На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Американо-советские отношения в период первого президентства Дуайта Эйзенхауэра 1953- 1957 гг

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 10.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 10. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Российский Государственный Университет им. И. Канта
Исторический факультет
Кафедра Зарубежной истории и международных отношений 
 
 
 
 
 
 

Американо-советские отношения в период первого президентства      Дуайта Эйзенхауэра 1953- 1957 гг. 
 
 
 
 
 
 

Курсовая работа
Студентки III курса
Очной формы обучения
Бискуп К. М.
Научный руководитель
к.и.н.,доц А. В. Золов 
 
 
 

Калининград
2009
 

Содержание
                  Введение
    1.1 Приход Эйзенхауэра в Белый дом, его цели, задачи и идеи. Окончание Корейской войны.
    1.2 Серия пактов, окружение СССР по периметру.
    1.3 События 1956 г.: Суэцкий кризис и Венгрия.
    1.4 План «Дроп-шот».
          Заключение 
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     

Введение.
     Дуайт Эйзенхауэр представляет собой одну из самых ярких, загадочных и противоречивых фигур в мировой истории и политике середины XX века. До сих пор нет однозначных оценок и единого мнения относительно его внешнеполитической деятельности на посту президента Соединённых  Штатов в 1953-1957 гг., в частности, в области советско-американских отношений.
     Так американская историография пытается идеализировать его деятельность, во многом обелить и доказать его невиновность. Советская историография более объективна, она пытается открыть его истинное лицо, цели, намерения.
     Объектом исследования в данной курсовой работе является внешняя политика Дуайта Эйзенхауэра на посту президента США в 1953-1957г.г. Предметом изучения избраны советско-американские отношения данного периода. От политики «сдерживания» к политике «массированного ядерного возмездия». Апогей холодной войны (1953-1957 гг.).
     Целью данной курсовой работы является попытка дать анализ советско-американских отношений данного периода.
     В соответствии с целью работы были поставлены следующие задачи:
    1. Проанализировать приход Эйзенхауэра в Белый дом, его цели, задачи и идеи. Окончание Корейской войны.
    2. Определить позицию Эйзенхаура во время серии пактов, и окружения СССР по периметру.
    3. Советско-американские отношения во время событий 1956 г.: Суэцкий кризис и Венгрия.
    4. План «Дроп-шот».
     Говоря об источниках на первое место стоит поставить такое периодическое издание как "Правда". В данной работе использован номер, который освещает советско-американские отношения во время Суэцкого кризиса. Можно упомянуть и мемуары Хрущёва. Однако надо учитывать, что любые мемуары вещь субъективная, а к произведению Никиты Сергеевича это относится в достаточно высокой степени. Тем не менее, его труд нельзя обойти молчанием.
     При написании работы была использована следующая литература:
     Амброуз Стивен. Эйзенхауэр. Солдат и президент. Эта работа позволяет проанализировать, какие цели и задачи ставил перед собой Эйзенхауэр, придя в Белый дом.
     Следующая работа - Браун А. План «Дроп-шот». С её помощью был дан анализ последней главы курсовой работы, посвящённой «Дроп-шоту».
       Стоит отметить две работы Громыко А.А. Новое мышление в ядерный век, и О практических путях прекращения войны. Они позволяют осветить советскую точку зрения на советско-американские отношения в эпоху Эйзенхауэра.
     Книга Иванова Р.Ф. Дуайт Эйзенхауэр используется на протяжении всего курсового исследования и задействована при исследовании почти всех проблем.
     Нельзя обойти молчанием работу Иноземцева Н.Н. Внешняя политика США в эпоху империализма. Она позволяет лучше осветить отношение Эйзенхаура к Корейской войне.
      В качестве работы общего характера используется История дипломатии. Т.6.
     В качестве работ общего характера используются История США (Электронный вариант). История США. Том четвертый, 1945-1980.
       Исследование Генри Киссинджера Дипломатия проливает некоторый свет на то как развивались советско-американские отношения на Женевской конференции 1955 года.
     При написании второй главы была использована следующая литература Крутских А. В. Американская политика «партнёрства»  в восточно-азиатском регионе. М.:Международные отношения, Место Китая в глобальной политике США/ Отв. ред. В. П. Лукин. М.: Наука, Мельникова Ю.М. Сила и бессилие: Внешняя политика Вашингтона в 1945-82.  Системная история международных отношений. Под. ред. Проф. А.Д. Богатурова.
     Такая работа как Советская внешняя политика в эпоху холодной войны позволяет нам охарактеризовать и проанализировать события Суэцкого кризиса 1956 года и советско-американские отношения в вышеуказанный период.
     Работа Усачёва А.С. Джон Фостер Даллес позволяет пролить некоторый свет на события в Венгрии 1956 года.
       Работы Уткин А.И. Дипломатия и оружие. Уткин А.И. Россия и Запад: история цивилизаций. Степанова О. Л. Холодная война,  Яковлев Н.И. СССР против ЦРУ по большей части являются работами общего характера и используются во всей курсовой работе.
     Курсовая работа традиционно делится на введение, основную часть и заключение. Для наилучшего решения поставленных задач был использован комбинированный тематическо-хронологический принцип. Во введении обоснована актуальность выбранной темы, сформулированы цель и задачи работы, обозначены объект и предмет исследования и дана характеристика источников и литературы, которые использованы в работе. Основная часть, в свою очередь, делится на пять глав.
       1.1 Приход Эйзенхауэра в Белый дом, его цели, задачи и идеи.
      1.2 Корейская война - первое столкновение ядерных держав.
      1.3 Серия пактов, окружение СССР по периметру.
      1.4 События 1956 г.: Суэцкий кризис и Венгрия.
      1.5 План «Дроп-шот».
     Данная структура должна способствовать наиболее оптимальному выполнению цели данной курсовой работы. В заключении будут сделаны выводы о проделанной работе.      
 

