На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


курсовая работа Роль интуиции в познании

Информация:

Тип работы: курсовая работа. Добавлен: 12.07.2012. Сдан: 2011. Страниц: 12. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


    КУРСОВАЯ  РАБОТА
    ПО  ТЕМЕ: «РОЛЬ ИНТУИЦИИ В ПОЗНАНИИ» 
 

    ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ 3
§1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНТУИТИВНОГО ПОЗНАНИЯ 4
§1.1. Сущность интуиции 4
§1.2. Виды интуитивного познания 9
§2. ПРОБЛЕМА ИНТУИТИВНОГО ПОЗНАНИЯ В ИСТОРИИ ФИЛОСОФИИ 14
§2.1. Интуитивизм Н.О.Лосского 14
§2.2. Интуиция как источник знания в трудах А.Бергсона 29
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 43
ЛИТЕРАТУРА 44 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    ВВЕДЕНИЕ

    Проблема  интуиции имеет богатейшее философское  наследие. Немногие проблемы философии на пути своего развития претерпевали столь качественные изменения и анализировались представителями самых различных областей знания. Вопрос об интуиции – объект частой борьбы между материалистическим и идеалистическим направлениями в философии. Вокруг него образовался целый круговорот нередко исключающих друг друга концепций. По сей день не очевидно, какая из концепций рассматривающих интуицию в процессе познания наиболее верна, именно поэтому данный вопрос актуален по сей день. Цель данной работы – выяснить роль интуиции в процессе познания.
    Основная  категория данной работы – интуиция, как основной объект изучения. Не маловажную роль также играют категории «творчество», «познание», «разум», «чувства». Именно за раскрытием этих категорий лежит понимание роли интуиции в познании.
    Задачи  данной работы: рассмотреть общую  характеристику интуитивного познания, включая сущность интуиции и виды интуитивного познания; исследовать  проблемы интуитивного познания в истории  философии на основе работ А.Бергсона и Н.О.Лосского.
 

    

