На бирже курсовых и дипломных проектов можно найти образцы готовых работ или получить помощь в написании уникальных курсовых работ, дипломов, лабораторных работ, контрольных работ, диссертаций, рефератов. Так же вы мажете самостоятельно повысить уникальность своей работы для прохождения проверки на плагиат всего за несколько минут.

ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ 

 

Здравствуйте гость!

 

Логин:

Пароль:

 

Запомнить

 

 

Забыли пароль? Регистрация

Повышение уникальности

Предлагаем нашим посетителям воспользоваться бесплатным программным обеспечением «StudentHelp», которое позволит вам всего за несколько минут, выполнить повышение уникальности любого файла в формате MS Word. После такого повышения уникальности, ваша работа легко пройдете проверку в системах антиплагиат вуз, antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru. Программа «StudentHelp» работает по уникальной технологии и при повышении уникальности не вставляет в текст скрытых символов, и даже если препод скопирует текст в блокнот – не увидит ни каких отличий от текста в Word файле.

Результат поиска


Наименование:


реферат Иммануил Кант: история прошлого

Информация:

Тип работы: реферат. Добавлен: 07.09.2012. Сдан: 2011. Страниц: 6. Уникальность по antiplagiat.ru: < 30%

Описание (план):


 
 
 
 
 
 
 
 
Реферат
Иммануил  Кант: история прошлого 
 
 
 
 
 
 

 

    
Оглавление 

Введение 3 

Детство 4 

Университетские годы 6 

Первый вызов метафизикам 7 

Официальное признание заслуг Канта 8 

Обыденная жизнь и характер Канта 14 

Главные философские труды Канта, их значение, его последние годы 16 

Характер и значение философии Канта 19 

 

  

Введение

    Во  второй половине XVIII века – первой половине XIX века в Германии работали ученые-философы Кант, Фихт, Шеллинг, Гегель, Фейербах. Несмотря на различия их учения тесно связаны между собой узами преемственности: после Канта каждый из мыслителей этого направления опирался на воззрения своего предшественника и вдохновлялся творческими импульсами его наследия. В их учениях нашли выражение наиболее значительные идеи немецкой философской мысли рассматриваемого периода. К концу XVIII века учения Канта, Фихте, Шеллинга заняли ведущее в западноевропейской философии, а затем в полном своем развитии, завершаемом учениями Гегеля и Фейербаха, немецкая классическая философия всемирное историческое значение. Эту линию в развитии новой европейской мысли Энгельс назвал «немецкой классической философией».
    К числу крупнейших достижений немецких мыслителей от Канта до Фейербаха  относится уяснение того, отнюдь не очевидного факта, что при всем многообразии проблем у философии имеется  основной вопрос и он состоит в  определении отношения между  мышлением и бытием. В отличии  от английских, а особенно французских  философов XVIII века, стремившихся популяризировать свои учения среди возможно более широких слоев читателей и находивших подходящий для этого способ изложения, немецкие мыслители от Канта до Гегеля предназначали свои сочинения большей частью для весьма ограниченного круга читателей, состоящего из тех, кто профессионально занимается философией в качестве компетентных специалистов или в качестве готовящихся стать таковыми студентов. В традициях немецкой университетско-академической философии было создание трудных для восприятия сочинений, изобилующих абстрактными дедукциями и написанных сухим языком с массой понятных лишь посвященным специальных терминов в том числе вновь изобретаемых. Имея в виду немецких философов, Гегель с известной долью самокритичности отмечал; «О нас идет слава как о глубоких, но часто неясных мыслителях». Начиная с Канта, плеяда мыслителей первой величины предала небывалую интенсивность и глубину развитию немецкой философской мысли.
    Само  это развитие представляло собой  своего рода философскую революцию. Кант и другие философы вносили своими учениями радикальные новации в  развитии философской мысли: каждый из них даиалектически, то есть с сохранением определенной преемственности, отрицало предшествующее. Все названные мыслители сами считали себя радикальными новаторами в философии. Кант, созидая первую ступень немецкой классической философии в процессе преодоления ранее господствовавшей в Германии метафизике, полагал, что он вместе с тем совершает «коперниканскую революцию» по отношению ко всей предшествующей философии.  

