На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат История создания поэмы «Мёртвые души»

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 23.08.2012. Сдан: 2012. Страниц: 7. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Содержание 

1. История создания  поэмы «Мёртвые души» 

2. Души мёртвые  и живые в поэме Н.В. Гоголя  «Мёртвые души» 

                  2.1 Цель жизни Чичикова. Завет отца 

                  2.2 Что такое «мёртвые души»? 

                  2.3 Кто является «мёртвыми душами» в поэме? 

                  2.4 Кто такие «живые души» в поэме? 

3. Второй том  «Мертвых душ» - кризис в творчестве  Гоголя 

4. Путешествие  к смыслу 

5. Список литературы 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. История создания  поэмы «Мёртвые  души» 

       Есть  писатели, легко и свободно придумывающие  сюжеты своих сочинений. Гоголь к  их числу не относился. Он был мучительно неизобретателен на сюжеты. С величайшим трудом давался ему замысел каждого  произведения. Ему всегда нужен был  внешний толчок, чтобы окрылить свою фантазию. Современники рассказывают, с каким жадным интересом слушал Гоголь различные бытовые истории, анекдоты, подхваченные на улице, были и небылицы. Слушал профессионально, по-писательски, запоминая каждую характерную деталь. Проходили годы, и иная из этих случайно услышанных историй оживала в его произведениях. Для Гоголя, вспоминал впоследствии П.В. Анненков, «ничего не пропадало даром». 

       Сюжетом «Мертвых душ» Гоголь, как известно, был обязан А.С. Пушкину, давно побуждавшему его написать большое эпическое  произведение. Пушкин рассказал Гоголю историю похождений некоего авантюриста, скупавшего у помещиков умерших  крестьян, с тем, чтобы заложить их, как живых, в Опекунском Совете и  получить под них изрядную ссуду. 

       Но  откуда Пушкин узнал сюжет, который  подарил Гоголю?  

       История мошеннических проделок с мертвыми душами могла стать известна Пушкину  во время его Кишиневской ссылки. В начале девятнадцатого века сюда, на юг России, в Бессарабию, из разных концов страны бежали десятки тысяч  крестьян, спасаясь от уплаты недоимок и различных поборов. Местные  власти чинили препятствия расселению этих крестьян. Преследовали их. Но все  меры оказывались напрасными. Спасаясь от преследователей, беглые крестьяне  часто брали имена умерших  крепостных. Рассказывают, что во время  пребывания Пушкина в Кишиневской  ссылке по Бессарабии разнеслась молва, будто город Бендеры бессмертен, население же этого города называли «бессмертным обществом». В течение  многих лет там не было зарегистрировано ни одного смертного случая. Началось расследование. Оказалось, что в  Бендерах было принято за правило: умерших  «из общества не исключать», а их имена отдавать прибывшим сюда беглым крестьянам. Пушкин не раз бывал  в Бендерах, и его очень занимала эта история. 

       Скорее  всего, именно она и стала зерном того сюжета, который почти полтора  десятилетия спустя после Кишиневской  ссылки, был пересказан поэтом Гоголю. 

       Надо  заметить, что затея Чичикова отнюдь не была такой уж редкостью в самой  жизни. Мошенничества с «ревизскими  душами» были в те времена довольно распространенной вещью. Можно с уверенностью предположить, что не только один определенный случай лег в основу гоголевского замысла.
Ядром сюжета «Мертвых душ» была авантюра Чичикова. Она только казалась невероятной и анекдотичной, на самом же деле она была достоверной  во всех мельчайших подробностях. Крепостническая  действительность создавала весьма благоприятные условия для таких  авантюр.  

       Указом 1718 года так называемая подворная  перепись была заменена подушной. Отныне все крепостные мужского пола, «от  старого до самого последнего младенца», подвергались обложению налогом. Мертвые  души (умершие или беглые крестьяне) становились обузой для помещиков, мечтавших, естественно от нее избавиться. И это создавало психологическую  предпосылку для всякого рода махинаций. Одним мертвые души были в тягость, другие испытывали нужду  в них, рассчитывая при помощи мошеннических сделок извлечь выгоду. Именно на это и уповал Павел Иванович Чичиков. Но самое интересное в том, что фантастическая сделка Чичикова осуществлялась в совершенном согласии с параграфами закона. 

