На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Теория поля в практике гештальт-терапии

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 29.08.2012. Сдан: 2010. Страниц: 19. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


Министерство  образования и науки Российской Федерации 
 
 
 
 
 

Реферат
по Гештальт-консультированию
на тему:
«Теория поля в практике гештальт-терапии» 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Москва
2010 г. 

    Оглавление 

Введение

    "Старшие"  науки – физика, химия – часто  влияли на пути более молодых, типа психологии, предоставляя способы размышления о естественных феноменах и их постижении. Когда в физике и химии развиваются новые взгляды, почти неизбежно, с учетом базового единства всех наук, что они будут переняты менее зрелыми науками применительно к их специализации. Таким образом, неудивительно, что физические представления о поле, у истоков которых стоят имена Фарадея, Максвелла и Герца, исследовавших в девятнадцатом веке электромагнитное поле, нашедшие свою кульминацию в эйнштейновской теории относительности в двадцатом веке, внесли свой вклад в современное психологическое мышление. Следует, однако, отметить, что речь идет о методе репрезентации мира – именно он, а не сами физические понятия и явления, вошел в психологию.
    Первым  важным проявлением влияния физической теории поля в психологии явилось движение, известное как гештальтпсихология, у истоков которого стоят три немецких психолога – Макс Вертгеймер, Вольфганг Келер и Курт Коффка, основавшие его в годы, непосредственно предшествовавшие Первой Мировой войне. Главный принцип гештальтпсихологии заключается в том, что поведение определяется психофизическим полем, в котором оно укоренено.
    Хотя  гештальтпсихология – теория общепсихологическая, она в первую очередь связана  с проблемами восприятия, обучения, мышления, но не с личностью. Полевая теория личности, представленная в этой главе детище Курта Левина. Его теория испытала серьезное влияние гештальтпсихологии и психоанализа, но тем не менее абсолютно оригинальна.
    Курт  Левин родился 2 сентября 1890 года в деревушке прусской провинции Позен. Он был вторым из четырех детей; его отец содержал лавку. В 1905 году семья переехала в Берлин, где Левин завершил среднее образование. Затем он поступил в университет Фрайбурга, полагая изучать медицину, но вскоре отказался от этой идеи и, проведя семестр в Мюнхенском университете, в 1910 году вернулся в Берлин, чтобы изучать психологию в местном университете. Его главным учителем был Карл Штумпф, экспериментальный психолог с высокой репутацией. Получив в 1914 году докторскую степень, Левин в течение четырех лет служил в пехоте германской армии, проделав путь от рядового до лейтенанта. В конце войны он вернулся в Берлинский университет в качестве преподавателя и ассистента-исследователя Психологического института. Макс Вертгеймер и Вольфганг Келер, двое из трех основателей гештальтпсихологии, в то время также работали в Берлинском университете. В 1926 году Левин получил профессорство. За время пребывания в Берлинском университете Левин и его студенты опубликовали ряд блистательных экспериментальных и теоретических работ.
    Когда к власти пришел Гитлер, Левин работал  по приглашению профессором в  Стэндфордском университете. Он вернулся в Германию уладить свои дела, после  чего возвратился в Соединенные штаты, где и прожил остаток жизни. В течение двух лет (1933-1935 гг.) он был профессором детской психологии Корнуэлльского университета, после чего был приглашен в Государственный университет Айовы в качестве профессора психологии детского здоровья. В 1945 году Левин принял назначение на пост профессора и руководителя Исследовательского центра групповой динамики в Массачусетском технологическом институте. В то же время он становится руководителем Комиссии по общественным взаимоотношениям Американского еврейского конгресса, где осуществлялись исследования общественных проблем. Он умер неожиданно, от сердечного приступа в Ньютонвилле, Массачусетс, 12 февраля 1947 года в возрасте 56 лет.
    В годы, проведенные в Соединенных  Штатах, Левин привлек многих студентов, часть которых стали известными психологами. Как человек, Левин был очень демократичен, дружелюбен, энергичен, обладал особой силой вдохновения. На каждого, входившего с ним в контакт, он производил глубокое впечатление.
    Многие  психологи того же ранга, что и Левин, считают его одной из самых блистательных фигур в современной психологии (G. W. Allport, 1947, Tolman, 1948). Его теоретические труды (Lewin, 1935а, 1936а, 1938, 1951) и экспериментальная работа оставили неизгладимый след на путях развития психологии. В первую очередь Левин отстаивал применение теории поля во всех отраслях психологии. Для Левина теория поля – не новая психологическая система, ограниченная определенным содержанием; это – система представлений, позволяющих отразить психологическую реальность (1936а, сс. 6-7). Эти представления должны быть достаточно широки, чтобы применяться в отношении всех родов поведения, и в то же время достаточно специфичны, чтобы репрезентировать определенного человека в конкретной ситуации. Левин также характеризовал теорию поля как "метод анализа каузальных отношений и построения научных конструктов" (1951, с. 45).
    Главные черты теории поля Левина можно представить  следующим образом: 1) поведение –  функция поля, существующего во время  поведения, 2) анализ начинается с целостной ситуации, из которой дифференцируются компоненты; 3) конкретного человека в конкретной ситуации можно представить математически. Левин также выделяет в качестве детерминант поведения лежащие в его основе силы (потребности) и отдает предпочтение психологическому описанию поля, противопоставляя его физическому или физиологическому описанию. Поле определяется как "тотальность сосуществующих фактов, которые мыслятся как взаимозависимые" (Lewin, 1951, с. 240).
    Представления теории поля применялись Левином к широкому кругу психологических и социологических феноменов, включая младенческое и детское поведение (Lewin, 1951, гл. X), поведение подростка (Lewin, 1951, гл. VI), умственно отсталых (1935, гл. VII), к проблемам малых групп (1935, с. 946), национальным различиям характера (1936b) и групповой динамике (Lewin, 1948). Левин, подобно многим теоретикам личности, не замыкался в башне из слоновой кости, отворачиваясь от проблем мира. Человек высоких гуманистических и демократических ценностей, он пытался повлиять на некоторые проблемы, с которыми сталкивается человечество, предпринимая исследования особого типа – они известны как действенные исследования. Действенные исследования имеют своим объектом изменение социальных условий. Примеры действенных исследований Левина и его сотрудников представлены в работах: Bavelas and Lewin (1942), Lewin (1943, 1946, 1947, 1948).  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Понятие психологического  пространства в  гештальтпсихологии