Детство

    Иммануил  Кант родился в столице восточной  Пруссии Кенигсберг в семье выходцев из Шотландии. Шотландское происхождение  Канта, по крайней мере по отцовской  линии, представляет интерес в том отношении, что сближает Канта по крови с философом, наиболее родственным Канту по духу, а именно с Юмом. Отец Канта по ремеслу был седельным мастером, в доме которого двадцать второго апреля 1724 года родился Иммануил Кант. Из одиннадцати братьев и сестер Иммануил был четвертым; у него было три брата и семь сестер. Шестеро из одиннадцати умерли в раннем детстве.
    О родителях Канта известно немногое, и при том главным образом  лишь со слов самого Канта. Кант походил  на мать характером и телосложением: от нее он унаследовал слабую впалую грудь. С раннего детства Кант отличался слабым здоровьем. Мать нежно любила хилого ребенка, холила его и много занималась его воспитанием. Мальчик с малых лет обнаруживал острую наблюдательность и пытливость. Говорят, что мать, несмотря на свое неограниченное образование, значительно развивала пытливость мальчика. Гуляя с ним, она постоянно обращала внимание на окружающую природу, поясняя свои слова цитатами из псалмов и других мест Библии, в которых восхваляется благость и премудрость Творца. Таким образом, то доказательство бытия Божия, которые известны под названием физика теологического и которую Кант ценил даже после тог как отверг его, было ему известно в наивной и простодушной форме еще в младенческие годы. Все это чрезвычайно важно в психологическом отношении. Нравственное учение Канта также имеет несомненную психологическую связь с первыми впечатлениями его детства. Связь эту открыто признавал сам философ. На семьдесят четвертом году жизни он писал, что может относительно своего генеалогического дерева похвастать лишь одним, а именно: что и отец, и мать его были ремесленники, отличавшееся честностью, нравственной пристойностью, и образцовой порядочностью, не имея состояния, но зато и долгов, «и дали мне воспитание, которое с моральной точки зрения не могло быть лучше». По словам одного из старинных биографов, отец Канта требовал от детей труда и честности, в особенности избежания всякой лжи; мать требовала еще большего, именно святости. Вероятно, это и способствовало той непреклонной строгости, которую впоследствии обнаружил Кант в своем нравственном учении.
    Заметя  способности сына, мать решила, что  маленький Иммануил не должен продолжать занятия отца. С ее точки зрения, на вершине умственного развития стояли ее духовные учителя, поэтому мать Канта решила подготовить сына к духовному званию. Канту было менее десяти лет, когда он поступил в коллегию Фридриха, в которой господствовал пиитический дух. В особой церкви этого заведения богослово-пиитисты читали священную историю, произносили поучения и проповеди. Кант с матерью посещал молитвенные часы профессора Шульца, на которых произносились проповеди, возбуждавшие религиозный энтузиазм.
    У Канта было несколько товарищей, в том числе Вилькез и Труммер. Вилькез интересен потому, что  он чуть ли не первый занес идею Канта  в Россию, куда уехал став гувернером у детей князя Волконского. Труммер  был один из тех товарищей, к которым  Кант питал сильную привязанность. Он был единственным врачом, которому Кант доверял настолько, что согласился применять прописанные им слабительные пилюли – единственное лекарство признанное для себя Кантом.
    По  свидетельству современников ум у Канта, как и у Ньютона, развился сравнительно поздно. В нем не было признаков той ранней гениальности, которой отличались, например, Лейбниц  и Паскаль. Если не считать так  называемой «гениальной рассеянности», которой Кант, подобно Ньютону, отличался  с детства, то трудно указать признаки, которые характеризовали бы Канта в ранней юности как будущего реформатора философии. О рассеянности Канта сложилось немело анекдотов, из которых достаточно привести один. Еще в начальной школе он часто терпел от учителей за то, что являлся без книг, о чем обыкновенно вспоминал лишь в тот момент, когда входил в класс. Однажды он вывел из себя учителя заявлением, что он раньше забыл, куда положил книгу, но вспомнил об этом как раз в тот момент, когда его об этом спросили; учитель, конечно, не поверил и приписал это нежеланию учиться.
    Весьма  рано обнаружилась у Канта характеризовавшая  его способность побеждать свои душевные волнения. В детстве Кант, как и большая часть детей  хилых, слабогрудых и малокровных, не отличался особенной храбростью, но в минуту действительной опасности он сумел обнаружить удивительное присутствие духа. Восьмилетним мальчиком он однажды вздумал перейти через глубокую канаву с водою по перекинутому бревну. Не успел он пройти несколько шагов, как голова его закружилась. Он хотел вернуться назад, но бревно закачалось и готово было совсем скатиться. Тогда маленький Кант сделал над собой усилие и, стараясь не смотреть вниз, устремил глаза на одну точку по ту сторону канавы. Смотря пристально и не поддаваясь чувству страха он благополучно переправился на ту сторону.
    Победив в себе природную робость, зависевшую от деликатности его нервной организации, Кант не сумел в такой же степени отделаться от застенчивости. Это его качество изгладилось лишь в самых зрелых летах, перейдя постепенно в скромность, отличавшую Канта даже в то время, когда он был наверху своей славы.
 