    §1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНТУИТИВНОГО ПОЗНАНИЯ

    §1.1. Сущность интуиции

 
    Стремление  различать два вида, или метода, познания — интуитивное и логическое — появилось уже в античности. Начало этого можно найти в учении Платона об идеях, в котором присутствует понятие недискурсивности (без рассуждений) их постижения. Эпикурейцы закрепили этот феномен непосредственного познания или постижения в слове ???????. Термины для обозначения двух видов познания появились у Филона Александрийского, а затем у Плотина, различавшего ??????? (непосредственное, мгновенное постижение (узрение, озарение)) и ?????????? ????? (последовательное, дискурсивное познание, с помощью логических умозаключений).
    Перевод понятия ??????? на латинский  язык термином «intuitus» (от глагола intueri, означающего «всматриваться», "проникать  взглядом (зрением), «мгновенно постигать») был сделан в V веке Боэцием.
    В XIII веке немецкий монах Вильгельм из Мёрбеке (1215—1286) повторил перевод Боэция, и термин «интуиция» стал частью западноевропейской философской терминологии.
    Кристиан Вольф перевел термин «intuitio, intuitus» на немецкий язык словом «Anschauung». Вольф также использовал выражение «anschauende Erkenntnis» — интуитивное познание. Именно в этом смысле термин употребляется у Канта.
    Англичане, французы, итальянцы, испанцы переводят Anschauung термином «интуиция» (франц., англ. — intuition, итал. — intuizione, исп. — intuicion). На русский Кантовское Anschauung переводится также термином «созерцание» для передачи смысла непосредственного постижения, недискурсивности, мгновенного «узрения».
    В истории философии понятие Интуиции включало разное содержание. Интуиция понималась как форма непосредственного интеллектуального знания или созерцания (интеллектуальная Интуиция). Так, Платон утверждал, что созерцание идей (прообразов вещей чувственного мира) есть вид непосредственного знания, которое приходит как внезапное озарение, предполагающее длительную подготовку ума.
    В истории философии нередко чувственные  формы познания и мышление противопоставлялись. Р. Декарт, например, утверждал: "только из самых простых и наиболее доступных вещей должны выводиться самые сокровенные истины1". Путь достижения этих истин не может быть ничем иным, кроме "отчетливой интуиции и необходимой дедукции2". "Под интуицией, – писал Декарт, – я разумею не веру в шаткое свидетельство чувств и обманчивое рассуждение обманчивого воображения, но понятие ясного и внимательного ума настолько простое и отчетливое, что оно не представляет никакого сомнения в том, что мы мыслим, или, что одно и то же, прочное понятие ясного и внимательного ума, порождаемого лишь естественным светом разума и благодаря своей простоте гораздо более достоверное, чем сама дедукция3».
    Согласно  Бэкону, "чувства непогрешимы и составляют источник всякого знания. Наука есть опытная наука и состоит в применении рационального метода к чувственным данным4"
    История, поэзия и философия, с точки зрения Бэкона, основаны соответственно на трех источниках: памяти, воображении и  рассудке. Причем история и опытное знание для него идентичны точно так же, как философия и наука. Рассуждения Бэкона о воображении по внешней форме чем-то напоминают представления о чувственной интуиции. "На разум человеческий больше всего действует то, что сразу и внезапно может его поразить; именно это обыкновенно возбуждает и заполняет воображение5"
    Спиноза говорил что разум не исчерпывается только различными формами рассудочного познания, а включает в себя и интуицию. Последняя представляет собой высшее проявление рациональных способностей человека, основанное на свободе восприятия, при котором "вещь воспринимается единственно через ее сущность или через познание ею ближайшей причины6". Интуиция у Спинозы – это своего рода ускоренное умозаключение, выраженное в знаковой форме, отражающей использование понятия.
    Джон  Локк (1632-1704) – основоположник сенсуалистической теории познания – избрал другой вариант решения проблемы. По Локку, все наше знание возникает из опыта и состоит в созерцании умом своих идей. Поскольку существуют различные способы этого постижения, постольку существуют и различные способы познания, самое ясное и достоверное из которых – интуитивное познание, в котором ум постигает соответствие или несоответствие идей независимо от них самих. Интуитивное познание должно быть признано самым совершенным из всех видов познания. При этом следует отметить, что учение Локка об интуиции существенно отличается от декартовского. Принимая положение Декарта о том, что интуиция является самым совершенным видом познания, Локк подвергает резкой критике учение Декарта о врожденности идей. По Локку, источником идей может быть только опыт. Вывод рационалистов был совершенно противоположным: логическая необходимость и всеобщность математического знания не может быть результатом опыта и эмпирической индукции, которые из-за ограниченности опыта делают знание только вероятным.
    Г. Гегель в своей системе диалектически совмещал непосредственное и опосредствованное знание.
    Интуиция  трактовалась также и как познание в виде чувственного созерцания (чувственная  Интуиция): «…безоговорочно несомненное, ясное, как солнце… только чувственное7», а потому тайна интуитивного познания и «…сосредоточена в чувственности8» (Фейербах Л.).
    Интуиция  понималась и как инстинкт, непосредственно, без предварительного научения определяющий формы поведения организма (А. Бергсон), и как скрытый, бессознательный первопринцип творчества (З. Фрейд).
    М. В. Ломоносов (1711-1765) дает замечательное для своего времени обоснование необходимости сочетания чувственных восприятий и теоретических обобщений, решительно выступая против рационализма. Познание, с точки зрения Ломоносова, совершается следующим образом: "Из наблюдений устанавливать теорию, через теорию исправлять наблюдения есть лучший всех способ к изысканию правды9". Путь познания, по Ломоносову, невозможен без опыта, эксперимента, без чувственных восприятий. "Ныне ученые люди, а особенно испытатели натуральных вещей, мало взирают на родившиеся в одной голове вымыслы и пустые речи, но больше утверждаются на достоверном искусстве. Главнейшая часть натуральной науки – физика – ныне уже только на одном оном свое основание имеет. Мысленные рассуждения произведены бывают из надежных и много раз повторенных опытов10".
    В некоторых течениях философии Интуиция трактуется как божественное откровение, как всецело бессознательный  процесс, несовместимый с логикой  и жизненной практикой (интуитивизм). Различные толкования Интуиции имеют нечто общее — подчёркивание момента непосредственности в процессе познания, в отличие (или в противоположность) от опосредствованного, дискурсивного характера логического мышления.
    Материалистическая  диалектика усматривает рациональное зерно понятия Интуиции в характеристике момента непосредственности в познании, которое представляет собой единство чувственного и рационального.
    Процесс научного познания, а также различные  формы художественного освоения мира не всегда осуществляются в развёрнутом, логически и фактически доказательном  виде. Нередко субъект схватывает мыслью сложную ситуацию, например, во время военного сражения, определения диагноза, виновности или невиновности обвиняемого и т. п. Роль Интуиции особенно велика там, где необходим выход за пределы существующих приёмов познания для проникновения в неведомое. Но Интуиция не есть нечто неразумное или сверхразумное. В процессе интуитивного познания не осознаются все те признаки, по которым осуществляется вывод, и те приёмы, с помощью которых он делается. Интуиция не составляет особого пути познания, идущего в обход ощущений, представлений и мышления. Она представляет собой своеобразный тип мышления, когда отдельные звенья процесса мышления проносятся в сознании более или менее бессознательно, а предельно ясно осознаётся именно итог мысли — истина.
    Феномен интуиции очень интересно проявляет  себя у людей занимающихся созданием  чего-либо нового. Например: Н.Тесла  мог неожиданно придти к какой  то принципиально новой разработке прогуливаясь в парке; композитор мог  увидеть и услышать во сне исполнение своей новой (в будущем) музыкальной композиции. При всё этом, не всё что человек принимает за интуитивное открытие есть интуитивное. Для интуитивной способности человека свойственны неожиданность решения задачи, неосознанность путей и средств её решения и непосредственность постижения истины на сущностном уровне объектов. Это отличает интуицию от похожих логических и психических процессов.
    Отсюда  можно заключить что интуиция – есть непосредственное постижение истины, вещи, идеи, природной, идеальной  или божественной сущности при помощи прямого усмотрения. Интуиция не имеет  и не может иметь дискурсивного  характера, а также её следует  отличать от опосредованного логического  мышления. Она даётся ясно и отчётливо, её результаты очевидны и не требуют  доказательства. Интуитивное рассмотрение истины носит индивидуальный характер, который достаточно убедителен для  одного человека, но для убеждения  других следует обращаться к дискурсивному  описанию и доказательству как к  средству рационального (дискурсивного) мышления. Этот факт свидетельствует  о связи интуиции и рационального  познания, о её месте и значении в познании.