    Как отдельное направление гештальтпсихология сформировалась в 1912 г. Она явилась своеобразной реакцией на распространенное представление о сознании как совокупности отдельных элементов: ощущений, восприятий, представлений.
    Центральной идеей в гештальтпсихологии выступает  проблема целостности. Целое можно представить и как сумму, т.е. выразить в так называемой суммативной системе, и как исходное, имманентно присущее психической реальности свойство. Гештальтпсихология пошла по второму пути, т.е. именно целостные образы объявила психической реальностью, а отдельные ощущения лишь продуктом научного анализа.
    Гештальтпсихология  берет свое начало с работы Макса Вертгеймера, посвященной исследованию восприятия кажущегося, или стробоскопического, движения. В эксперименте испытуемому предъявляли две светящиеся линии, расположенные на некотором расстоянии друг от друга. Сначала зажигалось левое изображение, а затем - правое. Если интервал времени был очень мал, то глаз испытуемого не успевал отследить последовательность предъявления объектов и видел одновременно две линии, каждую на своем месте. При большом интервале испытуемый видел, как сначала загорается линия слева, а затем - справа. Если же время предъявления от одной линии до другой было средним (около 60 мс), испытуемый наблюдал передвижение линии из левого положения в правое. Это было только кажущееся движение, т.к. на самом деле такого движения, естественно, не было. 
          Этот феномен не может быть объяснен исходя из прежних взглядов на психическое, т.к. ранее появление такого качества объяснялось наличием элементарных ощущений. Но поскольку таких ощущений не было, то вся система доказательств нарушалась. 
          Этим экспериментом было показано, что целостность восприятия нельзя объяснить суммой отдельных элементов - ощущений. Сначала эти феномены объяснялись действием физиологических процессов. Но затем, перенеся многие интерпретации процессов восприятия на закономерности всей психики, гештальтпсихологи стали утверждать, что психика человека - целостное образование, основными компонентами которого являются фигуры, т.е. те части поля, которые как бы выделяются, и фон - задний план, на котором воспринимаются эти фигуры. Они являются частью целого, структура которого гибка, т.к. фигура может стать фоном и наоборот.

