На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


Курсовик Деятельность центральной фигуры исламской революции - Аятоллы Хомейни. Определение предпосылок и хода восстания исламского народа. Причины изгнания шаха. История создания Исламской республики. Характеристика внешней политики Ирана после переворота.

Информация:

Тип работы: Курсовик. Предмет: Междун. отношения. Добавлен: 07.09.2010. Сдан: 2010. Уникальность по antiplagiat.ru: --.

Описание (план):


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РФ


КУРСОВАЯ РАБОТА
"Исламская революция в Иране 1979 г.: последствия во взаимоотношениях Ирана и США"

ОГЛАВЛЕНИЕ

    ВВЕДЕНИЕ
    Глава 1. Основные этапы исламской революции 1979 г.
      1.1 Аятолла Хомейни и основы исламской революции
      1.2 Предпосылки революции
      1.3 Начало революции и изгнание шаха
      1.4 Создание исламской республики
    2. Внешняя политика Ирана после революции
    ЗАКЛЮЧЕНИЕ
    СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Во времена кризисов характер индивидуума или нации проявляется чрезвычайно рельефно. Детали, которые могут быть плохо видимы в периоды затишья, становятся хорошо различимы. Сила, слабость, мотивации выходят на поверхность. Именно так обстоит дело со сдвигами, которые потрясли Иран в XX столетии.

Если бы проницательный наблюдатель взялся описать иранское общество и культуру начиная с того времени, когда нация еще находилась в мире сама с собой, то наиболее ясную картину относительного могущества различных социальных и культурных сил дали бы революционные периоды. Самая поразительная черта революционных движений в современной иранской история -- это постоянство социальных сил, которые приводили их в движение. Классовая структура в Иране существенно менялась в прошлом столетия, но патриархальная религиозная культура страны оставалась по существу неизменной. В эру Конституционной революции светские и религиозные силы объединились в стремлении добиться парламентской системы, но антагонизм между этими двумя группировками был очевиден. В годы революций в Гиляне и Азербайджане конфликт между светскими и религиозными силами был выражен резче, и пренебрежительное отношение к религии в огромной степени способствовало краху этих революций. Наконец, в эпоху исламской революции светские политики, вначале являвшиеся союзниками духовенства, были устранены с политической сцены пылкой исламской теократией.

В то время как крестьяне играли важную роль в некоторых ранних революциях, городские средние классы играли "центральную, руководящую роль во всех революциях. Однако на протяжении века природа средних классов существенно менялась. В годы Конституционной революции средний класс включал в себя базари и мелкобуржуазную интеллигенцию. Ко времени азербайджанской революции модернизация, осуществленная Реза-шахом, создала новый, современный бюрократический средний класс, больше склонявшийся к секуляризму. Наконец, к моменту исламской революции современный средний класс раскололся на высший и низший сегменты, причем первый был тесно связан с монархией, а второй тяготел к духовенству и базари. Это был тот самый нижний слой среднего класса, который парализовал государственную машину Пехлеви и обеспечил успех исламской революции.

Левые сосредоточили свое внимание на эволюционирующей классовой структуре Ирана, будучи склонны рассматривать ее развитие как доказательство того, что страна вступила в более современную, капиталистическую стадию развития. Это убеждение привело иранских левых, от Туде до ПФИН, к игнорированию жесткой преемственности патриархальной исламской культуры и ее влияния на массы. Это в значительной степени объясняет неудачу попытки левых, несмотря на их организационную силу, бросить серьезный вызов могуществу Исламской республики. Однако конфликт между централизмом и "автономизмом", возникший во время гилянской революции, и существующие в Иране этнические, религиозные и языковые различия также оказались мощными источниками разобщенности. Персидский шовинизм и националистический централизм разжигали этнические обиды на всем протяжении иранской истории XX в. Эти обиды еще более усилились, когда недавно в Исламской республике прозвучал обращенный ко всем гражданам недвусмысленный призыв покориться власти факиха.

