На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Понятие договора. Контракты и пакты

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 21.08.2012. Сдан: 2011. Страниц: 8. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Понятие договора. Контракты  и пакты

 
В древнейшее время, на ранней стадии развития общества, отсутствовало  такое понятие, как "всякий договор  уже сам по себе создает обязательство  между сторонами".
И только тогда, когда государство устанавило гарантированную ответственность за нарушение известных видов договоров, возникает обязанность, долг. Да и сам термин "contractus" не употреблялся в древнем римском праве в значении источника возникновения обязательства. Термины contrahere, contractus "лишь указывали на сами обязательственные узы, само обязательство".
В классическом праве представление об обязательственных  сделках меняется, меняется значение термина "contractus". Соглашение субъектов становится необходимым элементом понятия contractus. Под соглашением Ульпиан понимал "совпадение желаний двух или нескольких лиц об одном и том же и их согласие". Однако не любое соглашение могло являться договором (cоntractus). По римскому праву только некоторые соглашения давали право на иск, именно они устанавливали цивильные обязательства. Из источников права мы видим, что римские юристы различали два вида соглашений: pactum или pactio в техническом смысле слова и contraсtus.
Ульпиан писал: "Те соглашения, которые порождают иски, не остаются при своем (общем) названии (pacta), но обозначаются присвоенным данному виду названием "контракты", таковы: купля-продажа, наем, товарищество, ссуда, хранение и прочие подобные контракты".
Таким образом, в классическом римском праве  к контрактам стали относить только определенные договоры, признанные ius civile и снабженные исковой защитой. Впоследствии появляются безыменные контракты.
Но одного соглашения для установления договора было недостаточно. Требовалось, чтобы это соглашение между субъектами было заключено  в определенной форме. Как указывал Гай, обязательства возникали "вследствие передачи вещи, или торжественными словами, или письменным образом, или  простым соглашением". Соблюдение указанных форм придает соглашению юридическую силу, устанавливает  обязательство, пользующееся исковой  защитой.
В отличие от contractus, пакты - это неформальные соглашения самого разнообразного содержания, по общему правилу не пользовавшиеся исковой защитой. Со временем некоторые пакты получили исковую защиту. Они стали называться "одетыми" пактами. А те, которые так и не были признаны цивильным правом, назывались "голыми" пактами.
 Основные  виды контрактов.
Контракты могли быть вербальными, т.е. заключаться словами (verbis); для действительности обязательства достаточно было произнесения сторонами слов, свидетельствующих об их договорной воле («даю» — «беру», «обещаешь дать» — «обещаю»), причем в древнейший период эти слова имели строго предписанный законами смысл и форму, позднее формализм был заменен буквальным значением словесного волеизъявления. Контракты могли быть литтеральными, т.е. заключаться на письме (literis); для действительности обязательства между сторонами достаточно было действия, создавшего согласованную сторонами запись (расписку, запись в долговой книге и т.п.). Контракты могли быть реальными, т.е. заключаться непосредственной передачей вещи, не сопровождающейся ни обменомсловесными формулами, ни записями (per re); для действенности обязательства достаточно было удостоверения добровольной передачи и соответственно приема вещи. Контракты могли быть консенсуальными, т.е. заключаться неформальным соглашением (per consensu); для их действительности достаточно было удостоверить факт .согласия в отношении содержания обязательства. Типология договоров — не самодовлеющее подразделение, она важна, во-первых, для определения момента заключения договора и, соответственно, начала «исчисления» обязательства (с произнесения слов, от записи, с передачи вещи, с определения согласия); во-вторых, для содержания и объема требований, вытекающих из обязательств: вербальные и литтеральные контакты точно связаны их содержанием, консенсуальные и реальные — более гибкие, в них может что-то быть подразумеваемо соответственно «обычаям оборота». Поэтому вербальные и литтеральные договоры считались контрактами «строгого права», соответственно подразумевая наличие у сторон для их реализации строго законных исков. Реальные и консенсуальные были неформальными контрактами, договорами «доброй совести», опираясь в подразумеваемых обязательствах на иски преторского права. 