    Психика функционирует по принципу образования  гештальтов (Gestalt в переводе с немецкого  языка означает форму, структуру) - целостных  образований, выступающих, как фигуры, на некотором фоне. Гештальт - организованное целое, свойства которого не могут быть получены из свойств частей. В гештальтпсихологии были определены факторы, которые влияют на образование гештальтов. Это - фактор близости частей поля, фактор сходства, фактор хорошей фигуры (например, по параметру симметричности). Множество элементов, движущихся с одинаковой скоростью по одной траектории воспринимаются как единый движущийся объект.
    Интересные  факты, говорящие о целостности  восприятия и ошибочности представлений об этой целостности лишь как о мозаике ощущений, были получены датским психологом Рубином, изучавшим феномен фигуры и фона. Экспериментальным материалом служили двойственные изображения. "Фигура" всегда воспринимается как замкнутое, выступающее вперед целое, а фон как нечто, находящееся сзади. 
          Гештальтпсихологи объясняли полученные феномены спецификой устройства самого образа, который стремится быть "хорошим", отчетливым, замкнутым, и не давали причинного объяснения этих явлений.

    Основные  представители этого направления (М. Вертгеймер, В. Келлер, К. Коффка) переносили особенности восприятия и на особенности  мыслительной деятельности, и на закономерности развития личности (К. Левин). Вертгеймер интерпретировал эффективность мыслительной деятельности, используя типичные для гештальтистов понятия - реорганизация, группировка, центрирование, и связывал ее со способностью реорганизации условия задачи в динамическом поле.
    К. Келлер проводил свои опыты на человекообразных обезьянах. Им создавались ситуации, где животные должны были достигнуть цели, используя обходные пути. Келлер проверял гипотезу о том, достигает  ли животное цели за счет хаотичных  движений, либо оно схватывает отношения в результате инсайта, озарения. Решение задачи, согласно Келлеру, происходит вследствие объединения отдельных условий в единый гештальт.
    Своими  новыми воззрениями на психику и  на отдельные функции - восприятие, мышление гештальтисты выступили против структурализма, главным принципом которого был принцип первичности части над целым.
    Ключевым  понятием для гештальтпсихологов является понятие динамического поля, элементы которого взаимосвязаны, и изменение напряжения в одном из пунктов немедленно порождает тенденцию к устранению этого напряжения и восстановлению динамического равновесия. В основе понимания динамического поля лежали представления современной физики того времени (Фарадей, Максвелл, Герц) о физическом, электромагнитном поле. Это были не реальные элементы поля, а его образ, ментальная репрезентация. Проблема поля интересовала гештальтпсихологов в связи с решением проблемы целостности психики и анализа психических феноменов с позиции распределения сил, динамики, направления движения. 
          Курта Левина обычно не относят к
гештальтпсихологии как таковой, но считают, что многие идеи гештальтпсихологии отразились и на его работах. В первую очередь речь идет о феномене динамического поля и так называемом галилеевском способе мышления. 
          Для перестройки психологии Левин обращается к естественным наукам, прежде всего к физике. Он считал, что в психологии должна быть проведена перестройка самого типа психологического мышления. Следует перейти от "вещных понятий" к реляционным (относительным). 
          Свою позицию он выразил в статье "Переход от аристотелевского к галилеевскому способу мышления в биологии и психологии", опубликованной в 1931 г. Аристотелевская физика базировалась не на эксперименте и математических подсчетах, а на выделении из отдельных случаев некоторой общей тенденции. Аристотель придавал собственное значение каждому объекту, обладающему, по его мнению, стремлением к заданной цели. Способ мышления Галилея был иным. Он показал зависимость движения объектов от внешних условий, от пространственно-временного контекста.