Главная сила, формирующая иранскую историю XX столетия, не классовые интересы, а религиозная, патриархальная культура, которая не является и никогда не была единой, но делилась на сегменты -- политические, религиозные и языковые, каждый из которых стремился обрести иностранных союзников, чтобы усилить свои позиции внутри страны.

Целью данной работы является рассмотрение вопроса исламской революции в Иране и последствия их взаимодействий с США. Поставленная цель позволила сформулировать нам следующие задачи данного исследования:

1. Рассмотреть предпосылки исламской революции.

2. Рассмотреть развитие исламской революции.

3. Рассмотреть развитие внешней политики Ирана после исламской революции.

Глава 1. Основные этапы исламской революции 1979 г.

1.1 Аятолла Хомейни и основы исламской революции

Аятолла Рухолла Хомейни, центральная фигура исламской революции, начал свою политическую карьеру в качестве реформиста, а не революционера. Зять и ближайший сотрудник пользовавшегося всеобщим уважением и, как правило, далекого от политики аятоллы Хосейна Боруджерди, лидера шиитской иерархии, Хомейни не проявлял политической активности до самой смерти Боруджерди. В начале 50-х годов, являясь последователем Кашани, он помог ему убедить Мосаддыка не относиться терпимо к Туде; затем он отказался от политической деятельности. Аграрная реформа 1963 г., серьезно подорвавшая экономическое могущество духовенства, подтолкнула Хомейни к активному сопротивлению политике правительства. Отказавшись присоединиться к любой политической организации, он резко осудил нарушение шахом конституции и его связи с США и Израилем.

После того как Хомейни в 1964 г. удалился в изгнание, его вражда к монархии становилась все более непримиримой. Продолжавшееся вторжение шаха в сферу деятельности духовенства и его попытки -- напоминавшие политику Реза-шаха -- легитимировать свое правление подчеркиванием связей с доисламским прошлым Ирана вызвали ненависть Хомейни. В 1971 г., когда Мохаммед Реза-шах праздновал 2500-летие Иранского государства, Хомейни прочел цикл лекций, позднее включенных в его книгу "Велаяте факих хукомате эслами" ("Правление законоведа-теолога: исламское правительство"). Эта книга стала идеологическим обоснованием Исламской республики. Хомейни подчеркивал необходимость "политической исламской революции" во всем мусульманском мире. Существующие в исламских странах правительства, заявил он, препятствуют единству мусульманской уммы, т. е. мусульманских народов: "Долг всех мусульман в каждой отдельно взятой исламской стране -- довести политическую исламскую революцию до победного конца". Сопротивление, которое он оказывал политическому разделению исламской уммы, объясняет его трения с националистами в Иране (включая этнические меньшинства) и повсюду в исламском мире после исламской революции.

Хомейни апеллировал к базару. Он предостерегал их: "Наша страна стала базой для Израиля. Наш базар также находится в его руках. Если такая ситуация продлится и мусульмане останутся индифферентными, наши базары перестанут существовать". Это был намек на оказанное шахом нескольким еврейским и бехаитским семьям содействие, благодаря чему они приобрели монопольное положение в торговле, которое прежде было прерогативой базара.

В этой книге Хомейни впервые открыто осудил институт монархии. Обязанности правителя, заявил он, Мухаммед передал имамам, преемниками которых стали исламские богословы; они должны осуществлять одновременно и духовную и политическую власть, как это делали Мухаммед Али. Хомейни отверг идею отделения религии от государства как заговор Запада, который стремится сделать Иран политически зависимым, воспрепятствовав тому, чтобы ислам играл предназначенную ему роль руководителя нации. Ислам, подчеркивалось в этой книге, является источником всех законов и политической власти. Все законодательство должно быть основано на исламских законах, и культура, общество и юридическая система должны быть освобождены от неисламских влияний. Улама должны играть ведущую роль в спасении ислама от империализма путем установления исламского правления. Законоведы (факихи) должны обладать максимальной исполнительной и административной властью, а также властью в сфере планирования, поскольку они владеют высшим знанием ислама: "Факих обладает всем необходимым для того, чтобы сохранить нашу национальную свободу и независимость. Факих не поддается давлению чужеземцев... Ценой своей жизни факих защитит права, свободу и территориальную целостность исламского государства". Упор, который Хомейни делал на необходимости для имама или факиха отстаивать исламское единство и выполнять исламский закон, являлся отражением патриархальной, иерархической концепции шиитского имамата.