  

Университетские годы

    Исключая  знания латинского языка и морального влияния богословских поучений, средняя школа ничего не дала Канту, и, быть может, даже задержала развитие его гения. Значительно благотворнее повлиял на него университет. В то время в Кенигсбергском университете находились крупные научные силы, и – что особенно было важно для Канта – как раз физико-математические науки, загнанные и униженные в коллегии Фридриха, здесь находились в большом почете. Из профессоров, оказавших особое влияние на Канта, необходимо указать на Мартина Кнутцена, читавшего философию и математику. Этот талантливый и трудолюбивый ученый был одним из первых в германии, взявших на себя задачу популяризировать бессмертные произведения Ньютона.
    Кнутцен поступил решительно и смело, допустив чисто физическое влияние или  «естественное взаимодействие между душой и телом, составляющее необходимое последствие естественного взаимодействия между всеми вещами в мире». Отношение между душой и телом было, с точки зрения Кнутцена, лишь частным случаем великого закона «действия равного противодействию», установленного (с чисто механической точки зрения) Ньютоном. Работы Кнутцена повлияли на Канта побудительным, но не убедительным образом. Механическое миросозерцание казалось Канту слишком узким, и, не принимая, безусловно, ни философии Лейбница, ни какой либо иной философской системы, Кант уже на первых порах обнаружил проницательный критический талант, не позволявший ему увлечься какой-либо односторонней догмой.
    Университетская карьера Канта находится в  тесной связи с его семейными  обстоятельствами. Еще до вступления в университет Кант потерял мать. Исполняя ее завет, Кант записался первоначально на богословский факультет и весьма усердно посещал лекции некоторых богословов. Так как Кант в начале своего студенческого поприща серьезно и добросовестно готовился к священническому званию, но постепенно пришел к убеждению, что не чувствует призвания к подобного рода деятельности. Между прочим, чтение пробных проповедей убедило его в слабости своего голоса. С увлечением следил Кант за лекциями Тески по физике. Изучение физико-математических наук дало умственной деятельности Канта совершенно новое направление. План его университетских занятий, в котором физико-математические науки перемешивались с богословием, с языкознанием и так далее, казался его товарищам настоящей загадкой.
 

  

Первый  вызов метафизикам

    Кант  провел на студенческой скамье пять лет (1740 – 1745 годы) – срок, который считался нормальным для студента со средними способностями. Таким образом, даже в университете Кант не успел ничем проявить своих особенных дарований и философской глубины мысли. Случай для этого представился вскоре после окончания им университетского курса. Первым появившемся в печати сочинением Канта была брошюра «Мысли об истинной оценке живых сил в природе».
    Сочинение это любопытно лишь с чисто  исторической и биографической точки  зрения, как первая проба пера гениального  философа. Здесь уже видна первая попытка решить вопрос о природе  пространства.
    Подобно своему любимому профессору Кнутцену, Кант решительно отстаивает учение Ньютона  о всемирном тяготении. В сложности  и искусственности системы Декарта  Кант видит доказательство ее ошибочности. «То мнение должно одержать верх, - говорит Кант, - которое описывает природу такою, какова она есть, то есть простою и без бесчисленных окольных путей». Таким образом, в первом произведении Канта уже намечен вопрос о необходимых границах познания. Самая постановка этого вопроса на научной почве была совершенно чужда и богословскому догматизму и метафизическому рационализму. Для богослова границей разума была вера, метафизик считал область познания безграничной. Надо было поставить вопрос, не может ли разум исследовать свои собственные границы? В постановке и решении этого вопроса состоит главная заслуга критической философии Канта.
 