    Левин утверждал, что психология задержалась  на аристотелевском уровне мышления, т.к. она ищет причины (детерминанты) поведения внутри отдельного индивида. Так же как и при аристотелевском типе мышления, в психологии имеется тенденция к разделению психических свойств на классы. Индивидуальные особенности и нюансы игнорируются и исключаются из анализа.
    Такие замечания не были справедливыми по отношению к исследованию действия и образа, поскольку изучение действия шло в русле рефлекторной теории, а образа - в русле гештальтпсихологии, в схемах интерпретации поведения которых отсутствовала некая скрытая внутренняя цель.
    Левиновские замечания относились к совершенно определенной области - к сфере мотивов и потребностей. Применительно к мотиву психология использовала античный способ мышления. Целью Левина стало утверждение галилеевского способа мышления в мотивации. 
          Несмотря на некоторые общие идеи с гештальтпсихологами, теорию поля Курта Левина следует отличать от этого направления. Главной категорией гештальпсихологов был образ, а для Левина таким понятием стал мотив. Конечно, эти категории относятся к одной реальности - психической, но тем не менее у гештальтистов образ рассматривался в отрыве от мотивации, а мотивация у Левина отрывается от предметно-смыслового содержания ситуации, т.к. это содержание может выступать только в форме образа, которым Левин не занимался. Понятие поля у Левина охватывает внутренний (человека) и внешний (окружающее) факторы.

2. Теория поля в  гештальт-терапии

2.1. Основные принципы теории поля

    Пять  основных принципов теории поля: 
 
1. Принцип организации.  
2. Принцип единовременности.  
3. Принцип сингулярности (единственности).  
4. Принцип изменяющегося процесса.  
5. Принцип возможной значимости.

    1. Принцип организации
    Понимание исходит из взгляда на всю ситуацию, тотальность сосуществования фактов. Левин пишет: "Возникнет ли определенный тип поведения или нет, зависит не от наличия или отсутствия одного факта или множества фактов, рассматриваемых в отдельности, но лишь в констелляции (структуре и силах) особого поля как целого. "Значение" единичного факта зависит от его положения в поле" (Lewin, 1952, pр. 150).
    Все взаимосвязано, и значение получается из всей целостной ситуации.
    Если  бы, пока я говорю, неподалеку взорвалась бомба, то произошло бы большое количество изменений в поле. Вы бы прекратили здесь сидеть, а я остановил  бы лекцию, мы бы полностью реорганизовались. Все внутри этой новой полевой структуры приобретет другое значение. Эта комната могла бы превратиться во временный госпиталь, либо командный пункт неотложной помощи, а то и в морг. Свойства вещей определены контекстом их использования. Мы могли бы обнаружить, что мы составили стулья для организации временных кроватей для раненых, столы могли бы стать носилками. Значение определяется контекстом использования вещей в "совокупности … особого поля как целого" (Lewin, 1952, pр. 150).
    Иными словами, едва ли имеет смысл думать о свойствах объектов, как о чем-то устойчивом и неизменном. Характеристики объектов определяются, скорее, общей организацией всецелого значения и смысла, "расставляющего акценты" на тех или иных конкретных особенностях.
    Конечно, большую часть времени поле, структурированное так, как сейчас, остается постоянным: лекционная комната сохраняет свои каждодневные функции как лекционная комната, включая обычные ожидания того, как могли бы быть использованы, ее мебель и пространство. Следовательно, поля отличаются по континууму того, является ли их организация знакомой или новой. С одной стороны, функции могут быть "встроены" в кирпичи и архитектурные решения, с другой стороны, структура может быть по-новому сымпровизирована для изменяющихся и промежуточных целей текущего момента. Иначе говоря, "структура" и "функция" не строго разделены, а наоборот, обе являются попытками выразить свойства взаимосвязанного целого.
    Несколько слов о случайности. Большинство из того, что может показаться случайным или нелогичным, на самом деле является фактом организованным (закономерным): то есть, значимым в некотором контексте, который частично или полностью нами не осознан. Если мы заметим человека, почесывающего колено, пощипывающего собственный мизинец, или просто суетящегося, мы порой обращаем внимание на эти обычные либо преходящие эпифеномены. Мы поступаем так, потому что знаем из опыта, что эти события чаще всего далеко не тривиальны: при дальнейшем исследовании мы обнаружим, что они являются частью большой схемы, возможно, незавершенной ситуации, в которой импульс был ретрофлексирован. Значение маленького события обнаруживается в контексте более широкой ситуации, которая и проясняет это событие. Поведение и феноменологический опыт, рассматриваемые как часть целого поля, или в конкретном контексте, оказываются организованными, закономерными и имеющими значение. 

