правовое!) явление. Отсюда и вытекает необходимость решения некоторых специальных проблем (например, официального и неофициального толкования), особого подхода при рассмотрении приемов толкования. Следует также учитывать, что в толковании нуждаются и индивидуальные акты (в частности, приговоры и решения судов). Поэтому есть все основания рассматривать толкование и с более широких позиций, т.е. применительно к правовым актам в целом.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
3. Текст и контекст нормативного акта
 
    Первичным объектом толкования является текст нормативного правового акта или иного источника права. Такой текст организован в соответствии как с общими закономерностями, присущими текстам вообще, так и особенностями официально-делового стиля, посредством которого нормы права выражаются в предложениях естественного языка.
    При анализе текста правового акта прежде всего устанавливаются значения терминов (юридических и других сфер человеческой деятельности) и иных слов, содержащихся в нём, а также внутренние связи между этими словами, в силу чего считается, что анализ текста правового акта включает в себя 2 этапа: лексико-морфологический и синтаксический.
    Но  анализа собственно текста в подавляющем  большинстве случаев недостаточно, что заставляет интерпретатора обращаться к контексту источника права, то есть его смысловым связям с другими источниками права и иными явлениями социальной действительности.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
4. Способы и виды толкования
 
    Способы толкования — специальные приемы, правила и средства познания смысла норм права, используемые сознательно или интуитивно субъектом для получения ясности относительно правовых явлений. В зависимости от задач интерпретатора способы толкования права делятся на:
    языковой (лингвистический, филологический, грамматический). Содержание правовой нормы выражается в тексте НПА. Способ выступает начальным приемом уяснения правовой нормы. Он состоит в определении смысла слов, установлении лексической связи между ними.
    функциональный исследует факторы и условия, в которых функционирует, реализуется толкуемая норма.
    исторический состоит в выявлении смысла правовой нормы путем обращения к истории ее принятия и целям, мотивам, обусловившим ее введение в систему правового регулирования.
    систематический состоит в уяснении смысла правовой нормы путем сравнения ее с другими нормами, выявления ее связей в общей системе правового регулирования и конкретного места в нормативном акте, отрасли или системе права.
   При этом языковой способ относится к  анализу текста правового акта, а  все иные — к познанию его контекста. Дискуссионными остаются вопросы о существованиилогического и телеологического (целевого) толкования права как самостоятельных способов. На практике различные способы толкования применяются совокупно, а разграничение различных способов, как правило, не производится.
   В зависимости от юридической силы результатов толкования выделяются: официальное толкование (даётся компетентными органами государственной власти и должностными лицами, носит общеобязательный или, во всяком случае, обязательный для определённого круга лиц характер) и неофициальное (даётся лицами и организациями, не наделёнными властными полномочиями, носит рекомендательный или информативный характер).
   Виды толкования:
   Толкование  норм права имеет два направления (процесс): уяснение («для себя») и разъяснение(«для других»). Уяснение смысла нормы права является необходимой предпосылкой для правильного понимания и реализации ее требований. Разъяснение правовой нормы осуществляется тогда, когда в процессе уяснения обнаруживаются неясности в ее содержании.
В зависимости от субъектов, разъясняющих правовые нормы, толкование-разъяснение подразделяется на официальное и неофициальное.
     Официальное толкование — это такое разъяснение нормы права, которое дается компетентными органами. Оно обязательно для всех, кто применяет данную норму. Официальное толкование находит выражение в специальных актах (документах), которые издает компетентный орган (постановления, инструкции и др.).
Официальное толкование по объему подразделяется на нормативное и казуальное(индивидуальное).
     Нормативное толкование — это официальное разъяснение, которое обязательно для всех лиц и органов, применяющих определенную норму или нормы права. Такое разъяснение распространяется на все случаи, предусмотренные толкуемой правовой нормой. Тем самым обеспечивается единообразное и правильное проведение в жизнь ее требований. Официальное толкование может давать и сам орган, издавший разъясняемую норму права. Такое разъяснение называется аутентичным. Например, разъяснение президентом изданных им указов. В то же время официальное нормативное толкование правовых норм могут давать и органы, которые их не издавали. В этом случае они наделяются специальными полномочиями по официальному разъяснению указанных норм. Так, законодательный орган может поручить соответствующим органам исполнительной власти разъяснить изданный им закон. В свою очередь, на основании специальных полномочий министерства и ведомства наделяются правом официального разъяснения нормативно-правовых актов, издаваемых правительством. Так, министерство финансов может разъяснять решения кабинета министров по вопросам распределения государственного бюджета, министерство труда — по вопросам использования трудовых ресурсов и т. п.
