На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


контрольная работа Н. С. Розов. рациональная философия истории: ценности, сферы бытия и динамические стратегии

Информация:

Тип работы: контрольная работа. Добавлен: 20.08.2012. Сдан: 2011. Страниц: 12. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


?АЗА?СТАН РЕСПУБЛИКАСЫ БІЛІМ Ж?НЕ ?ЫЛЫМ МИНИСТРЛІГІ
С. АМАНЖОЛОВ  АТЫНДА?Ы ШЫ?ЫС ?АЗА?СТАН МЕМЛЕКЕТТІК  УНИВЕРСИТЕТІ

Магистратура  «Тарих» маманды?ы

 
 
 
 
ТАПСЫРМА

Н.С.РОЗОВ. РАЦИОНАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ  ИСТОРИИ: ЦЕННОСТИ, СФЕРЫ БЫТИЯ И ДИНАМИЧЕСКИЕ СТРАТЕГИИ

«Д?ниеж?зілік тарихты? фундаменталды
м?селеріне  жа?а жолдар» п?нінен 
 
 
 
 
 
 
 

О?ытушы: т.?.к., а?а о?ытушы Калиева К.С. 

Орында?ан 1 курс студенты Ахметова Л.М. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    ?скемен, 2011 ж.
    Мазм?ны  

    Фундаментальные проблемы и требования к подходу.
    Ценностные предпосылки.
    Онтологические предпосылки.
    Динамические стратегии и факторы во Всемирной истории.
    Тренд-структуры и коэволюция.
    Исторические системы.
    Синтез парадигм и ход истории.
    Проблема смысла истории: подход к решению.
    Литература.

     1.Фундаментальные проблемы и требования к подходу.

     Рациональная  философия истории (РФИ) есть подход, направленный на целостное осмысление прошлого, настоящего и будущего человечества ( и его основных частей ), соблюдающий  современные общезначимые познавательные нормы и опирающийся на теоретические  результаты социальных и исторических наук (Розов,1995). Фундаментальные проблемы теоретической истории как научного обеспечения РФИ можно представить в виде следующих вопросов:
    Какова динамика истории (движущие силы, механизмы, тенденции, закономерности исторического развития)?
    Какова структура истории, ее периодизация и социально-пространственное членение (части, фазы, стадии, формации, цивилизации, мировые системы, эпохи)?
    Каков общий ход истории, то есть, структура истории, объясненная через ее динамику (переходы, трансформации, большие циклы, прогресс и регресс, эволюция)?
     В решении этих научных проблем  философское мышление участвует  во вспомогательной роли через установление необходимых оснований. Главную  роль РФИ выполняет при постановке и решении следующих групп проблем:
    В чем состоит смысл истории(понимаемый как ее отношение в целом и отношение ее элементов к некоему более глубокому плану бытия)?
    Каковы должны быть пути или подходы к историческому самоопределению, то есть, установлению ( обнаружению, конструированию ) своего места в Истории со стороны сообществ (цивилизаций, наций, культур, религий, социальных слоев, этносов) и индивидов?
    Каковы этические и практические выводы из результатов решения проблем 1-5?