  

Официальное признание заслуг Канта

    Ввиду отсутствия средств к жизни побудили Канта заняться домашним учительством и в течение девяти лет он преподавал в разных частных домах. Лично  для Канта наибольший интерес представляло его продолжительное пребывание в доме Кайзерлинга. Графиня Кайзерлинг урожденная имперская графиня фон Труксесс, была известна из умнейших и образованнейших женщин своего времени. Она высоко ценила Канта. Кант в свою очередь усвоил в доме графини изящные манеры, которыми впоследствии удивлял всех, ожидавших встретить глубокомысленного кабинетного мудреца.
    В 1755 году Канту удалось, наконец, Канту  удалось получить кафедру при  Кенигсбергском университете. Двенадцатого июня он представил на магистерскую степень его латинское сочинение «Об огне». Факультет единогласно провозгласил Канта магистром словесности. Двадцать седьмого сентября того же года Кант представил другое сочинение «О принципах метафизического познания», которую защищал публично, после чего получил кафедру философии. В апреле 1756 года Кант защищал сочинение «О физической монадологии».
    Эти две диссертации Канта находятся  в тесной связи с упомянутым юношеским  трактатом об измерении сил. Во всех физических трактатах Канта видна одна общая идея, а именно динамизм. Кант утверждает, что сцепление и упругость тел зависит от той же упругой материи, которая является причиной теплоты и огня. «Волнообразное движение этой материи, - пишет Кант, - и есть то, что получило название теплоты. Матери теплоты есть не что иное, как эфир, иначе называемой материей света». Этот эфир наполняет все промежутки или поры между частицами материи, которые своим взаимным притяжение сжимают эфир между ними находящийся.
    Любопытно рассуждение Канта о физической монадологии. Поставив себе задачу согласовать монадологию с физикой Кант выбрасывает за борт всякие «простые сущности» и откровенно объясняет, что будет иметь дело с «с физическими монадами», другими словами – с а омами. Монады неделимы, пространство, наоборот, делимо до бесконечности. Является вопрос, каким образом возможно существование монад в пространстве? Кант решает этот вопрос, заявляя, что монады есть сила, имеющая определенную силу действия. Таким образом, сила «наполняет пространство», оставаясь, однако, неделимою, подобно математической точки. Кант допускает постоянное взаимодействие притягательных и отталкивающих сил и этим способом объясняет непроницаемость и массу тел. Значительный интерес представляет рассуждение Канта об относительном движении. Кант отвергает существование абсолютного покоя и считает все движения относительными.
    В 1758 году стало вакантной кафедра  ординарной профессуры по логике и  метафизике. В начале этого русские  войска овладели провинцией Пруссией и двадцать второго января вступили в Кенигсберг. Все управление краем, включая и университетскую администрацию, попало в руки русского генерала (из немцев) барона фон Корфа. При таких обстоятельствах Кант должен был ожидать милости от русского правительства, и он обратился к императрице с всеподданнейшим прошение. Иммануил Кант умоляет всеподданнейше Ваше Императорское Величество всемилостивейше пожаловать ему освободившуюся кафедру.
    Судьба  этого прошения довольно поучительна. В одно время с Кантом той же кафедры добивался некий приват-доцент Букк, имеющий перед Кантом преимущество старшинства по университетской  службе. Генерал Корф поступил как  настоящий служака и предпочел  канту ничтожного Букка.