    §1.2. Виды интуитивного познания

 
    Проблема  классификации интуиции представляет собой один из самых сложных моментов в исследовании проблемы в целом. Это объясняется тем, что сам  предмет, подвергающийся операции классифицирования, не поддается действию правил, необходимых, скажем, для формальной классификации. Всякая формальная классификация предполагает прежде всего четкое, резкое обособление  предметов одной группы от предметов  другой группы. Результатом такой  классификации должно быть установление некоторого порядка в расположении самих этих групп, хотя при этом установленный  порядок носит нередко искусственный  и произвольный характер. Классификация, основанная на формальных принципах, предполагает какое-либо распределение по группам, в основе которого лежит сходство предметов каждой группы благодаря наличию общего свойства. Вполне понятно, что интуиция не поддается формальной классификации, поскольку речь может идти только об уточнении понятия и систематизации данной области познания в целях облегчения ориентировки в ней. Установление четкого сходства и различия разновидностей интуиции не представляется целесообразным.
    Не  смотря на это, некоторые учёные попытались сделать свою классификацию интуиции, одна из таких – классификация  М.Бунге. За основу своей классификации Бунге берет видовое деление различных интуиции, имеющих место в процессе научного творчества, причем выбирая из общей иерархии те, которые наиболее часто употребляются исследователями. В качестве исходного общего понятия, подвергающегося в дальнейшем классификационному делению, Бунге избирает понятие вид интуиции. Вид (или род) представляет собой суть абстракции и существует в отдельно взятых предметах или явлениях без учета взаимосвязи с другими предметами, явлениями и процессами. В логической науке вид представляет собой категорию, выражающую отношения между классами (в частности, между объемами понятий). По мнению Бунге, интуиция представляет собой вид или род познания, "удивительную смесь опыта и разума". Проводя первоначальное деление этого общего понятия "вид интуиции", Бунге вводит виды чувственной и интеллектуальной интуиции. Вот эта классификация:
    Эмпирическая (чувственная) интуиция имеет следующие  формы:
    Интуиция как восприятие.
    Интуиция как восприятие, отражающаяся в процессе быстрого отождествления предмета, явления или знака.
    Ясное понимание отношения и взаимоотношения или знака.
    Способность интерпретации.
    II. Интуиция как воображение.
    Способность представления или геометрическая интуиция.
    Способность образования метафор: умение показывать частичную тождественность признаков и функций, либо полную формальную или структурную тождественность в остальных различных объектах.
    Творческое воображение.
    Рациональная (интеллектуальная) интуиция имеет  следующие формы:
    Интуиция как разум.
    Ускоренное умозаключение – стремительный переход от одних утверждений к другим, иногда с быстрым прохождением отдельных звеньев.
    Способность к синтезу или обобщённое восприятие.
    Здравый смысл – суждение, основанное на обыденном знании и не опирающемся на специальные знания и методы, либо ограничивающееся пройденными этапами научного знания.
    Интуиция как оценка.
    Здравое суждение, проницательность или проникновение: умение быстро и правильно оценивать важность и значение проблемы, правдоподобность теории, применимость и надёжность метода и полезность действия.
    Интеллектуальная интуиция как обычный способ мышления.
 