       В основе сюжетов многих гоголевских  произведений – нелепый анекдот, исключительный случай, чрезвычайное происшествие. И чем более анекдотичной и чрезвычайной кажется внешняя  оболочка сюжета, тем ярче, достовернее, типичнее предстает перед нами реальная картина жизни. Здесь – одна из своеобразных черт искусства талантливого писателя.  

       Гоголь  начал работать над «Мертвыми  душами» в середине 1835 года, то есть еще раньше, чем над «Ревизором». 7 октября 1835 года он сообщает Пушкину, что написал три главы «Мертвых душ». Но новая вещь еще не захватила  Николая Васильевича. Он хочет написать комедию. И лишь после «Ревизора», уже за границей, Гоголь по-настоящему берется за «Мертвые души». 

       Чем дальше двигалась работа над новым  произведением, тем более грандиозными представлялись Гоголю его масштабы и более сложными задачи, которые  перед ним стояли. Три года проходят в напряженном труде.  

       Осенью 1839 года обстоятельства заставили Гоголя совершить поездку на родину, и, соответственно, сделать вынужденный перерыв  в работе. Восемь месяцев спустя Гоголь решил вернуться в Италию, чтобы ускорить работу над книгой. В октябре 1841 года он снова приезжает  в Россию с намерением напечатать свое произведение – итог упорного шестилетнего труда. 

       В декабре последние исправления  были закончены, и окончательный  вариант рукописи поступил на рассмотрение Московского цензурного комитета. Здесь  «Мертвые души» встретило явно враждебное отношение. Как только председательствовавший на заседании цензурного комитета Голохвастов  услышал название «Мертвые души», он закричал: «Нет, я этого никогда  не позволю: душа бывает бессмертна – мертвой души не может быть, – автор вооружается против бессмертия!» 

       Голохвастову  растолковали, что речь идет о ревизских  душах, но он пришел в еще большую  ярость: «Этого и подавно нельзя позволить… это значит против крепостного  права!» Тут подхватили члены  комитета: «Предприятие Чичикова есть уже уголовное преступление!» 

       Когда один из цензоров попробовал было объяснить, что и автор не оправдывает Чичикова, со всех сторон закричали: «Да, не оправдывает, а вот он выставил его теперь, и пойдут другие брать пример и покупать мертвые души…» 

       Гоголь в конце концов был вынужден забрать рукопись и решил отправить ее в Петербург. 

       В декабре 1841 года в Москве гостил Белинский. Гоголь обратился к нему с просьбой захватить с собой рукопись в  Петербург и посодействовать  ее скорейшему прохождению через  петербургские цензурные инстанции. Критик охотно согласился выполнить  это поручение и 21 мая 1842 года, с  некоторыми цензурными исправлениями, «Похождения Чичикова или Мертвые  души» вышли из печати. 

       Сюжет «Мертвых душ» состоит из трех внешне замкнутых, но внутренне очень связанных  между собой звеньев: помещики, городское  чиновничество и жизнеописание  Чичикова. Каждое из этих звеньев помогает обстоятельнее и глубже раскрыть идейный и художественный замысел  Гоголя.  

2. Души мёртвые и  живые в поэме  Н.В. Гоголя «Мёртвые  души» 

       При издании “Мертвых душ” Гоголь пожелал  сам оформить титульный лист. На нем была изображена коляска Чичикова, символизирующая путь России, а вокруг - множество человеческих черепов. Опубликовать именно этот титульный лист было очень  важно для Гоголя, так же как  и то, чтобы его книга вышла в свет одновременно с картиной Иванова “Явление Христа народу”. Тема жизни и смерти, возрождения красной нитью проходит через творчество Гоголя. Свою задачу Гоголь видел в исправлении и направлении на истинный путь сердец человеческих, и попытки эти были предприняты через театр, в гражданской деятельности, преподавании и, наконец, в творчестве. “Неча на зеркало пенять, коли рожа крива” - гласит пословица, взятая эпиграфом к “Ревизору”. Пьеса и является этим зеркалом, в которое должен был посмотреться зритель, чтобы увидеть и искоренить свои никчемные страсти. Гоголь считал, что, лишь указывая людям на их недостатки, он может исправить их и оживить души. Нарисовав страшную картину их падения, он заставляет читателя ужаснуться и задуматься. В “Вечерах на хуторе близ Диканьки” кузнец Вакула “малюет черта” с мыслью о спасении. Подобно своему герою Гоголь продолжает изображать чертей во всех последующих произведениях, чтобы с помощью смеха пригвоздить к позорному столбу пороки человеческие. “В религиозном понимании Гоголя черт есть мистическая сущность и реальное существо, в котором сосредоточилось отрицание Бога, вечное зло. Гоголь как художник при свете смеха исследует природу этой мистической сущности; как человек оружием смеха борется с этим реальным существом: смех Гоголя - борьба человека с чертом”, - писал Мережковский. Хочется добавить, что смех Гоголя - это и борьба с адом за “душу живую”.  