     Казуальное толкование — это такое разъяснение содержания правовой нормы, которое дается в связи с рассмотрением конкретного юридического дела. Такое толкование называется казуальным потому, что оно имеет силу только для данного конкретного случая (казуса). Необходимость в казуальном толковании возникает тогда, когда решения нижестоящих правоприменительных органов по конкретным юридическим делам являются неправильными, не соответствуют закону. Казуальные разъяснения обязательны только при рассмотрении конкретного дела. Кроме того, они служат образцом для других органов, которые применяют данные нормы права.
     Нормативное и казуальное разъяснения по своему содержанию подразделяются на судебное и административное.
     Судебное толкование — это разъяснение смысла норм права, осуществляемое судами. Оно обеспечивает правильное понимание и единообразное применение норм праяа в деятельности судов. В ряде стран особо важное значение имеют официальные разъяснения высших судебных органов государства нижестоящим судам по возникшим в ходе рассмотрения судебных дел вопросам применения гражданского и уголовного законодательства. Руководящие разъяснения высших органов судебной власти обязательны для всех судов, других органов и должностных лиц, применяющих разъясняемые нормы права.
     Административное толкование — это разъяснение смысла норм права, которое дается исполнительными органами государства. Такое толкование касается вопросов управления, труда, социального обеспечения и подобных.
Толкование  норм права в пределах своей компетенции  могут давать и местные органы самоуправления, разъясняя смысл созданных ими правовых норм, действие которых, однако, ограничено подведомственной территорией
     Неофициальное толкование — это разъяснение смысла правовых норм, которое не носит обязательного характера. Оно может даваться любым гражданином или исходить от общественной организации. Такое толкование необязательно для тех органов или должностных лиц, которые применяют нормы права. Например, высказывания крупных государственных и общественных деятелей о сущности и роли определенного закона в общественной жизни, о его практической направленности. Важным видом неофициального разъяснения правовых норм является доктриналъное (научное) толкование. Оно дается специальными научно-исследовательскими учреждениями, квалифицированными учеными-юристами, опытными юристами-практиками в комментариях к законодательству, в научных работах, в статьях, лекциях, выступлениях и т. д.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
5. Методы и правила толкования
 
      Методы  толкования права подразделяются на общенаучные методы познания(анализ и синтезиндукция и дедукцияабстрагированиеаналогиямоделирование и др.) и частнонаучные, то есть собственно юридические (догматический анализ, метод юридической компаративистики, историко-правовой метод и пр.); также, в зависимости от целей конкретной интерпретации, используются методы иных наук (социологии, лингвистики, формальной и модальной логики, психологии, экономики и пр.). Особняком стоят методысемиотического анализа правовых текстов, позволяющие учитывать максимально широкие культурные контексты толкуемого источника права.
   Юридическая наука и правоприменительная  практика выработали набор правил толкования правовых норм, важнейшими из которых являются следующие:
    «золотое правило» (терминам и иным словам текста законодательного акта придаётся значение, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет оснований для придания им отличного значения);
    научным, техническим и иным специальным терминам, употреблённым в тексте законодательного акта, придаётся то значение, которое они имеют в соответствующей области знания, если в законе не установлено иное содержание конкретного термина;
    при наличии аутентичного (то есть данного законодателем) или легального (то есть данного официальным уполномоченным органом) разъяснения термина, используемого в тексте закона, интерпретатор должен следовать этому разъяснению;
    при неясности, неоднозначности текста нормы при толковании должно отдаваться предпочтение наиболее справедливому, с точки зрения конкретной правовой системы и социальных отношений, возможному содержанию;
    при толковании необходимо учитывать аналогичные конституционные принципы, международные договоры, практику высших судебных органов государства, а также общепризнанные доктринальные воззрения специалистов в данной отрасли права (т. н. communis opinio doctorum);
    в отдельных случаях при толковании должно быть установлено, какими целями руководствовался законодатель, создавая толкуемую норму права.
   Кроме того, при толковании права должны учитываться основополагающие юридические  принципы, сложившиеся в доктрине и — прямо или косвенно — закреплённые в законодательстве (Lex specialis derogat generaliLex superior derogat legi inferiorLex posterior derogat lex prior и др.).
