На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Невербальные коммуникации

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 07.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 6. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Понятие - невербальная коммуникация
Карьера политического деятеля, его взлеты и падения, успехи и поражения  являются совокупным результатом многих факторов. И одно из ведущих мест среди них принадлежит невербальному  поведению. Общеизвестно, какой мощью, мобилизующим воздействием обладает слово. Но в жизни политика нередки ситуации, когда поступки бывают красноречивее всяких слов.
Согласно  Бриллю невербальная коммуникация представляет собой базовую форму передачи информации от одного человека к другому (Brill "Body movement and Nonverbal communication", An Annotated Bibliography 1971-1982, Bloomington). Невербальная коммуникация является важнейшим, наряду со звуковой речью, средством общения и взаимодействия. Традиционно принято отождествлять речь со словом, то есть с вербальной знаково-символической функцией речи. Между тем, звуковая речь как средство общения несет слушателю, и при этом независимо от семантики слова, то есть как бы "между слов", невербально весьма значительную и важнейшую для слушателя информацию о говорящем, его отношении к собеседнику, к предмету разговора, к самому себе. Невербальная коммуникация осуществляется в процессе речевого общения параллельно с вербальной и составляет как бы второй по отношению к слову информационный канал в системе общения.
Что касается терминов "невербальная" и "экстралингвистическая" коммуникация, то второе понятие, означая практически  то же, что и первое, характеризует  все формы невербального поведения  человека не вообще, а в процессе речевого общения. Ряд работ по невербальной коммуникации посвящен информационно-коммуникационным свойствам кинесике, то есть выразительных движений - мимике, жестам, пантомимике (Лабунская В. А. «Невербальное поведение», Р-на-Д, 1999, Рюкле Х. «Ваше тайное оружие в общении», М., 1996, и т.д.). Кинесические аспекты невербального поведения, сопровождающие общение, проанализированы в книге А. А. Леонтьева «Психология общения». Он различает четыре вида невербальных компонента общения:
    Значимых для говорящего.
    Значимых для реципиента.
    Значимых для корректировки заключительной фазы общения,
    Не значимых для общения (Леонтьев А. А. «Психология общения», М., 1997).
Таким образом, как показывает термин "невербальная коммуникация", понятие это можно  определить как систему неязыковых форм и средств передачи информации.
По  одним данным, при нормальной коммуникации между людьми только треть значимой информации передается на вербальном уровне, а приблизительно две трети - на невербальном. Другие исследователи (например, А.Меграбян) считают, что в акте коммуникации непосредственно слова 55% - невербальные символы занимают 7%, 38% - звуки и интонации.
Невербальное  поведение можно рассматривать  как систему невербальных средств  общения, применение которых предоставляет  политику дополнительные возможности для того, чтобы посредством создания благоприятного о себе впечатления решить конкретную задачу и в конечном счете достигнуть искомой политической цели.
Невербальное  поведение политика во все времена  привлекало к себе в обществе пристальное  внимание. Источники такого интереса в самой сущности невербального поведения как одного из компонентов харизмы, в специфике коммуникативной деятельности политика, в особенностях ментальности народа, реципиента. Отсюда перед создателями политического имиджа встает задача подбора такого методического комплекса инструментов формирования и совершенствования экспрессивного аппарата политика, применение которого позволило бы максимально реализовать стратегию политического лидера.
За  рубежом, в странах с давней демократической традицией, в отличие от России, исследование этой проблемы имеет под собой солидную базу. Однако и в нашей стране за последнее десятилетие в этом направлении достигнут значительный прогресс. И в целом современный теоретический и методологический уровень изучения проблемы невербальной коммуникации, где невербальное поведение рассматривается в качестве предмета анализа, предоставляет широкие возможности как для теоретического осмысления, так и для практического использования имеющихся разработок.