    2. Принцип единовременности
    Этот  принцип указывает на факт того, что существует группа факторов в  настоящем поле, которые определяют и "объясняют" поведение в настоящий момент. Нет какой-то особенной специфической связи с событием прошлого, которое во многих других системах расценивается как предопределяющее события настоящего. Таким же образом, будущим события, которые человек планирует и о которых фантазирует, не приписывается специальный статус "цели" или "побудительной причины" того, что, как нам кажется, случается в настоящем.
    Левин указывает, что характер ситуации в  данное время может включать прошлое-помнимое-сейчас или будущее-предвидимое-сейчас, которые формируют часть экспериментального поля личности в настоящем. "Индивид видит не только его настоящую ситуацию, у него также есть определенные ожидания, желания, страхи, мечты по поводу будущего" (Lewin, 1952, pр. 53). Такие идеи, вместе с его понятиями о прошлом, составляют часть его настоящей реальности: "…психологическое прошлое и психологическое будущее одновременно являются составляющими психологического поля в данный момент времени. Перспектива времени постоянно меняется. Исходя из теории поля, любой тип поведения зависит от всего поля, включающего в себя временную перспективу в это время, в текущий момент, но не от любого поля прошлого или будущего и их временной перспективы. (Lewin, 1952, pр. 54).
    Отнюдь не актуальные события прошлого или будущего тревожат и беспокоят нас, потому что условия поля прошедшего времени не существуют более. Время изменилось, изменилось и поле.
    Мы  можем заметить здесь, сколь радикально отличается данная концепция каузальности от общепринятой в нашей культуре и в других направлениях психотерапии. Внимание акцентируется на переживании настоящего, не объясняя феномен, ссылаясь на его прошлые или будущие причины. Вместо этого, скорее, важно то, "что происходит сейчас", чем "что было" или "что будет", не потому, что мы хотим игнорировать историю Клиентки или ее будущие планы (например, опыт сексуального насилия над ней в прошлом или планы на замужество) но потому, что наше внимание направлено, в случае насилия, в первую очередь, на то, как оно вспоминается, или какое оно имеет сейчас значение, а, в случае с планами на замужество, мы интересуемся не столько самими планами, сколько тем, как они определяют часть ее настоящей действительности, или используя термины Левина, ее "жизненное пространство".
    Рассматривая  этот пример далее, мы можем видеть, что в самой терапии, собственно человек и присутствие терапевта также формируют часть настоящего поля. Припоминание или предвидение (прошлого насилия или будущей женитьбы соответственно) таким образом, имеют место в контексте настоящего дня человека, в котором также, в большей или меньшей степени, есть и доверие к терапевту, много или мало поддержки от терапевта, и где у терапевта могут быть более или менее ясные границы. Эти одновременные обстоятельства с неизбежностью являются частью настоящего поля, и, в свою очередь, будут влиять на то, каким именно образом прошлое и будущее будут проявляться так же, как и отклики прошлого опыта влияют на общую ситуацию (возможно, на курс терапии в целом). гештальт-терапия как феноменологический подход, т.о. рассматривает события актуального настоящего внутри самой терапевтической ситуации.
    3. Принцип сингулярности
    Каждая  ситуация и каждое поле "человек-ситуация" являются уникальными. И пусть некоторые  психологи пытаются отыскать нечто "общее", подвести уникальный опыт под некие генерализованные законы, наш непосредственный личный опыт свидетельствует об ином. Обстоятельства никогда не бывают одинаковыми для всех, и у каждого человека неизбежно возникает своя перспектива и точка зрения, даже если несколько человек оказались в одном и том же месте в одно время. Все мы вместе находимся в данной лекционной комнате, но наши актуальные феноменологические переживания различны. Как мы неоднократно наблюдали в группах, интересы и фокусы внимания людей весьма различны, в зависимости от их "фона" неоконченных дел, текущих потребностей, распространяющихся на текущие заботы. Похожим образом, каждый, кто слушает или читает то, что я говорю, делает свои собственные выводы, принимая во внимание одни вещи и игнорируя другие. Значения будут индивидуально разными, и выводы - не идентичными.