 

      1.1 Приход Эйзенхауэра в Белый дом, его цели, задачи и идеи.     Окончание Корейской войны.      
     Д.Эйзенхауэр не обманул ожиданий избирателей: он стал президентом,       который восемь лет управлял страной в условиях мира и относительного процветания. Он стремился погасить очаги начавшихся военных конфликтов. При нем начался послевоенный бум в экономике и появилось поколение «бэби бумеров». Население США увеличилось в 50-х годах теперь уже на 30 миллионов человек. 
     По складу характера и по опыту работы Д.Эйзенхауэр привык лично принимать решения, но после того, как подчиненные детально доложат обстановку. Он продолжал эту линию поведения и в Белом доме, оставляя за собой последнее слово при их принятии. В условиях сложной военно-политической обстановки эти решения обсуждались на заседаниях кабинета министров, а их реализация зависела от слаженной работы «команды» своих исполнителей, а также и от американского государственного аппарата.   
Предшествующая деятельность Эйзенхауэра хорошо подготовила его к решению задач внешней политики и международных отношений и в меньшей мере – сложных экономических и политических задач внутри страны.  Он хорошо знал, как работает военная промышленность.  В то же время Д.Эйзенхауэру не приходилось раньше затрагивать многие практические задачи в развитии США.

     Начало обсуждения  основных положений новой внешнеполитической доктрины началось еще в период предвыборной кампании. Основные положения своего взгляда на будущую концепцию изложил  Дж. Даллес, будущий секретарь в конце марта в двухстраничном меморандуме Д. Эйзенхауэру, а затем в статье в журнале «Лайф» (Life) в мае 1952 года. В этой получившей широкую известность статье будущий госсекретарь, критикуя политику сдерживания коммунизма, считал, что она потребует от США огромных расходов по содержанию наземных вооруженных сил и может привести к банкротству американскую экономику. Поэтому  новая администрация должна сделать упор на развитии ядерного оружия и средств его доставки, что резко снизит нагрузку на американскую экономику. Ядерное оружие, по мысли автора статьи, должно быть применено в ответ на атаку СССР обычными вооружениями США или их союзников. Д.Эйзенхауэр, в целом, отмечая созвучность мыслей автора со своими собственными суждениями о национальной безопасности, в ответе на меморандум Даллеса определил самую серьёзную проблему, с которой придётся столкнуться при проведении подобной политики. Эйзенхауэр писал: «Что мы будем делать, если Советы захватят власть в одной из стран «свободного мира», используя политические методы, как в Чехословакии».
     отношения с СССР,  естественно, были одним из главных внешнеполитических приоритетов администрации с первых дней нахождения её у власти. Однако новоизбранный президент не ждал в ближайшем будущем существенных изменений в поведении советского руководства и намеревался строить свою политику в отношении СССР исходя из этого положения. Главной его задачей, несомненно, было прекращение войны в Корее. Уже в декабре 1952 года, то есть, будучи избранным президентом, но, еще не вступив в должность, Д.Эйзенхауэр совершил поездку в Корею с основными членами своей будущей команды. Именно на пути в Корею на лайнере «Елена» («Helen») впервые произошло обсуждение внешнеполитической стратегии США при новой администрации. При обсуждении четко обозначилась линия президента на сбалансированность расходов и доходов страны, что сыграет решающую роль в период разработки новой оборонной стратегии и, соответственно, всей внешнеполитической политики США.