С начала 70-х гг. для изучения невербального поведения стали применяться строгие методы оценки, проверки, статистического анализа. В это же время формируются основные направления исследований: развитие невербальных средств общения, выражение эмоций в мимике, жестах, пантомимике, характера личности на основе интерпретации невербального поведения; невербальные компоненты взаимодействия и коммуникации, культурные характеристики невербального поведения.
Круг  невербальных средств общения гораздо  шире, чем круг элементов, входящих в собственно структуру невербального поведения личности. Поэтому невербальное поведение по праву рассматривается как индивидуальная форма использования средств общения.
О целостности невербального поведения  личности, о взаимодействии его основных структурных компонентов свидетельствуют те функции, которые оно выполняет в межличностном общении:
    презентация "Я" личности;
    диагностика актуальных психических состояний индивида;
    маскировка "Я" личности;
    идентификация партнеров по общению;
    социальная стратификация;
    отражение характера и динамики взаимоотношений партнеров по общению;
    регуляция пространственных и временных параметров взаимодействия;
    поддержание оптимального уровня психологической близости между партнерами;
    уточнение, понимание, изменение вербального сообщения;
    контроль состояния, его нейтрализация или создание социально-значимого эффективного отношения;
    разрядка, регуляция процесса общения.
Э.Гоффман , обсуждая вопрос о создании человеком  образа своего тела ("маски") для участия в ролевой игре, ритуалах, драматических спектаклях, а также для маскировки истинных намерений, подчеркивает, что невербальное поведение может функционировать в соответствии с различными сознательными целями (Гоффман Э. «Представление себя другим в повседневной жизни», М., 2000). А. Кендон, отвечая на вопрос: "Как люди взаимодействуют?", - указывает на то, что сознательное использование пристального взгляда, изменение позы, синхронных движений могут оказать значительное влияние на процесс разговора, в том числе на характер коммуникации между политиком и электоратом. Организация пространства, с точки зрения Гоффмана, основывается именно на невербальных символах: одежда, жесты, пространственная коммуникация, взгляд. При проведении специальных мероприятий по принципу: коммуникация - политик - избиратели, эти составляющие переднего плана (по Гоффману) учитываются (A. Kendon “Nonverbal communication, interaction and gesture. Mouton”, №4. 1981). L. Putham и L.Mc. Callister (Л. Путхам и Л. Маккалистер) выделяют десять невербальных категорий, выполняющих функцию контроля за течением беседы и выражающих внимательное отношение к партнеру (контролирующее поведение - пауза, медленное раскачивание туловища вперед-назад, копирование позы партнера, изменение позы, жестикуляция; располагающее внимательное поведение - кивание головой, поддакивание, внимательный взгляд, улыбка).
П. Экман и У. Фризен исследуют степень "контролируемости" частей тела как  источников информации и ее зависимость  от трех основных характеристик:
    "пропускной способности", то есть количества различных по значению невербальных сигналов, которые можно послать в единицу времени;
    внешней обратной связи партнеров и
    внутренней обратной связи - через осознание своего экспрессивного поведения (См. подробнее работы: P. Eckman, W. Friesen “Hand Management” //Journal of Communication 1972, V.22, p.353-374; P. Eckman, W. Friesen “Measuring Facial movement” // Environmental Psychology and Nonverbal Behavior. V. 1, p. 56 - 75, 1976).
М.Снайдер  вводит понятие "самомониторинг" для обозначения индивидуальных различий в том, как люди управляют процессом самопрезентации в социальных ситуациях и контролируют его (M.Snyder “Self Monitoring of Expressive Behavior” // Journal of Personality and Social Psychology, 1974, Vol. 30). Исследователь выделяет три составлящих, на которые ориентируются люди для построения самопрезентации: образ другого, образ "Я" и образ ситуации. Люди с высоким уровнем самомониторинга, будучи заинтересованными в ситуационном соответствии поведения, более чувствительны к экспрессивному поведению и самопрезентации своих партнеров, к их эмоциональным переживаниям, что дает им возможность успешно планировать свое поведение, придавать ему четкость и адекватность. Более того, это позволяет быстро справиться с разнообразием социальных ролей, с мастерством и легкостью выбрать соответствующую маску.