Существовала и дополнительная классификация договоров-контрактов в зависимости от возложения обязанностей на стороны. Договоры могли быть (1)односторонними, когда их содержанием устанавливалась обязанность только для одной стороны, а другой предоставлялось только право требовать исполнения обязательства (например, заем); могли быть (2)двусторонними, когда устанавливались взаимно перекликающиеся обязанности сторон, как правило, сложные по содержанию (например, купля-продажа: оплатить в срок, но передать вещь и нужного качества и т.д.); и соответственно иски из таких договоров могли быть разнообразными и от двух сторон. Наконец, могли быть договоры (3) в пользу третьих лиц — классическое римское право не знало возможности заключать контракты в пользу не тех, кто участвует в его заключении, но рецепированное право допустило некоторые конкретные виды: договор в пользу собственного наследника, поручение исполнения третьему лицу, как-то связанному с одной из сторон и т.п. 
Особую группу договоров римского цивильного права составили т.н.безымянные договоры (innominanti) — не имеющие собственного названия и подразумеваемого этим названием содержания, но признанные правом соглашения сторон со следующим обобщенным смыслом: a) do ut des — обмен вещными правами или прямо вещами, б) do ut facias — совершение действия в обмен на вещное право или вещь, в) facio ut des предоставление вещи за действие, г) facio ut facias обмен интересующими стороны действиями. Все это были практически полностью деформализованные договоры, близкие по своей правовой сути к вообще любым сделкам — пактам.

 Понятие и виды pacta.
 В противоположность контрактам, под  именем pacta были известны неформальные соглашения, не пользовавшиеся, по общему правилу, исковой защитой. Правда, среди контрактов также была одна группа совсем неформальных договоров, это - консенсуальные контракты, обязательная сила которых возникает, как указано выше, путем простого соглашения, consensus.
 Но  к консенсуальным относятся только четыре определенных контракта: emptio-venditio (купля-продажа), locatio-conductio (наем), mandatum (поручение) и societas (товарищество). Категория же pacta охватывала самые разнообразные соглашения, какие только встречались в жизни, за пределами перечисленных выше контрактов, получивших защиту в нормах цивильного права.
 С течением времени из этой широкой  категории неформальных соглашений - pacta - некоторые все-таки получили признание, одни - путем присоединения их (в качестве дополнительной оговорки) к какому-либо контракту (так называемые pacta adiecta, добавленные, присоединенные), другие получили защиту в преторском эдикте (pacta praetoria), третьи - в императорском законодательстве послеклассической эпохи (pacta legitima). Этот факт наделения некоторых pacta исковой защитой послужили основанием для разделения pacta на pacta vestita ("одетые", т.е. снабженные иском) и pacta nuda ("голые", исковая защитой не снабженные). 
 
 

Вербальные (устные) контракты
 1. Вербальным (т.е. устным) контрактом назывался договор, устанавливающий обязательство verbis (словами), т.е. договор, получающий юридическую силу посредством и с момента произнесения известных фраз. 
Основной вербальный контракт — стипуляция.  
Стипуляцией назывался устный договор, заключаемый посредством вопроса будущего кредитора (centum dare spondes? обещаешь дать сто?)и совпадающего с вопросом ответа (spondeo, обещаю) со стороны лица, соглашающегося быть должником по обязательству. 
Открытые в 1933 году новые фрагменты из Институций Гая доказывают, что договор стипуляции был известен уже законам XII таблиц. 
2. Формальные требования, первоначально чрезвычайно строгие, с течением времени были значительно ослаблены (отпало, например, первоначальное требование, чтобы ответ буквально совпадал в своей редакции с вопросом, за исключением, впрочем, одной разновидности етипуляции, sponsio, при которой это требование сохранилось). 
Несмотря, однако, на все смягчения необходимых формальностей, вклассическом римском праве все-таки прочно охранялись некоторые черты стипуляции как формального контракта: присутствие договаривающхся сторон в одном месте, устный вопрос кредитора и такой же устный ответ должника, совпадающий по смыслу с вопросом. В качестве устного договора стипуляция оставалась недоступной как немому, который не может произнести вопроса или ответа, так и глухому, который не может непосредственно воспринимать вопрос или ответ. 
В период абсолютной монархии был издан (во второй половине V в.) закон, признавший обязательную силу за всякой стипуляцией, не противозаконной по содержанию, независимо от соблюдения формы вопроса и ответа, другими словами, закон допустил совершение устного договора в каких угодно выражениях. 
Но и тогда стипуляция осталась недоступной для глухих и немых и требовалось, по крайней мере в принципе присутствие сторон. 