     2.Проблемы философских предпосылок

     Философы нередко ведут себя как малые дети, которые нацарапают что-то карандашом на бумаге и спрашивают взрослых: "Что это такое?"- Это часто случается, когда взрослый рисует что-нибудь ребенку, приговаривая: "Вот это человек", "Вот это дом" и т.д. И тогда на рисунке взрослого ребенок тоже делает загогулину и спрашивает: а вот это что такое?
     Людвиг  Витгенштейн 
     Рациональная  философия истории должна обеспечить ценностные, прагматические, методологические и онтологические основания для  развертывания исследований теоретической истории.
     Перечислим  внутренние "цеховые" проблемы философии  истории:
     · проблемы истории философии истории (об авторах, книгах, идеях прошлого);
     · методологические и логические проблемы истории и философии истории (о методах, подходах, процедурах исследования);
     · онтологические проблемы, проблемы значимости (о базовых сущностях и категорях, основах парадигм и концепций, ценностях как основаниях отбора существенного в материале);
     · концептуальные и терминологические проблемы (о понятийном аппарате, конкретных моделях, схемах, теориях как развитии парадигм и концепций);
     · проблемы преподавания истории и философии истории;
     · частные проблемы эмпирической истории.
     Проблема  ценностных предпосылок теоретико-исторического  исследования
       Это старая проблема, хорошо осознанная еще Г.Риккертом и М.Вебером (Риккерт 1912, Вебер 1990, с.570): что значимо в истории, что достойно отбора, описания и объяснения, на основе каких ценностей нужно определять эту значимость и проводить этот отбор? Конечным продуктом решения данной проблемы должны быть ценностно обоснованные критерии отбора и указания на основные области феноменологии исторической действительности, предназначенные для дальнейшего теоретического описания.
     Проблема  прагматических требований к теориям исторической динамики
     Даже  если феноменология задана, теории можно строить в самой разной логике, с разной степенью абстрактности  и широты, с акцентами на разные узлы явлений и сущностей. Поэтому  требуется ограничение со стороны  последующей практической приложимости таких теорий. Проблема состоит в выявлении иерархии практических задач, соразмерных философии истории и теоретической истории, т.е. задач глобального, цивилизационного, национального масштабов, наиболее нуждающихся в теориях исторического развития, формулировании комплекса требований к таким теориям с прагматической точки зрения.
     Проблема  гносеологических предпосылок и  методологии исследования
     Необходимо  задать и обосновать исходные принципы рационального познания, в рамках и с ориентацией на которые предполагается вести исследование. Существует также проблема преодоления критики самой возможности теоретической истории, причем наиболее сильной и последовательной представляется критика К.Поппера (Поппер 1993). Решению этой проблемы преодоления посвящена специальная работа (Розов 1995), практические выводы из нее представляет список методологических нормативов теоретической истории, который будет приведен далее. Центральная проблема общей идеи, метода и плана исследования требует либо выбора из существующих методологий, либо комбинации таковых, либо оригинальной разработки. В данной работе предполагается использовать методологию исследовательских программ Имре Лакатоса (Лакатос 1995). Соответственно построение методологии исследования предполагается вести как заполнение основных элементов лакатовской схемы: твердого ядра, защитного пояса и положительных эвристик программы.
     Проблема  установления онтологических предпосылок
     Никакое исследование не может быть начато без исходных онтологических предпосылок. Как правило, они неосознаны, полуосознаны, по крайней мере явно не формулируются. Это зачастую ведет не к открытости взгляда, а напротив, к ригидной привязанности к скрытой фоновой онтологии, неспособности отказаться от предубеждений. Решение проблемы установления и явной фиксации исходной онтологии направлено на осознанное построение некоторого условного "мира" с фиксированными "правилами игры", по которым в дальнейшем будут строиться теории и модели. В случае систематических неудач и провалов этих теорий и моделей может быть принято решение о порочности самих принятых "правил игры" - онтологических предпосылок, которые будут модифицированы.
     Предполагаются  наиболее значимыми следующие области  онтологического постулирования:
     · сущности и явления истории;
     ·  причины и следствия в истории;
     · факты, события, тенденции и законы в истории;
     · онтологические слои реальности или "сферы бытия" истории;
     · априорные представления о смысле (смыслах) истории.  

