На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


доклад Надзор за исполнением решений Европейского суда по правам человека

Информация:

Тип работы: доклад. Добавлен: 09.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 4. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


НАДЗОР  ЗА ИСПОЛНЕНИЕМ РЕШЕНИЙ 
ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Тема исполнения решений Европейского Суда является достаточно мало известной не только в России, но и во многих других государствах - участниках Конвенции.
Совет Европы является единственной организацией, где предусмотрен систематический контроль за исполнением решений международного судебного органа. Такой контроль отсутствует в других системах международного правосудия, что часто отрицательно отражается на эффективности принимаемых решений.
Статья 46 часть 2 Конвенции предусматривает, что  окончательное решение Суда направляется в Комитет министров Совета Европы, который следит за его исполнением.
Комитет министров  является основным исполнительным органом  Совета Европы и в этом качестве решает все вопросы, связанные с деятельностью организации, в том числе политические, административные, финансовые, а также многие другие вопросы межгосударственного сотрудничества. Тем не менее в рамках Конвенции Комитет министров наделен особой функцией надзора за исполнением решений Европейского Суда.
Согласно Уставу организации Комитет министров  состоит из министров иностранных  дел государств-участников. При этом заседания Комитета с личным участием министров иностранных дел проводятся лишь два раза в год. На всех остальных заседаниях, в том числе тех, которые посвящены контролю за исполнением решений Европейского Суда, министры представлены их постоянными представителями при Совете Европы.
Заседания, посвященные  контролю за исполнением решений  Суда (заседания DH), проводятся, как правило, каждые два месяца, то есть 6 раз в год. Каждое решение Суда, констатирующее нарушение Конвенции, ставится на повестку дня ближайшего заседания DH. Далее решение Суда рассматривается Комитетом министров периодически, с интервалами, как правило, не превышающими 6 месяцев (эти интервалы зависят от срочности вопросов, связанных с исполнением каждого судебного решения), до тех пор, пока Комитет не сочтет решение исполненным и, соответственно, не завершит его рассмотрение принятием закрывающей дело резолюции. До того как Комитет завершит рассмотрение дела, он может принимать на различных этапах контроля так называемые «предварительные резолюции» (Interim Resolutions), в которых он выражает свою позицию по различным вопросам, связанным с исполнением решений Суда.
Комитет министров  начинает рассмотрение каждого судебного  решения с требования к государству-ответчику  проинформировать его о мерах, принятых для исполнения данного решения (Правило 2а Регламента Комитета министров  по применению статьи 54 Конвенции).
Мерами применяемыми  государством-ответчиком для исполнения решения Европейского Суда это безусловно , выплата присужденной заявителю «справедливой компенсации», то есть определенной денежной суммы с целью возмещения материального и/или морального ущерба, нанесенных нарушением Конвенции, а также судебных издержек. Размеры компенсации определяются Европейским Судом в резолютивной части его решения. Суд постановляет, как правило, что сумма компенсации должна быть выплачена заявителю в течение трех месяцев. Решение Суда предусматривает также размер годовых процентов, которые должны быть выплачены государством в случае несоблюдения трехмесячного срока (обычно устанавливаемые на уровне официальной процентной ставки Центрального банка данного государства).
Контролируя исполнение решения Суда, Комитет министров, разумеется, следит за выплатой этих денежных сумм и возможных процентов за просрочку. В ходе рассмотрения судебного  решения государство информирует  Комитет министров о факте  и дате выплаты присужденной денежной компенсации. Секретариат регистрирует факт и дату выплаты и, в случае их соответствия условиям, определенным Судом в его решении, Комитет закрывает финансовый аспект дела. Следует отметить, что при контроле за выплатой денежной компенсации Комитет министров практически не имеет свободы действия и призван строго проконтролировать выплату в соответствии с буквой судебного решения.
Вопросы, связанные  с выплатой компенсации, носят на практике административный характер и  крайне редко подлежат обсуждению в Комитете министров вследствие того, что государства, как правило, исправно платят определенную Судом компенсацию. Трудности, иногда возникающие в вопросах выплаты, носят в основном технический или административный характер (невозможность установления контакта с заявителем, отсутствие банковских координат и т.п.). Подобные трудности решаются в рабочем порядке между компетентными государственными органами и представителями заявителя, в случае необходимости с помощью Секретариата Совета Европы.