    Пять  лет находились русские войска в  Кенигсберге и это пребывание не осталось бесследно в истории русского развития. В то время вся русская интеллигенция несла военную службу и в числе офицеров, попавших в Кенигсберг, были не одни кутилы, но и люди мыслящие. Пребывание русских войск в прусских провинциях способствовало сближению русского общества с движение немецкой науки и философии. Между прочим, и Кант познакомился со многими русскими офицерами, и один из офицерских кружков предложил даже Канту читать для военных лекции по физике и физической географии. Вообще в это военное время Кант, потерпев неудачу со своим прошением, усиленно давал частные уроки по самым разнообразным предметам: он преподавал даже фортификацию и пиротехнику. С вступление на престол Петра III для Канта не сразу настали лучшие времена. По своем воцарении Петр III возвратил Фридриху II все, что было отнято у него войсками Елизаветы.
    Лишь  в 1770 году Кант наконец добился давно  желанной цели. Еще в ноябре предшествующего года он получил приглашение на ординарную кафедру в Эрланген. В январе 1770 года его звали в Йены. Кант собирался ехать в Эрланген, но вскоре в самом Кенигсберге открылась вакансия на ту самую кафедру которой он напрасно добивался в эпоху русского господства. Двадцатого августа 1770 года был знаменательный день в жизни Канта. Канту было уже 46 лет, тем нем не менее публичная защита сочинения, представленного им для получения профессорской кафедры, возбудила в нем юношеский пыл. Сочинение это было озаглавлено: «О форме и принципах чувственного и умственного мира». 1770 год во всех отношениях может считаться поворотным пунктом в жизни Канта. Перед ним открылось обширное поприще деятельности, и как раз в это время в уме Канта вырабатывались во вполне законченной форме начала его критической философии.
    Весной 1784 года Кант отметил свое шестидесятилетие. Юбилей застал его в расцвете духовных сил. Публичное чествование состоялось раньше срока – четвертого марта, в день окончания семестра. Студенты поднесли профессору памятную медаль. На ее лицевой стороне – портрет  юбиляра, на оборотной – аллегорическое изображение: наклонная Пизанская  башня со спущенным вниз лотом, а  у ее подножия – сфинкс. Идея принадлежала Мендельсону, который с трудом осваивал «Критику чистого разума». Образ башни, воздвигнутой философом, был заимствован из «Пролегоменов». Мендельсону кантовская философия представлялась постройкой, готовой рухнуть, он предложил поэтому следующую надпись: «Угрожает, хотя и не падает». Но намек был слишком прозрачен, пришлось выбрать другой текст: «Истина укрепляет исследование ее основ». Теперь лишь фигура сфинкса могла напомнить о необычности кантовских идей. Медаль юбиляру не понравилась. Особенно двусмысленная аллегория на обратной стороне.
    В «Пролегоменах» действительно говорилось о том, что человеческий разум  периодически строит башни, а затем разбирает их, чтобы обозреть устройство фундамента. Но к самому себе Кант это не относил: он начал с фундамента и, только убедившись в его прочности, стал строить дальше – ввысь и вширь.
    С этого времени деятельность Канта  характеризуется следующим образом: он предпринимает величайшую реформу, когда-либо задуманную со времени возникновения новой философии, и, идя спокойным, медленным, обдуманным шагом доводит ее до конца. С внешней стороны жизнь Канта с этих пор представляет мало замечательного. Он постепенно освобождается от механических занятий, вроде работы библиотекаря, и поднимается вверх по лестнице академических почестей, вступает сначала в университетский сенат, затем дважды сряду избирается на пост ректора университета и с 1792 года считается старейшиной философского факультета и целого университета. Что касается экономического положения Канта, оно остается всегда скромным, но, разумеется, о прежней нужде не может быть и речи. Наивысшее казенное жалование, какое получал когда-либо Кант, не превышало 620 талеров в год. Но, имея всегда значительное число слушателей, Кант получал порядочные гонорары от студентов, исключая бедных, которых сплошь и рядом он освобождал от всякой платы.
 