1.2 Предпосылки революции

В начале 1977 г. международное давление вынудило шаха ослабить полицейские преследования. Ряд заграничных трупп, в том числе студенческая конфедерация и ИСО, привлекли внимание мировых средств массовой информации к шахским репрессиям и широко применявшимся пыткам. К 1976 г. доклады "Эмнести интернешнл" и Международной комиссии юристов содержали длинные и хорошо документированные списки, в которых были перечислены случаи нарушения прав человека; во время подготовки к президентским выборам в США Джимми Картер придал дополнительную остроту этой кампании. Как часто случалось в иранской истории, смена администрации в США вынудила шаха изменить свою внутреннюю политику. В первой половине 1977 г. в результате ослабления полицейского контроля и роста недовольства, вызванного экономическими неудачами, в Иране появилось множество реформистских групп. Самой важной из них был руководимый Базарганом Комитет для защиты свободы и прав человека в Иране, находившийся и контакте с американскими активистами движения в защиту прав человека. Адвокаты, писатели, учителя также создали свои профессиональные организации, открыто посылавшие письма протеста в шахский дворец. Преемники Национального фронта, включая "Движение за свободу", возглавили профсоюзы и организации, выступавшие в защиту прав человека. Хасан Назие, человек, близкий к Базаргану, стал во главе Ассоциации адвокатов. Рахматолла Могаддам, выдающийся азербайджанский деятель Национального фронта, поддерживавший тесные связи с аятоллой Каземом Шариатмадари, религиозным лидером Азербайджана, возглавил Ассоциацию писателей. Мохаммед Дерахшеш, занимавший пост министра просвещения в кабинете Амини, возглавил Ассоциацию учителей.

В июне 1977 г. Базарган отправил шаху письмо, означавшее открытый протест. Подписанное лидерами Национального фронта -- Санджаби, Бахтиаром и Форухаром, оно содержало просьбу о восстановлении конституции. Его авторы требовали замены новой шахской системы летосчисления иранским мусульманским годом и отказывали шаху в почетном титуле "Свет арийцев". Письмо широко циркулировало, хотя не было напечатано ни в одной газете. В 1977 г. визит шаха в Вашингтон был отмечен большой, хорошо организованной и откровенно враждебной демонстрацией, устроенной студенческой конфедерацией и ИСО; эта демонстрация была показана по иранскому телевидению, и она произвела огромное впечатление на общество.Шах вел двойственную политику по отношению к реформаторам. Он негласно позволил возобновить деятельность политических партий и уволил своего верного премьера Ховейду, назначив на его место Джамшида Амузегара, экономиста, получившего образование в Соединенных Штатах. Амузегару было поручено спасти иранскую экономику. Од отказался от политики, вызывавшей гнев базара. Правительство смягчило свою враждебность по отношению к духовенству и даже предложило субсидировать теологическую семинарию в Мешхеде; однако в числе жестких мер, принятых Амузегаром, было прекращение государственного субсидирования духовенства. В какой-то степени помирившись с базаром, шах оказал мощное давление на оппозицию, использовав САВАК для запугивания ее лидеров, включая Санджаби, Бахтиара, Базаргана и Могаддама. Сочетая миролюбивые жесты и репрессии, он надеялся убрать их от руководства массами. Основываясь на прошлом опыте, монарх видел своего самого опасного врага в Национальном фронте, а не в религиозной иерархии.