    Какова  динамика истории (движущие силы, механизмы, тенденции, закономерности исторического развития)?
     Вопрос  об отношении необходимости и  случайности в динамике истории  является первым из них по важности. Он имеет важное значение не только для метода историографии, но также  и для исторических решений и  действий. Элемент необходимости возникает из исторической ситуации; элемент случайности возникает из исторической созидательности. Но никакой из этих элементов никогда не существует обособленно.
     Их  единство, рассматриваемое при преобладании элемента необходимости, я называю «тенденцией» к единству, а при преобладании элемента случайности — «случаем».
     Природа тенденций (равно как и необратимость  исторического времени) могла бы воспрепятствовать любой попытке  установления исторических законов. Таковых  не существует, поскольку каждый момент в истории нов в отношении всех предыдущих моментов, и тенденция, сколь бы сильной она ни была, может быть изменена. История никогда не свободна от изменений тенденций, кажущихся неизменными.
     И все-таки в последовательности событий существует определенная регулярность, коренящаяся в социальных и психологических законах, которые, несмотря на присущий им недостаток точности, соучаствуют в детерминации исторической ситуации. Однако эта регулярность не может быть предсказана с той же точностью, которая делает природные законы научным идеалом. Тенденции могут порождаться социальными законами, примером чего является то правило, согласно которому успешные революции имеют тенденцию уничтожать стоящих у их истоков лидеров.
     Тенденции могут создаваться и творческими актами (такими, как новые изобретения и их воздействие на общество), и усиливающимися реакциями против подобных воздействий. Существуют такие ситуации, в которых тенденциям почти невозможно противиться. Существуют такие ситуации, в которых тенденции менее явны даже и в том случае, если они не менее действенны. Существуют такие ситуации, в которых тенденции уравновешиваются случаями, и существуют такие тенденции, которые таятся под нагромождением множества случаев.
     Точно так же, как любая историческая ситуация содержит в себе тенденции, она содержит в себе и случаи. Случаи служат поводами изменить детерминирующую силу тенденции. Такие поводы создаются теми элементами в ситуации, которые случайны в отношении тенденции и имеют для наблюдателя характер непредвиденного. Для того чтобы чреватый случаями повод стал реальным шансом, он должен быть использован актом творческой причинности; и единственным доказательством того, что этот повод реален, является тот исторический акт, в котором тенденция успешно преобразована.
     Многие  случаи так никогда не проявляются  потому, что нет никого, кто бы их принял, однако ни в какой исторической ситуации нельзя сказать с уверенностью, что случая нет. Конечно, ни шансы, ни тенденции не абсолютны. Детерминирующая сила данной ситуации ограничивает предельное количество случаев и зачастую делает его очень небольшим. И, тем не менее, существование случаев, уравновешивающих детерминирующую силу тенденций, является решающим аргументом против всех форм исторического детерминизма — натуралистического, диалектического или провиденциалистского.
     Все эти три формы детерминизма рассматривают  мир без случаев, хотя эта точка  зрения постоянно опровергается  теми мыслями и действиями, посредством  которых даже и их собственные приверженцы и видят случаи, и принимают их (как, например, случай трудиться для социализма, для своего собственного спасения или для детерминистской метафизики). В каждом творческом акте наличие случаев предполагается — сознательно или бессознательно.
     Второй  вопрос о динамике истории относится  к структурам исторического движения. Заслугой «Исследования истории» Арнольда Тойнби явилось то, что он, пытаясь  выявить такие структуры, которые  возникают снова и снова, не представлял  их при этом как универсальные и не делал их законами. Географические, биологические, психологические и социальные факторы действенны в структурах, производя те ситуации, из которых могут возникать творческие акты.
     Описание  иных структур (таких, как структуры  прогресса и регресса, действия и противодействия, напряженности и разрешения, роста и упадка, а также наиболее значимая из всех - диалектическая структура истории) мы пытались дать выше. Общее суждение, которое можно вывести относительно всех них, должно сводиться к тому, что они обладают ограниченной истинностью и, более того, что они используются в практике каждой исторической работы даже и теми, кто отвергает их тогда, когда они формулируются in abstracto.
     Ибо без них не было бы возможным никакое  осмысленное описание структуры событий. Однако и они подвержены той же опасности, которая вызывала сильное сопротивление им со стороны эмпирических историков: они часто используются не как частные структуры, но как универсальные законы. Когда это случается, они искажают факты даже и в том случае, если, вследствие их частичной истинности, они открывают факты.
     Именно  потому, что характер исторической причинности является творческим и  нацелен на использование шансов, и нельзя сказать, что универсальная  структура исторического движения существует. В некоторых случаях попытка сформулировать подобный закон основана на смешении исторического измерения с самотрансцендирующей функцией истории. Это является смешением научного описания и религиозной интерпретации истории.
     Например, прогресс в одних сферах (как и регресс в других) наблюдается во все периоды истории, однако закон универсального прогресса является секуляризованной и искаженной формой религиозного символа божественного провидения. Повествования о росте и упадке содержатся во всех исторических трудах, но даже и эта самая очевидная из всех структур исторического движения эмпирическим законом не является.
     Эмпирически существует много таких примеров, которые ей противоречат. Однако если она не превращается в универсальный  закон, то она обретает религиозный характер и становится применением циклической интерпретации существования к историческим движениям - а это является смешением измерений.
    2.Какова структура истории, ее периодизация и социально-пространственное членение (части, фазы, стадии, формации, цивилизации, мировые системы, эпохи)?

     Формационный подход

     В советской исторической науке наибольшее распространение получила схема  пяти формаций (так называемая «пятичленка»), которая была разработана советскими учёными на основе произведений Маркса и Энгельса, в частности работы «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Фридриха Энгельса. Суть концепции заключалась в том, что любое человеческое общество проходит в своём развитии пять последовательных этапов — первобытно-общинную, рабовладельческую, феодальную, капиталистическую и коммунистическую формации. Данная схема в качестве непререкаемой догмы вошла во все учебные и справочные марксистские издания, а советские историки прикладывали значительные усилия, чтобы найти последовательную смену формаций в истории любого общества.
     Так называемые «творческие марксисты» воспринимали пятичленную схему как главный ошибочный конструкт марксистской теории и именно против нее были направлены их основные критические высказывания. В очень высокой степени развитие творческого марксизма в СССР следует связывать с дискуссией об азиатском способе производства — шестой формации, существование которой постулировал Маркс, но отвергали советские учёные.
     Исходя  из озвученных в ходе дискуссии новых  идей сформировались новые формационные схемы, отличные от схемы пяти формаций. В одних концепциях формаций шесть — между первобытностью и рабовладением исследователи располагают «азиатский (политарный) способ производства» (Семенов; Коранашвили; Капустин; Нуреев и др.). В других формаций четыре — вместо рабовладения и феодализма «большая феодальная формация» (Кобищанов) или единая докапиталистическая формация — «сословно-классовое общество» (Илюшечкин). Кроме однолинейных формационных схем, появились многолинейные, фиксирующие отличия развития западной цивилизации и незападных обществ. Многолинейный подход к всемирной истории наиболее последовательно отстаивал.
     В настоящее время (2011 год) один из наиболее последовательных сторонников формационной теории остаётся Ю. И. Семёнов. Он создал глобальную формационную (эстафетно-формационную) концепцию мировой истории, согласно которой, ни одно общество не обязано проходить все формации, на чём настаивала советская историческая наука. Последние общества не проходят той стадии, на которой находились первые, не повторяют их движение. Выходя на магистраль человеческой истории, они сразу начинают движение с того места, на котором остановились ранее некогда передовые общества.