  
    Космическая гипотеза, защита оптимизма  и борьба с мистицизмом
    Литературная  деятельность Канта подразделяется немецкими историками философии  на два главных периода, на докритический  и критический. Историк Куно Фишер, особенно подробно изучивший историю развития философской системы Канта, видит в ней следующие периоды: предварительный (натурфилософский), когда Кант стоял еще на рационалистической точке зрения; затем эмпирический, вызванный влиянием Юма и вообще шотландской и английской философии; наконец, критический, когда Кант окончательно выступил на самостоятельный путь. Такое подразделение на периоды представляет удобство для изложения, но при этом следует иметь в виду, что самостоятельное отношение Канта к господствовавшим до него философским школам обнаруживается во всех его сочинениях, начиная с самого раннего труда об измерении сил. Почти в самом начале своего профессорского поприща Кант построил гениальную космогонию (учение об образовании солнечной и других систем), в течение долгого времени не оцененную учеными, пока наконец открытия Гершеля и математические исследования Лапласа не послужили основанием систем, по существу тождественных с теорией Канта.
    Кант  изложил свои космогонические взгляды  в сочинении озаглавленном «Всеобщая  естественная история и теория неба». Этот трактат, составивший эпоху в истории физической астрономии, на первых порах остался незамеченным. Кант сознавал трудность своей задачи. Ньютон открыл основной закон, позволяющий объяснить движение планет и был основателем небесной механики; но он не задавался вопросом о происхождении солнечной системы и принимал ее просто за данную величину. Не видя принципа, позволяющего объяснить те или иные отношения между массами и расстояниями планет, Ньютон утверждал, что эти отношения даны самим божеством. Здесь начиналась задача Канта. Одна мысль механической космогонии, о естественном объяснении происхождения солнечной системы казалась в эпоху Канта чуть ли не еретическим посягательством на тайны Проведения. «Я вижу все трудности, - заявляет сам Кант, - но не впадаю в малодушие. Я чувствую всю силу препятствий, но не робею. Я предпринял опасное путешествие, руководствуясь слабой догадкой, но вижу уже предгорье новых стран».
    Кант  разбирает космогонию древних и  новых философов и доказывает их несостоятельность. Сущность гипотезы Канта состоит в образовании систем подобных солнечной, из туманного вещества; при чем происходим сгущение материи и рассеяние теплоты, образуется центральное светящиеся тело, выделяющее кольца, из которых потом образуются планеты с их спутниками и т.д. Одним из лучших доводов в пользу его теории был бы факт одинаковости состава Солнца и планет. «Если все планеты произошли из солнечной материи, - говорит Кант, - то следует полагать, что плотность приблизительно равна средней плотности других планет, взятых вместе». По вычислению Бюффона действительно оказалось, что искомое отношение плотности Солнца и совокупности планетных тел равно 64/65, то есть почти равно 1. «Этого одного факта достаточно, - заявляет Кант, - что бы поднять настоящую теорию от уровня гипотезы до формальной достоверности.
    К докритическому периоду литературной деятельности Канта относится сочинение  «Об оптимизме» (1759 год) и «О мистицизме» (статьи 1763-1766 годов). Эти работы характеризуют историю развития философских идей самого Канта. В работе об оптимизме утверждается, что божество должно обладать идеей совершеннейшего мира. Утверждать противное значит допустить, что существует еще лучший мир, чем все миры мыслимые Творцом. Если допустить, что божество представляет себе наилучший мир, то не может быть, что бы оно предпочло худшее лучшему, и благость творца противоречит убеждению, что божество создало мир по произволу. Стало быть, божество создало наилучший из представляемых им, другими словами, наилучший из возможных миров.
    Но  как примирить этот взгляд с эмпирическими  данными, доказывающими, что в мире много несовершенства несчастья  и зла? Кант полагает, что нашел  истинное опровержение, указывая на мир  как на целое, и, утверждая, что благо  целого является целью творца, хотя бы оно было несовместимо с благом отдельных частей. Нечего и говорить, что вся эта теория основана на ряде метафизических гипотез, чем и объясняется позднейшее отвращение Канта к этому сочинению.
    В своих сочинениях Кант выступал против мистицизма вообще и в частности, против модного тогдашнего увлечения  духовидением, ясновидением и тому подобными психопатическими явлениями, в то время еще не получившими название спиритизма, но по существу дела тождественными с этим заблуждением. Обращаясь к вопросу о духовидении, Кант ставит его ребром. Прежде всего необходимо узнать, существуют ли вообще духи, которых мы так или иначе в состоянии познать? Для того, что бы духи могли быть познаваемы они должны существовать в форме, доступной нашему познанию, то есть должны иметь отношение к телесному миру, должны пребывать и проявлять свою деятельность в пространстве. С другой стороны, однако, духи не материальны, не должны иметь ни протяжения, ни фигуры, стало быть, не должны наполнять пространство.
    Тот, кто воображает, что природа есть лестница, на которой расположены  духовные существа, обладающие разной степенью духовности, легко приходит к мысли, что все есть дух, а стало быть, без всякого затруднения допускает общение с духами. От общения духа с телом следует отличать общение духов между собой. Этот вопрос Кант решает в эмпирическом и моральном смысле. Существует два рода общения между духами: моральное и мистическое. Все разумные существа чувствуют стремление к общению; это взаимное стремление Кант сравнивает со всемирным тяготением. В мире духовном любовь то же, что тяготение в мире материальном. Ньютон исследовал закон о взаимодействии материи и отделил математический вопрос от несносных философских споров о причине тяготения; нельзя ли, спрашивает Кант, найти и в моральном мире аналогичное общее начало? В ответе на этот вопрос Кант старается найти психологическую основу. Спиритуалистические воззрения на духовное существование отбрасываются Кантом окончательно, как иллюзия близкая к сновидению. Духи не могут быть ощущаемы и воспринимаемы, мы не можем ни видеть их, ни слышать, поэтому все духовные явления в смысле появления духов или призраков не более как продукты воображения. Когда плод воображения превращается в предмет чувств, его сплетения становятся призраками. Духовидцы не что иное, как бодрствующие сновидцы.
 