    Это одна из классификаций, она очень  ценна в плане исследования, но не может претендовать на полное разрешение проблемы.
    Есть  ещё одна классификация видов  интуиции, она появилась относительно недавно. Создал её Г.Клэкстон и она  выглядит следующим образом:
    Экспертиза – нерефлексивное выполнение сложных, высококвалифицированных действий.
    Имплицитное научение – способ приобретения знания с помощью неосознанных, неконцептуальных средств.
    Суждение – принятие точного решения и осуществление категоризации при невозможности объяснить или доказать их.
    Чувствительность – повышенная внимательность, как сознательная, так и неосознаваемая, как деталям ситуации.
    Креативность или использование инкубирования – фазы в решении проблемы, когда сознательная, намеренная деятельность по нахождению решения приостанавливается и человек занимается не связанной с проблемой делами, после включается воображение при продвижении в решении проблемы.
    Размышление – процесс переработки опыта вновь и вновь с целью извлечь из него значения.
    Ещё одним примером можно указать  разделение видов интуиции в зависимости  от специфики деятельности субъекта. Так как материальная практическая деятельность и духовная обстановка определяют свою уникальную интуицию для различных профессий; например своя интуиция будет у художника, музыканта, врача, инженера, учёного. На этом основании можно выделить такие  виды интуиции как техническая, обыденная, научная, врачебная и множество  других.
    Ещё одним видом разделения интуиции – характер её новизны. По этому  признаку она может быть стандартизованной  и эвристической. Первая – интуиция-редукция, она строится на опыте и некой  схеме, благодаря которым, например, инженер может без детального изучения установить неполадку, а врач без глубокого обследования выявить заболевание. То есть при такой интуиции не создаётся ничего принципиально нового, а лишь использование стандартной «матрицы-схемы»
    Эвристическая интуиция, которую также называют творческой в корне отличается от стандартизированной: она связана  в первую очередь с формированием  принципиально нового знания, новых  образов, чувственных и понятийных. Данный вид интуиции имеет свои подвиды. Основное значение имеет подразделение  по гносеологическому основанию  или характеру результата. Особа  интересна точка зрения, согласно которой творческая интуиция – есть своеобразное взаимодействие наглядных  образов и абстрактных понятий, а сама эвристическая интуиция выступает  в двух формах: эйдической и концептуальной. Эйдическая интуиция – представления, не сводимые к простому воспроизведению данных непосредственного чувственного опыта, и формирующиеся с помощью понятий. Концептуальная интуиция – возникновение понятий не путём последовательного логического рассуждения, а скачкообразно; большое значение при их формировании имело комбинирование соответствующих чувственных образов.
    С такой точки зрения творческая интуиция определяется как специфический  познавательный процесс, заключающийся  во взаимодействии чувственных образов  и абстрактных понятий и ведущий  к созданию принципиально новых  образов и понятий, содержание которых  не выводится путём простого синтеза  предшествующих восприятий или путём  только логического оперирования имеющимися понятиями.
    Именно  творческая интуиция стоит за всеми  сферами деятельности человека, где  создаются материальные и духовные ценности. Начиная от разработок новых  технологий учёными и заканчивая новой картиной художника, везде  присутствует творческая интуиция –  основной вид интуитивного познания.
 