     После вступления в должность  Д. Эйзенхауэр инициирует интенсивные консультации, направленные на выработку внешнеполитической концепции США и реальных шагов по её воплощению. Учитывая позицию влиятельных лидеров республиканцев в Конгрессе и сильную критику демократической администрации в период предвыборной кампании, Д. Эйзенхауэр был поставлен в определенные рамки. С одной стороны, его действия на внешней арене должны были отличаться от политики «сдерживания коммунизма», проводимой предыдущей администрацией, и быть более наступательными в отношении коммунистического блока. Это требовало совершенно новых подходов к политике, проводимой в отношении СССР и его союзников, и определённой корректировки отношений с союзниками США, в первую очередь в Европе. С другой стороны, новая администрация должна была закончить «на приемлемых» условиях для США войну в Корее, то есть договариваться с коммунистическим Китаем и СССР, и, во-вторых, американская внешняя политика должна стать менее затратной и не ложиться тяжелым бременем на американскую экономику и плечи налогоплательщиков. Во многом из-за несогласия с чрезмерным увеличением бюджетного дефицита и расходов в период корейской войны Д.  Эйзенхауэр не согласился стать кандидатом в президенты от демократической партии.
     Война в Корее  доказала бесперспективность попыток решения спорных проблем в Азии силой оружия и привела к дискредитации внешней политики США в глазах азиатских народов. Надо было не только искать решение корейской  проблемы,  но  и  вырабатывать долгосрочный  курс американской  неоколониалистской   политики.  1 октября 1952 г. Эйзенхауэр заявил, что основную тяжесть войны в Корее должны нести сами южнокорейцы, а не американцы.  «Мы не хотим,— говорил президент,— чтобы Азия рассматривала белого человека с Запада как своего врага. Если там должна вестись война, то пусть это будет война азиатов против азиатов при нашей поддержке той стороны, которая отстаивает дело свободы».
     В июле 1953 г. было заключено перемирие в Корее. При этом  Эйзенхауэру приходилось преодолевать сопротивление руководства Республиканской партии, а также военного министра Ч.Вильсона и тогдашнего государственного секретаря Джона Фостера Даллеса, которые выступали резко против заключения данного перемирия.
     В долговременном плане президент Д. Эйзенхауэр занялся изучением  изменения стратегии международных отношений в ядерный век. Как выдающийся стратег и военачальник, он отлично понимал, что атомное и термоядерное оружие (водородные бомбы) не являются средством разрешения международных конфликтов, поскольку способны уничтожить основы человеческой цивилизации и всего живого на Земле. Консерваторы-республиканцы, их лидеры: Джон Фостер Даллес, Дж. Маккарти и часть генералов Пентагона   предлагали использовать атомные бомбы то в Корее, то во Вьетнаме, то для защиты Тайваня от КНР. Д. Эйзенхауэр был решительно против нанесения предупреждающего ядерного удара по территории названных стран.
     26 апреля  1954 г., в Женеве начало свою работу  совещание   министров   иностранных   дел   СССР, США, Англии, Франции и КНР. Министры обсуждали дна вопроса — корейский и индокитайский. США вынуждены были принять участие в этом совещании, чтобы не оказаться в  полной дипломатической изоляции. Даллес строил свои расчеты и на том, что на совещании делегация сумеет добиться решения обсуждаемых вопросов в своих интересах. Этим надеждам не суждено было оправдаться Участники совещания не поддержали американский курс на  «интернационализацию»  войны  во Вьетнаме.  Только Австралия и Южная Корея откликнулись на американское предложение направить войска во Вьетнам, чтобы была оказана помощь Франции.