  

Обыденная жизнь и характер Канта

    Вся жизнь Канта была применением  его философских принципов, развитых в «Критике чистого разума». Кант был не кабинетным мыслителем, а  мудрецом в полном смысле этого слова. Все, начиная с гигиены и заканчивая глубочайшими нравственными вопросами, согласовалась у него с принципами разума. Поэтому философия и жизнь у Канта составляли одно нераздельное целое. Он не принадлежал к числу людей, считающих чувственное удовольствие главной целью жизни, но он высоко ценил физическое здоровье, как необходимое условие бодрости духа. Природа не наделила Канта ни атлетическим сложением, ни вполне нормальными органами. Он был менее 1,5 метра ростом, имел узкую и чрезвычайно слабую грудь и правое плечо его было сложено неправильно – лопатка слишком выдавалась назад. Мускулатура его отличалась слабостью, Кант был до того сухощав, что портные постоянно ошибались в покрое его платьев. И нервы его были чрезвычайно деликатны, дыхание слабое. Он сильно чихал от одного запаха свежей типографской краски, при чтении утренней газеты.
    Наружность  Канта была симпатична. Благодаря  строгому гигиеническому образу жизни  он в зрелых летах не имел болезненного вида. Это был блондин с румяными щеками – румянец сохранился у Канта до старости – и серовато-голубыми глазами. Благодаря разумному образу жизни он никогда не был болен, хотя, по его собственному признанию, почти никогда не был и вполне здоров. Он страдал главным образом нарушением пищеварения и головными болями – очевидные последствия сидячей жизни и упорного умственного труда. Когда доктор указал Канту на первые признаки приближающегося маразма (старческого бессилия), Кант вспылил и сказал с гневом: «Поверьте, что я из-за этого не застрелюсь!». Правильный образ жизни Канта вошел в пословицу. Даже среди аккуратных и точных немцев он казался чудом аккуратности. Кант вставал всегда в пять часов утра, как летом, так и зимой, ложился спать всегда ровно в десять часов вечера. Каждый день он распределял совершенно одинаково. Встав с постели, Кант облекался в шлафрок и надевал поверх колпака маленькую треугольную шляпу. В этом виде он направлялся в свой рабочий кабинет. Проработав до семи часов утра, он одевался и отправлялся в аудиторию, после чтений лекций возвращался в кабинет, снова облекаясь в халат и туфли, и работал до сорока пяти минут первого, затем одевался к обеду. Обед был для Канта главным временем беседы с гостями. Он никогда не обедал один, просиживал за столом несколько часов, много ел, но еще больше разговаривал. После обеда, если погода была хороша, он отправлялся гулять.
    Кант  не был женат, и долгое время полагали, что он никогда не был влюблен. Но биограф категорично утверждает, что Кант в зрелых летах был влюблен и даже два раза. Легко допустить, что и в молодости Кант увлекался, но, как человек чрезвычайно добросовестный, не решался составить семьи, пока сам находился в материальной зависимости от родственников. Постепенно Кант втянулся в одинокую жизнь холостяка, и на старости лет у него образовалась совершенно рассудочное, можно сказать, даже чересчур прозаичное отношение к браку. Кант провозгласил, что истинной подкладкой всякой любви к женщине является половое влечение. В трактате «О прекрасном и возвышенном» написано:
    «Все  очарование, которое оказывает на нас прекрасный пол, в основе является распространенным половым влечением. Природа преследует свою великую цель, и все тонкости, которые сюда присоединяются, по-видимому, весьма далекие от полового инстинкта, в конце концов, является лишь его подкрашиванием, и вся их прелесть заимствована из того же источника».
и т.д.................


Перейти к полному тексту работы


Скачать работу с онлайн повышением уникальности до 90% по antiplagiat.ru, etxt.ru или advego.ru


Смотреть полный текст работы бесплатно


Смотреть похожие работы


* Примечание. Уникальность работы указана на дату публикации, текущее значение может отличаться от указанного.