В случае возникновения  спорной ситуации по вопросу выплаты  заявитель может тем не менее  представить Комитету свои письменные замечания (правило 2а прим. Регламента Комитета министров по применению статьи 54 Конвенции). В этом случае государство будет призвано дать соответствующие объяснения и, в случае обоснованности претензий, разрешить проблему. Чаще всего речь идет скорее о технических и быстро разрешаемых трудностях.
История Конвенции  знает лишь два исключения из благополучной  практики выплаты государствами-ответчиками денежной компенсации. Первая проблема касалась выплаты Грецией денежной компенсации в деле «Нефтеперерабатывающие заводы «Стран» и Стратис Андриадис против Греции» (решение от 9 декабря 1994).
В своем решении  Суд обязал Грецию выплатить заявителю сумму, эквивалентную более 30 миллионам долларов с целью возмещения материального ущерба, нанесенного нарушением статьи 1 Протокола № 1. Это самая большая денежная компенсация, которая когда-либо присуждалась Европейским Судом.
В данном деле речь шла о нарушении Грецией прав компании «Стран» и ее единственного акционера Стратиса Андриадиса, которые в 1972 г., т.е. во время действия в Греции военной диктатуры, заключили с государством контракт на постройку нефтеперерабатывающих заводов и вложили в греческую экономику крупномасштабные инвестиции на основании этого контракта. Некоторое время спустя после свержения диктатуры греческое государство заявило о своем намерении разорвать контракт с компанией в одностороннем порядке. В контракте имелась оговорка, в соответствии с которой любые споры, связанные с его осуществлением, должны быть решены в арбитражном порядке. Арбитражный орган, рассмотревший дело, решил спор частично в пользу заявителя и обязал государство возместить ему понесенный материальный ущерб. Речь шла о возмещении многих миллионов долларов.
Государство безуспешно пыталось оспорить решение арбитражного суда в судах общей юрисдикции, которые признали законность образованного  арбитражного суда и вынесенного  им решения. Тем не менее за несколько дней до рассмотрения кассационной жалобы государства Верховным судом греческий парламент принял закон обратного действия, который упразднил принцип автономии арбитражной оговорки для всех контрактов, заключенных во время диктатуры. Согласно широко признанному принципу автономии арбитражной оговорки ее действие продолжается во времени даже после расторжения контракта, что является юридической основой для арбитражного суда с целью определения прав и обязательств сторон. Упразднив этот принцип, парламент задним числом лишил арбитраж его законной основы, в результате чего кассационный суд счел себя вынужденным аннулировать арбитражное решение.
Гражданин Андриадис обратился в Европейский Суд, который в свою очередь усмотрел в действиях греческого государства сразу два нарушения Конвенции: нарушение статьи 6, части 1 вследствие вмешательства законодательной власти в судебную процедуру на последнем этапе разбирательства с целью решения дела по существу в пользу государства. Второе нарушение, констатированное Судом, - это нарушение статьи 1 Протокола № 1 вследствие несоблюдения государством справедливого равновесия между интересами общества и интересами защиты имущественных прав частного лица.
Выявив эти  два нарушения Конвенции, Европейский  Суд обязал Грецию выплатить заявителю материальный ущерб в размере, определенном решением арбитражного суда, а также судебные издержки, то есть общую сумму размером более 30 млн. долларов.
В ходе контроля за исполнением этого решения  Комитетом министров греческое  государство ссылалось неоднократно на трудности в выплате такой большой денежной компенсации, в связи с чем откладывало исполнение решения Суда. Официальная реакция Комитета министров последовала не сразу, что, вероятно, во многом объяснялось определенным пониманием объективных трудностей, связанных с беспрецедентным размером компенсации.
Полтора года спустя после решения Суда Комитет министров  отреагировал на фактическое неисполнение государством-ответчиком решения принятием  предварительной резолюции, в которой категорически настаивал на том, чтобы Греция незамедлительно выплатила заявителю денежную компенсацию в полном размере. Это был первый случай, когда Комитет министров прибег к такому жесткому публичному методу политического давления (в отличие от нормальной конфиденциальной процедуры) с целью обеспечить исполнение судебного решения. Несколько месяцев спустя Греция выплатила заявителю полную сумму установленной денежной компенсации.