§2. ПРОБЛЕМА ИНТУИТИВНОГО ПОЗНАНИЯ В ИСТОРИИ ФИЛОСОФИИ

    §2.1. Интуитивизм Н.О.Лосского

 
    Называя свою концепцию интуитивизмом, Н.О.Лосский  понимает под ним учение о том, что познаваемый объект непосредственно  включается познающим субъектом  в его личностный мир, но при этом остается существующим независимо от акта познания. Философ излагает свою теорию познания, противопоставляя ее имеющимся гносеологическим подходам. Среди них - докантовский эмпиризм и  рационализм. Если для первого характерно утверждение, что содержание познания возникает в результате воздействия  на субъект извне, то оно приводит его сторонников к заключению, что знание не обладает трансцендентным  значением и всецело имманентно по составу. Отсюда один шаг до признания  его субъективным - эмпиризм Локка  естественно приводит к скептицизму  Беркли и Юма. Их общим знаменателем является положение о том, что  нельзя познать свойства внешнего мира и даже его существование недоказуемо.
    Однако  и рационализм Декарта и Лейбница ведет к противоречивому результату, поскольку, согласно ему, адекватное трансцендентное  знание формируется исключительно  из тех познаваемых форм, которые  имманентны познающему субъекту. Поэтому  как эмпиристские, так и рационалистские  представления о познании в докантовской философии можно назвать теориями трансцендентности знания, поскольку  при всех их различиях они базируются на понимании знания как соответствия между образом и предметом. Сторонники того и другого направления спорят, собственно, лишь о том, является ли образ предмета его копией или  символом, замещающим объект познания в нашей душе. Общим для них  остается разрыв субъекта и объекта.
    Кенигсбергский  философ, отмечает Лосский, предпринял решительную попытку устранить  перегородку. Разделяющую компоненты гносеологического отношения. Но действительный результат его "коперниканской революции" оказался отличен от его замысла: была устранена преграда между субъектом  знания и вещью, как она дана субъекту, т.е. явлением. "Если у предшественников, - резюмирует исторический экскурс  Н.О. Лосский, - вещи в опытном знании действуют на душу познающего субъекта и насильственно (но неуспешно) хозяйничают  в ней, то зато у Канта, наоборот, познающий субъект создает объекты ( и создает их плохо, так как  они оказываются только явлениями  для субъекта, лишенными самостоятельной  жизни)". Настоящая жизнь, таким  образом, и в критицизме остается недоступной субъекту. Поэтому, естественно, этот очевидный недостаток философии  Канта попытались преодолеть последующие  авторы (Лосский рассматривает в  этой связи системы Фихте, Гегеля, Шеллинга, позитивистский эмпиризм Спенсера, Маха, Авенариуса, интуитивный критицизм  Ремке, Шуппе, Риккерта и Виндельданда). Все они, согласно русскому философу, варианты теорий, преодолевающих учения о трансцендентности знания, и  подготавливающих почву для возникновения  универсального интуитивизма.
    Главное преимущество последнего состоит в  том, что он устраняет разобщенность  между познающим субъектом и  познаваемым объектом. Согласно интуитивизму, знание представляет собой не копию  и не символ предметной реальности, а есть сама действительность, жизнь, бытие, подвергнутое дифференцированию  путем сравнения. Тезис о том, что знание содержит в себе бытие  в качестве своего элемента, который  сам по себе не является знанием, кажется  весьма экстравагантным и требует  внимательного разбора.
    Центральная идея интуитивизма связана с его  принципиальным антидогматизмом. Предыдущие теории познания основывались на неявных  предпосылках, которые ими некритически принимались. У Канта, например, таково допущение о существовании знания, обладающего всеобщим и необходимым характером. Но подлинная гносеология должна быть беспредпосылочной, начинать свой анализ непосредственно с фактов, усматривая их в том материале, которым мы располагаем. Наша духовная жизнь состоит из переживаний, под которыми можно понимать все: и законы Ньютона, и ощущения боли, и увиденную картину, и рождение мысли. Если с этих позиций подойти к знанию, то необходимо констатировать отсутствие всякого разделения на я и не-я в непосредственно данном. Вместе с тем общим свойством образов, наличествующих у нас, является то, что в них всегда выражается некое отношение к тому, что можно назвать объектом знания. Представление есть обязательно представление кого-либо о чем-либо. При этом объект или трансцендентен, т.е. находится вне процесса сознания, или имманентен ему, включен в состав сознания.
    Как свидетельствует история гносеологии, предположение о трансцендентности  знания заводит в тупик. Поэтому  необходимо признать, что объект знания входит в содержание знания. Но тогда  возникает вопрос: составляет ли объект все содержание знания или же последнее  включает в себя еще какой-либо элемент  и является сложным образованием? Если бы было справедливо первое предположение, то объект знания оказался бы тождественен самому знанию и между ними, естественно, не существовало бы никакого отношения. Однако мы с самого начала установили, что знание предметно. Что же в  таком случае может присоединяться к содержанию объекта в знании? Формирование образов у субъекта познания становится возможным только тогда, когда происходит их сопоставление  с другими образами. Одно ощущение отличается от другого, одна мысль - от противоположной и т. д. Иными  словами, знание есть сравнение образов  или переживаний человека. Поэтому  следует сделать вывод, что объект присутствует в знании непосредственно, он дан нам таким, каков он есть на самом деле. Раньше в философии считалось, что изначально субъект имеет дело только с миром своего я. Интуитивизм радикально меняет эту фундаментальную установку, поскольку, согласно ему, область не-я столь же непосредственно доступна сознанию, как и сфера душевных переживаний.