     Оказавшись в Женеве  в очень сложной ситуации, Даллес предпочел покинуть совещание, оставив вместо себя одного  из своих заместителей      Б. Смита. Это было равносильно поражению американской внешней политики. 20 июля участники совещания подписали соглашение о прекращении войны в Индокитае. Соглашение предусматривало установление временной демаркационной  линии   между  ДРВ   и   Южным   Вьетнамом   по 17-й параллели. Таким образом, администрация Эйзенхауэра не сумела выполнить своих планов «интернационализации» войны во Вьетнаме. После провала этих планов Эйзенхауэр не рискнул в одиночку ввязаться в индокитайскую авантюру.
     Вместе с тем  необходимо подчеркнуть, что в годы президентства Эйзенхауэра ЦРУ вело исключительно активные подрывные действия в Южном Вьетнаме. «Сотни тысяч убитых, сотни тысяч брошены в тюрьмы — всего за одно пятилетие, когда США, действуя через ЦРУ, причинили наибольшие потери вьетнамскому народу по сравнению с любым периодом его борьбы за национальное спасение».
     На совещании в Женеве  не удалось добиться урегулирования корейского вопроса.  США  и другие участники интервенции  в   Корее  отказались  принять  предложение о выводе всех иностранных войск из этой страны и ее объединении путем проведения свободных выборов в общекорейское Национальное собрание. Совещание в Женеве — важный рубеж американской политики в Азии и на Дальнем Востоке. В определенной мере оно подвело итог двум крупнейшим военно-политическим акциям США в Азии в первой половине 50-х годов — войне в Корее и американской политике во Вьетнаме. Итог был разочаровывающий. Во Вьетнаме французский союзник США по НАТО потерпел полное военное и политическое фиаско.  В политическом аспекте обе войны свидетельствовали об отсутствии единства среди  империалистических держав.  В  Корее США смогли   получить   хотя   бы   номинальную   поддержку  со стороны ряда   капиталистических государств.
     Испытание ядерного  оружия в СССР в 1949 году и окончание американской монополии на его обладание поставило перед республиканцами вопрос о возможности ядерной войны между СССР и США. Ни Д. Эйзенхауэр, ни Дж. Даллес не считали ядерную войну возможной. Эйзенхауэр говорил о ней как войне, где не будет победителей. Отсюда поиски стратегии, которая позволит ослабить страны Восточного блока, без риска атомной войны. Дж. Даллес еще в 1948 году в период предвыборной компании республиканца Томаса Дьюи сказал последнему: «Новый подход к внешней политике необходим. Стратеги должны учитывать сильные стороны Москвы и эксплуатировать её слабости. Наполеон говорил, что «победа в войне состоит из одной четверти материального и трех четвертей нематериального». Я думаю в «холодной войне» это соотношение ещё больше». Доктрина «сдерживания коммунизма», по мнению Даллеса, представляла собой как раз материальную часть военных усилий и помогала Кремлю обвинять американцев в развязывании войны, усиливало национально-освободительное движение в колониальных странах. Кроме того, статичность ослабляла позиции США в мире, а задача Соединенных Штатов состояла, по Даллесу, как раз в том, чтобы, опираясь на свой динамизм, распространять  идеалы справедливости и главенства права в мире. Отсюда идея об «освобождении», как динамичной политике, которая проводилась бы в жизнь путем пропаганды, оперирующей к  ценностям свободы. 