В деле «Лоизиду против Турции» Комитет министров во второй раз столкнулся с проблемой невыплаты присужденной компенсации, и эта проблема на сегодняшний день, к сожалению, пока так и не нашла разрешения. По мнению многих, это достаточно известное дело обладает политической окраской. В деле «Лоизиду…»Европейский Суд констатировал нарушение имущественных прав заявителя на территории Северного Кипра вследствие событий, связанных с военной интервенцией, совершенной в 1974 г. турецкими вооруженными силами на Кипре, и основанием так называемой «Турецкой Республики Северный Кипр».
Лоизиду, которая в результате интервенции была вынуждена оставить свои земли в северной части острова, подала в Европейский Суд жалобу на нарушение статьи 1 Протокола № 1 из-за существующих по вине Турции препятствий к владению ее собственностью. Суд вынес по этому делу три решения. Первое решение (от 23 марта 1995 г.) касалось исключительно предварительных возражений правительства относительно компетенции Суда. Второе решение (от 18 декабря 1996 г.) касалось существа дела. В нем Суд констатировал нарушение Турцией статьи 1 Протокола № 1. И, наконец, третье решение (от 27 июля 1998 г.), вынесенное Судом, касалось справедливой компенсации за ущерб, нанесенный в результате нарушения Конвенции.
 Суд отклонил предварительные возражения правительства об отсутствии компетенции ratione loci ( лат. - ввиду    обстоятельств,  связанных с местом ), которые основывались на том, что Турция не отвечает за действия, совершенные на территории Северного Кипра, так как на нее не распространяется юрисдикция турецкого государства (см. статью 1 Конвенции). Суд счел, что Турция осуществляет через свои войска, размещенные на севере острова, полный контроль над данной территорией и тем самым несет ответственность за совершенные на ней нарушения Конвенции. Решения Суда по этому делу являются крайне интересными в плане применения общего международного права при толковании Европейской Конвенции, в частности, анализа института международной ответственности.
Далее, Суд констатировал, что Турция нарушает в отношении  заявителя статью 1 Протокола № 1 вследствие имеющих место препятствий к владению ее землями на севере Кипра. И, наконец, в третьем решении Суд установил справедливую компенсацию в размере около 800 тысяч долларов, которая включает в себя главным образом материальный ущерб, но также моральный ущерб и судебные издержки.
Таким образом, Турция, которая всегда отвергала  свою ответственность за данную территорию и всегда придерживалась мнения, в  соответствии с которым Суд не компетентен рассматривать данный политический по природе спор, оказалась перед лицом обязательства исполнить решение Суда и, в частности, выплатить справедливую компенсацию заявителю.
Несмотря на то, что ее аргументы были отклонены  Судом, Турция не изменила свою позицию  в ходе рассмотрения дела Комитетом  министров и заявила, что в настоящих условиях она не считает возможным исполнить решение Суда, и что это решение может быть исполнено лишь в контексте общего урегулирования проблемы Кипра.
Год спустя после  решения от 27 июля 1998 г. Комитет министров  в публичной резолюции заявил, что позиция Турции расходится с решением Суда, и категорически призвал ее выплатить денежную компенсацию заявителю. 24 июля 2000 г. Комитет министров принял вторую резолюцию в этом деле. В ней Комитет министров еще более сурово заявил, что отказ исполнить решение Суда является беспрецедентным и демонстрирует открытое несоблюдение Турцией ее международных обязательств, как государства - участника Конвенции, так и государства - члена Совета Европы. Учитывая серьезность положения, Комитет еще раз категорически настаивал на том, чтобы Турция выплатила без дальнейшего промедления компенсацию в соответствии с решением Европейского Суда.
Отказ Турции выполнить судебное решение  был зафиксирован в постановлениях Комитета министров Совета Европы. В этих постановлениях выражалось сожаление по поводу неподчинения Турции, содержалось напоминание о принятии ею Конвенции и обязательной подсудности Суду. Совету было рекомендовано принять соответствующие меры для повышения степени исполнительности.  Турция, ожидающая решения относительно своей заявки на вступление в ЕС, выплатила в декабре 2003 г., Титине Лоизиду 641 тыс. кипрских фунтов (приблизительно 1,5 млн долл. США).