3. Обязательство, возникшее из стипуляции, было обязательством строгого права и потому подлежало строго буквальному толкованию. Так, еще Гай считал стипуляцию недействительной, если на вопрос кредитора: «обещаешь ли 10?», должник отвечал: «обещаю 5». Юрист даже не ставил вопроса о признании в этом случае обязательства в сумме 5. С течением времени такой крайний формализм был смягчен, и в Дигестах указанный пример решается в том смысле, что при разногласии между сторонами в отношении суммы обязательство надо считать установленным в меньшей сумме, так как в отношении ее соглашение можно считать достигнутым (этот фрагмент Дигест приписывается Ульпиану, III в. н.э., но, видимо, он интерполирован, т.е. принадлежит составителям Дигест и, следовательно, относится к VI в. н.э.). Надо заметить, что в Институциях Юстиниана воспроизведен изложенный выше фрагмент Гая, в котором выражена более формальная точка зрения. Формальный характер стипуляции сказывается также в том, что ее действие ограничивалось непосредственно участвовавшими в ней сторонами. 
4. Стипуляционное обязательство являлось односторонним, т.е. одной стороне принадлежало только право (не связанное с обязанностью), а на другой стороне лежала только обязанность (без сопровождающего ее права). 
Обязательство из стипуляции имело абстрактный характер. Это значит, что если необходимые требования относительно порядка заключения стипуляции соблюдались, то обязательство возникало независимо от того, какое материальное основание привело стороны к заключению договора, какую хозяйственную цель они преследовали и достигнута ли цель, имевшаяся в виду сторонами. 
Принцип абстрактности стипуляционного обязательства не лишал, однако, должника права доказывать, что основание, по которому он принял на себя обязательство, не осуществилось, но такое доказательство было для должника не всегда фактически возможно, да и требовало нередко времени; это время, пока отсутствие основания не доказано, кредитор мог уже осуществить свое право. 
Обязательство из стипуляции отличалось абстрактным характером. Если указанные выше требования относительно порядка заключения стипуляции (вопрос кредитора, совпадающий ответ должника, способность непосредственного восприятия каждым из контрагентов, одновременно присутствующих в месте совершения стипуляции, друг друга) соблюдены, обязательство возникает, независимо от того, какое материальное основание привело стороны к заключению договора, какую хозяйственную цель они преследовали, и достигнута ли эта цель.
 С точки зрения интересов верхушки рабовладельческого общества, стремившегося, всеми мерами закабалить должников, было выгодно оторвать силу договора от его материального основания: должник, и без того фактически находившийся в зависимости от своего социально  и экономически более сильного кредитора, еще больше подпадает под его  власть и усмотрение. Принцип абстрактности  обязательства не лишал, правда, должника права доказывать, что основание, по которому он принял на себя обязательство, не осуществилось; но такое доказательство было для него не всегда фактически возможно, да и требовало нередко времени, а пока отсутствие основания не доказано, кредитор мог уже осуществить свое право.
 Абстрактный характер стипуляции (помимо простоты и быстроты взыскания долга) представлял то удобство, что в эту форму можно было облечь любое обязательственное отношение - и заемное обязательство, и обязательство платежа цены за купленную вещь, и т.д. Стипуляцией пользовались нередко в целях новации, т.е. этот договор заключали для того, чтобы прекратить уже существующее обязательство, поставив на его место новое, возникающее из стипуляции. Доказав факт стипуляции, кредитор тем самым получал возможность взыскания по обязательству.
 Эта черта стипуляции, позволявшая вложить в нее любое содержание и быстро проводить ее в жизнь, делала стипуляцию самой употребительной в практике формой договора; в классическую эпоху это - основная форма оборота. Необходимо, однако, для уточнения добавить, что абстрактный характер стипуляционного обязательства не доводился до таких крайних пределов, чтобы не признавать силы за стипуляцией, если она по желанию сторон поставлена в связь с той хозяйственной целью, для которой заключалась. Стороны не только могли упомянуть в тексте вопроса и ответа основание, по которому стипуляция совершалась, но и поставить силу стипуляции в зависимость от преследуемой цели посредством включения соответствующего условия или в иной форме, например, si qua mihi nupserit, decem dotis eius nominee dare spondes, т.е. "если кто-нибудь выйдет за меня замуж, обещаешь ли дать 10 в качестве приданого за ней?". 