 

     1.2. Серия пактов, окружение СССР по периметру.
     Если коротко говорить  о причинах попытки окружения СССР по периметру, то необходимо отметить, что главная причина – это подготовка полномасштабного вторжения в Советский Союз и дальнейшее его сокрушение военным путём.
     8 сентября  1954 г. в Маниле был подписан  договор между США и Филиппинами (отсюда его название — Манильский пакт). К нему также присоединились пять развитых стран (Австралия, Британия, Новая Зеландия, США, Франция) и три развивающиеся (Пакистан, Таиланд, Филиппины). Манильский пакт должен был бы противодействовать тенденции к сращиванию регионального национализма с коммунизмом в том виде, как это проявилось в Китае, Северной Корее и Северном Вьетнаме. Говоря иначе, задача состояла в вычленении собственно националистической составляющей общественного брожения в ЮВА и закреплении ее на некоммунистических (в идеале — на антикоммунистических) позициях при помощи оказания военной и экономической поддержки соответствующим силам. Но для выполнения такой функции пакт не был приспособлен.
     Во- первых,  преобладание среди членов пакта неазиатских стран не позволяло ему стать силой, консолидирующей национализм. Кроме того, концепция пакта конкурировала с обсуждавшимися тогда идеями афро-азиатской солидарности и неприсоединения. Обе они были более привлекательны для освободившихся стран как свободные от ассоциаций с неоколониализмом, автоматически возникавших при упоминании об объединении под руководством европейских держав и США. В 50-х годах репутация Соединенных Штатов в третьем мире была не намного лучше, чем у такой старой колониальной страны, как Британия, и хуже, чем у СССР, хотя и Советский Союз вызывал у молодых государств неприязнь.
     Во-вторых,  США дали понять, что они не готовы выделять средства, которые могли бы служить дерадикализации местного национализма, насыщению его ожиданий и их канализации в умеренно-соглашательское русло. Но в таком случае значение пакта ограничивалось только военным взаимодействием.
     В 50-х  годах СССР и США конкурировали за национализм, хотя он-то и подрывал биполярность. Советский Союз доктринально провозгласил сотрудничество с третьим миром своим приоритетом. Соединенные Штаты тоже считали задачу приобретения союзников в развивающихся странах одной из важнейших. «Азиатский национализм как доминирующая сила, нацеленная на сохранение национальной независимости, способен стать источником силы, а не слабости Свободного мира на Дальнем Востоке», — констатировалось в официальных установках. Проблема состояла в том, чтобы найти правильную тактику взаимодействия с ним.
     У каждой  из держав в этом смысле были сильные и слабые стороны. Изнутри Восточной Азии региональные процессы виделись иначе, чем из США. Хотя высшие слои Индонезии, Филиппин, Малайи и других государств были антикоммунистически настроенными, они вычленяли в событиях в Китае, Корее и Вьетнаме прежде всего национально-освободительное, «специфически азиатское» содержание. СССР поддерживал антиимпериалистические устремления молодых государств и имел лучшие шансы приобрести на них влияние, чем США, которые слишком явно блокировались со старыми колониальными державами. Сотрудничество с СССР могло быть многообещающим особенно на первых этапах национально-государственного строительства, когда приоритетными были задачи обеспечения национальной безопасности и международного признания. В этом смысле возможности Москвы были велики — от права вето в СБ ООН до поставок вооружений.
     США  имели не меньшие, чем СССР, возможности оказывать политическую и военную поддержку молодым государствам и обладали несоизмеримо большим экономическим потенциалом. Однако, как представляется, ошибочно недооценив важность компромисса с КНР, Соединенные Штаты противопоставили себя лидеру радикального крыла национально-освободительного движения, и в той мере, как влияние КНР в движениях неприсоединения и афро-азиатской солидарности укреплялось, росла психологическая изоляция США в третьем мире.