       “Ревизор” не принес желаемого результата, несмотря на то, что пьеса имела большой успех. Современники Гоголя не смогли оценить ее значение. Задачи, которые писатель пытался решить путем воздействия через театр на зрителя, не были выполнены. Гоголь осознает необходимость иной формы и иных путей воздействия на человека. Его “Мертвые души” - это синтез всех возможных путей борьбы за души человеческие. Произведение вмещает в себя как прямой пафос и поучения, так и художественную проповедь, иллюстрированную изображением самих мертвых душ - помещиков и городских чиновников. Лирические отступления также придают произведению смысл художественной проповеди и подводят своеобразный итог изображенным страшным картинам жизни и быта. Апеллируя ко всему человечеству в целом и рассматривая пути духовного воскресения, оживления, Гоголь в лирических отступлениях указывает на то, что “тьма и зло заложены не в социальных оболочках народа, а в духовном ядре” (Н. Бердяев). Предметом изучения писателя и становятся души человеческие, изображенные в страшных картинах “недолжной” жизни.  

       Уже в самом названии “Мертвых душ” Гоголем определена его задача. Последовательное выявление мертвых душ на “маршруте” Чичикова влечет за собой вопрос: в  чем причины той мертвечины? Одна из главных состоит в том, что  люди забыли свое прямое назначение. Еще  в “Ревизоре” чиновники уездного города заняты всем, чем угодно, но только не своими прямыми обязанностями. Они  представляют собой скопище бездельников, сидящих не на своем месте. В судебной конторе разводятся гуси, разговор вместо государственных дел идет о борзых собаках, а в “Мертвых душах” глава и отец города губернатор занят вышивкой по тюлю. Люди эти потеряли свое место на земле, это уже указывает на некоторое их промежуточное состояние - они между жизнью земной и жизнью потусторонней. Городские чиновники в “Мертвых душах”, “Шинели” также заняты лишь пустословием и бездельем. Вся заслуга губернатора города N состоит в том, что он посадил “роскошный” сад из трех жалких деревьев. Стоит отметить, что сад как метафора души часто используется Гоголем (вспомним про сад у Плюшкина). Эти три чахлых деревца - олицетворение душ городских обитателей. Души их так же близки к смерти, как эти несчастные посадки губернатора. Помещики “Мертвых душ” тоже забыли о своих обязанностях, начиная с Манилова, который вообще не помнит, сколько у него крестьян. Ущербность его подчеркивается детальным описанием его быта - недоделанными креслами, вечно пьяной и вечно спящей дворней. Он не отец и не хозяин своим крестьянам: настоящий помещик, по патриархальным представлениям христианской России, должен служить нравственным примером для своих детей- крестьян, как сюзерен для своих вассалов. Но человек, забывший Бога, человек, у которого атрофировалось понятие о грехе, никак не может быть примером. Обнажается вторая и не менее важная причина омертвления душ по Гоголю - это отказ от Бога. По дороге Чичикову не встретилась ни одна церковь. “Какие искривленные и неисповедимые пути выбирало человечество”, - восклицает Гоголь. Дорога России видится ему ужасной, полной падений, болотных огней и соблазнов. Но все-таки это дорога к Храму, ибо в главе о Плюшкине мы встречаем две церкви; готовится переход ко второму тому - Чистилищу из первого - адского.  