Необходимо, однако, для уточнения добавить, что абстрактный  характер стипуляционного обязательства не доводился до таких крайних пределов, чтобы не признавать силы за стипуляцией, если по желанию сторон в ней указывалась хозяйственная цель, для которой стипуляция заключалась. Стороны не только могли упомянуть в тексте вопроса и ответа основание, по которому стипуляция совершалась,но и поставить силу стипуляции в зависимость от преследуемой цели (посредством включения соответствующего условия). 
5. Для обеспечения доказательства факта совершения стипуляции вошло в обычай составлять письменный акт, удостоверяющий это обстоятельство (он назывался cautio). С течением времени стипуляционные документы (cautiones) получили такое широкое применение, что значение стипуляционной формы (вопрос и ответ) отошло на второй план, и если только обе стороны присутствовали в одном месте, то при наличии cautio предполагалось, что составлению документа предшествовало совершение словесной формы стипуляции.

Литтеральные (письменные) контракты

Письменными контрактами  назывались договоры, совершаемые на письме (litterae — письмо): litteris fit obligatio — обязательство, возникающее посредством записи, письма.
Письменные договоры в Древнем Риме не получили широкого распространения, поскольку письменность была доступна весьма узкому кругу  населения. Наиболее древней формой письменных договоров были письменные записи в пригодно-расходных книгах. Римляне вообще отличались тщательностью  ведения хозяйственных дел. Записью  в приход-но-расходную книгу и заключался письменный контракт. В каком порядке осуществлялись такие записи, источники сведений не содержат. Предположительно, кредитор делал соответствующую запись в своей книге о выдаче должнику определенной суммы денег на странице «расход». Должник обязан был сделать такую же запись в своей книге на странице «приход». Записи делались на основе достигнутого соглашения, без которого договор невозможен. В литтераль-ную форму могли облекаться и ранее существовавшие договоры купли-продажи, найма и др. Так часто оформлялась и новация.
Однако запись в приходно-расходной книге кредитора  могла быть односторонней, без материального  основания договора. Кроме того, если она делалась на основе уже  существовавшего договора, это не исключало двойного взыскания с  должника. Недобросовестный кредитор в таких случаях мог потребовать  уплаты недолжного или — на основании  двух договоров — ранее существовавшего  и затем оформленного в приходно-расходной  книге. Одним словом, литтераль-ный договор в форме записи в приходно-расходных книгах не исключал злоупотреблений со стороны кредитора. Поэтому в классический период эта форма договора постепенно утрачивает свое значение, уступив место более простым и доступным формам литтеральных контрактов.
Еще в доклассический период преторы широко практикуют применение долговых документов, заимствованных у греков. Поначалу это был синграф — фиксирование факта передачи кредитором определенной суммы денег должнику в письменном документе. Синграф составлялся от имени третьего лица, подписывался должником и присутствовавшими при заключении договора свидетелями.
Однако процедура  составления синграфа была довольно обременительной: требовалось присутствие свидетелей, стороны вынуждены были оглашать им содержание договора, что не всегда соответствовало их интересам. Поэтому в период абсолютной монархии синграфы постепенно утрачивают свое значение, а римляне приходят к выводу, что такой документ может вообще составляться без свидетелей, самим должником. Так возникает новая форма литтераль-ного контракта — хирограф — долговая расписка, составляемая от имени первого лица — должника — и подписываемая им.
Новые формы  литтеральных контрактов также не гарантировали добросовестности кредиторов. При социально-экономической зависимости должников от кредиторов часто заключались договоры без фактической передачи денег должнику, а обязательство при этом возникло со всеми вытекающими из него последствиями. Должник обязан был выплачивать долг, которого на самом деле не получал.
Реальные  контракты
К реальным контрактам относились: договор займа (mutuum), договор ссуды (comodatum), договор хранения (depositum), договор заклада.
Заем (mutuum) представляет собой договор, по которому одна сторона(заимодавец) передает в собственность  другой стороне (заемщику)денежную сумму или известное количество  иных вещей, определенных родовыми признаками (зерно,масло, вино), с обязательством заемщика вернуть по истечении  указанного в договоре срока либо по востребованию такую же денежную сумму или такое же количество вещейтого же рода, какие были получены (D. 44. 7. 1.2.). 
Заем является одним из реальных договоров, т.е. обязательство в этом случае устанавливается не только простым соглашением (consensus), но и передачей вещи (res); нельзя требовать возврата от того, кто ничего не получал. 