     Цивилизационный подход

     Цивилизационный подход основан на выявлении общности черт в политической, духовной, бытовой, материальной культуре, общественном сознании, сходных путях развития. Кроме того, здесь учитываются  различия, порождённые географической средой обитания, историческими особенностями. Выделяются три основных типа цивилизации.
     Народы  без идеи развития, т. е. вне исторического  времени. К этому типу относится  первобытное состояние общества, для него характерны адаптация, гармония человека и природы, повторение традиций и запрещение нарушать, выраженное через табу. Этот тип цивилизации в настоящее время представлен отдельными племенами, сохранившимися в различных районах земного шара, например в Австралии, Африке, Америке, Сибири.
     Восточный (циклический характер развития). Для  этого типа характерны переплетение прошлого и настоящего, сохранение религиозных приоритетов. Его отличают отсутствие ярко выраженных классовых  различий и развитой частной собственности, наличие кастовых общин, которые, не будучи связанными друг с другом, опираются на сильно централизованную власть. Прогресс в таком обществе идёт циклами, замедленно.
     Европейский (прогрессивный). В его основе - идея непрерывного развития. Этот тип становится общим для европейских стран с распространением христианства. Для него характерны рационализм, престиж результативного труда, развитая частная собственность, рыночные отношения, классовая структура с активно действующими политическими партиями, наличие гражданского общества.
     Все типы цивилизации равны перед  историей, им присущи недостатки и  достоинства. В первом решена проблема гармонии человека и природы, но человек  не самореализуется. Восточное же общество направлено на духовность, но не ценит  личность. Европейская цивилизация дает человеку шанс самореализации, но быстрые темпы развития приводят к мировым войнам, революции, острой социально-классовой борьбе. миисми

     Теории модернизации

     Неоэволюционизм

     Мир-системный

     Мир-системный  анализ исследует социальную эволюцию систем обществ, а не отдельных социумов, в отличие от предшествующих социологических подходов, в рамках которых теории социальной эволюции рассматривали развитие прежде всего отдельных обществ, а не их систем. В этом мир-системный подход сходен с цивилизационным, но идет несколько дальше, исследуя не только эволюцию социальных систем, охватывающих одну цивилизацию, но и такие системы, которые охватывают более одной цивилизации или даже все цивилизации мира. Этот подход был разработан в 1970-е гг. А. Г. Франком, И. Валлерстайном, С. Амином, Дж. Арриги и Т. дос Сантосом. В качестве важнейшего предшественника мир-системного подхода, заложившего его основы, обычно рассматривается Ф. Бродель. Поэтому не случайно, что главный мировой центр мир-системного анализа (в г. Бингхэмптон, при Университете штата Нью-Йорк) носит имя Фернана Броделя.
    Каков общий ход истории, то есть, структура истории, объясненная через ее динамику ( переходы, трансформации, большие циклы, прогресс и регресс, эволюция)?