Все это представляется важным в связи  с публичностью профессии - политик. Политический лидер по-разному реализует  свои невербальные модели поведения: В. Путин, обладающий достаточно эффективной моделью общения, имеет также высокий уровень самомониторинга; Г. Зюганов (замкнутость, наличие признаков эмоциональной нестабильности, особенности речи) или допустим, В. Жириновский (агрессивность, эмоциональная неустойчивость, доминирование, авторитарность) в общении - имеют несколько другой тип общения, и зачастую в кризисных ситуациях уровень самомониторинга при невербальной презентации падает.
На  основе образа ситуации, образа "Я", образа другого составляется "личностный сценарий в ситуации". Этот сценарий представляет собой "развертывание избранного партнера", "последовательность вербальных и невербальных актов поведения". Регулирующему взаимодействию со стороны субъекта подвергаются различные поведенческие акты как вербального, так и невербального характера, развертывающаяся цепочка которых составляет стиль поведения в целом.
По  мнению Т.Шибутани, сознание и рефлексивное мышление являются инструментами приспособления к ситуации, но исполняются они  только тогда, когда человек получает от самого себя на этот счет специальные указания. Рефлексия невербального поведения представлена им как процесс воображаемой репетиции, "когда действующее лицо манипулирует перцептуальными объектами, образами (включая "Я" образы) и различными символами" (Шибутани Т. «Социальная психология», 1999, стр.168). Положения о том, что "лицо человека и некоторые из его физических особенностей служат символами его "Я" концепции, что понятия "Я" образ и "Я" концепция относятся не к каким-то частям тела, а к неким закономерностям в человеческом поведении (Там же, стр.195, 177), находят свое развитие в теоретических и методических работах, посвященных различным аспектам невербального поведения.
Кинеcическое  поведение национально. Например, в  отечественных книгах по этикету поведения даны рекомендации: "Воспитанный человек должен уметь слушать собеседника, а потому должен смотреть на него не "пустыми" глазами, а внимательно и "заинтересованно". Специалисты по сценической искусству учат своих учеников говорить при словесном общении не столько уху, сколько глазу; при общении важны глаза слушателя, которые показывают "время" разговора; собеседник говорит, глядя глаза в глаза, а слушатель слушает глазами то есть люди, которые прячут глаза при разговоре, меньше воздействуют на слушателя (Акишина А. А., Кано Х. "Национальная специфика коммуникации и словарь русских жестов" // Словари и лингвострановедение, М., 1982, стр. 157-162). В японских традициях этикета слушания нижестоящему нельзя смотреть в глаза вышестоящему. Это рассматривается как дерзость и непочтение. Существенные различия обнаруживают в себе национальные формы даже у такого казалось бы общепринятого жеста как приветствие, с которого начинается любая коммуникация. В знак приветствия могут использоваться:
    Хлопанье в ладони - племя лаонго;
    Хлопанье и одновременное постукивание себя локтями по ребрам - племя балонда;
    Резкое разъединительное движение, чтобы получился щелчок сведенных вместе ладоней - нигерийцы;
    Щелканье пальцами - дагомейцы;
    Поглаживание своего лица ладонями своего собеседника - полинезийцы;
    Обнюхивание щек друг друга, потирание друг о друга носами - малайцы, монголы, бирманцы;
    Щелканье каблуками и поклон - немцы, австрийцы;
    Поцелуй руки женщины - Центральная Европа, Латинская Америка;
    Легкий наклон корпуса вперед, руки подняты на уровне груди, ладони сведены вместе, сложены в виде крыши, то есть кончики пальцев обеих рук сомкнуты - индийцы;
    Наклон корпуса и пожимание своей одной рукой другой руки - выходящее из употребления китайское приветствие;
    Соединение ладоней в шлепке, медленное их поднимание выше уровня головы и разъединение - племена банту; (Kraut N. N. “Introduction to Social Psychology”, N. Y., 1942; Biun Th. “The international dictionary of Sign Language: A Study of human behavior”, L., 1969);
    Голова над правым плечом партнера, три хлопка по спине, потом голова под левым плечом партнера. Еще три хлопка по спине - латиноамериканцы (среди мужчин);
    Легкий удар по голове и плечам партнера - эскимосы;
    Прикладывание ладони ко лбу (напоминает отдание чести у военных) - египтяне;
    Передача друг другу какого-либо предмета (часть тыквы), который держат в правой руке, поддерживая при этом левой рукой правый локоть - некоторые африканские племена;
    Объятие с потиранием кончиками пальцев друг другу спины - полинезийцы. (Аленикова С. Язык жестов. // Наука и жизнь. М., 1985, N 7, С. 143 - 147).