    Таким образом, обобщения (генерализации) неточны. Они привносят порядок и предсказуемость, которые часто отрывают внимание от того, "что есть". Фрустрирующим  моментом для новичков в гештальт-терапии, желающих получить ответ на вопрос "как вы работаете с анорексиями в гештальте?", является ответ, что нет общих процедур, которые вывели бы из состояния анорексии. Вместо этого терапевт будет обращать внимание на индивидуальные обстоятельства, на уровень самоподдержки клиента, степень его осознанности, характер сопротивлений, неотложность текущих потребностей и того, как человек прерывает контакты. Из множества аспектов всей ситуации в настоящем терапевт может сосредоточиться лишь на некоторых, имеющих отношение к делу. Уважение к сингулярности, единственности каждой совокупности событий для каждого человека требует, таким образом, как уважения, так и стремления терпеть неоднозначность и неуверенность. Обобщение (генерализация), привносящая требуемую "похожесть" и "общность", - путь к преждевременному априорному структурированию переживаемой реальности, что легко может привести к "обнаружению" того, что ищет исследователь.
    4. Принцип изменяющегося  процесса
    Этот  принцип относится к полю, подверженному постоянным изменениям: "нельзя в одну и ту же реку войти дважды". В то время как принцип сингулярности акцентировал потребность в уникальном отношении к уникальному событию, принцип изменяющегося процесса постулирует, что опыт скорее временен, чем постоянен. Ничто не является зафиксированным или абсолютно статичным.
    Даже  для одного и того же индивида поле заново конструируется в каждый момент времени. Мы не можем дважды иметь  в точности идентичный опыт. Как  отмечал Уильям Джеймс (James, 1905): "Очевидно и явно, что состояние нашего сознания никогда не бывает одним и тем же… Когда идентичный факт вновь повторяется, мы вынуждены смотреть на него свежим взглядом, видеть его под несколько другим углом, понимать его в отношениях, отличных от тех, в которых он последний раз появлялся".
    "Timing - это все" - это теоретическая  аксиома работы гештальта. У  нас у всех есть опыт ситуаций, когда специфическое вмешательство  (интервенция), совершенное в определенное  время, кажется абсолютно "правильным" ("эстетическое" суждение), т.е., оно адекватно воспринимается и полезно для клиента. Равным образом, у всех практикующих терапевтов случалось, что вмешательство запаздывает на мгновение или два, когда опыт индивидуума или группы уже изменился, и интервенция являлась отвлечением, или, если вмешательство было немного преждевременным, это не позволило клиенту получить его собственный опыт и смысл.
    В более длительных отношениях также  существует необходимость "отвечать требованиям времени". Реальность разворачивается всякий раз непредсказуемо, и то, что было точно известно, может больше не являться аксиомой. Существует неизбежная "внутренняя" неопределенность в том, каким образом люди адаптируются к новым обстоятельствам, приспосабливаются к изменениям в их ситуации и научаются новым способам справляться с возникающими проблемами.
    "Полевое"  мышление т.о. является релятивистским. Если поле подвижно, если наше  восприятие реальности постоянно  изменяется, и стабильность и  равновесие поля заново создаются  шаг за шагом, очевидно, не существует абсолютно прерванных моментов (например, "Здесь восприятие заканчивается и начинается проекция") или фиксированных или/или дихотомий ("либо ты ассертивный человек, либо нет"). Жесткие и быстрые различия возникают в результате концептуализирования, классифицирования; они заложены в природе языка, а не собственно в феноменологическом опыте.