Реальный характер договора займа не означает, однако, что в этой категории договоров consensus, соглашение сторон, не имеет существенного значения: соглашения сторон недостаточно для возникновения заемного обязательства, однако (как и при всяком договоре) соглашение и при займе является необходимым моментом. Нет consensus, нет и договора. В текстах римских юристов встречают примеры того, что, несмотря на передачу вещей, обязательство не возникнет, потому что между сторонами не consensus, a dissensus (разногласие, недоразумение); так, передана денежная сумма, причем передающий деньги делает это с намерением дать взаймы, а получающий думает, что ему дают их в дар или на сохранение: займа нет за отсутствием согласованной воли двух сторон.

  Договором ссуды называется такой договор, по которому одна сторона (ссудодатель) передает другой стороне (ссудополучателю) индивидуально-определенную вещь во временное безвозмездное пользование с обязательством второй стороны вернуть по окончании пользования ту же самую вещь в целости и сохранности. 
Подобно займу, договор ссуды также был реальным контрактом, т.е. обязательство из этого договора возникало лишь тогда, когда состоялась передача вещи ссудополучателю (пользователю) . 
2. В то время как предметом договора займа являются деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками (мерой, числом, весом), предметом договора ссуды может служить только индивидуальная вещь, ибо только такую вещь можно вернуть по окончании пользования без замены другой; если, например, предметом договора является охапка дров на топку печи, то, как только дрова сгорят, возврат самих дров, какие были получены, станет невозможным и речь может идти только о возврате такого же количества того же рода вещей (т.е. это будет договор займа). 
Договор ссуды имеет целью предоставление вещи в безвозмездное  пользование, т.е. из договора ссуды получает хозяйственную выгоду (utilitas) только ссудополучатель. 
Это обстоятельство учитывалось в римском праве при решении вопроса о пределах ответственности ссудополучателя за сохранность вещи: поскольку договор заключался в его интересах, на него возлагалась строгая ответственность а именно: ссудополучатель отвечал за omnis culpa (за всякую вину), т.е. не только за намеренное причинение вреда ссудодателю (dolus) и не только за грубую небрежность (culpa lata), но даже и за незначительную небрежность (culpa levis). Ссудополучатель был обязан хранить данную ему в пользование вещь пользоваться ею надлежащим образом, т.е. в соответствии с хозяйственным назначением вещи и указаниями договора, и проявлять при этом заботливость (diligentia) хорошего хозяина, т.е. не допускать невнимательности, непредусмотрительности, беззаботности, какие не свойственны хорошему хозяину. Только тогда, когда ссудополучатель проявил полную внимательность, предусмотрительность, заботу, так что вред для ссудодателя возник вследствие простой случайности (casus), ссудополучатель не нес ответственности перед ссудодателем; случайно возникший вред для вещи относился на счет ее собственника. 
4. Договор ссуды заключался в интересах только одной стороны — ссудополучателя. Однако этот договор не являлся таким строго односторонним договором, как договор займа.

Договором depositum называется реальный контракт, по которому лицо, получившее от другого лица индивидуально-определенную вещь (поклажеприниматель, депозитарий), обязуется безвозмездно хранить ее в течение определенного срока или до востребования и по окончании хранения возвратить в целости и сохранности лицу, передавшему вещь на хранение (поклажедателю, депоненту).  
Характерные признаки этого договора сводятся к следующим. 
Во-первых, depositum — контракт реальный: обязательство из этого договора возникало посредством передачи вещи: одно соглашение о том, что известное лицо обещает принять на хранение вещь другого лица, еще не устанавливало обязательства из договора хранения. 
Во-вторых, как правило, предметом договора хранения (как и предметом ссуды) являлась вещь индивидуально-определенная. Однако в римском праве был допущен и договор о хранении вещей, определенных родовыми признаками; но передачу на хранение таких вещей нельзя признать соответствующей характеру данного договора; недаром депозитум вещей, определенных родовыми признаками, называют depositum irregulare, т.е. не обычный, не нормальный вид договора, а особый, исключительный. 
Не требуется, чтобы поклажедатель был собственником отдаваемой в поклажу вещи; можно отдать на хранение и чужую вещь (например, находящуюся у поклажедателя в пользовании, в закладе и т. п.). Но не может быть предметом договора хранения вещь, принадлежащая поклажепринимателю. 
В-третьих, цель передачи вещи — хранение ее поклажепринимателем. Поклажеприниматель не только не становился собственником вещи, он даже не являлся ее владельцем; он только держатель вещи на имя поклажедателя, не имеющий также и права пользоваться вещью. 