    Эту исходную данность внешнего мира сознанию Лосский называет интуицией. "...Интуиция есть непосредственное восприятие познающим  субъектом не только своих чувств и хотений, но даже и предметов  внешнего мира в подлиннике, т.е. не посредством субъективных образов, символов или конструкций нашего рассудка, а так, как они действительно  существуют во внешнем мире". Для  разъяснения мысли философа воспользуемся  одним его очень удачным примером. Представьте себе, что вы идете  по берегу реки, а в это время  что-то пролетает в воздухе. Вглядевшись  повнимательнее, вы обнаруживаете летящую  ласточку. Традиционная точка зрения на ситуацию заключается в том, что  в вашем сознании присутствует субъективный психологический образ ласточки, но не она сама, не живая птица, а  лишь ее копия. Ласточка трансцендентна сознанию, а имманентны ему только ее образ или даже символ. Интуитивизм  утверждает иное: когда вы направляете  свое внимание на летящий объект и  затем совершаете акт различения его и среды, в вашем сознании налична сама живая ласточка в  подлиннике. Она стала имманентна вашему сознанию, но осталась трансцендентна вам, как индивидуальному субъекту.
    Значит, осознание предмета - действие трансцендентирующее, в котором происходит выход за пределы вашей индивидуальности. В подобный момент субъект и его  наблюдение объекта составляют единое целое, а следовательно, наше сознание -сверхиндивидуальное целое, где  наши субъективные акты - только часть  его. Таким образом, интуитивизм  совершает подлинный "прорыв" в реальность, поскольку наиболее респектабельная философская доктрина - кантовский критицизм - не допускала данности объектов познающему субъекту и поэтому была вынуждена рассматривать познание как конструирование объекта знания. Иначе говоря, познанию приписывались такие фантастические свойства, которыми оно, безусловно, не обладает. Каково же реальное отношение между я и не-я?
    Сам по себе объект знания еще не есть знание. Он становится знанием благодаря  сравнению. Поэтому процесс познания можно определить как процесс  дифференцирования действительности путем сравнения образов сознания. При этом следует иметь в виду, что какой-либо один из них не может  быть сопоставлен со всем внешним  миром сразу и понимание объекта  осуществляется постепенно, требует  огромных усилий и в самом общем  виде может быть представлено в мыслительной форме суждений, в которых происходит определение свойств предмета: "S есть P". Более дифференцированное знание возникает из менее дифференцированного, а последнее - из недифференцированного, наличного образа сознания. Логическим средством проверки правильности мышления служат такие законы, как закон  тождества, закон противоречия и  закон исключенного третьего.
    Основной  тезис интуитивизма исключает существование  причинного отношения между субъектом  и объектом познания: ни субъект  не может быть причиной бытия объекта, ни наоборот. Будет ли в таком  случае их отношение иметь закономерный характер? Да, отвечает Н.О.Лосский, связь  между ними выражается понятием "гносеологическая координация". Она представляет собой  фактическую связь, которая ни из чего не выводится, а присутствует в  самом знании, это взаимовключенность элементов мира. В "обосновании  интуитивизма" гносеологическая координация  не получила подробной разработки, к ее прояснению Н.О.Лосский вернулся в работе "Чувственная интеллигенция  и мистическая интуиция" (1938). Подводя  итоги осмыслению данного понятия  в одном из трудов 50-х годов, философ  подчеркивал, что акт внимания, направленный на объект, ничего не меняет в нем, поэтому мы знаем предметы в подлиннике. Причем "своеобразие этого отношения легко наблюдать, потому что оно сохраняется в строении сознания: оно состоит в том, что наблюдающий субъект и наблюдаемый объект внешнего мира присоединены друг к другу несмотря на то, что они суть независимые друг от друга части мира. Такую связь можно назвать словом "координация". Чтобы подчеркнуть, что она есть условие познаваемости мира, назовем ее гносеологическою координациею". Но если основное гносеологическое отношение прочитывается как координация субъекта и объекта познания, не делает ли это излишним интуицию?
    Координация элементов познавательного отношения, однако, с точки зрения интуитивизма, не является еще знанием. Она лишь дает возможность субъекту направить  внимание, способность различения на познаваемый объект. И только тогда  происходит интуитивное "схватывание". Непосредственная данность объекта  сознанию в акте интуиции вместе с  тем не означает, что реальное бытие  иррационально. Данная точка зрения, развитая А.Бергсоном, уязвима, поскольку  интеллектуальная интуиция дает нам  столь же изначально и рациональную структуру бытия. Отсюда следует  новая важная тема интуитивизма Н.О.Лосского - вопрос о существовании общих  идей и о соотношении общего и  индивидуального.