       Этот  переход размыт и непрочен, как  и намеренно размыта Гоголем  в первом томе антитеза “живой - мертвый”. Гоголь намеренно делает нечеткими  границы между живым и мертвым, и эта антитеза обретает метафорический смысл. Предприятие Чичикова предстает  перед нами как некий крестовый  поход. Он как бы собирает по разным кругам ада тени покойников с целью  вывести их к настоящей, живой  жизни. Манилов интересуется, с землей ли хочет купить души Чичиков. “Нет, на вывод”, - отвечает Чичиков. Можно  предположить, что Гоголь здесь имеет  в виду вывод из ада. Именно Чичикову дано сделать это - в поэме он один имеет христианское имя - Павел, которое  еще к тому же намекает на апостола Павла. Начинается борьба за оживление, то есть за превращение грешных, мертвых  душ в живые на великом пути России к “хранине, назначенной царю в чертог”. Но на этом пути встречается “товар во всех отношениях живой” - это крестьяне. Они оживают в поэтичном описании Собакевича, потом в размышлениях Павла Чичикова как апостола и самого автора. Живыми оказываются те, которые положили “душу всю за други своя”, то есть люди самоотверженные и, не в пример забывшим о своем долге чиновникам, делавшие свое дело. Это Степан Пробка, каретник Михеев, сапожник Максим Телятников, кирпичник Милушкин.  

       Оживают крестьяне при переписывании  Чичиковым списка купленных душ, когда сам автор начинает говорить голосом своего героя. В Евангелии сказано: “кто захочет спасти душу свою, тот ее и потеряет”. Вспомним опять-таки Акакия Акакиевича, который пытался сэкономить на чем угодно, лишь бы заполучить замену живой души - мертвую шинель. Его смерть, хоть она и вызывает сочувствие, не была переходом в лучший мир, а только превратила его в бесплодную тень, наподобие теней-призраков в царстве Аида. Так, житийная оболочка этой повести наполнена вовсе не житийными подвигами. Весь аскетизм и все отшельничество Акакия Акакиевича направлены не на спасение души, а на получение эрзаца шинели. Ситуация эта также обыгрывается в повести “Иван Федорович Шпонька и его тетушка”. Там во сне героя жена превращается в материю, из которой “все шьют сюртуки”. Слово “жена” в произведениях Гоголя часто замещается словом “душа”. “Душа моя”, - обращаются к своим женам Манилов и Собакевич.  

       Но  движение в сторону омертвления  в “Шинели” (Акакий Акакиевич становится тенью) и в “Ревизоре” (немая  сцена), в “Мертвых душах” используется как бы с обратным знаком. История  Чичикова также дана как житие. Маленький  Павлуша в детстве всех поражал  своей скромностью, но затем он начинает жить только “для копейки”. Позднее  Чичиков предстает перед обитателями  города N как некий Ринальдо Ринальдини или Копейкин, защитник несчастных. Несчастные - это души, обреченные адским страданиям. Он кричит: “Они не мертвые, не мертвые!” Чичиков выступает их защитником. Примечательно, что Чичиков даже возит с собой саблю, как апостол Павел, у которого был меч.  

       Самое знаменательное превращение происходит при встрече апостола Павла с  апостолом-рыболовом Плюшкиным. “Вон наш рыболов пошел на охоту”, - говорят о нем мужики. В этой метафоре заложен глубокий смысл  “вылавливания душ человеческих”. Плюшкин, в рубище, как святой подвижник, вспоминает о том, что он должен был  “вылавливать” и собирать вместо бесполезных вещей - эти души человеческие. “Святители мои!” - восклицает он, когда  эта мысль озаряет его подсознание. Читателю также сообщается житие  Плюшкина, что в корне отличает его от других помещиков и сближает с Чичиковым. Из мира античности Чичиков  попадает в мир раннехристианский двух церквей Плюшкина. Используются платоновские ассоциации уподобления души человека упряжке коней (гравюра в доме Плюшкина), вылезающих из грязи. Чичиков и представляет Плюшкина где-то у церковных дверей.  

       Лирическая  стихия после посещения Плюшкина Чичиковым все больше и больше захватывает роман. Одним из самых  одухотворенных образов является губернаторская дочка, ее образ написан совсем в  другом ключе. Если Плюшкину и Чичикову еще предстоит вспомнить о  своем назначении спасения душ, то губернаторская дочка, подобно Беатриче, указывает путь к духовному преображению. Такого образа нет ни в “Шинели”, ни в “Ревизоре”. В лирических отступлениях вырисовывается образ другого мира. 