Внутри  европейского лингво-культурного ареала наблюдаются различия в манифестации призыва "иди сюда". У славян, немцев и французов это - взмахивание обращенной к себе ладони. У итальянцев, португальцев и латиноамериканцев - для этих целей взмахивают ладонью, обращенной партнеру, то есть жест соответствует русской кинеме "убирайся". Национальная специфика жестов имеет как квалитативную, так и квантитативную стороны. Имеются данные, что в течение одного часа разговора финн может использовать жестикуляцию один раз, итальянец - восемьдесят, француз - сто двадцать, мексиканец - сто восемьдесят раз (Параллели, № 13, 1985, стр.14).
Д. Эфрон, наблюдая за кинеcическим поведением итальянцев и еврейских иммигрантов, установил, что для выполнения аналогичных по семантике и имеющих внешнее сходство жестов, евреи обычно используют одну руку и голову, а итальянцы - обе руки. Соматика евреев отличалась коротким, а итальянцев - длинным радиусом выполнения. Внешне еврейские жесты выглядели угловатыми и резкими, а итальянские - округлыми и эллиптическими и более плавными (Efron D. “Gesture and Environment”, N. Y. King's Crown Press, 1941; Efron D. “Race and Culture” // Approaches to Semiotics, Ed. By Sebeok Th. A. The Hague, Paris, mouton, 1972, Vol. 8).
Одинаковые  по форме манифестации жесты в  разных лингвокультурных социумах могут  выражать разные понятия, равно как  и наоборот. Наблюдается явление  своеобразной интеркинесической омонии разнокультурных жестов. Например, медленное ритмичное хлопывание в ладоши в английском общении означает неодобрение и нежелание больше видеть артиста на сцене или типично итальянский жест - сложенные две руки перед лицом (молящаяся Мадонна) - означает недовольство.
Вследствие  того, что зоны распространения кинесических знаков нередко охватывают более  обширные области, чем собственно речевые  изоглоссы, обычно возникает наивное  представление об универсальности  мимики жестов (Якобсон Р. "Да" и "Нет" в мимике // Язык и человек. М., 1970, С. 284 - 289).
В результате люди, изучавшие какой-то иностранный язык, даже не подозревают  о том, что они не владеют кинесическим кодом носителей этого языка. Соответственно, вступая в межязыковое  и межкультурное общение, они употребляют свои кинемы, которые вследствие национальной специфики их формы часто мешают пониманию. Слушатель начинает обращать внимание на то, как говорит его партнер вместо того, чтобы сосредоточиться на передаваемой информации.
Как показывают наблюдения за речевым поведением билингвов, люди, в равной степени  владеющими двумя или более языками, одинаково владеют и соответствующими кинесическими кодами. В качестве примера можно привести выступление  мэра Нью-Йорка г. Гуардиа, который в одинаковой степени владел американским английским, итальянским и идишем. Когда он выступал по телевидению, можно было, отключив звук, без труда сказать, на каком язык он выступает.