В-четвертых, существенным признаком договора depositum (отличающим его от договора найма) являлась безвозмездность. 
В-пятых, вещь могла быть передана по этому договору на определённый срок или до востребования; следовательно, включние в договор срока хранения не существенно.         
В- шестых , по  окончании срока хранения (а при бессрочном договоре - по заявлению поклажедателя) вещь в соответствии с целью договора должна быть возвращена поклажедателю, притом (в случае обычного, нормального depositum) 
именно та индивидуальная вещь, которая была принята на хранение.

В тех случаях, когда залог сопровождался передачей  вещи так называемый заклад, между сторонами (наряду с залоговым правом) устанавливались договорные отношения, имеющие характер реального контракта. 
Древнейшая форма залогового права — fiducia — сопровождалась для получившего вещь только моральной обязанностью вернуть вещь, после того как обеспеченное с помощью залога обязательство будет погашено; с течением времени эта обязанность стала признаваться юридической (давалась actio fiduciae). 
При залоге в форме pignus устанавливалось двустороннее обязательство: залогодатель отвечал за возможный вред понесенный залогопринимателем от заложенной вещи (приводившийся выше пример: передано больное животное заразившее скот получателя); залогоприниматель обязан был относиться к вещи с заботливостью хорошего хозяина и после погашения обеспеченного залогом обязательства вернуть вещь.

Консенсуальные контракты
Эта группа договоров  сформировалась позже других, и формализм  при их заключении был значительно  смягчен. Заключение договора достигалось  здесь простым соглашением сторон. В группу входили договоры купли-продажи, найма (вещей, услуг, работы), поручения, товарищества. Консенсуальные контракты также представляли собой замкнутую группу. Никакие иные соглашения, даже по признакам соответствовавшие консенсуальным контрактам, не могли быть сюда отнесены.
Договор купли-продажи (emptio-venditio) представляет собой контракт, по которому одна сторона — продавец — принимает на себя обязанность передать другой стороне — покупателю — в собственность какую-либо вещь. Покупатель обязуется принять купленную вещь и уплатить за нее обусловленную цену.Существенными элементами договора являлись товар и цена. Как консенсуальный контракт договор купли-продажи возникал с момента достижения соглашения продавца и покупателя по этим существенным элементам — товару и цене.
Права и обязанности  сторон в договоре купли-продажи. Продавец имеет право требовать от покупателя:
а) принятия проданной  вещи, т.е. исполнения договора;
если почему-либо покупатель отказывается от принятия вещи, он обязан возместить продавцу причиненные  ему убытки;
б) уплаты обусловленной  договором цены. Время уплаты цены устанавливают стороны (наперед, частями  или после передачи товара); момент уплаты на время возникновения договора не влияет и является лишь элементом  его исполнения.
Договор найма состоит в том, что одно лицо обязуется предоставить другому свои вещи или свой труд, а другое лицо (контрагент) обязуется за это уплатить вознаграждение. Различаются три вида найма.
1 . Наем вещи (locatio-conductio rei) — это наем одним лицом у другого лица одной вещи или нескольких определенных вещей во временное пользование на определенный срок и за определенную плату.
Предметом найма могли быть движимые вещи, которые не принадлежат к числу  потребляемых, а также недвижимые вещи. Отдавать внаем можно было как свою собственную вещь, так и вещь, принадлежащую третьему лицу. Вместе с вещью передавались ее принадлежности.
Срок  не являлся обязательным элементом  договора найма. Договор найма считался действительным с момента соглашения, и обязанности сторон определялись также с момента соглашения: даже если исполненная работа погибнет или  не состоится без вины подрядчика, наниматель обязан оплатить ее полностью  в соответствии с первоначальным соглашением.
Обязанностью  арендодателя было обеспечение беспрепятственного пользования вещью: «Нанимателю  дается actio conducti. Этот иск он получает почти только по следующим основаниям: например, если для него оказывается невозможным пользование (быть может, потому, что ему не предоставляется владение всем участком или частью его, либо если не ремонтируется дом, стойло или то место, где ему нужно разместить стадо); тем же иском может воспользоваться наниматель и в том случае, если ему не предоставляется то, что специально предусмотрено содержанием договора».