    Как удается в познании в одном  суждении выразить множество различных  явлений? Исторические ответы на загадку, волнующую философов не одно тясячелетие, хорошо известны: это реализм, концептуализм  и номинализм. Два последних учения, по сути, допускают существование  трансцендентного знания, так как  полагают, что общие идеи репрезентируют единичные объекты. Поэтому их гносеологическая несостоятельность очевидна в свете  анализа взаимоотношения субъекта и объекта познания. Но и реалистическая концепция кажется искусственной, поскольку содержание общих идей не наблюдается в сознании со всей определенностью, с какой воспринимаются единичные стороны объектов. Так, кленовый лист убеждает в своей реальности своей простой наличностью, тогда как общие утверждения, например "все явления подчинены закону причинности", мыслятся неясно. Однако на самом деле, утверждает Н.О.Лосский, "именно те стороны действительности, которые наблюдаются с величайшей ясностью и отчетливостью и несомненно находятся налицо в суждении и в восприятии, относятся к области общего и только вследствие ряда недоразумений принимаются за индивидуальное, тогда как настоящее индивидуальное наблюдается и опознается с величайшим трудом". Люди же склонны принимать общее за единичное и наоборот. Так, когда химик приливает серную кислоту к прозрачному раствору хлористого кальция и наблюдает помутнение раствора, он полагает, что имеет дело с единичными событиями. Однако суждение, которое может сформулировать химик: "если прилить серную кислоту к раствору хлористого кальция, то получится осадок сернокислого кальция", - принадлежит к знанию общего. И постижение уникального - процесс сложной дифференциации знания, своего рода "утонченный цветок умозрения", который, по Лосскому, расцветает там, где развито стремление к эстетическому, художественному созерцанию. Таким образом, интуитивизм дает новое обоснование реализму, доказывая, что общее дано субъекту непосредственно. В то же время он сохраняет свое своеобразие, поскольку общее, с этой точки зрения, столь же единично, как и индивидуальное.
    Гносеологические  открытия Н.О.Лосского связаны с  определенным пониманием им бытийных структур. В предметном мире прежде всего важно то, что если предмет  присутствует в сознании в его  подлинности и мы лишь дифференцируем его свойства, то знание одних его  черт всегда должно быть соотнесено с  другими качествами предмета. Познаваемый  нами объект и мир образуют одно органическое целое. Основополагающий принцип "все имманентно всему" получает всестороннее развитие в метафизике русского философа, главным образом, в книге "Мир как органическое целое" (1915). В основе учения Н.О.Лосского о бытии лежит различение реального и идеального. Каковы же основания выделения этих компонентов реальности? Знание образуется, как установлено ранее, путем сопоставления одного образа с другим. Это может быть сравнение одного места с иным, настоящего состояния с прошедшим и т. д. Что же позволяет соотнести пространственно удаленные предметы, а тем более соединить события, разделенные временем? Осуществить подобную операцию способен только такой субъект, который сам является внепространственным и вневременным. Он возвышается над раздробленностью пространства и времени, значит, принадлежит области идеального бытия. Вместе с тем, взятый в единстве своей идеальной сущности и многообразия проявлений в пространстве и времени, субъект выступает как существо идеально-реальное. "Такое конкретно-идеальное бытие, - считает Н.О.Лосский, - поскольку оно есть деятельный источник временных процессов, обладает силою, а поскольку проявления его суть его принадлежности, оно может быть названо также старым термином субстанция или для большей ясности словом субстанциальный деятель".
    Данное  понятие - ключевое в онтологическом видении мира с позиции интуитивизма. Принадлежа по своей сущности к сфере  идеального бытия, субстанциальные  деятели выступают носителями отвлеченных  идей. Но надлежит определить, каким  образом вневременные идеи могут  быть совмещены с активностью  монадических субстанций.
    На  помощь приходит аналогия проявлений субстанциальных деятелей с творчеством  музыканта. Последний создает органическое целое из множества разных звуков, не сливаясь с пространственно-временным  разнообразием звуковой палитры. Субстанциальный  деятель является посредником между  областью отвлеченно-идеального бытия  и единичным, поскольку его проявления образуют пространственно-временную реальность, подчиненную общим идеям. Следует предостеречь от понимания субстанциального деятеля как субъекта познания; будучи онтологической структурой, он не обязательно продуцирует знание. Однако всюду, где происходит созидание нового, обнаруживается присутствие субстанциального деятеля, активного начала мироздания. Получается, что любое пространственно-временное бытие, в том числе каплю дождя, высокую гору, клетку организма и т. п., можно рассматривать как реализацию подобных субстанциальных начал. Иными словами, вся природа живет. "Так как это творчество, - замечает Н.О.Лосский, - аналогично жизни духа, то поэтому-то человеку и становится жутко, но вместе с тем и радостно, когда он приходит к убеждению в транссубъективности бытия отношений; вместе с этим допущением необходимо признать, что весь мир, даже материальный, есть творение духа или существ, подобных духу (конкретно-идеальных)".
    Идеал-реализм, как иначе называет свое учение Н.О.Лосский, понимая под этим термином концепцию  о том, что реальное пространственно-временное  бытие необходимо существует на базе идеального, ставит перед его создателем по крайней мере два вопроса. Во-первых, обладает ли бытие субстанциальным  единством или субстанции многочисленны? Во-вторых, возникает проблема отношения  субстанциальных деятелей к Абсолюту, вопрос о сверхмировом начале бытия. Наличие противоположностей, имеющих  сверхпространственный и сверхвременный характер и потому не препятствующих существованию друг друга, приводит к мысли, что реальность обладает системной формой организации. Вместе с тем присутствие противоположностей, исключающих друг друга, свидетельствует  о самостоятельности элементов  бытия. Отмечая рациональный смысл  монадологии Лейбница, в которой  идея о индивидуальных основах бытия  была выражена с наибольшей силой, Н.О.Лосский  отмечает, что понимание монад как "не имеющих окон и дверей" должно быть отвергнуто, ибо хотя они и обособлены, между ними должен присутствовать элемент единения.