Контроль за исполнением решений Европейского Суда, однако, не ограничивается контролем  за выплатой денежной компенсации. Согласно подходу, принятому как Судом, так и Комитетом министров, констатация нарушения Конвенции предполагает обязательство государства, помимо выплаты денежной компенсации, если таковая была присуждена, принять, с одной стороны, меры индивидуального характера с целью устранения возможно имеющихся последствий нарушения для заявителя, и, с другой стороны, меры общего характера с целью предотвращения риска подобных нарушений Конвенции в будущем.
Именно контроль за принятием мер индивидуального  и общего характера и является основной деятельностью Комитета министров  при надзоре за исполнением решений Суда. Меры индивидуального и общего характера, принимаемые при исполнении решений, крайне разнообразны. 
Меры  индивидуального  характера
Меры индивидуального  характера преследуют цель прекращения  нарушений, продолжающихся во времени, и устранения последствий нарушений, совершенных в прошлом, с целью восстановления, насколько это возможно, ситуации, которая имела место до нарушения Конвенции (restitutio in integrum). Во многих случаях restitutio in integrum невозможно, учитывая сам характер нарушения. Например, при нарушении статьи 3 Конвенции вследствие пыток или дурного обращения по определению невозможно восстановить ситуацию в том виде, в котором она существовала до совершения нарушения. Единственной компенсацией в данном случае может быть компенсация материального и морального ущерба.
Тем не менее  в ряде дел ущерб, нанесенный заявителю, может быть реально компенсирован  лишь посредством принятия государством-ответчиком особых мер с тем, чтобы приблизиться, насколько это возможно, к restitutio in integrum.
Характер и  необходимость таких мер зависят  от обстоятельств дела. Суд неоднократно подтверждал принцип, согласно которому государства, в принципе, свободны в  выборе средств для достижения желаемого  результата, т.е. устранения последствий допущенного нарушения. Тем не менее Суд неоднократно указывал, что данная свобода действий осуществляется под контролем Комитета министров, в рамках его компетенции по надзору за исполнением решений Суда.
Первый вид  мер индивидуального характера - это меры, принимаемые государством-ответчиком после констатации нарушений Конвенции (в основном статей 3 и 8) вследствие высылки иностранцев со своей территории.
Несмотря на присуждение Судом определенной денежной компенсации заявителям, высланным  или подлежащим высылке в нарушение Конвенции, эта компенсация сама по себе никак не может устранить практические последствия высылки. Так, в деле «Мехеми против Франции» (решение от 26 сентября 1997 г., нарушение статьи 8 - право на личную и семейную жизнь), присужденный Судом моральный ущерб в размере 60 тысяч французских франков (около 10 тысяч долларов) еще не компенсировал тот факт, что в отношении заявителя продолжало действовать запрещение на въезд в страну, где находилась вся его семья, то есть жена, дети, родственники.
Исполнение решения  суда в этом деле, таким образом, потребовало от Франции принятия необходимых мер, обеспечивающих возвращение  заявителя в страну с тем, чтобы  исправить допущенное в отношении  него нарушение. В процессе исполнения решения в этом деле заявитель в короткие сроки получил в административном порядке разрешение на въезд во Францию, проживание со своей семьей и право на работу. Приговор суда, запрещающий бессрочный запрет въезда заявителя в страну, также был пересмотрен.
В деле «Чахал против Великобритании» (решение от 15 ноября 1996 г.) на момент констатации нарушений Конвенции (среди прочих, статьи 3 - запрет пыток и дурного обращения) распоряжение о высылке заявителя из страны еще не было приведено в исполнение. В ходе исполнения решения Европейского Суда британские власти, среди прочих мер, отменили распоряжение о высылке и выдали заявителю вид на жительство с правом работы.