     Необходимость изучения общего хода истории и задача философии истории

     Вот эти-то взаимоотношения и преемственность  народов и цивилизации и составляют единство всемирной истории, в которой, конечно, отдельные народы играли и  играют далеко не одинаковую роль. Благодаря  этой же преемственности и тем заимствованиям, какие один народ делает у другого, возможно установить историческую последовательность отдельных сторон нашей цивилизации, многими началами которой мы обязаны древним культурным странам Востока. Нельзя здесь не отметить в этой истории множества случаев гибели целых цивилизаций и долговременного культурного застоя. Так, погибли многие древневосточные цивилизации отчасти вследствие внутренней своей непрочности, отчасти вследствие внешних катастроф, вроде варварских вторжений. Главною причиною внутренней непрочности древних цивилизаций было, как мы увидим, то обстоятельство, что они представляли из себя лишь цивилизации незначительного большинства, тогда как угнетенная народная масса пребывала в самом жалком невежестве. С другой стороны, цивилизованные страны представляли из себя сначала, как только что было сказано, лишь оазисы среди громадных пространств, населенных дикими и полудикими народами, со стороны которых всегда этим странам грозили опустошительные нашествия. Последние нередко сопровождались настоящими катастрофами, в лучшем случае задерживавшими только дальнейшее развитие цивилизации, но иногда и прямо уничтожавшими большую часть сделанных успехов. Уже древнему Египту приходилось постоянно обороняться от соседних кочевников. Также известны скифские нашествия на Азию. Не менее варваров губили цивилизацию и международные войны с завоевательными целями. В истории падения античной цивилизации весьма важную роль играли также нашествия варварских народов, часть которых даже разрушила Римскую империю. Одним из неблагоприятных условий для истории цивилизации на востоке Европы были постоянные нашествия на нее азиатских кочевых народов (напр., завоевание Руси монголами и Балканского полуострова — турками). Западная Европа была в этом отношении счастливее Восточной, так как была лучше ограждена от подобного рода нашествий. Чем далее, однако, подвигается история, тем все более и более усиливаются условия прочности цивилизации. В настоящее время образованные страны уже не представляют из себя немногих оазисов среди культурной пустыни, и варварство все более и более отступает перед цивилизацией. С другой стороны, с улучшением политического, юридического и экономического положения народных масс, с распространением между ними образования, цивилизация является более обеспеченной и от внутренних катастроф.
     Этому упрочению внешних и внутренних условий цивилизации в истории  самого прогресса соответствует  и большее совершенство новой  цивилизации сравнительно с прежними. Не говоря уже об успехе знаний и технических изобретений, сказывающихся на всей нашей духовной и материальной жизни, главное различие заключается в большем развитии и большей самостоятельности человеческой личности. В древних восточных царствах — как и теперь еще на Востоке — человек был порабощен всецело религиозным догматизмом и политическим деспотизмом, вообще являющимися главными причинами исторического застоя. Впервые в Европе у греков возникли самостоятельная философия и свободное государство, заключающие в себе принципы культурного развития и лучшего социального положения человеческой личности. Как ни различны были в разные времена и в разных местах судьбы прогресса, скольким бы случайностям он ни подвергался, как бы односторонне он ни совершался, сколько бы, наконец, ни было в его истории возвращений вспять,— в общем ход всемирной цивилизации был прогрессивный, хотя в самой Европе, где жизнь создала для него наиболее благоприятные условия, история прогресса шла в высшей степени неравномерно, и за временами более быстрого движения вперед следовали периоды застоя и реакции, прерывавшие это поступательное движение.
     Еще за полтора века до Р. X. греческий  историк Полибий в своей «Всеобщей  истории» указывал на то, что к его  времени «судьба свела вместе все происшествия вселенной и  заставила их действовать в одном направлении», вследствие чего, по его словам, «частные истории, как члены, отделенные от тела, не могут дать представления о целом». Через восемнадцать столетий после него известный французский писатель, епископ г. Мо, Боссюэт, в своем «Рассуждении о всемирной истории», точно так же говорил о необходимости выработки общего взгляда на историю, который по отношению к отдельным странам и эпохам был бы тем же самым, что представляет из себя общая географическая карта по отношению к картам отдельных стран. Еще более, чем во П в. до Р. X. или в XVII в. по Р. X., должна чувствоваться потребность в объединенном представлении хода всемирной истории в наше время, когда сама история сделалась действительно мировою и когда, с другой стороны, мы имеем за собою целый ряд историко-философских попыток охватить все прошлое человечества как великий всемирно-исторический процесс, в который все более и более втягиваются отдельные страны и народы для участия в общем культурном движении к лучшему будущему всего человечества.