Наблюдения  за коммуникативным поведением племени  кутенай, показали, что те, переходя с родного языка на английский, меняли телодвижения. Из этого можно сделать вывод, что идиоэтнический характер формы и содержания жестов дополняется идиоэтничекими механизмами синхронизации вербального и кинесического в речи. По мнению Кендона, жесты являются в определенной степени внешними экспликаторами ритма конкретного языка (Kendon A. “Some Relationships between Body Motion and Speech” // Comparative Ecology and Behavior of Primates, N. Y., 1968, P. 591-668).
Поэтому сочетание вербальных средств одного лингво-культурного социума с  кинесикой другого приводит к  нарушению внутренней и внешней  конгруэнтности слова и жеста  в естественной человеческой речи.
Отечественными  и зарубежными авторами разработан ряд невербальных техник, позволяющих осознать и расширить экспрессивный репертуар, управлять с его помощью переживаниями и отношениями к другому человеку. (Ковалев Г. А. «Некоторые аспекты исследования невербальных коммуникаций человека» // Вопросы психологии общения и познания людьми друг друга, Краснодар, 1981 Вып. 2, стр. 14-24; Петровская Л. А. «Основы социально-психологического тренинга», М., 1989; Гибш Г., Форвер М. «Введение в марксистскую социальную психологию», М., 1972).
Методический  подход В.Лабунской (Указ. соч.) к развитию невербального коммуникативного потенциала личности основан на целенаправленном воздействии на характеристики субъективного "поля" психических значений невербального поведения за счет: а) "информационного воздействия, передачи суммы значений, знаний о невербальном поведении; б) объективации и отрефлексирования собственных семантических образований в отношении невербального поведения, расширения зоны осознаваемых коммуникативных смыслов невербального поведения, поскольку осознание как абсолютное условие познания и понимания служат предпосылкой психологических новообразований и в сфере самосознания, и в развитии познавательной деятельности субъекта.
В качестве методологических средств  объективации и осознания смысловых  структур, опосредующих понимание невербального поведения, можно привести следующие приемы:
    Моделирование ситуаций невербальной коммуникации, где цели и способы их достижения прямо не заданы участниками и потому предполагается "отход" от шаблонных способов невербального поведения.
    Создание условий для осознания и рефлексии человеком своего собственного невербального поведения, для операционализации лежащих в его основе смысловых образований.
Осознание и управление собственными невербальными  проявлениями являются важными условиями профессиональной деятельности политика и соответственно должны учитываться в процессе планирования невербального компонента имиджа.

Пространственные  модели невербальной коммуникации

Коммуникативная проксемика
Коммуникативная моторика, как и весь процесс речевого общения, испытывает на себе самое непосредственное и активное влияние пространственных параметров, также представляющих собой аспект визуального компонента коммуникации.
Проксемика  занимается изучением пространственных условий человеческого поведения. При определении области проксемики, обычно ссылаются на исследования Холла о проксемике: "взаимосвязанные наблюдения и теории об использовании человеком пространства, опосредованного культурой" (Леонтьев А. А., Тарасов Е. Ф., Сорокин Ю. А. «Национально- культурная специфика речевого общения народов СССР», М., 1982).
Вначале проксемические исследования (Hall E. T. “The Silent Language”, N. Y., 1959; Hall E. T. “A System for the Notation of Proxemic Behavior” // American Anthropologist. October, 1963, V. 65, № 5, P. 1003 - 1006; “Proxemics” // Current Anthropology. 1968, № 9, P. 83 - 108), представляя в основном поверхностные исследования, были направлены на выявление сходств и различий в пространственном аспекте речевого общения у представителей лингвокультурных общностей с целью преодоления возникавших в этой связи недоразумений. Так было установлено, что в условиях арабского общения расстояние между коммуникантами значительно меньше, чем оно принято у американцев. Соблюдение европейцами принятой у них дистанции вызывало у арабов чувство фрустрации.