 
 
 
 
 
 
 
 
6. Юридические термины  и их интерпретация
 
    Известно, что одни и те же феномены внешней  действительности в обычном языке  и в терминах науки могут получать различные формы обозначения. Например, вскипятить и довести до температуры, при которой и при соответствующем  давлении жидкость начинает превращаться в пар. Нередко терминологические обозначения, будучи иноязычными по происхождению, не получают точной семантизации в обычной речи. Об одном таком случае рассказывает в своем интервью газете "Московский комсомолец" председатель российского союза промышленников и предпринимателей А.И.Вольский: "Все начали употреблять слово "дефолт". Даже уважаемый Виктор Степанович в телевизор сказал: "Дефолт пошел". Так вот один из наших нынешних руководителей страны спросил у меня: "Аркадий, а что такое дефолт?". Я ему, к сожалению, ответил очень некорректно, пользуясь своей зиловской терминологией (все же 17 лет на заводе): мол, дефолт - это конец всем нам. А сам пришел домой и дай, думаю, посмотрю: оказывается, в словаре написано, что дефолт - это невыполнение своих обязательств".С другой стороны, обычные языковые обозначения могут вступать в противоречие с научными представлениями о соответствующем явлении. Мы, например, говорим, что солнце всходит и заходит, хотя даже школьнику в наше время известно, что в действительности "уходит" и " приходит " Земля как космическое тело, а Солнце остается неподвижным относительно своей системы. Более того. Слова "обычного " языка в нем самом и в некоторой системе терминов могут обозначать существенно разные вещи. Так, например, русские слова род и склонять в обычной речи значат совсем не то, что в качестве грамматических терминов. Кроме того, в отличие от терминов слова в обычном языковом употреблении могут иметь не только объективный, денотативный, компонент смысла, но и различные субъективные смыслы, в частности, оценочный.В условиях современной российской жизни на всех нас обрушилось великое множество разнообразных терминов, в первую очередь, экономических и юридических. В тех случаях, когда эти термины не имеют по форме ничего общего с обычными русскими словами, носители русского языка, как в случае с А.И.Вольским, узнавали их значения из словарей, либо, что, видимо, чаще, просто догадывались о нем из контекста. Когда же соответствующий термин звучит (пишется) абсолютно так же как и слово или словосочетание "обычного" языка, русскоязычный читатель или слушатель склонен приписывать термину общеупотребительное значение его омонима. И даже в тех случаях, когда в силу различных обстоятельств семантическая справедливость торжествует в сознании читателя и/или слушающего более или менее ослабленный субъективный компонент общеупотребительного слова не может не распространяться и на соответствующий омонимичный термин.Существуют некоторые особенности юридического текста, ведущие к трудностям, возникающим в процессе его семантической интерпретации.Энциклопедический юридический словарь в словарной статье "Юридическая техника" останавливается и на понятии юридического термина как элемента юридической техники и определяет юридические термины следующим образом "словесные обозначения государственно-правовых понятий, с помощью которых выражается и закрепляется содержание нормативно-правовых предписаний государства". Учитывая проведенный анализ, едва ли можно согласиться с тем, что это определение само по себе точно, ибо нет сомнения, что понятия потребитель или доброволец являются правовыми, но вряд ли их можно назвать государственными. Следует ли считать, что "нормативно-правовые предписания государства" - это просто правовые акты (законы, постановления, распоряжения, указы и т.п.), классифицируемые в зависимости от издавшего их государственного органа?В соответствии с положениями Энциклопедического юридического словаря юридические термины делятся на три разновидности по признаку "понятности" той или иной части населения:1. общезначимые термины характеризуются тем, что они употребляются в обыденном смысле и понятны всем, к этой группе терминов относятся, например, беженец, свидетель, работник и т.п.2. специальные юридические термины обладают особым правовым содержанием, (и, видимо, понятны далеко не всем, а лишь специалистам в области права), например, необходимая оборона, исковая давность и т.п.3. специально-технические термины отражают область специальных знаний - техники, экономики, медицины и т.д. (видимо, эти термины должны быть понятны юристу, являющемуся еще и специалистом в другой области) например, недоброкачественная продукция, правила техники безопасности и т.п.Та же статья определяет требования, которым в идеале должны соответствовать юридические термины. Однако эти требования, как мы видим, не всегда соблюдаются.