     Я не стану здесь распространяться о том, что такое философия  истории, как она возникла и развивалась, какие в ней существуют школы  и направления, в чем заключаются  положительные и отрицательные  стороны разных ее концепций и  систем, но это не мешает мне упомянуть, что именно изображение всемирно-исторического процесса с некоторой общей .точки зрения и есть основная задача философии истории. Было бы долго рассматривать все способы, употреблявшиеся для разрешения указанной задачи, и только в виде примеров я приведу две концепции, стоящие в связи с стремлением к объединенному изображению общего хода истории.
     Во  временном аспекте по длительности (и глубине преобразований) можно различать следующие исторические циклы.
     1. Краткосрочные циклы охватывают несколько лет на том или ином витке исторического прогресса, не меняя существенно судьбу страны, народа, мира.
     2. Среднесрочные (10-20 лет) циклы связаны со сменой периодов активной деятельности поколений людей, обновлением поколений машин, переменами в политическом строе, формированием и развитием международных союзов и т.п. Каждое поколение политиков, бизнесменов, ученых приходит со своим видением мира, своими концепциями, стремлениями утвердить свои идеалы, оставить следующему поколению нечто существенное; поэтому перемены глубже, чем при краткосрочных циклах, однако генотип народа, а тем паче человечества сколько-нибудь существенно не меняется.
     Уникальное  исследование среднесрочных исторических циклов было предпринято выдающимся русским ученым А.Л. Чижевским. В книге, опубликованной в 1924 г. [74], он подводит итоги статистического исследования истории более 50 государств и народов всех континентов за период с 500 г. до н.э. до 1914 г. (за 2414 лет). За единицу отсчета были приняты массовые события, имеющие историческое значение, две их точки: год начала и высшая точка напряжения. Исследование позволило обнаружить цикличные колебания числа массовых событий (историометрические циклы) со средним периодом 11 лет: "В каждом столетии всеобщий цикл исторических событий повторяется ровно 9, раз... Можно считать, что каждый цикл всеобщей исторической, военной или общественной деятельности человечества равен, в среднем арифметическом, 11 годам" [Там же. С. 27]. При этом четко выделяется четыре периода в структуре цикла; на период минимальной возбудимости (3 года) приходится в среднем 5% исторических событий, на период нарастания возбудимости (2 года) - 20%, на период максимальной возбудимости (3 года) - 60%, на период падения возбудимости (3 года) - 15% [Там же. С. 29].
     А.Л. Чижевский однозначно увязывает  среднесрочные историометрические циклы с цикличными колебаниями  солнечной активности: "Количество протекающих одновременно в различных  участках земли исторических событий  с приближением к максимуму солнцедеятельности постепенно увеличивается, достигая наибольшего числа в эпохи максимумов, и уменьшается с приближением к минимуму. Это позволяет считать каждый цикл исторических событий всемирно-исторического процесса всеобщим" [Там же. С. 27]. Ученый объясняет такую синхронность непосредственным влиянием активности солнца на интенсивность психической деятельности людей, степень их возбудимости, агрессивности, готовности следовать за вождями, выдвигающими привлекательные для масс идеи. Да и сам пояс возникновения древних цивилизаций связан с широтами, где солнечное воздействие оптимально: "Если мы проследим условия возникновения и развития цивилизаций, то ясно увидим, что величайшие центры умственной жизни человечества первоначально локализуются в местах с оптимумом температуры. Это распространяется на культуры: китайскую, вавилонскую, египетскую, индийскую, античную, арабскую" [Там же. С. 21].
     Открытую  им закономерность исторического процесса А.Л. Чижевский предлагает использовать в практической деятельности политиков и государств, для предвидения будущего. Он показывает пример такого использования: "В 1927-1929 гг. следует предполагать наступление максимума солнцедеятельности... по всему вероятно, в эти годы произойдут, вследствие наличия факторов социально-политического порядка, крупные исторические события, которые снова видоизменят географическую карту" [Там же. С. 69]. Теперь мы знаем, что в конце этого периода разразился мировой экономический кризис, началось становление тоталитарных режимов в СССР, а затем в Германии.
     Влияние природных циклов, в том числе  солнечных, на жизнедеятельность человека и активность масс - несомненно. Однако оно вряд ли может быть столь прямолинейным, поскольку опосредуется воздействием множества экономических и социально-политических факторов, роль которых постепенно нарастает и реализуется через специфическую динамику локальных цивилизаций. К тому же длительность исторических циклов имеет общую тенденцию к сокращению, что не скажешь о солнечных циклах. Да и продолжительность последних колеблется в значительных пределах (от 7 до 16 лет), на среднесрочные циклы накладываются долгосрочные и сверхсрочные. Тем не менее изучать воздействие колебаний внешней среды на циклический ход исторического процесса необходимо, и смелая попытка выдающегося русского ученого предпринять обширное статистическое исследование такого взаимодействия заслуживает одобрения и продолжения.
     Направленность  развития: прогресс и регресс