    Соответственно, гештальтисты избегают как категорий, которые зачастую превращаются в  ярлыки, так и описаний, которые  становятся фиксированными определениями в меняющихся ситуациях. Вместо того, чтобы делить людей на "ретрофлектов" и "неретрофлектов", мы предпочитаем рассматривать ретрофлексию как процесс, свойственный всем нам порой при определенных обстоятельствах. Даже тот, кто ретрофлексирует, не всегда делает это. Левин высказался по этому поводу: "Состояния и личностные обстоятельства связаны с поведением и могут быть рассмотрены и узнаны лишь в комбинированном определении поведения и ситуации".
    5. Принцип возможной  значимости
    Этот  принцип утверждает, что ни одна часть целого поля не может быть исключена заранее как внутренне незначимая, сколь обычной, мирской, вездесущей, несущественной она ни казалась бы. Все в поле является частью общей организации и потенциально значимо. гештальт-терапевты заинтересованы в "очевидном", что стало невидимым и автоматическим или само собой разумеющимся, как бы "не имеющим никакого отношения к…".
    Таким образом, в терапии, например, внешние  манеры, способ поведения, стиль речи могут быть рассмотрены большинством людей, включая клиента, как постоянные черты его/ее характера, устойчивые характеристики и поэтому, как бы, данные, не относящиеся к делу. Все же, в гештальт-терапии и в теории поля ничего нельзя исключить априори из исследования.
    Если  воспользоваться аналогией посещения выставки картин, то это будет похоже на то, как если бы гештальтист, знакомый с теорией поля, не остался доволен простым осмотром картин. Он был бы, по меньшей мере, открыт и готов увидеть стиль рамки или обратить внимание на контекст выставки в целом, как нечто, влияющее на восприятие картин.
    Эта открытость ко всему, что существует в поле, не является призывом к доскональному, утомительному исследованию всех факторов, влияющих на реальность человека или  группы. Это не является необходимостью: поле организовано определенным образом, и то, что наиболее важно и существенно, проявляется и обнаруживается в настоящем. Вместо тщательного исследования того, что есть в поле, внимание должно быть направлено на то, что интересно, что вспоминается или насыщено энергией сейчас. Это и будет показателем того, как организовано поле в данный момент. Смысл в том, чтобы для любой части поля сохранялся принцип возможной значимости.
    Проиллюстрировать это можно так: допустим, врач давал  пациенту объяснение его болезни, и для врача кажется важным то, насколько понятной будет его информация. На самом деле действительно важным может являться для пациента степень личной заинтересованности врача в нем, степень теплоты (либо ее отсутствия): это и будет составлять поле пациента, а отнюдь не информационная нагруженность рассказа врача. Подобное случается, когда мы, заранее решив, что важно на самом деле, обращая внимание на уже организованную программу, игнорируем моменты, становящиеся важными сейчас, в реальной действительности. Истина состоит в том, что мы должны быть открыты тому состоянию поля, которое есть на данный момент, и неважно, было ли оно ожидаемым или нет.
    И еще один важный аспект поля, который  порой оказывается незамеченным и невидимым, как бы не имеющим  отношения к делу - присутствие исследователя - наблюдателя - терапевта. "Наблюдатель" всегда является частью всей ситуации и не может быть исключен из нее. Аналогично тому, как в ранних гештальтистских группах наличие "горячего стула" неизбежно изменяло контекст происходящего в группе. Наличие видеокамеры также существенно влияет на всю ситуацию. Принцип возможной значимости напоминает нам о необходимости принятия в расчет всей ситуации целиком.
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.