Имеются данные о том, что метрические  характеристики дистанции общения  допускают вариабельность в зависимости  от таких факторов, как возраст, пол, характер отношений и т. д. Так, расстояние между мужчинами в большей степени зависит от характера отношений, чем между женщинами. Дистанция общения между молодыми людьми или между пожилыми короче, нежели те, что устанавливают в ходе общения смешанные пары и люди средних лет. В общении незнакомых мужчины стоят ближе, чем женщины или мужчины и женщины (Heshka S. Nelson Y. “Interpersonal Speaking Distance as a Function of Age, Sex and Relationship” // Sociometry. 1972, № 35, Vol.4, P. 82 - 87).
На  дистанцию общения оказывают  влияние и такие факторы, как  социальный престиж, интраверсия - экстраверсия, общий объем и содержание общения. Дистанция общения зависит и от внешних факторов: величина помещения, освещение и т. д. (“Body Language and the Social Order: Communication as Behavioral Control”, № 9, Prentice-Hall, 1972).
Пространство  разделяется на социоиетальное, которое  удерживает людей вместе (кафе, аптеки) и социофугальное, которое разделяет  людей (залы ожидания вокзалов и т.п.) (Hall E. T. “The Hidden Dimension”, N. Y., 1969; Sommer R. “Personal Space. The Behavioral Basis for Design”, N. Y., 1969).
Подобно кинеcике, проксемика также проявляет  национальную специфику. По наблюдениям  Холла, американцы удерживают вокруг себя меньшее персональное пространство, чем немцы. (Hall, 1968, P. 81 - 108). Мексиканцы сокращают дистанцию общения на улице, североамериканские негры - в помещении. Англичане не изменяют интерперсональных дистанций, независимо от того, происходит общение в помещении или на улице (Baxter J. C., Winer E. P., Hammer P. E. “Gestural Behavior during a brief Interviews as a Function of Cognitive Variables” // Journal of Personality and Social Psychology., 1968, № 8, P. 303-307). Национальная специфика непосредственно связана с выбором тех или иных отвечаемых условиям и задачам конкретной коммуникации вербальных или кинесических средств. Игнорирование специфики строения и использования в коммуникативных целях пространства может вызвать явление "культурного шока".
При планировании и разработке психологически оптимального имиджа политика во время  публичного выступления и непосредственного общения с избирателями важным фактором является выбор оптимального расстояния между общающимися, определяющий характер взаимодействия и взаимоотношения.
Американский  антрополог Э.Холл был первым, кто  занимался исследованиями в области личностных территорий и зон человека (Hall E. “The hidden Dimention”, N.Y., 1966). Он выделил четыре основных зоны. Первая зона - интимная (у разных людей она варьируется от 15 до 50 см вокруг тела). Вторая - личная (от 50 см до 1 - 2 м). Третья зона - социальная (от 1 - 2 м до 3 - 6 м). И, наконец, общественная (далее 3 - 6 м).
Выразительный арсенал проксемической системы  имеет по сравнению с кинесической системой ограниченное число единиц, являющихся коммуникативно релевантными. Как уже отмечалось, сюда входят интимная, личная, социальная и публичная дистанции общения. На наш взгляд представляется уместным заменить введенное Холлом понятие "социальная проксемическая зона на "общественно-деловую", вследствие того, что в действительности все проксемические зоны устанавливаются и поддерживаются в социальном взаимодействии коммуникантов. Поэтому следует считать имплицитно присутствующим в определении каждой из них. Подобно кинемам, проксемы создаются с помощью движений человеческого тела в пространстве, где коммуниканты занимают какое-либо место, сохраняя между собой интерперсональную дистанцию, а также между собой и окружающими предметами, задают своему телу направление движения, сохраняя за собой право на местонахождении в окружающем пространстве.     