Другой вид  мер индивидуального характера - снятие наложенной в нарушение Конвенции  судимости и/или восстановление неправомерно изъятых прав. Так, например, если частное лицо было осуждено за публикацию каких-либо материалов или мнений, и Европейский Суд констатировал по этому факту нарушение статьи 10 Конвенции, то исполнение решения предполагает, помимо выплаты возможной денежной компенсации, отмену приговора или снятие судимости, наложенной этим приговором.
Одной из самых интересных с юридической точки зрения мер индивидуального характера, принимаемых при исполнении решений Суда, является пересмотр внутренними судами дела, в котором было найдено нарушение Конвенции.
Процедура пересмотра дела внутренними судами проводится иногда после нарушения материальных норм Конвенции, в частности, с целью  исправления последствий судимости. Тем не менее аналогичный результат часто быстрее и проще достигается административными мерами, что снимает необходимость начинать весь судебный процесс сначала.
Вопрос о пересмотре дела внутренними судами встает, однако, гораздо более остро в случае грубых нарушений процессуального  характера, которые могли повлиять на сам исход судебного разбирательства. Речь идет прежде всего о грубых нарушениях статьи 6 Конвенции.
Так, в деле «Барбера и другие против Испании» (решение от 6 декабря 1988 г.) три заявителя были приговорены испанскими судами к длительным срокам тюремного заключения (до 30 лет) по обвинению в совершении террористического акта. Заявители утверждали, что в рамках внутреннего судебного разбирательства были допущены серьезные процессуальные нарушения, связанные в частности с кратковременностью судебного слушания и с тем, что некоторые важные доказательства не были приведены и обсуждены в ходе слушания в присутствии обвиняемых и публики. Подробно изучив все обстоятельства, Европейский Суд установил, что ведение дела в испанском суде лишило заявителей права на справедливое судебное разбирательство, гарантированное статьей 6, частью 1 Конвенции. При этом на момент вынесения решения Суда заявители еще продолжали отбывать наказание на основании вынесенного в Испании приговора.
Заявители обратились в испанские суды с ходатайством о проведении повторного рассмотрения дела с тем, чтобы исправить последствия нарушения статьи 6. И несмотря на то что испанское уголовно-процессуальное законодательство не предусматривало прямой возможности для судебного пересмотра дела на том основании, что Европейский Суд выявил нарушение Конвенции, дело все же было пересмотрено. Правовым основанием для этого стало вынесенное по жалобе заявителей решение испанского Конституционного суда, согласно которому оставление в силе приговора, вынесенного с нарушением Конвенции, противоречит конституционному правопорядку Испании. Вследствие этого судебное разбирательство в судах общей юрисдикции было возобновлено, и все трое заявителей были оправданы за недостатком доказательств. Последствия нарушения статьи 6 Конвенции были таким образом исправлены.
Дело «Барбера…» ярко иллюстрирует, насколько серьезно процессуальные нарушения могут отразиться на самом приговоре. С другой стороны, в практике Комитета министров также встречались случаи, в которых новое разбирательство, организованное с соблюдением процессуальных гарантий, приводило к подтверждению старого приговора. Это еще раз показывает, что из наличия процессуальных нарушений еще не следует невиновность приговоренного лица и необоснованность приговора, и что идеальный метод исправления подобных нарушений состоит именно в возобновлении судебного разбирательства.
Для того чтобы  избежать трудностей при организации  судебного пересмотра дела после  выявленных Европейским Судом нарушений Конвенции, большинство стран-участников создали в своем праве соответствующие юридические основания, как путем принятия новых законодательных положений, так и путем широкого толкования ранее существовавших норм.
В России судебный пересмотр дела после констатации нарушения Конвенции представляется возможным на основании толкования, данного Конституционным судом статье 46 (часть 3) Конституции, признающей за каждым право обращаться в соответствии с международными договорами России в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты . По мнению Конституционного суда, это положение «означает, что решения межгосударственных органов могут приводить к пересмотру конкретных дел высшими судами Российской Федерации, и, следовательно, открывает дорогу для полномочий последних по повторному рассмотрению дела в целях изменения ранее состоявшихся по нему решений, в том числе принятых высшей внутригосударственной судебной инстанцией».  

Меры  общего характера
Мерами общего характера являются те меры, которые  государство обязано принять  с тем, чтобы предотвратить в  будущем новые нарушения, подобные тем, которые были выявлены решениями  Суда.