     Направление развития, для которого характерен переход от низшего к высшему, от менее совершенного к более совершенному, называется прогрессом.
     Понятию прогресса противоположно понятие  регресса. Для регресса характерны движение от высшего к низшему, процессы деградации, возврат к изжившим себя формам и структурам.
     На  протяжении почти всей истории развития философской мысли в ряду с другими фундаментальными идеями существенное место занимала идея прогресса. Большая часть человечества, прежде всего мыслители, верует в прогресс, т.е. не только в эволюцию, а в поступательное движение человечества к одной высшей разумной цели, к идеалу всеобщего блага, искупающего все жертвы, все страдания. И хотя иногда, как говорил Г. Лейбниц, и встречается попятное движение наподобие линий с поворотами, тем не менее в конце концов прогресс возобладает и восторжествует. Г.В.Ф. Гегель определял всемирную историю как "прогресс в сознании свободы - прогресс, который мы можем познать в его необходимости".
     Вопрос  о прогрессе - это не простой вопрос умозрения, а жизненный вопрос о судьбе человека и всего человечества, а в еще более широком плане - и всего мирового бытия.
     Процесс развития предполагает накопление качественных новообразований, которые необратимо уводят систему от ее исходного состояния  в направлении либо повышения  уровня организации системы, либо ее понижения, либо сохранения в общем того же уровня при постоянных модификациях. Такие формы развития выражаются категориями прогресса, регресса и одноплоскостного развития. Бросив взгляд на историю человечества, возвращаясь мыслью от звена к звену в глубь веков, мы обозреваем непрерывную цепь сменявших друг друга поколений людей. Каждое из них родилось, жило, радовалось, страдало и уходило в мир иной. Ткань всемирной истории состоит из вечно зарождающейся и обрывающейся жизни индивидов и из непрерывной цепи того, что создано их усилиями.
     Долог и тернист путь человечества. От первобытного стада до современных  социальным систем, от каменного рубила до использования энергии атома, автоматики, электроники и информатики, от стойбища вокруг костра и шалаша до современных гигантских городов, от бродячих сообществ дикарей до великих наций, от примитивных знаний, переплетенных с мифологическими вымыслами, до глубоких и изощренных теорий...
     На "подмостках" истории сыграно  неисчислимое множество великих  и мелких, героических и гнусных, злодейских сцен, произошло множество кровавых войн. Подсчитано, что за шесть тысяч лет истории человечества на Земле было более 20 тысяч войн, которые унесли многие миллионы человеческих жизней; историки зарегистрировали всего лишь 292 мирных года за 3600 лет. В течение немногих месяцев, дней или даже часов разрушается то, что создавалось десятилетиями и столетиями. В истории возникают мощные государства, расцветают и гибнут колоссальные империи. Из великих, шедших в авангарде человеческой цивилизации, этносы становились малыми, из богатых -- нищими. В огне революций сгорала власть одних социальных групп и рождалась власть других. Разбивались и рушились царские и королевские троны, срывались с голов короны, а сами головы нередко слетали с плеч.
     Раздумья  о социальном прогрессе приводят к противоречивым вопросам, например: становится человечество физически  и духовно более здоровым и  счастливым или нет? Развивается  ли утонченность ума и чувства  людей или современные люди не продвинулись в своем умственном развитии ни на йоту по сравнению с великолепием умов, скажем, в древних цивилизациях? Что принесла людям современная техника- этот "идол" человечества? Разве авангардизм и абстрактное искусство лучше полотен Рафаэля и Леонардо да Винчи, а пьесы или стихи наших современников лучше творений Шекспира, Гете, Пушкина, Лермонтова и Тютчева?
     Что же вообще такое прогресс? По смыслу - это развитие к лучшему. Но что такое- это лучшее и как же может развитие к лучшему принести плохое? Тут имеются две стороны.
     В XIX веке в прогрессе действительно видели путь к лучшему для человечества. Современное разочарование в прогрессе в первую очередь вызвано обманутыми надеждами: прогресс технологии обернулся экологическими бедами и опасностью физической гибели человечества (оружие массового поражения, катастрофы на АЭС), социальные эксперименты привели к чудовищным жертвам и созданию вырождающихся тоталитарных обществ.
     Солидарность  объединяет народы и способствует их прогрессу: разумный смысл человечества не может заключаться в бесконечном порождении борющихся, враждующих, воюющих государств, соперничающих в величине и разрушительной силе и пожирающих друг друга, используя все более смертоносное оружие.
     В XX в. появились социологические теории, которые отказались от оптимистического взгляда на развитие общества, характерного для идей прогресса. Вместо них предлагаются теории циклического круговорота, пессимистические идеи "конца истории", глобальных экологических, энергетических и ядерных катастроф.