2.1 Цель жизни Чичикова. Завет отца 

       Вот что писал В.Г. Сахновский в своей книге «О спектакле «Мёртвые души»: 

«…Известно, что  Чичиков был, не слишком толст, не слишком тонок; что, по мнению одних, он даже смахивал на Наполеона, что  он обладал замечательным свойством  поговорить с каждым как знаток того, о чём он приятно беседовал. Целью  Чичикова в общении было произвести самое благоприятное впечатление, расположить и внушить к себе доверие. Известно также, что у Павла  Ивановича есть особое обаяние, которым  он преодолел две катастрофы, которые  повалили бы иного с ног навсегда. Но главное, что характеризует Чичикова – это его страстное влечение к приобретательству. Стать, что  называется, «человеком с весом в  обществе», будучи «человеком сан фасон», без роду и племени, который носится  как «барка какая-нибудь среди свирепых волн», – вот основная задача Чичикова. Добыть себе прочное место в жизни, не считаясь ни с чьим и не с каким  интересом, общественным и частным, – вот в чём заключено сквозное действие Чичикова. 

       И всё, что ни отзывалось богатством и  довольством, производило на него впечатление, непостижимое им самим, – пишет о  нём Гоголь. Отцовское наставление  – «береги и копи копейку» –  пошло ему впрок. Им не владели  скряжничество или скупость. Нет, ему мерещилась впереди жизнь  со всякими достатками: экипажи, дом, отлично устроенный, вкусные обеды. 

       «Всё  сделаешь и всё прошибёшь на свете копейкой, – завещал Павлу Ивановичу его отец. Он усвоил это на всю жизнь. «Самоотвержение, терпение и ограничение нужд показал он неслыханное». Так написал Гоголь в Биографии Чичикова (Глава XI). 

       …Чичиков  приходит, чтобы отравлять. Есть зло, которое катится по Руси, как Чичиков  на тройке. Какое это зло? Оно вскрывается  в каждом по-своему. На яд Чичикова в  каждом из тех, с кем он ведёт свои дела, есть своя реакция. Чичиков ведёт  одну линию, но у него новая роль с каждым действующим лицом. 

       …Чичиков, Ноздрёв, Собакевич и другие герои  «Мёртвых душ» – это не характеры, а типы. В этих типах Гоголь собрал и обобщил многие схожие характеры, выявляя во всех них общий жизненно-социальный уклад…» 

2.2 Что такое «мёртвые  души»? 

       Первичный смысл выражения «мертвые души»  таков: это умершие крестьяне, еще  числящиеся в ревизских списках. Без такого вполне конкретного значения был бы невозможен сюжет поэмы. Ведь странное предприятие Чичикова в  том и состоит, что он покупает умерших крестьян, числившихся живыми в ревизских списках. И что  юридически это осуществимо: достаточно лишь составить список крестьян и  оформить куплю-продажу соответствующим  образом, как будто предметом сделки являются живые люди. Гоголь воочию показывает, что в России властвует закон купли-продажи живого товара, и что такое положение является естественным и нормальным.  

       Следовательно, сама фактическая основа, сама интрига  поэмы, построенная на продаже ревизских  душ, была социальной и обличительной, как бы ни казался повествовательный  тон поэмы безобидным и далеким  от обличения. 

       Правда, можно вспомнить, что Чичиков  живых людей не покупает, что предмет  его сделки крестьяне умершие. Однако и здесь прячется гоголевская  ирония. Чичиков скупает мертвых  совершенно таким же образом, как  если бы он скупал живых крестьян, по тем же правилам, с соблюдением  тех же формальных и юридических  норм. Только цену при этом Чичиков  рассчитывает дать значительно меньшую - ну как бы за товар более низкого  качества, залежалый или подпорченный.  

       «Мертвые  души» - эта емкая гоголевская  формула начинает наполняться своим  глубоким, меняющимся смыслом. То это  условное обозначение умершего, словосочетание, за которым нет никакого лица. То эта формула оживает – и  за нею встают реальные крестьяне, которых  помещик властен продать или купить, конкретные люди. 

       Многозначность  смысла запрятана уже в самом  гоголевском словосочетании. Если бы Гоголь захотел подчеркнуть одно-единственное значение, то он, скорее всего, взял бы выражение «ревизская душа». Но писатель намеренно вынес в название поэмы  словосочетание необычное, смелое, не встречавшееся в обиходной речи.  

2.3 Кто является «мёртвыми  душами» в поэме? 