    Объединение монад, или субстанциальных деятелей, конкретизируется в понятии иерархии, поскольку частные системы подчиняются  более общим и таким образом  возникают цепи соподчинения. Поэтому  элементы бытия не могут существовать безотносительно к целому. Другое дело, что если множественность сама по себе не образует целого, то его исток  надо искать не в его элементах, а  в некоем абсолютном начале. При  этом логически возможным является допущение, что система изначально организована, а ее элементы способны к самоорганизации, к включенности в бытие с другими компонентами целого, и этим исчерпывается вся  реальность. "Если бы сверхмирового  начала не было, - анализирует эту  идею Н.О.Лосский, - то это значило  бы, что или вся система мира, или, по крайней мере, Высшая субстанция, стоящая во главе мира, есть Абсолютное, т.е. нечто не только самостоятельно деятельное, но и первоначальное, т.е. обладающее бытием вполне через себя, не имея вне себя, ни в каком смысле основания своего бытия. Однако такое  решение вопроса несостоятельно. Высшая субстанция не есть первооснова  мира потому, что остальные субстанции не порождаются ею, по своему бытию  они наравне в нею первоначальны  и самостоятельны и только в своих  проявлениях, в своей деятельности отчасти подчиняются Высшей субстанции"7. Таким образом, оказывается, что  органическое мировоззрение в конечном итоге требует признания существования  сверхорганического начала. При этом положительные определения его  не могут выразить природу Абсолюта, который получает только отрицательные  характеристики. Но если все же попытаться обозначить его, для этого следует  воспользоваться именем собственным. Так философское развитие Н.О.Лосского привело его к идее Бога, а вместе с тем и к необходимости  осмыслить с позиции интуитивизма существование абсолютных ценностей, происхождение добра и зла - одним словом, область нравственных отношений.
    Принцип "все имманентно всему" позволил Лосскому разработать целостную  концепцию интуитивистского персонализма. Поскольку мир, с точки зрения идеал-реализма, представляет собой  множество субстанциальных деятелей, для изучения нравственности требуется  рассмотреть прежде всего характер деятельности исходных монад. Если субстанциальные  деятели руководствуются эгоистическими мотивами и стремятся к наслаждениям, то их действия нарушают правильное соотношение  ценностей и в конечном итоге  обрекают их на душевные и телесные страдания. Так раскрывается в персонализме Лосского источник зла; он состоит в  односторонней любви себя и забвении Бога.
    Этическая концепция философа существенно  базируется на онтологии. Из последней  следует, что наиболее примитивная  форма существования субстанциальных  деятелей - состояние крайней изоляции. В частности, электрон способен только к притяжению и отталкиванию. Но чем сложнее первичная субстанция, тем большее значение для нее  имеет координация и иерархия строения бытия. Иными словами, субстанциальные  деятели способны объединяться, ограничивая  свой эгоизм, и действовать совместно. Конкретным примером последнего является ситуация, когда один субстанциальный  деятель, обладающий высоким уровнем  развития, продуцирует цели, усваиваемые  другими, менее организованными, членами  мироздания. В природном целом  это происходит в атоме, объединяющем элементарные частицы, в молекуле, где  степень интеграции компонентов  еще выше, в одноклеточном организме, представляющем уже сложное функциональное образование, в сообществах людей, наконец, в планетарных системах.
    В то же время в собственно материальном мире существуют пределы к объединению, поскольку силы взаимного отталкивания здесь преобладают. Но члены психоматериального царства бытия способны к развитию в направлении усложнения своей  жизни. Люди имеют возможность порождать  добро и зло. Причина тому - свобода  их воли. На первый взгляд кажется, что  поведение человека определено его  характером, его эмпирическим существованием. Но ведь субстанциальный деятель  по своей природе сверхвременен  и сверхпространствен, следовательно, обладает силой детерминировать  события, не будучи сам детерминируем  ничем из природного бытия. Значит, каждый человек обладает свободой совершать  или не совершать те или иные поступки. Последнее не означает, что "сатанинская  природа" равноценна Абсолютному  добру. Положительные ценности вызывают положительные чувства, рождают  восхищение и любовь. При этом происходит включение любимого в состав нашей  сущности и между любящими возникает  нераздельное единство. Чужие цели становятся тогда собственными интересами. "Таким образом, любовь, - делает Н.О.Лосский  смелую попытку определить самое  сокровенное в человеке, - есть онтологическая связь любимого с любящим существом, сопутствуемая особыми эмоционально-волевыми переживаниями; возникновение любви  есть онтологическая перестройка, а  не только субъективно-психологическое  переживание".
    Толчком для завершения учения об органической связи субстанциальных деятелей, по признанию самого философа, послужила  книга П.Флоренского, присланная ему  автором. В сочинении "Столп и  утверждение истины" было введено  понятие единосущия для раскрытия  подобия между строением мира и Святой Троицы. Единосущее определяет взаимоотношение лиц Святой Троицы и тварных существ. П.Флоренский ясно выразил ту мысль, которая постоянно  присутствовала в исканиях философов  с древности, - идею о внутренней связи всех элементов мироздания. Отправляясь от положения о. Павла, Лосский добавляет: единосущее субстанциальных деятелей следует отличать от связи Бога Отца, Сына и Духа Святого. Первое носит отвлеченный характер, так как содержание своей деятельности каждая из монад творит самостоятельно. Совершенная любовь лиц Святой Троицы позволяет говорить о единосущии конкретном.
    Применительно к этике различение отвлеченного и конкретного единосущия существенно  в том плане, что ведет к
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.