1.3 Начало революции и изгнание шаха

В январе 1978 г. в статье, напечатанной в выражавшей интересы двора газете "Эттелаат", Хомейни подвергся непристойным нападкам. Религиозный центр Кум немедленно восстал, и множество людей было убито. Шах объявил в Куме военное положение, и начался новый круг насилия. В феврале, на сороковой день после резни в Куме (сороковой день после смерти -- это обусловленный религиозными правилами день траура), демонстрация в Тебризе переросла в политическое восстание. Тебризский бунт, основными участниками которого были неквалифицированные рабочие из сельской местности, потерявшие работу из-за сокращения спроса, отличался крайней жестокостью; сотни людей были убиты. Шах продлил срок действия военного положения и заменил гражданского губернатора провинции генералом. Сороковой день после тебризской бойни был отмечен новым насилием по всей стране, так что этот цикл продолжался. К лету страна корчилась в родовых муках революции. Шахская политика запугивания лидеров светской оппозиции и примирения с религиозными массами неожиданно привела к обратным результатам: массы нашли путь выражения политических чувств в религии я обрели политического лидера в лице бескомпромиссного аятоллы Хомейни. Магнитофонные записи и листовки, распространявшиеся в мечетях, знакомили народ с Хомейни, который, находясь в изгнании в Ираке, был недостижим для шахских органов безопасности. Когда шах договорился с Ираком о высылке Хомейни во Францию, это лишь подняло статус Хомейни. Внезапно этот религиозный лидер оказался в центре внимания всего мира и вызвал огромный интерес западных средств массовой информация и аналитиков разведывательных служб. Шах продолжал считать своим главным врагом Национальный фронт. В конце весны 1978 г. Санджаби уведомил общественность о том, что Национальный фронт желает принять участие в свободных выборах без коммунистов. Как Санджаби объяснял автору, причина, по которой было выдвинуто условие о неучастии коммунистов, состояла в том, чтоб лишить шаха его обычного предлога для уклонения от свободных выборов -- "боязни коммунистического проникновения". В ответ на это предложение шах назвал Национальный фронт "более вероломным, чем Туде". В конце лета, стремясь противостоять Национальному фронту, шах убрал Амузегара, чья политика "затягивания поясов" была непопулярна в народе, и назначил на его место Шариф-Имами, тесно связанного с религиозной иерархией. Шариф-Имами сделал несколько жестов, чтобы умиротворить шахских оппонентов, в том числе распустил "Растахиз" и отменил имперский календарь. Однако эти уступки были слишком незначительными, слишком запоздалыми. B конце 1978 г. нижний слой нового среднего класса, твердо вставший в оппозицию режиму, в то время как шах пребывал в нерешительности, начал действовать. Осуществляя жесткий контроль над невероятно разросшейся бюрократией, этот класс был в состоянии парализовать деятельность режима, устраивая частые стачки. Забастовки технических специалистов, работающих в Национальной иранской нефтяной компании, лишили правительство его доходов; забастовки учителей и большинства служащих министерства просвещения высвободили учащихся для демонстраций. Колеса государственной машины вертелись со скрипом и грозили остановиться. Используя свои тесные религиозные и социальные связи с рабочим классом и базаром, нижний слой среднего класса не позволял правительству эффективно реагировать на действия духовенства, базара и городской бедноты. К сентябрю