Первое требование гласит, что один и тот же термин в том или ином нормативно-правовом акте должен употребляться однозначно. Это требование предполагает, однозначность термина только в одном (!) нормативном акте, даже не в одной отрасли права, не говоря уже о юриспруденции в целом. К сожалению, это "незаконченное" требование, которое достаточно последовательно соблюдается законодателем, порождает один из недостатков юридической терминологии, а именно, двойное или более обозначения одного и того же понятия. Например, государство - в конституционном праве обозначает "совокупность официальных органов власти (правительство, парламент, суды и пр.), действующих в масштабе страны или субъекта федерации, либо пользующиеся законодательной автономией территориального сообщества, в международном - просто участник международных отношений, в теории права -"способ организации общества".Например, понятие гранта приходится "собирать" из разных правовых актов не только различных отраслей права, но в одном гражданском праве грант - это и "благотворительное пожертвование, имеющее целевой характер", и "целевое финансирование отдельных общественно - полезных программ общественных объединений по их заявкам", и бюджетные ассигнования, и налоговые освобождения, зато все просто в налоговом праве, где есть четкое определение гранта как "целевых средств, предоставляемые безвозмездно иностранными благотворительными организациями предприятиям, организациям и физическим лицам в денежной или натуральной форме на проведение научных или других исследований, опытно-конструкторских работ, обучение, лечение и другие цели с последующим отчетом об их использовании".Второе требование состоит в том, что термины должны быть общепризнанными, т.е. употребляться в обиходе (имеется, вероятно, в виду в общеупотребительном языке), а не быть изобретены разработчиками правовых предписаний. Это требование, как кажется, практически не выполняется, ибо, как следует из проведенного исследования, понятия, используемые в общеупотребительном языке и являющиеся частью наивного сознания, очень часто не совпадают с понятиями, употребляющимися в качестве юридических терминов, и поэтому "ложно" ориентируют читателя нормативного акта, предполагающего, что он точно понимает общеупотребительные слова, являющиеся юридическими терминами. Например, слова работник и благотворитель как элементы лексической системы языка гораздо шире, чем эти же слова, выступающие в качестве юридических терминов, и наоборот, слово беженец в общеупотребительном языке имеет более узкое значение, нежели юридический термин беженец.Нет оснований спорить с утверждением, что "термины не должны быть изобретены разработчиками правовых предписаний", однако представляется необходимым отметить, что во многих случаях, учитывая различную интерпретацию общеупотребительных слов омонимичных терминам, было бы правильнее использовать новое слово, вероятно, заимствование, чем пользоваться словами общеупотребительного языка, которые могут быть неверно, неточно интерпретированы читателем.Третье требование определяет, что термины не могут не обладать устойчивым характером, т.е. должны сохранять свой особый смысл в каждом новом правовом акте. Это утверждение представляется вполне основательным, но, увы, не всегда соблюдается.Есть основания полагать, что несоблюдение установленных самим законодателем требований к юридической терминологии, в частности, порождает невозможность четкой и правильной интерпретации текста закона.Кроме уже приведенных выше положений, существуют еще некоторые другие особенности юридической терминологии, затрудняющие процесс понимания юридического текста рядовым носителем языка. Исследование, проведенное на материале текста закона "О благотворительной деятельности и благотворительных организациях", позволяет сделать вывод о том, что в юриспруденции часто нет четких дефиниций терминов, учитывая, что определение термина должно быть, во-первых, адекватным понятию, т.е. строго соответствовать объему выражаемого им понятия, а во-вторых, системным, т.е. по возможности указывать на место этого термина среди других в данной понятийной системе. К сожалению, этим признакам никак не соответствуют термины, номинирующие основные фундаментальные правовые понятия, такие как государство, право, закон.Требование к термину гласит, что в определении не должно быть порочного круга, т.е. значение одного термина не должно определяться с помощью другого, который сам определяется через первый. В связи с этим довольно странным кажется то, что законодатель все же определяет некоторые термины через однокоренные слова и обобщенные понятия, так, например, термин гражданин определяется через термин гражданство, что принципиально затрудняет многие правоотношения, ибо гражданин, лицо без гражданства и иностранный гражданин имеют в различных случаях различные права и обязанности, так, например, для не-граждан ограничено избирательное право, право вступать в политические общественные объединения и т.п.