     Стремление  видеть региональную ситуацию сквозь призму «неоимпериалистических поползновений» характерно для советской политики не в меньшей степени, чем для американской — склонность повсюду отыскивать «руку» Пекина и/или Москвы. Но в силу общей настроенности советской дипломатии времен Н. С. Хрущева на новации, идеологические догмы не блокировали исходящих из Москвы не всегда выверенных, но часто здравых и прагматичных идей, реализация которых в ряде случаев способствовала снижению региональной конфликтности. Как отмечали Майкл Хант и Стивен Ливайн, «в эпоху Эйзенхауэра понимание Соединенными Штатами советской политики в послевоенной Азии значительно отставало от эволюции самой этой политики. Вашингтон зациклился на видении Кремля как какой-то штаб-квартиры привилегированной корпорации революционеров, мечтающих расширить свои операции. На самом же деле роль СССР была совсем иной и гораздо более скромной». Советский Союз, скорее, стремился укрепить коммунистические режимы, чем подталкивать их к внешней экспансии.
     Создаётся впечатление, что  подход СССР к международным отношениям был даже менее идеологизированным, чем подход США. Во всяком случае, Д. Эйзенхауэр до конца своего пребывания у власти так и не позволил себе хотя бы принять за гипотезу возможность преобладания во внешней политике коммунистических держав (КНР и СССР) национальных интересов над общеидеологическими или вероятность настоящего раскола между коммунистическими странами. Национализм воспринимался в США как безусловный антипод коммунизму, в то время как в азиатской традиции (как это подтвердилось позднее и опытом советской Средней Азии) коммунизм мог быть и был только одной из инструментальных форм реализации национальных устремлений.
     Наряду с организацией  нового военного союза американская дипломатия в Азии пошла на двусторонние соглашения с теми странами, которые ей не удалось включить в СЕАТО из-за возражений со стороны остальных членов этого блока. США подписали пакты о «взаимном обеспечении безопасности» в марте 1954 с Японией, которая обязалась содействовать «созданию и поддержанию собственных оборонительных сил», т. е. встать на путь ремилитаризации, в ноябре — с Ли Сын Маном, в декабре — с Чан Кайши.
     В результате действий американской дипломатии обстановка в Азии становилась все более напряженной. Очередной международный кризис — на этот раз в районе Тайваня — возник осенью 1954 г. в результате официально объявленного Вашингтоном курса на «освобождение» Китайской Народной Республики (путем «возвращения» Чан Кайши на материк). Правительство Эйзенхауэра всячески поддерживало попытки гоминьдановцев использовать не только Тайвань, но и прибрежные о-ва Цзиньмыньдао (Куэмой) и Мацзу в качестве трамплина для такого «возвращеня».
     Дестабилизирующие импульсы из Вьетнама затрагивали приграничные с ним страны – Лаос и Камбоджу, ранее составлявшие административно-политическое целое с Вьетнамом в составе Французского Индокитая. В этих странах коммунистическое движение не имело таких прочных традиций и политического влияния, как во Вьетнаме. Национализм и национальное движение в них были представлены в основном в традиционной камбоджийской и лаотянской элитах, тяготевших к умеренности. Выступая против французского правления, большая часть местных высших слоев настороженно относилась и к Вьетнаму – но не столько из-за предубеждений против коммунизма, сколько в силу традиционной боязни попыток Вьетнама подчинить слабые Лаос и Камбоджу. Обе страны склонялись к нейтрализму и равноудалённости как от западных стран, так и от коммунистических.