     Одну  из точек зрения по вопросу о прогрессе выдвинул философ и социолог Карл Поппер, который писал: "Если мы думаем, что история прогрессирует или что мы вынуждены прогрессировать, то мы совершаем такую же ошибку, как и те, кто верит, что история имеет смысл, который может быть в ней открыт, а не придан ей. Ведь прогрессировать - значит двигаться к некой цели, которая существует для нас как для человеческих существ. Для истории это невозможно. Прогрессировать можем только мы, человеческие индивидуумы, и мы можем делать это, защищая и усиливая те демократические институты, от которых зависит свобода, а вместе с тем и прогресс. Мы достигнем в этом больших успехов, если глубже осознаем тот факт, что прогресс зависит от нас, от нашей бдительности, от наших усилий, от ясности нашей концепции относительно наших целей и реалистического выбора таких целей".
     Отрадная  уверенность, что все доброе и  разумное в конце концов восторжествует и непобедимо, не имеет никакой  почвы в механистическом миропонимании: ведь здесь все абсолютная случайность. И отчего же та самая случайность, которая нынче превознесла разум, завтра его не потопит, и которая нынче делает целесообразными знание и истину, завтра не сделает столь же целесообразными невежество и заблуждение? Или история не знает крушения и гибели целых цивилизаций? Или она свидетельствует о правильном и неправильном прогрессе?
    1.В чем состоит смысл истории(понимаемый как ее отношение в целом и отношение ее элементов к некоему более глубокому плану бытия)?
     1. Вопрос о смысле истории не  просто проблема философии истории, это вопрос о теоретических основаниях историософии. Специфика историософии заключается в том, что значение конкретного исторического события определяется главным образом не в связи с другими историческими событиями, историческими закономерностями, политико-идеологическими установками, социологическими моделями и т.п., а в своей причастности к высшему смыслу. Задачей моей статьи будет исследование смысла не отдельных событий, а онтология смысла как таковая.
     2. Смысл как сперматическое тождество.
     В начале мне необходимо определить, как я понимаю смысл. Представим конкретного человека, к примеру  Ивана Ивановича. Сейчас, допустим, у него хорошее настроение, а вчера  было плохое. На работу он ходит в  костюме и галстуке, а по утрам  бегает в трико, с начальством он один, а в семье другой. Почему же мы продолжаем считать, что все эти разнообразные проявления один и тот же Иван Иванович?
     Если  обратимся к его сознанию, то оно  в каждый момент имеет новое содержание, если к его душе – то она представляет собой стихию постоянно меняющихся чувств, если к его телу – то обнаружим постоянный обмен веществ с окружающей природой. Но, даже абстрагировавшись от телесной материи, столкнемся с тем, что у него нет единой телесной формы: когда он был младенцем, у него было одно тело, когда вырос – совсем другое, и все же он остается одним и тем же человеком.
     Дабы  выйти из тупика, необходимо показать, что Иван Иванович – не момент состояния  сознания, психики, тела, а все это  одновременно, как целое. Но в потоке времени возможна данность каждый раз лишь одного из моментов этого целого. Следовательно, бытие самого этого целого не может быть ограниченно временем, в котором наличествуют все проявления Ивана Ивановича. И те его явленности, которые когда-либо были, и те, которые когда-либо будут, открыты в конкретной данности настоящего.
     Прошлое и будущее – способы сокрытия истинного бытия, имеющего вечный характер и не зависящего от формы собственной  выраженности в потоке времени. Локализация  во времени есть такой способ ограничения, который носит условный характер, вторичный по отношению к бытию вечному. Жизнь вечная в христианском понимании есть такая полнота человеческой жизни, которая не ограничена тем или иным моментом времени, и открывает в настоящем всю временную последовательность как таковую.
     Для того, чтобы ту или иную выраженность внутри временного потока мы признали в качестве Ивана Ивановича, необходимо, чтобы все многообразие его существования  осуществленное в вечности, было каким-то образом дано в этом отдельном моменте времени. Но актуально это многообразие не может вместиться в моменте, зажатом между прошлым и будущим. Следовательно, оно присутствует в нем потенциально, будучи нераскрытым, в сперматическом виде. Это и есть присутствие в моменте смысла, благодаря которому мы и осознаем наличие Ивана Ивановича, а не игру калейдоскопа времени.
     Используя традиционную терминологию, смысл человека я буду называть духом. Дух – это  тот неизменный стержень личности, который содержит в себе в сперматическом виде все многообразие душевного и телесного существования. Когда через лицо человека мы видим его внутреннюю жизнь, его прошлое, глубину его личности, т. е. когда лицо приоткрывает сокрытый в себе смысл, тогда мы называем такое лицо одухотворенным. И всегда замираем в благоговении перед одухотворенностью, в какой бы форме не являлся нам высший смысл: в природе ли, в храме, в человеке ли.
     Смысл, таким образом, можно определить как данность в каждом моменте  времени вечного, как данность актуального многообразия в своем органическом единстве, но в потенциальном, сперматическом виде.
     Сказанное можно представить и в платоновской парадигме. Актуально данное многообразие во внутреннем единстве, имеющем вечное бытие – эйдос. Явленность эйдоса во времени – слово или вещь, а связь, соединяющая слово или вещь с эйдосом – смысл. Иначе говоря, смысл – это присутствие целого вечного эйдоса в отдельном моменте времени.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.