ситуация настолько вышла из-под контроля, что Шариф-Имами объявил в Тегеране военное положение; однако волна революции была уже так высока, что народ попросту игнорировал эту меру. Во время кровавого столкновения, вспыхнувшего 8 сентября 1978 г. на площади Жале в центре Тегерана, погибли сотни людей. Резня, получившая название "черная пятница", уничтожила всякую надежду на то, что шах когда-нибудь достигнет компромисса с реформистскими элементами среди религиозной оппозиции. Начальник Генерального штаба генерал Голам Реза Азхари заменил Шаряф-Имами и ввел военное правление во всех главных городах Ирана. Шах, отчаянно нуждавшийся в союзниках против религиозных сил, попытался найти компромисс с лидерами Национального фронта и другими либеральными деятелями, которых он раньше преследовал. Прежде всего он предложил пост премьер-министра Амини, но, поскольку Амини выдвинул в качестве предварительного условия передачу ему контроля над армией и отречение шаха, переговоры окончились неудачей. Тем временем Санджаби отправился в Париж, чтобы встретиться с Хомейни и предложить ему союз с Национальным фронтом. Санджаби охарактеризовал этот союз как средство добиться для Ирана свободы, "подобно союзам между светскими конституционалистами и религиозными элементами, которые заключались в конституционную эру". Под давлением Хомейни, добивавшегося уничтожения всякой возможности компромисса с шахом, Санджаби сделал заявление, в котором провозгласил монархию Пехлеви незаконной и противоречащей принципам ислама. По возвращении Санджаби в Тегеран шах, находившийся в еще более отчаянном положении, предложил ему пост премьера; Санджаби согласился при условии, что шах уедет и передаст ему контроль над армией. "Если я покину страну, никто не сможет контролировать армию", -- ответил шах. Не получив такого контроля, Санджаби не пожелал принять пост премьер-министра; он сказал автору: "Как я мог доверять шаху после того, что он сделал с Кавамом после событий в Азербайджане и Курдистане? После того, что он сделал с Мосаддыком и Амини?". Прежние победы шаха посеяли среди лидеров оппозиции и в народе подозрения и цинизм; это и способствовало его свержению. Многие давно существовавшие оппозиционные группы оказались совершенно не готовы, к этим событиям. Национальный фронт все еще не имел ясной идеологии, программы и четкой организационной структуры. Он попытался заключить официальный союз с "Движением за свободу", но секуляризм фронта, противоречащий религиозной ориентации "Движения за свободу", завел переговоры в тупик. Туде возобновила свою деятельность и, придерживаясь политического курса, проводившегося ею после 1960 г., попыталась сформировать единый фронт против диктатуры. Базарган и другие лидеры Национального фронта отказались от такого альянса. Традиционные взаимные подозрения либералов и коммунистов, продолжавшие существовать и после революции, способствовали консолидации власти в руках духовенства. В то время как Национальный фронт все еще находился в шоке под напором революционных событий, моджахеды и ОПФИН развернули энергичную партизанскую войну против шаха, использовав Хомейни как символ. Доминирование в Иране антиамериканских настроений облегчило Хомейни завоевание политического превосходства над Национальным фронтом. Хомейни постоянно выступал против Соединенных Штатов за их поддержку шахской диктатуры. В глазах иранцев США заменили Англию в качестве главного-угнетателя Ирана, и Хомейни нажил на этом немалый капитал.