В отличие от договора ссуды наем вещей  не обязывает наймодателя воз мещать издержки по содержанию вещи, поскольку это договор возмездный и поддержание вещи в нормальном состоянии лежит на наймополучателе. С другой стороны, наниматель обязан был использовать вещь надле жащим образом и отвечать за ее сохранность. Наниматель вещи не нес ответственности за неизменность физического состояния вещи: смысл договора заключался в использовании, что предполагало возможность изнашивания. Улучшение вещи, не вызванное необходимостью, не оплачивалось, ухудшение расценивалось по мере этого изменения вещи. В процессе найма допускалось изменение условий найма в пользу нанимателя по его одностороннему требованию; изменение в пользу наймодателя (либо нанявшегося) не допускалось. Наниматель мог отдать нанятую вещь в поднаем, если наймодатель не оговорил, что он запрещает делать это. Ответственность за вещь остается у нанимателя, он отвечает за ее сохранность и возвращение наймодателю. Поднаниматель в свою очередь отвечает перед нанимателем.
Срок  найма вещи не являлся обязательным элементом договора, стороны могли  в любой момент отойти от контракта. Если договор расторгался одной  из сторон, она должна была учитывать  мнение контрагента и не причинить  ему этим расторжением большого вреда.
При установлении срока действия договора если по истечении его ни одна из сторон не проявляла желания действительно  прекратить отношения по найму, то договор  считался продленным.
2. Договор подряда (locatio-conductio operis) — это договор, по которому одна сторона (подрядчик — locator) обязуется выполнить определенную работу (opus) по заданию другой стороны (наниматель, заказчик — conductor), а заказчик обязуется оплатить выполненную работу. «Выражение “locatio-conductio operis”, по словам Лабеона, означает такую работу, которую греки обозначают термином “законченный труд”…». Таким образом, договор подряда заключался именно под выполнение определенной работы, а целью было именно получение законченного результата работы.
Нанявшийся  исполнять определенную работу должен был выполнять именно то, что было указано в договоре найма. Работа могла состоять в обработке земли, создании какой-либо вещи и др. Главное  условие, которое должно было быть достигнуто, — это конечный определенный результат  работы (например, готовое изделие). Вещь могла изготавливаться как  из материала заказчика, так и  из собственного материала подрядчика. В случае изготовления изделия из материала подрядчика договор оказывался схожим с договором купли-продажи; этот спорный момент прорабатывался римскими юристами, и некоторые считали, что действительно следует приравнивать такой договор подряда к покупке  готового изделия.
Подряд  заключался на определенный срок (выполнение определен ной работы), если же срок не был установлен, то считалось, что работа должна быть выполнена в разумный срок, который обычно необходим для выполнения такой работы. Оплата обычно осуществлялась в момент передачи готового изделия заказчику. Вознаграждение обычно составляло обговоренную денежную сумму, но также могло быть получено и какими-либо вещами, т. е. натурально.
В случае гибели вещи до передачи заказчику  ответст венность ложится на подрядчика, если же он уже передал вещь — на заказчика.
3. Договор найма услуг (locatio-conductio operarum) — это договор между наемным рабочим и нанимателем, по которому рабочий предоставляет рабочую силу, а работодатель использует ее, оплачивая рабочее время.
Это был срочный договор. Так же как  и другие договоры найма, он автоматически  продлевался, если стороны по истечении  срока договора не проявляли желания  расторгнуть его. Оплата по договору могла производиться как после  выполнения работы, так и через  определенные промежутки времени (например, ежедневно). Наемный рабочий не отвечал  за простой, если наниматель не мог  использовать рабочую силу эффективно, то наниматель должен был оплатить работнику его простой: «Нанявшийся  должен получить наемную оплату за все время найма, если от него не зависело то обстоятельство, что ему  не пришлось предоставлять услуги». Если же нанявшийся по личным причинам (болезнь, другие обстоятельства) не мог  выполнять работу, для которой  его наняли, то он не получал оплаты за пропущенное время.
Такой договор не получил широкого распространения, так как в Риме практически  у каждого свободного человека в  распоряжении были свои рабы, и не было смысла заказывать работу посторонним  лицам.
Товарищество (societas) — договор, в соответствии с которым двое или несколько лиц объединяли имущественные вклады или личную деятельность (или то и другое) для осуществления общей хозяйственной цели, не противоречащей праву и нравственности.
Основным  элементом договора товарищества являлось достижение общей хозяйственной  цели, к которой стремились товарищи. В зависимости от цели, которую  преследовали члены товарищества, эти  товарищества были следующих видов:
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.