Пребывая  в той или иной сфере коммуникативной  деятельности (Швейцер А. Д. «К проблеме социальной дифференциации языка» //ВЯ, N 5, 1982, С. 39 - 49) человек может в  зависимости от условий его взаимоотношений  с внешним миром, находится внутри естественных сооружений или артефактов; или снаружи их. Пребывание людей внутри или снаружи лекционных залов, кабинетов, квартир сопряжено с выполнением ими социальных функций, предписываемых социальной ролью. Такие места пребывания можно назвать функционально-ролевыми. В функционально-ролевое пространство входят формализованные места пребывания (в центре, с краю, впереди, сзади, вверху, внизу, на первом уровне, сбоку слева или справа, в углу, а также смена первого формализованного местоположения на другое, например, младшие по званию обязаны приветствовать старших по воинскому званию).
Каждое  из функционально-ролевых мест пребывания имеет свои формальные наполнители. Особенно активно в такой роли используются в коммуникации формальные пространственные характеристики. Формальное пространственное положение коммуниканта способно служить ему средством выражений чувств, настроений, желаний (симпатий), антипатий. За каждой формальной проксемой закреплено определенное социально одобренное содержание. Содержательная сторона будет рассмотрена ниже.
В рамках социальной группы лицо, пытающееся выделиться в качестве неформального  лидера, ставит себя в центр общего внимания. В центре внимания аудитории  находятся выступающие с трибуны  ораторы, пространственное местоположение которых (на определенном возвышении над аудиторией) позволяет им выделиться из сидящих в зале и привлечь к себе внимание слушателей. Сидящие в аудитории тоже могут в определенной степени обращать на себя внимание своим местоположением. Прежде всего это те, кто садится в центре, особенно в первых рядах. И, наоборот, те, кто хочет остаться незамеченным, "в тени", обычно садится сзади или сбоку. Часто это можно наблюдать на семинарских занятиях. Впереди или в центре располагаются те, кто хорошо подготовился к занятиям, а неподготовившееся студенты стремятся занять места как можно дальше от преподавателя, и по возможности не в середине. С краю садятся или стоят наблюдатели, болельщики, которые хотят наблюдать за событиями, но не быть их активными участниками. Следует признать, что, болельщики на футбольных или хоккейных матчах обычно являются активными наблюдателями, непосредственно выражающими свои эмоции вербальными и кинесическими средствами, чувствующими себя в гуще событий, несмотря на местоположение с краю. Среди различных вариаций положения "с краю" выделяется позиция "с краю в углу". Обычно ее занимает, когда хотят хоть на несколько минут отдалиться от окружающих и уйти в себя. Кроме того, данное положение - хорошая позиция для наблюдателя за окружением, позволяющая при необходимости быстро включиться в коммуникацию.
Таким образом, положение впереди в  центре - активное участие в коммуникации; сзади с краю - пассивный наблюдатель. Например, местоположение коммуникантов  в условиях русского и немецкого  общения может обнаруживать в себе национальную специфику. В этой связи следует упомянуть о традиционной немецкой привычке держать двери всегда закрытыми. Закрытые двери в зданиях учреждений, заведений, организаций ассоциируется у немцев с порядком и аккуратностью. В русском общении нет строгих правил относительно постоянно закрытых дверей помещений, в которых происходит речевое общение. Поэтому у русских, впервые посетивших немецкое учреждение, может появиться чувство обстановки секретности, таинственности и сопряженного с этим дискомфорта.
Коммуникативно  используемые пространства находятся  в прямой зависимости от возможностей передавать или воспринимать информацию по различным коммуникационным каналам. Определенную роль играет при этом сам тип коммуникатора (интраверт - экстраверт). В зависимости от этого фактора выделяются вариации в метрических параметрах проксемических зон. В немецком общении это выглядит следующим образом: 
 
>

и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.