Анализ исследованного материала дает возможность с сожалением констатировать, что при создании нормативного акта законодатель часто не учитывает, что основные признаки термина - четкая сфера его применения и точное соотношение слова и отображаемого им объекта действительности. Термин всегда однозначен, его значение не должно зависеть от контекста. Без смысловой однозначности термин не может выполнять функцию обозначения специального понятия. Юриспруденция, может быть, даже более чем любая другая наука оперирует правовыми понятиями, которые в идеале должны быть ясны рядовым гражданам - носителям языка. Нет сомнения, что рядовой житель России достаточно смутно понимает такие юридические термины, как юридическое лицо, оперативное управление, хозяйственное ведение, а толкование, данное им законодателем вряд ли проясняет ситуацию. Например, юридическое лицо толкуется как "организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде".Из исследованного материала следует, что законодатель при толковании юридических терминов в ряде случаев не придерживается каких-то строгих принципов, по которым было бы удобно выстраивать однородные определения. Особенно ярко это проявляется когда речь идет об одинаковых по родо-видовым признакам понятиях, как, например, гипонимы одного гиперонима. К сожалению, законодатель при определении основных юридических терминов, предназначенных для обозначения форм организации трудовой деятельности, достаточно непоследователен, применяя различные критерии по отношению к юридическим лицам различных форм собственности - частной и государственной. Критерии риск (условие деятельности) и прибыль (цель деятельности) применяются только к предприятиям, находящимся в частной собственности. Соответственно, критерий форма собственности подменяется на практике критерием цель деятельности, коммерческая (частные организации) или некоммерческая (по умолчанию - частные и государственные). Из этого очевидно, что различные родовые характеристики определяемых понятий не спроецированы последовательно на все соответствующие термины.Не все термины вбирают в себя все характерные и необходимые для четких определений признаки, например, для различных объединений граждан это признаки, связанные с характером членства, сферой деятельности и видами деятельности.Однако нельзя не отметить, что общественные организация, движение, фонд - гипонимы гиперонима общественные объединения, сравнивая приведенные в законе определения, мы видим, что законодатель делает попытку упорядочить термины в соответствии с двумя критериями: институт членства (институт участников) и цель создания. Это дает основания надеяться, что развитие юридической терминологии в этом направлении, по крайней мере, в данной области, пойдет по верному пути.Понятно, что чем больше в законодательном тексте терминов, тем более он точен, четок, лаконичен. Справедливо пишет В.М. Коган, что "употребление в законе исключительно терминов - это идеал, к которому право стремится и которого оно никогда не достигает из-за сложности самой действительности, составляющей предмет права и его цель" .Нерасторжимая связь юридических понятий и соответствующих им терминов проявляется в том, что упорядочение правовой терминологии невозможно без достаточно глубокой научной разработки юридических понятий, их логического анализа и точного определения. Если юридические понятия определены недостаточно ясно, о точной, совершенной терминологии не может быть и речи. Как отмечал академик В.В. Виноградов, всякие "попытки упорядочения терминов без предварительного анализа понятий, которые ими выражаются, остаются безрезультатными".Юридический термин, как следует из исследованного материала, бывает и многозначным, хотя одним из требований к термину является именно его однозначность, ведь законодатель должен дать юридическому термину одно-единственное определение, включая в него все существенные с его точки зрения признаки, т.е. такие, которые носят регулирующий характер, имеют правовое значение. Наличие у термина нескольких различных законодательных дефиниций ведет к нечеткости, расплывчатости правового регулирования, порождает недоразумения и ошибки, как правило, со стороны тех, на кого распространяется действие законодательного акта. Однако определение правового понятия в законе очень важно и с нормативной стороны. Орган или лицо, применяющие или исполняющие правовое предписание, не могут трактовать данное законодателем понятие иначе, чем это сформулировано в нормативном акте. Нормативные дефиниции - нормы особого рода, органически включаемые в механизм правового регулирования, определяющие его общие основы, организационные предпосылки.Как показало исследование, в юридической терминологии непоследовательно различается многозначность, что мы видим особенно ярко в тех случаях, когда для рядового носителя языка, казалось бы, многозначность очевидна. Примеры нечеткого различения многозначности можно условно разделить на две группы: примеры "сознательного введения в заблуждение читателя" и примеры "бескорыстной небрежности".К первой группе примеров можно отнести те, которые так или иначе связаны с семантическим полями "государство" и "власть".Например, в статьях Энциклопедического юридического словаря, толкующих названия различных должностей (мэр, глава правительства, президент т.