Огромная важность мер общего характера состоит в том, что они, по определению, выходят за пределы данного конкретного дела и затрагивают широкий круг лиц. Принятие мер общего характера подразумевает, прежде всего, анализ причин, приведших к нарушению Конвенции, и поиск путей устранения этих причин.
В некоторых  делах причина заключается в  ошибочных действиях определенных должностных лиц, и констатация  нарушения, таким образом, не свидетельствует  о существовании в государстве-ответчике  какой-либо структурной проблемы. Нередко  случается, однако, что нарушения Конвенции совершаются государственными органами в результате строгого выполнения ими законных предписаний, находящихся в противоречии с той или иной нормой Конвенции. В этих случаях законодательные изменения будут необходимы для того, чтобы предотвратить новые нарушения Конвенции.
Ярким примером больших законодательных изменений, предпринятых с целью исполнения решения Европейского Суда, являлась реформа болгарского уголовного- процессуального кодекса в деле «Асенов против Болгарии» (решение от 28 октября 1998 г.). В решении по этому делу Европейский Суд констатировал, среди прочих, три нарушения статьи 5 Конвенции (части 3 и 4) вследствие отсутствия своевременного автоматического судебного контроля после задержания с санкции прокурора, чрезмерной длительности содержания под стражей и, наконец, отсутствия возможности у арестованного в любой момент потребовать в судебном порядке изменения меры пресечения.
В ходе исполнения решения по делу «Асенов…» Болгария пересмотрела массу положений своего уголовно-процессуального кодекса с целью приведения процессуальных гарантий при задержании и содержании под стражей в соответствие с Конвенцией. Согласно новым положениям, задержанный должен быть представлен суду не позднее чем через 48 часов после ареста, с тем чтобы суд вынес решение о заключении его под стражу или освобождении. Кроме того, арестованные лица получили возможность в любой момент требовать в судебном порядке их освобождения из-под стражи. Главным результатом реформ стало, таким образом, усиление судебного контроля над действиями прокуратуры. В дополнение к этому был принят ряд других законодательных и административных мер, а также мер, направленных на повышение осведомленности правоохранительных органов о требованиях Конвенции. Все эти меры указаны в недавней резолюции Комитета министров, которой он закрыл рассмотрение данного дела.
Помимо законодательных  и административных мер, исполнение решения Суда может предполагать принятие разнообразных практических мер.
Хотелось бы отметить позицию  сенатора  Александр Торшина внесituj в нижнюю палату парламента два законопроекта - № 564346-5 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и № 564315-5 "О внесении изменений в статью 415 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и статью 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации". 
Суть поправок в том, что решение Европейского суда не может стать основанием для пересмотра дела по новым обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта, если примененный закон не был признан не соответствующим Конституции по решению Конституционного суда России. 

 
Кроме поправок в кодексы, Александр  Торшин предлагает внести изменение  в ст. 85 закона "О Конституционном  Суде РФ". Согласно нему запрос в  Конституционный суд будет считаться допустимым и в том случае, если заявитель считает нормативный акт органа госвласти или договор между органами госвласти неподлежащим действию в связи с принятием межгосударственным органом по защите прав и свобод человека решения, в котором установлено нарушение положений международного договора Российской Федерации, связанное с применением нормативного акта или договора, не соответствующего положениям международного договора Российской Федерации. 

 
Поводом для внесения поправок стало дело военнослужащего Маркина, которому руководство части отказало в отпуске по уходу за ребенком и выплате пособия. Впоследствии руководство изменило решение, но Маркин решил обжаловать нормы, на основании которых первоначально получил отказ. Конституционный суд отказал Маркину в принятии жалобы, и офицер обратился в Страсбург. Европейский суд установил, что в отношении Маркина допущено нарушение Конвенции о защите прав человека.

 
"Выводы ЕСПЧ о противоречии  законодательства, касающегося прав  военнослужащих-мужчин на получение отпуска по уходу за ребенком, и о приведении его в соответствие с положением Конвенции, могут затем стать основанием для соответствующих требований европейского Комитета министров к России", — говорится в пояснительной записке к законопроекту.

и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.