       «Мертвые  души» - это заглавие носит в себе что-то, наводящее ужас… Не ревизские - мертвые души, а все эти Ноздревы, Маниловы и прочие - вот мертвые души и мы их встречаем на каждом шагу», - писал Герцен.  

       В этом своем значении выражение «мертвые души» обращено уже не к крестьянам - живым и умершим, - а к хозяевам жизни, помещикам и чиновникам. И  смысл его метафорический, переносный. Ведь физически, материально, «все эти  Ноздревы, Маниловы и прочие» существуют и в большинстве своем процветают. Что может быть несомненнее, чем медведеподобный Собакевич? Или Ноздрев, о котором сказано: «Свет он был как кровь с молоком; здоровье, казалось, так и прыскало с лица его». Но физическое бытие еще не есть человеческая жизнь. Растительное существование далеко от настоящих духовных движений. «Мертвые души» обозначают в данном случае мертвенность, бездуховность. А проявляется эта бездуховность по крайней мере двояко. Прежде всего – это отсутствие каких-либо интересов, страстей. Помните, что говорится о Манилове? «От него не дождешься никакого живого или даже заносчивого слова, какое можешь услышать почти от всякого, если коснешься задирающего его предмета. У всякого есть свое, а у Манилова ничего не было. Большинство увлечений или страстей не назовешь высокими или благородными. Но у Манилова не было и такой страсти. У него вообще ничего своего не было. И главное впечатление, которое производил Манилов на собеседника – это ощущение неопределенности и «скуки смертельной». 

       Другие  персонажи – помещики и чиновники - далеко не так бесстрастны. Например, у Ноздрева и у Плюшкина есть свои страсти. Есть свой «задор» и у  Чичикова - задор «приобретательства». И у многих других персонажей есть свой «задирающий предмет», приводящий в движение самые разнообразные  страсти: алчность, честолюбие любопытство  и так далее.  

       Значит  в этом отношении «мертвые души»  мертвенны по-разному, в разной степени  и, так сказать, в разных дозах. Но в другом отношении они мертвенны  одинаково, без различия и исключений.  

       Мертвая душа! Это явление кажется противоречивым в самом себе, составленным из исключающих друг друга понятий. Разве может быть мертвая душа, мертвый человек, то есть то, что по природе своей одушевлено и духовно? Не может жить, не должно существовать. Но существует. 

       От  жизни остается некая форма, от человека – оболочка, которая, однако, исправно отправляет жизненные функции. И  тут нам открывается еще одно значение гоголевского образа «мертвые души»: ревизские мертвые души, то есть условное обозначение умерших  крестьян. Ревизские мертвые души – конкретные, оживающие лица крестьян, с которыми обходятся так, как  будто это не люди. А мертвые  духом – все эти Маниловы, Ноздревы, помещики и чиновники, мертвая форма, обездушенный строй человеческих взаимоотношений… 

       Все это грани одного гоголевского понятия  – «мертвые души», художественно  реализованного в его поэме. И  грани не изолированные, но составляющие единый, бесконечно глубокий образ. 

       Следуя  за своим героем, Чичиковым, переезжая  из одного места в другое, писатель не оставляет надежды найти таких  людей, которые бы несли в себе начало новой жизни и возрождения. Цели, которые ставит перед собой  Гоголь и его герой, в этом отношении  прямо противоположны. Чичикова интересуют мертвые души в прямом и переносном смысле этого слова – ревизские  мертвые души и люди, мертвые духом. А Гоголь ищет живую душу, в которой  горит искра человечности и справедливости. 

2.4 Кто такие «живые  души» в поэме? 