Находясь во Франции, Хомейни (под давлением своих советников, в первую очередь Банисадра) уменьшил до минимума враждебность к Соединенным Штатам; свои планы относительно будущего иранского правительства он излагал в обдуманно неопределенных выражениях и яростно поносил коммунистов. На Соединенные Штаты и другие западные державы, прежде всего на Францию, произвела впечатление известная умеренность его официальных заявлений, вследствие чего в тот период администрация Картера относилась к нему благосклонно. Поддерживать шаха становилось все более трудным делом. Пытаясь вернуть доверие Запада, шах назначил премьер-министром Бахтиара, заместителя Санджаби. Прошло совсем немного времени, и шах, испытывавший мощное давление как внутри страны, так и извне, покинул Иран. Национальный фронт, категорически отвергавший любой компромисс с монархией, вскоре изгнал Бахтиара.

1.4 Создание исламской республики

Бахтиар стремился создать неприсоединившуюся конституционную монархию по образцу той, которая предусматривалась конституцией 1906 г. Это предприятие было обречено на неудачу; различные рода вооруженных сил не имели опыта совместной деятельности и не привыкли получать приказы от гражданских лиц. Проводившаяся шахом политика "разделяй и властвуй" чрезвычайно ослабила оставленные им после себя правительство и армию. Бахтиар, будучи не в состоянии осуществлять контроль над Тегераном, настойчиво добивался сохранения власти над провинциями (в связи с этим заслуживает внимания сходство с политикой Керенского по отношению к Финляндии); своей нейтралистской политикой, напоминавшей политику Национального фронта, он вызвал значительную оппозицию в Азербайджане, Курдистане и Белуджистане. Его попытки восстановить порядок оказались безнадежны, так как армейские части перешли на сторону революции. Тяжелые уличные бои в Реште, Тебризе, Сенендедже и Мехабаде, а также в Тегеране, начатые 12 февраля 1979 г. ОПФИН и моджахедами в память о совершенном в 1971 г. налете на Сиахкель, вызвали дезертирство технического персонала военно-воздушных сил, размещенного в Тегеране. Эти техники, долгое время соперничавшие с более высокооплачиваемой и более привилегированной шахской гвардией, с восторгом присоединились к тем, кто сражался против нее. Крах умеренного правительства Бахтиара был предрешен.

Преемником Бахтиара при поддержке Хомейни стал Базарган, и в течение всего недолгого правления умеренных продолжалось "двоевластие". Хомейни выбрал Базарган вследствие его принадлежности к религиозному "Движению за свободу", которому аятолла отдавал явное предпочтение перед Национальным фронтом. Однако, как позднее отметил Банисадр, "правительство Базаргана было реформистским и не могло принимать революционные меры. Его правительство было не в состоянии ответить на чудовищное давление снизу, и это давление... в конце концов привело к захвату муллами политической власти". Вследствие своих тесных связей с религиозными массами духовенство сумело использовать в своих целях это давление снизу. Стремясь нейтрализовать духовенство, Базарган предоставил многим духовным лицам, в том числе Хашеми-Рафсанджани, высокие административные посты; по словам Банисадра, он сделал это для того, чтобы доказать, будто они являются некомпетентными администраторами. Эта тактика дала обратный результат: духовенство обрело опыт управления.

Власть Базаргана вскоре значительно ослабили радикальные исламские революционеры, доминировавшие во многих альтернативных центрах власти, в первую очередь в Революционном совете, в котором преобладало духовенство и которым руководил аятолла Мохаммед Бехешти, ведущий идеолог исламской революции. Даже светские члены совета были большей частью участниками "Движения за свободу", весьма чувствительными к мнению религиозных авторитетов. Совет стал главной базой власти. Банисадр, ходжат оль-эслам (религиозный титул, на одну ступень ниже аятоллы) Али Хаменеи и ходжат оль-эслам Рафсанджани -- все они, пройдя через должность члена совета, достигли высоких правительственных постов; Хаменеи стал позднее президентом. Любая акция правительства Базаргана требовала одобрения совета. В случае разногласий с правительством совет обращался к Хомейни, который обычно принимал решение в его пользу. Весной 1979 г. совет передал Хомейни проект конституции, который был подготовлен назначенными Базарганом членами Национального фронта и "Движения за свободу". Хомейни, заметив, что предложенная светская конституция не содержит положение о "велаяте факих", т. е. об опеке исламского законоведа над обществом, и предусматривает созыв местных законодательных собраний, немедленно отверг его. "За какие-нибудь несколько месяцев, -- сказал Мансур Фарханг, бывший иранский посол в ООН и советник Банисадра, -- Революционный совет стал подлинным хозяином Ирана". Прочие альтернативные центры власти включали революционные комитеты и революционные трибуналы, Исламскую республиканскую партию (ИРП) и, после мая 1979 г., пасдаров, или стражей революции, которые заменили собой остатки шахской армии. Эти вспомогательные центры власти образовали целую сеть под непосредственным руководством Революционного совета и Бехешти, способствуя решению задач революции на и т.д.................


Перейти к полному тексту работы



Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.