п.), особое внимание уделяется не должности, а лицу, которое, занимая соответствующую должность (пост) характеризуется определенным набором функций и порядком занятия соответствующей должности (поста); здесь наблюдается регулярная двузначность "должность" и "лицо, занимающее эту должность".Ко второй группе относятся примеры, связанные с неразличением таких понятий как документ - "правовое отношение", документ - "материальный объект". В названиях документов, например, встретились такие слова и словосочетания, у которых значение "документ" выступает наряду с иными. Это слово договор и словосочетание акт дипломатический, трактуемые и как документы, имеющие письменную форму, и как соответственные действия, однако у множества слов и словосочетаний, являющихся юридическими терминами, многозначность, присутствующая в их общеупотребительном значении, отсутствует, что отчетливо видно у таких представленных в анализируемом материале слов как кодекс, конституция, устав, в которых ни юридические, ни толковые словари не выделяют значения "документ", что абсолютно очевидно для рядового носителя языка. Так же не отражается ни толковыми словарями, ни юридическими источниками аналогичная двузначность слова кодекс, трактуемого в праве однозначно как "систематизированный законодательный акт (без определения "писаный" в отличие от конституции - Д.М.), в котором содержатся нормы какой-либо отрасли права". Эти же соображения относятся и к терминам, обозначающим одновременно процесс и результат процесса, например, ликвидация, реорганизация и т.п.Такое неразличение многозначности, безусловно, затрудняет правильную интерпретацию юридического текста носителем языка.Одним из требований к термину является его стилистическая нейтральность, отсутствие экспрессии, отсутствие коннотативных значений.Было бы неверным упрекать законодателя в том, что слова коммерческий, частный, предприниматель, приобретшие за годы Советской власти стилистическую окраску, слова самодеятельность (в терминологическом словосочетании орган общественной самодеятельности), потребительский кооператив и прочие имеют в сознании рядового носителя языка отрицательные коннотации, но, кажется, что законодатель при номинировании соответствующих понятий определенными терминами не всегда учитывает этот факт объективной реальности.Современная русистика сделала немало общих и частных наблюдений по поводу того, как меняется значение слова, представленное в словаре, в процессе употребления этого слова в предложении и тексте. Достаточно в качестве примеров указать на приобретение или трансформацию значений у глаголов, принадлежащих к тому или другому виду, или появления значения "нарушение нормального функционирования" у слов, обозначающих внутренние органы человека в предложениях типа: У него сердце (печень, почки и т.п.).Строго говоря, правила синтаксиса специального текста не должны приводить к изменению значения входящих в него элементов. Или, по крайней мере, все такие изменения должны быть эксплицированы в строгой форме. Поскольку юридические тексты, включая и юридическую терминологию, представляют собою тексты современного русского языка, они в той или иной степени отражают те закономерности, которые характерны для функционирования русских слов в тексте. Это обстоятельство едва ли способствует тому, чтобы специальные юридические тексты наилучшим образом выполняли свою номинативную функцию, одинаково оцениваемую как автором, так и читателем.Проанализированный материал позволяет выделить два момента, когда некоторые особенности функционирования знаковых единиц русского литературного языка без серьезных оснований переносятся на единицы, структурирующие специальный юридический текст.Первый момент касается тенденции к так называемой универбации, т.е. выражению одним словом (простым, производным или сложным) комплекса значений, выражаемых сочетаниями слов.Известно, что в русском языке широко представлена тенденция к однословности наименования, суть которой состоит в том, что расчлененные названия заменяются на одно слово. Существует несколько видов такой тенденции:1) аббревиатуры различного типа (Университет Дружбы народов - УДН, заработная плата - зарплата),2) сохранение только одного слова из словосочетания (первое блюдо - первое, скорый поезд - скорый, театр Сатиры - Сатира),3) образование деривата от одной из частей расчлененной номинации (подсобные помещения - подсобка, Библиотека иностранной литературы - иностранка, театр на Таганке - Таганка).Разумеется, не все из этих наименований принадлежат кодированному литературному языку, оставаясь достоянием лишь разговорной речи, однако главная их особенность состоит в появлении у подобных слов-номинаций семантической размытости, неопределенности. Например, Таганка может обозначать и театр, и площадь, и станцию метро, и жилой район в Москве. Привязанная к конкретной ситуации разговорная речь обычно, хотя и не всегда, снимает семантическую неопределенность номинации, однако в специальном, в том числе юридическом тексте сама возможность такой неопределенности крайне нежелательна.