       «Мёртвым  душам» поэмы противопоставлены  «живые» – народ талантливый, трудолюбивый, многострадальный. С  глубоким чувством патриота и верой  в великое будущее своего народа пишет о нём Гоголь. Он видел  бесправие крестьянства, его приниженное  положение и то отупение и одичание, которые явились результатом  крепостного права. Таковы дядя Митяй и дядя Миняй, крепостная девочка Пелагея, не отличавшая, где право, а где лево, плюшкинские Прошка и Мавра, забитые до крайности. Но и в этой социальной подавленности Гоголь видел живую душу «бойкого народа» и расторопность ярославского мужика. Он с восхищением и любовью говорит о способности народа, смелости и удали, выносливости и жажде свободы. Крепостной богатырь, плотник Пробка «в гвардию годился бы». Он исходил с топором за поясом и сапогами на плечах все губернии. Каретник Михей создавал экипажи необыкновенной прочности и красоты. Печник Милушкин мог поставить печь в любом доме. Талантливый сапожник Максим Телятников – «что шилом кольнёт, то и сапоги, что сапоги, то и спасибо». А Еремей Сорокоплехин «одного оброку приносил по пятьсот рублей!». Вот беглый крепостной Плюшкина Абакум Фыров. Не выдержала его душа гнёта неволи, потянуло его на широкий волжский простор, он "гуляет шумно и весело на хлебной пристани, подрядившись с купцами". Но нелегко ему ходить с бурлаками, "таща лямку под одну бесконечную, как Русь, песню". В песнях бурлаков Гоголь слышал выражение тоски и стремление народа к другой жизни, к прекрасному будущему. За корою бездуховности, черствости, мертвечины бьются живые силы народной жизни – и то там, то здесь пробиваются на поверхность в живом русском слове, в веселье бурлаков, в движении Руси-тройки – залоге будущего возрождения родины. 

       Горячая вера в скрытые до времени, но необъятные силы всего народа, любовь к родине, позволили Гоголю гениально предвидеть ее великое будущее. 

3. Второй том «Мертвых  душ» - кризис в  творчестве Гоголя 

       «Мертвые  души», свидетельствует Герцен, «потрясли  всю Россию». Сам он, прочитав их в 1842 году, записал в дневнике: «...удивительная книга, горький упрек современной  Руси, но не безнадежный».  

       «Северная пчела», газета, издававшаяся на средства III Отделения личной канцелярии Николая I, обвинила Гоголя в том, что он изобразил  какой-то особый мир негодяев, который никогда не существовал и не мог существовать». Критики порицали писателя за одностороннее изображение действительности. 

       Но  помещики выдали себя сами. Современник  Гоголя, поэт Языков, писал родным из Москвы: «Гоголь получает отовсюду известия, что его сильно ругают русские помещики; вот ясное доказательство, что портреты их списаны им верно  и что подлинники задеты за живое! Таков талант! Многие прежде Гоголя описывали житье-бытье российского дворянства, но никто не рассерживал его так сильно, как он».  

       Вокруг  «Мертвых душ» закипели ожесточенные споры. В них решался, по выражению  Белинского, «вопрос столько же литературный, сколько и общественный». Знаменитый критик, однако, очень чутко уловил те опасности, которые ожидали Гоголя в дальнейшем, при выполнении обещаний продолжить «Мертвые души» и показать Россию уже « с другого боку». Гоголь не понимал, что его поэма  закончена, что «вся Русь» обрисована и что получится (если получится) другое произведение.  

       Этот  противоречивый замысел сформировался  у Гоголя к концу работы над  первым томом. Тогда писателю казалось, что новый замысел не противопоставляется  первому тому, а прямо выходит  из него. Гоголь еще не замечал, что  изменяет самому себе, ему хотелось исправить тот пошлый мир, который  он так правдиво нарисовал, и он не отказывался от первого тома. 

       Работа  над вторым томом шла медленно, и чем дальше, тем труднее. В  июле 1845 года Гоголь сжег написанное. Вот как сам Гоголь объяснил год спустя, почему был сожжен второй том: «Вывести несколько прекрасных характеров, обнаруживающих высокое благородство нашей породы, ни к чему не приведет. Оно возбудит только одну пустую гордость и хвастовство... Нет, бывает время, когда нельзя иначе устремить общество или даже все поколенье к прекрасному, пока не покажешь всю глубину настоящей мерзости; бывает время, что даже вовсе не следует говорить о высоком и прекрасном, не показавши тут же ясно... путей и дорог к нему. Последнее обстоятельство было мало и слабо развито во втором томе, а оно должно быть едва ли не главное; а потому он и сожжен...» 

       Гоголь, таким образом, увидел крушение своего замысла в целом. Ему кажется  в это время, что в первом томе «Мертвых душ» он изобразил не действительные типы помещиков и чиновников, а  свои же собственные пороки и недостатки, и что начать возрождение России надо с исправления нравственности всех людей. Это был отказ от прежнего Гоголя, вызвавший возмущение и близких  друзей писателя, и всей передовой  России.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.