     В  Камбодже ситуация была более определённой. Общество признавало первенство Нородома Сианука, первоначально провозглашенного королем. Но 2 марта 1955 г. он отрекся от престола в пользу своего отца, Нородома Сурамарита, став на время главой правительства. В 1956 г. он передал формальное руководство кабинетом лидеру созданной им самим партии, сохранив за собой роль фактического руководителя исполнительной власти благодаря неограниченному влиянию в правящей партии. Камбоджа, в соответствии с Женевскими соглашениями, придерживалось линии на отказ от участия в военных блоках, импорта вооружений, услуг иностранных военных и т.п. Нородом Сианук вновь стал королем после смерти отца в апреле 1960 г..
     Более  сложной была ситуация в Лаосе. Национальная элита оказалась расколота так, что отдельные представители королевского дома возглавляли противоположные политические фракции, из которых одна ориентировалась на левые идеи, а вторая занимала консервативные позиции. В 1949 г. левые оформились в Национальное движение Лаоса (Патет Лао), которое после ограниченных вооруженных стычек с правительством установило контроль над двумя скверными провинциями страны.
     Женевские соглашения 1954 г. предусматривали возможность объединения сил Патет Лао с правительственными и восстановление в северных провинциях власти центрального правительства. Как и Камбоджа, Лаос во внешней политике должен был следовать курсом нейтрализма. Однако в 1955 г. вооруженные столкновения возобновились, после того как королевское правительство отказалось допустить к участию в выборах население северных провинций. Только в конце 1957 г. лаосским сторонам удалось договориться о создании коалиционного правительства с участием левых фракций. Кабинет возглавил принц Суванна Фума. Новые выборы в 1958 г., однако, принесли победу левой коалиции настолько существенную победу (9 из 21 места), что составленный пропорционально их результатам новый коалиционный кабинет оказался неприемлемым для правых и умеренных фракций. В стране обострился гражданский конфликт. С лета 1958 г. США в нарушение Женевских соглашений стали на полуофициальной основе посылать антиправительственным правым группам военную помощь и «гражданский» персонал.
     Разговоры  о мирном сосуществовании, порождённые Женевской конференцие 1955 года, не меняли основополагающей реальности: удаленные друг от друга Соединенные Штаты и Советский Союз, преобладающие в мире державы, оказались в состоянии геополитического соперничества. Выигрыш для одной из сторон являлся в широком плане проигрышем для другой. К середине 50-х годов американская сфера влияния в Западной Европе процветала, а готовность Америки защищать эту сферу при помощи военной силы отвращала советский авантюризм. Но затишье в Европе не означало затишья во всем мире.
     Более  сложной была ситуация в Индонезии. Президент А.Сукарно не стремился приобрести покровительство какого-то одного сильного партнера, каким для Малайи была Британия, а для Филиппин – США. Индонезийское правительство тяготело к нейтрализму и в 1954 г. отклонило проект Манильского пакта, вызвав охлаждение своих отношений с США. Одновременно в стране усилилось влияние коммунистов. После того как в 1948 г. попытка коммунистического восстания в Индонезии была подавлена, компартия обратились к легальным средствам борьбы. В 1955 г. на выборах в парламент она вышла на второе место (после националистической партии Сукарно), получив 16% голосов. Но это не означало пропорционального увеличения роли коммунистов в политике. Сукарно был сторонником «направляемой демократии» и стремился к созданию президентской, а не парламентской республики.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.