К сожалению, в юридических текстах описанная выше тенденция к универбации проявляется не так уж редко. Причем, в языке закона, естественно, не представлены разговорные образования типа читалка или Достоевский (вместо произведения Достоевского), но выступают такие однословные обозначения, которые, будучи стилистически нейтральными, обладают семантической неопределенностью. Сравним, например, электрический поезд - электропоезд (официальное), электричка (разговорное) и просто поезд (с потерей существенной семантической составляющей, что может приводить к содержательным недоразумениям).Именно таким образом в юридических текстах законодатель опускает определение и сводит термины, оформленные как "прилагательное + существительное" к одному слову, существительному, например, федеральный бюджет сводится просто к бюджету, общественное движение - к просто движению, политическая партия - к партии.Второй момент связан с лингвистическим упрощенчеством, когда любое производное слово воспринимается как знак, семантизация которого может быть легко осуществлена с помощью отсылки к производящему.Для современной русистики совершенно очевиден тот факт, что каждое новое слово (в отличие от формы слова), вне зависимости от характера производного, способа словообразования, словообразовательного типа и т.п. вовсе не обязательно представляет собою регулярное семантическое преобразование производного. Сравним, например, кондуктор - кондукторша ("женщина кондуктор"), но генерал - генеральша ("жена генерала") или стена - стенка ("предмет мебели"), книга - книжка (стилистическое снижение).Разумеется авторы юридических текстов понимают, что, например, слово сделка невозможно семантизировать только как производное от делать - сделать. Однако абсолютная для лингвистов, что, в частности, отражено в лексикографической практике, у юристов эта мысль присутствует лишь в самых крайних случаях. Причем это невнимание к возможной "нестандартности" значения производного в производящем относится не только к отглагольным (например, неразличение многозначности, связанной со значением действия и результата действия), но и к ряду других случаев.Известно, что производное может более или менее менять свое значение в производящем (язычок у ботинка), создавать в производящем дополнительные, формально не выраженные значения (тройка лошадей, тройка как экзаменационная отметка или как обозначение номера маршрута транспорта). Однако, как следует из исследованного материала, юристы практически не допускают возможности изменения значения производящего слова в его производном. Производное рассматривается как совершенно ясное уже из значения производящего, если последнее получило яркое истолкование. Так, например, инвалидность - "состояние, положение инвалида", гражданин - "лицо, получившее гражданство" и т.п.Русская юридическая терминология почти полностью опирается на общеупотребительные слова, что, как кажется, нельзя расценивать в качестве ее преимущества, однако, в работах, посвященных языку законодательства, принцип использования общеупотребительных слов считается вполне приемлемым. Отмечается, что специальных юридических терминов в законодательстве не так много. Применяются они для обозначения особых понятий и только в юриспруденции. Как правило, специальный юридический термин создается законодателем, когда в общелитературном языке нет подходящего слова для обозначения соответствующего понятия. Как показало проведенное исследование, существует достаточно много расхождений в дифференциальных признаках, составляющих значение слов - омонимов, что затрудняет точное понимание термина носителем языка. Этому есть множество примеров: соотношение между словами беженец, безработный, доброволец, таможня, банк и пр. как общеупотребительными единицами и как юридическими терминами. Мы ясно видим, что слова беженец и безработный как единицы общеупотребительного языка толкуются шире, чем эти же буквенные и звуковые комплексы, являющиеся юридическими терминами, а значение общеупотребительных слов банк и таможня - это лишь малая часть значения соответствующих терминов.Необходимо отметить и те моменты, в которых юридические термины являются гораздо более совершенными, нежели филологические толкования соответствующих общеупотребительных слов и наивные представления о соответствующих понятиях.Например, понятия пожертвование, инвалид, доброволец, работник в юриспруденции истолкованы гораздо более четко и системно, чем в толковых словарях русского языкаПредставляется важным отметить и некоторые особенности юридического времени, проявляющиеся в терминах и не присущие толкованиям общеупотребительных слов.Например, термины беженец и потребитель шире общеупотребительных слов беженец и потребитель именно фактором времени, поскольку для юриспруденции исчисление сроков крайне важно особенно при разрешении спорных вопросов, вытекающих из договорных правоотношений.Исследованный материал дает основания полагать, что обнаруженное в процессе исследования привилегированное положение власти не опровергается общественным сознанием, а принимается в большей или меньшей степени как неоспоримый факт. Ясно, что не только не опровергаемое, но легко воспринимаемое наивным сознанием и поддерживаемое средствами массовой информации положение о "праве власти" еще долго будет тем постулатом, который не может оспорить наука. Явным примером этому служит толкование слова государство или сопоставление толкований словосочетаний работники бюджетной сферы и государственные служащие. Есть все основания полагать, что в данной ситуации законодательные акты не регулируют определенные положения и правоотношения, а лишь констатируют их наличие, закрепляя в наивном сознании правильность сложившегося положения дел. Данное исследование не имеет целью поиск путей ограничения привилегий лиц, облеченных властью, однако хотелось бы наметить некоторые возможности усовершенствования российского законодательства с терминологической точки зрения.Кажется минимально необходимым:определить понятие государства едино для всех отраслей права;исключить толкование одного термина со ссылкой на производное или производящее (гражданин - гражданство);упорядочить и систематизировать критерии, которые служат основой толкования гипонимов одного гиперонима (некоммерческие организации - потребительский кооператив, фонды, общественные объединения, учреждение, ассоциация (союз)Еще один путь улучшения юридических текстов, по которому может (и должен!) пойти законодатель, - это совершенствование юридических толкований в "безобидных" случаях, особенно при омонимии. Примером такого совершенствования, может быть толкование слов и словосочетаний: кодекс, договор, ликвидация, охрана труда и прочие.По-видимому, могли бы быть усовершенствованы многие статьи Энциклопедического юридического словаря (Государственная Дума, конституционный суд и т.п.), в которых не различаются, а если и различаются, то крайне непоследовательно "органы" и "лица", составляющие эти руководящие органы. Полагаю, что подлежат строгому пересмотру и те статьи, в которых толкуются названия различных должностей.Также, как уже отмечалось выше, законодатель должен придерживаться строгого недопущения сведения к одному слову терминов - словосочетаний, например, политическая партия, федеральный бюджет и прочих во избежание неточных толкований, приводящих в ряде случаев к серьезным политическим последствиям.Однако наряду с усилиями законодателя необходимо приложить усилия и со стороны филологов, т.е. несколько изменить те статьи толковых словарей русского языка, которые посвящены словам, омонимичным юридическим терминам. Например, статьи слов беженец и потребитель должны быть дополнены фактором времени, статьи слов доброволец, пожертвование, работник и пр. должны быть уточнены с учетом требований законодательства, статьи, посвященные словам банк, таможня и пр., должны быть усовершенствованы таким образом, чтобы они точно ориентировали носителя языка. А статья, посвященная слову собственность, должна непременно охватывать крайне важную для понимания так называемую триаду собственности - владение, пользование и распоряжение.Кроме того, необходимо было бы в средствах массовой информации, призванных так или иначе пропагандировать юридические знания среди населения, более точно употреблять слова, омонимичные юридическим терминам, а также сами юридические термины.Законодатель сам, как уже отмечалось выше, выработал некоторые требования, которым должны отвечать юридические термины, однако, мы видим, что, к сожалению, требования эти не совсем соответствуют общим требованиям, предъявляемым к терминам, да и сама юридическая терминология грешит неточностью, что создает необходимость более пристального внимания со стороны филологов к законопроектам, чтобы новые термины были удачными и соответствовали всем требованиям и правилам русского языка
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
7. Результаты толкования
 
    Буквальное, распространительное и ограничительное  толкования. Толкование приводит к  раскрытию содержания нормативного акта, к такому пониманию юридических  предписаний, которое позволяет обеспечить их полную и точную реализацию (применение).
    Результатом толкования должна быть полная определенность смысла нормативного акта.
    Определенность  смысла-это его точность, безоговорочность, отсутствие каких-либо параллельных решений; результатом толкования не может быть вывод "и то и другое", "и да и нет": здесь действует логический закон исключенного третьего. К. Маркс отмечал "Jus знает только: или-или".
    Результат толкования не должен выходить за пределы  толкуемых норм. Вместе с тем он выражает новое знание-конкретизирующее суждение о нормах. В результате же правоприменительного толкования в правовую материю могут быть привнесены некоторые новые моменты, выражающие конкретизацию нормативных предписаний. Таковы вырабатываемые в ходе юридической (судебной) практики правоположения.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.